Елена Ха
14 февраля в ноябре, или Страшная сказка для мамы

Пролог

Мужчина уверенно вел машину сквозь метель. Не знаю, как у него это получалось. Я смотрела в окно и видела только пушистых белых «мошек», которых закручивал в разнообразные узоры ветер. Не было видно даже, где мы едем: по дороге, по городу или уже по небу. Ехали мы минут десять. Как раз за столько можно добраться от моего деревенского домика до колледжа Борска. Я нервно облизнула губы и решилась уточнить:

– Куда мы едем?

– Ко мне домой, – спокойно сообщили мне, – Я живу за городом, люблю природу. А ты?

А я поперхнулась воздухом от такого заявления.

– Я думала, вы подбросите меня на работу… – выдавила я из себя. От страха горло сковало спазмом.

– Вообще-то, ты обещала мне ужин. Помнишь? Чтобы я мог исполнить твое заветное желание. «Вновь поверить в любовь» – кажется, так ты сказала. Сказала?

– Да-да, но мы говорили об ужине. А сейчас полдевятого утра. Я должна быть на работе! Меня ждут, – от возмущения я даже позволила себе повысить на этого невообразимого наглеца голос.

– Маша, сегодня целый день обещали метель. Скорее всего, студенты не придут. А преподаватели решат, что ты со своей окраины просто не смогла выбраться. Зато у меня будет целый день на воплощение твоего желания. Разве за пару вечерних часов можно вернуть веру в любовь? Это же не новый мобильник подарить.

Я сжала кулаки и глубоко вдохнула. Не помогло, хотелось кричать и кусаться.

– Когда мы говорили про ужин, я имела в виду ужин в ресторане! – заметила я.

– В Борске нет нормальных ресторанов. А я умею и люблю готовить.

Тут машина резко затормозила, и мой наглый кавалер, смотря прямо мне в глаза, демонстративно медленно расстегнул верхнюю пуговицу очевидно дорогой рубашки и снял с себя узкий черный галстук.

– Приехали! Я приготовил сюрприз. Ты не против, если я завяжу тебе глаза…

Глава 1

Днем ранее…

Я задумчиво шла по коридорам колледжа. Единственное среднее специальное учебное заведение Борска стало моим новым местом работы меньше недели назад. В небольшой сибирский городок пришлось переехать из Москвы из-за дочки Шурки, которая связалась с каким-то наркоманом-абьюзером. Во всех проблемах дочери я, естественно, винила себя, ведь после развода с Шуркиным  отцом восемь лет назад так и не смогла взять себя в руки. Разочарование в людях, жалость к себе я загоняла в глубины своего подсознания с помощью работы.

Я всегда осознавала, что в отношениях с мужчинами выступаю в роли ведомой. Но быть на вторых ролях для женщины это же нормально? Меня так мать-одиночка воспитала, сильная женщина, которая работала от зари до зари и погибла в ДТП, возвращаясь из командировки.

Я готова была служить своему мужчине, заботиться о нем и его нуждах, поддерживать во всем, но ждала в ответ заботу, любовь и защиту. А получилось так, что мой будущий муж преподавал в институте, где я училась. Сначала он соблазнил меня, свою молоденькую студентку, заделал мне ребенка и посадил дома, запретив работать, параллельно распугав всех моих подруг. Как я еще умудрилась диплом защитить, не понимаю.

Через десять лет он заявил, что я скучная, подурнела и он любит другую. Ну, заявил – это громко сказано! Вспоминать об этом не хочется…

Впрочем, не о нем я переживала, а о дочери. Шурка уехала в Москву спасать моего бывшего мужа, своего отца. Он ни разу не связался с ребенком после развода. Я уже молчу про алименты. Но стоило только ему позвонить и сказать, что он нуждается в ней, как она тут же бросилась спасать его, рискуя собственной жизнью. И я ее отпустила, как тогда с наркоманом. Видела же что парень бедовый, но настоять на своем не сумела. А Шурка в результате пострадала…

Я так погрузилась в свои горькие воспоминания, что не заметила, как дверь из кабинета директора распахнулась и влетела мне прямо в лоб. Больше от неожиданности, чем от силы удара я потеряла равновесие и шлепнулась на попу. Из-за двери показался мужчина среднего роста, поджарый, в очень дорогом черном костюме. Он сердито нахмурил брови, недовольный тем, что кто-то ему помешал эффектно покинуть кабинет директора. Не удостоив меня вниманием, он размашисто пошел к выходу, но, сделав всего пару шагов, резко остановился, обернулся и стал внимательно осматривать меня всю.  Мне даже показалось, что он принюхался.

«Может я опять шиворот-навыворот рубашку надела?» – задалась вопросом я, но вспомнила, что пуговицы было застегивать удобно, значит все с рубашкой хорошо.

«Может колготки порвались?» – сделала еще одну попытку объяснить странное поведение мужчины, скосила глаза на свои стройные ножки в колготках телесного цвета и тихонечко с облегчением выдохнула. В вопросах их целостности я была принципиальна, у меня всегда с собой было пять упаковок про запас, к счастью, в этот раз мои запасы мне не пригодились.

Я терялась в догадках, что он может во мне рассматривать: худая, мелкая, разве что густые каштановые волосы эффектно смотрятся, правда и они крашеные, потому как голова моя к сорока годам уже вся поседела.

Да и вряд ли волосы могли привлечь столь пристальное внимание к обычному преподавателю истории преуспевающего местного бизнесмена, если судить по дорогим наручным часам и пальто на меху. Я постаралась незаметно принюхаться к себе. Вокруг меня должен был летать флер моих любимых французских духов. Я их очень любила и предпочитала порой голодать, но благоухать ими. Никаких посторонних запахов я не почувствовала.

Между прочим, наглый тип был откровенно некрасивым: круглое плоское лицо, широкий нос, глаза-щелочки и полные слишком женственные губы. Больше всего меня оттолкнула неопрятная черная щетина на щеках мужчины. Может, с помощью этой растительности он пытался замаскировать круглые щеки и придать себе более брутальный вид? На мой вкус он сделал только хуже. Нет ничего страшного в круглых щеках, да и красавчиком мужчине быть не обязательно. Мой первый муж был красавец, а толку-то, только сердце растоптал. А такая небрежность во внешности, как эта трехдневная поросль, никак не вязалась с деловым стилем и идеально уложенной модной стрижкой незнакомца.

Надо сказать, раскаяния на его лице я так и не увидела, но стояла смирно, глядя на мужчину, застывшего в пяти шагах от меня. У него вообще было удивительно безэмоциональное лицо, только в карих глазах промелькнула растерянность. Я думала, он сейчас извинится, но постояв пару секунд, мужчина развернулся и практически побежал к выходу. А я пожала плечами и отправилась работать.

Глава 2

Я отработала положенные пары, а когда вышла из колледжа в морозный сибирский вечер, меня тут же пробрало холодом до костей. Даже теплый пуховик и шерстяной пиджак под ним не спасали. Это явно не мой климат, подумала я, но чего не сделаешь ради дочери. А когда представила, что мне еще тащиться двадцать минут в автобусе, где, скорее всего, не будет свободных сидячих мест, мне совсем взгрустнулось. Радовало одно, Шурка прислала смс, сообщила, что добралась до Москвы.

Не успела я сойти с крыльца серого невзрачного здания, где теперь работаю, передо мной остановился огромный черный джип. Стекло пассажирской двери поползло вниз и я увидела того самого высокомерного бизнесмена, из-за которого на моем лбу теперь красовалась шишка.

– Я могу вас подвезти? – сдержанно спросил он.

«С чего вдруг?» – удивилась я, но вслух сказала.

– Спасибо, не надо. Я на автобусе прекрасно доберусь.

«Конечно, ведь прокатиться на автобусе мечта любой женщины, особенно после работы да в час пик!» – съехидничала я про себя.

– Я настаиваю. В качестве извинений за вашу шишку, – строго сказал мужчина. От него исходила такая уверенность, что я невольно поколебалась в своей непреклонности. И он почувствовал мою слабину, вышел из машины, обогнул ее и открыл передо мной дверь. Это, пожалуй, был вежливый жест, и проигнорировать его мне не позволило воспитание. Поэтому я села на кожаное черное сиденье и тут же почувствовала, как меня со всех сторон окутывает тепло и приятный запах, который на автомобильный ароматизатор не был похож, слишком утонченные нотки цитрусовых перемешивались с вкраплениями хвои. Скорее всего, это дорогой парфюм, решила я. Днем в коридоре колледжа я не заметила этого аромата. Неужели он к нашей встречи подготовился? Я была удивлена и несколько растеряна.

Мужчина сел на водительское место, тут же потянулся рукой к заднему сиденью и передо мной возник красивый букет ярко-алых роз. Немаленький такой букетик, роз так на пятьдесят, не меньше.

«Это что… он за мной ухаживает?» – удивилась я про себя, а вслух спросила:

– Не понимаю, зачем это?

Мужчина хмуро на меня глянул, помолчал и с видимым нежеланием ответил:

– Простите, я был неправ… Просто…

Он отчего-то нервничал, хотя его вид и поступки прямо-таки кричали о чрезмерной уверенности в себе.

– Просто вы забыли о том, что по коридорам обычно ходят люди? – не смогла удержаться от шпильки я.

– Я повел себя сегодня днем некрасиво. Приношу свои извинения. Я должен был сделать это сразу после инцидента. Но признаюсь, растерялся.

Вот это признание. Я была приятно удивлена его искренностью. Он пристально на меня смотрел и явно ждал ответа.

– Я вас прощаю, и совсем необязательно было покупать такой дорогущий букет. Это была случайность, думаю, завтра утром от шишки не останется и следа.

Он облегченно кивнул и взялся за руль. Машина тронулась.

– А откуда вы узнали про шишку, ее ведь из-под шапки не видно? – не удержалась я от глупого вопроса.

– Я заметил еще там, в коридоре, что у вас покраснел лоб. Так что был уверен, шишке быть.

Я кивнула, принимая объяснения, и расслабленно откинулась на спинку удобного мягкого сиденья. Мы медленно проезжали мимо редких фонарей и еще более редких прохожих. До дома такими темпами мы доберемся минут через пять, и тут меня пронзила мысль.

– Я же не сказала, где живу, – вырвалось у меня восклицание раньше, чем я успела обдумать, насколько умно сознаваться в подозрениях мужчине, которого подозреваешь.

Он оторвался от наблюдения за дорогой и спокойно взглянул на меня.

– Я навел о вас справки.

– В колледже еще не знают моего адреса, потому что у меня только временное жилье. Я недавно приехала в Борск, – зачем-то разоткровенничалась я.

– Адрес мне дала Аня.

Этот подозрительный тип знал к кому обращаться за справками. Аня, секретарь директора колледжа, большая громогласная женщина, производила впечатление человека знающего все сплетни города. Она и привезла меня с дочкой с вокзала прямиком в деревенский домик, где мы с Шуркой временно обитали вот уже почти неделю, хотя дочка была категорически против подобного жилья. А мне нравилось жить в деревянном доме. В нем, конечно, не было городских удобств, но была теплота и уют, которых в квартире не найти.

– Маша, вы не подумайте ничего такого. Просто… – начал оправдываться мужчина и снова завис.

– Просто вы хотели понять, стоит ли передо мной извиняться? – опять съязвила я, все-таки долгое одиночество и разочарование плохо повлияли на мои манеры. Мама учила меня быть приветливой и вежливой, она бы наверно сейчас меня отчитала за подобное поведение.

Мы как раз подъехали к моему дому. Он мягко затормозил у калитки и развернулся ко мне.

– Просто вы мне понравились, – сказал он тихо, и в полумраке салона его глаза засияли, как у кошки.

Глава 3

Я моргнула и решила, что мне привиделось.

«Я ему нравлюсь?» – с удовольствием мысленно повторила я, отметив его откровенность. Мнение о нем стремительно пошло вверх.

«Да еще и вкус хороший», – тут же съязвила про себя.

Пока я раздумывала, как бы помягче избавиться от наверняка головокружительных ухаживаний этого богатенького и неприлично молодого мужчины, моя рука была схвачена в плен. У него оказались очень длинные изящные пальцы. Пока я любовалась единственной красивой частью незнакомца, он поднес мою руку к губам, которые пусть и были чересчур полными, но сейчас мне показались очень даже соблазнительными.

«О чем я думаю? – удивилась я, и тут же сама себе все разъяснила, так как за последние восемь лет стала вполне самодостаточной женщиной, – Да просто у меня давно никого не было».

Я продолжала молча смотреть на мужчину, который явно ждал реакции на свое признание. Мне же нужно было сформулировать отказ. Я же уже не молоденькая дурочка и прекрасно поняла, что для этого избалованного типа я просто новое развлечение.

– Маша, поужинайте со мной сегодня. Если вам нужно переодеться, я подожду вас в машине, – не дождавшись моей реакции, заговорил незнакомец.

– Извините, но я даже не знаю, кто вы! – заметила я и решила-таки высвободить свою руку, потому что мужчина все еще держал ее и нежно поглаживал.

Он встрепенулся и представился:

– Меня зовут Олег Михайлов. Я владелец и генеральный директор «Лесопилки Борска».

«Ну, сразу все понятно», – усмехнулась я про себя. Да на него здесь все молятся. Рабочие места, налоги, загрузка железной дороги – и это все один человек, который сейчас сидит рядом со мной и смотрит напряжённо в ожидании моего ответа. Он наверняка не привык получать отказы. Но все бывает впервые.

– Олег, вы меня извините, но я взрослая женщина, у меня даже дочь уже взрослая, мы с ней только что переехали, у нас куча проблем, которые нужно срочно решать. Мне не до легкомысленных свиданий.

Он нахмурился.

– Вы замужем? – строго спросил он.

– Нет, – призналась я.

– У вас есть мужчина? – продолжил тем же тоном свой допрос Олег.

– Не-ет.

– Вы сами сказали, Маша, что ваша дочь взрослая. Скоро она выйдет замуж, и вы останетесь одна. Вам не кажется, что пора задуматься о новом браке?

Меня его слова задели. Он сказал правду, но было неприятно, что посторонний мужчина указывает мне на мое место: женщины не первой свежести, у которой ни времени, ни выбора почти не осталось. Разговаривать с этим типом мне расхотелось окончательно, и я резко ответила:

– Вам кажется около тридцати, а мне сорок. Вы слишком молоды, чтобы стать первым претендентам на роль моего нового мужа.

Олег весь как будто заледенел, следующие его слова прозвучали резко:

– Мне тридцать шесть. У нас с тобой разница максимум четыре года, и она не имела бы никакого значения, если бы я тебе понравился.

Возражать не стала, только удивилась, как у него получается так молодо выглядеть, и это еще с дурацкой щетиной на щеках. Ну и, конечно, возмутило, что он стал мне тыкать.

Впрочем, заострять внимание на этом не стала, потому как, раз уж мы друг друга поняли, наше общение сейчас все равно закончится. Я выпрямилась и собиралась уже покинуть теплое ароматное пространство машины, когда он неожиданно схватил меня за предплечье и заговорил быстро, видимо, опасаясь, что я его недослушаю.

– Маша, наше знакомство не задалось с самого начала, но дай мне шанс произвести на тебя хорошее впечатление, загладить вину за шишку. Подари мне всего один ужин.

 «Зачем ему сорокалетняя баба? С его положением он может поманить любую и получить в подарочной обертке» – размышляла я. Мужчина внимательно наблюдал за моей мыслительной деятельностью и проявил настойчивость:

– Очень прошу. Я еще никогда не бил женщин, даже случайно. Помоги мне смыть это пятно с моей души и репутации. Я готов исполнить любое твое самое заветное желание.

«Это была шутка? – удивилась я. Всегда считала, что, если у мужчины есть чувство юмора, с ним можно общаться, – Соглашусь, пожалуй, а то ведь не отстанет».

– Хорошо, но при одном условии.

Мужчина кивнул, предлагая мне продолжить.

– Один ужин. И если после него я скажу «нет», вы оставите меня в покое.

– Договорились! – искренне обрадовался мужчина, но в его глазах я заметила торжество и мне это не понравилось. Но согласие я уже дала.

– А желание? – вдруг спросил он, – Скажи мне свое желание.

Он смотрел на меня узкими и, видимо, оттого кажущимися хитрыми глазами. Я пожала плечами, хочет знать, пожалуйста, исполнить его все равно нереально.

– Я хочу вновь поверить в любовь.

Глава 4

Утром, как обычно, в доме было холодно. Я проснулась полностью замотанная в одеяло, наружу торчал только нос и тот был красным от переохлаждения.

«Надо срочно менять место жительства, иначе мы отморозим себе какие-нибудь важные органы», – подумала я с тоской. У меня были деньги на новое жилье. Мы с дочерью продали квартиру в Москве, да она была не в самом престижном районе, я бы даже сказала, наоборот, наш спальный район занимал последнее место в риэлтерских рейтингах. Но квартира в столице – это все равно большие деньги. Так что тосковала я не о расходах, а о доме. Не хотелось жить в городской квартире, где куча соседей будут смотреть тебе в спину и обсуждать твою личную жизнь, а вернее, ее отсутствие. Будут перемывать косточки моей неугомонной дочери, которая сменила место жительства, но не привычки. Что в Москве ее мало интересовала учеба, что здесь. Уже познакомилась с каким-то парнем. Этот хоть на наркомана не похож, уже радует.

Я умылась, надела свой классический черный костюм: удлиненный пиджак и юбка чуть ниже колена. Я не любила брюки. Носила их редко. Хоть в такие морозы нужно было выбирать именно их. Но длинный теплый пуховик и высокие сапоги пока спасали меня от переохлаждения.

Под костюм сегодня пришлась кстати белая рубашка на кнопках.

Сделала легкий макияж: выровняла тон, подкрасила ресницы, освежила лицо капелькой румян, а губам придала объем натуральной помадой. Я не любила краситься, но делала это ради Шуры, чтобы ей не было стыдно за мать-пугало.

Ровно в восемь я вышла на улицу. Мело сегодня знатно, вообще ничего не было видно. Вытяни руку, и варежку уже не рассмотреть. Кое-как добравшись до калитки, я неожиданно уткнулась носом в широкую мужскую грудь, обтянутую шерстяным пальто. Я подняла голову и с удивлением рассмотрела Олега.

– Привет! – едва приподняв уголки губ, поздоровался мужчина и глубоко вдохнул. Я растерялась. Никак не ожидала его увидеть здесь так рано. С опаской еще раз осмотрела его. Не красивый, но богатый. Невысокий, но рядом со мной, крохой, он возвышался великаном. Все-таки в моем низком росте тоже есть плюсы.

– Привет, – на автомате ответила я.

Он молча взял меня под руку и проводил к своей машине, которая оказалась припаркованной рядом. Распахнув передо мной дверь, он обхватил мою талию своими красивыми ладонями с длинными изящными пальцами и легко приподнял меня, как будто пушинку. В щуплом теле оказалась огромная сила. Он очень бережно опустил меня на сиденье и сам пристегнул ремень безопасности. Наши лица оказались в этот момент неприлично близко, меня окутал аромат апельсина и хвои. А еще от него исходил жар, будто он обогреватель. У меня вот уже неделю не получалось согреться. Мне вдруг захотелось прижаться к его телу, в надежде прогнать стылую оторопь из себя.

Он окинул меня взглядом, в котором был неприкрытый мужской интерес. И это было так непривычно, что пугало. Его губы оказались так близко от моих, я невольно затаила дыхание, а он, наоборот, резко выдохнул и отстранился, захлопнул мою дверь и занял свое место за рулем.

«Неужели я выгляжу такой беспомощной, что он обращается со мной как с ребенком?» – подумала я, но не возмущенно, а как-то меланхолично. Мне даже было приятно такое внимание ко мне. Давно никто со мной не нянчился. Я вроде как слабая женщина, да еще и не очень умная, мне всегда была нужна мужская поддержка, но где там. Последние восемь лет приходилось самой зарабатывать деньги, разбираться с долгами, распределять скудные доходы по коммунальным платежам и что-то выкраивать на еду. Я устала, мне захотелось вдруг почувствовать себя девочкой и ничего не решать. Хочет – пусть нянчится!

Мужчина уверенно вел машину сквозь метель. Не знаю, как у него это получалось. Я смотрела в окно и видела только пушистых белых «мошек», которых закручивал в разнообразные узоры ветер. Не было видно даже, где мы едем: по дороге, по городу или уже по небу. Ехали мы минут десять. Как раз за столько можно добраться от моего деревенского домика до колледжа Борска. Я нервно облизнула губы и решилась уточнить:

– Куда мы едем?

– Ко мне домой, – спокойно сообщили мне, – Я живу за городом, люблю природу. А ты?

А я поперхнулась воздухом от такого заявления.

– Я думала, ты подбросишь меня на работу… – выдавила я из себя. От страха горло сковало спазмом.

– Вообще-то, ты обещала мне ужин. Помнишь? Чтобы я мог исполнить твое заветное желание. «Вновь поверить в любовь» – кажется, так ты сказала. Сказала?

– Да-да, но мы говорили об ужине. А сейчас полдевятого утра. Я должна быть на работе! Меня ждут, – от возмущения я даже позволила себе повысить на этого невообразимого наглеца голос.

– Маша, сегодня целый день обещали метель. Скорее всего, студенты не придут. А преподаватели решат, что ты со своей окраины просто не смогла выбраться. Зато у меня будет целый день на воплощение твоего желания. Разве за пару вечерних часов можно вернуть веру в любовь? Это же ни новый мобильник подарить.

Я сжала кулаки и глубоко вдохнула. Не помогло, хотелось кричать и кусаться.

– Когда мы говорили про ужин, я имела в виду ужин в ресторане! – чуть повысив голос, заметила я.

– В Борске нет нормальных ресторанов. А я умею и люблю готовить.

Тут машина резко затормозила, и мой наглый кавалер, смотря прямо мне в глаза, демонстративно медленно расстегнул верхнюю пуговицу очевидно дорогой рубашки и снял с себя узкий черный галстук.

– Приехали! Я приготовил сюрприз. Ты не против, если я завяжу тебе глаза…

Глава 5

– Против! Категорически! – тут же, не раздумывая, ответила я и шарахнулась от мужчины.

«Извращенец какой-то!» – испугалась я.

Олег окинул меня долгим серьезным взглядом, по которому понять, что он чувствует, было совершенно невозможно. Я еще никогда в жизни не встречала человека с таким нечитабельным лицом, а я преподаватель и многие мои ученики на зачетах очень старательно скрывали от меня свои эмоции.

– Маша, – начал он вкрадчиво, – Ты оказалась с малознакомым мужчиной неизвестно где, и это очень далеко от людей, поверь. Вокруг метет метель, ни черта не видно, и ты боишься, что я завяжу тебе глаза? Ты серьезно?

– Ты решил меня запугать? – пискнула я. Он был прав: если у него плохие намерения, я уже в его власти. Даже если брошусь сейчас наутек, куда бежать не видно, он догонит и сделает со мной, что захочет. Я сглотнула.

Олег обвил мою руку своими изумительно красивыми пальцами, поднес к своим чувственным губам и поцеловал сначала тыльную сторону, а затем перевернул и едва уловимо коснулся губами изгиба кисти с внутренней стороны, там, где бьются маленькие венки, растревожив дыханием чувствительную тонкую кожу.

– Маша, доверься мне, пожалуйста. Я клянусь, что хочу тебя порадовать и только. Пока я рядом обещаю, с тобой ничего плохого не случится.

Я медленно выдохнула и попробовала проанализировать ситуацию:

«Если он не псих, возможно, мне даже понравится его сюрприз. А если псих, то ему лучше не возражать, чтобы не спровоцировать приступ».

Решившись, я повернулась к мужчине спиной, предоставляя возможность завязать мне глаза. Я услышала довольный смешок, и тут же моего лица коснулся холодный шелк, который пах апельсинами и хвоей. Олег аккуратно не туго завязал свой галстук на моей голове и легонько, едва уловимо провел рукой по моим убранным в хвост волосам. Возможно, думал, что я не почувствую.

Мир исчез, но я его слышала. Машина негромко урчала, дул ветер, раскачивая деревья, стоящие рядом. Олег выключил машину, открыл дверь, в салон ворвался холод, я поежилась, но дверь хлопнула, и опять стало тепло. На несколько секунд я осталась наедине с ветром, стало страшно, захотелось сорвать повязку, но я даже руку поднять не успела, Олег открыл мою дверь и, подхватив меня под мышки, аккуратно поставил на землю. Я почувствовала, как мои ноги утонули в пушистом снегу. Мужчина обнял меня за талию, положил одну мою руку на свою и прошептал мне на ушко:

– Идем. Здесь всего десять шагов…

От его дыхания и близости у меня забегали мурашки по телу.

«Не зря мне гинеколог говорил, что воздержание до добра не доводит», – подумала я, ощущая томление внизу живота и делая шаг вперёд.

– Один, – тут же сказал Олег своим бархатным с хрипотцой голосом.

Я – еще один.

– Два.

Я шагала, он считал, а мои ноги все больше слабели. Когда оставался всего один шаг, он предупредил.

– Сейчас будет небольшая ступенька, и мы окажемся перед дверью. Не бойся, я тебя держу.

Мы сделали последний шаг вместе, он придержал меня, помогая подняться. Как это ни странно, но с ним было идти легко даже с завязанными глазами, мешало только возбуждение от его близости.

Я услышала, как что-то пикнуло и щелкнуло, и Олег мягко подтолкнул меня вперед. Я тут же почувствовала, что меня со всех сторон окутывает теплом.

За нами снова что-то щелкнуло, а мужские руки уже расстегивали молнию на моем пуховике. Олег быстро избавил меня от него, и я заволновалась, как бы он еще чего не снял, и была права в своих волнениях, потому что его голос неожиданно зазвучал откуда-то снизу:

– Позволь мне снять с тебя сапоги. У меня жарко. Я дам тебе тапочки.

Я едва заметно кивнула и нервно сглотнула. Еще ни один мужчина не стоял у моих ног, а я даже посмотреть на это не могла из-за повязки. Стало обидно, но обида длилась ровно до тех пор, пока его пальцы не обхватили мою лодыжку, жар от его ладоней я чувствовала даже через кожу и мех моих теплых зимних сапог. Он медленно потянул за бегунок молнии, высвобождая мою ногу. В его действиях не было и намека на сексуальность, но вся ситуация заставляла меня трепетать, и каждое его случайное касание мой кожи обжигало, и колготки не защищали от этого огня.

Когда я была избавлена от верхней одежды и обуви, Олег снова оказался у меня за спиной и прошептал с нотками торжества:

– Готова?

Я уже просто мечтала вернуть себе зрение, потому что остальные мои органы чувств разом сошли с ума от этого подозрительного мужчины.

Получив от меня очередной молчаливый кивок, ведь я не была уверена в собственных голосовых связках, Олег аккуратно снял с меня повязку. Я заморгала, привыкая к свету, осмотрелась и поняла, что попала в свой самый жуткий кошмар.

Глава 6

– Что не так? – настороженно спросил Олег, видимо, заметив мое выражение лица, в котором смешались страх, отвращение и разочарование, а все потому, что я оказалась в ноябре на праздновании Дня святого Валентина, который отмечают, если мне память не изменяет, а она-то как раз мне ни разу не изменяла,  четырнадцатого февраля!

Первый этаж в доме Олега представлял собой большое общее пространство. Справа от меня была лестница, под которой я рассмотрела две двери. Слева была кухня моей мечты с островом. Даже беглого взгляда хватило, чтобы рассмотреть модную кофеварку, отличную духовку, посудомойку и огромный холодильник. В зоне входа и кухни потолок был чуть больше двух метров, а дальше шла зона гостиной и столовой с мягким уютным диваном у камина, круглым столом и высоченным потолком с балками. Вся стена напротив входной двери была окном, разделенным перемычками на большие квадраты. Вида из него рассмотреть пока не удалось, снаружи все еще свирепствовала метель.

Смутили меня не уют и продуманность интерьера. А то, что повсюду летали красные шарики в виде сердечек. На перилах лестницы висел постер с надписью «С днем Влюбленных!». На столе стояла ваза с гигантским букетом бордовых роз. На кухонном острове красовались два пирожных в виде сердечек, посыпанных розовой пудрой, и стояла бутылка игристого в ведерке со льдом, а рядом два узких бокала с наклейками в виде купидонов и пронзенных сердец. В общем, все огромное пространство дома наполняла дешевая шелуха для романтичных молоденьких дурочек, ряды которых я покинула восемь лет назад не без помощи моего бывшего мужа.

С каждой секундой моего молчания Олег мрачнел все больше. Брови его хмурились, губы поджимались. Но мне было не до его переживаний, на меня нахлынули собственные.

– Лучше бы телефон подарил! – бросила я сердито.

Олег тут же подошел к острову, открыл один из шкафчиков и достал оттуда небольшую коробку в розовой упаковочной бумаге. Он небрежно бросил ее на столешницу со словами:

– Пожалуйста.

«Как собаке кость», – тут же вспыхнула я и развернулась к выходу.

– Маш, что я сделал не так? – опять позвал меня Олег, – Я подумал, если ты окажешься в самом романтичном дне в году, то вспомнишь, как это прекрасно – любить…

Может быть, из-за того, что я не видела его лица с раздражающей меня щетиной, я отчетливо услышала в его голосе боль и задумалась. Он ведь старался. Где-то раздобыл со вчерашнего вечера столько реквизита, пирожные, розы, новый телефон. Когда я представила, во сколько это ему обошлось, мне стало стыдно за свое поведение. Олег же не виноват, что восемь лет назад мой муж умудрился бросить меня на четырнадцатое февраля.

Я была хоть и тихой женой, но не глупой, поэтому почувствовала, когда между мной и супругом пробежал холодок. Чтобы оживить брак, я решила отпраздновать четырнадцатое февраля. День влюбленных – прекрасный повод вспомнить, что такое прелюдия, оральные ласки и громкое проявление эмоций. Чтобы нам никто не мешал, я отправила Шурку к закадычной подруженции своей матери. Мама погибла, но с Тамарой Михайловной я отношения поддерживала, поздравляла ее с праздниками. Вот и пригодилась старушка. Я купила красное белье, запекла свинину, как любил муж, приготовила бутылочку красного сухого, ждала его…  А он около одиннадцати вечера прислал смс: «Я сегодня не приду. Полюбил другую. Хочу развод».

Дальше было только хуже. Утром он явился и заявил, что я никогда не отличалась  особой притязательностью, и попросил освободить помещение. А помещение это на минуточку трешка в хорошем районе Москвы. И ремонт в ней я сама делала, каждый выключатель, каждую салфеточку сама выбирала. Врождённые гордость и скромность не дали мне опуститься до скандала, молча собралась и ушла. Я не из тех, кто будет навязывать себя или что-то доказывать. Так что Шурка от бабы Томы переехала сразу в однокомнатную квартирку, которая  досталась мне по наследству от матери. Мы с ней обе тогда потерялись в жизни.

За восемь лет я впервые пошла на свидание. И сейчас за мной стоял мужчина, напряжение, исходящее от которого, я чувствовала спиной. Он так много сделал, чтобы просто порадовать меня. Зачем ему это надо? Нет. Не так. Неужели я ему так нужна?

Я развернулась и честно призналась:

– Ненавижу этот праздник. Очень плохие воспоминания у меня с ним связаны. Ты этого не знал, но сюрприз не удался!

Мужчина буравил меня взглядом всего пару секунд, потом снова пошарил по ящикам, достал шило и направился ко мне.

«Он что? Он сейчас меня им убьет?» – испугалась я, отступая от стремительно приближающегося мужчины.

Глава 7

Олег не дошел пары шагов, видимо, заметил страх в моих глазах. Протянул шило и с лукавой полуулыбкой предложил:

– Ненавидишь этот праздник, так сожги его в камине, уничтожь все приметы, поквитайся.

 Я несколько раз хлопнула ресницами, потом перевела взгляд на воздушные шарики, и в моей душе разлилось ликование. Да! Я это сделаю. Я поквитаюсь за ту боль, что выжгла мне сердце, за мокрую подушку, за морщинки вокруг глаз, за пустоту и холод последних восьми лет.

 Выхватив из рук мужчины шило, я подбежала к ближайшему красному сердцу, потянула его за нитку, крепко ухватилась и всадила прямо в центр острие. Раздался оглушительный «бум» и в моих руках остались лишь красные ошметки резины. А меня будто наполнили гелием. Я буквально летала по просторному помещению и не успокоилась, пока не лопнула все дурацкие шары.

 Когда ни одного целого не осталось, я еще раз осмотрелась. Без этих красных пятен дом Олега выглядел удивительно уютно. Архитектор и дизайнер знали свое дело: штукатурка на стенах теплого оттенка топленого молока, мощная грубая паркетная доска под орех на полу, мебель в тон добротная и невычурная. Это был дом моей мечты, но мечтать не вредно, говорят…

 Олег наблюдал за моим вандализмом и не вмешивался. Только когда я замерла  между диваном и обеденным столом, сервированным на две персоны, он подошел к лестнице и оторвал от перил плакат.

– Хочешь его сжечь? – спросил он осторожно, как будто с душевнобольной разговаривал.

 Я усмехнулась про себя, представив, как выгляжу со стороны, с остервенением уничтожая следы четырнадцатого февраля. Но плакат я все же забрала из его рук и, разрывая на ходу плотную бумагу, устремилась к камину. Смотреть, как корчатся в огне скомканные мной обрывки постера, было еще приятнее, чем слышать взрывы лопающихся шариков.

 Я сидела прямо на мягком бежевом ковре в метре от камина и с наслаждением вдыхала аромат горящего дерева, слушала треск огня. Олег присел рядом, но не вторгся в мое личное пространство, оставив между нами достаточную дистанцию, чтобы я не чувствовала себя в ловушке.

 «Он чуткий», – сделала вывод, а мужчина протянул мне открытку в виде сердечка.

– Можешь тоже сжечь, – сказал он. Я обрадовалась, несмотря на усталость после войны с воздушными шариками, во мне все еще оставались искры ярости и злости. Я уже готова была порвать валентинку и бросить ее в огонь, но заметила во взгляде Олега тоску, может, конечно, показалось, но я опустила руку с открыткой на колени.

– Ты не против, если я сначала прочту? – спросила я, неожиданно переходя на «ты». В конце концов, этот мужчина стал свидетелем, как я прикончила более сотни шаров, кажется, он заслуживает доверия.

 На мой вопрос Олег удивленно приподнял бровь и кивнул.

 Я раскрыла бумажное сердечко и прочла надпись, сделанную аккуратным ровным почерком: «Маша, я очень долго тебя искал. Будь моей. Олег»

 Это было искренне и трогательно. Без пафосных слов о вечной любви и верности. Меня, конечно, тут же захлестнули сомнения, ведь он меня не знает, с чего взял, что искал именно меня. Но слова все равно тронули, даже глаза защипало. Чтобы скрыть нахлынувшие чувства, я швырнула открытку в камин и резко встала.

– Пить хочется, – сообщила я мужчине голосом охрипшей вороны. Он посмотрел на меня снизу вверх, и я точно увидела в его взгляде обиду. Но когда он одним плавным движением поднялся, на его лице уже была маска полнейшего равнодушия. Он поманил меня на кухню и предложил, взяв в руки пузатую бутылку:

– Давай выпьем!

– Сейчас только девять утра! – возмутилась я.

– Представим, что мы аристократы! И я разрешу тебе разбить бокалы после первого тоста… – хитро прищурившись, улыбнулся мне Олег.

 Это было очень заманчивое предложение, и я приняла протянутый мне бокал.

Глава 8

– За любовь с первого взгляда, – порадовал меня тостом Олег с совершенно серьезным выражением лица. Он хотел наполнить мой бокал, но я упрямо прижала его к себе, потому что у меня имелись возражения.

– Я не верю в любовь с первого взгляда!

Олег, пожав плечами, стал наполнять свой, при этом хитро посматривая на меня.

– Хорошо. Я выпью за любовь с первого взгляда, а ты выпей за любовь со второго, –предложил мужчина.

– А если я вообще не хочу за любовь пить? – состроила я рожицу обиженного котенка.

Олег усмехнулся, и эта полуулыбка сделал его круглое лицо чуть более привлекательным.

– У нас сегодня День святого Валентина, поэтому все наши тосты будут исключительно за любовь, – заявил мужчина, – Считай это данью традициям. Ты же историк, ты должна чтить традиции.

– Вообще-то, на дворе середина ноября… – отчего-то продолжала упорствовать я, раньше за мной такого не водилось. Для меня всегда проще было согласиться. Но Олег вызывал во мне протест всем своим видом. Его поведение и отношение ко мне не поддавались логическим объяснениям, из-за чего я терялась и протестовала. Порядок во всем – вот мой девиз. И если кто-то или что-то не подчинялось моему порядку – шло лесом. Может быть, поэтому я отпустила свою дочь со странным маргиналом, просто она выступала единственным источником беспорядка в моей жизни. Это был трусливый поступок, я уже сотню раз о нем пожалела. Но навороченного в прошлом не исправить…

Теперь Олег пытался перевернуть все с ног на голову. Даже нормальное течение времени его не устраивало.

– На дворе середина ноября, а в этом доме специально для тебя четырнадцатое февраля, – подтвердил мои мысли мужчина и подошёл ко мне вплотную. Я тут же почувствовала жар его тела, и это было отчего-то приятно. Может быть, поэтому я сдалась и протянула ему пустой бокал.

Игристый напиток бурлящим ручейком устремился вниз, а веселые пузырьки бодрым хороводом – вверх, образовывая искрящуюся пену, которая так и норовила выплеснуться через края бокала. Пока этого не случилась, я сделала глоток. Холодный напиток ударил в нос газиками, в глазах тут же защипало, а на языке стало щекотно и приятно.

– М-м-м, вкусно, – довольно прикрыв глаза, выдохнула я.

Олег все еще стоял неприлично близко. Моя похвала вызвала довольную улыбку на его небритом лице. Улыбка ему очень шла, в отличие от щетины.

Чтобы избавиться от ощущения близости наших тел, я сделала шаг назад и с удовольствием грохнула о деревянный пол опустошённый мной бокал. Стекла разлетелись по кухне. В голове появилась какая-то бесшабашная лёгкость, несвойственная мне. Может, из-за игристого, а может, из-за горячих взглядов, что бросал на меня молодой и очень уверенный в себе мужчина.

«Его, наверно, все беспрекословно слушаются на работе», – подумала я, беззастенчиво рассматривая Олега, пока он был занят делом. Он тоже, хоть и не так театрально, но разбил свой бокал. Потом снял пиджак и извлек из-под лестницы пылесос-швабру. Уже через минуту пол на кухне был очищен от осколков, а я оценила его по-мужски широкие плечи и развитую мускулатуру рук, красиво обтянутую белой тканью рубашки.

– А что будем делать с этим? – спросил Олег и пододвинул ко мне тарелочку с пирожными, – Может, ты хочешь размазать их по моему лицу?

В последнем вопросе явно слышался сарказм.

– А ты разрешишь? – уточнила я. Пришла моя очередь хитро щуриться и игриво улыбаться.

– Нет, – последовал короткий и четкий ответ.

Я пожала плечами.

– Не больно-то и хотелось. Выглядят они очень вкусно, – сказала я и, взяв одно двумя пальчиками, с удовольствием откусила кусочек. Мой нос обласкал аромат свежей выпечки. А что это была за неземная вкуснотища! Лимонный бисквит прятал в своей воздушной серединке нежнейший крем из маскарпоне, а сверху был посыпан малиновой пудрой. Я чуть язык не откусила от восторга.

– Где ты купил это чудо?

Я заговорила с набитым ртом, не смогла сдержать эмоции. Олег расслабился и улыбнулся мне искренно, и это, пожалуй, была самая прекрасная улыбка из его арсенала.

– Я сам их испек по рецепту матери. Она очень вкусно готовит, но по иронии судьбы именно я самый талантливый ее ученик. А ведь у меня две сестры.

Какой все-таки непредсказуемый мужчина. Богатый и молодой, привыкший подчинять и властвовать, но такой заботливый и домашний.

«Наверняка должен быть какой-то подвох», – подумала я, а вслух пошутила:

– И самый хвастливый!

В ответ я услышала лишь смешок, возражений не последовало. Я проглотила последний кусочек пирожного и голодными глазами посмотрела на второе. Олег не мог не заметить этот взгляд, но неожиданно он сделал шаг ко мне, обхватил ладонями мое лицо и прошептал:

– У тебя пудра в уголке рта. Ты не против, если я…

Он замолчал, недоговорив, продолжая гипнотизировать меня своим взглядом.

– Я не против, – прошептала в ответ. Быть с чумазым лицом на свидании мне не хотелось. Я думала, он аккуратно вытрет пудру с моего лица, но ошиблась. Сначала он нежно едва уловимо поцеловал меня, а затем слизнул пудру с уголка губ.

Я резко дернулась назад, но тут же моя голова была схвачена в плен, и его губы жадно смяли мои. Этот поцелуй был чем-то средним между лаской и укусом. Мое сердце застучало марш, отчаянно и победно одновременно, как во время атаки наших войск под Полтавой. У меня давно не было мужчины. Но я точно помнила, что так меня еще никто не целовал. Когда его язык проник в мой рот, я невольно прогнулась в пояснице, прижимаясь животом к его животу, стремясь быть как можно ближе к его жару. Его рука в ответ переместилась на ягодицы и прижала меня плотнее к мужскому телу. Его напору невозможно было сопротивляться, и я обхватили его плечи. Он отпустил мои губы и переключился на шею, нежно обласкал ее языком, пощекотал ушко своим горячим дыханием. Я рвано выдохнула от удовольствия и желания получить больше.

Он на секунду оторвался от моей шеи и окинул меня взглядом. В этом взгляде было столько безумного желания, что я испугалась.

«Он точно маньяк. А я даже не знаю, где я сейчас, и никто не знает. Он может сделать со мной все, что вздумается, и абсолютно безнаказанно. Откуда такое легкомыслие, Маш?» – мысленно отругала сама себя, но при мысли о том, что он может захотеть со мной сделать, томительно сжалось лоно. Однако страх оказался сильнее возбуждения. Я положила руки ему на грудь и попыталась отстраниться, да какое там. Олег прижал меня к кухонному острову и, не обращая внимания на попытки вырваться, снова потянулся к моим припухшим губам, но я увернулась и крикнула. Несмотря на то, что голос мой был охрипшим то ли от страха, то ли от возбуждения, слова я произнесла четко:

– Отпусти меня немедленно.

Он дернулся и замер, я, воспользовавшись его замешательством, оттолкнула этого озабоченного типа от себя и бросилась к входной двери.

Он поймал меня уже рядом с ней, отрезал мне пути отступления, уперев в дверное полотно руки по обеим сторонам от меня, и заговорил удивительно спокойно. Как ему это удалось? Стук моего сердца все еще напоминал ритмичный гул бубна шамана.

– Маша, прости, я поторопился. Не делай глупости, там минус тридцать, метель. А ты в одной рубашке и не знаешь, куда идти. Обещаю, что буду вести себя прилично и не сделаю ничего против твоей воли.

«И когда он успел снять с меня пиджак?» – пронеслась где-то на задворках сознания мысль, я развернулась к мужчине лицом и озвучила вслух свое искреннее желание, но почему-то прозвучало оно не очень уверенно:

– Я хочу домой. Отвези меня, пожалуйста.

– Почему? – с совершенно серьезной физиономией спросил меня Олег и, заметив мой растерянный взгляд, сообщил мне на ушко, чем вызвал марафонский забег мурашек по моему телу, – Когда у тебя были завязаны глаза и когда я тебя целовал, то чувствовал твое ответное желание. Но ты все же сопротивляешься. Почему? Тебе не нравится моя внешность?

Я захлопала ресницами как настоящая наивная глупышка. Да, мне не нравилась его внешность, но дело было не в этом.

– Меня пугает твое поведение. Я не понимаю, что ты во мне такого нашел. Мне кажется, ты от скуки так заморочился. У тебя же в этом городе наверняка куча поклонниц. А ты смотришь на меня, прости, но как маньяк. Ты вообще нормальный?

Теперь пришла пора ему хлопать глазами, видимо, он никак не ожидал такого вопроса.

– Я нормальный. У меня есть одна особенность, из-за которой я избегал все это время общаться с женщинами, поэтому у меня нет опыта в ухаживаниях. Но поверь, моя особенность никогда не станет проблемой для тебя. И да, ты мне не просто понравилась. Ты мне нужна. Я хочу, чтобы ты стала моей женой. Я богат и смогу обеспечить тебя всем, помогу твоей дочке устроиться в этой жизни. Поверь, ты будешь счастлива.

«Он все-таки псих», – застонала я про себя и начала аккуратно сползать по стеночке в попытке проскочить под рукой мужчины. Но между моих ног тут же была просунута коленка в черных брюках, единственный путь к отступлению был отрезан.

– Тебя пугает брак вообще или я в качестве мужа? – нахмурившись, уточнил мужчина.

– Ты!

Меня загнали в угол, и я начала сердиться и хуже контролировать себя.

– Что тебе во мне не нравится? Глаза узкие, нос слишком широкий? Может, ты блондинов любишь? – с раздражением допытывался мужчина, хмуря свои широкие черные брови.

– Меня просто бесит твоя недоборода! Она выглядит неопрятно и убого! – выпалила я.

Олег заледенел. Я почти физически почувствовала, как напряглась каждая мышца в его теле. Он отстранился, сделал шаг назад и потянул меня за собой.

«Убивать будет?» – мысленно задалась я вопросом, но пошла за мужчиной безропотно, как овца на закланье, сил на сопротивление не осталось, все эмоции выплеснулись в последнем честном признании.

Убивать меня никто не стал. Олег посадил за стол, поставил передо мной тарелку с пирожным и попросил:

– Подожди меня здесь. Ты все равно не сможешь открыть дверь. Я вернусь через пять минут. Можешь розы пока потоптать.

Сказал и скрылся на втором этаже.

Я посмотрела на розы. Они были великолепны. В доме, где мы с Шуркой остановились, даже не было для них вазы, вчерашний букет красовался у меня на подоконнике у кровати в трехлитровой банке. Я любила цветы, и топтать их мне совершенно не хотелось, а вот съесть пирожное очень.

Покончив со сладким, я направилась изучать входную дверь. Там действительно оказался какой-то хитрый замок. Не кодовый, без замочной скважины. Он с электронным замком или вообще срабатывает на отпечатки пальцев, сделала я вывод и решила, что единственный мой путь наружу через окно, затем мысли потекли совсем в другом направлении.

«И чего я так испугалась? Мне предлагают стать женой. Хозяйкой этого чудесного дома, дочь опять же поддержать. А я сопротивляюсь… Глупая я баба. Мама точно так бы и сказала», – думала я, любуясь плавным падением огромных хлопьев снега за окном. Ветер улегся, и уже можно было рассмотреть вековые сосны вокруг.

Тут послышались шаги по лестнице, я обернулась и увидела спускающегося гладковыбритого Олега, он улыбнулся мне, и на его левой щеке появилась задорная ямочка.

«А он, кажется, не такой и страшненький…» – неожиданно осознала я.

Глава 9

Олег подошел ко мне вплотную, я рассматривала его лицо, совершенно забыв о правилах приличия. Теперь, когда щетина не отвлекала на себя мое внимание, я с удивлением обнаружила, что у него волевой квадратный подбородок, и глаза не просто узкие, они красивой миндалевидной формы и удивительно солнечного коричневого оттенка. После бритья стало видно, что у него мягкая ровная кожа. Мне захотелось ее потрогать, он стоял, не шелохнувшись, и я, осмелев, протянула руку к его щеке. Невероятно приятные ощущения, как будто по воздушной муке похлопываешь. А еще теперь стало невозможно не замечать его красиво очерченные чувственные губы. Он их облизал, и я, моргнув, одернула себя. Мой взгляд вновь вернулся к его глазам, и я покраснела до ушей. Он прекрасно видел мой немой восторг и сам испытывал схожие чувства. Ему явно понравилась моя реакция на его преображение.

Я готова была провалиться сквозь землю или трусливо сбежать, но он перехватил инициативу, спросив:

– Ты поможешь мне приготовить для нас обед?

Самое радостное для меня было то, что в этом вопросе и в тембре, которым он был задан, не было и намека на секс. Я тихонько выдохнула и как можно более безразлично ответила:

– Конечно. А что у нас на обед?

Он направился в сторону кухни, бросив через плечо:

– Утка в медово-соевом соусе с картофелем по-деревенски и салат из свежих овощей с авокадо и королевскими креветками.

Звучало это невероятно вкусно, и я радостным щенком помчалась догонять Олега, готовая преданно служить ему на его великолепной кухне.

К счастью мужчина сам хотел произвести на меня впечатление, а не проверить мои скудные навыки в готовке. Задания, которые он мне давал, были элементарными: помыть овощи, порубить большими кусочками огурцы и помидоры, порвать листья салата.

Сам же он отбивал мясо, делал соус, жарил креветки для салата, резал правильными дольками картофель. Его изящные пальцы порхали над едой, как балерины по сцене, я любовалась их танцем и ловила себя на том, что искренне восхищаюсь им. Приходилось периодически давать себе мысленные подзатыльники, особенного, когда уличала себя в провокационном любовании его ртом.

«Черт! Все-таки воздержание – штука вредная и подлая. Никогда не знаешь, в какой момент тебе за него прилетит», – стонала я про себя.

За работой на кухне мы болтали о любимых фильмах, книгах, музыке. Мы были из одного поколения и одинаково обожали советские комедии, американские боевики девяностых годов и не понимали кино по комиксам.

Когда Олег поставил утку и картофель запекаться, он предложил в ожидании горячего накрыть на стол. Пока я расставляла тарелки, он включил музыку, какие-то испанские баллады. Голос певицы с хрипотцой обволакивал и растекался по венам пьянящим желанием. Я невольно начала раскачиваться в такт. Олег заметил это. Протянул руку и предложил:

– Потанцуем?

Я, не раздумывая, вложила в его красивую горячую ладонь свои вечно озябшие пальцы, он тут же привлек меня к себе и закружил. Он вел уверенно, двигаясь с грацией кошки. Танец с ним не был похож на банальное топтание на месте. Он отстранялся, крутил, наклонял меня в разные стороны, прижимал, отпускал. Мне было приятно наблюдать за тягучими плавными движениями его гибкого тела.

– Где ты научился так танцевать? – спросила я, когда смолкла очередная сдержанно страстная композиция.

– Это врожденный дар, – хитро улыбаясь, сообщил мне Олег. Тут звякнул таймер, и он пошел извлекать утку из духовки, а я метнулась на кухню за салатом.

Обед был не просто вкусным, он был изысканно утонченным. Я ела, и мне казалось, что мой язык уже в раю.

Со стола мне убрать не позволили, даже помочь не разрешили. Я села на мягкий обволакивающий диван и стала любоваться пляской огня в камине. Языки пламени кружились друг с другом в страстном танце как мы с Олегом совсем недавно.

«У нас получилось настоящее романтическое свидание, – лениво подумала я, – Может, веру в любовь он так и не смог во мне возродить, но вот пробудить желание точно».

Когда Олег вернулся, он сел не рядом со мной, а подле прямо на пушистый ковер. Его рука стала нежно гладить мои ноги, затянутые в колготки. Он смотрел на меня напряженно, как будто спрашивал о чем-то, но я не понимала о чем, пока его рука не заскользила по внутренней стороне бедра мне под юбку. Я инстинктивно сжала ноги и накрыла его руку своими, не пуская дальше.

– Маш, – позвал он вмиг охрипшим голосом, – ты же этого тоже хочешь. Почему ты сопротивляешься? Тебе кто-то причинял боль?

Он спросил так, что у меня не возникло сомнений, его это действительно тревожит и волнует. Может быть, поэтому я сказала правду, не увиливая:

– Душевную.

– Из-за него ты ненавидишь четырнадцатое февраля?

Я кивнула.

– Это твой первый муж?

Снова кивок.

Олег поцеловал мое колено, обхватил одну руку и поцеловал ее.

– Я не причиню тебе боль. Обещаю. Позволь мне сделать тебя счастливой.

Я очень хотела быть счастливой. И очень хотела, чтобы он снова меня поцеловал. Но у меня не было никого восемь лет. Комплексы и страхи наглухо забаррикадировали для любых желаний проход в мое сознание. Олег видел на моем лице сомнения. Он резко встал и ушел в коридор.

Я недоуменно хлопнула пару раз ресницами, чтобы прогнать слезы, накатившие из-за воспоминаний и внутренней борьбы. Пока я брала эмоции под контроль, Олег уже вернулся и протянул мне свой черный узкий галстук со словами:

– Если ты боишься моих действий, действуй сама. Сегодня я подчинюсь любому твоему приказу.

Его глаза дразнили, а губы, искривленные в хулиганской усмешке, провоцировали.

«Этот властный сдержанный мужчина предлагает мне доминировать!», – шокировано подумала я, уже не сомневаясь в своем решении.

Глава 10

Я взяла галстук дрожащими руками и сказала твердо, как в классе перед учениками:

– Мне это не нужно, – сделала паузу, наблюдая разочарование в теплых солнечных глазах, и поторопилась продолжить, чтобы разжечь в них пламя, – Я обойдусь без этого. Раздевайся.

Конечно, для меня это решение было на сопротивление, где я и где командный тон, но этот мужчина поразил меня. Казалось, он готов на все, лишь бы завоевать меня. Мне захотелось быть достойной его выбора. А трусихи никому не нужны.

Олег разделся быстро. Огонь отбрасывал красные блики на его идеальной бледной коже. Его тело будто специально создали для меня. Он не подавлял меня массивностью, но сильные витые мышцы кричали о том, что я в безопасности.

Он терпеливо стоял и ждал, пока я его рассматривала, хотя прекрасно было видно, что он очень хочет близости со мной. Полюбовавшись его мужественной фигурой, я встала и приказала:

– Раздень меня.

Он медленно подошел ко мне, неуверенно заглядывая в глаза, и бережно дотронулся до верхней кнопки на моей рубашке.

– Дергай, – посоветовала я.

Он дернул, все кнопки были расстёгнуты за секунду, а рубашка отброшена в сторону, туда же полетел мой белоснежный кружевной бюстгальтер.

Олег осмотрел открывшийся ему вид и нервно сглотнул. Потянулся к моим губам, но я напомнила, кто у нас сейчас главный, резким:

– Рано.

Он дернулся, как от пощечины. О, как было приятно наблюдать за внутренней борьбой этого сильного мужчины, отразившейся на его лице. Я четко видела, что его одолевает желание закончить эту игру, схватить меня и сделать все по-своему. И то, что победила игра, стало еще одним доказательством моей для него важности.

Когда он стягивал мою юбку, я чувствовала, что теперь дрожат его руки. Чтобы снять с меня колготки, он встал на колени у моих ног. Обнажив мое тело, он глубоко вдохнул и нервно облизнул губы. Я больше не могла себя сдерживать. Мне хотелось почувствовать мягкость этих губ, жар его кожи, силу объятий. Но я все еще старалась придерживаться роли. Присев рядом с ним на ковер и заглянув в его напряженные глаза, я распорядилась:

– Поцелуй меня.

Просить дважды не пришлось. Я тут же была схвачен в плен его рук. По телу прокатился жар, кровь запульсировала в висках, но я все еще помнила про игру. Оказавшись верхом на мужчине, я завела крепкие и такие нежные руки за голову Олега, прижала их к пушистому ковру и строго сказала:

– Что бы не происходило, не отрывай руки от пола.

Столько несогласия и возмущения я прочитала в ответном взгляде мужчины! Но он выдержал и мой ритм, и мои стоны удовольствия, и даже оглушительную волну удовольствия, накрывшую нас практически одновременно. Все это время он мужественно выполнял мой приказ, хоть и сжимал кулаки, так что костяшки побелели.

Стоило мне довольным ленивцем упасть на его грудь и прошептать:

– У тебя нечеловеческая выдержка.

Он тут же прижал меня к себе и сдавленно ответил:

– Знаю. Но теперь пришла моя очередь командовать. Так ведь, Маш?

Я улыбнулась, понимая, что сейчас открываю клетку с тигром, но все-таки кивнула утвердительно. Олег тут же подхватил меня на руки и отнес в спальню, где командовал мной до глубокой ночи. Я раза три точно пожалела, что отдала ему бразды правления. Но он оказался не просто жадным и неутомимым в постели, он был щемяще нежным и внимательным. Так что засыпая, замученная и счастливая, я думала, что мне наконец-то повезло. Знала бы я, что ждет меня утром…

Глава 11

Я проснулась из-за дразнящего запаха кофе. С трудом оторвавшись от подушки осмотрелась. Олега рядом не было. В широкое окно светило яркое утреннее солнце, значит снаружи мороз. Я с удовольствием потянулась, растягивая сонные мышцы и улыбнулась. Здесь, в доме, было тепло и уютно. Я чувствовала себя счастливой, хоть все еще не верила, что этот уверенный в себе, страстный, привлекательный мужчина выбрал меня.

Я приняла душ, почистила зубы оставленной для меня новой щеткой. Рассматривая себя в зеркале, поразилась, какие у меня красивые глаза сегодня. Они блестели, будто янтарь в солнечных лучах. А не сходящая с губ улыбка крала минимум пять лет от моего возраста.

Мой довольный взгляд блуждал по телу, пока не зацепился за маленькие синячки у основания шеи. Я помнила, что Олег часто целовал мою шею, но он не был похож на человека, который будет делать засосы, это какое-то ребячество. Я наклонилась ближе к зеркалу, чтобы лучше рассмотреть и отшатнулась. На моей светлой коже четко были видны следы зубов.

«Надеюсь, он не мнит себя вампиром!» – усмехнулась я про себя и отрицательно помотала головой, отвечая самой себе. Я решила не омрачать себе настроение зря. Видимо Олег увлекся в порыве страсти и не рассчитал. Мне точно больно не было, иначе я бы запомнила. Пожав плечами, вернулась в спальню. На кресле у окна лежали мужские футболка и шорты, я их примерила. Футболка была для меня как туника, а шорты как капри. Я осталась довольной и пошла вниз на умопомрачительный запах.

Олег жарил сырники, надев прямо на голое тело фартук с забавной мордой енота.

– Доброе утро! – поздоровалась я и подошла к мужчине. Он чмокнул меня в щеку и ответил:

– Вообще-то уже день! Кто-то очень долго спит!

– А может, это потому что кто-то слишком много хочет! – парировала я в шутку. Олег улыбнулся мне нежно, но глаза его были серьезными.

– Я замучил тебя вчера. Прости… – сказал он тихо.

– Ты сделал меня счастливой. Мне было очень хорошо, – призналась я, присаживаясь на высокий барный стул рядом с островом.

– А мне понравилась наша игра вчера, – усмехнулся Олег и поставил передо мной тарелку дымящихся сырников и сметану, – Вот думаю, может купить для тебя кожаные ботфорты и корсет…

– Тогда для себя купи ошейник с шипами и плетку.

Передо мной возник кофе, а мужчина сел рядом и снова поцеловал в щеку.

– Нет уж, обойдемся без аксессуаров, – решил он и начал уплетать сырники. Я тоже попробовала. Как же это было вкусно! Обжигающе горячий нежный сырник в сочетании с холодной мягкостью сметаны дарили удивительное наслаждение моему языку. А легкий аромат ванили ласкал обоняние.

– Знаешь, Олег, ты удивительный мужчина! Нежный и страстный в постели, готовишь как бог, обеспечен опять же. Почему ты до сих пор один, что у тебя за секрет, из-за которого ты избегал женщин? – запив второй сырник кофе, поинтересовалась я. Этот мужчина покорил мое сердце, я готова была признать, что влюбилась, но ожидание какого-то подвоха не давало мне расслабиться и получать удовольствие от нашего общения.

Олег замер, посмотрел на меня внимательно и поцеловал в губы, почти невесомо, но так чувственно.

– Наверно я сейчас тороплю события, но не могу молчать. Ты оказалась настоящим чудом. Не понимаю, как я раньше жил без тебя. Ты такая нежная, податливая, мягкая, и у тебя есть чувство юмора. Я даже не думал, что так легко влюблюсь. Маш, оставайся жить у меня. Здесь и для дочери твоей место найдется. Я позабочусь о вас обеих. Ты должна остаться со мной, Маш!

Он смотрел на меня пристально, будто пытался мысли прочесть. А я замерла, пытаясь справиться с эмоциями. Он влюбился в меня и предлагает жить вместе, я все еще не верила в правдивость происходящего, поэтому тормозила и сдерживала, как могла, лавину дикой радости и безудержного счастья, пытающуюся накрыть меня после его признания.

– Олег, ты тоже мне очень нравишься, – ответила я как можно спокойнее, но мой голос дрогнул, выдав волнение, еще бы, ведь я тоже была без ума от него. – Но прежде чем дать ответ, мне нужно знать этот твой таинственный секрет.

Я замолчала, а он кивнул, соглашаясь с моей точкой зрения. В ожидании его признания прокручивала в голове варианты мужских недостатков: «Я игрок», «Я паталогически ревнив», «Когда я напиваюсь, становлюсь агрессивным», «Я убивал»…

Я готовила себя к чему угодно, но только не к тому, что услышала.

Олег откашлялся и, смотря мне прямо в глаза, серьезно сказал:

– Я оборотень.

Глава 12

«Приплыли!» – обреченно пронеслось в моей голове, но я удержала нейтральное выражение на своем лице.

Олег напряженно ожидал моей реакции. Пришлось осторожно импровизировать:

– Оборотень? Кх… И в кого ты оборачиваешься?

– В тигра, – без запинки сообщил мне Олег, – и ты моя единственная, моя пара. Только с тобой я могу создать семью. Честно говоря, я с детства мечтал, что моей единственной станет оборотница, но в юности я много общался с нашими самками, много путешествовал по разным кланам, но так и не встретил свою половинку. Тогда решил, что лучше быть одному, чем мучиться с женой-человеком. Не все люди способны адекватно отреагировать на то, что мир немного сложнее, чем им казалось.

Я приложила титанические усилия, чтобы на моем лице не дрогнул ни один мускул. Сохранять безмятежность оказывается безумно сложно. Все мои силы уходили на то, чтобы подавлять в зародыше дикое желание с воплями «спасите-помогите» убежать прочь от этого психа, решившего сделать из меня свою идею фикс.

«Блин, а так все хорошо начиналось!» – стонала я про себя. Пауза затянулась, и я понимала, что нужно что-то ему ответить, но боялась выдать свое состояние дрожащим голосом. Однако тревожить больную психику тоже не стоило, поэтому я решилась:

– Олег, ты не мог бы принести мне мое кольцо. Я оставила его где-то в спальне. Такое серебряное, украшенное пластинами янтаря. Я без него чувствую себя голой.

Мужчина посмотрел на меня как-то очень пристально. Видимо, он ожидал от меня какую-то более эмоциональную реакцию на свое признание.

«Не дождешься!» – подумала я и мысленно показала собеседнику язык, и мне полегчало, я даже смогла изобразить на лице улыбку. Олег кивнул.

– Конечно!

И пошел наверх, но не успел дойти до лестницы, как от меня последовала новая просьба.

– Только окно открой, здесь как-то душно.

Он опять кивнул, прошел к огромному окну-стене и открыл одну створку на проветривание.

«Отлично! Пути отступления обозначены», – порадовалась я.

Стоило ему скрыться в спальне, как я тут же метнулась в гардеробную, натянула сапоги, пуховик, шарф, шапку и бросилась к окну.

Я знала, что у меня есть минут пять форы, кольцо Олег искать будет долго и не должен его найти, ведь у меня не было никаких колец, после развода я исключила эти украшения из своей жизни. Но учитывая странности мужчины, я не удивлюсь, если он его все-таки найдет!

Из окна я выбиралась головой вперед, бухнулась на мягкий снег, хорошо, что его в избытке намело вчера. Кое-как поднялась и побежала по лесной дороге прочь от сказочного домика с его странным хозяином. Я решила, что как только услышу шум машины, спрячусь в лесу, но пока была возможность бежать по плотному снегу, а не увязать в сугробах по пояс, надо бежать!

«И почему со мной всегда так?! Кажется что вот он принц, а оказывается нищий» – ругалась я на вселенную, задыхаясь с непривычки. Олега я обозвала «нищий» в иносказательном смысле. Он был явно богат, и это богатство соблазняло меня закрыть глаза на его странности, но разум напомнил, что мертвым деньги не нужны, а психически больные люди непредсказуемые, да и за дочь я отвечаю, и не могу привести ее в дом к маньяку.

Я так увлеклась размышлениями, что даже не заметила, как на дорогу прямо передо мной выскочил огромный серый волк, и сделал он это так внезапно, что я по инерции влетела в его мягкий горячий бок.

«Фу! Какая вонючка», – успела подумать я, сморщив нос, до того как меня накрыл ужас.

Глава 13

Ноги задрожали, дыхание сбилось. Мысленно я уже попрощалась с жизнью, сожалея только, что Шурка теперь останется одна, как она тут без меня. Волк странно на меня смотрел и не шевелился.

«Может, он меня тоже боится?» – с надеждой подумала я и сделала шажок назад. Волк, кажется, не имел возражений, потому что тоже начал двигаться в противоположном от меня направлении. Но разойтись мы не успели. К нам на дорогу вышел еще один персонаж.

«Я самая невезучая женщина в мире!», – решила я, рассматривая толстого бурого медведя. Его, пожалуй, можно было назвать милахой: влажный носик, милые ушки, упитанные бочка, если бы не огромные клыки и когти, которые он нам с волком демонстрировал.

«Странно, он же должен уже спать. Все уже в снегу», – подумала я. Мишка встал на задние лапы и оказался выше меня почти в два раза. Он шел в нашу с волком сторону пыхтя. И вот тут волк меня поразил. Он встал на пути медведя так, чтобы загородить меня собой. А ведь в отличие от меня он вполне мог бы сбежать. Так он еще и зарычал, у меня пробежал холодок по позвоночнику, до чего этот рык был яростный. Но медведь, естественно, не испугался, он ответил громко, раскатисто.

«Ну, вот и поговорили», – подумала я.

Тут дикие звери кинулись друг на друга, а я от них. Но так получилось, что бежала я обратно в лапы маньяка.

«В его лапах мне было куда приятнее, чем могло бы быть в медвежьих объятьях», – подумала я.

Позади послышался скулеж, я обернулась и застыла на месте, мой серый защитник лежал, не двигаясь, на его груди зияла рваная рана, кровь сочилась вниз и нарушала белизну снежного покрова. Медведь уже поднял лапы, готовый нанести сопернику сокрушающий удар, а я почему-то закричала, громко, пронзительно, медведь недоуменно посмотрел на меня, оставил волка и бросился на глупую вопящую человечку. Я впервые видела, как бегают медведи: мощные толчки, колыхание блестящей в солнечных лучах шкуры, пар из носа и оскаленные неприятного грязно желтого цвета клыки.

Второй раз попрощалась с жизнью и, кажется, опять поторопилась. Когда моя плюшевая смерть была всего в метре от меня, на медведя из леса выскочил огромный тигр.

«Где-то поблизости было восстание в зоопарке, или здесь должен состояться симпозиум диких животных?» – шокировано подумала я и немного ненормально усмехнулась.

Тигр вцепился в шею медведя, грозно рыча. Медведь взревел, завалился на дорогу и обхватил тигра, одновременно всеми четырьмя лапами  сжимая его в своих объятиях. Тигр держался, не отпускал горло соперника. Медведь принялся раздирать когтями задних лап красивую рыже-черную шкуру, тигр только зарычал громче. Тут кое-как поднялся волк и, пошатываясь, устремился в самую гущу схватки.

Мне бы по-хорошему в это время опять попробовать убежать, пока сильные выясняют отношения, но мои ноги едва меня держали в вертикальном положении, а ползком далеко не уйдешь. Вот я и стояла деревянным болванчиком и старалась дышать потише, чтобы случайно не привлечь к себе внимания.

Волк вцепился в бок медведя и тоже яростно принялся драть косолапого. Мне стало жаль мишку. Хотя, думаю, меня бы он не пожалел. Мир жесток, выживает сильнейший, но я и представить не могла, что волк и тигр могут быть заодно.

Медведь подергался еще какое-то время и замер. Волк, прихрамывая и поскуливая, пошел в мою сторону. Тигр с трудом выбрался из медвежьих объятий и тоже пополз ко мне, оставляя кровавый след на снегу. Тигра мне было жалко, у него наверно все пузо разворочено медвежьими когтями. Но себя мне было больше всех жалко. Я не такая толстая и большая как мишка, меня эта парочка в один укус раздерет на крохотные порции.

Волк добрался до меня первым, он с такой преданностью заглянул мне в глаза, будто он не дикий зверь, а щенок, и я его любимая хозяйка. Но проявлять нежность к животному я не спешила, стараясь не шевелиться. Вдруг примут меня за дерево.

Тигр ползти перестал. Он положил свою огромную голову на толстенные лапы и прикрыл глаза, так тяжело вздохнув, что волк обернулся. Серый хищник стал нервно перебирать передними лапами, потом снова посмотрел на меня и превратился в Игоря, первокурсника из моего колледжа, однокашника моей дочери. Я даже не поняла, как это произошло. Мои глаза меня подвели. Вот только что передо мной на дорожке стоял огромный серый волк, а потом бац! Замерцало какое-то едва различимое облако или микро вспышки. Вуаля, вместо волка я вижу высокого, худощавого блондина с яркими голубыми глазами. Мои ноги сдались первыми, и я беспомощно осела на снег.

Глава 14

– Мария Ивановна! Вам плохо? – обеспокоенно поинтересовался Игорь, бросившись ко мне.

«Значит, все-таки не померещилось», – обреченно подумала я.

То, что я не страдаю галлюцинациями, меня порадовало, но логика происходящего все еще ускользала от моего сознания.

– Игорь, что ты здесь делаешь?

– А где я должен быть, по-вашему? Сидеть дома и зубрить историю? – издевательски усмехнулся парень.

– Не зли меня! Ты прекрасно понял, о чем я! – возмутилась я дерзости ученика.

– Вам нужно научиться правильно формулировать вопросы! – вернул он мне мою же шпильку, которую я часто повторяю на своих уроках. Да, я искренне считаю, что некоторые мои ученики даже спросить нормально не могут.

Возмущение придало мне сил, и я встала, лишь слегка оперевшись на протянутую Игорем руку, и начала командовать, кажется, вчерашняя игра кое-чему меня научила. Даже в колледже я учениками не командовала, а лишь объясняла, уговаривала, просила.

– Ты ранен. Тебя нужно отвести к врачу. Здесь рядом есть дом, попросим хозяина нам помочь, у него есть машина.

Игорь посмотрел на меня как-то странно и тихо сказал:

– Олег здесь, и он нам точно не поможет. Это мы должны ему помочь!

Я удивленно уставилась на Игоря, а он указал мне на тигра. Тот лежал, уже не подавая признаков жизни, а красная горячая лужа растапливала снег вокруг его полосатого тела.

В моей голове сложился пазл. Олег не соврал мне, наоборот, он признался, что он оборотень, тигр.

«Он не псих! – возликовала я, – Всего лишь оборотень!»

Но радоваться было рано, мой горячий любовник и заботливый кавалер истекал кровью, и его нужно было как-то спасти!

– Игорь, может вызвать скорую сюда.

– Тогда лучше сразу ветеринара, – сыронизировал Игорь. Он присел рядом с Олегом и заговорил:

– Эй, дружище, превратись обратно в человека. У тебя остались силёнки хотя бы на это?

Но тигр не реагировал.

Я вспомнила, как он храбро бросился на медведя, защищая меня, и слезы потекли из глаз. Мои ноги сами подвели меня к умирающему животному, и я в отчаянии упала рядом с ним.

– Олег, милый, превратись в человека, и мы сможем отнести тебя домой, – зашептала я, поглаживая огромную полосатую голову. У тигра была такая мягкая приятная шерстка, что это занятие немного меня успокоило.

– Мы же сможем его дотащить? – уточнила я у Игоря.

Тот фыркнул и заверил:

– Конечно. Я сильный и высокий. А он в человеческом виде тщедушный недорослик.

Я возмутилась:

– Нормальный у него рост. Кто же я, по-твоему?

– Вы, Мария Ивановна, очаровательная Дюймовочка! – расплылся в улыбке Игорь.

Я была так удивлена неожиданным комплиментом, что даже не нашлась с ответом, зато тигр замерцал, и на холодной порозовевшей дороге появился Олег. Он со стоном перевернулся на спину, демонстрируя нам жуткие рваные раны на животе. Я тут же стащила шарф и прижала его к самой глубокой из них, из которой в пульсирующем  темпе вытекала кровь. Мужчина был бледен, но у него нашлись силы поставить Игоря на место:

– Прибери хвост, малолетний павлин! Тебе медведь нюх отбил? Ты что не чувствуешь, что женщина занята?!

Я довольно улыбнулась, мне почему-то приятно было это услышать.

Игорь нахмурился, решительно встал, я уже испугалась, что он решит нас здесь бросить, но он схватил Олега за плечи и предложил мне:

– Возьми его за ноги и понесли. Я бы мог его закинуть на спину, но не хочу испортить куртку его кровью. Потом тигриный запах ничем не выведешь!

Упрашивать меня не пришлось, я тут же подскочила к ногам Олега, и мы потащили его обратно к дому.

Игорь шел спиной вперед и внимательно смотрел на меня. Я старалась контролировать дорогу впереди. Молча мы шли недолго.

– Мария Ивановна, спасибо, что спасли меня от медведя. Вы же могли убежать, когда он на меня накинулся. Вы очень смелая!

– Игорь, не благодари, ведь ты первым защитил меня, встал между мной и зверем, перетащил его внимание на себя, а ведь тебе точно удалось бы удрать от него. Так что я просто ответила добром на добро. Он, кстати, тоже оборотень? – поинтересовалась я.

– Нет, он просто зверь!

– Не просто зверь, – возразил едва слышно Олег, – Не верю, что медведь-шатун появился рядом с моим домом случайно. Может это ты, волк, его разбудил в надежде, что он порвет меня на очередной пробежке?

Игорь ответил резко, со злостью выплевывая слова:

– Ты совсем одичал, старый кошак! Я защитил твою женщину, пока ты неизвестно чем занимался, я не дал тебе истечь кровью на дороге и тащу тебя в твою нору. А ты еще меня и обвиняешь в чем-то!

Олег впервые после моего побега из его дома посмотрел мне в глаза, в них было столько намешано эмоций: и боль, и тоска, и злость. Мне неожиданно стало стыдно и страшно. Но взгляд я не отвела. Пока думала, что ему сказать, он потерял сознание, его голова беспомощно откинулась назад.

«Только в моей жизни появился настоящий мужчина, пусть и оборотень, как я тут же умудрилась подвести его и теперь могу потерять. Ну почему жизнь так несправедлива?!» – застонала про себя, наблюдая, как с каждой секундой его красивые губы становятся все бледнее.

Глава 15

Мы кое-как дотащили Олега до его дома. Я даже не думала, что так далеко успела убежать. Но стоило мне посмотреть на закрытую дверь, как я огорченно застонала.

– У него какой-то хитрый замок, я не знаю, как его открывать, – пожаловалась я Игорю. Тот усмехнулся и ответил:

– Зато я знаю. У нас здесь у всех такие замки. Давайте поднесем его поближе.

Мы встали на порожек перед входной дверью, и мой юный помощник попросил меня:

– Мария Ивановна, бросайте ноги и приложите его левую руку к черной панели.

Я послушалась, и уже через секунду дверной замок пискнул и щелкнул, пропуская нас внутрь.

Олег тут же был уложен на диван у камина. Я аккуратно освободила его грудь и живот от остатков одежды.

– Игорь, подогрей чайник, перелей кипяток в какую-нибудь кастрюлю и принеси сюда вместе с чистым полотенцем, – принялась командовать я.

– Давайте я отцу позвоню, он приедет и все в лучшем виде сделает.

– А кто у тебя отец? – уточнила я.

– Главврач больницы Борска, – немного удивленно ответил Игорь, видимо, привык, что все в курсе его родства с таким значимым в городе человеком.

– Врач – это хорошо, но первую помощь мы должны оказать! Ладно, ты звони отцу, а я сама погрею воды и найду полотенце.

– Никому звонить не надо! – едва слышно возразил Олег, – Я уже сказал, что мне не нравится незапланированное пробуждение медведя в окрестностях моего дома, так что не хочу видеть здесь волков. Мне и тебя слишком много!

Игорь зарычал, но я решила пресечь дальнейшие споры, и так от всего случившегося шла кругом голова, а тут еще эти двое ссорятся.

– Поставь чайник, – повторила строго я. В этот раз Игорь молча пошел в сторону кухни. Я тоже хотела последовать за ним, чтобы найти чистое полотенце и желательно не одно, но тут мою руку схватили в плен длинные пальцы Олега.

Я посмотрела на бледного мужчину вопросительно.

– Теперь ты мне веришь? – прохрипел он.

– Тебе не знаю, а собственным глазам вполне, – ответила я. Мне не очень хотелось сейчас выяснять отношения. Но, кажется, он желал именного этого.

– Не смей больше так делать! – почти по слогам отчеканил он.

– Что именно? – уточнила я, прекрасно понимая, о чем он.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.