Эбигейл Ло
Любовь под яблочным соусом

1.

Студеное ноябрьское утро. Стрелки часов показывали семь утра, но рассвет появляться не торопился. Чернильное небо затянули тяжелые тучи. Метель яростно бросала в окна снежный песок, то и дело заунывно причитая. Аномальная погода для этих мест в конце осени.

В крохотной квартире на третьем этаже деревянного дома жила семья Москвиных: мама Наталья, папа Дмитрий и восьмилетняя Нина.

Тихо. Дремота витала в холодном воздухе. Тепла батарей не хватало. Спать приходилось под двумя ватными одеялами. Оконные стекла леденели изнутри. Сквозь щели в деревянных рамах то и дело пробивался ветер.

Дымчатый кот Тимоша с вечера отслеживал, кто из домочадцев собирался в царство Морфея раньше всех. Ему еще не было и года, ночью он мерз, как ребенок. Прыгал в постель, плотно прижимался к избраннику и тарахтел, как трактор, убаюкивал. Но и Тим прерывался на крепкий сон, замолкая. Сейчас был именно тот момент. Кот мирно сопел в ногах своей маленькой хозяйки. Львиного рыка-храпа главы семейства тоже не было слышно. Очевидно Дмитрий трудился в ночную смену.

“Мне приснился чудесный сон!” – восьмилетняя Нина со звонким вскриком уселась в кресле-кровати. Белокурые пряди выбились из длинной косы, челка упала на нос, как у озорного солового жеребенка. Сонные бирюзовые глаза искали маму. Она не отвечала. Мирно спала под ворохом покрывал на диване напротив.

Зато от неожиданной побудки на пол спрыгнул Тимоша. Кот вопросительно мяукнул и уставился на девочку глазами-топазами. Убедившись, что катастрофы не произошло и в срочном порядке эвакуироваться из дома нет необходимости, он сладко потянулся и потопал на кухню проверять миски – авось кто вечером положил вкусняшку вечно голодному пушистому любимцу.

“Я должна тебе сон рассказать!” – еще громче позвала девочка. Кромешная темнота нисколько ее не пугала. Она даже не вспомнила о времени от нетерпения. Маму нужно было срочно разбудить. Ведь такого сна ни у кого из ее одноклассниц не было. Уж она точно знала. Нина только что видела СВОЕ БУДУЩЕЕ. Да еще какое, самое, что ни на есть сказочно-чудесное. Вот Мила, Варя и Настя, ее подружки, обзавидуются! От этой мысли Нинина улыбка стала еще шире и довольнее. Босые детские ножки тут же зашлепали по холодному линолеуму. За пару шагов замерзла, даже фланелевая пижама не спасла. Прыгнула к маме под плед.

– Ноги ледяные. Сколько раз говорила, надевай тапочки, не ходи босиком, простудишься, – заворчала Наталья, укутывая дочь.

– Я быстренько. Не поверишь, что сейчас приснилось!

– Пару часиков не подождешь? Суббота же, выспаться хочется… Подремли со мной, – мама обняла Нину и прижала к себе, уткнувшись ей в затылок.

Но юркая девчушка вывернулась и обиженно засопела. Никогда она больше не будет делиться с мамой секретами, раз она такая. Сон ей важнее. Не торопясь спустила ноги с дивана, все еще надеялась, что мама передумает. И не зря.

– Куда собралась? – родные руки утянули Нину обратно. – Выкладывай, только все-все-все подробности. Я во внимании.

Девочка сразу забыла про обиду, терзавшую ее секунду назад. За ее эмоциями всегда было сложно поспеть. Казалось бы, только что в тоске обдумывала свою дальнейшую печальную судьбу без откровений с мамой, планировала одинокое и гордое жизненное плавание, а теперь оживленно щебетала, оставив драму позади. Неугомонный тайфун.

– Я оказалась на морском пляже. Только уже совсем взрослая. Высокая, с потемневшими длинными волосами. На мне было белое кружевное платье, как свадебное, только намного короче. Модное, – тараторила Нина, закрыв от удовольствия глаза. Она снова видела волшебную картину, от которой кружилась маленькая девичья головка. – Море было огромное. Волны шумели, успокаивали. Чайки кричали, охотились за рыбой. Повернула голову, а на меня смотрит мой принц. Оказывается, все это время он держал меня за руку. Не могла разглядеть его лица, но чувствовала, что он улыбался. И любил меня. Больше всего на свете любил! Мы искали друг друга так долго, наконец-то нашли. Больше никогда не расстанемся, будем счастливы вместе всю оставшуюся жизнь. Вместе навсегда! Ты слушаешь?

– Очень внимательно. Продолжай.

– Мы так и стояли, держась за руки, а потом он исчез. Я обернулась, но его нигде не было. Но не побежала за ним. Откуда-то знала, что все случится само собой и он вернется. Я какое-то время еще любовалась морской картиной, а потом пошла в воду. Прямо в платье. И проснулась. Что думаешь?

– Необычный сон. Загадочный. Ты точно не выдумала его? Может, видела по телевизору что-то подобное?

– Нет. Ничего такого не смотрела. Это мое будущее. Вот увидишь, сон сбудется! Я точно знаю, чувствую.

Мама задумчиво промолчала. Нина не придала значения ее настороженной реакции. Девочку увлекла мечта. Она видела в ней только волшебство наяву и искренне верила, что оно с ней произойдет.

“Мя-у-у”, – возмущенный Тимоша отвлек всех от размышлений. В тарелке не было обнаружено ничего привлекательного, а он настроился плотно позавтракать. Хозяйки обязаны немедленно отправиться на кухню и приготовить ему вкуснейший завтрак в лучших кулинарных традициях современной кошачьей эпохи.

“С добрым субботним утром, мое беспокойное хозяйство!” – вздохнула мама, натягивая махровый халат и вязаные шерстяные носки.

“Вот увидишь, мы с принцем найдем друг друга!” – крикнула ей Нина и упала на подушку, зажмурившись.

2.

От волнения иголочками покалывало кончики пальцев. Нина стояла в подъезде, у двери родительской квартиры. Они переехали за год до окончания школы. Вскоре после того, как папа получил повышение. Он занял должность руководителя подразделения. Головокружительный взлет по карьерной лестнице взбудоражил тогда все предприятие. Гул по нему стоял несколько дней, как в осином улье, потревоженном палкой мальчишки. Даже “шершни” были в недоумении. Честно говоря, домашние тоже были весьма удивлены, но подробных объяснений такого феерического успеха от отца не добились.

“Приказ из Москвы,” – отмахивался папа. – “Видимо, до них дошли слухи, что я достаточно силен в своей сфере и способен на большее. Да и Павлов на этом месте дел наворотил, мама не горюй. Мне еще долго придется разруливать его косяки. Степаныч только штаны просиживал, пенсии дожидался и зарплату снимал. На все сквозь пальцы смотрел. Статья не светит и уже хорошо. А мне теперь придется извернуться и прыгнуть выше головы раза три подряд, чтобы вычистить за ним. Вот наладим бешеные темпы и заживем. Девчонки, у вас все теперь будет, я обещаю!”

Слово Дмитрий сдержал. Новая квартира Москвиных не шла в сравнение с однушкой в ветхом деревянном бараке. Теперь в их распоряжении было две спальни, гостиная, совмещенная с кухней, кабинет, две ванных комнаты, в одной из которых даже была сауна. А самое главное – здесь всегда было тепло. Никакие погодные выходки не отражались на комфортной атмосфере просторного семейного гнезда.

Его интерьер был выполнен по дизайнерскому проекту в современном стиле: пастельные бежевые тона сочетались с насыщенными изумрудными, сиреневыми, небесными оттенками, стальные элементы – с деревом орехового цвета. При этом не было перегруженности мебелью и деталями – изысканную лаконичность проработали до мелочей. Нина любила разглядывать обстановку, расположившись на велюровом диване цвета морской волны в гостиной. Не могла налюбоваться красотой, созданной вокруг, принадлежавшей отныне им. Мама тоже подсаживалась к ней, так и оглядывали свои владения в обнимку.

На удивление, крутые перемены не вскружили голову девушке, которая лишь стала чуточку счастливее. Она не хвасталась и не задирала нос, хотя подобная жизнь была доступна немногим в ее городе.

Радость омрачили сверстники, как только увидели у школы Дмитрия на новом тонированном кроссовере. Они категорично объявили бойкот. Злобно провожали Нину взглядами, шептались за ее спиной, по-хамски отворачивались на любое обращение. Всеобщее раздражение хлынуло на Нину раскаленной лавой: школьники перешли в наступление и пустили в ход ядовитые насмешки, гадливые и желчные замечания по типу “из грязи в князи”, “смотри, идет дочь олигарха”, “хорошо, наверное, живется на чужие кровные, ворюги”.

Даже когда-то близкие подруги изменили свое отношение. Теперь при появлении Нины они замолкали. Общих тем больше не было. Девочки стали ее избегать. Их тоже душила зависть, отчего было неописуемо обидно. Десятилетней дружбе с Варей и Настей пришел конец. И все из-за чего? Из-за лучшей жизни, которой удостоилась их одноклассница, а они – нет.

Что говорить, и преподаватели охладели к круглой отличнице. Их замечания перешли на уровень придирок. На нее смотрели свысока, с нескрываемым раздражением. Пострадала успеваемость Нины, которой нагло занижали оценки две особо уязвленные учительницы. Ехидны находили недочеты в безупречно выполненных контрольных. В итоге с ними пришлось разбираться отцу. Конечно, после напряженного разговора тет-а-тет заслуженные пятерки вернулись в журнал, но давление никуда не делось, скорее наоборот приумножилось. Нина все силы прикладывала, чтобы выглядеть невозмутимо и достойно: равнодушно игнорировала провокации, сохраняла спокойствие и выдержанное дружелюбие, делала вид, будто травли не происходит.

На самом деле от несправедливости ныло в груди. Нина подолгу ревела ночами, уткнувшись в Тимошу. Кот сочувствующе тарахтел, обнимая хозяйку лапами. Школьные дни тем временем становились все более невыносимыми.

Опускать руки не давала Мила, единственная и лучшая подруга: “Забей на этих дураков, они скоро от зависти удавятся. Пусть захлебнутся своим ядом, гадюки!” Теперь при встрече обнимались еще крепче, а в школе не отходили друг от друга. Держались вместе всем вопреки. Туго бы пришлось Нине без поддержки подруги – родители сочувствовали и подбадривали, но на школьное поле боя не заявлялись по просьбе дочери. Она хотела справиться сама. Сосредоточилась на подготовке к выпускным и вступительным экзаменам, отбрасывая любые мысли о предательстве когда-то дружелюбных одноклассников.

Когда Нина поступила в московский университет, былые проблемы остались позади. Она с радостью покинула родной город, ставший враждебным и чужим. Общение с Милой в те времена перешло в онлайн формат. Именно так через года подруга узнала о великом Нинином счастье.

– Отгадай, что будет завтра?

– Не томи!

– Вручение моего красненького диплома!

– Я знала, что ты защитишься на ура. Дипломную работу признали лучшей в группе?

– Угадала!

– Нинка, столько лет мучений. Ни личной жизни, ни тусовок толком. Стоило это таких жертв? Как ощущения?

– Как будто Оскар завтра получаю.

– Родители приедут?

– Нет. Сама заявлюсь, сюрпризом.

– Так, отсюда поподробнее.

– Ты меня слышишь? СЮРПРИЗОМ – неожиданно, внезапно, в любой момент. Поняла?

– Да уж дошло. Ты меня убиваешь. Я же теперь буду ждать тебя вот прямо с этой секунды.

Нина обнаружила, что минут двадцать простояла в подъезде, облокотившись на перила, настолько ее увлекли воспоминания. Смахнув с себя былые печали и тревоги,

девушка потянулась к дверному звонку, но передумала. Она усилит эффект неожиданности, возникнет перед родителями и торжественно вручит заветные корочки со словами: “Вечер добрый, встречайте своего бухгалтера. План выполнен, диплом с отличием взят”.

Нина осторожно открыла дверь своим ключом и на цыпочках направилась на голоса в гостиной, предвкушая ликование родных.

Миновав коридор, вздрогнула, как от удара в двести двадцать вольт: “Папа?! Что происходит?!”

3.

Отец прытко соскочил с дивана, как горный козел. Ранее Нина такой активности за ним не наблюдала, видимо, шефу не к лицу. Или более неловкой и стрессовой ситуации между ними еще не было. Дмитрий второпях застегивал брюки, в то время его спутница была поразительно спокойна. Она неспешно уложила карамельные пряди в стрижке-пикси, протерла уголки губ, щедро накрашенных алой помадой, заправила полупрозрачную блузку, одернула юбку-карандаш, одарила Нину надменной ухмылкой и покинула квартиру, вульгарно покачивая широкими бедрами в черном атласе. Офисная дива, по-другому не скажешь.

– Что это значит?

– Определенно одно: о своем визите нужно предупреждать заранее.

– Я вообще-то домой приехала.

– Ты не одна живешь.

– Неужели тебе нисколько не стыдно?

– Я взрослый мужчина. У меня есть личная жизнь, которая никого не касается.

– А мама в курсе твоей “личной жизни”? Где она, кстати?

– На дачу с Тимофеем уехала. Кофе свари, поговорим по-человечески, без претензий.

– Вряд ли удастся.

– Придется пересилить себя.

Нина поставила турку на плиту. Ее поразил мгновенный переход отца от растерянности к твердости. Его было не узнать. Приезжая раз в полгода последние пять лет, она и не заметила, когда папа изменился. Перед ней теперь был властный мужчина, ухоженный и самодовольный. Падкий на наглых фиф из вульгарных мыльных опер! Никогда не встречала более высокомерных и бесстыжих особ. Хотя где ей было с ними пересекаться, в универе на парах?

Да уж, Нина, отстала ты от жизни. Она круто поменялась. Может, всегда была такой, а ты не замечала, одержимая сначала золотой медалью, потом красным дипломом. Ты хотела обеспечить себе будущее. Стоило, хоть иногда, оглядываться по сторонам.

Мама. Как быть с ней? Сделать вид, что ничего не произошло, или рассказать правду и собственными руками разбить ей сердце. А если она в курсе отцовских измен и живет в аду? В таком случае, это ее выбор. Развестись, отсудить половину нажитого и покинуть город можно всегда. Или нет? Нине уж точно надо уезжать обратно в Москву, подальше от этих грязных интриг внутри семьи. Слишком больно. Невыносимо. Родные стены стали омерзительны.

Размешивала сахар в чашке с кофе уже минут пять, погруженная в свои мысли. Хотелось то выплеснуть черное варево отцу в лицо, то забыться амнезией, то схватить вещи и уйти, не оглядываясь, то набрать маме и вывалить ей всю правду за сегодня. Водоворот мыслей закружил девушку. Того гляди закричит от досады и разочарования. Ее мир рухнул и прежним уже не станет. Москвины, уважаемые и успешные, родные и любимые – лишь картонная декорация, фальшивка, сгорающая на ее глазах. Надо запомнить, что отныне сюрпризы – это не ее. К черту, такие эффекты неожиданности.

– Дочь, это жизнь. Мы мало отличаемся от других. У мужчин есть свои потребности. Так было всегда. В этом нет ничего сверх-страшного, – Дмитрий уговаривал дочь, пытаясь вырасти в мирное русло.

– Я решила строить карьеру в Москве.

– Это вряд ли. У меня другие планы. Ты будешь у меня на глазах.

– В каком смысле?

– Устрою тебя к себе. Иначе твоя карьера начнется с уборщицы. А жить придется в загаженной коммуналке в пригородном захолустье. Без моих денег и имени у тебя ничего не получится.

– Красный диплом все-таки я сама заработала, без твоей помощи.

– Уверена?

– Ты причастен к моим оценкам?

– Дочь, у меня все всегда под контролем. Тем более твои дела.

– Ты блефуешь! Не присваивай себе чужие заслуги! Диплом – главное достижение в моей жизни. Дай немного денег, чтобы комнату снять на первое время! Больше ни о чем не прошу. Докажу тебе, что всего смогу добиться в одиночку.

– Зачем тебе трудности? Кому и что ты пытаешься доказать? Мне и так ясно, что ты – умница. Тебя ждет успешное будущее. Хочу его наблюдать своими глазами.

– Мне нужно идти дальше, Москва – другой мир, где возможностей в миллион раз больше. Там мое место.

– Наша столица коварна и упряма. Она может в любой момент уничтожить тебя. Не готов к такому риску.

– Ты же всегда рядом. Не позволишь этому случиться. Отпусти меня. Не смогу теперь жить здесь.

– Ты остаешься. В противном случае я позабочусь, чтобы твоя карьера ограничилась сферой клининга.

– Не бывать этому! Решать только мне.

– Будешь ты решать. Будешь! – отец ударил кулаком по столу с силой, кружки перевернулись, а кофе разлился и капал на пол. Продолжил спокойным голосом,– Отдохни две недели и выходи на работу в бухгалтерию. И еще, думаю, ты уже поняла, что о сегодняшнем неприятном для нас инциденте нужно забыть.

Нина ушла к себе в комнату. Жизнь, словно встала на паузу. Время остановилось. Она не была уверена, хочет ли, чтобы оно продолжало свой путь. Планы полетели прахом. Этот город снова душил ее, как в школьные годы, только теперь он усилил хватку. Жаждала вырваться и скрыться. Но от отца не убежать. Оказалась в западне.

Девушка рассматривала себя в зеркало. Прежней школьницы не было и в помине. Она давно уже не носила челку. Длинные, спутанные, теперь каштановые волосы обрамляли лицо и спускались до локтей. Нина принялась с остервенением расчесывать густые пряди, распутывая узелки.

Щеки побледнели. Небесные глаза устало щурились, под ними появились синие круги. Провела по пунцовым пухлым губам гигиенической помадой и поморщилась. Стало тошно из-за кофе, выпитого на голодный желудок.

Укуталась одеялом и закрыла глаза. Тимоши не хватало с его расслабляющим мурлыканьем и лаской. Котик потоптался бы по ней лапками, потерся мордочкой, вытянулся вдоль нее и обнял.

Дурманящие чары сна уже захватили сознание Нины, когда в сумке пиликнул телефон. Перевернулась на другой бок, проигнорировав уведомление. Но раздался телефонный звонок, потом еще один, настырный и долгий. Тут без вариантов, придется ответить. Почти уверена, что это Мила, а, значит, она не отстанет.

– Угомонись, женщина, я спала, – не открывая глаз, промычала Нина.

– Семь вечера. Ты в порядке? – беспокоилась подруга.

– Устала с дороги.

– Ты дома?

– Не успела набрать. Кстати, нам поговорить надо срочно. Приезжай к нам?

– Скоро буду. Мне тоже есть, что рассказать.

Очередное доказательство необъяснимой связи между подругами: они чувствовали, когда нуждались друг в друге. Одна вспомнила – вторая тут же позвонила, уловив посыл. Как они это делали, для них самих было загадкой.

4.

– Добрый вечер, Дмитрий!

– Мила, ты тут как тут. Привет. Нина на кухне, проходи. Соблазнительный пирог, угостишь?

– Конечно. Шикарно выглядите!

– В ресторан на встречу с партнерами собираюсь.

– С теми, которые сегодня утром приезжали?

– Все-то ты знаешь.

Отец пафосно поправил лацканы пиджака. Выглядел он и правда блестяще в свои сорок восемь. Черный смокинг подчеркивал широкие плечи и крепкие руки. Расстегнутая на три пуговицы белоснежная рубашка обнажала гладкую шею. Из-под рукава выглядывали часы, статусная и дорогая вещь. Они усиливали брутальность образа.

Вытянутая форма лица. Строгая и аккуратная стрижка светло-русых волос, щедро разбавленных сединой. Проницательные глаза цвета еловой хвои, суровый взгляд и острый нос, выразительные губы, окруженные ухоженной щетиной. Красивый мужчина.

Нина рассматривала папу, будто видела в первый раз. Лоск, уверенность и бешеная энергетика даже Милу лишали рассудка, не то, что женщин, случайно оказавшихся рядом. Кстати, о Миле. Она тоже любовалась Дмитрием, забыв о приличиях. Пялилась на него со знакомой улыбкой. Так подруга смотрела только на парней, от которых с ума сходила. Ее лицо сейчас выражало стопроцентную негу, что, само собой, льстило отцу. Пора спасать свою бестолочь: “Пойдемте пить чай! Мили, обними меня сейчас же! Блондинка моя, наконец-то я вижу тебя не через экран телефона! Соскучилась!”

– Пирог – бомба, – отец с аппетитом наворачивал второй кусок. Он вел себя непринужденно, будто пару часов назад не стоял перед Ниной с расстегнутой ширинкой. – Мой любимый, с картошкой. Никакая ресторанная еда с ним не сравниться.

– Сама испекла. Настроение кулинарное было, – смущенно мямлила подруга.

– Заходи к нам с такими вкусностями почаще, – хлебнув чаю расхваливал отец. Он открыто заигрывал с девушкой, которая ему в дочери годилась. Та млела от удовольствия. От очередного откровения снова начало подташнивать.

– Без пирогов не приходить?

– В любое время. Ты нам, как родная, – отец взглянул на часы и заторопился. – Мне пора выезжать. До встречи, девчонки.

Отец намеревался поцеловать дочь в щеку, но та увернулась. Мила же смотрела ему вслед своими зачарованными большими карими глазами, часто хлопая густыми, длинными ресницами.

– Напоминаю, что он – мой отец. Не вздумай, – строго прошипела Нина. – Пошли ко мне в комнату. И накинь кардиган, ради всего святого. Он ушел уже.

– Не ворчи, – Мила одернула чересчур короткое, плотно облегающее черное платье из тонкого материала.

– Разговор только между нами, вообще никому не рассказывай, – запрыгнула на кровать, подруга присела рядом.

– Могла бы и не уточнять. И так вижу, что дело серьезное, – Мила накинула кофту на плечи и скрестила руки, приготовившись слушать.

Нина в красках пересказала вечерние события. Что примечательно, подруга нисколько не удивилась.

– А что ты хотела? При виде его все женщины ум теряют. Даже самые стойкие лишаются самообладания, ведут себя, как влюбленные малолетние дурочки. Дмитрий – альфа-самец нашего города. За ним это звание давно закрепилось. Конечно, он волен выбирать новую пассию хоть каждый день, что, собственно, и делает.

– Замечательно, их еще и толпа.

– Кстати, у твоего отца появился конкурент. Сегодня приехали шишки из Москвы. Будут контролировать запуск новой линии производства. Походу они здесь задержатся надолго. Один из них умопомрачительный. Только представь: здоровый и высоченный, как скала. Темные волосы, стрижка короткая, не под ноль, но близко к этому. Взгляд хищника, с огоньком. Хитрая ухмылка. Вальяжная походка, голос с хрипотцой. Харизма на высоте. От одного его появления мурашки по всему телу бегают. Подожди, фотку его найду.

– Мила в своем репертуаре. Я тебе о своей трагедии, а ты мне о мужиках. Пойми, моя семья – это лишь компания талантливых актеров, каждый из которых себе на уме. Играют свои роли отменно, конечно. Видимо, мама в курсе папиных похождений, но закрывает на них глаза. Я искренне верила, что родители преданно любят друга, и так будет всегда. Они были для меня примером. Теперь от ярости тяжело дышать и говорить. Они уничтожили нас таких, какими мы были.

– Ты, как ребенок, которому рассказали, что Деда Мороза не существует. Не хныч. В чем именно беда? Мама любит твоего отца, и он ее тоже. Мимолетные интрижки не угроза их браку. Родители давно подстроились под нынешний темп жизни.

– Только у меня нет больше семьи.

– Бред какой. Родные любят тебя, как и прежде. Их личные дела к тебе никакого отношения не имеют.

– Я видеть их не могу. По крайне мере, отца. К тому же он категорически запретил мне переезжать в Москву. Придется по его указке жить и команды выполнять, как дрессированной собачонке.

– В его решении есть смысл. Он желает тебе лучшего. Жизнь в Москве не так легка, как кажется.

– Тебе ли мне рассказывать. Я талантлива и упорна, мне многое по зубам.

– И наивна, как дите из ясельной группы. Твой красный диплом не решит проблем и не откроет тебе все двери. В работе главное – опыт, а у тебя его нет. Наработай базу здесь. Со временем отец отпустит тебя. Вот увидишь. Многие мечтают о такой поддержке и покровительстве, а ты капризничаешь.

– Хочу сама всего добиться. Да и жить по указке – кромешный мрак.

– Не думаю, что папа будет командовать тобой до такой степени. Нинка, не раскисай ты, все не так плохо. Справимся, разрулим. Подожди немного. Жизнь не заканчивается. Уехать и пуститься во все тяжкие успеешь.

– Может, ты и права.

– Твоя семья – родные мне люди. Перемены на моих глазах происходили, я внимательно за ними наблюдала. Для тебя контраст ощутимый. Накрутила себя.

– Показывай своего мужчину-мечты. Я готова увидеть совершенство.

Подруги проболтали до глубокой ночи, как в старые добрые времена. Вспомнили одноклассников, нашли их в социальных сетях. Промыли косточки каждому для большего успокоения. Уснули в обнимку под фильм, включенный на ноутбуке.

5.

Нина уже проснулась, когда дверь бесшумно отворилась. Тимоша толкнул ее своими мягкими лапками и заглянул в проем. Увидев любимую хозяйку, кот радостно замяукал и смело забежал в комнату. “Привет, дружок,” – девушка подхватила его на руки и уткнулась в мягкую шейку, получив в ответ поглаживания лапкой. – “Мне так не хватало тебя”.

Котику шел шестнадцатый год. Он заметно похудел, серебристая шерстка потеряла прежнюю пышность и блеск, взгляд потускнел. Пропала былая игривость и подвижность, теперь Тим спал большую часть дня. При этом он оставался все тем же ласковым, горячо любимым членом семьи.

– С котом обнимаешься теплее, чем со мной, – донесся хриплый голос из-под подушек в дальнем углу кровати.

– Иди сюда, мы и тебя затискаем.

– С утра не готова на столь страстные милости. Пойду в душ.

– Мы помурлычим еще немного и последуем твоему примеру. Через полчаса встречаемся на кухне.

Нина вышла в коридор и будто вернулась в детство: ей восемь лет, мама в длинном махровом халате варила кофе и пекла оладьи, папа отдыхал после ночной смены, Тимоша оберегал его сон. В телевизоре еле слышно бормотал спортивный комментатор – шла трансляция вчерашнего футбольного матча. Классическое воскресное утро Москвиных. Мама набросила на плечи Нины пуховый шерстяной платок, поставила перед ней тарелку с пышными, ароматными лакомствами и пиалу с клубничным вареньем. Девочка в предвкушении глубоко втянула в себя аромат – объедение. Мама села напротив, облокотилась на руку и наблюдала за ребенком. Счастливый кадр, бережно хранившийся в памяти.

Девушка неохотно открыла глаза и сжалась, ощутив как липкая и тягучая тоска облепила ее сердце. Неохотно оглядела дом. Не ожидала, что будет скучать по жизни в их потрепанной однушке.

– Доброе утро, – из размышлений вырвал мамин поцелуй в щеку, крепкие и долгие объятия.

– Изумительно выглядишь, хоть сейчас на подиум, – поцеловала маму в ответ и прижалась к ней.

От пшеничных волнистых волос, подстриженных в каре, пахло лавандой. Лисьи глаза цвета морских волн тонко подчеркнуты подводкой, тонкие губы – матовой бледно-розовой помадой. Легкий повседневный макияж придавал Наталье свежести и молодости.

– Я думала, ты на дачу уехала, – Нина разливала кофе по чашкам.

– Так и было. Дима позвонил, сказал, что ты приехала. Мне-то почему не набрала?

– Сюрприз хотела сделать, – неубедительно соврала девушка. Она просто напросто забыла позвонить маме, целиком погруженная в раздрай.

– Сегодня вечером ужинаем в ресторане. Только мы втроем. Семейный вечер. Многое нужно обсудить. А пока предлагаю провести время с пользой и заняться шоппингом. Мила, ты с нами?

– Нет, спасибо. Поеду домой, дела есть, – задумчиво ответила Мила, поглаживая Тимошу, развалившегося у нее на коленях.

Увидев маму, Нина отключила голову и расслабилась. Отпустила ситуацию. Нет смысла прокручивать одно и то же в голове, не зная всей картины. Девушка решила повременить с выводами и наблюдать за происходящим. Всему свое время.

Она получала колоссальное удовольствие: целый день в компании с мамой. Забыла, когда такое было. В приподнятом настроении неторопливо прогуливались по бутикам и шоурумам, покупая все, что нравилось. У них не было заведено сорить деньгами, но сегодня они позволили себе больше обычного. Из одного торгового центра перебрались в другой. К концу дня гардероб Нины был полностью обновлен, а мамин существенно пополнен.

“Нам пора выезжать в ресторан, Дима уже ждет нас,” – мамино волнение насторожило девушку. Ее настроение никогда так спонтанно не менялось: от беззаботного к напряженному. Странно. В чем может быть дело?

– Семья, хочу сказать первой, – торжественно сказала мама, подняв стакан яблочного фреша, – Я счастлива, что мы снова вместе. Огромное спасибо вам обоим. Нина, мы гордимся тобой! От всего сердца поздравляем! Меня переполняют чувства! Красный диплом – символ упорства, трудолюбия и таланта. Невероятная проверка на прочность, с которой ты блестяще справилась. Взяла Эверест. С новой мечтой определилась?

– Да, и, как всегда, на ее достижение уйдут годы, – спокойно ответила девушка.

– Удиви нас, – Дмитрий с любопытством смотрел на дочь.

– Мечтаю жить в Москве.

– Опять ты за свое. Мы же все обсудили, – провибрировал от раздражения, а не произнес.

– Не обсудили, ты огласил свое решение. И я его приняла. Но в будущем я все-таки хочу переехать. В далеком будущем, – успокоила родителей Нина.

– Мы любим тебя. Тосковали все эти года! И не хотим, чтобы ты снова покидала нас, – неожиданно взмолилась мама, слезинки алмазами сверкнули в ее глазах.

“Говори за себя, уже в курсе, как отец мучился в разлуке со мной. Или он так утешал себя и отвлекался от душевных терзаний?” – отметила мысленно, вслух добавила: “Я еще никуда не еду. Об этом рано говорить и тем более переживать. Все может измениться. Мам, ни слезинки, все будет хорошо”.

– Мне нужно кое-что вам сообщить. Честно говоря, узнала об этом только вчера, поэтому и уехала на дачу, чтобы прийти в себя и осмыслить происходящее. Все еще пребываю в шоке, но знаю, как быть дальше, – запинаясь говорила мама. Ее глаза бегали, руки не находили себе места. От волнения, она не знала, как продолжить и поперхнулась.

– Говори уже, – раздраженно прервал ее отец.

– Не так я планировала свою речь. Нервы сдали. Я беременна.

Папа выругался и уставился на маму, вытаращив глаза и раскрыв рот. Кажется, в итоге он онемел от потрясения.

– Да уж, вот кто у нас мастер сюрпризов в семье! – выдавила Нина.

– Мы не планировали второго ребенка. Но он уже есть, во мне растет крошечный человечек, поэтому предлагаю вам меня поздравить. Выглядите так, будто перед вами возник самый страшный кошмар Кинга.

– Ребенок от папы? – не подумав, брякнула Нина. Сразу об этом пожалела.

6.

– Сделаем вид, что ты ничего не спрашивала, – обиженно ответила мама.

– Прости, пожалуйста. Глупость сморозила, – взмолилась Нина.

– Дим, скажи хоть что-то, – мама растерянно перевела взгляд на отца.

– Милая, я рад. Правда. Не ожидал, что стану отцом во второй раз, особенно сейчас. Любимая, я счастлив, но немного обескуражен, застала меня врасплох, – бормотал Дмитрий, затем поцеловал и обнял жену.

– Давайте ребенок останется нашим семейным секретом. Будем скрывать его до тех пор, пока это возможно.

Домой вернулись в задумчивости. Родители сразу ушли в свою спальню. Нина осталась в гостиной и включила телевизор. Тимоша дремал на диване. Он казался более вялым, чем обычно. Даже не поднял голову и не открыл глаза при появлении хозяйки. Не похоже на него. Девушка осторожно провела рукой по голове Тима. Котик медленно открыл глаза и тут же закрыл их, молча свернувшись в калачик. Неужели заболел? Хозяйка взяла друга на руки, он жалобно мурлыкнул и дернулся.

“Сегодня будешь спать со мной. До утра не отойду от тебя, малыш. Завтра ко врачу поедем. Не волнуйся, мы поможем тебе,” – приговаривала Нина, поглаживая кота. – “Любим тебя, дружочек. Все будет хорошо”.

Взяла в руки телефон. До Милы снова было не дозвониться. “Набери меня. Есть новости,”– сообщение отправлено вдогонку непринятому вызову. Снова куда-то запропостилась. Такие исчезновения вошли у подруги в привычку. Очевидно, она что-то скрывала. Девушки делились друг с другом абсолютно всем, но сейчас Мила строго оберегала личный секрет даже от Нины. Та же с расспросами не одолевала. Делала вид, что верит многочисленным объяснениям отсутствия подруги. Фантазии Милы можно было позавидовать.

Нина бездумно переключала каналы, обнимая Тимошу. Ушла в свои мысли настолько, что ничего вокруг не замечала. Вот уж закрутило-завертело их семью. Будущей старшей сестре нужно свыкнуться и принять новую роль, чтобы предстоящее пополнение стало радостным событием. Пока что она оставалась в недоумении.

В ее двадцать три у людей свои дети появляются, а тут маленький братик или сестренка. Не чудо ли? Кому-то предстоит получить первый опыт общения с младенцем. Появятся свои дети – будет не так страшно. Нина улыбнулась собственным мыслям и потерла смущенно лоб. Правду говорят: все, что ни делается, все к лучшему.

Малыш – шанс для родителей вернуть прежние отношения. Вряд ли мама была в восторге от папиных похождений. Хоть и делала вид, что это не так. В жизни Нина не поверила бы, что женщина может быть равнодушна к изменам любимого мужчины. Только не ее мама. Совсем скоро ей не удастся так умело скрывать эмоции. Вряд ли папа станет рисковать здоровьем родных. Он, наверняка, пересмотрит свое поведение, и его интрижки сойдут на нет.

Нина представляла, как могут развиваться события. Возможно, отец ослабит хватку, переключившись на ребенка. Ему будет не до старшей дочери. Шансы получить одобрение на переезд в Москву возрастут. Эгоистичные мысли, не так ли? Вполне. Но в ее ситуации подобные надежды не лишены смысла.

Хотя может случиться и наоборот. Родителям потребуется помощь и поддержка. Бабушек и дедушек у Москвиных не было. Даже Нина не успела с ними познакомиться. Двоюродная бабушка Тамара жила в Судаке на берегу Черного моря. На ее помощь рассчитывать не приходилось, сюда она точно не переедет.

Нина взглянула на происходящее со стороны. Второй вариант развития событий был реалистичнее. Видимо, предстоящие три-четыре года Москвы ей не видать. В конце концов, она сама не бросит родителей. Мама нуждалась в ней больше, чем когда-либо. Беременность в ее возрасте требовала особого внимания. Теперь ее нужно было во всех смыслах оберегать. Им нельзя разлучаться.

Решено. Девушка выдохнула. Будущее прояснилось. Более того, по ее собственной воле. Впереди работа, где предстоит проявить себя по максимуму. Она добьется успеха на профессиональном поприще. И родство будет тут не причем. У Нины самостоятельно получится проявить себя на высоте.

Осторожно постучала в дверь спальни родителей.

– Спите?

– Нет, думаем о том, что нас ждет, – с еле заметной грустью ответила мама, выглянув в коридор.

– Можно к вам? – в Нине проснулась маленькая девочка. Все мы дети в глазах родителей. В любом возрасте хочется их тепла и ласки. Особенно в волнительные моменты.

– Заходи, – раскрыла дверь мама, приобняв дочь. – Москвины сегодня вместе ночуют, как в старые добрые времена.

– Прыгай к нам, – улыбаясь глазами, позвал отец.

Нина устроилась у мамы под боком. Пролежали так какое-то время в тишине. Слов было не нужно. Все проблемы остались за дверью.

– Напуганы? – подняла голову девушка.

– Не знаем, что и сказать, – тихо произнесла мама. – Тревожно. Мы не мечтали о ребенке, а теперь я хочу его больше всего на свете. Страшно потерять малыша, вдруг что-то пойдет не так.

– Выкинь ужасные мысли из головы. Ты будешь наблюдаться у лучших врачей. Ваше здоровье будет под контролем. Понимаю, что тревожно. Вместе справимся. Я вас люблю! – воодушевленно и по-детски наивно подбадривала Нина. – У нас будет малыш! Вот счастье-то какое!

– Ты – мое счастье, – мама крепче обняла Нину и поцеловала в макушку. Отец вздохнул и обнял обеих.

В час ночи, возвращаясь в свою комнату, сонно взглянула на телефон. Непринятый вызов и сообщение минуту назад: “Нужна твоя помощь, приезжай, пожалуйста”.

7.

Такси стояло у подъезда через пять минут. Нина натянула первые попавшиеся под руку джинсы и футболку. Ладно хоть ветровку предусмотрительно накинула. Выскочила на улицу и поежилась. Погода успела испортиться. Прохладный ночной воздух освежал в компании с моросящим дождем. Домашнее тепло сжалось в плотный шар, согревая девушку изнутри.

Медлить было некогда. Прыгнула на заднее сиденье и обняла сама себя. Непонятно, от чего зубы выстукивали азбуку Морзе: от неожиданного холода или от беспокойства. Не сводила глаз с телефона. В сообщении Мила ограничилась указанием адреса. Никаких подробностей, только просьба о помощи. Сухое и решительное “еду” улетело в ответном смс от Нины.

Как назло, ехать предстояло бесконечных полчаса. Путь лежал на окраину города, в частный сектор. Никогда там не была. Как подруга оказалась в таких дебрях глухой ночью? Страшно представить, что могло случиться. В свете всех последних событий можно было ожидать чего угодно. Догадки пугали. Ничего хорошего на ум не приходило. Наверное, ехать одной было не самой хорошей идеей. Разбудила бы папу и попросила о помощи. Жаль, что мудрая мысль пришла так поздно. Придется справляться самостоятельно. На всякий случай скинула отцу таинственный адрес, мало ли. Вдруг их с подругой придется разыскивать. Нина глубоко вдохнула. Не паниковать, главное – сохранять ясный разум и собранность, что бы ни случилось. Девушка потерла ладони, от переживаний они взмокли, спину сковало до ноющей боли, даже плечи ныли.

“Я рядом”, – отправила подруге.

“Жду на остановке, увидишь”, – сразу же пришел ответ.

Хоть жива, уже хорошо. Если, конечно, ответила сама Мила, а не кто-то другой. Пора завязывать с просмотром мистических триллеров. Фантазия разыгралась беспредельно. Нина прогнала ужасные мысли и принялась всматриваться в тонированное окно. Довольно непростая задача ночью, особенно на мало освещенных улицах пригорода. Машина повернула на грунтовую дорогу. Изрядно затрясло. Нину до потолка подкидывало на заднем сиденье. Один из таких полетов закончился сильным ударом головы. “Ой, да что ж такое”, – недовольно простонала. Голова заболела от ушиба и нелепости ситуации. Эта поездка начала изрядно раздражать.

– Почти приехали, девушка. Смелая вы, по ночам в гости ездить в коттеджные поселки, – слова таксиста привели в бешенство.

– Обратно довезете? – поинтересовалась с надеждой. Ждать здесь следующее такси не было желания.

– Без проблем.

– У остановки подождите, пожалуйста.

Девушка выскочила из машины и ринулась к назначенному месту, освещенному одиноким фонарным столбом. Мила сидела на скамейке, болтая ногами. В порядке ли она, сложно было понять. Нина нагнулась к подруге и схватила за плечи.

– Что случилось? – спросила полукрича.

– Только не злись, мне нужно было тебя увидеть, – спокойно ответила подруга.

– Ты в порядке? Тебе кто-то навредил или угрожает?

– Нина, нет. Все хорошо.

– То есть тебя никто не завез в эти дебри, намереваясь убить? Ты не скрываешься от маньяка и в помощи не нуждаешься?

– Ничего из перечисленного. Это ж надо было такое выдумать.

– Почему на звонки и сообщения не отвечала?

– Ты бы тогда не приехала. Я же врать тебе не умею. Всегда мою ложь чувствуешь.

– Зачем мы здесь?

– Хочу познакомить тебя с друзьями. Нам давно пора развеяться, но ведь тебя нереально вытащить из дома.

– В неизвестный дом в такой глуши, еще и ночью. Логично.

– Мы собрались спонтанно. Здесь коллеги твои, познакомишься со всеми в расслабленной обстановке. Они классные.

– Я с отцом хотела приехать, Мила. Как бы ты ему объяснила свою гениальную идею?!

– Придумала бы что-нибудь. Дмитрий ко мне хорошо относится.

– В курсе. Ты не подумала обо мне. Мне было очень страшно за тебя!

– Сейчас же все в порядке.

– Что с тобой такое?! Ты действительно считаешь свою выходку – удачной затеей?!

– Успокойся, пожалуйста. Я хотела, как лучше. Пойдем ко всем. Потом вместе смеяться будем над этой историей, – подруга сменила игривый тон, на успокаивающий. Но было слишком поздно для примирения.

– Ну уж нет – Нина развернулась и отправилась к машине.

– Постой. Приехал тот самый красавец. Я вас познакомлю. Не куксись ты.

“Поехали обратно”, – Нина хлопнула дверью такси. Водитель одарил ее в ответ недовольным взглядом, но промолчал.

– Нина, что случилось? Где ты? Что за адрес? – из динамика телефона звучал сонный и встревоженный голос отца.

– Пап, все в порядке, – Нина вкратце пересказала ему ночную поездку.

– Не похоже на Милу. Заманить тебя ночью в дом к чужой компании. О чем она думала вообще?!

– Пока что слышать о ней не могу. Я так испугалась, пап. От ужаса чуть не умерла.

– Меня почему не разбудила? Запомни на будущее, если ты не уверена в собственной безопасности, звони мне. Не рискуй так больше. Ложная тревога не проблема, наоборот. Вернулись бы вместе домой, обсудили бы твою разгулявшуюся подружку. Кстати, она захотела остаться там?

– Не спросила даже.

– Я чайник поставил. Жду.

В течение получаса заново обсуждали все подробности. Нине нужно было выговориться. Эмоции никак не могли угомониться. Негодование, ярость, обида, разочарование, досада трепали ее изнутри, как взбесившиеся волки. Она была даже рада полуночным посиделкам с отцом, хоть обида на него никуда не делась. Девушка училась жить с ней. В конце концов, речь идет об ее родном отце.

– Дочь, самое главное – все обошлось, и вы обе в порядке. Ты – умница, что уехала домой.

– Пап, спасибо за поддержку. Хотела тебя спросить.

– Давай.

– Наша семья станет прежней?

– Нина, она такой и была все это время. Выбрось из головы дурные мысли. Я вас люблю и дорожу вами. Так будет всегда. Я не хотел стать причиной твоих сомнений на этот счет.

– Спокойной ночи, пап.

“Нина, прости меня!” – от Милы пришло сообщение, которое осталось без ответа.

Ночь непринятых извинений…

Вадим 1.

Две недели пролетели, как один миг. Моргнула, и на календаре долгожданный понедельник. Или не такой уж и долгожданный. Коллектив, ответственность и обязанности были совершенно незнакомыми Нине, пугали ДОЧЬ МОСКВИНА, на которую будет обращено пристальное внимание. Теорию она знала на зубок, но практика – совсем другое дело. Навыков девушке, конечно, не хватало, как и любому молодому специалисту. Но здесь каждую ошибку, оплошность, неудачу ДОЧЕРИ МОСКВИНА заметят и вынесут на всеобщее обсуждение. Она окажется под наблюдением без шанса оступиться. Нина билась за диплом чуть ли не на кулаках, к борьбе ей не привыкать. Но оказаться на арене гладиаторов не хотелось. Может, обойдется без тяжелых сражений, и ее примут по-человечески.

Собиралась с тяжелым сердцем. Самовнушение изрядно подводило. Через силу девушка делала то, что необходимо, а не то, чего хотелось. Руки не слушались, говорила невпопад, рассеянно пропускала мимо ушей слова родителей, даже на Тимошу чуть не села.

“Стоп! Беру себя в руки. Не на смерть иду. С чего ради мне трястись! Первая работа – это, конечно, важный старт, но жизнью не рискую. Хватит. Фу!” – Нина встряхнула руками и вздохнула.

“Наконец-то это случилось, когда волнуешься, на тебя смотреть больно”, – хихикнула мама, протягивая дочери кофе с бутербродом.

Родители с гордостью переглядывались. Для них момент был счастливый. Их ребенок вырос, впереди взрослая жизнь с новыми успехами и победами, а не проблемами. Они видели впереди только хорошее. Наталья с Дмитрием вовсе будто посыпаны розовой, мерцающей пыльцой фей. Как завороженные, во всем видели только хорошее, доброе, даже сказочное. Их оптимизм порой доходил до абсурда. Нина видела тех молодых родителей, окрыленно ожидавших первенца более двадцати лет назад. Оказалось, время способно обернуться вспять.

Придя в приемлемое равновесие, девушка тепло попрощалась с мамой и отправилась покорять новые вершины в компании с отцом. В здание предприятия приехали раньше, чем обычно. Решили дожидаться начала рабочего дня в кабинете папы.

На пороге его приемной Нину передернуло от омерзения. Как ни в чем не бывало у стола секретаря крутилась та самая расфуфыренная особа с карамельной паклей на голове. По крайней мере такой ее воспринимала Нина.

– Эльвира, доброе утро, сделай нам чаю, пожалуйста.

– Доброе, Дмитрий Сергеевич, рабочий день начнется через сорок минут. К этому времени и чай будет готов.

– Ты здесь, значит, он уже идет, – отрезал шеф и скрылся за дверью.

Отличное начало. Неприятнее встречи быть не могло. Нину коробило от мысли, что за стеной хозяйничала ненавистная особа. Интрижка с секретаршей – самое банальное, что можно было придумать. У кого-то проблемы с фантазией, хорошо, что по наследству не передалось.

– Я хочу! Нет, я требую, чтобы ты уволил ее. Ты рассчитывал, что я невозмутимо отреагирую на постоянное присутствие пигалицы рядом с тобой? Очень наивно с твоей стороны, – всполошилась девушка, приготовившись атаковать отца.

– Честно говоря, надеялся, что ты тактично сделаешь вид, что вы с Эльвирой не знакомы, – с улыбкой произнес Дмитрий. – Давай договоримся: ты выполняешь на сто процентов свой kpi в течение трех месяцев, и я подписываю приказ об увольнении секретаря.

– У бухгалтера есть нормативы по выполнению работ?

– Для тебя лично разработают план.

– Не согласна на сделку. Увольняй, иначе не останусь тут с тобой.

– У тебя с утра враждебный настрой. Ты априори не намерена здесь задерживаться?

– Вообще-то нет. Но твоя фурия вывела меня из себя.

– Когда успела?

– Да вот как только на свет появилась, ей и стараться не пришлось. Мерзкая дама.

– Я свои условия предложил.

– Ты вынудил меня устроиться на эту работу, молчать про твою измену, но тебе все мало. Мне любоваться Эльвирой день ото дня?

– Последствия твоего ухода уже оговорены. Думай.

Дверь распахнулась в самый подходящий момент. Хоть сейчас отцовская любовница угодила, дав фору. Пока Эльвира расставляла чашки, Нина наспех прикинула перспективы и не придумала ничего лучше, чем согласиться на глупое пари папы.

– Играешь с нами, как Тимоша с клубком. Готовься попрощаться со своей любимицей. Я сверх плана сделаю, и ты еще брата Милы на работу возьмешь, – зло прошипела девушка, когда секретарша удалилась.

– Лихо ты закрутила. Помирились, значит?

– Конечно, разве могло быть иначе?

– В этот раз ссора затянулась. Ты заметила, что Тим сам не свой? Мы увлеклись своими делами, уделяем ему меньше внимания.

– Вряд ли дело в нашей ласке. Время от времени дружочек становится вялым и сонным. Наверное, дело в возрасте.

– Съездим к ветеринару сегодня, – папа печально отвернулся к окну.

Как и предполагалось, коллеги смотрели на Нину, как на диковинную зверушку. Наверное, для них было забавным событием лицезреть приезжую экзотическую мартышку. Пристальные, любопытствующие взгляды провоцировали на агрессию.

“Не обращай внимание на наших сплетниц”, – шепнула глубоко беременная Лена. Перед ней стояли задачи: передать Нине дела и отбыть в декрет. – “До обеда изучим программы”. Работа навалилась и придавила к полу. Думать о чем-то постороннем времени и возможности не было. Девушка с остервенением впитывала каждое слово наставницы.

Обед планировался в компании отца. Идея уже не казалась такой удачной, но раз договорились, деваться некуда. С тяжелой головой и шумом в ушах Нина плелась в отцовский кабинет. В приемной было пусто. Видимо, пигалица ушла на обед под шумок раньше положенного. Открыв дверь, выпала в реальность. На нее смотрели шесть мужчин, сидящих за конференц-столом во главе с Дмитрием.

– А вот и моя дочь Нина. Проходи, – указав на стул пригласил отец. – Прервемся на час, коллеги?

Нина медленно проплыла и села. Застенчиво подняла глаза и получила мощный разряд в тысячу Вольт, исходивший от незнакомца напротив.

Вадим 2.

Мурашки волной пробежали от ног до макушки, где и остались, сжав голову колючим куполом. Стук сердца отдавался в ушах. Еще чуть-чуть и предательская краснота выступит на щеках. Но Нина не могла ничего с собой сделать: она смотрела на мужчину не в силах пошевелиться.

На вид ему было не больше тридцати пяти. Все в незнакомце сочеталось поистине прекрасно: глаза цвета эспрессо, загорелая кожа, могучие мускулы, крупные кисти рук. Аромат парфюма с нотками можжевельника и мандарина хотелось вдыхать снова и снова. От мужской фигуры ярким свечением исходили сила, напор, власть, уверенность. Аура неотразимой сексуальности лишала воли. Хотелось прижаться к широкой, округлой груди, обтянутой рубашкой. Нина готова была упасть в эти объятия, не раздумывая, вцепиться в него всеми четырьмя конечностями и не отпускать.

Мужчина в свою очередь с интересом наблюдал за ней, слегка наклонив голову. А потом улыбнулся. И девушка окончательно потерялась. От восторга в душе завелись игривые солнечные зайчики. Они прыгали, сталкивались друг с другом, щекотали и смешили. Впервые за сегодняшний день она по-настоящему радовалась, только незаметно для окружающих. Нина наслаждалась моментом, инстинктивно ощущая взаимную симпатию с противоположного конца стола.

– Вадим, очень приятно познакомиться.

– Мне тоже.

Отец увлекся чем-то: всматривался в монитор компьютера, нервно щелкал мышкой и озабоченно тер лоб. Он не замечал, что в метре от него бушевала аномальная химия, от которой Нина была близка к обмороку. Вадим ввел ее в транс, прекращать который не торопился. Сомнений не было, он – то самое “совершенство”, о котором Мили все уши прожужжала. Каждое ее слово оправдано. И если это “совершенство” продолжит с ней диалог, Нина навзничь упадет со стула. Хорошего понемножку, пора действовать. Иначе можно растеряться и опозориться. Выглядеть, как та девИца с румянцем, щедро нарисованным свеклой, совершенно не хотелось. Косплей на небезызвестную сказку “Морозко” в планы не входил.

– Пап, мы идем? У меня время ограничено.

– Да, конечно, – отец откинулся на спинку стула, с удивлением взглянув на Вадима. – Ты чего-то хотел?

– Составить вам компанию за обедом, – по-свойски предложило “совершенство”.

Его ответ не понравился Дмитрию. Но отказывать он не стал, за что Нина была благодарна.

Недаром столько времени с утра потратила на подбор одежды. Чувствовала себя во всеоружии. На девушке были темно-синие укороченные брюки, обтягивающие ее стройные, длинные ноги, и шифоновая блузка молочного цвета с тонкой серебристой молнией на спине.

Легкой походкой направилась к двери, выстукивая шпильками кремовых лодочек. Раскаленный до предела взгляд следовал за ней. Она чувствовала его кожей. Вадим не раздевал глазами, он прикасался и скользил под одеждой.

В лифте отец взял Нину под руку, как джентльмен. Она почувствовала его желание защитить и продемонстрировать покровительство над дочерью перед Вадимом. Видимо, все-таки уловил неладное. По дороге в ресторан говорили обо всем и ни о чем. Нина толком не вникала. Не слышала разговора.

Заказали обед, и безмолвный диалог продолжился. Вадим сидел напротив, обсуждал рабочие дела с отцом, а сам в удобный момент бесконтактно касался Нины. Визуальный флирт, на который девушка отвечала гордо и дерзко, длился недолго. В один момент внимание коллеги отца полностью переключилось на деловые вопросы. Оставшуюся часть обеда он не замечал девушки. От недоумения почувствовала себя глупо. Стало казаться, что придумала ту симпатию, которой в помине не было. Рассердилась на себя, готова была ретироваться и уехать. Кому-то, судя по всему, не хватало мужского общения, раз она видела внимание там, где его не было.

Отвлек телефон. Подруга прислала короткое видео. Девушка просмотрела и склонилась к отцу, кивком указав на экран. Мила креативно приглашала ее на вечеринку в честь своего дня рождения, которая состоится в субботу в популярном ресторане города “Миллениум”.

– Как вовремя, развеешься немного, – отметил папа.

– Ничего ведь мне не рассказывала. Сюрприз для всех решила сделать. Вот почему пропадала постоянно. Наверняка, целую программу придумала. Ей бы не кадровиком, а организатором мероприятий работать.

– Мила умеет удивлять, – рассмеялся Дмитрий.

Телефон Вадима тоже оживился. Нина с отцом услышали знакомую мелодию ролика-приглашения. Сюрприз, так сюрприз, да какой приятный! “Вместе праздновать будем!” – подмигнул Вадим, а отец заметно напрягся.

– Мила, в субботу будет нечто незабываемое, я так понимаю? – Нина в предвкушении попыталась выведать у подруги подробности.

– Ничего особенного. Хочу собрать всех, кто мне дорог и приятен.

– В лучшем ресторане города.

– Отец подарок сделал, он недавно из Германии прилетел.

– Кстати, я говорила с папой о Саше. Правда, не совсем в том формате, в котором собиралась. Мы заключили пари.

– Мне уже можно начинать злиться? Мой брат – предмет спора?

– Постой. Негодовать буду я. Ты знала, что Эльвира – секретарша отца?

– Сразу тебе говорить не стала, ты была слишком расстроена, а потом случая не было.

– Ты – само недоразумение.

– Мы в ссоре две недели были, когда мне сказать было?

– Наказать меня решила таким образом или отомстить?

– Проучить.

– Странный способ. Логика в нем напрочь отсутствует.

– Возможно. Вредность взыграла.

– Я требовала, чтобы отец уволил ее. Он поставил условие: выполняю kpi в течение трех месяцев и она покидает приемную.

– У бухгалтеров нет плана по объему выработки.

– Для меня его подготовят, увы. Я добровольно усложнила условия: делаю сверх нормы, и Сашу берут на работу.

– Спасибо, ты еще больше сократила шансы брата попасть на предприятие. Теперь они: один к ста.

– Ты в нем так не уверена?

– Сама знаешь, что у Сани опыта нет совсем, как и полезных знакомств. А работать хочет в нашей сфере.

– Как я его понимаю. Мили, папа устроит собеседование. В этом можешь не сомневаться. Дурим с ним, не более.

– Ты не боишься подвоха?

– В чем именно?

– Потратишь столько сил и времени, а отец уволит Эльвиру и устроит на другое место.

– Он не станет поступать так нагло.

– Увидим. Хотелось бы верить.

– Я познакомилась с тем самым Вадимом.

– Рассказывай.

Больше полутора часов обсуждали событие из ряда вон выходящее для жизни Нины. К тому же не до конца понятное. То и дело девушке казалось, что она лишилась рассудка от одиночества.

– Нельзя быть в себе настолько неуверенной, Нина! – настаивала подруга.

– Тебе точно показаться не могло. Дождемся субботы. Мне со стороны будет виднее.

– Буду ждать твоего вердикта.

Вадим 3.

Нина снова поставила цель и шла напролом. Целый день, не поднимая головы, вникала в свои обязанности. Давались новые знания нелегко – приходилось запоминать миллион нюансов, которые не имели ничего общего с университетской теорией. Ладно хоть с наставником повезло – Лена объясняла легко и понятно, приходила на помощь. Оставалось сосредоточенно выполнять задачи на день. Персональный план работ еще не был готов, но расслабляться нельзя – вдруг он окажется чересчур сложным. Так что работать, работать, работать, не отвлекаясь.

Среда на предприятии подошла к концу, а по ощущениям – пятница. Все-таки умственный труд порой изматывает не меньше физического. Вялыми руками Нина собрала вещи и направилась домой. У папы очередное совещание, Мила отпросилась и уехала по делам – активно готовилась к празднику. Предстояла прогулка в одиночестве.

Неспешно шла в сторону дома. Июль радовал погодой. Выбрала путь подлиннее, чтобы освежить голову, в которой не было ни единой мысли, лишь только гул. Свернула на аллею в центре города. Бездумно прохаживалась по тротуару. Теплый ветер играл воздушным коралловым платьем. Озорные солнечные лучи пробивались сквозь густую крону деревьев. Девушка выбрала скамейку поодаль и присела, чтобы насладиться моментом спокойствия. Усталость потихоньку отступала.

“Привет, готовишься к субботе?” – пришло в мессенджер с незнакомого номера.

Не может быть. Девушка затрепетала. Он вспомнил о ней и разыскал номер телефона! Наверняка, без Милы не обошлось. Опять она промолчала и не предупредила.

Но главное – все-таки Нина ничего не придумала, дело не в ее воображении. Между ней и Вадимом действительно что-то да есть. Хотелось прыгать до неба, как в детстве, когда родители принесли домой Тимошку. Девушка в благоговении прижала телефон к груди.

А если написал не Он? Надо выяснить, а не гадать: “Смотря, кто спрашивает. Представьтесь, будьте так добры”.

Незнакомец: “Будто ты не знаешь *смеющийся смайл*”

Нина: “Телепатией, к сожалению, не владею”.

Незнакомец: “Вадим. Помнишь такого?”

Нина: “Припоминаю *задумчивая рожица*”

Вадим: “Как настроение?”

Нина: “Хорошее. А у вас?”

Вадим: “Ко мне только на “ты”. Ждешь субботы-то?”

Нина: “Да, готовлю Миле подарок”.

Вадим: “Что будешь дарить, если не секрет?”

Нина: “Разве ты не на совещании?”

Вадим: “Скучно тут *улыбающийся смайл*”

Нина: “А если пропустишь что-то важное?

Вадим: “Я все вижу и слышу *смайл в солнечных очках*”

Нина: “Неужели?”

В ответ тишина. Исчез так же спонтанно, как и появился. Наверное, вернулся к работе. На счет подарка подруге Нина соврала. Идей не было. Пора было поторопиться и заняться этим вопросом.

Домой девушка возвращалась, полная сил. Не шла по земле, а парила в воздухе, скакала по облакам. Незнакомое доселе чувство приводило в восторг. Девушка словно каталась на карусели: весь мир вокруг кружился, хотелось залиться смехом во весь голос. Перед ней мелькали обворожительная улыбка, хищные глаза, сильные руки.

Ближе к дому вернулась на землю. На сердце опустилось тяжелое предчувствие, вытеснив ликование. Что-то не так. Бежала по ступеням лестницы на всех парах. Боялась, что маме плохо. От одного предположения все внутри сжалось и заледенело.

Ворвалась в квартиру, застала маму, плачущей в гостиной. Она держала Тимошу на руках, как младенца. Слезинки-алмазы капали на любимую шерстку.

– Нет!

– Ему совсем плохо. Не может толком пошевелиться. Мы теряем Тима. Я не готова, дочка! Не сейчас! Еще и Дима не отвечает на звонки, когда сильно нужен, – мама разрыдалась еще сильнее.

Тяжело дышать. Отчаяние беспощадно душило крепкой хваткой, не оставив шанса на спасение. Нина налила в стакан воды, пролив мимо половину кувшина. Облокотилась на стол, безуспешно пытаясь продышаться. Руки не дрожали, их трясло, как при конвульсиях. Закрыла глаза, медленно вздохнула, расправила плечи. Сейчас она в ответе за здоровье мамы, ребенка и любимца. Нина обязана позаботиться обо всех, сделать для них все необходимое. Времени на эмоции нет, как и на раздумья.

– Тебе нельзя нервничать. Маленькому плохо от твоих слез. Выпей воды. Я вызову такси и свожу Тимошу к ветеринару.

– Поеду с тобой.

– Ни в коем случае. Тебе необходим покой. Отправляйся в кровать. Позвоню, как будут новости.

– Я не больна, а беременна. Ясно сказала: еду.

– Мам, не стоит. Как бы беды не случилось.

– Закажи машину, одеваюсь.

Завернули кота в плед. Он не шевелился. Лишь иногда приоткрывал глаза, полные боли и надежды. В них были самые настоящие слезы. Любимец страдал, мама вцепилась в него и беззвучно плакала. Сердце Нины под атакой ножевых ранений. Раз, два, три удара насквозь. Выносить их становилось нестерпимо трудно. Отвернулась к окну, незаметно промакивая глаза.

– Здравствуйте, мы без записи. Нашему котику плохо, помогите! – в панике торопила администратора ветклиники Нина.

– Проходите в кабинет, врач сейчас подойдет.

Гладили Тимошу, покачивали, ласково шептали. Нина держала их с мамой, приговаривая на повторе: “Все будет хорошо, другого не дано”. Только не верила сама себе. Маленькая надежда на спасение все-таки теплилась где-то глубоко в душе, но разум твердил обратное. Катастрофа неизбежна. На пороге горе. Прогнать его нельзя. Время неумолимо. Перед ним все бессильны.

Доктор сосредоточенно провел осмотр. Вколол Тиму успокоительное. После многочисленных экспресс-анализов и УЗИ Нину с мамой пригласили в кабинет.

Выражение лица ветеринара не предвещало добрых новостей. Он опустил глаза, теребя в руках карандаш. Тянул время, как мог, не решаясь произнести вслух свой приговор: “Мне очень жаль, но я не волшебник. Чуда не случится. Вашему коту ничем нельзя помочь. Но сейчас он страдает от сильной боли…” Доктор запнулся под напором горюющих глаз. Следующие слова отнимут у Нины частичку души. Не верилось в происходящее. Принимать его не хотелось, как и слышать трагический вердикт.

“Рекомендую провести эвтаназию и не мучить животное”, – еле слышно закончил ветеринар.

Настало время принимать решение. Отец по-прежнему не отвечал на звонки. В коридоре клиники мама покачивалась с котом на руках. Расставаться с ним отказывалась. Девушке самой не хотелось прощаться. Не представляла жизни без своего друга детства. Как она будет спать ночами без любимого тарахтения и мягких объятий? Нина застонала.

“Вадим, отец рядом? Скажи, чтобы прямо сейчас ехал в ветклинику. Беда”, – отправила и зажмурилась.

Папа приехал через полчаса, мрачно взглянул на нас и обнял всех разом. Сидели и молчали. Дмитрий осторожно высвободил еле живого Тимошу из маминых крепких объятий. По очереди поцеловали его в мордочку.

“Прощай, Тима. Беги по радуге. Скоро боль пройдет, станет легко и хорошо. Всегда будем помнить и любить тебя, дружочек”.

Вадим 4.

Время перевалило за полночь. Дома находиться было нестерпимо тяжело. Нина сидела на скамейке у подъезда. Город засыпал, но только не она. Вокруг тишина. На душе пустота. Двигаться не хотелось, как и разговаривать с кем-либо.

Обвела туманным взглядом окрестности, посмотрела вверх. Небо усыпано миллиардом звезд, величественное, незыблемое. В голову полезли философские размышления о суровых законах Вселенной, когда в кармане завибрировало. Природное женское любопытство вынудило взглянуть на экран. Новое сообщение в мессенджере. Вадим… Прежней радости не было.

Вадим: “Спишь?”

Нина: “Нет”.

Вадим: “Как ты?”

Отвечать не стала. Не время для поиска остроумных фраз. Режим флирта отключен, значит, и разговор с Вадимом невозможен. Она воспользовалась его привычкой прерывать разговор на полуслове. И нисколько не тревожилась. Будь, что будет.

Вадим: “Не молчи. Чем занята?” – настойчиво спрашивал собеседник.

Нина: “Созерцаю ночное мироздание”.

Вадим: “Глубокомысленно”.

Нина: “*смеющийся смайл*”, – ерунду написала.

Вадим: “Где же на тебя снизошло озарение?”

Нина: “Кто бы мог подумать, что наш двор может стать местом подобных размышлений”.

Вадим: “Ты одна?”

Нина: “Да”.

Вадим снова оффлайн. Пожала плечами и убрала телефон. Не придала значения бессмысленному диалогу. Мнение мужчины в данный момент не волновало. Он волен делать любые выводы. Наверное, теперь его интерес угаснет. Может, оно и к лучшему.

Продолжила любоваться бескрайним, загадочным небом. По народным приметам звездное небо летом к ясной и солнечной погоде. Открыла браузер и погрузилась в чтение легенд о созвездиях. Правда, вникнуть в суть не всегда получалось. Смысловая ниточка то и дело выскальзывала и терялась. Приходилось каждый раз заново искать ее.

Не сразу заметила тихий шум двигателя возле себя. У подъезда остановился черный внедорожник внушительных размеров с тонированными по кругу стеклами. С учетом времени, выглядел он зловеще. Лучше зайти в подъезд – сработал инстинкт самосохранения. Собиралась вставать, когда переднее пассажирское окно опустилось. Водителя разглядеть получилось не сразу.

– Прыгай, прокатимся немного, – скомандовал Вадим. Нина послушалась.

– Как ты нашел меня?

– Не раскрываю своих информаторов, – заговорщически шепнул мужчина.

– С этим предателем будет отдельный разговор, – недовольно пообещала Нина.

– Не рада меня видеть?

– Повременю с ответом.

– Почему хмурая?

– Настроение грустное.

– Рассказывай, что произошло. Не отвертишься все равно.

– Любопытство покоя лишило?

– Понятно.

Вадим включил музыку. Тихая и спокойная мелодия саксофона наполнила салон. Они плавно тронулись и поехали. Куда? Все равно. Нина откинулась на мягкое кожаное сиденье. От забытья очнулась, когда мужчина протянул ей стаканчик: “Держи. Чай с мятой”. Девушка благодарно взглянула на него. Больше ни слова. Лишь дорога, музыка, огни ночного города и чарующий аромат мужского парфюма. Когда выехали на загородную трассу, вопрос возник сам собой.

– Куда едем?

– Боишься?

– А стоит?

Вадим лишь улыбнулся, глядя вперед. Примерно через пятнадцать минут остановились у придорожного кафе.

– Люблю здесь перекусить, отправляясь в дорогу. Просто и вкусно. Подожди и будет тебе радость.

Чай закончился, начинало клонить в сон, когда Вадим вернулся с пакетом пирожков: “Выбирай. Набрал разных, отменная выпечка, как у бабушки в деревне”. Ели дружно, с аппетитом и удовольствием. Ночной попутчик был прав – вкуснотища. Воздушные, сдобные, румяные и масляные пирожки были плотно наполнены начинкой. Нине попался с картошкой. От наслаждения сводило скулы. Она и не подозревала, как голодна.

События прошедшего дня стали казаться кошмарным сном. Возвращаться к нему не было желания. Девушка ощутила забытый покой и легкость. Сонливость спала. Она понемногу оживала. Наконец-то до нее дошло, что она сидела в машине заботливого Вадима, который тактично старался привести ее в чувства. Он узнал, что девушка в унынии, одна на улице ночью, и примчался ее спасать. Как приятно. Определенно такое поведение что-то значит. Нина подумает об этом позже.

На обратном пути Вадим осторожно продолжил расспрос.

– Готова поделиться, что стряслось-то?

– Разве тебе интересно? Мы же мало знакомы.

– Спрашиваю, значит, хочу знать.

– Тимоша умер, мы выросли вместе. Он старенький был, пришло его время, но не могу я смириться с тем, что он навсегда ушел, – стиснув зубы, отвернулась и закрыла лицо рукой, стараясь подавить рыдание.

– Тимоша – это кто?

– Котик наш.

– Ты из-за кота так убиваешься? – откровение Нины вызвало искреннее непонимание.

– Что в этом удивительного?

– Как можно привязаться к кошке с такой силой? Они же любят себя и только себя. Для них комфорт важнее жизни хозяина. Другое дело – собаки. Преданнее создания на планете нет. Пес жизнь за тебя отдаст. Голод и холод делить с тобой будет. На помощь придет. Проницательные, чуткие животные.

– Стереотипный собачник, – фыркнула Нина.

– И горжусь этим.

– Было бы чем. Ты действительно считаешь, что все собаки такие, как ты описал? По-моему, ты говорил о своем друге.

– Есть у меня ротвейлер, Саксом зовут.

– Тимоша был особенным. Он всегда встречал и провожал у двери. Поддерживал и даже лечил. Чувствовал мое настроение. Вот вернусь домой, но никто не встретит мяукающим ворчанием среди ночи. Не запрыгнет на кровать, не упадет под бок, успокаивая тарахтением, – дыхание перехватило от печали.

– Зачем заводить животное, если так страдаешь при его потере. Ясно же, что когда-нибудь его не станет.

– Ты со спокойной душой попрощаешься с Саксом и забудешь о нем?

– Нет, конечно. Но траур точно не введу. У каждого свой век.

– Так же рассуждаешь и о людях? Умер человек – пришло его время, похоронили и живем дальше?

– Животное с человеком сравнила? Сегодня точно не твой день.

Остаток дороги ехали молча. Нина поблагодарила Вадима за поездку, холодно попрощалась и зашла в подъезд, не оглянувшись. Перед сном отправила: “Еще раз спасибо за все!”. И уснула, не дождавшись ответа.

Разбудил мамин крик на всю квартиру: “Нина, скорее иди сюда!”

Соскочила с кровати и бросилась к ней без оглядки, спросонок запнулась о дверной косяк. До коридора добралась, хромая.

Мама стояла в прихожей. Дверь распахнута. Нина рот открыла от изумления. Вот это гость! Откуда ты здесь?!

Вадим 5.

“Прошу принять Рыжего в семью на правах любимца. Он одинок и ищет дом.”, – пришло в мессенджер от Вадима.

– Спасибо, спасибо, спасибо! Миллион спасибо! Нет, бесконечное спасибо! – кричала в трубку, прижимая к себе маленький рыжий комочек.

– Выручили моего приятеля. Очень рад, – глухой бархатный голос гладил по голове и щекам.

– Мама плачет от счастья. Нам грустно и радостно одновременно.

– Хорошего вам дня, берегите друг друга!

Котенок вцепился в Нину всеми четырьмя лапками. Он жалобно мяукал. Всматривался в лицо новоиспеченной хозяйки испуганными янтарными глазами-бусинками. “Добро пожаловать домой, усатый-полосатый”, – прошептала растроганная девушка. – “Мам, держи ребенка. Понянчись с ним. Я побежала”.

Сосредоточиться на работе получилось не сразу. Мысли возвращались то к завораживающему аромату парфюма, то к аппетитным пирожкам с картошкой, то к голливудской улыбке, то к новому питомцу, то к глубоким темным глазам. Замкнутый

круговорот свежих и ярких впечатлений. С трудом вырвала себя из омута эмоций. До обеда держалась мужественно. Его решено провести с Милой. Не виделись вечность. Подруга была погружена в подготовку праздника. Но на сей раз встреча назначена железно, отказ не принимался. Слишком много нужно обсудить.

– Бросила меня на произвол судьбы. Очень много произошло. Теперь держись, – начала рассказ Нина.

Мила беззвучно ахнула от свалившихся на нее новостей. Она растерянно ловила каждое слово подруги с широко раскрытыми глазами. Заметно расстроилась. В смятении подбирала слова поддержки.

– Очень вам всем соболезную. Тимошечку жаль, – вздохнула подруга.

– Пока не понимаю, что он ушел навсегда. Блок какой-то. Не доходит. Котенок не заменит Тима. Нам еще предстоит привыкнуть друг к другу. Но малыш чудесный. Шкодный, неуклюжий и солнечный.

– Прямо, как ты, – хихикнула Мила.

– Кто бы говорил! Расскажи о Вадиме все, что знаешь. Ты в долгу передо мной. Втихушку выдала ему мой телефон, а потом еще и домашний адрес подкинула. Маякнула бы хоть, что он объявится. Ни слова не сказала. Почему?!

– Ты бы переволновалась, струсила и от встречи вовсе отказалась. И не было бы вашего первого совместного вечера, чуть-чуть сблизившего вас. Про Вадима знаю немного. Ему тридцать семь лет. Живет в Москве на Кедровой. Родители у него переехали в Подмосковье. Любит спорт и своего пса. У него по-моему ротвейлер. Разведен. Двое детей, мальчик и девочка.

– Начать стоило с семьи, а не с собаки, тебе не кажется? Развелся с женой?

– Понятия не имею. Детей любит, старается по возможности проводить с ними время. С женой в прохладных отношениях по типу деловых. Вроде все.

– Итак, на досье потянет, – довольно подытожила Нина. – Интересно, почему семейная жизнь не сложилась. Он ведь замечательный. Не такой, каким кажется на первый взгляд.

– Скажу больше: он сам решает, каким казаться. Будь внимательнее. Я заметила, что Вадим с легкостью манипулирует людьми.

– Со мной он был настоящим. Заботливым, добрым, тактичным, чутким. Его колоссальная поддержка вытащила меня из глубокой апатии. Еще один такой вечер и я окончательно приду в себя.

– Вряд ли ты меня услышала.

– Хочу увидеть его. Может, подстроить встречу или предложить напрямую ?

– Давай только без выходок, достойных глупых старшеклассниц. Они как раз и охотятся за парнями. Караулят, выслеживают, написывают страдальческие исповеди. Не смеши.

– Уговорила. Напишу ему.

– Я отберу у тебя телефон. Ничего не предпринимай. Пусть события идут своим чередом.

– Ждать утомительно. Может, все-таки…

– Не вздумай.

Возвращаясь на рабочие места, увидели на парковке у здания знакомый внедорожник. Хозяина, увы, поблизости не оказалось. Нина разочарованно направилась ко входу, попутно отбиваясь от издевок подруги.

Под серьезными взглядами охранников проследовали к лифту. Смеялись и толкали друг друга по дороге в пустом фойе. Когда двери лифта распахнулись, Нина чуть не попрощалась со съеденным недавно плотным обедом. Перед ней Эльвира держала отца за локоть и кокетливо тянулась к его уху.

– Никак не угомонишься? Тебе не место рядом с ним, болонка, – еле слышно прорычала Нина.

– Не тебе решать, – огрызнулась пигалица.

– Еще посмотрим.

– Милая девочка, не засматривайся, а иди зубрить свои проводки. Уйди с дороги! – Эльвира дернула отца за рукав и направилась к выходу, намеренно толкнув Нину плечом. Подруги безмолвно проводили их взглядом

“Вот стерва, – отпустила Мила. – А Дмитрий молчал, будто скоропостижно ослеп и оглох. Ни слова в твою защиту, будто вы – чужие люди. Ты в ауте?”

Нина промолчала и ушла в свой отдел. Отец всегда держал свое слово. Теперь мотивации, чтобы выиграть пари, более, чем достаточно. Надо придумать, как устроить пигалице впечатляющее прощание с работой. Дрянь. Таким намордник, строгий ошейник и поводок носить нужно, чтобы знала свое место.

Злость обжигала кипятком. Настрой требовал мести. Причем для кого из любовников, еще под вопросом. Отец даже на расстоянии чувствовал ее гнев, но сейчас сохранял молчание, отчего то и дело грудь полосовала острая, как лезвие бритвы, обида.

Дома пришлось абстрагироваться от свирепых соображений и запрятать чувства поглубже. Мама нуждалась в позитивных эмоциях, особенно после вчерашнего надрыва.

Помогал котенок. Он не отходил от нее ни на шаг. Топал по пятам, то и дело путаясь под ногами. По началу Наталья забавно ворчала. Когда запинаться надоело, забросила малыша себе на плечо. Он покачивался, но маму не отпускал, выпустив когти. Ему определенно нравилось свысока разглядывать все вокруг. Малыш нежно терся о мамину щеку и играл сережкой. Она журила, но не спускала озорника. Больно уж полюбился он ей. Так у Москвиных поселился мяукающий попугай по кличке Рыжий Флинт.

Ближе к ночи отец строго позвал в кабинет. Подозрительно напрягшись, Нина расположилась в кресле, обитом темно-коричневой кожей под цвет полированного дубового стола, и с вызовом взглянула Дмитрию в глаза.

– Я обещал, что сниму тебе отдельную квартиру. Вот несколько вариантов, можешь с нашим агентом съездить и посмотреть. К концу недели ты должна съехать. Да здравствует взрослая жизнь, – Дмитрий протянул дочери распечатки с описанием жилья.

– Спасибо. Очень вовремя.

– Не сомневаюсь, – без всяких эмоций кинул отец и отвернулся к монитору.

Нина разложила перед собой листы. Пять однокомнатных квартир, раскиданных по их району. Где-то среди вариантов ее новый дом, по крайней мере на какое-то время. Отец оттолкнул, отодвинул на второй план. Он ясно дал понять, что лезть в его дела не стоит. Девушка вспомнила сомнения подруги: она ожидала какого-то подвоха от спора. Вот он и нарисовался. Что ж, переезд – лучшее спасение. Из дома как раз хотелось бежать без оглядки. Надеялась, что других карательных отцовских мер не последует. Чувствовала себя провинившейся девочкой: сдерзила отцу и оказалась в углу.

Отвлекло сообщение от Вадима.

Свои глазам не могла поверить. Перечитывала текст снова и снова, вглядываясь в буквы. Душа вырвалась из тела и с толчком вернулась обратно. Нина засияла на всю Галактику.

Вадим 6.

Как много заключено в двух простых фразах: “Не могу выкинуть тебя из головы. Запал, как пацан”.

Нина прижала руки к губам и улыбалась, зажмурившись. Блаженство. Восхищение. Ликование. Она упала на кровать, обняла подушку. Счастлива. Солнечные зайчики внутри оживились с невиданной силой. Кружились вихрем, неугомонные. Казалось, что толпа светящихся сорванцов вырвется из нее и ослепит весь мир своим светом.

Пора признать, девушка влюблена. Ничего подобного раньше не испытывала. Да, первая любовь уже пройдена в первом классе, вторая – отцелована и отгулена в девятом, третья – выстрадана и безнадежно загублена рвением Нины к красному диплому на втором курсе университета. На этом все. Больше вспоминать нечего. Лишь пресловутые бабочки время от времени порхали в душе, и то совсем недолго. Лопались, как мыльные пузыри, будто и не было их вовсе.

Солнечных зайчиков пробудил только Вадим. До встречи с ним они мирно спали и не выдавали себя. Его бешеная мужская энергетика была целиком и полностью направлена на Нину. Шансов устоять не было.

Девушка лежала в полубессознательном состоянии. Если кто увидит, вызовет скорую. То еще зрелище. Глаза полузакрыты, улыбка расползлась и застыла, дыхание участилось, руки и ноги – звездой, в разные стороны.

Пока Нина пребывала в эйфории, Вадим, выждав паузу, написал: “Давай проведем выходные вместе? Хочу быть рядом сутки напролет”.

Предложение могло быть замечательным. Но она поддержала его лишь в первые секунды. Быстро вспомнила, что признания и приглашения приходили не от малолетнего мальчугана. Его примерные планы прикинуть просто. Сложно другое.

Молодые люди знакомы всего несколько дней. Настолько головокружительного развития сюжета их отношений девушка не предполагала. Не успевала ориентироваться. Теряла контроль над ситуацией.

Но помнила главное – она невинна. Нина не хранила девственность для мужа. Не искала и не ждала суженого, предначертанного судьбой. Бредни все это, пережитки прошлого. Причина того, что она оставалась девочкой, банальна: случая распрощаться с девственность не было, как и цели поскорее ее лишиться. Здесь ведущую роль играло родительское воспитание. С малых лет девушку учили любить себя и беречь во всех смыслах, потому знала, что торопиться смысла нет. Ни разу не ошиблась с решением. Уважала и ценила себя, молниеносные прыжки в кровать к парням миновала с легкостью. И отношения ее, как правило, заканчивались раньше, чем дело доходило до близости.

Сейчас другое дело. С Вадимом она готова проститься с девичьей невинностью. Но боялась. Страшно, что получив желаемое, он потеряет интерес, так внезапно возникший. Недаром говорят: мужчины – завоеватели. Получат свое и отправляются на очередные подвиги. Они остаются, когда любят. Но об этом говорить рано.

Так или иначе, поворот для Нины слишком крутой. Как бы ни хотелось согласиться, пришлось поступить разумнее. Долго подбирала слова. Писала и стирала бесчисленное количество раз. В итоге отправила: “Не откажусь от свидания после дня рождения Милы. Выходной вместе не обещаю *смущенный смайлик*” В ответ прилетело сухое “Ок”. Нина осталась довольна. Встреча назначена. Осталось ее дождаться, что будет тяжело.

Девушка ошибалась. Пятница пролетела в миг. Спасибо усердному обучению от Елены. Поесть было некогда. Не то, что считать часы до праздника. К вечеру силы покинули, но на отдых времени не было. Несколько часов блуждала по бутикам в поиске того самого платья, которое впечатлит возлюбленного. Нашла его буквально в считанные минуты перед закрытием торгового центра.

Наконец-то. Нина стояла перед двухметровым зеркалом в ее спальне. Подводила последние штрихи своего образа. Получился он ослепительным. Плотно облегающее канареечное платье-мини без верха, с объемными валанами, черные лодочки на высоченной шпильке, в тон им изящный клатч, браслеты с камнями-кристаллами на левой руке, подвеска на шее. Волосы собраны в тугой хвост на затылке. Вадим имя свое забудет, когда ее увидит.

На крыльце ресторана толпились гости. Со всех сторон доносились оживленные беседы. Вечер еще не начался, а, значит, торопиться незачем. Само собой, Нина искала глазами Его. Поприветствовав администратора, прошла в огромный зал. Милы нигде не было видно. Скорее всего запланировано эпатажное появление именинницы.

Вадима тоже разыскать не удалось. Девушка вглядывалась в незнакомые лица, теряя спокойствие. Их было не меньше сотни. К ней подошел одноклассник. Отвлеклась на светскую беседу ни о чем. На время поиски пришлось отложить. К тому же, они могли привлечь внимание. Нина и так ловила на себе оценивающие взгляды со всех сторон. Характерная черта предстоящего вечера – многие из приглашенных работали под руководством ее отца. Лично она их не знала, а вот они ее наоборот. ДОЧЬ МОСКВИНА на арене… цирка.

Оформление зала продумано до мелочей. При входе на подставке в виде мольберта прикреплена схема рассадки гостей. Помещение со вкусом оформлено в едином стиле. Оно украшено живыми цветами бирюзовых, белых и насыщенно-синих тонов. Небольшие композиции из них на барной стойке слева от дверей и на столах, которые расставлены вдоль стен. Много свободного пространства в центре. Под потолком облако серебристых шаров. В конце зала сцена, оформленная соответствующе. На экране проектора надпись: “С днем рождения, Мила!” Справа стол виновницы праздника. Всего в меру, ничего лишнего. Эффектно.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.