# Дикая

Елизавета Огнева

Множество веков люди живут, даже не подозревая, что ими управляют, что они лишь пища. Чистокровные вампиры – элита элит. Более быстрые, более сильные, способные к ментальному управлению разумом и живущие намного дольше, чем обычные люди. Контролируя весь мир, свой они держат в секрете, оберегая от любой угрозы. Ведь даже чистокровного вампира можно убить. Как же тогда так вышло, что один из них скитается по улицам города? Без клана, без семьи. Дикая… Какие тайны стоят за ее появлением? Что прячется в тенях прошлого? Сколько секретов было утрачено во время трагедии семнадцатилетней давности, когда множество вампиров были уничтожены? Кому можно верить? Правда сокрыта в крови, реки которой готовы поглотить героиню, а вместе с ней и тех, кто отважился встать на ее защиту.

## ГЛАВА 1. Первое донесение

Виктор Кравцов, работник управления по расследованию особо важных дел, с тоской глянул на верхний этаж элитной новостройки сквозь машинное окно. Время близилось к двум часам ночи, и только третья по счету бутылка энергетика не давала уронить голову на сидение и уснуть. Рация на приборной доске захрипела, и раздался голос начальника:

– Кравцов, что там у тебя?

Мужчина зевнул и вновь, изогнув шею, глянул на верхний этаж небоскреба. Нажав кнопку обратной связи, он поднес рацию к губам:

– Ничего. Света почти нет. Сделка точно сегодня? Вы уверены, что Соловей все ещё в своей квартире?

– Да, это точно. Он и его ребята из квартиры не выходили.

– Не знаю. Сомнительно это все, Георгий Васильевич.

– Вудик уже ведёт курьера. Следи за окнами, – сказал начальник и отключился.

Виктор вновь бросил печальный взгляд вверх. И за чем там следить? Никто явно с тринадцатого этажа прыгать не будет. Темно в окнах, словно Соловей со своими ребятами спать лег. Хотя странно это. Обычно у него кутëж до утра. Может действительно всех выгнал и курьера ждёт?

Прошло ещё долгих сорок минут, прежде чем рация снова ожила:

– Так, всем приготовиться. Курьер на подходе. Группа захвата, рассчитываю на вас.

Сон как рукой сняло. Кравцов завел машину и неспешно вырулил на середину полосы дороги. Объехав здание по кругу, он свернул к спуску в подземный гараж. Уже там, припарковав машину в свободном месте, мужчина вышел из нее и неспешно пошел к лифту. Очень хотелось размяться, все же шесть часов на сидении автомобиля теперь отдавались ноющей болью в мышцах ног и спины. И какого он вообще пошел работать в силовые структуры? Это только в фильмах служители правопорядка живут веселой жизнью, наполненной экшеном, бешеными гонками, перестрелками и головокружительными приключениями. По факту каждое расследование – это ещё тот геморрой и мало шансов, что тебя по итогу хотя бы похвалят.

Когда он добрался до верхнего этажа, там уже была вся команда. Курьер, неприметный парень в толстовке и черных джинсах, стоял лицом к стене, с приставленным к голове пистолетом. Видимо, с ним уже провели разъяснительную беседу, сообщив, что от него требуется, так как парень кивнул и его отпустили. Вот только операция пошла совсем не так, как планировалось. На звонок курьера никто дверь не открыл. Георгий Васильевич шёпотом крыл матом всех и вся, злобно зыркая глазами на мнущегося у двери парня. Вот курьер наконец обернулся и пожал плечами, показывая, что ничем не может помочь.

– Они точно там? – осторожно осведомился Кравцов.

– Да! И товар при них! – хоть и тихо, но с такой яростью прорычал начальник, что Виктор решил больше ничего не спрашивать и просто следовать указаниям.

Медленно шли секунды, по капле приближая ночь к рассвету.

– Георгий Васильевич, что делать то? – спросил по связи командир отряда захвата.

– Вскрывай.

Эта тихая короткая команда послужила, как спусковой крючок пистолета, запускающего пулю в смертоносный полет. Все разом задвигались. Несколько человек в форме переместилось к двери, осторожно взламывая замок. Курьера снесло куда-то за спины силовиков, где его тут же скрутили и отправили в отделение, чтобы не путался под ногами.

Тихо открылась дверь, и бойцы бесшумными тенями двинулись вглубь квартиры. Ребята из управления шли за ними по пятам.

Широкий коридор, играющий роль холла, был погружен в полумрак. Лишь впереди справа в него лился свет из открытой двери, за которой должна быть комната охраны. Судя по собранным данным, там обычно сидят бойцы Соловья. Силовики разделились на три команды. Часть ушла в правый коридор, часть в левый, часть пошла прямо к двери, чтобы осуществить внезапный захват.

Кравцов с командиром двигались за бронированными ребятами, свернувшими в коридор, который должен был вывести в гостиную. Его не покидало странное чувство неправильности. Почему так тихо? Почему охрана не отреагировала на камеры, ведь в квартире они явно были? Почему, в конце концов, так темно?

Меж тем операция шла своим ходом. Тепловизоры показывали, что в комнате два человека. Вот ещё поворот и спецотряд захвата слаженно ворвался в комнату. Крик: «Всем не с места! Руки вверх!» прозвучал вместе с вспышкой фонарей, выхватывающих обитателей гостиной.

Дальнейшие события походили больше на постановку какого-то фильма ужасов, чем на спецоперацию по захвату наркокартеля. На мгновение все замерли с недоверием глядя на открывшуюся картину. Лучи фонарей выхватывали из темноты дорогие предметы обстановки, стараясь сосредоточиться на шикарном кожаном диване, стоящем в центре. На нем сидел, развалившись с блаженной улыбкой на физиономии, известный в уголовных кругах Соловьев Василий Борисович, на которого в управлении по расследованию особо важных дел было собрано множество криминального материала. Его руки лежали расслабленно на сидении дивана, по бокам тела. На правом запястье была небольшая рана, с которой на кожаную обшивку сочилась кровь. Она медленно лилась, скапливаясь в лужицу и норовя тонкой струйкой начать стекать на пол.

Но основное замешательство вызывал тот факт, что на их появление наркодилер не обратил никакого внимания. Под кайфом он был, что ли? Ещё больше вопросов возникало в связи с хрупким подростом, что стоял сейчас рядом с Соловьëм и, дрожа, держал руки поднятыми, щурясь от бьющего в лицо света фонарей. Судя по длинным волосам, лежащим на плечах, это была девочка, хотя мешковатые брюки с множеством карманов и широченная толстовка напрочь скрывали фигуру. Девочка все время склоняла на бок голову, отворачивая лицо, но Кравцов успел заметить тонкую струйку крови в уголке пухлых губ.

– Капитан! – резкий окрик в наушниках заставил всех вздрогнуть. – У нас тут какая-то чертовщина творится.

– Что ещё?

– Люди Соловья, они это…, как зомби. Мы ворвались, а они сидят, играют в карты и на нас ноль внимания. Что делать?

– Бери их, маленький что ли? Мне что вас, всему учить? У нас у самих тут черт те че. Что встали? – рявкнул начальник управления по расследованию особо важных дел на бойцов вокруг себя. – В наручники их.

Ребята из группы захвата двинулись к девушке, но она вдруг резко развернулась и, прикрыв голову руками, бросилась в окно, разбив стекло.

– Что? Стоять! Какого лешего? Внизу, срочно, у нас тут девка в окно выбросилась!

Георгий Васильевич подскочил к разбитому окну и выглянул наружу, стараясь разглядеть тротуар.

– Нет никого, – послышалось в рации. – С какой стороны она выпрыгнула?

– С парадной!

– Нет, чисто все.

– Что значит чисто? Не улетела же она?! Тринадцатый этаж!

– Ну нет никого, товарищ капитан.

– Быстро оцепить все этажи и проверить квартиры, может на соседний балкон какой перебралась. А вы здесь всех в наручники и в участок. Что за бредовая ночь?!

Кравцов стоял, молча глядя на разбитое окно. В отличие от своего капитана он прекрасно понимал, что сейчас случилось. И знал, что девочку они не найдут. Если судить по тому, какой качественный гипноз наложен на Соловья и его ребят, который даже после ухода девчонки не спал, то она явно из высших. Он не смог хорошо рассмотреть ее лицо, лишь общие черты: чуть раскосые глаза, полные губы, светло-русые волосы. Но при всей суматохе одно отличие он разглядел четко. Когда девчонка стояла с поднятыми вверх руками, рукава толстовки сползли у нее чуть ли не до локтей, обнажая запястья. И они у нее были чистыми, без каких-либо отметен клана. А это означало, что молодая вампирша – дикая.

«Надо написать сегодня же отчет в МБК», – подумал мужчина, отворачиваясь от окна.

Обыск квартиры, меж тем, продвигался очень удачно. Помимо товара в апартаментах Соловья удалось найти еще много интересного, что получится использовать против него в суде. Солнце ласково вливало розовые краски в синеву ночи, обещая ясный день.

Капитан от радости сверкал, как начищенный пятак, с умилением глядя на коробки улик, которые ребята таскали в хранилище.

– Давайте, давайте парни, поднажмите. Нам еще отчеты писать.

– Георгий Васильевич, больше суток не спим, какие отчеты?

– Пишем и не ноем. И не забываем про девчонку написать, которую вы упустили.

– А может она эта, как ее…, дочь Бэтмена? – решил кто-то пошутить.

– Ага. И, расправив куртку, улетела с тринадцатого этажа. Очень круто придумано. Самойлов, ты гений. Так в отчете и напиши. Уверен, верхи оценят твою проницательность.

– Чё, пошутить уже нельзя? Хотя она и правда, как сквозь землю… – проворчал Самойлов, почесав затылок.

– В любом случае, одно не понятно, что она там делала? – переговаривались мужики в отделе.

Кравцов слушал их в пол уха, быстро набирая текст на клавиатуре.

– Было похоже, что она его кровь пила. Вампир?

– Ну вот и второй комик нарисовался, – хохотнул Георгий Васильевич, подходя к ним. – Один Бэтмена приплёл, другой вампиров. По ходу в моем отделе сказочники работают. А я вам, когда под новый год тринадцатую раздаю, то Дедом Морозом становлюсь?

– А что, уже есть информация о размере тринадцатой?

Народ вмиг переключился на более насущную для них тему.

– Ишь, как оживились. Вы бы так девчонку ловили, а то стояли, рты поразевав.

– Ну, Георгий Васильевич?

– Нет, конечно, только май, какая тринадцатая? Но уверен, за Соловьёва премию получим. Что там, кстати, с ним?

– Да ничего. Продолжает лежать, глядя в потолок, как блаженный. И парни его такие же.

– А медики, что говорят?

– Взяли кровь. Диагноз не ясен.

– Тьфу ты, чертовщина. Ну ничего, до суда они у меня оклемаются. Под дурочку закосить не смогут. Ладно, ребята, отчеты не ждут.

– Георгий Васильевич, имейте совесть. Вторые сутки не спим.

– А Кравцов вон пишет, и ничего.

Виктор услышал свою фамилию и поднял голову из-за монитора.

– Что?

– Отчет, говорю, пишешь. Молодец.

– Не, я лишь общие события накидал, чтобы не забыть. Мозг уже не варит.

– Ладно, черт с вами. Можете идти, но утром, чтобы отчеты были у меня на столе.

Виктор с улыбкой наблюдал, как парни мигом умчались из кабинета, пока капитан не передумал. Вздохнув, он посмотрел на текст, размещенный на мониторе: «…несмотря на то, что прошло уже более шести часов, жертвы продолжают оставаться под ментальным контролем». Стоит ли писать свои выводы? Да нет, они там лучше него в этом разбираются. Ладно, надо заканчивать и отправлять, а то времени на сон и так мало.

## ГЛАВА 2. Новый свидетель

Эльвира бодро шла по узкой темной улочке, с удовольствием слушая стук каблучков своих новых туфель. Все же, какая она умница, что в свое время не послушала родителей и, собрав небольшую сумку, сбежала из родного городка. Ее с детства манили огни большого города, неоновые вывески, дорогие бутики. Конечно, поначалу было сложно, но женщина твердо верила в свою счастливую звезду. Что жизнь ее, в итоге, сложится прекрасно. Иначе как объяснить, что, уже буквально через полгода, мадам Кристина смогла разглядеть искорку в провинциальной разносчице рекламных афишек Татьяне Липкиной. В тот памятный для девушки день и родилась на свет прекрасная искусительница Эльвира. Татьяна с радостью взяла амплуа, столь необходимое в новой профессии, так как ее собственное имя было таким же серым и безликим, как и прошлая жизнь. Нет, кто бы что не говорил, а девушка считала себя счастливой. Ей всего двадцать шесть лет, а она уже смогла стать старшей из девочек. Глядишь, не за горами и тот день, когда мадам сделает ее надзирательницей, и тогда не надо будет больше работать, а просто присматривать за другими.

Фонари кончились, и дальше кусок улочки был освящен лишь тусклой лампой над черным входом пиццерии. Но разве это имело значение? Женщина отлично знала этот район, принадлежащий мадам. Еще пять домов, и она будет на месте. Впереди, отирая каменную стену, жалась парочка. Парня Эльвира узнала сразу. Только местный карманник по кличке Байкер не стеснялся ходить по улице в столь убогой кожаной куртке с цепями и шипами. Хотя отсутствие вкуса не мешало ему быть профи своего дела. А вот его партнера или партнершу молодая женщина не знала. Но какая разница, с кем этот придурок сосется в подворотне. Эльвира брезгливо скривила накрашенные алой помадой губки и собиралась уже пройти мимо, когда ноздрей коснулся дурманящий запах свежей крови. Ярко обведенные карандашом глаза злобно сузились. Резко остановившись, она схватила подростка за рукав толстовки и рванула, разворачивая к себе. Не смотря на широкую мешковатую одежду и кепку с капюшоном, Эльвира сразу поняла, что это девчонка.

– Ты что тут делаешь? – гневно зашипела она на молодую вампиршу.

Та выглядела очень испуганной, что только добавило Эльвире чувство собственной значимости.

– Это территория мадам. Я всех вампиров тут знаю. Ты не из наших.

– Простите, – пролепетала девчонка.

– Ты разве не знаешь, что питаться на чужой территории строго запрещено?

– Простите, я не знала.

Девочка попыталась вырваться, но женщина крепко держала ее за рукав толстовки. Эльвира мельком глянула на жертву малявки, стоящую рядом и не проявляющую к ним никакого интереса. Широченная улыбка на счастливом лице карманника выглядела в данной ситуации столь глупо, что в женщине поднялась новая волна гнева, подпитанная еще и тем фактом, что сама она была низшим вампиром, обращенным, а поэтому никогда не сможет обладать уникальными способностями. Ими наделены лишь чистокровные и, очень редко, полукровки. А эта мелкая зараза была явно из последних, раз в состоянии применять гипноз к человеку. Это значит, что нарушительница выше ее по статусу. Но это территория семьи Эльвиры и можно позволить себе быть наглой, чтобы защитить ее.

– Это ж какая семья такая борзая, что даже не учит своих элементарным правилам? – скривилась Эльвира и задрала рукав толстовки подростка, чтобы обнажить ее запястье и посмотреть родовое клеймо.

Но, к удивлению низшей, кожа на запястье девочки была совершенно чистая.

– Да ты дикая! – злобно зарычала вампирша, поняв, что может сделать с мелкой что хочет.

Никто не вступится за такую.

Девочка наконец вырвалась и стала пятиться назад.

– Простите, я не знала. Я уйду, – лепетала она отступая.

– Ну уж нет. Сначала я отведу тебя к мадам Кристине. Она заставит тебя заплатить.

– Я же извинилась! – вдруг закричала нарушительница территории.

Эльвира внезапно испытала такой дикий животный страх, какого ей не доводилось переживать никогда прежде. Заскулив, она упала на землю, сжавшись в комок, и пролежала так неизвестно сколько времени, совершенно лишившись рассудка из-за охватившего ее всепоглощающего ужаса. Это чувство отступило так же внезапно, как и пришло, но тело все никак не могло справиться с дрожью. Вампирша медленно села, опираясь трясущимися руками о холодный грязный асфальт. Она не понимала, что с ней и где она находится.

Справа послышалось мычание. Женщина повернулась, тут же сморщившись от резкого запаха. У стены лежал известный ей карманник, что-то подвывая и прикрывая голову руками. Судя по мокрым штанам, он обмочился. Сознание вернулось полностью, и Эльвира с испугом посмотрела туда, где недавно стояла девчонка. Улочка была пустой.

В маленькой сумочке, валяющейся рядом с ней на земле, завибрировал телефон, жужжанием оповещая о звонке. Женщина трясущимися руками с трудом справилась с замочком и достала его. Звонила мадам Кристина. Нажав на прыгающий на экране зеленый кружочек, с изображением телефонной трубки, несчастная поднесла смартфон к уху.

– Эльвира, ты где сейчас находишься? – раздался из динамика холодный голос хозяйки.

– Мадам… мадам я…, прошу вас, заберите меня…

Вампирша не выдержала и разревелась.

Спустя два часа Эльвира сидела на мягком кожаном стуле перед столом главы Министерства. Никогда в жизни ей не доводилось здесь бывать. И оставалось лишь благодарить всех богов мира, что она пришла сюда, как свидетель. Боясь поднять глаза на Ольгу Анатольевну, Эльвира уже во второй раз за сегодняшнюю ночь рассказала историю о своей встрече с молодой вампиршей. Как и в версии, которую она недавно поведала мадам Кристине, она упустила все моменты, которые указывали бы на агрессию с ее стороны или неуважительное отношение к подростку. Она представила все так, словно случайно наткнулась на незнакомого вампира на территории семьи. После того, как девочка не ответила, в каком клане состоит, Эльвира совершила действия, чтобы посмотреть ее запястье.

– … Просто взяла за руку и приподняла рукав ее кофты. Я успела заметить, что кожа запястья совершенно чистая, но девочка вдруг очень разозлилась и закричала. Она кричала: «Не смей меня трогать» или что-то такое. Я плохо помню, так как меня тут же охватил дикий ужас. Я даже не могу объяснить, чего испугалась. Просто страх, но такой, что в глазах все потемнело. Когда я смогла прийти в себя, то обнаружила, что лежу на земле, а девочки рядом уже нет. Меня сильно трясло и тело никак не хотело слушаться. Я даже встать не могла. В этот момент позвонила мадам, и я попросила у нее помощи.

– Понятно. А ты смогла рассмотреть лицо девочки?

Эльвира мельком глянула на Ольгу Анатольевну, чистокровную вампиршу, главу клана Вороновых, начальника Министерства по безопасности и контролю, чтобы удостовериться, что она не гневается. Госпожа Воронова выглядела спокойной и ласково ей улыбалась, что приободрило низшую.

– Да, я хорошо ее разглядела.

– Сможешь составить фоторобот?

– Думаю да.

– Это хорошо. То, что ты сейчас рассказала, очень важно. Я понимаю, что у тебя выдался тяжелый вечер. Перенести ментальный удар для любого достаточно большое испытание. Но тебе придется потрудиться еще немного. Сейчас тебя проводят в отдел службы безопасности, чтобы ты оказала им содействие в поимке дикой, – с этими словами она нажала кнопочку на телефонном аппарате. – Алена, пусть Виктор зайдет.

Спустя несколько секунд в кабинет зашел высокий мужчина крепкого телосложения в строгом сером костюме.

– Виктор, проводи девушку в отдел безопасности. Вас там будут ждать.

Кивнув вставшей Эльвире, Ольга Анатольевна взяла со стола сотовый телефон и развернулась в кресле спиной к кабинету.

Низшая бросила затравленный взгляд на высокую спинку кожаного кресла, скрывшую от нее главу Министерства, и несмело пошла за охранником.

Госпожа Воронова, меж тем, набрала номер, стоявший первым в списке быстрого набора. Спустя два гудка в трубке раздался приятный мужской голос:

– Слушаю.

– Дмитрий Сергеевич, есть результаты по делу дикой? – спросила женщина с улыбкой, стараясь скрыть волнение в голосе.

– Еще нет. Искать подростка по примерным описаниям в столь большом городе, что иглу в стоге сена.

– Что ж, хочу тебя обрадовать, нам очень сильно повезло. Появился еще один свидетель.

– Да? Кто?

– Проститутка Кристины. Она столкнулась с девочкой несколько часов назад. Дима, она чистокровная! Ты представляешь? Спустя столько лет найти чистокровную, это же просто немыслимо.

– С чего такая уверенность? Мы же думали, что девочка полукровка.

– Она использовала ментальную силу.

– Где проститутка сейчас?

Женщина почувствовала нотки волнения в голосе начальника службы безопасности.

– Не переживай, я направила ее к тебе с Виктором. Самое главное, она говорит, что запомнила лицо девочки. Но какое событие! Я в шоке. Мы просто обязаны ее найти.

– Если у нас будет ее портрет, то поймаем.

– Ты уже что-то придумал?

– А что думать? Надо просто заставить ее сделать то, что нам нужно. Объявим в розыск, чтобы она попыталась покинуть город, и задержим на вокзале или в аэропорту. Она молодая, думаю, быстро поймаем.

– Дима, я… – Ольга Анатольевна начала говорить свои мысли по поводу этого плана, но мужчина ее прервал, быстро сказав:

– Все, она пришла, – и отключил телефон.

## ГЛАВА 3. Ход ферзем

Сон, полный видений, размывался и ускользал, словно акварельный рисунок, оставленный под дождем. Что-то мешало, не давая сознанию вновь нырнуть в красочные фантазии морфея. Правую руку неприятно жгло, доставляя дискомфорт и все больше отгоняя сонливость. Поморщившись, девушка приоткрыла глаза, чтобы посмотреть, что послужило причиной боли. Тонкая полоска солнечного света, проскользнув сквозь неплотно задернутые шторы, белым пыльным лучом перерезала пространство комнаты, зацепив и хрупкую узкую ладонь вампирши, лежащую поверх одеяла. Девушка всем телом сдвинулась ближе к стене, чтобы солнце больше не могло ее коснуться. Поднеся обожженную ладонь к лицу, она с грустью посмотрела на покрасневшую кожу. Все же, летнее солнце очень сильное – часа два понадобится на исцеление. И основную часть этого времени будет болеть.

Молодая вампирша не очень любила лето. Дни длинные, ночи короткие, и солнце палит как раскаленная печка. То ли дело поздняя осень или зима, когда солнышко высоко и можно спокойно гулять в любое время суток.

«Интересно, а в Африке живут вампиры?» – подумала девушка, аккуратно сползая с кровати так, чтобы не попасть в полосу света.

Спать больше не хотелось, а выходить на улицу было рискованно. Даже если полностью одеться, чтобы солнце не касалось напрямую кожи, есть большой риск тепловой удар схватить.

«Лучше уж до вечера поваляться и телевизор посмотреть», – решила она, осторожно подобравшись к окну и плотно задернув шторы.

Теперь, когда солнечный свет более не мог прорваться в ее маленькое жилище, хозяйка комнатки вольготно потянулась, подняв вверх руки, и пошлепала босиком в ванную, включив по дороге телевизор.

Прохладная вода приятно остужала воспаленную кожу. Девушка постояла немного возле раковины, держа обожженную ладонь под струями и разглядывая свое отражение в зеркале. Лохматая, заспанная, с нечищеными зубами – ну истинная звезда какого-нибудь ужастика. Вампирша хищно улыбнулась собственному отражению, скаля белоснежные зубки с чуть удлиненными острыми клыками.

– Моя прееелесть, – протянула она, подражая персонажу из фильма.

Взяв с полочки зубную щетку, она отвернула колпачок с тюбика пасты и выдавила немного его содержимого. Что не говори, а беззубый вампир – это самый страшный образ, который только можно себе представить. Девушка улыбнулась, вспомнив, как мама пугала ее в детстве, что, если она не будет чистить зубы, они все повыпадают. И пусть сейчас она знает, что это были лишь мамины воспитательные страшилки, но привычка следить за личной гигиеной уже выработалась.

Рука почти не болела. Все же ожог был не такой сильный, как показалось вначале. Тщательно чистя зубы, вампирша набрала в стакан воды и вышла с ванной, чтобы посмотреть идущий по каналу фильм: какой-то боевик про ползущих по лесу солдат. С минуту глядя на муки героев и пытаясь уяснить смысл картины, она зевнула и переключила на другой канал. Там как раз шли новости. Бросив пульт на кровать, девушка отвернулась от экрана и набрала в рот воды, направившись обратно в ванную.

– Внимание! Экстренная новость…

Вампирша с любопытством обернулась, полоская горло, и тут же подавилась. Судорожно кашляя, забрызгивая все вокруг водой изо рта, она упала перед телевизором на колени, с ужасом глядя на свой потрет на экране. То, что говорил голос за кадром, было диким бредом. Терроризм? Она террористка? Тело начала бить дрожь. Что же теперь делать?

Первым делом она выключила телевизор. Нужно было побыть в тишине и собраться с мыслями. Отирая лицо ладонью, она огляделась. Вещей было по минимуму. Чтобы собраться и покинуть эту съемную квартиру понадобится минут десять. Но что дальше? На улице ясный жаркий день. Конечно, можно выйти сейчас, но не привлечет ли она своим видом ненужное внимание?

Остаться в квартире до вечера? Арендатор видел ее и ее документы. Возможно, он уже позвонил в полицию и через пару минут в дверь вломятся служители закона. Нет, лучше покинуть эту комнату и дождаться вечера у кого-нибудь из соседей. Гипноз в этом поможет, люди хорошо ему поддаются. А дальше? Уехать из города или затаиться? Хотя нет, выбраться из этого города надо попытаться в любом случае, вот только сделать это сегодня, или немного подождать, пока паника среди людей успокоится?

Быстро собравшись, молодая вампирша тихонько подошла к двери и прислушалась. В коридоре все было тихо. Внимательно оглядев комнату, чтобы удостовериться, что ничего не забыла, она закинула на спину рюкзак и, натянув на голову капюшон, приоткрыла входную дверь. Выглянув в коридор, беглянка убедилась, что там пусто, поэтому поспешно вышла из комнаты и закрыла за собой дверь на ключ. Положив его в карман, с целью потом выбросить, она тихонько сбежала по коридорной лестнице на второй этаж.

Где-то здесь проживал одинокий старик, которого она часто видела вечерами у подъезда. Девушка стала переходить от одной двери к другой, прислушиваясь и принюхиваясь. Возле третьей по счету двери она смогла уловить запах старичка, а вскоре и услышать покашливание и тихие шаркающие шаги за дверью. Вампирша постучала, с нетерпением дожидаясь ответа. Полиция могла ворваться в подъезд в любую секунду. Вновь звук шаркающих шагов и хрипловатый голос спросил:

– Кто?

– Добрый день. Я из социальной службы. Небольшой опрос по поводу планируемого увеличения пенсии. Вы не могли бы открыть дверь?

Несколько секунд ничего не происходило, но вот, к облегчению девушки, в тишине коридора раздался щелчок открываемого замка. Дверь приоткрылась. Из квартиры дыхнуло запахом старости и залежалых вещей. Беглянка твердо посмотрела в почти обесцветившиеся голубые глаза под седыми кустистыми бровями.

– Я побуду у вас до вечера. Не обращайте на меня внимание. Занимайтесь своими делами, – сказала она и уверенно шагнула через порог.

Квартира старика была вся залита солнечным светом. Не разуваясь, молодая вампирша прошла в комнату и спряталась за боковушку дивана от горячих лучей. Сев на пол и прислонившись к стене спиной, девушка согнула ноги, положив на них голову. Рюкзак лег рядом, поверх кроссовок. Оставалось ждать.

Закрыв глаза и постаравшись полностью абстрагироваться от запахов и звуков, наполнявших квартиру, таких, как: сиплое дыхание старика, его шаркающие шаги, скрип дивана под высыхающим от прожитых годов телом, – она постаралась сосредоточиться на том, что происходит в подъезде дома. Шли часы, но все вокруг оставалось тихо. Никто не штурмовал дом, не ломал дверь ее квартиры, не опрашивал соседей. Возможно, она оказалась слишком большой трусихой. Перепаниковала. Может стоит дождаться вечера и попытаться сбежать из города? Надо только подумать, как лучше это сделать.

Девушка готовилась очень тщательно. Теперь, когда каждая дворовая собака уже, кажется, знает ее в лицо, стараться выбраться из города не загримировавшись было бы чистым самоубийством. В интернете она прочитала несколько статей на тему, как лучше изменить свою внешность. Согласно их рекомендациям, изменения должны быть радикальными, но не броскими. При полной смене имиджа надо остаться безликой серой тенью на фоне толпы.

Измениться было не сложно: вместо удобных широких штанов с множеством карманов в стиле милитари облегающие узкие джинсы с имитацией потертостей и дыр, вместо объемной толстовки длинная белая майка до середины бедер и короткая джинсовая куртка. Волосы при помощи оттеночного шампуня стали темнее на пару тонов, обретя насыщенный ореховый цвет, ближе даже к каштановому. Девушка заплела их в косу, закрепив простой нейлоновой резинкой и одела сверху кепку с черными стразами все из той же джинсовой ткани.

Завершали образ среднестатистической молодой модницы объемные белые кроссовки, блеск для губ, круглые солнцезащитные очки с желтыми стеклами и крупные броские кольца в виде черепа, дракона и переплетенных терновых ветвей. Вампирша глянула на себя в высокое зеркало и улыбнулась. Что ж, мама бы вряд ли ее сейчас узнала. Но разве это имеет значение? Как выберется из города, снова залезет в привычную одежду, купить которую можно где угодно.

Девушка через зеркало глянула на сидящего в углу комнаты молодого парня, хозяина квартиры, у которого она жила последние несколько дней. Ни плохой – ни хороший. Просто обычное быдло, тянущее деньги с обеспеченных родителей и прожигающее жизнь за тусовками и уличными гонками. Взяв с тумбочки кулон в виде прямоугольного черного кристалла, оплетенного тонкими полосочками белого металла, она аккуратно одела его на шею, досадуя, что не догадалась это сделать прежде, чем натянула на голову кепку. Кулон был не простым украшением, одновременно он, также, выполнял роль МР3-плеера.

Закинув на плечи небольшой тканевый рюкзак, украшенный графическим образом лисицы и парочкой пушистых меховых игрушечных кроликов, девушка взяла с полочки беспроводные наушники и телефон. Оглядевшись и проверив, что ничего не оставила, она подошла к парню. Присев перед ним на корточки, вампирша заглянула в глаза мажора:

– Я скоро уйду, а ты забудешь, что вообще меня видел. Я знаю, что родители мало уделяют тебе внимания, откупаясь деньгами, но найди в жизни цель. Смотри, какие у тебя сильные, крепкие руки, – сказала девушка и свободной рукой коснулась его пальцев, сцепленных в замок и лежащих на коленях. – Эти руки могут помогать, защищать, творить добро. Я уверена, что если заглянешь в себя, ты найдешь то, что тебе действительно нравится. Найди смысл и любимое дело. Хорошо?

Парень кивнул, глядя на нее стеклянными глазами.

– Отлично. Иди, ложись спать, а утром у тебя начнется новая жизнь, – с этими словами она поднялась и, пройдя в коридор, вышла из квартиры, тихонько захлопнув за собой дверь.

Оборачиваться не было никакого желания. Эти несколько дней – лишь очередной прошедший эпизод ее жизни. Этот парень – лишь один из вереницы встречных людей, поделившихся с ней кровом и небольшим количеством крови, так необходимой вампирам для жизни.

## ГЛАВА 4. Дикая

Ольга Анатольевна вновь посмотрела на портрет дикой, лежащий на столе. Чувство тревоги никак не покидало. Уже почти две недели прошло с объявления девочки в розыск, а толку никакого. Все пойманные по наводкам были простыми человеческими подростками. Неужели они ее упустили, и дикая скрылась? Или кто-то укрывает ее? А может девочку убрали, чтобы не всплыла история ее происхождения? Но чем ее рождение могло кому-то так мешать? Их, чистокровных, осталось в мире слишком мало, чтобы так разбрасываться детьми. И пусть даже это был плод ошибки, измены, ведь всегда оставалась возможность выдать ее за ребенка какого-нибудь малочисленного провинциального рода из глубинки. Это было бы всяко лучше, чем оставлять девочку жить дикой.

Нет, таким сокровищем нельзя разбрасываться. Надо обязательно прибрать ее к рукам. И все же, чей это ребенок? Глава Министерства вновь открыла досье со списком всех чистокровных вампиров, внимательно пробегая глазами каждое имя и пытаясь вспомнить, чем они занимались пятнадцать-шестнадцать лет назад. Возраст девочки указывал, что ее зачатие произошло вскоре после событий семнадцатилетней давности.

Госпожа Воронова с яростью сжала кулаки, стоило вспомнить о той злополучной ночи. Столько лет прошло, а боль и ненависть не угасли. Напротив, кажется они лишь усиливаются с потоком времени, обрастая, как снежный ком, все новыми негативными эмоциями.

Надо успокоиться. Ольга Анатольевна глубоко вздохнула и постаралась вновь переключиться на дикую. Нет, она определено не может быть ребенком с материка. Рождена за морем? Но почему тогда здесь? Отправили подальше, так как не поднялась рука избавиться? Но тогда опять встает вопрос, почему не отослали в какой-нибудь провинциальный клан?

И ее лицо… Глава Министерства вновь взяла со стола листок с портретом девочки и принялась в сотый раз изучать ее черты. Было в них что-то такое неуловимо знакомое, словно мелодия колыбельной, слышимой при рождении и вдруг навеянной шумом ночного ветерка в листве. Вроде и не знаешь ее, а испытываешь щемящие чувства радостного узнавания. Зазвонивший телефон заставил женщину вздрогнуть. Отложив потрет, она взяла трубку:

– Слушаю.

– Мы нашли ее, – прозвучал в трубке приятный мужской голос, низкий, бархатистый, с чуть хрипловатыми нотками, появляющимися лишь в минуты волнения.

Ольга Анатольевна неосознанно сжала телефон сильнее, сама, вмиг потеряв от новости самообладание.

– Ты уверен, что это она?

– На девяносто девять процентов.

– А где? Где вы ее нашли?

– Как я и предполагал, она попробовала покинуть город автобусом, чтобы не предъявлять документы при покупке билета, – в голосе руководителя отделом службы безопасности слышалось явное самодовольство, но его начальнице было сейчас не до нравоучений.

– Вы ее уже поймали?

– Как раз собираемся. Ладно, позвоню по окончании операции.

– Дима!

Мужчина уже хотел сбросить звонок, но услышал оклик и вновь приложил телефон к уху:

– Да?

– Ты с ней поаккуратнее. Не навреди ей. Постарайся договориться.

– Что я, изверг, по-твоему? – усмехнулся он и нажал отбой.

Отхлебнув кофе из стаканчика, довольно паршивый на вкус, надо сказать, он поставил его вновь на узкую столешницу, тянущуюся вдоль высокого окна, занимающего всю стену автовокзала со стороны парадного входа. Переместив вес тела вперед, мужчина удобнее уселся на высоком барном стуле, поставив ботинки на подножку и, облокотившись локтями на столешницу, положил подбородок на сцепленные в замок пальцы. Со стороны могло показаться, что мужчина наслаждается панорамой ночной улицы, открывающейся для него в окне автовокзала, в ожидании рейса своего автобуса, но на деле Дмитрий следил за залом ожидания, отражающимся в стекле.

А если быть более точным, то за хрупкой невысокой девушкой, сидящей в кресле и листающей ленту социальных сетей в телефоне. Мужчина усмехнулся, отмечая сообразительность дикой. Девочка явно была не глупа, вот только профессионализма не хватает. Нет, внешне к ее перевоплощению было не придраться. И будь он менее внимателен, то, возможно, и сам бы ее пропустил, когда следил за входящими на автовокзал людьми. Она допустила лишь одну ошибку. Одну секундную заминку, которая перечеркнула все ее труды конспирации и надежды остаться незамеченной.

Когда дикая зашла в здание автовокзала, то ее взгляд наткнулся на охранника в форме, и она, словно налетев на невидимую стену, сделала крохотный шажок назад, словно передумала уезжать, или, вдруг, вспомнила о чем-то важном, оставшемся дома. Казалось, девушка в нерешительности. Но в следующую секунду она расправила плечи и уверенно прошла к кассам.

Девушка остановилась лишь на мгновение, но больше Дмитрий не выпускал ее из своего поля зрения. Он старался разглядывать подростка незаметно, сопоставляя ее внешность с составленным проституткой портретом. Да, это без сомнения она. Вот небольшой аккуратный носик и пухлые губки, еще более выделяющиеся на худом личике из-за влажного блеска помады. Волосы темнее, чем по описанию, но это легко подделать. За желтыми стеклами очков угадываются большие, чуть раскосые глаза.

Чистокровная дикая? Разве такое возможно в их мире? Весь ее хрупкий образ рождал миллионы вопросов и догадок, словно перед ним была не маленькая вампирша, а описанное в сказках и легендах мифическое существо, на вроде единорога или феникса. С самого первого доклада о ней главе службы безопасности МБК казалось, что он пытается выследить невидимку. Бесплотного эфемерного призрака. Выдуманного героя городской легенды. И теперь, когда она так близко, а Дмитрий подсознательно чувствовал, что эта девочка именно та дикая, которую они столько недель искали, ему хочется подойти и коснуться ее. Удостовериться, что она не плод воображения.

– Дмитрий Сергеевич, – раздался в наушнике голос одного из его ребят, задействованных в операции по поимке дикой, – у вас за спиной сидит девушка в джинсовой куртке, кепка блестящая. Мне кажется, это наш объект.

Глава службы безопасности усмехнулся. Взяв с столешницы телефон, он поднес его к уху, сделав вид, что отвечает на звонок.

– Молодец, Сафронов. Заработал квартальную премию.

– Что? Так вы ее уже заметили? То есть, вы уверены?

– Это вопрос по объекту или по поводу премии?

В динамике произошла заминка, но спустя пару мгновений прозвучал уверенный ответ:

– По поводу объекта. Сейчас берем?

– Нет, – Дмитрий мельком глянул на отражение девушки в стекле. Она продолжала что-то читать в телефоне, – лучше по дороге. Проследи, чтобы все было в лучшем виде. Как выйдешь, жди ее.

– Хорошо. Я все подготовлю. Следующий рейс через двадцать минут, думаю, она взяла билеты на него.

– Я тебя понял.

Мужчина положил телефон на столешницу и, взяв стаканчик, отхлебнул кофе. Мерзопакостный вкус стал комом в горле. Вампирам не особо требовалась еда и вода. Она не способна была полностью насытить их или же поддержать жизнь, как, впрочем, и кровь животных. К сожалению, альтернативы человеческой крови не было. Правда и крови требовалось не очень много, но каждые два-три дня. Иначе постепенно просыпался зверский голод, причиняющий боль и лишающий способности разумно мыслить.

Поэтому, человеческая пища для вампиров была, своего рода, эстетическим вкусовым удовольствием. Ее не съешь много, но было приятно время от времени насладиться вкусным блюдом. Хотя этот кофе к их числу явно не относился. Сглотнув уже успевший остыть напиток, он отставил от себя пластиковый стаканчик, решив больше не мучиться даже ради конспирации.

Народ сновал туда-сюда. Уезжающие, встречающие, просто гуляющие, которым хотелось посидеть и потрещать, или перекусить в кафе при автовокзале. Диспетчер объявил о прибытии междугороднего автобуса, что послужило сигналом всей этой толпе. Живая лавина, на миг замершая, чтобы выслушать голос из динамика, в раз поднялась и хлынула к выходу. Дмитрий Сергеевич подался общему движению, пропустив между собой и объектом несколько случайных людей. Высокий рост позволял ему спокойно следить за девочкой, не боясь потерять ее в толпе. Освещение автовокзала и свет фонарей мягко искрились на маленьких черных стразах на кепке девушки.

Люди выстраивались вдоль стены, копошась как муравьи, стараясь ухватить территорию поближе к площадке, где остановится автобус. Они делали это с таким остервенением, словно боялись, что не успеют занять свои места. Девушка уверенно шла к очереди, но внезапно свернула к дорожке, ведущей в парк, раскинувшейся за автовокзалом. Инстинкт охотника заставил Дмитрия встрепенуться. Он скорее почувствовал, чем понял, что добыча почуяла засаду и пытается сбежать. Надо будет потом посмотреть по камерам, кто прокололся, но сейчас это было уже не важно.

– Не упустите ее! – рыкнул он, бросившись за девчонкой, скрывшейся в тени ночного парка.

Девушка, сразу свернув с освященных фонарями дорожек, неслась как ветер, только и успевая уклоняться от вырастающих на пути деревьев, перепрыгивая бросающиеся под ноги кусты и живые изгороди. Сегодняшний вечер, как и одежда, были выбраны не просто так. Пасмурная погода, с затянутой тучами луной, позволяла надежнее скрыться от людских глаз в темноте ночи, а удобная одежда не сковывала движений, давая возможность двигаться так быстро, как умели только вампиры. Но преследователи не отставали ни на шаг.

Молодая беглянка очень быстро поняла свою ошибку. Те, кто устроил на нее охоту – не простые люди. Это такие же вампиры, как и она. А значит, девушка изначально сделала неправильный выбор, когда решила убежать через ночной парк. Нужно было, наоборот, попытаться затеряться в многолюдной толпе. Но теперь у нее никак не получалось свернуть в сторону оживленных улиц. Каждая ее попытка тут же пресекалась бросающимися наперерез врагами. Она понимала, что ее, как дичь на охоте, загоняют в ловушку, но остановиться не могла, все еще надеясь вырваться из оцепления.

Внезапно, парк закончился, и девушка выскочила на набережную реки, обрывающей путь к свободе. Она обернулась. Враги окружили, медленно сжимая кольцо. Их было не много, человек десять, но сможет ли она прорваться?

– Пошли прочь! – закричала вампирша.

Страх, злость, ненависть, все смешалось, заставляя сердце колотиться в груди загнанным зверем. На глаза навернулись слезы, туманя взор. Почему? За что? Что она сделала?

Дикая боль на миг сжала виски. Дмитрий чуть поморщился, не сводя с девочки глаз. Что ж, она без сомнения чистокровная и ее ментальная сила так велика, что смогла, пусть и на секунду, пробить не только его барьеры, но и защиту амулетов. Такое чудо нельзя оставлять без присмотра.

– Тихо, тихо, – примиряющее попросил он. – Смотри, – мужчина приподнял руки, показывая пустые ладони, – мы не хотим тебя обидеть. Поверь, я лишь хочу поговорить, – сказал он дружелюбно, медленно двигаясь к дикой.

– Лжёте! Вы лжецы! Все, что вы сказали – не правда! Я не террористка! Я никогда никому не вредила!

– Да, конечно. Прости за это. Но мы не знали, как тебя найти, вот и пошли на столь крайний шаг. Не переживай, все эти новости мы сегодня же уберем. Мы не желаем тебе зла. Честно. Ну же, малышка, я правда хочу лишь поговорить, – уговаривал громила, делая в ее сторону еще один короткий плавный шаг.

Девушка смотрела на медленно подходящего мужчину. Словно змей-искуситель, он вливал в уши яд, пытаясь усыпить бдительность, заставить довериться. Вампирша сделала шаг назад, но отступать было некуда. Пальцы коснулись холодного шершавого бетона. Невысокое ограждение не позволило ей упасть в воду реки, но также и отрезало путь к спасению. Или нет? Если броситься в воду и нырнуть поглубже, возможно получится уйти от преследователей.

– Единожды солгавши, кто тебе поверит? – тихим четким голосом спросила она, глядя на преследователя исподлобья полными ненависти глазами.

Глава службы безопасности бросился вперед огромной тенью. Рывок, огнем опаляющий мышцы, почти рвущий связки, и вот уже маленькая хрупкая дичь бьется в острых смертоносных когтях хищника.

– Шшшш, ну же, маленькая, не брыкайся ты так, – мягко говорил он, стараясь не сделать больно вырывающейся из его рук девочке.

– Ненавижу! Отпусти, сволочь! – рычала она, но мужчина лишь усмехался, сидя на земле.

Он держал девчонку в кольце рук, прижимая спиной к своей груди.

– Да не вертись. Я правда хочу лишь поговорить.

Вампирша, поняв, что силы не равные и своими попытками освободиться она лишь выматывает себя, затихла.

– Все? Успокоилась? Можно отпустить?

– Да, – пробурчала девушка, склонив к груди голову.

– Хорошо.

Мужчина поднялся сам, одновременно с легкостью подняв девушку и поставив на землю, но рук с ее запястий не убрал. Теперь, когда они стаяли лицом к лицу, ей приходилось задирать голову, чтобы заглянуть врагу в глаза.

– И что теперь? Наручники на меня наденешь? – с вызовом спросила девчонка.

Вампир потянул ее за руки ближе к себе и, склонившись, стал внимательно изучать лицо девушки. Он был так близко, но она не отвернулась, а продолжала смотреть прямо полными ненависти глазами.

– А ты не слишком юная для таких бурных эротических фантазий? – внезапно спросил он, отвечая вопросом на вопрос.

Злость моментально вспыхнула в молодой вампирше с новой силой, и она рванула руки, но освободиться от его хватки не получилось. Не растерявшись, девушка принялась пинать врага ногами. Правда, и эти ее атаки, кажется, никак ему не вредили. Вместо того, чтобы разозлиться, мужик рассмеялся:

– Какая ты, все-таки, дикая, – сказал он сквозь смех и, легко закинув возмущающуюся пленницу на плечо, пошел в сторону автостоянки, где оставил свою машину.

## ГЛАВА 5. Поиск ответов

Дмитрий Сергеевич уже битый час пытался разговорить девочку. Сразу после поимки он привез ее в свой кабинет, где собирался побеседовать по душам. Вот только молодая вампирша никак не шла на контакт. Развалившись в глубоком кресле перед его письменным столом, дикая надвинула кепку на глаза и склонила голову к груди, притворяясь спящей. На все вопросы об имени, возрасте и откуда она – девушка отвечала молчанием. Начальник службы безопасности даже пригрозил, что, если она не станет отвечать, ему придется обыскать ее рюкзак, но и это дикая проигнорировала. В отместку вампир исполнил угрозу и, немного порывшись в ее вещах, извлек на свет небольшую пластиковую папку с документами.

– Лисицина Софья Константиновна, – прочитал Дмитрий в паспорте, – это твое настоящее имя?

Вампирша молчала, продолжая прятать от него лицо под кепкой, украшенной маленькими черными стразами. Встав из своего кресла, мужчина обошел стол и, остановившись возле нее, присел на столешницу, чтобы не нависать над девушкой подобно скале из-за своего высокого роста.

– Я могу это легко проверить, – говорил он, постукивая ребром обложки паспорта по ладони, – но хотелось ограничиться просто разговором с тобой.

Дикая продолжала его игнорировать, поэтому Дима склонился немного вперед и, взявшись пальцами за козырек, снял с нее кепку. На него тут же уставилась пара чуть раскосых глаз, полыхающих ненавистью и злобой. Мужчина проигнорировал ее эмоции, продолжив доброжелательно улыбаться.

– Послушай, я правда тебе не враг. Если ты скажешь, как тебя зовут, то мы сможем связаться с твоей семьей. И даже если у тебя сейчас период бунтарства, это не повод бродяжничать.

Девушка демонстративно закатила глаза, всем своим видом показывая, что она думает о нем и его словах.

Дмитрий тяжко вздохнул. Как же трудно иметь дело с подростками.

– Ладно, давай немного отвлечемся. Ты хочешь есть?

Дикая чуть скосила на него глаза, словно пытаясь подглядеть, не шутит ли он. Мужчина меж тем нажал на кнопочку телефона, стоящего на столе, и произнес:

– Наталья Олеговна?

– Да, Дмитрий Сергеевич? – раздалось в динамике.

– Принесите еды для меня и девушки.

– Слушаюсь.

Минут через пять в комнату зашла стройная девушка модельной внешности в строгом деловом костюме. В руках она несла небольшой поднос, на котором стояло два высоких стаканчика с крышками и воткнутыми в них трубочками. В таких обычно продается кофе на улицах. Мужчина взял оба стаканчика, сказав девушке: «Спасибо», на что секретарша вежливо поклонилась и вышла из кабинета.

Вампир протянул один из стаканчиков девушке. Дикая несмело приняла угощение и, открыв крышку, настороженно осмотрела содержимое, для верности еще и понюхав его. Вроде свежая человеческая кровь, но кто их знает, что они туда подмешали. Девушка опасливо посмотрела на врага.

Дмитрий не смог сдержать улыбку. Девочка очень напоминала ему дикого котенка, которого подобрали с улицы и первый раз дали миску с едой. Вроде и съесть хочет, и боится довериться. Чтобы успокоить ее, он демонстративно отпил из своего стакана.

Девушка резко поднялась и протянула ему свой стакан.

– Выпей, – сказала девушка в приказном тоне.

Начальник службы безопасности мысленно возликовал. Наконец-то она заговорила и пошла на контакт. Он взял ее стакан и отпил глоток, после чего протянул его ей обратно. Но она продолжала выжидательно на него смотреть.

– Половину, – бескомпромиссно скомандовала мелкая.

Вампир усмехнулся, но выполнил ее просьбу и, тремя большими глотками, ополовинил содержимое стакана. Девушка внимательно следила за ним. Стараясь не делать резких движений, Дмитрий протянул ей обратно стаканчик, и дикая забрала его, прихватив заодно и его собственный стакан.

Открыв крышку с его стакана, она настороженно понюхала его содержимое, и, только после этого, отлила из него в свой стакан половину крови, тем самым вновь заполнив свой стакан до краев. Посчитав, что после проделанных манипуляций питье безопасное, вампирша вернула на место крышку и принялась пить кровь маленькими глотками.

В кресло она не вернулась, а стала медленно ходить по кабинету, осматривая полки и висящие на стенах фотографии и грамоты. Начальник служб безопасности посчитал это хорошим знаком, а потому рискнул возобновить с ней диалог. Он не стал возвращаться к выяснению ее личности, опасаясь, что девочка вновь замкнется в себе, а потому решил выбрать более нейтральную тему.

– Ты знаешь, где находишься?

Девочка оставила его вопрос без ответа. Подойдя к высокому стеллажу с книгами, она стала внимательно изучать корешки, водя по ним пальчиком.

– Это Министерство безопасности и контроля. Слышала о нем?

– Нет, – безразлично откликнулась девушка.

– В мире очень мало чистокровных вампиров, таких как мы с тобой. Министерство создано для того, чтобы защищать нас. Древние семьи, корни которых уходят в века. Несмотря на то, что мы сильнее людей, нас легко убить. Поэтому мы и стараемся держаться друг друга. Все члены семьи, будь они чистокровными, полукровками или низшими, могут рассчитывать на защиту семьи и Министерства. Каждого вампира легко опознать по гербу семьи, нанесенному на запястье с рождения, – говоря это, Дмитрий показал ей свои запястья с гербом, на котором изображалась черная крупная птица.

Дикая равнодушно глянула в его сторону и вновь вернулась к изучению книг.

– Чистота крови играет в нашем мире самую важную роль. Поэтому, защита и благо чистокровного вампира в приоритете над всем. Безопасность, богатство, благополучие – все это принадлежит тебе по праву рождения, – мужчина внимательно следил за девушкой, пока говорил, и по тому, как спокойно она его слушала, сделал вывод, что все, сказанное им, ей известно. – Тебе больше не придется скитаться по улицам и искать еду.

– Мне это не интересно, – девочка оторвалась наконец от книг и посмотрела ему прямо в глаза. – Я хочу уйти.

– Прости, но так не получится. Мир не безопасен. Помимо всех обычных опасностей существуют так же организации, которые охотятся на нас, чтобы истребить.

– Я не боюсь. Меня моя жизнь устраивает.

– Ты достойна лучшего. Обеспеченная жизнь, лучшее образование, высшее общество, в котором состоят лишь чистокровные семьи. Я уверен, твоя семья уже ищет тебя.

– У меня нет семьи, поэтому не беспокойтесь об этом. Никто не будет меня искать. Я не хочу быть здесь. Я хочу уйти, – повторилась девушка.

– Я не позволю тебе этого. Если ты сама не понимаешь всю серьезность своего положения, то мы позаботимся о тебе. Смирись.

– Вы же сказали, что не причините мне вреда, – ответила она с вызовом.

– Я и не собираюсь вредить тебе. Наоборот, я хочу тебе блага, пусть ты еще этого и не осознаешь.

– Бойся данайцев, дары приносящих.

– Вот опять.

– Что?

– Отвечаешь крылатыми выражениями.

– Мудрость прошлого проверена веками, поэтому ей можно доверять, в отличие от ваших слов.

– Где ты училась?

– Я хочу уйти! – твердо сказала дикая в третий раз. – Я не буду вам подчиняться. Сами живите в своей прекрасной жизни. Вы мне не нужны.

Мужчина грустно вздохнул. Хоть девушка и пошла на контакт, но диалога, видимо, сегодня не получится.

– Думаю, тебе стоит немного подумать, – сказал он с доброй улыбкой, попытавшись взять ее под руку.

Девочка увернулась, приготовившись сопротивляться, но мужчина отступил, подняв руки в примирительном жесте:

– Я всего лишь хочу отвести тебя в комнату, где ты сможешь отдохнуть. Конечно, если ты сейчас начнешь буянить, мне придется применить силу, но ведь мы уже выяснили, кто сильнее, правда? Так что, сама пойдешь или на руках отнести?

– Сама, – огрызнулась девушка и, подхватив рюкзак, пошла в след за ним прочь из кабинета.

Шли не долго. Спустившись на лифте на второй по счету подземный этаж, вышли в узкий коридор с серыми стенами и ковролином цвета мокрого асфальта. По всей длине на равных промежутках железные двери. Мужчина, назвавшийся Дмитрием, открыл перед ней первую же дверь и пропустил вперед.

Стоило ей переступить порог комнаты, как вампир закрыл за ней дверь и в тишине громко щелкнул запираемый замок. Девушка не стала оборачиваться и дергать ручку, посчитав это ниже своего достоинства. Она не покажет своей слабости или страха перед врагом.

Комната, куда привели пленницу, была не совсем обычная. Голые белые стены без окон, кровать, рассчитанная на одного человека, тумбочка, узкий шкаф-пенал в углу и небольшой стол с одним единственным стулом. Кроме выхода из комнаты вела еще одна дверь. Открыв ее, девушка обнаружила ванную комнату. Никакого телевизора или телефона.

Положив рюкзак на стол, вампирша, не разуваясь, легла на застеленную постель и отвернулась к стене. Не было смысла что-то делать, кричать, просить выпустить. Это тюрьма, и она рано или поздно из нее выйдет.

Вампир пришел на следующий день. Не смотря на враждебный взгляд девушки, продолжившей лежать на кровати, он поставил возле изголовья стул и, сев на него, долго с ней разговаривал. Рассказывал об элитной закрытой школе для вампиров, о чистокровных, о том, какой нишей экономики владеет каждая древняя семья и как они поддерживают баланс сил в мире.

Девушка слушала его молча, не прерывая, но и не проявляя интереса к беседе.

– Ну что, согласна пойти учиться в школу? Там ты сможешь найти друзей среди сверстников, – спросил он наконец, не зная, что еще ей рассказать.

– Мне это не интересно, – наконец ответила девушка. – Я хочу уйти.

– Неужели тебе не хочется стабильной хорошей жизни, уверенности в завтрашнем дне?

Но вместо ответа дикая просто отвернулась к стене и перестала реагировать на присутствие вампира.

– Ладно, не торопись, подумай еще, – сказал Дмитрий и вышел из комнаты.

Больше в этот день он ее не беспокоил. Но на утро явился снова все с теми же разговорами и вопросами. Правда и этот его монолог закончился ничем. Девушка даже не пожелала повернуться к нему, продолжая все время лежать лицом к стене. Третий день ее заточения так же не принес результата.

Сегодня шел четвертый день, как дикая ничего не ела, а значит, она испытывает сильные боли. Невероятная стойкость. Просто поразительно, что она до сих пор не просит крови.

Дмитрий не врал девочке. Чистокровных вампиров в мире действительно было очень мало. Не смотря на более долгий срок жизни, чем у людей, способных размножаться как кролики, особенности вампиров позволяли женщине зачать одного, в редких случаях двух детей за свою жизнь. Лишь шестнадцать раз, за всю историю вампиров, у пары рождалось трое детей. Поэтому их численность медленно, но сокращалась.

Чего не скажешь о полукровках и низших. Эти плодились наравне с людьми. Отсюда и появилась нужда контролировать количество обращенных. Каждый случай обращения человека в вампира рассматривался Советом Высших и лишь с их позволения можно было провести обряд. Но всегда находился кто-нибудь, желающий обойти это правило. Вот тогда-то и появлялись дикие. В большинстве случаев ими были низшие – вампиры, которые до обращения являлись обычными людьми. Этим и была уникальна девочка, запертая в комнате в подвалах Министерства.

Перед рассветом начальник службы безопасности зашел в отдел. Народ уже сидел на своих местах. Дмитрий Сергеевич был добрым и справедливым начальником, но работники старались этим не злоупотреблять, потому как, когда он оказывался не в духе, мог припомнить все проколы. Подойдя к ребятам за пультом управления, он кивнул в знак приветствия и стал рассматривать картинку в мониторе, транслирующем видео с камеры в комнате дикой.

– Доброе утро, Дмитрий Сергеевич.

– Как она?

– Без изменений. Правда стала чаще ходить в ванную принимать душ. За ночь уже дважды.

– Есть просила?

– Нет. Сидит молча на кровати и дверь гипнотизирует.

– А я еще себя считал в свое время трудным подростком, – с тоской протянул вампир. – Ладно, пойду, попробую поговорить.

Подойдя к двери, он глубоко вздохнул и, натянув на лицо доброжелательное выражение с улыбкой, зашел в комнату. Как и несколько мгновений назад на экране, дикая сидела на кровати, подтянув колени к груди и уткнувшись в них лицом. Лишь глаза, горящие жаждой убийства, блестели в полумраке.

– Привет. Ну что, надумала? Мы могли бы сейчас пойти и отметить начало твоей новой жизни. Поесть.

В чуть раскосых глазах вспыхнула ненависть. Вытянув вперед правую руку, девушка показала вошедшему непристойный жест.

– Слушай, ну чего ты артачишься? Я же добра тебе желаю. Объясни мне хотя бы, чтобы я понял, почему ты не хочешь жить в нормальных условиях, ходить в хорошую школу, иметь свой дом, дорогие вещи? – говоря это, мужчина подошёл к кровати и присел перед ней на корточки, так, чтобы их глаза были на одном уровне. – Ты от кого-то скрываешься? Поэтому пряталась? Тебе кто-то угрожает? Прошу, расскажи. Я смогу помочь и защитить. Я действительно хочу стать твоим другом.

Вместо ответа девушка легко спрыгнула с кровати и, уйдя в ванную, заперлась там. Дмитрий сел на кровать и принялся ждать, но дикая не выходила. Мужчина потер лицо руками. Он был в тупике. Будь она обычной низшей, он бы давно уже заставил ее подчиниться, но эта девочка… С ней все сложно. Поднявшись на ноги, мужчина покинул комнату, закрыв за собой дверь. Если до завтра не смирится и не попросит еды, нужно будет покормить и придумывать другой способ, как воздействовать на дикую.

Но девушка продолжала молчать, поражая всех своей стойкостью к голоду. Дмитрий места себе не находил. Постаравшись занять мозг рутинной работой, он не поехал домой, а остался в офисе, разбирая бумаги, которые имели свойство появляться на столе из ниоткуда и всегда первостепенной важности. Но какими бы серьезными ни были документы, его мысли постоянно возвращались к пленнице, запертой в комнате несколькими этажами ниже.

Ближе к рассвету вампир не выдержал и, взяв из холодильной камеры пакет с кровью, пошел к девушке. Стоило Дмитрию зайти в погруженную в глубокий сумрак комнату, освещенную лишь полоской тусклого неонового света по периметру потолка, и закрыть за собой дверь, как дикая бросилась на него из темного угла и, обхватив руками за шея, а ногами за талию, повисла на нем, вонзив клыки.

Мужчина привалился спиной к стене, аккуратно поддерживая девушку свободной рукой. У него была возможность отбить ее атаку, но Дмитрий сдержался, побоявшись, что может поранить вампиршу. Все-таки она сейчас на пределе из-за голода и вряд ли сможет остановиться. Только поэтому он позволил ей себя укусить. Ведь такая привилегия отдается лишь партнеру, с которым тебя связывает глубокое доверие и симпатия. Кусают друг друга пары, находящиеся в долгих страстных отношениях. Это как раскрыть кому-то душу.

Странные и волнительные ощущения: смесь боли и удовольствия. Чувствовать ее губы на своей коже, горячее дыхание, острые клыки… Проклятье, не стоило позволять дикой себя кусать. Надо было увернуться и воткнуть ей в зубы пакет с кровью, что принес с собой.

– А если в следующий раз сюда зайдет маленький ребенок? – спросил Дмитрий и сам тут же мысленно скривился.

Он не собирался этого говорить и уж тем более делать. Просто недовольство собой и случившимся вылилось в раздражение, от чего захотелось осадить и девчонку.

Вампирша перестала пить его кровь и, разжав ноги, соскользнула на пол. Отступив от него на шаг, вытирая губы тыльной стороной ладони, она с вызовом посмотрела в глаза врага. Когда дикая заговорила, в голосе слышались нотки ледяного презрения:

– Сначала моришь голодом, теперь угрожаешь. Что дальше, побои? Ты жалок.

## ГЛАВА 6. Голод

Когда Ольга Анатольевна зашла на рассвете в кабинет и включила свет, то нашла в своем кресле Дмитрия. Мужчина сидел ссутулившись, обхватив голову руками. На столе перед ним лежал темный пакет донорской крови. Выглядел вампир, мягко сказать, довольно паршиво.

– Неужели все так плохо? – ласково спросила она, присев на краешек стола.

Подчиненный тяжело вздохнул и, убрав руки от лица, взглянул на начальницу.

– Знаешь, сегодня она назвала меня жалким и это правда. Я действительно не знаю, как пробиться к этому ребенку.

– Быть может тебе не стоит рассматривать ее как ребенка? Она молодая девушка и думает она уже по-взрослому.

– Да, ты права. Она удивительная. Я даже среди высших не могу сравнить ее с кем-либо, наделенным такой силой и отвагой. Не плачет, не жалуется, просто ждет, когда мы наконец от нее отстанем.

– Я разослала ее фото по семьям, но ни одна не заявила на девушку права. Хотя, многие просят отдать дикую им на воспитание.

Легко поднявшись, Ольга плавной походкой обогнула стол и, достав из стенного шкафа два высоких бокала, разлила в них кровь из пакета, предварительно разрезав пластик ножом для вскрытия писем. Оставив один бокал с кровью себе, второй она протянула начальнику службы безопасности. Мужчина взял бокал и, сделав глоток, поморщился. Кровь в пакете успела согреться и уже не была столь приятна на вкус. Правда, после его издевательств над молодой вампиршей, ему ли привередничать?

– Ага, знаю я их. Явно подложить под кого-нибудь из своих хотят.

– По документам, правда не думаю, что они настоящие, она родилась через полгода после случившегося. Сейчас мы проверяем все, но пока никаких полезных сведений не нашли.

– Я в тупике, – честно признался вампир, вертя в руках бокал с кровью. Вроде и выпить надо, особенно после того, как дикая его укусила, да особо и не хочется.

Начальница положила руку на его плечо, ободряюще улыбнувшись Дмитрию. Ей было мужчину искренне жаль, и она очень хотела ему помочь.

– Может мне с ней поговорить? Вдруг ко мне она прислушается?

– Да, давай попробуем, – встрепенулся начальник службы безопасности. Сам он уже отчаялся добиться от девушки согласия сотрудничать.

Но и этот вариант не принес результата. Стоило Ольге Анатольевне войти в комнату с доброжелательным приветствием, как дикая встала с кровати и скрылась в туалетной комнате. С двумя психологами: и мужчиной, и женщиной, – было еще хуже. Девушка устроила истерику и принялась в них кидать все, что только попадало под руку. Профессор психологии еле успела скрыться за дверью, когда об последнюю на куски разлетелся стул.

В итоге на контакт дикая шла только с начальником службы безопасности, если молчаливое игнорирование вообще можно было назвать контактом. Взамен на ее плохое поведение вампир опять перестал давать девушке кровь, в тайне надеясь, что голод все же сделает ее более сговорчивой. Но прошло уже четыре дня, а пленница оставалась все такой же строптивой и на все его слова отвечала лишь: «Я хочу уйти».

Дмитрий Сергеевич ходил мрачнее тучи, срываясь на персонале. Те понимающе терпели, стараясь как можно реже попадаться начальнику на глаза. Правда удавалось это не всем.

– Проклятая дикая! – Павел Гриднев, недавно устроившийся в Министерство по протекции сверху, с ненавистью швырнул на свой стол папку с отчетом о ночной смене.

– Она-то тут причем? – отозвалась Мария, стол которой, к неудовольствию последней, соседствовал со столом этого полукровки-мажора.

Дмитрий Сергеевич довольно громко кричал на него из своего кабинета, а потому она досконально знала все косяки, которые парень сделал. Да и вообще, он бесил ее своим высокомерием, порожденным лишь тем, что его двоюродный дядя чистокровный высший.

– Ты в отделе уже три месяца, мог бы и запомнить, как заполняются отчеты.

– Подумаешь, две графы спутал. Если бы эта мелкая не выносила ему мозг, нам всем жилось бы лучше. И чего только он с ней сюсюкается? Приложил бы пару раз о стену, и живо шелковой стала.

– Ты дебил? Она чистокровная. По закону, за любую, умышленную или нет попытку навредить чистокровной грозит смерть.

– Он тоже чистокровный. Да и не случилось бы с ней ничего. Я же предлагаю всего лишь припугнуть девчонку. Носитесь с ней, как с хрустальной.

– Эта девушка уникальна. Даже если не брать во внимание ее выдающуюся ментальную силу, то, как она способна терпеть голод – само по себе вызывает уважение. Меня, например, уже на третьи сутки так ломает, что выть начинаю. А она пять дней терпит и ни слова.

– Подумаешь, может это ее способность, как чистокровной. Поэтому и уважать не за что.

– Нет у чистокровных таких способностей. Это лишь ее личная сила духа и выносливость. Да и вообще, дикая нам ничего не должна и ничего от нас не требует. Это мы в ней нуждаемся. Злодеи здесь мы.

Павел понял, что с этой блондинкой нет смысла спорить. Будь у него возможность, он бы быстро эту дикую к ногтю прижал. Как шелковая бы была.

Маша посмотрела на этого выпендрежника, с неодобрением скривив губы. Все же, по ее личному мнению, он был полным идиотом. И когда уже Гриднев свалит с их отдела куда подальше?!

В это время запертая в комнате вампирша медленно открыла глаза и тут же вновь их зажмурила. Свет, даже тусклый, раздражал. Все тело сводила нестерпимая боль. Казалось, что из нее медленно тянут вены и жилы, причем все разом. И когда уже этот чертов верзила явится?! В этот раз он так просто не отделается. Не только всю кровь из него выпьет, но и горло перегрызет, чтобы не мог больше на ней свои садистские наклонности оттачивать.

Интересно, сколько вампиров сгнило в подвалах этого их хваленого Министерства? «Безопасность и контроль» – ага, как бы не так. Проклятие, как же больно. Вампирша перевернулась на живот и уткнулась лицом в подушку, чтобы, если вдруг не сдержится и застонет, этого никто не услышал. Боль захлестывала волнами, не отпуская больше ни на миг. Надо пойти принять душ, а лучше набрать ванну и полежать в холодной воде. Охлаждение на время замедляет процессы чуть снимая боль… боль… боль… БОЛЬ… Она пульсирует в голове и рвет тело, ни давая ни о чем другом думать, кроме голода, жажды скорее испить крови. Уже даже клыки не удается убрать. Они удлинились, готовые вонзиться в чью-либо шею. Желательно этой сволочи, заставляющей ее так страдать.

Упершись руками в постель, девушка медленно села и спустила ноги с кровати. Надо заставить себя дойти до ванной. В тишине комнаты громко щелкнул замок открываемой двери. Инстинкт охотника вмиг заставил все мышцы сжаться как пружины, готовя тело к битве не на жизнь, а на смерть. Убьет, непременно убьет. Она уже представляла, как пьет горячую кровь, фонтанами бьющую из его разорванного горла. Рот наполнился слюной в предвкушении еды.

Наконец дверь медленно открылась. За ней стоял незнакомый молодой мужчина, держащий за руку маленького ребенка. Отпустив руку ребенка, он подтолкнул его в спину, заставляя зайти в комнату. Дикая с ужасом смотрела, как маленький кроха, не более двух лет отроду, сделал по инерции вперед три шага и, запнувшись, упал. Дверь за ним молниеносно закрылась, оставляя жертву и хищника почти в полной темноте. Малыш, расстроенный падением и напуганный внезапной темнотой, громко заревел. Он лежал на полу, уткнувшись личиком в палас, поджав под грудь трясущиеся от страха кулачки, и плакал.

Дикий голод туманил разум, застилая глаза кровавой пеленой. Она слышала его судорожное дыхание, быстрые удары маленького сердца, толкающего кровь по венам, чувствовала запах такой близкой и доступной еды. Остатками сознания девушка понимала, что в своем текущем состоянии просто убьет ребенка. Но как же велик соблазн вонзить клыки. Всего глоток, один маленький глоток, чтобы унять боль, притупить чувство голода.

Зарычав от боли, девушка рывком переместилась в туалетную комнату и закрыла за собой дверь на замок. Скорее, надо как можно скорее отгородиться от него. Выкрутив на полную кран холодной воды и заткнув пробкой слив в ванной, вампирша забралась в нее прямо в одежде. Ледяные струи били сверху, обжигая кожу холодом, но боль не унималась. Зверь внутри ревел и рвал плоть, желая вырваться и вцепиться в человеческое дитя, так призывно кричащее даже сквозь шум воды. Дикая заткнула уши руками, желая заглушить его голос. Слезы боли и ужаса лились из зажмуренных глаз, сливаясь с потоком воды.

"Прошу, замолчи, пожалуйста, я не хочу, только не так…" – стонала она, чувствуя, что теряет контроль над голодным зверем внутри себя. Открыв рот, дикая со всей силы вцепилась зубами в собственное запястье, надеясь хоть как-то заглушить жажду крови. Она кусала и кусала собственные руки, но кровь, истощенная голодом, не могла перебить такой ароматный запах маленькой жертвы, брошенной этими чудовищами ей на растерзание. Закричав от боли и страха, девушка со всей силы ударилась головой о стену, в отчаянии попытавшись лишить себя сознания.

Начальник службы безопасности уже в лифте услышал крики. Стоило дверям достаточно открыться, как он ринулся в коридор, чтобы ворваться в кабинет. Цепкий взгляд вмиг оценил ситуацию, не смотря на царившую в отделе суматоху. Четверо сотрудников, двое из ночной смены и двое сменщиков, были у мониторов. Вампир в мгновение оказался рядом, отшвыривая с дороги бледного как смерть Гриднева. На мониторы была выведена комната дикой и дополнительно камеры из ванной, отключенные в обычном режиме. Дмитрий с ужасом смотрел на окровавленную девушку, бьющуюся головой о стену.

– Медиков, срочно! – гаркнул он, уже выбегая из кабинета.

Мария бросилась исполнять поручение, а два сменщика побежали за начальником. Влетев в комнату, он метнулся к туалету и, с размаху вышибив дверь плечом, успел достать из ледяной воды бессознательное тело девушки, прежде, чем она утонула.

– Убрать ребенка, – бросил он, не оборачиваясь, мнущимся в дверном проеме сотрудникам службы безопасности.

Мужчины поспешили исполнить приказ, сам же Дмитрий осторожно отнес девушку в комнату и уложил на кровать. Она была так бледна, совсем белая, от чего струящаяся из свежих ран кровь еще сильнее бросалась в глаза. Сорвав наволочку с подушки, он прижал ее к разбитой голове дикой, в попытках остановить кровотечение. Пульс был очень слабый, и дыхание почти не улавливалось.

– Маленькая, что же я с тобой сделал, – горько прошептал вампир.

## ГЛАВА 7. Призраки прошлого

Резкий скрип резанул по ушам, вспугнув сон. Он был такой светлый и хороший. Вот только никак не удавалось вспомнить, о чем. Быть может, если повернуться на бок и устроиться поудобнее, получится вновь уснуть и увидеть его продолжение? Девушка попыталась повернуться, но не смогла даже пошевелиться. Она в ужасе распахнула глаза, уставившись на кожаные ремни, связывающие ее по рукам и ногам. И даже плечи и бедра были перетянуты ими. Дикая забилась в панике, стараясь вырваться. Она из-за всех сил тянула, рыча от натуги, но все было без толку. Проклятые путы не поддавались. Слезы боли и страха выступили на глаза.

Внезапно кто-то схватил ее, придавливая к кровати. От ужаса вампирша закричала, еще сильнее забившись в ремнях. В затуманенных слезами глазах мелькали тени, рядом кто-то кричал, но паника сковала разум льдом животного страха, не давая возможности думать. Кто-то склонился над ней, загородив собой свет и зажав девушке рот. Прошло несколько мгновений, прежде чем дикая смогла проморгаться и разглядеть напавшего. Это была женщина. Молодая вампирша ее помнила. Это она заходила к ней в комнату несколько дней назад. Да, теперь она все вспомнила. Они держали ее в плену и морили голодом. А когда она оказалась уже на грани, эти монстры бросили ей на растерзание маленького ребенка.

– Прошу, успокойся. Все хорошо, – сказала женщина, осторожно убирая руку от ее губ, но внимательно следя за дикой. – Все, отпустите ее, – приказала она людям в белых халатах, удерживающих девушку. – Идите, думаю вы больше не нужны.

Молодая вампирша с ненавистью проводила глазами людей, поклонившихся им, прежде, чем выйти из палаты, после чего перевела взгляд на женщину, которая продолжила с ней говорить.

– Прости, нам пришлось тебя связать. Ты сильно пострадала, и мы опасались, что во сне ты вырвешь капельницу с проводами. Если обещаешь не бушевать, я тебя развяжу.

– Вы чудовища… – хрипло проговорила девушка, сжимая кулаки.

– Это было ужасное недоразумение. Виновные уже наказаны. Прошу, успокойся, и давай поговорим.

– Мне не о чем с вами разговаривать. Я сама по себе.

– Это невозможно. Диким не выжить в нашем мире.

– Не ваше дело, – огрызнулась молодая вампирша. – Как-то жила без вас раньше и дальше проживу. Я уже говорила это тому громиле, что меня поймал кхе-кхе-кхе.., – дикая закашлялась.

Во рту была сухость. Казалось, что в горло насыпали песка. Очень хотелось пить, но она не позволит себе что-то попросить у врага. Правда женщина сама спохватилась.

– Подожди, я сейчас тебя развяжу и дам попить, – поспешила к ней вампирша. – Кстати, меня зовут Ольга Анатольевна Воронова. И хотя по возрасту я тебе в матери гожусь, буду рада, если ты станешь называть меня просто Ольга.

Говоря все это доброжелательным голосом, женщина расстегивала ремни, помогала перевести кровать в сидячее положение, поправляла подушки и одеяло, чтобы девушка случайно не сбила капельницу в левой руке. Дикая молчала, никак не комментируя ее слова, лишь внимательно следила за каждым движением вампирши.

– То, что с тобой произошло – просто ужасно. И хотя виновным оказался один идиот-полукровка, возомнивший, что умнее других, это не снимает вины с Дмитрия, как его начальника. Хотя, видят Боги, он сам никогда бы так не поступил. Он и сказал то те слова лишь всердцах, от того, что отчаялся с тобой договориться. Он парень суровый, но справедливый, – добавила Воронова, отойдя от кровати дикой.

Женщина достала их небольшого холодильника в углу палаты стакан, как тот, что секретарша приносила в кабинет громилы, и протянула его девушке. Молодая вампирша не стала проверять содержимое. Если бы они хотели ей навредить, то у врагов была куча времени, пока она находилась без сознания.

Ольга меж тем продолжала:

– Он никогда и ни за что бы не причинил тебе вред. Конечно, ты можешь посчитать, что я так говорю от того, что он мой сын, но мои слова чистая правда. Дмитрий слишком хорошо знает ценность нашей жизни.

Взяв за спинку стул у стены, Ольга пододвинула его ближе к кровати пострадавшей, протащив металлическими ножками по полу. Раздался резкий неприятный звук, точь-в-точь как тот, что недавно разбудил девушку. Дикая поморщилась, сделав небольшой глоток из стакана. Теперь она знала, что нарушило ее сон. Ольга Анатольевна же продолжала говорить, не обращая внимание на молчание пострадавшей. Все же она очень похожа со своим сыном. Особенно в части непробиваемого упрямства.

– Не знаю, известно тебе об этом, или нет, но, незадолго до твоего рождения, семнадцать лет назад погибло много вампиров. В том числе и чистокровных. В мире полно организаций, охотящихся на нас. Какие-то бутафорские, основанные пересмотревших фильмов ужасов фанатами, а какие-то людьми, действительно столкнувшихся с вампирами. Мы живем так долго, возвышаясь над людьми, что в какой-то момент ослепли от собственной значимости и уверенности в своей неприкосновенности. Сказать по правде, до той страшной ночи мы не воспринимали охотников всерьез. Ну носится по миру горстка активистов, вооруженных осиновыми колами, крестами, да банками со святой водой. Глупый сброд. Все, что им светило, найти какого-нибудь низшего, забывшего об осторожности. Но в ту ночь все было не так. Это были хорошо вооруженные солдаты, знающие, как нас убить. А самое главное, что они знали где мы. Нападение было совершено одновременно на все древние семейства. Несколько семей оказались уничтожены полностью, так как охотники убили в них всех чистокровных, а остальные потеряли своих родных и близких. Мы с Димой выжили в ту ночь по счастливой случайности. Он был ребенком и капризничал. Я промаялась с ним всю ночь. Под утро решила попробовать его накормить, в надежде, что это поможет ему уснуть. Поэтому мы с ним спустились на кухню, когда произошел взрыв. Нас нашли под обломками на третьи сутки. Нам повезло. А вот мой муж, брат с женой и родители – они все были мертвы.

Говоря это, женщина запнулась и на мгновение отвела глаза в сторону, но дикая успела заметить в них слезы. Спустя мгновение Ольга глубоко вздохнула и вновь повернулась к ней с грустной улыбкой.

– Очень многие погибли. После этого и было создано Министерство. Мы не сразу вышли на ту организацию, но в итоге уничтожили каждого бойца в ней. И хотя погибших не вернуть, теперь мы стали мудрее и осторожнее, ведь есть и другие охотники. Поэтому быть одной небезопасно. Конечно, то, что произошло с тобой вчера в нашем Министерстве не имеет оправдания и, по сути, напрочь перечеркивает все то, что я сейчас говорю, но все же, прошу, доверься нам. Мы сможем тебя защитить. Позволь, хотя бы, купить тебе дом или квартиру, чтобы ты не мыкалась по городу. Просто живи. Обещаю, мы не будем тебе мешать, главное не теряйся.

– То есть, если я соглашусь жить в купленной вами квартире, то вы от меня отстанете?

– Я дам тебе безлимитную карту, чтобы ты могла покупать себе все необходимое, а также, когда тебе будет необходимо, курьер по звонку доставит свежую кровь. Тебе не придется ходить по городу и искать еду. Подумай, хорошо? Я не хочу, чтобы ты решилда, что я давлю на тебя. Ни в коем случае. Просто мне даже подумать страшно, как ты жила все это время.

– Всяко лучше, чем последние две недели у вас, – пробурчала молодая вампирша.

На ее замечание Воронова тихонько рассмеялась.

– Ну да, с этим не поспоришь. Вы с Димой знатно друг другу нервы потрепали.

– А что с ребенком?

– Не переживай. Он не получил никаких травм. Его в тот же вечер вернули родителям. Им немного подкорректировали память, чтобы они не помнили о случившемся. Хотя произошедшее само по себе ужасно, к счастью, все обошлось, и никто критично не пострадал.

– Как у вас все просто: нашли козла отпущения и все прекрасно.

– Ты не права. Наказание понесли все, причастные к случившемуся. А руководителя отдела, в котором все произошло, уволили.

Говоря это Ольга Анатольевна немного слукавила. Дмитрий сам написал заявление. Случившееся с девочкой стало для него столь неожиданным и тяжелым испытанием, что он попросил отставку. И хотя Совет уверил мужчину, что не считает его виновным в этом деле, но сам вампир думал по-другому. Чистокровная, находившаяся в его отделе под присмотром, чуть не погибла. Воронов считал себя теперь недостойным занимаемого поста. Ведь это его необдуманные слова привели в итоге к трагедии. Видимо, он переоценил себя, когда соглашался занять пост начальника службы безопасности. Для этой должности ему не хватает опыта.

Поэтому Дмитрий попросил Совет Высших найти ему на замену более достойную кандидатуру. Но дикая этого не знала, а потому ее губы тронула мстительная усмешка: «Так этому бугаю и надо! Теперь не сможет, прикрываясь Министерством, и дальше заниматься садизмом».

– Министерство создано, чтобы защищать чистокровных, и это не пустые слова.

– Многие могут называть себя «верными друзьями», но трудно найти того, на кого можно положиться.

– Библия. Притчи 20 стих 6. Твои познания весьма удивительны для девушки столь юного возраста. Дмитрий как-то говорил о твоём пристрастии к крылатым выражениям. Кто был твоим учителем?

Воронова очень хорошо почувствовала момент смены настроения у девушки. Словно в комнате прозвучал хлопок закрывшейся створки раковины, за которой вновь спряталась дикая.

– Я устала и хочу спать.

– Конечно. Прости, что так долго болтаю. Отдыхай, мы поговорим позже, – сказала Воронова, но девушка уже отвернулась от нее, натянув на себя одеяло до самой макушки.

Лишь тонкая рука, в которой стояла капельница, осталась открытой лежать на кровати.

Ольга Анатольевна хотела еще что-то сказать, но удержалась и тихонько вышла из палаты. Молодая вампирша, несомненно, права. После случившегося, любой бы сомневался, что они ей не враги. Проклятый полукровка! Хоть связи и помогли виновнику избежать смерти, но она добилась его пожизненной ссылки. Пусть обрастет солью на этом маленьком, всеми забытом островке у берегов Камчатки.

Дмитрий ждал ее внизу у машины.

– Ну как она?

– Идет на поправку. Ничего страшного. Пришла в себя и процитировала мне Библию, – вздохнула Ольга.

Мужчина усмехнулся:

– …чтобы они познали, что, чем кто согрешает, тем и наказывается?

– Нет, о том, как трудно найти того, на кого можно положится. Не хочешь заглянуть к ней и извиниться?

– Думаю, моя физиономия ее лишь оттолкнет. Я все испортил. Надо было сразу ее отправить к тебе.

– Не кори себя. Мы еще ничего толком не знаем о девочке. По полученным сведениям выходит, что ее растила человеческая женщина, умершая несколько лет назад. Ребенок рос болезненный, не посещал сад и школу, и учился стационарно. Как ей удавалось так долго скрывать ребенка? Она не работала, а значит их кто-то содержал, но нам не удалось найти никаких источников доходов.

– Дикая так и не сказала своего имени?

– Нет. Но, вроде как, начинает соглашаться жить под условным присмотром, лишь бы мы от нее отстали.

– Это уже что-то. Ладно, поедем домой?

– Знаешь, я сегодня ей рассказала про то событие и воспоминания опять наполнили душу горечью. Я хочу съездить на кладбище. Езжай домой один, я приеду позже.

– Не говори глупостей. Я съезжу с тобой.

– Спасибо. В такие ночи мне тяжко.

Меж тем девушка, лежащая в палате на третьем этаже, нажала на кнопку вызова медсестры. Спустя несколько мгновений в комнату зашел мужчина в белом халате.

– Что-то случилось?

– Нет, со мной все в порядке. Я хочу снять капельницу, это возможно?

Медицинский работник подошел к девушке со стороны, где находилась капельница и проверил ее.

– Вы испытываете дискомфорт? Болезненные ощущения в руке?

– Ничего такого, просто она мешает. Я хотела бы встать и размяться. Я хорошо себя чувствую.

– Хорошо, говорите…

Врач о чем-то задумался, глянул на часы и обратился к пациентке с дружелюбной улыбкой: – Слушайте, как на счет того, чтобы часик потерпеть? Через час у вас назначено несколько обследований. Мы снимем капельницу, и, если вы будете чувствовать себя хорошо, то пройдемся по этажам пешком, – предложил он.

Когда врач смотрел на время, девушка обратила внимание, что на запястье мужчины выбито клеймо. Большая его часть была скрыта ремнем от часов, но хорошо просматривался якорь в нижней части рисунка. Значит он принадлежит к одной из семей. А возможно и вся больница работает чисто для вампиров.

– Если вы считаете, что так лучше, то потерплю. А не подскажите, где мои вещи?

– Вам нужно что-то конкретное?

Дикая физически почувствовала, как напрягся мужчина, хотя и продолжал улыбаться.

– У меня там был плеер с музыкой, хотела полежать, послушать, – сказала девушка.

Поле услышанного из глаз мужчины пропало беспокойство.

– Сейчас глянем, – с этими словами он отошел к высокому шкафу-пеналу, стоящему с боку от входной двери и, открыв его дверцу, стал смотреть по полкам. – Он был в чем-то?

– Последнее что помню, что он был у меня на шее.

– Так – не вижу. Может его положили в рюкзак?

Врач вернулся к кровати пациентки с рюкзаком. С помощью мужчины девушка проверила его содержимое и, к своему облегчению, нашла небольшой плеер с наушниками в боковом кармашке.

– Спасибо, больше ничего не нужно. Остальное можно убрать обратно, – разрешила она, что мужчина и сделал.

После чего открыл дверь, чтобы покинуть палату, но на пороге обернулся:

– Громко музыку не слушайте, все же у вас была травма головы и мы еще не все анализы сделали. Не стоит пока устраивать большие нагрузки для ушей и глаз. Через час я вернусь за вами. Отдыхайте, – сказал он с улыбкой.

Молодая вампирша улыбнулась ему в ответ, после чего откинулась на подушки, внимательно рассматривая плеер. Дикая плохо помнила тот вечер, но, по ходу, в ванну под воду она залезла с ним. Вряд ли в том своем состоянии она додумалась снять столь ценную вещь. Модель должна быть водонепроницаемой, но на практике она этого ранее не проверяла.

Девушка со всех сторон осмотрела плеер, выискивая повреждения. Вроде цел: ни трещин, ни царапин. Задержав дыхание, дикая приложила пальчик к сегменту, отвечающему за питание. Мгновение и монитор вспыхнул бледным светом. Дикая облегченно выдохнула. Одев наушники, вампирша удобнее устроилась на подушке и закрыла глаза, вслушиваясь в запись.

Когда Ольга Анатольевна пришла навестить девушку на следующий день, то застала ее стоящей у окна в бледных лучах восходящего солнца. Сегодня был пасмурный день, с серым небом, укутанным низко плывущими облаками. Такое солнце не могло им навредить, но все равно было странно, что вампирша стоит в его лучах, не стараясь укрыться. На звук открывшейся двери дикая обернулась.

– Утро доброе. Ничего, что так рано?

– Здравствуйте.

– Я заехала перед работой, чтобы спросить, может тебе что-то нужно? Не стесняйся. Врачи говорят, что ты быстро идешь на поправку, но хотят подержать тебя под наблюдением еще пару дней. Поэтому подумай, может какие-то средства гигиены или косметику? Может удобную одежду вместо больничной?

– Нет, не переживайте. Кстати, я подумала над вашим предложением и решила его принять, – сказала дикая, от чего Воронова подалась на шаг вперед.

В ее глазах отразилось удивление и радость, вперемежку с подозрительностью, словно она не до конца верит, что девушка сдалась.

– Ты по поводу жилья?

– И этого тоже. Близкий мне человек перед смертью сказал: «Не доверяй никому, ни человеку, ни вампиру». Я старалась следовать этому наставлению, поэтому держалась одна. Но мне хочется вам верить. Верить, что вы действительно думаете о моем благе и желаете мне добра.

– Да, конечно. Я понимаю, как сложно тебе довериться вот так посторонним людям, но я постараюсь заслужить твое доверие, – Ольга, радостно улыбаясь, подошла к девушке.

– Хорошо. Тогда, думаю, нам стоит познакомиться.

Дикая продолжала стоять спиной к окну, поэтому на ее лицо падали тени, а светло-русые волосы, наоборот, светились золотыми искорками, создавая вокруг девушки ореол.

– Софья Константиновна Лескова.

Молодая вампирша протянула Ольге руку для рукопожатия, но женщина этого даже не заметила. Побледнев, она смотрела на девушку широко распахнутыми глазами, в которых недоверие и страх сплелись в дикий ураган, окрасив зрачки в цвет пасмурного неба за окном. Сделав шаг, отделяющий ее от Софьи, Воронова обхватила лицо девушки руками и развернула к окну. Она пытливо вглядывалась в юные черты, крепко удерживая голову дикой в своих прохладных ладонях. И с каждой секундой, ускользающей из настоящего в прошлое, ее взгляд все больше теплел по мере узнавания.

– Ты… ну конечно, все время, что я смотрела на тебя, мне казалось, что мы знакомы, – голос подвел Ольгу, и она замолчала на мгновение, стараясь справиться с эмоциями. – Но я же была на похоронах. Два тела, мужчина и женщина. И там был младенец. Я сама лично бросила первый ком земли. Это была ошибка? Они живы?

– Нет, семнадцать лет назад мои родители умерли через час, после моего рождения.

## ГЛАВА 8. Наследство

Ольга взяла девушку за руку и, подведя к койке, присела вместе с ней на одеяло.

– Это так невероятно, словно волшебный сон, – говорила она с улыбкой, любуясь дочерью Константина и Елены Лесковых. – Теперь, глядя на тебя, я удивляюсь, что сразу не увидела твоего удивительного сходства с отцом.

– Вы хорошо знали моих родителей?

– Я знала твоего отца, он был финансовым партнером моего мужа. Константин был невероятно умен, что позволило ему оставаться порядочным человеком, даже управляя обширным бизнесом. Меня всегда удивляло, как легко он просчитывал своих конкурентов и находил оптимальные решения любых вопросов. Мог поддержать разговор на любую тему. С ним было очень интересно. Я запомнила его как спокойного, сильного мужчину, способного решить любую проблему.

– А мама?

– Твоя мама была просто красавицей. Хрупкая блондинка невысокого роста. В нее невозможно было не влюбиться. Она освещала любое место, куда бы ни приходила. Я ее знала мало. Она была младше меня, поэтому мы в молодости не дружили. Просто вращались в одном обществе. Ее хорошо знала Клара, она была ее близкой подругой. Я вас обязательно познакомлю. С Еленой я стала общаться только после свадьбы твоих родителей. Кстати, это была потрясающая свадьба.

Вампирша с улыбкой прикрыла глаза, вспоминая прошлое, когда все еще были живы и счастливы.

– Помню, как сейчас. Был вечер по поводу ежегодного собрания семей. Мы стояли у балкона: я с Сергеем, твой отец, Вересов, Галицин и Курчатов. Обсуждали развитие партнерских отношений с Индией. Внезапно двери открылись, и в зал зашла она – твоя мама, с Кларой, в окружении кавалеров. Она была подобно ангелу, хотя многие называли ее Еленой Троянской, уж больно много между ее поклонниками происходило разборок. Мужчины сходили по ней с ума. Ее несколько лет не было в городе, так как она училась в Вене. Не удивительно, что все парни в зале оказались во власти ее чар. Помню Курчатов, глядя на эту толпу молодежи, стал что-то говорить по поводу возраста и нравов, и вдруг твой отец отдает ему свой бокал и говорит: «Подержи. Пойду, познакомлюсь с будущей женой». Мы еще, помнится, посмеялись ему в след, а через два месяца твои родители сыграли свадьбу. Все, кто не знал хорошо Константина Лескова, были поражены ее выбором. Но, твой отец всегда добивался того, что хотел. Поверь, это был брак по любви, и они были прекрасной парой, – заверила ее Ольга, глядя на Софью с мягкой грустью.

Удерживая девушку за руку, Вороновой казалось, что она прикасается к друзьям и близким, которых уже никогда не надеялась увидеть.

– Как же я счастлива, что встретила тебя. Но прошу, расскажи мне, как ты спаслась, чем занималась все эти семнадцать лет?

Софья, до этого ловившая каждое ее слово с горящими глазами, смутилась и потупила взор.

– Я маленькая была. Все, что произошло тогда, я знаю лишь со слов мамы Лиды. Она рассказывала, что в тот день все были очень взволнованы. У мамы начались роды, которые продлились до вечера. В тот день у родителей родилась двойня…

– Что? Двойня? Но Костя ничего не говорил по этому поводу, – удивленно перебила девушку вампирша.

– Мама Лида говорила, что такое бывает крайне редко, поэтому родители хотели сделать для всех сюрприз. Мама захотела рожать дома, и все слуги были очень взволнованны, но папа вызвал врачей, поэтому все прошло хорошо. Мама Лида говорила, что находилась в комнате, когда все произошло. Нас с братом только спеленали и положили маме на грудь, как вдруг она закричала, что сейчас их придут убивать. Мама Лида рассказывала, что у мамы был дар предвидения, если ей грозила смертельная опасность.

– Да, действительно. Сейчас я вспомнила, что Елена однажды обмолвилась об этом.

– Ну вот, мама начала кричать, а буквально через минуту раздались выстрелы. Отец не растерялся. Он отдал меня маме Лиде, а брата второй служанке. Так же он вытащил из сейфа деньги и драгоценности, и тоже разделил между служанками. Он велел им бежать вместе с нами и спрятаться, защищая даже ценой своей жизни, пообещав, что найдет их позже. Сам же он взялся вынести из дома маму, вместе с другими слугами. Мама Лида говорит, что всюду слышались крики и стрельба. Она выскочила в сад, прижимая меня к себе, и бросилась бежать, но со стороны леса шли люди, поэтому она спряталась в овраге, когда прогремел взрыв. Мама Лида не помнила, сколько просидела там, но, когда совсем стемнело, стала пробираться к городу. В городе она, вместе со мной, спряталась у давней подруги. В тот же день она узнала о других жертвах, и что мама с папой погибли.

– А что дальше? – спросила напряженно Ольга.

– Папа сказала меня беречь. Мама Лида уехала со мной в другой город и, купив там документы, делающие меня ее дочерью, стала жить и растить меня.

– Как она тебя кормила?

– Она давала мне свою кровь. Сначала все было хорошо, но потом мама Лида стала все чаще болеть. Я старалась пить ее кровь как можно реже, терпела, – сказала дикая.

Теперь Ольге было понятно, откуда у девочки такой высокий порог к перенесению голода. Бедный ребенок, сколько же ей выпало пережить.

– Мы жили замкнуто. Она рассказывала мне о родителях, о мире, что знала. Привила любовь к книгам, так как говорила, что книги очень любил папа.

– Да, твой отец очень любил читать.

– Я не ходила в сад и школу. Мама Лида брала справки, что я болею. Училась стационарно. Нам было хорошо вместе, и денег, что дал папа, хватало на жизнь. Но она умерла два года назад, поэтому пришлось выходить и самой искать еду. А потом захотелось путешествовать.

– Это она тебе сказала никому не доверять?

– Да. Так ей велел папа, прежде чем отдал меня.

– Твоя история просто невероятна. Спасибо, что ты мне доверилась. Мне сейчас надо уйти, но я вернусь к вечеру, – сказала Ольга, неохотно отпуская руку девушки, словно боясь, что она вдруг исчезнет.

Женщину переполняли эмоции, захлестывали мысли. Она поднялась с кровати, намереваясь попрощаться, но, поддавшись порыву, склонилась и крепко обняла молодую вампиршу.

– Это такое огромное счастье, что ты выжила. Ты даже не представляешь, как я рада, – Ольга отстранилась, ласково проведя ладонью по щеке девушки. – Отдыхай.

– Хорошо, – робко улыбнулась Софья.

Дикой было немного дискомфортно с этой женщиной. Довольно странно откровенничать или обниматься с тем, с кем говоришь третий раз в жизни.

– До вечера, – улыбнулась в ответ госпожа Воронова и вышла из палаты.

Покинув здание больницы, женщина вышла на парковку и села в машину. Сердце разрывалось от эмоций, тесня грудь, перехватывая дыхание. Это просто невероятно. Достав из сумочки телефон, Ольга набрала номер Дмитрия и нажала кнопку вызова. Мужчина ответил спустя несколько гудков.

– Да?

– Дима, ты мне сегодня нужен.

– Что-то случилось? Что-то с дикой? – в низком, обычно мягком голосе, послышались резкие нотки.

– Ее зовут Софья. Дорогой, ты даже не можешь себе представить, кто она. Это настолько невероятно, что я сама все еще в шоке.

– И кто же, наша маленькая дикарка?

– Наследница семьи Лесковых, дочь Елены и Константина. Возможно, ты их не помнишь, он был финансовым партнером отца, но сам факт, что есть наследница… Необходимо рассказать это семьям. Я через час буду в офисе. Мне бы хотелось, чтобы ты тоже присутствовал на собрании. Подготовь, пожалуйста, документы по Лесковым.

– Хорошо, я приеду.

Госпожа Воронова сбросила звонок с сыном и сразу же перезвонила своему секретарю, распорядившись подготовить все для собрания. К трем часам дня Ольга Анатольевна зашла в конференц-зал. Следом за ней зашла помощница, неся в руках папку с документами. Проходя вдоль круглого стола к своему месту, напротив большого экрана во всю стену, женщина кивала головой в знак приветствия тем, кто смог подъехать в Министерство на собрание. Здесь располагалось несколько представителей древних семей: Николай Германович Абхазов, Юлия Александровна Адашева и Иван Дмитриевич Адашев, Алексей Викторович Гедеонов, Евгений Даниилович Сутупов, Кирилл Леонидович Тенеев, Наталья Измаиловна Норова и Яковлева Клара Альбертовна. Представители семей Керн, Вебер, Голубцовых и Ермоловых сейчас находились на прямой линии, глядя на собравшихся с экрана на стене. По мере того, как она проходила мимо, секретарь на мгновение задерживалась перед каждым собравшимся и передавала им папку с документами. Наконец, подойдя к своему месту, Ольга Анатольевна обернулась к собравшимся, опершись руками о стол.

– Спасибо всем, кто откликнулся и пришел. Сегодня я вас собрала по очень радостному случаю, особенно для вас, Клара.

На это замечание Яковлева удивленно приподняла тонкую бровь, но ничего не сказала, продолжая слушать Ольгу.

– Каждый раз, когда мы с вами вспоминаем события той ночи семнадцать лет назад, мы все неизменно испытываем горечь и злость. Мы потеряли слишком много в тот день. И тем более невероятно и волнительно то чудо, о котором я хочу вам поведать. Все вы в курсе, что не так давно в городе объявилась чистокровная вампирша, которая, к нашему удивлению, оказалась дикой. Сейчас, когда нас осталось так мало, это тем более уникальный случай. Нам пришлось приложить некоторые усилия, чтобы найти в городе эту девушку, и, возможно, наши действия были не совсем верны, так как она долгое время отказывалась нам довериться. Хотя, видит Бог, на ее долю выпало множество испытаний и бедняжку не в чем упрекнуть. Да еще и эта вопиющая история с Гридиным, – при этих словах госпожа Воронова выразительно посмотрела на Алексея Викторовича Гедеонова, приходящегося провинившемуся двоюродным дядей и ходатайствующего за сохранение его жизни.

Мужчина с мягкой улыбкой склонил немного голову, словно признавая вину родственника и благодаря Ольгу за снисхождение, на что вампирша лишь чуть скривила губы, но тут же продолжила радостным тоном:

– В общем, было сложно, но сегодня девушка согласилась пойти нам навстречу. Я провела в больнице всё утро, слушая ее невероятную историю. Представляю, какое удивление вы сейчас испытаете, но это дочь Елены и Константина Лесковых.

Стоило Вороновой это сказать и зал наполнился гулом голосов.

– Что?

– Но как?

– Разве это возможно?

– Лесковы живы? – с надеждой спросила Клара, еще молодая вампирша, возглавляющая сейчас род своего мужа, погибшего семнадцать лет назад вместе со своими родителями.

После случившегося женщина вышла замуж за своего деверя, но так и не смогла снова родить.

– Это правда? – откликнулся с экрана Михаил Федорович Голубцов, крепкий чистокровный вампир, первым предложивший забрать дикую в свою семью.

В свое время у мужчины не получилось жениться на какой-нибудь вампирше с чистой кровью, поэтому наследника у семьи пока не было. После случившейся трагедии семнадцать лет назад он одним из первых пришел в себя, быстренько прибрав к рукам воздушные перевозки, которыми ранее занималась погибшая семья Обедовых и металлургию. Он много сил вкладывал с налаживанием связей с древними семьями с других материков. Возможно, искал там невесту. Ольга слышала множество слухов о его нескольких незаконнорожденных детях, матерями которых были полукровки, и которых он в расчет на преемственность семьи не брал, продолжая надеяться, что еще станет отцом чистокровного наследника.

– Тише, тише, – радостно засмеялась Воронова. – Я, как и вы, была растеряна и удивлена, но это правда, можете не сомневаться.

– Какие доказательства есть, кроме ее слов?

– Елена и Константин, к сожалению, действительно мертвы. А доказательства: ну, во-первых, девочка удивительно похожа на отца. Еще первый раз, увидев ее портрет, я не могла избавиться от мысли, что уже видела это лицо. И когда она сказала свое имя, я ее узнала. Во-вторых, девочка обладает большой ментальной силой. Я думаю, все помнят, насколько силен в этом был ее отец.

– Как ей удалось спастись? И что за ребенка тогда похоронили вместе с останками Лесковых? – заметил один из присутствующих.

– У Елены была двойня.

– Что? Это бред. Лена непременно бы мне об этом сказала.

Клара смотрела на Ольгу с раздражением, словно желая услышать опровержение сказанного.

– Девочка рассказала о событиях того дня со слов служанки Лесковых, которая ее спасла. Она сказала, что родители хотели сделать всем сюрприз, поэтому скрыли тот факт, что у Елены будет двойня. Она родила в тот день, когда все произошло. Они не успели никому сообщить, так как почти сразу после родов у Елены сработал дар жизни, и она стала кричать, что их убьют.

– Дар жизни? – удивленно переспросила Юлия Александровна Адашева, невысокая миловидная женщина.

Семнадцать лет назад она с мужем потеряла всех родных и близких, в том числе и своего сына Петра. Пара еще надеялась, что у них может родиться второй ребенок, но в силу возраста это было под большим сомнением. Хотя это не помешало чете Адашевых значительно расширить свое состояние за счет раздела имущества погибших. В частотности, они забрали оставшуюся недвижимость, прочно утвердившись на этом сегменте рынка.

– Да, Елена имела редкий дар. Если ей грозила смертельная опасность, то ее начинали посещать видения того, что должно вскоре случиться, – пояснила Клара.

Ольга благодарно кивнула Яковлевой за помощь в разъяснении и продолжила:

– Спустя немного времени на дом напали. Костя успел отдать детей слугам, двум женщинам, велев им бежать и защищать новорожденных, сказав, что найдет их позже. Спастись, как мы теперь знаем, удалось только одной, которая забрала Софью. Лесков так же дал служанкам деньги, поэтому женщина смогла существовать вместе с ребенком. Мы знаем, со слов Софьи, что эта женщина была просто человеком, и вскармливала ее своей кровью до пятнадцати лет. Два года назад, когда ей было сорок три года, она умерла. После этого Софья Лескова вынуждена была уже сама добывать еду.

– Если бы это говорил кто-то другой, а не вы, Ольга Анатольевна, я бы подумал, что мне рассказывают сказки, – скептически отозвался Ермолов.

Этот чистокровный вампир довольно редко присутствовал на собраниях. В большинстве случаев его интересы представлял секретарь.

– Павел Александрович, я и сама в таком же состоянии. Но я говорила с девочкой, и сомневаться в ее словах не приходиться, какими бы фантастическими они не были.

– Удивительно, что человек столь долго заботился о ребенке, да еще и вскармливал ее, – продолжал гнуть свое Ермолаев, роняя в души собравшихся крупицы сомнений.

– Если учесть, насколько сильным менталистом был Лесков, то мысль о самопожертвовании он мог заложить в ее сознание на весь остаток жизни, – заметил Роман Генрихович Вебер с экрана.

Этот молодой вампир лишь недавно стал представлять интересы своей семьи, сменив на посту главы отца.

– Да, тогда это объясняет и то, что женщина кормила ребенка все пятнадцать лет своей кровью. Не удивительно, что она умерла столь молодой.

– А когда мы сможем с ней познакомиться? – спросила Клара.

– Я надеюсь, что завтра ее уже выпишут, и к концу недели можно было бы устроить вечер в ее честь. Но сейчас нам с вами необходимо обсудить другой вопрос. Теперь, когда появился наследник семьи, то все имущество, финансовые активы и ценности, которые были разделены между семьями, нужно вновь переписать на фамилию Лесковых. Я уже распорядилась о том, чтобы девочке оформили документы на ее настоящую фамилию.

– Но целесообразно ли отдавать все управление в руки ребенка? – усомнился Кирилл Леонидович и в его голосе проскользнуло раздражение. – Тем более, что я произвел слияние своих заводов с предприятиями Лескова. Как теперь это разделить? Я понимаю, что имущество должно быть возвращено, но я очень вложился в него и не хотел бы терять свое, как бы ни радовался, что древний род не угас.

– Конечно, вы правы. Софья не сможет сейчас стать полноправной наследницей и владелицей. Все будет передаваться постепенно, с утверждением толковых исполнительных директоров. Каждый случай необходимо рассмотреть отдельно, для чего будет создана группа экспертов. Я понимаю, что все это немного неприятно, но вы должны согласиться, наследница должна получить все, что принадлежало семье.

– Почему бы ей не стать частью одной из семей? Тогда можно будет уменьшить проблемы с передачей наследства, – высказал свое предложение Евгений Сутупов, пожилой вампир, последний чистокровный представитель семьи Сутуповых.

– Отличная идея. Я сразу говорил, что девушке не пристало быть одной. Она и так всю жизнь находилась в близком контакте лишь с никчемной человеческой женщиной. Откуда ей знать о высших? О наших традициях и правах? Отсюда и ее недоверие к нам. Позвольте, я заберу ее в свою семью, где она сможет, наконец, осознать, что значит быть чистокровной, – начал распаляться Голубцов.

– Успокойтесь, Михаил Федорович, – прервал его ровный голос Дмитрия.

Хоть Воронов и был значительно младше Голубцова, но, в отличии от последнего, обладал большей духовной и ментальным силами. К тому же, семья Вороновых была более влиятельной на материке, что позволяло Дмитрию высказываться наравне с другими.

– Софья Константиновна изъявила желание пойти учиться в школу, так как раньше была лишена этой возможности. Поэтому, сразу после церемонии вступления в права, она уедет в закрытую школу «Святого Луки». В ближайшие три года она будет не одна, а в окружении сверстников, – сказал вампир с легкой улыбкой, спокойно встретив полный ненависти взгляд Голубцова.

Правда, Михаил быстро смог справиться с эмоциями, скрыв их под равнодушной усмешкой.

– Пусть так, но я все равно буду рад познакомиться с Софьей на вечере в ее честь. Все же наследница древнего рода, да еще и такая милая.

– Мы отвлеклись, – решила прервать Ольга перепалку мужчин. – Все мы люди занятые, а потому не хочу вас более задерживать. Я прошу вас начать подготавливать документы по передаче имущества. А также помочь экспертам в оценке и работе по этим делам. О дате, времени и месте проведения вечера в честь Софьи Константиновны Лесковой мой секретарь известит вас заранее.

## ГЛАВА 9. Незваные гости

– Спасибо тебе, – сказала Воронова, не спеша просматривая одежду на вешалках.

– За что? – удивленно спросила девушка, выглянув из-за шторки.

Ольга улыбнулась, глядя на ее немного растрепанные волосы и, подойдя, пригладила их рукой, после чего вручила Софье еще два комплекта. Молодая вампирша, при виде новой одежды на плечиках, посмотрела на госпожу Воронову глазами, полными вселенской тоски.

– Одежды много не бывает, – успокоила ее женщина с улыбкой. – К тому же ты едешь в закрытую школу, а значит не так часто получится выбираться в город, – добавила она.

Тяжело вздохнув, Софья скрылась за шторкой примерочной кабинки и уже оттуда снова спросила:

– Так за что спасибо?

– За то, что согласилась взять меня с собой в поход по магазинам.

– Да ну, бросьте. Это вам спасибо. Сама бы я сюда не выбралась. Зашла бы в первый попавшийся, купила джинсы, штаны и все. Я вообще во всех этих рюшках не смыслю.

– Ты девушка, наследница древнего рода. Ты должна выглядеть соответственно. К тому же на тебе все так хорошо смотрится. Когда я была молодой, – тихонько вздохнула вампирша, вспоминая прошлое, – то мечтала, что у меня будет дочка и мы с ней вместе будем гулять, ходить по магазинам и болтать о женских глупостях.

– Ну что вы. Мелочи это, – смущенно ответила Софья, а спустя минутку вышла из примерочной кабинки, отдернув шторку. – Готово.

Женщина обернулась, оценивая внешний вид Лесковой.

– Тебе больше идут холодные тона. Померь второй комплект, голубой, – посоветовала Ольга.

При ее словах девушка состроила страдальческую гримасу.

– Я не привыкла к таким вещам. В них неудобно. Давайте возьмём лучше брюки и, так и быть, пару блуз.

– Ничего, привыкнешь, – усмехнулась Ольга.

Очередной тяжелый вздох, после которого девушка вновь скрылась в примерочной, и уже оттуда продолжила разговор:

– Но ведь у вас есть сын.

– Это не то. Дима прекрасный сын и я им очень горжусь, но правильно говорят, что дочь ты рожаешь для себя, а сына для другой женщины. Я и сейчас-то его не часто вижу, а когда женится и обзаведётся семьей, так вообще дорогу в дом матери забудет.

«Да, он еще тот гад», – подумала про себя Софья, а вслух сказала:

– Не думаю. Вы здесь, как погляжу, очень держитесь своих семей. Вот.

Софья, облаченная уже в новый комплект одежды, вышла из примерочной кабинки.

– Ты прелестна.

– Ольга, давайте остановимся на этом, – взмолилась девушка.

– А как же одежда для торжественных мероприятий?

– Горе тому, кто любил только тела, формы, видимость! Смерть отнимет у него все. Учитесь любить Души, и вы найдете их вновь, – с легким чувством превосходства, назидательно продекламировала Софья строки из романа «Отверженные» Виктора Гюго.

Но Ольга оказалась не так проста:

– Человека красит одежда. Голые люди имеют крайне малое влияние в обществе, а то и совсем никакого, – с усмешкой, чуть приподняв мягко изогнутую бровь, ответила она словами Марка Твена, после чего подала своей спутнице несколько плечиков с одеждой.

Закатив глаза, Софья приняла из ее рук новые наряды и скрылась за шторкой, молча соглашаясь, что в этот раз Ольга победила.

– Нам сегодня еще надо купить тебе обувь и пару сумок, возможно, какие-то украшения, чтобы дополнить образ. А также не забыть взять все, что тебе может понадобиться для учебы: канцелярию, тетради, ноутбук.

Пока перечисляла предстоящие покупки, Ольге показалось, что из примерочной кабинки раздался стон, но она не была в этом уверена.

Солнце перекатывалось по небу раскаленным до бела диском, давно оставив позади рубеж зенита. Воздух утратил духоту летнего дня, когда Софья с Ольгой зашли под свод маленького кафе в центре города. Здесь царил полумрак. Маленькие деревянные столики, покрытые лаком, стулья с высокими спинками, обитыми бордовым бархатом, черная драпировка окон и зала, декорированная тусклым золотом. Все дышало роскошью, но при этом давало невероятное чувство комфорта.

В кафе было несколько посетителей: сидящие парами тихо переговаривались, не нарушая общей атмосферы величия, а одиночки молча вкушали свои напитки, просматривая информацию в телефонах. Завидев Ольгу Анатольевну, клиенты заведения уважительно кивали в знак приветствия, а несколько мужчин даже встали, чтобы поклониться. Она скользила по ним глазами, кому-то отвечая в ответ, чуть склонив голову, а кого-то игнорируя, воспринимая их приветствия как должное.

Воронова, выбрав столик в углу, недалеко от стойки, величественно к нему прошла и села лицом к дверям. Софье ничего не оставалось, как последовать за ней и разместиться напротив. Девушка чувствовала на себе любопытные взгляды, ненавязчивые, завуалированные. Они не приносили дискомфорта, а потому вампирша не стала обращать на них внимание. Ее больше заботило то, что удастся, наконец, сесть и вытянуть ноги, так как от походов по магазинам и бесконечных примерок Соня чувствовала себя дико уставшей.

Стоило им сесть, как к столику подошла скромно одетая в форму горничной девушка и подала меню. Ольга оставила меню лежать на столе, даже не взглянув в него, а вот Софья с интересом принялась листать страницы. Девушка сразу поняла, что кафе необычное, специально для вампиров, в результате чего и блюда отличались от тех, что подавали в людских кафе.

– Хм… – неуверенно протянула Софья, не зная, на чем остановить выбор.

Есть особо не хотелось, но было бы интересно попробовать торт «Красный бархат» или десерт «Шоколадная симфония». А может, стоит заказать кофе «Черная корона» или коктейль с вишней и ликером?

– Не можешь выбрать? – с улыбкой спросила Ольга, наблюдая за растерянностью компаньонки.

– Я никогда такое не пробовала, поэтому не могу определиться, что же хочется больше попробовать: десерт или напиток.

– Быть может мне выбрать?

– Да, пожалуйста, – с облегчением согласилась Софья, закрывая меню с соблазнительными фотографиями. Иначе, будь ее воля, она бы заказала все. И пусть полностью съесть столько не смогла, но понадкусывала бы точно.

Воронова провела ладонью над небольшим индикатором на краю стола и спустя мгновение к ним вновь подошла официантка, чтобы принять заказ. Через несколько минут Софья лакомилась мягким воздушным бисквитом, пропитанным глазурью с ярко выраженным привкусом горького шоколада, и коктейлем. Блюда, приготовленные с добавлением крови, были невероятно вкусными. Каждый раз, отправляя в рот маленький кусочек бисквита или делая глоток, хотелось зажмуриться и смаковать лакомство, растягивая удовольствие.

В глубине зала тихонько звякнул колокольчик, извещая о новом посетителе. Ольга, сидящая лицом к дверям, чуть приподняла руку, приветствуя вошедшего и приглашая к своему столику. Софья напряглась, ожидая, когда новый посетитель кафе подойдет к ним. Было любопытно, но девушка не стала вести себя, как маленький ребенок, сгорающий от нетерпения. А потому, сидя с прямой спиной и чувствуя на себе чей-то прожигающий внимательный взгляд, Софья продолжала пить коктейль маленькими глотками, не позволяя себе обернуться.

Благо томилась в неведении девушка не долго. Спустя несколько мгновений к их столику подошла женщина возраста Ольги и величественно опустилась на свободный стул. Софье показалось, что подсевшая к ним женщина до неприличия пристально ее рассматривает, но девушка не посмела сделать ей замечание. Госпожа Воронова, меж тем, дружелюбно улыбнулась знакомой и представила ее девушке:

– Софья, помнишь, я тебе говорила, что у твоей мамы была близкая подруга? Позволь вас познакомить – Яковлева Клара Альбертовна.

– Зачем же так официально, – улыбнулась госпожа Яковлева. – Для тебя, я просто Клара. Поверить не могу, что ты дочь Лены. Хотя, ты действительно очень похожа на отца, но от матери почти ничего, – заметила женщина.

Теперь настала очередь Софьи с интересом разглядывать новую знакомую. Клара была высокой и стройной. Для своего возраста она очень хорошо выглядела: гладкая кожа, блестящие черные волосы, уложенные в стильную короткую прическу, эффектный маникюр темно-бордового цвета, несколько массивных колец с камнями на тонких пальцах. И хотя женщину нельзя было назвать красавицей, но она, без сомнения, была весьма эффектна, точно зная, как преподнести себя с лучшей стороны. Возможно, образ слегка портили тонкие губы, накрашенные помадой под цвет лака, но женщина явно любила темные цвета.

– Вы хорошо знали маму?

– В молодости. Мы с ней подружились, еще будучи ученицами школы. Потом вместе окончили колледж. Мы были – не разлей вода. Куда она, туда и я, и наоборот. Общие интересы, предпочтения. Когда твоя мама поехала в Вену учиться на искусствоведа, мы на время расстались, но продолжали общаться через письма и телефонные звонки. Это были прекрасные годы. Правда, по возвращении она почти сразу вышла замуж за Лескова, а я к тому времени уже обручилась со своим бывшим мужем, так что общаться так же близко не получалось, но мы все равно оставались хорошими подругами.

– Какой она была?

– Очень позитивной. Все время улыбалась, искала во всех только хорошее, была рьяной защитницей природы. В молодости даже порывалась уехать в Африку, спасать там кого-то, – при воспоминании о прошлом женщина улыбнулась. – Смотри, я принесла тебе небольшой подарок.

С этими словами Яковлева поставила на стол свою небольшую дизайнерскую сумочку с крупной эмблемой торговой марки DOLCE & GABBANA. Открыв ее, вампирша передала Софье фоторамку с цветной фотографией. Девушка круглыми глазами смотрела на снимок, запечатлевший двух смеющихся девушек в длинных вечерних платьях. Брюнетка с высокой прической – это была несомненно Клара в молодости, а вот миниатюрная блондинка с длинными волосами, крупными кудрями спадающими на оголенные плечи? Неужели это ее мама? Софья кончиками пальцев прикоснулась к блондинке на фото и провела по ее волосам, словно желая коснуться изображенной женщины.

– Она такая красивая, – тихо промолвила девушка.

– Да, очень красивая, – подтвердила Клара, и ее растянулись в улыбке.

Более двух часов просидели они в уютном кафе, и все это время Клара, а иногда и Ольга, рассказывали Софье о ее родителях. Когда пришло время отправляться в агентство недвижимости, чтобы девушка могла выбрать себе жилье, Яковлева изъявила желание поехать с ними, сказав, что свободна этим вечером. Софья была очень рада ее компании, ведь сегодня она стала знать о своих родителях намного больше, благодаря школьной подруге мамы. Поэтому, когда, уже глубокой ночью, при расставании Клара предложила устроить у себя дома небольшой вечер в честь Софьи, собрав лишь самых близких друзей, девушка с радостью согласилась.

Следующие два дня, при помощи дизайнера, двух крупных охранников, присланных госпожой Вороновой в качестве рабочей силы, и нескольких разнорабочих, девушка обставляла свою пятикомнатную квартиру под крышей небоскреба в центре города. При выборе этой квартиры решающим стало наличие небольшого крытого бассейна. Софья рассудила так: «Раз нет ограничения в выборе, почему бы не выбрать лучшее?»

Здание было сдано в эксплуатацию не так давно, поэтому она являлась первым владельцем. От застройщика обставлены были лишь ванная комната и кухня, так что работы предстояло много. Но безлимитная карта, переданная ей Ольгой, быстро помогла заполнить пустоты в комнатах. К концу второго дня, плавая в бассейне, молодая вампирша думала о том, что быть богатой не так уж и плохо.

Вечером в пятницу, как и было запланировано заранее, чистокровные вампиры, из числа избранных, собрались в загородном поместье Яковлевых. Официальный вечер, когда девушка будет представлена семьям и вступит в права наследницы рода Лесковых, состоится только через пять дней. А сегодня была просто небольшая встреча друзей.

Софья чувствовала себя звездой вечера. Еще в обед Клара заехала за ней и отвезла в салон красоты. И вот теперь, поймав краем глаза свое отражение в высоком зеркале на стене, девушка не могла не отметить, как хорошо выглядит. Короткое платье из серого шифона на тонких бретелях делало ее фигуру стройной и соблазнительной, заостряя акценты на достоинствах, но при этом никакой пошлости. Замшевые босоножки на небольшой танкетке, под цвет платья, зрительно удлиняли ноги, добавляя несколько сантиметров роста. Волосы, убранные в высокую прическу, открывали длинную тонкую шею и хрупкие ключицы, делая весь образ юным и нежным. Одним словом – красавица.

Улыбнувшись от удовольствия, Софья вновь обратила свое внимание на Кристину, дочь Клары, которая была ее старше лишь на два года. Если получится, они могут стать такими же отличными подругами, как и Клара с ее мамой. Тем более, что Кристина, невысокая девушка с мягкими каштановыми волосами и тихим приятным голосом очень ей нравилась. Как, впрочем, и все присутствующие, проявляющие к ней доброту, внимание, заботу. Разве что, кроме одного гостя:

– Здравствуй, Софья, прекрасно выглядишь.

Виновница вечера, отошедшая к фуршетному столику за бокалом воды, чуть склонила голову к плечу, окидывая взглядом подошедшего. Длинные ноги в черных прямых брюках, накаченная грудь, обтянутая темно-синей рубашкой с короткими рукавами, сильные руки с длинными пальцами, изящно держащими хрупкий бокал на тонкой ножке. Мужчина был высоким, из-за чего пришлось немного задрать голову, чтобы заглянуть ему в лицо. Девушка с вызовом посмотрела Дмитрию Воронову в глаза. Явно ведь дожидался момента, когда сможет заговорить с ней без свидетелей.

– Спасибо. Оказалось, что регулярное питание и свежий воздух – очень полезны для здоровья. А вы как поживаете? Слышала, вас уволили. Что так? У Министерства закончились жертвы, и они сократили должность главного садиста? – промолвила Софья с приторной улыбочкой, желая, как можно сильнее подколоть этого верзилу.

Но, к ее удивлению, вампир не рассердился, а наоборот, громко рассмеялся. Софья с раздражением глядела, как трясутся от смеха его широкие плечи. «Смотри не надорвись. Надеюсь сейчас все шампанское выльешь себе на руки», – думала девушка рассержено. Внезапно мужчина сделал шаг вперед и резко склонился, он чего его лицо оказалось в каких-то паре сантиметров от лица Софьи.

– Знаешь, я вдруг осознал, что очень соскучился по общению с тобой, – промолвил Воронов.

Молодая вампирша сжала от злости кулаки так, что ноготки впились в ладони. Только гордость не позволила ей сделать шаг назад, заставляя оставаться на месте, хотя очень хотелось отступить, а еще лучше отбежать от этого гиганта. Дмитрий же склонился еще ближе и прошептал ей на ушко, открытое высокой прической:

– Надо подумать, как сделать наши встречи регулярными, – после чего, продолжая посмеиваться, отошел.

Софья стиснула зубы, заставляя себя молчать. Очень хотелось высказать этому гаду все, что она о нем думает. Скорее бы уже уехать в школу, чтобы больше никогда не видеть этого громилу. «Да чтоб тебе всю жизнь только кровью лягушек болотных питаться. Надеюсь, наша следующая встреча состоится в морге на опознании твоего трупа».

Мстительные мысли прервала подошедшая Клара.

– О чем задумалась? Ты сейчас в спине Воронова дырку прожжешь, – со смехом заметила женщина.

– Нет, что вы, просто Дмитрий Сергеевич напомнил, что скоро нужно будет уехать в школу, – нашлась быстро Софья, не желая выливать на вампиршу все негативные мысли, что вызывает у нее бывший надсмотрщик. – Вот и взгрустнулось. Ведь она закрытая и располагается за городом. У меня не получится часто с вами всеми встречаться и общаться.

– Не переживай, я буду иногда приезжать к тебе в гости вместе с Крис.

– Это было бы здорово, ведь…

Девушка не успела договорить, ее прервал крик где-то в глубине дома, а в следующий миг раздался взрыв и двери в зал, закрытые дворецким за последним из гостей в начале вечера, влетели внутрь, сорванные с петель.

## ГЛАВА 10. Видение

Софья, оглушенная взрывом, сидела на полу, испуганно глядя на происходящее. Все казалось диким и нереальным. Кто-то кричал, кажется Юлия Адашева, но Софья не могла сказать наверняка. Весь мир словно накрыл какой-то вакуум, с трудом пропускающий звуки, делающий время тягучим и медленным, от чего все, казалось, еле двигаются. Романа Вебера, стоящего ближе всего к выходу в момент взрыва, ударила отлетевшая дверь и муж Клары сейчас помогал ему подняться. По лицу пострадавшего текла кровь.

Разорвав клубы дыма, в комнату ворвался человек с автоматом, одетый во все черное. Он нажал на курок, но в этот момент мимо девушки смазанной тенью что-то промелькнуло, и вот уже Воронов ударил напавшего, уводя ствол вверх, отчего пулеметная очередь прошила стену и потолок, никого не задев. Софья как завороженная смотрела за этой жестокой схваткой. Еще один резкий удар, и пальцы Дмитрия, на которых теперь, в боевой ипостаси, красовались длинные острые когти, пробили горло напавшего. Тело убитого еще не успело упасть на пол, как победитель уже тщательно его обыскивал, снимая все, что могло пригодиться, в том числе и бронежилет.

Вот Воронов обернулся, окидывая взглядом комнату, видимо, чтобы оценить обстановку, и Софья на миг выпала из реальности, завороженная его внешностью. Ей никогда ранее не доводилось видеть вампиров в боевом обличии и теперь, в этом сильном хищнике, она с трудом находила черты знакомого ей ненавистного вампира. Черты лица заострились, глаза стали черными провалами, искрящимися мириадами звезд в глубине, челюсть, наоборот, расширилась, растягивая губы, обнажившие длинные острые клыки. И без того сильное ранее тело, теперь просто бугрилось витыми мышцами, оплетающими шею, руки, грудь, спину. Казалось, что длинные острые когти ему нисколько не мешают. Надев бронежилет с кобурой, вампир скрылся в проеме коридора, в котором уже начал рассеиваться дым.

Кто-то схватил Софью за руку и стал тянуть вверх. Девушка подняла голову – это Ольга помогала ей подняться. Лескова тряхнула головой, приходя в себя, и тут же мир взорвался криками, выстрелами, чьими-то надрывными рыданиями. Девушка огляделась. Вампиры сбились у стены, подальше от окон и прохода в коридор. Кристина перевязывала голову Романа, стирая с его лица кровь. Юлия Адашева плакала, прижавшись к мужу. Абхазов Николай Германович и Яковлев Анатолий Иванович сдвигали столы и мебель, образуя баррикады, за которыми прятались остальные.

Ольга помогла Софье пройти к остальным, поддерживая за руку. Мимо них прошел Ермолов и скрылся в коридоре. Его трансформация была частичной, но тоже внушала трепет. Более он не казался вежливым, представительным мужчиной, с которым Софья познакомилась несколькими часами ранее. Это был хищник, собиравшийся выжить. А если не получится, то забрать с собой как можно больше врагов.

Соня сжалась в комочек у стены, чувствуя себя маленькой и слабой. На грани сознания она слушала, как Ольга Анатольевна звонила по телефону, вызывая боевиков. Как такое могло случиться? Воронова же говорила, что они в безопасности. Кто эти люди, что напали на них? А это были явно обычные люди, иначе бы Дмитрий не убил того нападавшего так легко. Что же там происходит? Из-за рыданий Юлии Александровны ничего не удавалось расслышать, кроме криков на улице и выстрелов.

Видимо Клара думала о том же, так как резко прикрикнула:

– Иван, заткни свою жену, ни черта не слышно.

От ее резкого голоса Софья вздрогнула, а Адашева зажала себе рот рукой, подавляя всхлипы. Иван Дмитриевич обнял жену, гладя по спине и что-то тихо шепча. Софье было очень жаль эту маленькую напуганную женщину, но теперь, по крайней мере, стало тише и можно было попытаться понять, что происходит в доме. А там явно происходило сражение.

«Охотники на вампиров? Разве их не уничтожили? Почему они напали именно сегодня, когда несколько семей собрались в одном месте? Именно так чувствовала себя мама, зная, что напавшие на дом пришли их убить?» – мысли клочками вспыхивали в мозгу, лишь еще больше пугая и не давая заострить внимание на чем-то одном.

Внезапно, выстрелы раздались совсем рядом. Несколько мгновений, и в проеме показались Дмитрий Воронов, Павел Александрович и еще три охранника. Они двигались спиной вперед, отстреливаясь от тех, кто пытался прорваться в комнату. Ноздри забивал запах дыма, пороха и крови. Несколько выстрелов, и Ермолов рывком переместился к группе у стены. Его черные, украшенные сединой волосы были в крови, но мужчина не обращал на это внимание. Вытащив из-за пояса дополнительный пистолет, он передал его Яковлеву.

– Их слишком много. Через первый этаж не пройти, – сообщил вампир. Теперь, в трансформации, его голос стал еще более грубый, почти рычащий.

– На крыше вертолетная площадка, – выступила вперед Клара. – Я могу вызвать вертолет, и он будет здесь минут через десять.

– Хорошо. Как выйти на крышу?

– В конце коридора лестница на третий этаж, а оттуда на крышу, – быстро сказал Анатолий Иванович.

Этот добрый, с мягким характером мужчина выглядел немного потерянным среди творящегося в его доме хаоса, хотя стойко старался держать себя в руках. Его жена Клара казалась более собранной.

– Поднимаемся. Рома, можешь идти? – обратился Павел Александрович к раненому вампиру, которого еще вначале приложило дверью.

Помимо ранения, выяснилось, что у мужчины выбито плечо. Но Вебер держался стойко, не жаловался, лишь сильнее сжимал побелевшие губы.

– Да, я нормально. Можешь руку вправить?

Ермолов подошел ближе и принялся ощупывать плечо раненого, от чего тот побледнел еще сильнее, а на его лбу выступили капельки пота.

– Проклятье, – сказал в итоге Ермолов, и его правильные черты лица исказило сомнение, –я никогда этого не делал и боюсь навредить. Подожди, Воронова позову, – с этими словами Ермолов, пригибаясь, бросился к проходу.

Дмитрий, как только понял, что от него надо, рывком переместился к ним. Софья глазам своим не поверила. Да, конечно, она тоже вампир и может быстро двигаться, но это… Один миг назад он отстреливался от нападавших, и вот громила уже стоит рядом и осторожно ощупывает плечо Романа. От такого монстра не скрыть и не убежать. Получается там, в парке, когда она пыталась оторваться от него и его людей, у нее изначально не было и шанса?

Теперь, помимо ненависти, он внушал девушке еще и страх. Хотя, где-то глубоко, на самых задворках сознания, тихо притаилась крупица уважение к его силе, о которой девушка не готова была признается даже самой себе. Вскрик Романа Вебера, последовавший за резким рывком руки, отвлек Софью от раздумий.

– Двигать можешь? – прорычал Дмитрий своей трансформированной челюстью.

Раненый попробовал пошевелить рукой и кивнул.

– Хоррошо, собиррраемся. Женщины в центр, кто без оружия – прикрррывает.

Отдав распоряжение Дмитрий вновь переместился к выходу.

Как только собравшиеся, прячась за стену, подошли к разбитым взрывом дверям, Воронов и еще два охранника бросились вперед в проход смазанными тенями. В глубине раздались крики и пулеметные выстрелы, но Софья старалась не думать об этом, четко следуя коротким указаниям Ермолова.

Стоило ступить в коридор, как запах свежей крови затмил собой все остальные, поневоле заставляя клыки удлиниться, а дремлющего в глубине зверя утробно зарычать. Софья испуганно обернулась, надеясь, что никто этого не заметил, но, к ее удивлению, сейчас у многих глаза светились голодом.

Пока шли по этажу, девушка смогла насчитать одиннадцать трупов нападавших, одетых одинаково, во все черное, и одного охранника поместья. Несчастный скончался от выстрела в голову. Соня на миг закрыла глаза, втягивая трепещущими ноздрями запах свежей крови, а перед глазами все стоял раскуроченный затылок мертвеца. Пришлось несколько раз глубоко вдохнут и выдохнуть, чтобы взять себя в руки.

Дмитрий с охранниками сражались где-то впереди, не давая нападавшим подняться. Но вот уцелевшие вышли к парадной лестнице, с которой просматривался холл. От нарядной гостиной, оформленной в мягких бежевых и коричневых тонах, через которую они шли не так давно, почти ничего не осталось. Часть стены с окном оказались разрушены взрывом и там, в ночной тьме, мелькали тени, словно стая зверей, рыскающая у границы костра.

Почти вся мебель была сломана или обуглена. Трупы охранников загородного поместья и напавших вперемежку лежали на полу, дополняя общую картину смерти. Дмитрий с охранником сражались на лестнице, сдерживая шестерых наемников. Полными ужаса глазами Софья наблюдала, как Воронов схватил труп у своих ног и со всей силы швырнул в бегущего в их сторону человека в черном, сбив сразу троих. Рывок, и у ближайшего нападавшего, нацелившего на него пистолет, отлетела голова, окрашивая лестницу и периллы фонтаном крови.

Кристина всхлипнула, зажав себе рот рукой, но Клара схватила дочь за руку и быстро потащила дальше от лестницы под защиту стены. Еще несколько мгновений и они пересекли открытый участок. Софья оглянулась, чуть не споткнувшись о труп под ногами, хорошо Ольга успела поддержать ее. Но главное, она увидела, что Воронов с охранником отступили с опасной лестницы, открытой для любого стрелка, и следуют за ними по коридору, прикрывая спины спасающихся оружием, вновь появившемся в их когтистых руках как по волшебству. Больше Софья на Дмитрия не отвлекалась, быстро двигаясь вперед, вслед за остальными вампирами.

Третий этаж оказался свободным. Видимо нападавшие не успели сюда добраться, поэтому вампиры беспрепятственно дошли до лестницы на крышу. На всякий случай Воронов и Ермолов поднялись туда первыми, проверяя обстановку. Еще внизу, у лестницы, девушка слышала шум винтов вертолета. Клара сказала правду, он прилетел очень быстро, хотя, во всем этом хаосе, Софья не могла бы точно сказать прошло ли с момента нападения десять минут или они выживают уже несколько часов.

Стоило подняться на крышу, как ветер, создаваемый лопастями пропеллера, принялся трепать одежду, рвать волосы, хлестать по лицу. Теперь, когда они оказались возле вертолета, стало понятно, что за раз все не смогут поднять на борт. Софья растерянно оглянулась, но Клара с Ольгой стали уверенно руководить спасением.

Было решено, что вертолет вывезет их за два раза. Не обязательно лететь далеко, тут неподалеку есть площадка, где он сможет высадить первых спасенных и отправиться за второй группой. В первую очередь было решено посадить самых беспомощных, а потому место в вертолете заняли Адашевы, Софья, Николай Абхазов, раненый Роман Вебер и муж Клары – Яковлев Анатолий Иванович, который должен будет сначала показать, где рядом есть площадка, а потом отправить вертолет назад.

Софья села у окна, прижавшись лбом к холодному стеклу. Сердце заходилось от страха, не до конца осознавая, что они спасены. Вот двери захлопнулись и вертолет загудел, набирая лопастями скорость. Уши заложило и захотелось зажать их руками, чтобы унять неприятное чувство давления, вызванное поднимающейся в воздух машиной. А может и осознанием, что там внизу остались те, кому не хватило места.

Тем временем машина поднялась еще выше, скрывая под собой площадку на крыше. Софья прижалась лицом к стеклу, желая еще раз увидеть Ольгу. Почему-то, ей казалось это очень важным до последнего не терять из виду стройную фигурку в длинном белом платье, пригнувшуюся под порывом ветра, созданного винтом. Краем глаза девушка увидела вспышку вдалеке и подняла глаза наблюдая за маленьким огоньком, приближающимся к ним. Миг, два, три и ракета, пущенная из ручного гранатомёта, столкнулась с вертолётом, рождая в небе взрыв огня.

Софья истошно закричала, зажмурившись и закрываясь руками от всепожирающего пламени.

– Что? Что такое? – нагнулся к ней Анатолий Иванович, пытаясь поймать ее руки.

Девушка полными ужаса глазами уставилась на Яковлева, не понимая, что происходит. Ведь они все должны были умереть. Она точно видела все это, так почему они живы? Хлопнула закрывшаяся дверь и винт стал набирать обороты.

– Нет! Нет!!! – забилась Софья в истерике, бросившись к двери. – Мы все умрем! Нельзя! Вертолёт взорвется!

– Что? Что ты такое говоришь?! Успокойся, – старался угомонить рыдающую вампиршу Яковлев.

– Может ли такое быть?.. – ошарашенно пролепетал Иван Дмитриевич Адашев, глядя на бледную жену, сидящую с круглыми от ужаса глазами. Но, вместо того, чтобы объяснять ей свои мысли, он развернулся к летчику и заорал: – Глуши винт, мы не летим.

– Что? – воскликнул Анатолий Иванович растерянно.

Хозяин дома и так пребывал в расстройстве, не зная, как успокоить Лескову, у которой внезапно случилась истерика из-за перенесенных событий вечера, так еще и Адашев творит не пойми, что. И зачем только он согласился лететь без Клары? Как их успокоить?

– Прекрати! У нее просто истерика, – попытался он вразумить Адашева. – Мы летим, – это уже был крик летчику.

– Нет! – рявкнул Адашев. – Я что сказал, глуши винт!

– Да что за бред, это лишь нервы, – попытался вразумить его Яковлев, обернувшись к нему всем корпусом, что позволило Софье наконец высвободиться из его рук и, рванув ручку двери выскочить из вертолета.

Она так, торопилась, что споткнулась и упала на землю, но тут же подскочила, обдирая ладони и колени, и бросилась от вертолета подальше. Туда, где стояла растерянная группа вампиров, не понимающих, почему вертолёт не взлетел. Туда, где можно было вцепиться в живых, убеждаясь, что ты тоже еще жив, и смерть твоя была лишь видением.

– Послушайте… – начал было Анатолий Иванович, но Адашев его прервал:

– А если у девочки дар матери? Я не хочу на своей шкуре это проверять, – заявил он, после чего так же вылез из вертолёта, помогая спуститься и жене.

Яковлев растерянно смотрел, как все остальные тоже покинули салон, оставив его одного. Но мужчина не знал, что ему делать. Решала всегда Клара. Стоило выйти и спросить ее, как быть дальше.

Софья меж тем, со слезами на глазах, убеждала Ольгу и остальных, что лететь нельзя:

– Я видела! Они пустили ракету и вертолет взорвался. Мы умрем, если полетим на нем.

– Клара, дорогая, – подошел Яковлев к жене с виноватым видом, – что делать? Может вы сначала полетите? У девочки случилась истерика, и она всех перепугала.

– Толик, отправь вертолёт. Пусть улетает.

– Что? Но зачем?

– Если это дар жизни, то полет – это смерть. А если нет, то, возможно, нападавшие решат, что мы улетели и отступят.

– Да, это лучшее решение, – согласился с ней Ермолов, поглядывающий в проход лестницы, ведущей к ним на крышу.

– Ну, раз ты так считаешь, – согласился Анатолий Иванович и, пригнувшись, побежал обратно к вертолёту.

Спустя минуту винт заработал с новой силой, поднимая в воздух серебристо-белую машину. Софья с замиранием сердца смотрела, как вертолет поднимается все выше, разворачиваясь в сторону города. Неужели она действительно ошиблась, и то видение лишь порождение ее воспаленного мозга? Может ли быть, что она лишила их возможности спастись? Она оказалась так слаба, что страх породил галлюцинации, которые могут стоить им жизни?

Взрыв, прозвучавший в воздухе, вышиб все стекла в ближайших окнах и на несколько мгновений осветил двор, заставив людей на крыше зажать уши руками. В нескольких сотнях метров от парадного крыльца на траву рухнули объятые пламенем останки вертолёта.

## ГЛАВА 11. Быть или не быть

Софья смотрела на развернувшееся зарево испуганными глазами. Осознание, что смерть была так близка, шокировало. Как и факт, что у нее есть дар матери.

Вдалеке завыли серены.

– Наконец-то, – проворчал Адашев. – Я уж думал, что мы никогда не дождемся помощи от нашего хваленого Министерства, созданного, чтобы нас защищать, – сказал он, бросив на Воронову претенциозный взгляд.

Ольга, глядящая до этого вдаль, обернулась к вампиру:

– Можете не указывать мне на мои ошибки. Министерство проведет тщательное расследование, по окончании которого я готова понести наказание, если будет доказана моя некомпетентность. А также плохая работа доверенных мне структур.

– Иван Дмитриевич не указывает на ошибки, – усмехнулся хищной улыбкой Ермолов, буравя Адашева взглядом, – он выражает желание присоединиться к сотрудникам Министерства, чтобы своим опытом улучшить его работу.

На замечание Павла Иван Дмитриевич обижено сжал губы.

– Ладно вам, успокойтесь, – попытался примерить их Яковлев. Осознание, что спасатели рядом, сделало его более уверенным в себе.

Вскоре, действительно, дом окружили солдаты. Напавшие на загородное поместье Яковлевых постарались скрыться, отстреливаясь. Часть силовики убили, но несколько человек, в том числе и раненых, все же удалось захватить.

Пострадавшим вампирам была оказана первая помощь, после чего их развезли: кого домой, а кого и в больницу. Ермолов выразил желание поехать в Министерство, чтобы оказать содействие в допросе. Ольга с радостью приняла его предложение, ведь помощь чистокровного вампира с большой ментальной силой была весьма кстати.

Желая перестраховаться, Воронова распорядилась выдать по небольшому отряду сопровождения всем представителям древних семей, который остался дежурить по указанным адресам. Больше глава МБК не собиралась рисковать ни одним чистокровным. Дополнительно патруль был отправлен и в каждую семью чистокровных, которые не присутствовали на вечере, чтобы удостовериться, что нападение на дом Яковлевых было единственным сегодня.

Внешне спокойная, внутри у Ольги все клокотало от ярости. Да как эти твари посмели напасть на них снова?! Но приходилось сдерживать гнев, ведь сейчас, как никогда, нужна трезвая голова. Сидя за столом в своем кабинете она, подобно генералу армии в момент сражения, только и успевала раздавать приказы.

– Докладываю: тяжело раненые в реанимации, остальным оказана первая помощь и они в комнатах для допросов.

– Сколько их? – спросил Дмитрий.

– Шестеро в реанимации. Четверо готовы для допроса. Двадцать восемь человек убито.

– Вам удалось задержать тех, кто сбил вертолет? – уточнил Павел Александрович.

Он сидел на диване напротив окна и просматривал недавно доставленные снимки с ближайших камер наблюдения, расположенных вокруг имения Яковлевых.

– Еще нет, но мы ведем поиски.

– Хорошо, начинайте допрос, я скоро спущусь, – отпустила Воронова следователя.

– Также выясните, есть ли среди них вампиры: полукровки или низшие, возможно дикие, – добавил дополнительное поручение Дмитрий, прежде чем сотрудник службы безопасности вышел из кабинета.

– Ты считаешь причастным к нападению кого-то из вампиров? – спросила Ольга, когда они остались втроем в комнате.

– Без сомнения. Мы с Павлом Александровичем были в боевом обличии, но напавшие не только не испугались, но даже не удивились.

– Ты прав. Отсюда логично заключить, что они знали, с кем сражались. А значит: либо были ментально обработаны, либо уже видели вампиров. В обоих случаях не обошлось бы без высшего или очень талантливого полукровки. Но это же ужасно.

– На данный момент из списка подозреваемых мы можем исключить только тех, кто был в вертолете. Не всем появление наследницы Лесковых пришлось по нраву, – усмехнулся Ермолов, хотя по его заявлению выходило, что он сам и Воронова с сыном в числе подозреваемых.

– Ты думаешь, что истинной целью была она? – удивилась Ольга, глядя на него ошарашенными глазами.

– Несомненно. Клара на собрании упомянула, что собирается провести вечер. Если бы целью был кто-то другой, кто все время живет в городе, то его можно было бы убрать в любое время. А вот Софья мало где бывает. И очень скоро уедет в школу, где ее достать будет еще сложнее.

По мере того как Ермолов высказывал свои рассуждения, Дмитрий становился все мрачнее.

– То, что ты говоришь, несомненно логично, но ведь при этом нападении могли погибнуть и все мы, – заметила глава Министерства, но в ее голосе слышались нотки сомнения.

– Что ж, кто-то, недовольный появлением Софии, решил, видимо, избавиться не только от нее, но и перекроить шахматную доску семей. Снова.

– Неужели ты считаешь, что нападение семнадцать лет назад и сейчас?..

– Нет, – прервал Павел Ольгу, не дав ей договорить, но прекрасно поняв ее мысль. – Тогда, несомненно, работали фанатики и мы с ними разобрались. В тот раз пострадали все чистокровные. Но кому-то, видимо, очень понравилось делить наследие погибших. По факту, если разобраться, все мы были идеальными кандидатурами. Подумай сама, если бы мы там погибли, то у всех семей, кроме Вебера, не осталось бы чистокровных представителей. Да и его отец уже стар и отошел от дел.

– То, что ты говоришь, просто ужасно, но я не могу найти слов, чтобы опровергнуть тебя, – вынуждена была согласиться с ним Ольга.

Глядя в глаза Вороновой, вампир заметил тщательно скрываемый в них страх. Он слишком хорошо ее знал, чтобы обмануться внешним сдержанным хладнокровием.

– Дима, может подумаешь еще раз с отставкой? – с надеждой попросила Ольга Анатольевна, обращаясь к сыну. – Как мне справиться сейчас одной?

Слова матери заронили в душу Дмитрия сомнения. Ситуация в Министерстве сейчас, как не посмотри, патовая. Столько слов было, столько гонора, и вот чистокровных опять ткнули лицом в собственную ошибку, едва не стоящую многим жизней. Кто бы ни был зачинщиком, но это их промах, что недоглядели, не предвидели. Быть может ему действительно стоит тут задержаться? Вот только и себе он больше не доверял. Да и другую задачу перед собой уже поставил.

– Нет, решение принято, и я его не изменю. Надеюсь, сегодняшний инцидент подтолкнет Совет думать быстрее, – произнес Дмитрий твердым голосом, но, увидев, как поникли плечи матери, подошел и приобнял ее.

Давно уже прошло то время, когда она была выше и сильнее, и могла легко наподдать ему за провинность. Теперь, в кольце его рук, Ольга выглядела хрупкой.

– Не переживай, до прихода нового начальника безопасности я буду с тобой и сделаю все, чтобы докопаться до истины. Не думаешь же ты, что я брошу это дело. Я сам лично свяжусь с Советом и потороплю их, – заверил Дмитрий.

Слушая их, Павел Александрович несколько мгновений колебался, но все же сказал:

– Ольга, если ты согласна, я готов занять должность начальника безопасности, – произнес он, наконец.

Предложение Егорова было столь внезапным, что на лице главы Министерства отразилось удивление, близкое к шоку. Дмитрий же, наоборот, обрадовался. Егоров был значительно старше его и, несомненно, очень опытен. Этому вампиру довелось пережить нападение семнадцать лет назад, несколько вооруженных столкновений, случившихся в стране и Павел имел соответствующее образование.

– Это было бы отлично, – высказал Дмитрий свое мнение.

– А как же твой бизнес? В прошлый раз, помнится, ты отказался, сказав, что не сможешь отдать работе достаточно времени в ущерб собственным интересам, – спросила Ольга неуверенно.

Павел скептически усмехнулся. Он не стал говорить Ольге, что в прошлый раз на его решение повлияла именно она, вдохновленно рассказывающая, что, появись возможность ее сыну занять данную должность, она помогла бы парню проявить себя. Нет, Ермолов ни в коем случае не считал Диму недостойным быть начальником безопасности МБК. Парень был серьезным, ответственным и довольно порядочным малым. Ольга смогла воспитать отличного сына. Пока Воронов был у должности, то хорошо справлялся со своими обязанностями. Но раз сейчас, когда ситуация настолько серьезная, столь важный для Министерства пост пустует, он готов взять на себя ответственность.

– С того времени все изменилось – я смог найти хороших управляющих. Да и ситуация сейчас такая, что если не проявим бдительность, то можем потерять намного больше.

– Если так, то я с радостью одобрю твою кандидатуру. Уверена, что мы сработаемся.

– Время покажет, а пока, думаю нам уже стоит спуститься вниз и допросить напавших. Чтобы мы тут не решили, пока нет доказательств – все это лишь наши предположения, которые никак не помогут выявить и наказать виновного.

– Ты прав. Просто меня убивает сама мысль, что мы допустили такое. На нас опять напали, в столице, да еще в таком количестве! Просто чудо, что никто серьезно не пострадал. Бедный Вебер, ему досталось больше всего. А Софья?! Это дико, но сегодня мне пришла в голову мысль, что нам действительно не стоило ее вытаскивать с улицы. Мне кажется, что там она была в большей безопасности, чем теперь с нами.

– Не переживай, я эту малявку в обиду не дам. Сделаю все, чтобы она была жива и невредима, – подбадривающе сказал Дмитрий, целуя мать в висок.

Ольгу смутило столь нежное проявление любви сына при постороннем человеке. Особенно учитывая, что это был Павел, который в течение последних лет несколько раз предпринимал попытку сблизиться. И не то, чтобы она считала его непривлекательным, просто женщине сложно было представить рядом с собой кого-то, кроме покойного мужа. Как всегда бывает, воспоминания о Сергее напомнили и о событиях семнадцатилетней давности. Воронова разозлилась на себя, что находит время думать о таких глупостях, когда у них есть более серьезные проблемы.

– Ладно, пошли, поговорим с напавшими.

Весь остаток ночи Дмитрий и Павел посвятили тому, что допрашивали задержанных. Тесты показали, что все они обычные люди, но не простые, а довольно хорошо обученные наемники, в послужном списке которых числились крупные военные операции. Кто-то всерьез решил избавиться от Лесковой, раз пожертвовал таким ресурсом. К тому же, этот враг оказался весьма осторожным. Никто из задержанных не видел лица заказчика.

Вдобавок, все бойцы оказались очень качественно обработаны ментально. Именно поэтому вид вампира в боевом обличии и не вызвал положенного действия. Им заранее внушили, что нужно зачистить секту идолопоклонников, зародившуюся среди богатеев, которые во время обрядов предпочитают гримировать себя под демонов. Такое простое объяснение внешнему виду вампиров позволило не заморачиваться с придумкой сложных схем. А, как говорится, чем проще, тем меньше возможности, что что-то пойдет не так.

Дмитрий и Павел слой за слоем снимали с их памяти ментальные внушения возвращая в моменты встречи с заказчиком и получения от него сведений, заставляя припоминать все детали, звуки, запахи. Да только большой пользы это не принесло. Всё, что наемники смогли вспомнить – это был мужчина среднего роста с приятным голосом, внушающим доверие.

К утру оба вампира, да и все сотрудники Министерства, отвечающие за безопасность, были измотаны. За эти часы в реанимации скончался ещё один из наемников, не смотря на упорную борьбу врачей за его жизни. После того, как расследование будет закончено их, конечно же, всех убьют, так как они нарушили законы вампиров, напав на них. И неведение последних от смерти не спасало. Но сейчас работники МБК и врачи делали все, чтобы как можно больше задержанных выжило. Правда, после проведенных допросов, Дмитрий не надеялся, что им удастся узнать еще что-то.

– Что там с информацией по счету, через который были переведены деньги? – спросил Ермолов Ольгу, устало потирая глаза.

Он вновь сидел у нее в кабинете на диване, теперь уже читая доклад о проведенной операции по попытке захвата гранатометчиков, которым удалось-таки сбежать. Но ненадолго. На этих наемников уже были составлены ориентировки и фотороботы. Вскоре какие-нибудь посты их явно задержат.

Ольга шагнула к вампиру и протянула стакан с кровью. Павел принял его, кивнув в знак благодарности. Применение ментального внушения несколько часов подряд высосало из него все силы. Убрав с дивана разложенные листы отчетов, он освободил место для Вороновой.

Ольга присела, с удовольствием откинувшись на мягкую спинку и вытянув ноги. Что бы кто не говорил о выносливости вампиров, но и им свойственно уставать. Хотелось еще скинуть туфли на высоких каблуках, одетые для вечера у Яковлевых, но женщина не могла себе позволить при Павле такую слабость. Ведь в скором будущем он станет ее подчиненным. Сделав большой глоток из другого стакана, который взяла для себя, Воронова обреченно сказала:

– Ведет в пустоту. Зарегистрирован на липовую зарубежную фирму в Германии. Я связалась с представителями нашего посольства там, обещали помочь, но надежды мало.

– Я поражен тому, как ловко и чисто проведена операция. Ни малейшей зацепки.

– Дмитрий сейчас проверяет записи с камер видеонаблюдения, что расположены на трассе по пути к складу за городом, в котором они находились. Но по тому, насколько профессионально сработал наш преступник, я не жду, что получится его уличить.

– Мы не можем опускать руки и должны проверить все. Невозможно сделать все идеально. Где-то, да будет ошибка, которая поможет нам его поймать. Сейчас же для нас главное – защитить Софью. Раз преступник не пожалел таких трат времени, денег и ресурсов на то, чтобы уничтожить девочку, значит он явно не остановится.

– Я уже думала об этом. До того момента, пока мы не выясним кто пытался ее убить, об официальном вечере не может быть и речи. Как думаешь, может стоит как можно быстрее направить девочку в школу?

– Мне кажется, что это хорошая идея.

– Спасибо, а то я не могла решить, стоит ли ее отсылать из города или лучше держать здесь под усиленной защитой. Я хотела сейчас съездить домой переодеться, так что заеду к ней и попрошу собрать вещи. Заодно проверю, как она себя чувствует после случившегося.

– Тебя подвезти?

– Нет. Я возьму водителя. Тебе тоже бы не мешало пару часов отдохнуть.

– Мне приятна твоя забота.

– Это лишь рациональное отношение к своим сотрудникам, – усмехнулась Ольга, скрывая за улыбкой смущение, и сделала попытку подняться самостоятельно, но прежде чем она успела это сделать, Павел встал и протянул ей руку, помогая.

Не смотря на грубоватый голос и манеры, Ермолов всегда был с ней неизменно галантным. Возможно сказывалось военное воспитание, а может и природная черта относиться ко всему серьезно.

– Я созвонюсь с Советом и поставлю их в известность, что решил занять пост Димы.

– Хорошо, – кивнула Воронова, – я скоро вернусь.

С этими словами, она, подхватив со своего стола небольшую сумочку, вышла из кабинета.

– Алёна, – услышал Ермолов, как Ольга в приемной обращается к секретарше, – Павел Александрович остается у меня в кабинете дальше работать с документами. Оказывай ему любую поддержку. Я на связи. Ненадолго съезжу домой и вернусь.

– Слушаюсь, Ольга Анатольевна.

Вампир усмехнулся. Всегда такая спокойная, холодная, сильная. Немного забавно следить за тем, как она играет роль «железной леди». Допив кровь из стакана двумя большими глотками, он бросил его в корзину для бумаг. Подвигав плечами, чтобы разогнать кровь по венам, вампир склонил голову сначала на право, затем налево, разминая шею. Хищная улыбка скользнула по твердо очерченным губам.