Томас Бейлинсон
Айнон. Люди песка

Пролог.

В комнате царил полумрак. Под шёлковым балдахином стояла большая, разобранная кровать, несколько изящных кресел и небольшой столик красного дерева, с витыми ножками. В комнате находилось два человека, красивая женщина в свободном платье с глубоким декольте и мужчина с тёмными волосами до плеч, в которых уже проглядывала седина. Мужчина уже давно поднялся с кровати, оделся в чёрный камзол с пышным белым воротником и, устроившись в кресле, наблюдал, как женщина поправляет причёску. У неё никак не получалось уложить свои пышные, светлые волосы.

– Тимара, ты очень красивая женщина. Эта ночь была просто восхитительна, – не отрывая от неё взгляд, произнёс мужчина.

– Спасибо, но ты отвлекаешься от темы разговора, – лукаво улыбнулась женщина и кокетливо поправила глубокое декольте на своём бирюзовом платье. Встряхнув головой, она оставила попытку справиться с причёской, волосы густым водопадом рассыпались по её плечам.

Женщина взмахнула рукой, под потолком загорелся магический шар. В комнате стало гораздо светлее. Она подобрала несколько листков бумаги, в беспорядке лежащие около кровати, и стала с интересом перебирать их в руках.

– Как, ты говоришь, назвал это заклинание? – не поднимая глаз от листков, спросила она.

– "Повелитель нежити".

Женщина наморщила носик.

– Не интересное название, у тебя всегда было плохо с фантазией, звучит слишком сухо, но расскажи мне подробнее о самом заклинании.

– Всё самое главное уже сказано в самом названии. Это заклинание – вершина моего мастерства. Мне нечего добавить, ведь вчера вечером ты уже прочитала его.

– Да, прочитала. И считаю, что это заклинание будет прекрасным завершением твоей "Книги смерти". Но я подумала, что ты не всё показал мне, возможно в этом заклинании есть какие-то нюансы.

Тимара откинула в сторону шлейф платья и плавно опустилась в мягкое кресло. Она положила нога на ногу, разрез на платье разошёлся в стороны и взору мужчины открылась её нога до самого бедра.

– Зачем ты это делаешь? – Выдохнул мужчина и потёр виски.

– Что делаю? – Женщина невинно захлопала ресницами, – Ты ведь обещал бросить к моим ногам весь мир, но до сих пор ещё не бросил, – лукаво улыбнулась ему женщина и игриво провела языком по нижней губе.

Мужчина вздохнул, поднялся со своего кресла, подошёл к изящному столику и стал перебирать на нём какие-то бумаги.

– Ты вполне могла бы захватить этот мир сама, причём даже без помощи своей магии разума. А лишь с помощью своих женских чар.

– Да, могла бы, – согласно кивнула она и снова провела языком по губе, – Но ты же знаешь, что захватить этот мир мне мешают перворождённые эльфы, – кокетливо улыбнулась женщина, – Только твоя сила может справиться с ними. Ты ведь обещал мне стереть их с лица этого мира.

– Я помню это, и я не отказываюсь от своего обещания. Это заклинание ещё не всё, что у меня есть для борьбы с перворождёнными эльфами. Есть ещё кое-что очень сильное и я могу показать тебе это прямо сейчас.

Тимара удивлённо захлопала ресницами.

– Есть что-то, что может быть сильнее твоих заклинаний? – нахмурила брови женщина.

– Да, есть. Я хочу показать тебе портал в Бездну, который я создал и открыл совсем недавно.

Женщина удивлённо распахнула большие, зелёные глаза, встала и подошла вплотную к мужчине. Одной рукой она обняла его за шею, а второй принялась теребить пуговицу на его камзоле.

– Ты величайший маг. От самого своего рождения этот мир ещё не видел мага подобного тебе, но ты не перестаёшь удивлять меня, – она слегка коснулась его виска и провела ладонью по волосам.

– Ты же знаешь, что магия разума не действует на меня, – скривившись, произнёс мужчина.

– Знаю, – улыбнувшись в ответ, сказала женщина, – Но разве я не могу попробовать ещё раз? – невинно произнесла она, и провела пальцами по краю выреза платья.

Мужчина на несколько секунд уставился в вырез её декольте. Но встряхнув головой, он поднял взгляд и посмотрел в глаза женщины. В его взгляде засверкали недобрые огоньки, но женщина в этот момент отвела взгляд и не заметила этого.

– Мне было бы чрезвычайно интересно посмотреть на этот портал прямо сейчас, – томно произнесла она.

Ничего не говоря, мужчина взял её за руку, окинул взглядом и потянул к двери.

Они прошли по длинному коридору и вошли в просторную комнату, находящуюся в самом конце. Мужчина подвёл её к стене, на которой от самого пола, был очерчен ярко красный, круглый контур около трёх метров в диаметре.

– Смотри, – просто сказал он и отошёл в сторону.

Женщина с интересом уставилась на стену. Несколько секунд ничего не происходило, а затем неожиданно очерченный контур подёрнулся дрожащим бледным маревом. Каменная кладка начала исчезать и взору женщины открылся затуманенный портал, переливающийся бледными отблесками красного и голубого оттенков.

– Великолепно! – восхищённо воскликнула женщина и даже несколько раз хлопнула в ладоши, – Какая мощь! Я чувствую его силу. Я всегда говорила, что ты величайший маг и тебе нет равных в этом мире. Без всякого преувеличения твоя сила равна силе богов.

Её глаза горели, она с интересом разглядывала контуры портала. В одной руке она держала листки заклинания, взятые ей из спальни. Свободную руку она подносила ладонью к дрожащему мареву и что-то шептала. Мужчина никак не реагировал на её восторженное поведение, он просто стоял и смотрел на неё, но его в его глазах зарождалась злоба, которую она не замечала, увлекшись рассматриванием портала.

– Ты что-нибудь уже извлёк оттуда? – не отрывая взгляда от портала, спросила она.

Вместо ответа мужчина подошёл к резному комоду, стоящему у стены, взял с него колокольчик с позолоченной ручкой и громко позвонил в него. В комнату вошёл пожилой, седобородый гном.

– Приведи сюда Маару.

Гном подобострастно поклонился и вышел, но через некоторое время вернулся. Его сопровождала молодая, смуглая девушка.

– Её зовут Маара, она младший демон, – сухо сообщил мужчина, – Прими свой истинный образ, – обратился он к девушке, и та стала меняться на глазах. Её тело мгновенно покрылось багряно-чёрной чешуёй, мышцы вздулись, на голове появились небольшие загнутые рога. Когти на руках удлинились и заострились.

Тимара открыла рот и удивлённо захлопала глазами. Приняв образ демона, существо подошло к женщине вплотную. Тимара принялась с восторгом и интересом рассматривать её.

– Мне стало известно, – неожиданно зло заговорил мужчина, – Что ты имела связь с Меалом, королём Сиарота, – при этих словах женщина вздрогнула и перевела взгляд с демоницы на мужчину, – И эта связь не только интимного характера. А также мне стало известно о твоей связи с Кругом некромантов Сиарота. Их Кругу, каким-то чудесным образом, – мужчина презрительно скривился, – Стали известны некоторые заклинания из моей "Книги Смерти".

– Откуда ты… с чего ты взял… я никому не, – начала было женщина, но мужчина грубо прервал её.

– Замолчи! – Мужчина вскинул руки, и женщина застыла на месте, не в силах сдвинуться с места.

– Сними заклятие, я всё объясню тебе, – прошептала она одними губами.

– Ты думала, – не обращая внимания на её слова, продолжал мужчина, – что в своём величии я не общаюсь с некромантами Сиарота и в сиаротском Круге у меня нет своих осведомителей? Ты ошибалась! Пока я для тебя уничтожаю перворождённых эльфов, ты плетёшь интриги за моей спиной. А ведь я всецело доверял тебе. Но это не самое главное. Недавно я узнал, что перед последней и решающей битвой ты предаёшь меня и ищешь пути к отступлению! Я не смог бы простить тебе ни физическую измену, ни предательства по отношению к моим планам! Ничего подобного я ещё никому не прощал и не прощу никогда!

Женщина опустила глаза, листки с заклинанием, которые она всё ещё держала в руке, выпали. Мужчина щёлкнул пальцами и демоница, сделав шаг к женщине, с силой толкнула её в грудь. Вскрикнув и вытаращив глаза, женщина исчезла в портале.

– Глупая кукла. Она решила, что может управлять мной, – горько усмехнулся мужчина, – Гарон, будь так добр, собери листки и подай мне, – обратился он к гному и тот бросился выполнять приказание. Плавным движением руки мужчина закрыл портал и задумался.

– Последняя и решающая битва, – прошептал он.

Гном подал ему бумаги, мужчина не глядя провёл над ними рукой. Буквы и строчки исчезли с листков. Мужчина вложил листки в книгу и, бросив её на комод, резко развернулся и вышел из комнаты.

Глава 1.

Когда-то они были многочисленными и грозными племенами степняков, которые гоняли табуны небольших лошадей. Они не боялись никого, а их боялись многие.

А теперь в большой Жёлтой пустыне обитало три малочисленных племени песчаников, сами они называли себя люди песков. Жили они в основном за счёт разведения небольших табунов маленьких, лохматых и неприхотливых к условиям пустыни, лошадей. Степные орки, живущие на краю пустыни, боялись магических пустынных аномалий и возмущений, которые являлись следствием древней войны. Поэтому орки не заходили далеко в пустыню и у песчаников оставался лишь один естественный враг – голод.

Кормились песчаники вяленой кониной, кобыльим молоком и тем, что пошлёт пустыня, а пустыня не баловала песчаников. Еды в большой Жёлтой пустыне всегда не хватало.

Мужчины приручали пустынных соколов для охоты на сусликов и пасли лошадей. Женщины ткали простую одежду из шерсти тех же лошадей, готовили пищу, воспитывали детей и обрабатывали лошадиные шкуры, которые шли на изготовление одежды и шатров, в которых и жили кочующие племена. Речь песчаников была проста и незатейлива. Племена не воевали между собой, но иногда во время миграции табунов по пустыне, между погонщиками случались стычки.

Песчаники не обрабатывали железа, они пользовались костяными ножами и костяными наконечниками для стрел и дротиков. Конечно, песчаники знали о железе, но его обработка была им недоступна.

Знали песчаники и о существовании других людей, которые жили далеко за краем пустыни. Иногда в пустыню приходили караваны людей, в странных, красивых одеждах. Приходящие люди изучали остатки магии в пустыне. За всякие безделушки или железное оружие, эти люди охотно нанимали песчаников и те водили их по пустыне, показывая волшебный песок, как сами песчаники называли магические аномалии.

Люди и орки всегда боялись и старались обходить подозрительные места, боясь попасть в магические аномалии. А вот люди песка научились определять места с волшебным песком и когда аномалия затихала, они всегда приходили на место где она была и часто находили там прозрачные шары разного размера, от совсем маленьких, размером с ноготь, до больших, с человеческую ладонь. Люди песка собирали шары и когда приходили красивые люди, выменивали их на что-нибудь полезное для себя. Чужие люди называли эти шары – накопителями магии.

Вождь и шаман всегда вели переговоры с чужаками сами, но часто посылали показывать волшебный песок именно Ордыгая. Плохой охотник и добытчик, он хоть так мог принести пользу племени.

Три раза на памяти Ордыгая приходили люди в красивой одежде и все три раза он сопровождал их в пустыне. Молодой песчаник во все глаза разглядывал новых людей, их одежду, их предметы и вслушивался в каждое слово.

В племени Ордыгая был большой ритуальный клинок из железа, который они выменяли у приходящих к ним людей. Этот клинок был самой большой гордостью племени, вождь Моргелей казнил этим клинком провинившихся. На памяти Ордыгая такое было всего один раз, когда вождь племени застал одного из охотников племени в шатре своих жён. Незадачливого любовника схватили. Вождь собрал всё племя на казнь и самолично отрубил виноватому голову.

В племени Ордыгая, как и в двух других племенах, было не больше сотни человек. Когда в племени рождался ребёнок, то вождь изгонял из племени одного из стариков. Таков был обычай, пустыня не могла прокормить много народа.

С самого детства Ордыгай не любил работать. Ему не нравилось охотиться, не нравилось пасти лошадей. Не нравилось готовить, собирать коренья и кустарник. Не нравилось вместе с женщинами обрабатывать шкуры и затачивать костяные ножи. Но зато ему всегда нравились сами женщины. Но женщин племени Ордыгай совсем не интересовал, так как он был плохим охотником, а в племени всегда ценились именно добытчики. Плохой охотник не сможет прокормить семью. Поэтому женщины избегали общения с Ордыгаем.

А мужчины племени брезговали общаться с ленивым слабаком и его другом был лишь немой Нурдемай, самый высокий и сильный охотник племени. В детстве он упал с лошади и неудачно откусил себе пол языка и с тех пор мог только мычать или кивать головой. Лишь с ним Ордыгай всегда делился своими мечтами и мыслями, а Нурдемай только мычал да улыбался, похлопывая Ордыгая по плечу.

Однажды вечером, проходя мимо шатра с припасами всего племени, Ордыгай заметил, что внизу шатра ветер растрепал прошитые между собой шкуры. Он подошёл, чтобы поправить края шкур. Присев у шатра, он чуть раздвинул шкуры и заглянул внутрь. В нос ударил запах вяленой конины. Еду в племени распределял вождь согласно принесения пользы для племени и Ордыгай часто недоедал, так как получал мало еды.

Немного подумав, Ордыгай пролез в щель между шкурами. Наевшись до отвала и прихватив с собой большой кусок вяленой конины, он начал вылезать из шатра. За этим его и застала одна из жён вождя племени. Она подняла жуткий крик, сбежался народ. Суд был недолгим.

Вождь племени Моргелей, без зазрения совести изгнал избитого Ордыгая из стойбища, ведь лишний рот всегда был обузой у песчаников. На прощание, его друг Нурдемай вложил ему в руку костяной нож и небольшой кусок вяленой конины. Он долго стоял и смотрел как опустив плечи изгнанник уходил в пустыню.

Ордыгай, брёл от стойбища, опустив голову и не глядя по сторонам. Он понимал, что рано или поздно всё равно погибнет от голода, даже если и сможет сделать себе шатёр от дневной жары из старой, дырявой конской шкуры, которую он подобрал возле стойбища.

В другое племя, даже если он и случайно наткнётся на них, его не примут, там и своих кормить нечем, да и охотничьими навыками Ордыгай, похвалиться не мог. Поэтому, смирившись со своей участью, он отрешённо шёл куда глаза глядят.

Он не вёл счёт прошедшим дням. Днём, спасаясь от палящего солнца, он вырывал в песке яму и ложился в неё, накрываясь сверху куском шкуры. А ночью просто шёл, не выбирая направления. Порой он видел пустынных сусликов, но у него не было лука, чтобы убить их. Иногда ему везло, он ловил ночных ящериц и съедал их сырыми, но в основном Ордыгай голодал.

Вот уже два дня как он не мог поймать себе ничего съестного, есть и пить хотелось ужасно, перед глазами плыли тёмные круги. Ещё только начинался вечер, он пораньше выбрался из ямы в надежде найти хоть какую-нибудь добычу, чтобы утолить голод или найти корни растения кактау, чтобы выдавить из них немного сока и утолить мучавшую его жажду.

Ночь была лунная и светлая, он нашёл несколько кактау и отрыв корни напился сока растения. Но сильный голод не отпускал его. Ордыгай долго блуждал по барханам в поисках пищи и наконец, ему повезло. Он увидел большой и местами осыпавшийся от времени камень и сидящего на нём крупного пустынного скорпиона.

В тот момент, Ордыгай не думал о камне, хотя в пустыне они были редкостью, его сознание полностью занимал скорпион. Не ахти какая пища, но лучше, чем совсем ничего. Он достал свой костяной нож, осторожно подкрался, что бы не спугнуть добычу и проткнул скорпиона насквозь. Даже не снимая свою добычу с ножа, он оторвал жало на конце хвоста и жадно поднёс скорпиона ко рту.

Но тут под ногой Ордыгая что-то сухо зашелестело. Его ноги вместе с быстро осыпающимся песком, поползли под камень, он взмахнул руками пытаясь удержать равновесие, но песок под его ногами стремительно уходил куда-то вниз. Не выпуская из руки нож с наколотым скорпионом, он попытался схватиться за камень, но ободрал руку и кубарем покатился вниз, в образовавшийся у камня провал.

Он сильно ударился головой о что-то твёрдое и потерял на несколько минут сознание. При падении нож, вместе с пойманной с таким трудом добычей, выпал из его руки и отскочил куда-то в сторону.

Придя в себя и даже не вставая, Ордыгай в первую очередь принялся оглядываться в поисках ножа со скорпионом, всепоглощающее чувство голода всё ещё не отпускало его из своих цепких рук. Лунный свет проникал через большой провал и оглядев полумрак помещения, в котором он оказался, он заметил большую и странную арку. Через неё ничего не было видно, её внутреннее пространство было абсолютно чёрным и резко выделялось на фоне полутёмного помещения.

Ордыгай потряс ушибленной головой, которая сильно гудела после удара, встал на четвереньки и начал шарить по полу в поисках своей добычи. Он доковылял до арки и заглянул за неё, на полу лежали два костяных ножа с наколотыми на них скорпионами. Причём у обоих скорпионов были оторваны жала.

Ничего не соображая от голода и головной боли, он мгновенно схватил свою добычу и отправил первого скорпиона в рот. Пережёвывая скорпиона, он, не отрываясь, смотрел на второго и в его голове начало появляться смутное сомнение.

Он заглянул за арку, но там ничего больше не было. Продолжая сомневаться, Ордыгай со вздохом бросил в арку нож и с другой стороны тут же упали два костяных ножа. С сожалением вздохнув и затаив дыхание, он бросил в арку скорпиона.

С замиранием сердца Ордыгай закрыл глаза, заглянул за арку и осторожно приоткрыл один глаз. На каменном полу лежали два скорпиона.

Половину ночи Ордыгай бросал через арку скорпионов, сначала по одному, а потом горстями. Он наелся до отвала, а угол комнаты занимала огромная куча скорпионов.

Прошло несколько дней, Ордыгай полностью изучил помещение, в котором он так неожиданно оказался. Оно было довольно просторным, в нём было несколько комнат. Из коридора, соединяющего комнаты, вниз вели две лестницы, но Ордыгай не отваживался исследовать нижние помещения. В комнатах он нашёл много странных предметов, значения которых он не понимал, много красивых украшений из жёлтого металла и даже железное оружие и железную одежду. В помещении был колодец и Ордыгай быстро сообразил, что если крутить висящую над ним ручку, закреплённую на железных кругах с зубами, то наверх по цепи поднимаются ведра с водой.

Иногда, по куче песка, он поднимался на поверхность и охотился. В одну из таких вылазок ему повезло, он поймал довольно крупную ящерицу и его рацион тут же пополнился мясом сушёной ящерицы, а на полу, рядом с кучей скорпионов, высилась теперь и куча ящериц.

Однажды, во время ранней вечерней охоты, Ордыгай услышал вдалеке крики погонщиков. Он поднялся на бархан и увидел небольшой табун песчаных лошадей, погоняемый тремя погонщиками. У одного из погонщиков на плече сидел ручной сокол. Песчаники часто приручали соколов, которые помогали им в охоте на шустрых пустынных сусликов. Табунщики сгоняли лошадей в кучу, они явно собирались устроиться на небольшой привал. Это были люди не из его племени и у Ордыгая появилась дерзкая мысль.

Немного последив за погонщиками, Ордыгай сполз с бархана и бегом отправился в свою каменную нору.

Он нервно ходил по комнате из угла в угол и размышлял над пришедшей к нему в голову идеей.

Наконец, решившись, он принялся судорожно собирать в небольшой, самодельный мешок, украшения с красивыми камнями. Собрав украшения, он кинул мешок в арку. Немного подумав, он отложил мешки с украшениями и принялся собирать железные ножи. Ордыгай трудился не покладая рук. Он бросал в арку ножи и собирал их в мешок. Наполнив мешок, он поднял его на поверхность. Ордыгай устало вытер пот со лба, но работа ещё не была закончена. Согласно его плана, надо было придать себе новый, очень богатый вид.

Он вновь спустился вниз. Наконец он собрался и поднялся наверх. Подхватив оставленный мешок, он вновь поднялся на бархан. Погонщики уже сворачивали привал и собирались двигаться дальше.

Ордыгай громко окликнул погонщиков, напустил на себя важности и вальяжно стал спускаться с бархана. Погонщики узнали в нём своего собрата песчаника, но его вид внушил им страх и почтение одновременно. На нём был странной железный колпак и железный нагрудник, который болтался на его худом теле, но погонщиков это совсем не смутило. Они смотрели на цепи и цепочки, с камнями и без, висящие поверх нагрудника. На ногах у странного соплеменника были железные поножи, прикрывающие ноги от ступней до колен. В руках он держал большой железный клинок, а все пальцы на руках были сплошь унизаны перстнями и кольцами с разноцветными, переливающимися камнями.

Обалдевшим от его вида погонщикам, он представился как великий и богатейший кхан и шаман песчаников. Простые погонщики, удивлённо качали головами, почтительно кланялись и говорили, что уже почти месяц кочуют с табуном по пустыне и ничего не слышали ни о каком Ордыгае.

Хоть своим лицом он был похож на обычного песчаника, но выглядел он как те красивые люди, которые появлялись иногда в пустыне. Поэтому его вид приводил погонщиков в трепет и вызывал безмерное уважение и поклонение. Они говорили с ним заискивающе и не переставали кланяться и восхищаться им.

Ордыгай переполнился величия и ещё больше раздулся от важности, ему нравились слова погонщиков.

За мешок с железными ножами и мешок красивых украшений, он выменял у погонщиков четырёх хороших лошадей, походный шатёр, ручного сокола, немного вяленной конины и одежды. Погонщики сразу прониклись к нему не просто большим уважением, они стали смотреть на него с благоговением. Ещё бы, богатый соплеменник предложил много железных ножей взамен всего лишь нескольких лошадей, сокола и нескольких не особо нужных вещей. За это он одарил их несметными богатствами. Договорившись о новой встрече через пару недель, погонщики отправились к своему племени, показывать богатейшую и невиданную добычу.

В первую очередь Ордыгай поставил над камнем шатёр из шкур. Потом он расширил обвал, завёл в шатёр лошадей и просто спихнул их вниз по насыпи.

Вытаскивать из ямы лошадей оказалось чуть сложнее, но нарвав из найденных в помещении тряпок, тонких полосок, он сплёл довольно крепкую верёвку. Привязывая её к шеям лошадей, он тащил их наверх, помогая им подниматься по горке песка.

Примерно через три недели вернулись погонщики. Но они пришли не одни, пришло почти всё племя, охотники, разведчики, старейшины с шаманом и вождём и даже несколько женщин. Из-за бархана к ним на лошади выехал Ордыгай и попросил проследовать за ним. Все прибывшие просто остолбенели на месте, когда, зайдя за бархан, увидели большой пасущийся табун лошадей и несколько десятков шатров.

Бухнувшись на колени, соплеменники, а за ними старейшины, стали попросить сниспослать на них его благодать и защиту. Вождь и шаман не выказали явного почтения Ордыгаю и это стало их ошибкой.

– Приведите сюда всё своё племя, – обратился он к старейшинам, – Теперь вами буду править я и вы больше никогда и ни в чём не будете нуждаться. У вас начнётся новая, богатая и красивая жизнь.

Переговорив со старейшинами, несколько погонщиков вскочили на лошадей и отправились за оставшимися в племени. В этот же день Ордыгай без всякого сожаления приказал изгнать из племени бывшего вождя вместе с шаманом.

Через несколько недель, прибыло всё племя и Ордыгай стал главой целого племени. Он приблизил к себе лучшего охотника племени и вот уже его большой шатёр стал охранять десяток одноликих воинов.

Ещё через несколько недель его посланники нашли в пустыне два оставшихся племени и Ордыгай без труда стал полновластным хозяином племён, изгнав всех вождей, но оставив шаманов.

Он объединил племена, теперь его единое племя процветало и ни в чём не нуждалось. Теперь его большой шатёр охраняли немые воины. Все звали его величайшим кханом и шаманом, заискивали и раболепствовали перед ним, но Ордыгаю было этого мало.

Как и все песчаники, он знал, что на одном краю их большой пустыни есть большая вода. А сбоку от большой воды, есть большие горы, поросшие редким, низкорослым лесом. Но у воды и у гор, песчаников убивали злые халды на больших и страшных летающих чудовищах, которые прилетали с гор. С другой стороны, пустыню прикрывали острые скалы и было больше леса, но если песчаники заходили далеко в скалы, то часто пропадали и не возвращались. В скалах водились большие пещерные медведи и барсы. А за другим краем пустыни есть земли, где нет песка, где много еды и есть много питьевой воды и живут люди в красивых одеждах. Но на краю пустыни живут злобные степные орки, которые убивают песчаников и не пускают в те благодатные земли.

Сами орки никогда не заходили далеко в пустыню, они опасались пустынных бурь, которые были совсем не редкостью и всё ещё случающихся магических аномалий, которые были отголосками древней войны. Орки любили степи, жаркая пустыня им не нравилась, да и нечем там было им поживиться, охота за немногочисленными и бедными племенами песчаников их не привлекала, а больше в пустыне делать им было нечего.

Для развития своего нового племени, Ордыгай замыслил начать вести обмен вещами с орками.

Глава 2.

Барлаг слушал доклад начальника стражи Кархога и хмурился. Происходило что-то странное. Давненько его клан не видел людей песков, а тут за месяц из пустыни к ним приходит уже третья группа.

Две первых группы подошли к крепости вечером и были просто убиты, заметившей их, стражей. Уже тогда вождь Барлаг задумался. Неспроста приходили эти странные, слабые люди, которые даже не пользуются железом.

Он долго разглядывал их костяные ножи и маленькие луки с кривыми стрелами и костяными наконечниками на концах. Они ведь явно чего-то хотели, но ведь не напасть же на крепость своим маленьким отрядом. Вождь даже усмехнулся этим мыслям.

Даже дети орков знают, что люди песков слабы, малочисленны и пугливы. Орки никогда не охраняли край пустыни, оттуда им просто нечего было опасаться.

Иногда конные разъезды орков замечали в пустыне движение, но это было далеко. Никто не собирался преследовать людей песков, для которых пустыня была родным домом. А для орков поживиться там было нечем, слабые лошади песчаников не выдерживали тяжёлых орков, поэтому орки не охотились ни на них, ни на людей песков.

Но после появления второго отряда, который, как и первый, направлялся прямо к крепостным воротам и был также перебит стражей, Барлаг отдал распоряжение не убивать людей песков, если те придут снова.

И вот они пришли.

Барлаг поднялся на крепостную стену. У ворот, задрав головы вверх, стояли десяток людей песка верхом на своих лохматых маленьких лошадёнках.

– Откройте им ворота и впустите их, – крикнул он страже.

Бояться было нечего, любой воин орков единолично убил бы весь этот отряд и даже не вспотел бы при этом. Пока Барлаг спускался со стены, отряд прошёл в открывшиеся ворота. Люди песка слезли со своих лохматых лошадок. Они боязливо жались друг к другу, испуганно озираясь по сторонам и со страхом глядя на окруживших их грозных и жутких на вид орков.

Со стороны это выглядело просто смехотворно, горстка маленьких, щуплых людишек в окружении вооруженных и закованных в сталь здоровенных орков.

– Что вам нужно? – Спросил Барлаг по орочьи, подходя к испуганным людям песков.

Один из них вышел вперёд и залопотал что-то на смеси общего языка и какого-то непонятного наречия.

– Я спрашиваю, что вам нужно в наших землях? – Раздражённо спросил Барлаг уже на общем языке.

– Моя зовут Улугдэй, моя не очень хорошо понимать могучая орка, но моя очень хочет говорить и меняться с сильным орка. Моя очень хотеть много вот такое, – человек песков расплылся в улыбке и принялся тыкать пальцем на бердыш Барлага, который тот держал в руке.

– Тебе нужен мой бердыш? А ты его поднимешь? – Спросил, засмеявшись Барлаг.

Стража засмеялась вместе с вождём. Барлага начали забавлять эти странные люди.

Человечек замотал головой и принялся изображать рубящие движения руками, явно пытаясь показать, что он рубит что-то мечом, а потом его жесты стали похожи на то, как будто он стреляет из лука. При этом он продолжал лепетать что-то на своём ужасном, для слуха орков, наречии с примесью общего языка.

– Нам нужны много большие железные ножи и стрелы не из кости.

– Тебе нужны мечи и хорошие стрелы? – спросил Барлаг.

Коротышка закивал головой и продолжил свои лепетания, отчаянно жестикулируя при этом.

– Нужна много железная одежда, как у них, – он ткнул пальцем в сторону смеющейся стражи, – Нужно много железная одежда и на голову нужно железо и на ноги железо и много стрелы.

– То есть тебе нужно много разного оружия и доспехов из железа? – давясь слезами от смеха, спросил Барлаг. Вместе со своим вождём стража тоже покатывалась от смеха.

Коротышка изо всех сил закивал головой, явно соглашаясь с Барлагом и весьма довольный тем, что его поняли.

– А что же я получу взамен железа? – продолжал смеяться Барлаг, вытирая слёзы, – Твоих ни на что не годных лошадей или ты принёс мне в подарок какую-нибудь сушёную ящерицу? А может быть ты хочешь предложить мне несколько своих костяных ножей? Нет, я понял, – ещё больше согнулся от смеха вождь, – Ты хочешь предложить мне песок из своей пустыни!

Стража орков от души веселилась, слушая своего вождя, а люди песков стояли, вжав головы в плечи, продолжая испуганно озираться на громогласно смеющихся орков. Лишь только главный коротышка продолжал улыбаться и кивать головой.

Обрадованный коротышка, видимо поняв последние слова Барлага, принялся снимать с груди небольшой мешочек на верёвочке. Он аккуратно развязал мешочек, что-то достал из него, шагнул вперёд и протянул руку Барлагу. Всё ещё смеющийся вождь орков машинально протянул ему свою руку и коротышка, не переставая улыбаться, высыпал на ладонь вождя содержимое мешочка.

– Это мы менять на железо, – залепетал коротышка отступая.

А Барлаг подавился смехом, раскрыв пасть, он ошарашено разглядывал лежащие в его руке монеты. Сомневаться не приходилось – это было золото. Хоть и очень странное, но однозначно золото. Барлаг никогда не видел таких монет. Кархог стоящий рядом сразу предложил:

– Вождь, разреши я перебью их, а золото мы оставим себе без всякого обмена.

Барлаг посмотрел на него и тяжело вздохнул, он знал, что начальник его стражи не отличался большим умом, но он был хороший исполнитель и отличный воин.

– Нет, – сказал он Кархогу, – Мы не станем их убивать.

– А где ты это взял? – Спросил он у улыбающегося и продолжавшего кивать головой коротышки.

– Мы хотеть много железо, мы давать взамен много это, – коротышка тыкал пальцем в монеты, которые держал Барлаг.

Затем человечек полез в свои лохмотья и извлёк из них золотой перстень с огромным изумрудом, – Этот красивый вещь, наш великий кхан Ордыгай передаёт для самый главный и могучий вождь орка в подарок.

Абсолютно обалдевший и потерявший дар речи Барлаг и остальные орки уставились на дорого кольцо с прекрасным драгоценным камнем.

Через полчаса, при помощи Кархога и стражников, которые, как и их вождь при виде золота перестали смеяться, Барлаг выяснил, что теперь людьми песков правит какой-то могучий кхан-шаман Ордыгай. У этого кхана много-много таких красивых и жёлтых кругляков из мягкого жёлтого железа, которые держит в руках Барлаг и много-много разных, цветных камушков как на подаренном кольце.

А за такие круглые штуки, которые орки называют золотом, люди песков хотят железо, много разного железа. Они готовы придти ещё раз и принести много кругляшков за много железа.

Совсем немного поторговались. Маленький человечек предложил десять кругляшков, за одну вещь из железа. Барлаг шутки ради, предложил двадцать кругляшков за одну вещь и жутко удивился, когда коротышка сразу же согласился. На этом торги и закончились.

Человек песков протянул Барлагу несколько кусков ткани с рисунками человечков с мечами, щитами, луками и короткими копьями в руках и снова принялся тараторить на своём ужасном языке, продолжая доставать всё новые тряпочки и протягивая их Барлагу.

– Хорошо, – отмахнулся от него Барлаг, – Через два месяца мы ждём вас с монетами, которые ты называешь кругляшками. Мы приготовим железо, которое вам нужно. Кархог, возьми его рисунки и поговори с ним, как я понимаю, он хочет объяснить нам какие вещи ему нужны, их количество и размеры того, что ему нужно. Тщательно запиши всё, что ему нужно и подсчитай, сколько они должны нам заплатить. После этого собери совет клана.

Кархог провозился с людьми песков ещё несколько часов, потом собрал совет клана.

На совете помимо Барлага, присутствовали два его сына, Ширгат и Салгук, начальник крепостной стражи Кархог, военноначальники Гостмог и Лурциг. Первым заговорил Кархог.

– Мудро поступил наш вождь, когда не послушал меня и не стал убивать маленьких коротышек, чтобы забрать то маленькое количество золота, которое они принесли. Мы дождёмся, когда люди песков принесут нам больше золота и убьём их всех. Золото станет нашим. Наш клан станет ещё богаче и ещё сильнее.

Все присутствующие орки, зная простоту мышления Кархога, заулыбались, оскалив свои клыки.

– Нет Кархог, мы поступим ещё хитрее, мы сделаем всё, о чём просили люди песков, наши кузнецы будут работать день и ночь. Мы даже попросим соседний клан помочь нам и прислать своих кузнецов в помощь нашим. Мы сделаем и отдадим им всё железо, которое они заказали и возьмём за это положенное нам золото, – произнёс Барлаг, задумчиво одев на мизинец кольцо с изумрудом и принявшись рассматривать золотую монету людей песка.

Кархог с сожалением вздохнул.

– Не расстраивайся Кархог, мы пошлём наших лучших разведчиков и проследим, куда они отправятся с нашим железом. А затем мы пошлём большой отряд наших воинов и уничтожим их всех одним разом и заберём назад своё железо, а также всё золото и все драгоценные камни, которые найдём у них в жилищах, ведь я думаю, что они не всё принесут с собой сюда. Ведь наверняка у них есть ещё золото, так как они согласились на нашу шуточную цену даже не торгуясь, – пояснил старший сын вождя, Ширгат.

– Твои сыновья не только сильны, они ещё и мудры, они достойны тебя, вождь, – восхищённо произнёс Кархог, обращаясь к Барлагу, – Из Ширгата получится великий шаман орков.

– Дело не в этом, – отмахнулся от него Барлаг, – Уж слишком тут много странного. Все знают, что люди песков не умеют ковать и плавить железо, тогда откуда тогда у них взялось золото? Откуда они взяли так много золота и драгоценных камней?

– Тем более настолько много золота, что бы можно было вести с нами торговлю, – задумчиво произнёс старый Лурциг.

– Тем более, такого странного золота. Никто из нас, никогда не видел таких монет. Такими золотыми монетами не пользуется ни одно королевство людей, – поддержал его Гостмог.

– А по мне хоть они его и у халдов украли, мне это без разницы, золото есть золото, – стукнул кулаком о ладонь Кархог.

– Да, может они его и у халдов украли. Хотя этот вариант кажется мне просто невероятным. Я скорее предположу, что они его просто нашли, – задумчиво согласился Барлаг, – Таких монет нет ни у людей, ни у эльфов, ни у гномов. Но пока мы всё сделаем так как я сказал. Пусть кузнецы делают заказ, а там посмотрим. В одном Кархог прав, золото есть золото и мне всё равно, украли они это золото или где-то нашли его. Но меня очень интересует, сколько его у них и где они его прячут! – добавил он, крутя монету в руках.

Он уже в который раз вгляделся в монету. Тыльную сторону монеты украшала башня, увенчанная головой дракона.

Глава 3.

В этот день Ордыгай был задумчив и молчалив. Он собрал в своём большом шатре всех своих приближённых. И теперь он, лёжа на шкурах, слушал их. По бокам его большого ложа, стояли двое немых стражей с изогнутыми мечами и круглыми щитами в руках.

Одна из его наложниц обмахивала Ордыгая большим опахалом, а вторая сидела в его ногах с дымящимся блюдом тонко нарезанной, жареной конины. Иногда Ордыгай просто протягивал руку, а наложница мгновенно подставляла ему блюдо. Ордыгай брал кусочек мяса и, жуя, продолжал слушать своих приближённых.

Его кханы отчаянно спорили и предлагали много разных вариантов для развития их нового, большого и сильного племени. Но их планы были не столь масштабны, как планы, которые давно уже вынашивал в своей голове сам Ордыгай. Поэтому Ордыгай только усмехался про себя, слушая своих приближённых, малых кханов. Порой кханы предлагали действительно неплохие идеи и Ордыгай запоминал их. Но всё это было слишком ничтожно и не масштабно в сравнении с планами самого Ордыгая.

Достаточно наслушавшись предложений, Ордыгай приподнялся на шкурах и его советники – малые кханы, мгновенно смолкли. Он оглядел каждого из них. Слева стояли четыре кхана его левой руки, справа два кхана его правой руки. Всех их он приблизил к себе не напрасно, управлять огромной толпой своих новых подданных самому, было очень сложно, без верных и многочисленных помощников он бы не справился.

Он одаривал кханов жёнами и лошадьми, делился с ними вещами и давал небольшую власть. Его кханы жили в больших шатрах и у всех его кханов были отдельные шатры со своими гаремами.

Ордыгай казнил и миловал простых воинов за любую провинность и неповиновение, но при этом он руководствовался малой толикой справедливости, поэтому простой народ его нового огромного племени, просто боготворил его. Но гораздо большее удовольствие его соплеменники испытывали, когда Ордыгай казнил своих приближённых кханов. А казнил он их при любом удобном случае. Он считал, что долгая власть портит его приближённых.

Одного из кханов левой руки он казнил позавчера на глазах у всех, за перебои с пищей у воинов, за которую тот отвечал. Того кхана он возвысил после того, как тот руководил уничтожением разведчиков орков, которые следовали за отрядом посланников Ордыгая, после того, как те совершили последний обмен и отвезли к оркам золото и взяли взамен приготовленные для них железные вещи. Опасаясь обмана со стороны орков, Ордыгай сам придумал на всякий случай устроить засаду. Глупые орки, решившие последовать за его отрядом, попались в засаду, так хитроумно устроенную Ордыгаем. Ни один из орков не ушёл живым.

Всех жён и вещи казнённого им кхана, он раздал не остальным кханам, а отдал простым воинам своего племени, чем ещё больше заработал их любовь и почитание.

Шесть его кханов молчали в ожидании, преданно глядя на него. Наконец, Ордыгай заговорил:

– Мы растём, нас много, мы сильны как никогда. Я великий и сильнейший кхан Ордыгай. Но, тем не менее, мы слабы, мы очень слабы!

Он поднял руку, останавливая, открывших было рот, кханов. Все они почтительно склонили головы, никто так и не произнёс ни одного слова.

– Мы слабы потому, что мы слишком мало знаем, – спокойно продолжил Ордыгай, – Главное, чего нам не хватает, это – знаний! Мы оторваны от остального мира. В этом и есть наша главная слабость. А ещё нам не хватает рабов мастеров и земель, мы не умеем строить большие каменные дома с высокими стенами как у орков. Мы очень много чего не умеем. Поэтому нам, прежде всего, нужны знания!

Он замолчал и обвёл своих кханов глазами, те согласно кивали. После короткой паузы, он продолжил:

– Но сейчас мы в силах расширить владения нашего кханства и получить эти знания. Наше кханство должно быть повсюду, во всех землях. Мы можем покорить весь мир, никто не сможет противостоять нашей силе. Мы можем уничтожить любого, кто встанет у нас на пути. Но для этого нам нужны не только оружие и доспехи из железа. Для этого нам нужны и знания. Знания о мире и о тех, кто живёт в этом мире.

Ордыгай снова замолчал, откинулся на подушки и посмотрел на своих кханов. Кханы тут же снова одобрительно закивали головами и наперебой принялись восхищаться величайшей мудростью Ордыгая.

Вволю насладившись сладкими речами своих приближённых, Ордыгай щёлкнул пальцами. Все тут же смолкли.

– Вот что я решил, – продолжил Ордыгай, – Пришло время, для расширения наших владений. Ты Марткхай, – он указал на одного из кханов левой руки, – Возьмёшь двадцать туч всадников и захватишь большой каменный дом орков. Воинов в бою не жалей, главное захватить большой дом орков, а какой ценой, это не важно. Главное, что это надо сделать быстро, очень быстро. Потом надо будет разобрать их дом по камню и доставить эти камни к большой воде на краю пустыни. Все вещи и оружие из большого каменного дома орков доставить сюда ко мне. Рабов брать как можно больше, они нужны моему кханству. Орки очень сильны и выносливы, они будут хорошими рабами. Если ты справишься, то ты станешь кханом моей правой руки, у тебя будет ещё больше жён и вещей и несколько шатров для твоей большой семьи. Если нет, то пеняй на себя, ты будешь казнён.

Марткхай вжал голову в плечи и согласно закивал.

– Ты, Джаркхен, – Ордыгай указал на одного из кханов правой руки, – Возьмёшь пять туч всадников и десять туч работников и отправишься к большой воде на краю пустыни. Все рабы орки и люди, а также все камни из большого дома орков и с других земель, будут поступать к тебе. Ты будешь рыть песок и вести ко мне сюда большую воду. По дороге ты будешь ставить большие каменные дома как у орков, с высокими стенами и большими башнями, чтобы защищаться там от халдов на больших летающих чудовищах.

– Ты, Улугдэй, – обратился он, ко второму кхану правой руки, – Возьмёшь тридцать туч всадников и мимо орков пойдёшь к другим людям в новые земли. Мне нужны камни, деревья и даже земля, мне нужны все новые вещи из других земель. Мне нужны люди, которые умеют делать то, что не умеем делать мы. Мне нужно видеть и слышать всё то, что ты увидишь и услышишь!

А ещё я хочу видеть шаманов из других земель. Если ты приведёшь ко мне хотя бы одного живого шамана других людей, я щедро награжу тебя. Мне нужно как можно больше рабов и женщин из других земель. Особенно женщин.

Для доставки всего, что я назвал, ты возьмёшь ещё пять туч всадников. Всех женщин будешь доставлять сразу ко мне, если хоть одну пленную женщину тронут воины, то ты лишишься головы.

Улугдэй без страха, но с готовностью почтительно поклонился.

Ордыгай довольно хмыкнул. Он ценил Улугдэя, как толкового исполнителя и советника.

Улугдэй преклонялся перед умом Ордыгая, он умело заискивал перед великим кханом и дорожил полученной от него властью. Он не допускал даже маленьких ошибок и всегда точно и пунктуально выполнял все приказы Ордыгая.

– Ты, Артсай, – обратился Ордыгай к следующему кхану левой руки, – Возьмёшь десять туч всадников и отправишься в другую сторону. В сторону гор и степей. Мне нужны знания о той земле, которую я хочу забрать, а я хочу забрать все земли, до которых только смогут дойти мои воины! Ты не будешь вступать в большие бои, пока твоё дело это добывать мне знания. Ты должен узнать как можно больше о той земле и о тех, кто живёт там.

Ордыгай замолчал и протянул руку в сторону наложницы, та с готовностью подвинула к нему блюдо с конским мясом. Кханы молча ждали, пока их повелитель пережёвывает мясо. Прожевав конину, Ордыгай вытер жирные пальцы об одежду и продолжил:

– Вы все будете присылать мне сюда всех увиденных животных, все новые предметы и вещи. Каждое новое услышанное слово и описание того, что оно означает, вы будете присылать мне отдельно с самыми быстрыми всадниками. Я хочу знать и видеть всё, что знают и видят другие люди. Но хорошо запомните главное. Никогда не может быть много земли, камней, рабов и новых вещей. Мне нужно всё то, чего нет у нас. Но первого, кто доставит мне сюда шамана, я награжу щедрее остальных. А ещё, мне нужны любые приспособления, при помощи которых мои воины смогут захватывать и разрушать большие каменные дома. Приспособления, похожие на те, что видели наши воины в каменном доме орков. И конечно, мне нужны мастера, которые смогли бы управлять такими машинами и которые смогли бы научить этому моих воинов.

За доставку пищи, оружия и лошадей вашим воинам, будет отвечать новый кхан моей левой руки. Я верю, что он не будет повторять ошибки предыдущего кхана, – Ордыгай ткнул пальцем в сторону вновь назначенного кхана. Новый кхан с готовностью поклонился Ордыгаю.

– Если всё сделаете, как я сказал, то будете вознаграждены мною, а если нет, – Ордыгай нахмурил брови. Кханы, вжав головы в плечи, заулыбались и согласно закивали, снова наперебой восхищаясь его мудростью, щедростью и величием.

– Даю всем на подготовку десять солнц. Через три солнца каждый из вас придёт ко мне и скажет, что ему нужно для того, чтобы исполнить мою волю. Сколько и кому надо воинов, лошадей и сколько понадобиться пищи для воинов и корма для лошадей в ваших походах. Да и вообще, расскажет мне все свои предложения и мысли, связанные с моими приказами. А теперь оставьте меня, я хочу отдыхать.

Кханы вышли. Ордыгай несколько раз щёлкнул пальцами и в шатёр зашёл его евнух, следящий за большим кханским гаремом.

Глава 4.

Вождь орков Барлаг сидел в большом зале старой оркской крепости Кхармунг. Его клан уже очень давно занимал эту крепость, хотя её строили не орки. Это была настолько старая крепость, что с течением времени никто из орков уже не помнил, кто построил эту крепость и кому она принадлежала. Но в давние времена орки заняли пустующую крепость, и она стала домом для этого клана орков. По мере сил и знаний орки всегда ремонтировали древнюю крепость, поэтому крепость была ещё в довольно неплохом состоянии. Порой, для более серьёзных ремонтов своей крепости Кхармунг, они нанимали тёмных гномов. Гномы старательно выполняли свою работу, и древняя крепость оставалась по-прежнему грозной преградой для тех, кто собрался бы захватить её. Но в любом случае орки были легки на подъём, им бы не составило труда бросить свою крепость и пуститься кочевать по степи или даже пустыне. Они так же могли бы уйти в другой клан, у которого тоже была своя крепость с другой стороны небольшой гряды скал. Крепость была немного меньше чем Кхармунг, но стояла на скалах, и вся равнина перед подходами к крепости была усеяна острыми камнями. Перекрыв единственную дорогу к крепости, в два клана они могли бы очень долго держать там оборону против любого серьёзного противника даже, гораздо превосходящего их по численности. А в случае угрозы захвата просто уйти в горы.

Вождь орков уже несколько дней находился в скверном расположении духа. Посланный за людьми песков, небольшой отряд его лучших разведчиков, не вернулся из пустыни. Барлаг отвергал даже саму мысль о том, что они могли быть убиты. Сначала он думал, что они попали в пустынную бурю, которые часто случались в пустыне или угодили в одну из магических аномалий, которые всё ещё встречались в пустыне. Но прождав больше недели, он начал сомневаться. После долгих раздумий, вождь отправил сотню воинов во главе с Лурцигом, на поиски разведчиков и людей песков. Прошла ещё неделя, но от отряда Лурцига не было ни слуху, ни духу.

Барлаг сидел один в большом зале и крутил в руках золотую монету, полученную от людей песков. В зал ворвался Кархог.

– Вождь, наш отряд возвращается, – радостно выпалил он.

Хоть одно утешение, подумал Барлаг вставая. Они оправились на крепостную стену встречать отряд Лурцига.

Поднявшись на стену, Барлаг увидел приближающихся к крепости двух всадников орков.

– И это, по-твоему, отряд? – Зло зарычал он на Кархога.

Кархог с виноватым лицом только пожал плечами, всматриваясь в приближающихся всадников.

– Открыть ворота, – крикнул вождь со стены.

Когда всадники въехали в открытые ворота, там их уже встречали Барлаг с Кархогом.

– Что случилось? Где Лурциг? Где остальные воины? – Злясь, ничего не понимая, размахивая руками и брызгая слюной ревел Барлаг, разглядывая помятых и измождённых воинов.

– Вождь, – сказал один из воинов, спешиваясь, – Мы почти загнали наших коней, Гронг не сойдёт сам с лошади, он тяжело ранен.

Барлаг подал знак и несколько стражников бросились снимать с коня второго воина, который из последних сил еле держался в седле.

– Люди песков, их много, они идут, мы нарвались прямо на них, их было несколько тысяч! – тяжело дыша сообщил воин.

– Что? – взревел Барлаг, – О каких тысячах ты говоришь Рхарг? У тебя солнечный удар или какая-нибудь пустынная болезнь? Я спрашиваю, где Лурциг и остальные воины?

– Они все убиты! Мы с Гронгом еле спаслись. Люди песка идут на Кхармунг, мы обогнали их не больше чем на несколько часов.

– Расскажешь всё по порядку, с самого начала и со всеми подробностями, – снова заорал на воина Барлаг, – Немедленно позвать в главный зал Ширгата и Гостмога. Выслать вперёд разведчиков. Удвоить стражу на стенах, – брызгая слюной и скрипя клыками бесновался вождь орков.

Кархог кинулся выполнять его приказы. Когда в зале все собрались, оркский воин начал сбивчиво рассказывать.

– Лурциг повёл нашу сотню в пустыню, в том направлении, куда ушли наши разведчики. Несколько дней мы не видели никаких следов. Ветер быстро заметает в пустыне следы.

Наконец наш передовой дозор заметил впереди нескольких всадников. Лурциг погнал всю сотню в погоню. Наши лошади сильнее и быстрее маленьких лошадей людей песка, но они не так быстро передвигаются по пескам. Когда мы уже почти настигли всадников, мы подскакали к большому бархану, за которым скрылись люди песка, но тут, прямо сверху, на нас потекла целая лавина их всадников. Сначала нам показалось, что их всего несколько сотен.

Храбрый Лурциг повёл нас в атаку. Мы убивали спускающихся на нас всадников направо и налево, наши бердыши были красными от крови, песок перестал впитывать кровь, так её было много. Но лавина людей песков не убывала, они буквально смели нас с бархана и окружили. Они засыпали нас кучей стрел. Их воинам не было числа, их было несколько тысяч, никак не меньше. Когда от сотни осталось не больше двадцати воинов, Лурциг приказал всем прорываться. Оставшиеся воины пошли на прорыв, но лишь мы с Гронгом смогли прорваться через толпы людей песков. Я сам видел как погиб Лурциг и больше из наших воинов больше никто не выжил.

– Ты сказал, что их было несколько тысяч? – перебил его ошарашенный таким рассказом Барлаг.

– Вождь, мы не считали их воинов, но прорвавшись, я оглянулся, их лавина ещё продолжала стекать с большого бархана. Мы убили не меньше шестисот их воинов.

– Всего лишь один к шести? Как они вообще могли убивать моих воинов? – Снова взревел Барлаг, – Эти хилые и ни на что не годные существа с костяными стрелами! Как ты смеешь называть этих червяков – воинами? Сотня орков должна была размазать по пескам целую армию этих слабаков, если у них, конечно, была бы армия! Но у них нет никакой армии! Откуда вдруг у них могло появиться так много воинов? Ты случайно не перепутал их с халдами?

Воин отрицательно махнул головой.

– Нет, вождь. Это были не халды, это были люди песков.

Барлаг недовольно замолчал и обвёл глазами свой совет. Все молчали, переваривая рассказ оставшегося в живых воина.

– Что скажете? – Наконец спросил вождь.

Старший сын Ширгат поднялся и заговорил:

– Никогда в пустыне не было много людей песков. Они слабы и немощны, это знает любой орк, но то, что мы тут услышали, повергает меня в недоумение. Может, в этом виновата какая-то неизвестная магическая аномалия, которые всё ещё встречаются в пустыне. Может попав в неё, их воины не погибли, а преумножились? Может нам стоит временно оставить крепость?

В зал вошёл воин и обратился к Барлагу:

– Вождь, прибыли разведчики.

– Зови их сюда немедленно! – Приказал Барлаг.

Доклад разведчиков был краток. К крепости Кхармунг приближается огромная армия воинов. Через пару часов они будут тут.

Сколько у нас воинов? – Ошарашено обратился Барлаг к Гостмогу.

– Ваш младший сын Сулгук повёл большой отряд в наём к шондерийцам. У них какой-то мелкий пограничный конфликт с тоскарцами. С ним около сотни воинов. Ещё пятьдесят воинов с Крапахом на добыче мяса. Сейчас в крепости не собрать больше трёхсот воинов.

– Послать самых быстрых гонцов за Сулгуком и Крапахом, немедленно послать за помощью в соседний клан. Всем остальным встать на защиту стен. Приготовить крепость к осаде. За такое короткое время мы не успеем собраться и покинуть крепость, а оставлять людям песков всё то, что есть в крепости, я не собираюсь. Посмотрим, к нам ли в гости вообще идут эти ничтожества.

Барлаг стоял на крепостной стене и вглядывался в приближающийся столб пыли. Через час, огромное войско всадников растеклось вокруг крепости.

– Да у них тысяч пятнадцать воинов, если не больше, – удивлённо таращил глаза Кархог.

А тем временем всадники людей песка продолжали прибывать и окружать крепость.

– Откуда они взялись? Как такое вообще может быть? – Барлаг скрежетал клыками от ярости и непонимания происходящего.

– Я не вижу ни лестниц, ни таранов, ни осадных машин, как они собираются брать крепость? Они даже не разбивают лагерь, как они собираются нас штурмовать? Наши стены в три роста орка, не перепрыгивать же стены они собираются, – недоумевал Гостмог.

Несколько тысяч всадников спешились и без всякой подготовки пошли на крепостные стены сразу с нескольких сторон. Лучники орков открыли огонь, но несмотря на большие потери, люди песков бежали к стенам даже не пытаясь прикрыться. Орки метали топоры, копья и дротики, но это не останавливало толпу нападавших воинов, их было слишком много. В воздух взвились сотни тонких цепей с крюками, каждый воин неприятеля нёс такую цепь. Орки принялись сталкивать со стен большие камни и лить на нападающих кипящую воду и смолу.

– Это же наши цепи, как же так? Но мы же продали им всего пару десятков таких цепей, откуда их могло взяться так много? – Проносились мысли в голове ошарашенного Барлага.

Лучники орков взяли бердыши и принялись рубить цепи, отчаянно колотя по краям стены и высекая из неё искры. Всадники людей песков приблизились к стенам на расстояние выстрела. И вот уже тысячи стрел, которые лучники врага не жалели, взвились в воздух. У орков появились первые потери. Орки, под градом стрел, прикрывали друг друга щитами и продолжали без устали рубить цепи с крюками. Одна из стрел вонзилась в плечо воина, стоящего рядом с Барлагом. Вскрикнув, воин вырвал её из плеча и хотел отбросить в сторону.

– Стой, – воскликнул Барлаг, – Дай мне эту стрелу.

Воин протянул ему стрелу. Кархог тоже подобрал стрелу, отскочившую от зубца стены, к его ногам и протянул её вождю.

Барлаг стоял и тупо смотрел на стрелы в своих руках. Не на корявые стрелы людей песков, с костяными наконечниками, а на их собственные, орочьи стрелы, только меньшего размера. Те самые стрелы, несколько сотен которых, они сами и делали по заказу людей песков.

Внезапная мысль поразила вождя орков.

– Срочно Ширгата ко мне! – Взревел Барлаг. Кархог со всех ног бросился за Ширгатом.

Бой затих. Люди песков отошли от стен. Под стенами Кхармунга остались лежать больше тысячи убитых воинов. Потери же орков были совсем незначительны.

Гостмог подошёл к Барлагу:

– Они перегруппировываются, сейчас снова пойдут на штурм. Посмотри туда вождь, – продолжил он, указывая рукой в сторону от крепости.

Вдалеке, насколько хватало глаз, к небу столбом поднималась большая туча пыли. Пыльное облако поднималось высоко и его хорошо было видно.

– Я не орк, если это не ещё одна такая же армия. Ну, или это какое-то пустынное наваждение, – Гостмог невесело усмехнулся, оскалив свои клыки и посмотрев на Барлага, – Вся наша надежда на стены, если они прорвутся внутрь, то нам не выстоять, их слишком много. Смотри вождь, они быстро учатся.

Люди песков снова пошли на приступ, лучники орков снова открыли стрельбу, но теперь каждый атакующий воин нёс над собой небольшой круглый щит, прикрываясь им от стрел. Снова в воздух взлетели сотни цепей с крюками. Снова всадники людей песка приблизились к стенам и в воздух полетели тучи стрел. Подошли Ширгат с Кархогом.

– Держать стены до последнего! – рявкнул Барлаг и уже тише обратился к Ширгату, – Сын мой, ты возьмёшь эти стрелы и монету, – заговорил он, протягивая всё это ему, – И отправишься к эльфам. Да, да, ты не ослышался, – остановил он пытавшегося его перебить Ширгата, – Именно к эльфам! Ты расскажешь им всё, что тут произошло и отдашь это им.

– Кархог, – обратился Барлаг к начальнику стражи, – Приготовить всех лошадей, какие только есть в крепости, надо посадить на них всех детей и женщин. На тех лошадей, что останутся, сядут воины отряда Ширгата. Они все будут прорываться с западных ворот. Гостмог, ты будешь командовать у ворот. Всех остальных, кто может держать оружие, на стены!

Бой местами уже кипел на стенах крепости, когда Барлаг закончил свои распоряжения. Орки отчаянно сопротивлялись, но в нескольких местах их уже теснили с крепостных лестниц вниз. Камни покрылись кровью, на них с трудом можно было стоять. Воины песков заваливали своими трупами все проходы, но продолжали напирать. В этих местах, оркам практически невозможно было снова подняться на стены.

Сопротивление на одной из лестниц было сломлено, атакующие хлынули внутрь крепости, большая толпа захлестнула двор у ворот. Барлаг с группой воинов кинулись к воротам, но было уже поздно, в открытые ворота ворвались всадники. Сразив пятерых противников и разметав ещё с десяток воинов, Барлаг упал, пронзённый десятками стрел.

Через западные ворота с боем вырвался отряд Ширгата. Орки, под руководством Кархога, дрались отчаянно, прикрывая отход своих детей и женщин, но силы были слишком неравны. Вскоре все защитники, прикрывающие отход отряда Ширгата были убиты.

Крепость Кхармунг пала.

Глава 5.

Первая пограничная Лавадийская крепость и расположенный возле неё городок, были взяты песчаниками почти мгновенно. Их всадники хлынули на равнины Лавадии, сметая на своём пути замки лавадийских баронов, а также небольшие городки и селения. В пустыню, нескончаемым потоком, потянулись большие караваны, доставляя Ордыгаю рабов, животных и захваченное добро. Захваченных женщин вели отдельно от остальных рабов и под более строгой охраной. Каждое новое, услышанное и узнанное слово неслось к великому кхану с самыми быстрыми всадниками.

Король Лавадии – Стонисан, не медлил, когда узнал о захвате пограничной крепости и разорении крупного города Солмарн и нескольких небольших городков и селений. Его шеститысячное войско под предводительством самого короля, вышло из Эндиоры, столицы Лавадии, навстречу захватчикам. Все пять высших боевых магов королевства шли вместе с войском.

В столице остался наследный принц Малик с двухтысячным войском. В старую портовую крепость Вентерион были отправлены гонцы, оттуда в столицу должны были немедленным маршем выйти две трети гарнизона, около восьмисот человек.

Изначально, король Стонисан хотел отозвать в Эндиору и часть гарнизона из большой крепости Тиррел, стоящей на границе с Тангорой. Крепость была названа в честь короля Тиррела первого, прадеда ныне царствующего короля Стонисана. Гарнизон этой мощной крепости насчитывал порядка полторы тысячи человек.

Но разрозненные сведения о численности армии неизвестных захватчиков, полученные от немногочисленных беженцев, которые смогли добраться до столицы, смутили короля. Непонимание всей угрозы нависшей над королевством и было главной ошибкой короля Стонисана.

Поэтому, подумав, король отказался от этой мысли, решив, что если он оголит границу с Тангорой, это может послужить шагом к нападению на их границы тангорийской армии. А воевать на два фронта у короля не было никакого желания. Он решил, что его армии, вполне по силам справиться с неизвестным врагом, посмевшим посягнуть на его королевство.

На Тронгольдской равнине, возле города Тронгольд, две армии встретились. На шеститысячное войско короля Стонисана вышло больше тридцати тысяч всадников кхана правой руки, Улугдэя. Остальное его войско доставляло награбленное к Ордыгаю.

Улугдэй, как и приказал ему Ордыгай, не собирался беречь воинов, он знал, что к нему от великого кхана идёт ещё десять туч всадников в подкрепление. Его расчёт был прост. Он не был искушён в военной стратегии, но он уже знал о падении Кхармунга и о том, как именно он был взят.

Поэтому он, без долгих раздумий, выдвинул вперёд двадцать тысяч всадников и пошёл в атаку прямо в лоб армии Стонисана. Улугдэй решил учиться по ходу боя.

Его всадников встретил треск магических молний, полегло больше тысячи его всадников, но конная лавина сократила расстояние. Тогда навстречу всадникам песчаников выехали две тысячи конных лавадийских рыцарей. Всадники сшиблись. Военная выучка и мощь лавадийских рыцарей позволила им глубоко вклиниться в конную лавину песчаников, сея смерть в их рядах. Но войско песчаников было огромно, тяжёлые конные рыцари стали вязнуть в массе врага. Рыцари повернули назад. Им в спины взлетели тысячи стрел и дротиков. Лишь чуть больше восьмисот конных рыцарей вернулись в пехотные порядки армии Стонисана. Но на поле сечи остались лежать более шести тысяч песчаников.

Оставшиеся тринадцать тысяч всадников, вновь пошли в лобовую атаку и снова маги выкосили больше тысячи атакующих всадников, пока те добрались до пехотных порядков лавадийцев.

Стонисан оставил три сотни рыцарей для охраны своей ставки, а пять сотен отправил для удара в левый фланг, но Улугдэй заметил этот манёвр и тут же отправил пять тысяч своих всадников, стоящих в резерве, на левый фланг. Едва начав теснить левый фланг атакующих песчаников, лавадийские рыцари были атакованы пятью тысячами всадников. Рыцари дрались отчаянно, но были рассеяны и уничтожены. Оставшиеся три тысячи всадников песчаников примкнули к основным атакующим силам.

Пехотные лавадийские части при поддержке армейских магов, вначале успешно оборонялись. Уперев копья древками вниз и выставив их вперёд, они встретили лавину песчаников. Больше часа они сдерживали натиск песчаников, но многократно превосходя их числом, всадники продолжали напирать. Они снова и снова озверело бросались на лавадийские пехотные порядки. При этом из-за спин атакующих всадников по пехоте шёл непрерывный обстрел из луков, собирающих свою немалую кровавую жатву в рядах защитников.

Наконец Улугдэй решил ввести свой последний резерв. Пять тысяч всадников, стоящие вне видимости врага, сделали большой крюк и зашли в левый фланг лавадийской пехоте. Предварительно обстреляв пехоту из луков и закидав дротиками, всадники пошли в атаку.

Меньше чем через полчаса, порядком поредевшие пехотные порядки левого фланга дрогнули и покатились назад. Часть всадников ударила в оголившийся бок центра армии. Остатки пехоты в панике попыталась беспорядочно отступить. Это был полный разгром, уже ничто не могло остановить лавину всадников Улугдэя. Ставка Стонисана была просто сметена ими, король был убит, передвижные деревянные башни, с которых били маги, были опрокинуты, все маги были уничтожены. Армия песчаников, без остановки, прямо с хода, на плечах отступающей армии, ворвалась и захватила не сильно укреплённый город Тронгольд.

После боя, кхан Улугдэй казнил каждого воина, который находился рядом с магами и не остановил их убийство. Он так хотел угодить Ордыгаю и доставить к нему хотя бы одного мага, чтобы получить большую обещанную награду. Великий кхан очень просил всех кханов об этом и Улугдэй стремился угодить ему первый. Поэтому преданный Ордыгаю кхан страшно разгневался, узнав об убийстве магов. Он публично казнил больше сотни своих воинов.

Победа далась песчаникам слишком высокой ценой, от тридцатитысячного войска осталось чуть больше шести тысяч. Но Улугдэй не останавливаясь, двинулся к столице. Он не собирался брать столицу приступом, он хотел всего лишь расположиться рядом, дождаться подкрепления от Ордыгая и начать штурм.

Но подойдя к столице, Улугдэй изменил свои планы. Он оставил у столицы тысячу всадников, а сам обошёл Эндиору и направился в сторону Вентериона. По дороге он начисто разбил спешащий в Эндиору вентерионский гарнизон, потеряв при этом лишь около полторы тысячи всадников.

В этот раз он не атаковал сразу в лоб, а лёгкими наскоками осыпал, занявших боевые позиции вентерионцев, стрелами и дротиками. Его всадники кружили вокруг занявшей оборону пехоты, среди которых было совсем мало лучников. Затем, изрядно проредив их ряды, Улугдэй ударил всей силой сразу. Поредевшие пехотные строи не выдержали удара и были разбиты.

Подумав, кхан подтянул к себе три тысячи всадников, из оставленных для доставки награбленного и почти всю тысячу всадников от столицы, оставив там лишь три сотни всадников.

Затем, Улугдэй с почти восьмитысячным войском осадил Вентерион и взял его, потеряв больше половины своего войска. Гарнизон Вентериона яростно сопротивлялся, но сил для обороны всей протяженности стен не хватило и храбрый гарнизон крепости пал. Песчаникам досталась крепость Вентерион и прилегающий к ней небольшой город с одноимённым названием.

Вернувшись к столице, кхан снова оставил в её предместьях тысячу всадников, разбив их на несколько манёвренных отрядов, а сам с остатками войска принялся безраздельно грабить лавадийские земли и дожидаться подхода обещанного подкрепления.

Принц Малик, получив известия о поражении на Тронгольдской равнине, попытался навязать бой оставшимся у столицы всадникам, но те, следуя приказу Улугдэя, отходили и не вступали в схватку.

Принц, так и не дождавшись подкрепления из Вентериона и опасаясь подхода помощи к захватчикам, принял решение оставить столицу. Под защитой его двухтысячного войска, беженцы и жители столицы, отступили к таурумским границам, под прикрытие таурумской крепости Брондхольм.

Столица Лавадии – Эндиора досталась Улугдэю практически без боя. Он благоразумно не стал преследовать Малика с его армией и частью мирных жителей столицы, боясь потерять остатки своего войска. Улугдэй спокойно принялся за разграбление Эндиоры, отправив за Маликом лишь несколько крупных отрядов, которые не вступали в большие бои, а лишь редкими и быстрыми наскоками терзали огромный, растянутый обоз с мирными жителями.

Вскоре к Улугдэю на помощь подошло около пятнадцати туч всадников, обещанных Ордыгаем. Кхан сразу выдвинул больше восьми тысяч свежих всадников к крепости Тиррел, но дойдя до крепости, он так и не решился штурмовать столь мощную крепость с большим гарнизоном.

Войско песчаников вновь вернулось к столице и из города потекла нескончаемая река всадников и повозок, которые доставляли великому кхану Ордыгаю рабов и награбленное имущество. Добыча песчаников была просто огромна.

Большую часть войск Улугдэй задействовал на доставке немыслимого для песчаников богатства. Остальная часть войск песчаников, растеклась по всей Лавадии, безжалостно грабя и разоряя практически беззащитные городки и деревни. Были захвачены в плен тысячи мирных жителей. Кхан Улугдэй был очень доволен собой, огромная добыча досталась его войску. Ордыгай будет очень доволен.

Получив от разведчиков донесение о том, что остатки лавадийской армии и мирные жители дошли и разбили огромный лагерь под стенами таурумской крепости, Улугдэй, надеясь на лёгкую добычу, выдвинул туда почти пять тысяч всадников. Но дойдя до Брондхольма, всадники развернулись, не решившись вступить в бой. В помощь остаткам лавадийской армии, на защиту лагеря беженцев вышло около тысячи пехотинцев таурумского гарнизона. Объединившись с остатками армии принца Малика, они были готовы принять бой. Но у песчаников был чёткий приказ, не вступать в бой с большими силами. Песчаники отступили, присоединившись к грабежу королевства.

Чуть больше чем за неделю, большое и сильное королевство Лавадия практически перестало существовать.

Глава 6.

Ордыгай наслаждался победами и как ребёнок радовался новым знаниям и новым вещам, земле, камням, животным, растениям и деревьям. Всем тем богатствам, которые доставляли к нему. Он развлекался с новыми животными, некоторых из них он выпускал в пустыню и его люди наблюдали, как те ведут себя в песках.

Но сильнее всего, Ордыгая конечно же привлекали новые рабы и ещё больше новые рабыни. Он не ленился лично осматривать каждую из них и уделял этому большое количество времени. Понравившиеся ему женщины отправлялись в его гарем, не очень понравившиеся к кханам обеих рук, а остальные девушки и женщины, отправлялись на утеху его воинам.

Причём Ордыгай издал указ, в котором женщинам давался выбор, либо выйти замуж за пожелавшего этого воина, либо идти на утеху всей многочисленной армии. Поощряя такие браки, Ордыгай решил проблему вливания свежей крови в своё огромное королевство.

Сегодня гонец доставил Ордыгаю интересную весть, с ним хотят заключить союз. Люди королевства Тангора и какие-то тёмные гномы, хотят говорить с ним, а это значит, что его боятся и принимают во внимание. Он понимал, что на начальном этапе покорения всего мира, ему нужны хорошие и сильные союзники, но он был доволен, что не ему самому пришлось искать их, а они сами нашли его, поэтому Ордыгай был очень доволен этому известию. Он был в лучших условиях и мог спокойно поторговаться со своими новыми союзниками.

Через несколько дней в ставку Ордыгая прибыли посланники гномов из клана Черноголовых. Они предложили свои услуги в строительстве крепостей для Ордыгая. Уже зная, что гномы непревзойдённые мастера при работе с камнем, Ордыгай даже не стал торговаться, он просто сразу предложил столько золота, сколько будет весить каждый работник на строительстве его крепостей. Славящиеся своей тягой к золоту гномы, были просто ошарашены от такого неслыханного предложения и без всяких торгов сразу согласились и получили несколько сундуков золота авансом.

Что бы показать, насколько он богат, Ордыгай подарил всем прибывшим для переговоров гномам несколько золотых украшений и разных безделушек. Гномы пришли в полный восторг и заверили Ордыгая, что строительные работы начнутся незамедлительно и у него будет множество строителей и это будут самые лучшие каменщики Айнона. Довольные переговорами стороны распрощались.

Вскоре прибыли и посланники из Тангоры. Барон Ронгзельд со свитой. Этот приём, как и приём гномов, Ордыгай обставил со всей пышностью и помпезностью, на которую он только был способен. Так же, как и гномов, ему очень хотелось удивить этих людей своим богатством, силой и властью. Он встретил послов в новой одежде, которую ему в срочном порядке пошили захваченные в одном из городов Лавадии портные. Ордыгай приказал лавадийским портным сшить для него что-нибудь лёгкое и удобное, но при этом красивое и богатое, чтобы каждый, кто увидит Ордыгая, понимал, что перед ним великий кхан. Новая одежда Ордыгаю понравилась, он даже наградил и освободил портных, однако запретил им покидать его большой лагерь, который вскоре должен был стать его главным городом, столицей его большого кханства. Несколько портных приняли своё незавидное положение в плену и открыли мастерские. Они принялись обшивать кханов и военачальников Ордыгая. У них было множество заказов и от кханских гаремов и даже от простых воинов.

На Ордыгае были широкие шёлковые шаровары светло-серого цвета, шёлковая рубашка свободного покроя, с широкими рукавами в цвет шаровар. Расшитый золотыми нитями шёлковый халат небесного цвета и белоснежный шёлковый платок на голове, который держался за счёт массивного золотого обруча, украшенного драгоценными камнями.

Глава тангорийского посольства барон Ронгзельд был одновременно и удивлён и шокирован приёмом. Абсолютная безвкусица и роскошь, немыслимо сочетались, как в самом Ордыгае, так и во всём том, что его окружало. После основного приёма, на котором присутствовали кханы Ордыгая и советники барона Ронгзельда, барона пригласили на обед к самому Ордыгаю уже без свиты.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.