Тигрис Рафаэль
Клон моей жены

Рональд рано овдовел так и не успев народить с женой детей. Сперва у супругов намечался карьерный рост – он был преуспевающим врачом, а жена юристом. Потом они начали копить на уютный семейный очаг. Ну если родятся детки, не жить же им в односпальной квартире по найму? А чтобы купить приличный дом, хотя бы в кредит, нужны стартовые приличные средства, причём чем больше сумма аванса, тем меньше будет кредитное бремя. Короче, всё как у людей среднего класса.

Потом настал черед поиска жилища. Они с женой долго его выбирали, наконец, остановились на двухэтажном доме с маленьким двориком и бассейном на южной стороне. Дом находился на заново отстроенной улице в силу чего не все дома ещё были заселены. Супруги начали переезд. Самым первым в новый дом привезли рояль для жены. Ведь только она и умела на нём играть. Сам Рональд, хотя и был способным человеком, однако в детстве его музыке так и не обучили. Не потому что пожалели средств, вовсе нет, а потому что родители посчитали, что учить ребёнка, заведомо, не имеющего музыкальных талантов, играть, предположим, на скрипке – это потерянное детство.

Но зато жена его играла классно и самое главное вдохновенно. Вот уж кого были музыкальные способности, то это у неё. В квартире по найму у неё не было возможностей, и потому как только в новый дом привезли из музыкального салона сверкающий рояль, она тут же села играть своего любимого Шопена.

Шопена надо играть либо виртуозно, либо никак. Пальцы жены забегали по клавишам быстро, быстро, направо, налево, а обе ноги внизу умело педалировали и разлилась в воздухе необжитого дома бессмертная «Экспромт-фантазия» гения Шопена. Рональд с восторгом слушал, попутно примеривая на кухне куда поставить технику: плиту, холодильник, посудомойку и пр.

Вдруг беготня по клавишам прервалась и рояль начал издавать неправильные звуки, как- будто это не его искусная жена играла, а кто то начинающий и не умелый.

– Что случилось, дорогая? – забеспокоился Рональд и прошёл в гостиную.

– Ой, не знаю. Что-то левая рука отстаёт. В обыденной жизни особо не ощущалось, а вот при игре на рояле становится проблемой. Наверное отвыкла после длительной паузы.

– Конечно отвыкла. Ты же долго не музицировала, вот и отвыкла. Но ничего, теперь то уже будешь частенько играть и радовать меня.

Жена встала и тут только Рональд заметил, что пальцы на левой руке неестественно скрючились.

– Ну вот видишь – пальцы от непривычного напряга не могут разогнуться.

Тогда они не придали этому значения. Но очень скоро к скрюченным пальцам прибавилось непроизвольное дрожание мышц левого плеча. Вот тогда то супруги и навестили невропатолога, в надежде, что тот пропишет кое какие витамины, физиотерапевтические процедуры и на этом всё обойдётся. Но не тут то было.

После долгого осмотра и постукиванием молоточком взгляд доктора становился всё серьёзней. Потом он спросил:

– Вы болели когда – либо желтухой?

– В раннем детстве да. Но легко. Настолько легко, что теперь даже и не припомню подробностей.

Доктор начал выписывать анализы и направления на медицинские исследования.

– Вот, пройдёте эти обязательные процедуры и снова ко мне.

– Доктор! Что-то серьёзное?

– Пока не скажу ничего определённого. Окончательный вывод будет после исследований.

Вывод был просто ужасным. У жены диагностировали БАС – боковой амиотрофический склероз. Это малоизученное нервное заболевание с почти 100% смертельным исходом. Причины – неизвестны, лечение тоже. До сих пор современная медицина не может дать внятный ответ почему и по какой причине в основном у лиц женского пола в достаточно молодом возрасте от 30-40 лет начинается атрофия всех периферических нервов. Мышцы тела, утратив контроль со стороны нервной системы подвергаются атрофии и не выполняют свои функции. Человек обессиленный оказывается в инвалидной коляске, затем начинаются проблемы с дыханием, реанимация и смерть.

Не трудно догадаться, что болезнь перевернула жизнь супругов вверх дном. Теперь никто не задумывался ни о карьере, ни о доме, ни тем более о детях. Полностью поменялись их жизненные ценности. Цель была одна – бороться с неизлечимым недугом, чтобы как то жить. Все силы и средства были потрачены на это. Но, увы безрезультатно. При таком диагнозе не помогло ничего. -ни генная инженерия, ни чудеса современной трансплантологии, ни прочие высокоразвитые медицинские технологии не могли изменить ход страшного недуга.

Как то раз они были в морском круизе и среди пассажиров встречались инвалиды в коляске. Среди них Рональд, как врач, подметил некоторых с диагнозом – БАС. Сейчас он подумал, что может подобные круизы помогают больным и может они с женой повторят морское путешествие. Но, увы, болезнь быстро прогрессировала. Жена Рональда таяла на глазах и очень скоро её жизнь зависела только от работы аппарата искусственной вентиляции лёгких.

– Рони, моя любовь! Обещай, что будешь часто слушать музыку Шопена, и кто бы ни исполнял её, ты всё равно будешь меня вспоминать.

Это были её последние слова.

Похоронив жену Рональд вернулся в старую съёмную квартиру. Было бессмысленно одновременно платить за её аренду и погашать кредит нового дома, но с того злополучного дня и до самой смерти жены он так и не осмелился переступить порог нового жилища. Там стоял тот злополучный рояль, этот символ их беды, клавиши которого помнили только одно – прикосновения пальцев её незабвенной супруги.

Одиночество сильно угнетало Рональда. Он буквально не мог найти себе места.

– Я сегодня заеду за тобой, Рони. И мы прогуляемся. И не смей отказываться. Заеду и всё. Это не обсуждается.

Эдвард был его давним другом ещё с университетских времён. Хирург по специальности они работали в одной и той же клинике.

– Прошло уже 40 дней, а жизнь как ты убедился, продолжается. Так что не хорони себя заживо.

Друзья сидели в уютном пабе и потягивали прохладный эль.

– Всё. С сегодняшнего дня ты опять входишь в прежнюю колею.

– Без неё это невозможно. В её отсутствии я даже не могу переехать в новый дом.

– Ну и напрасно. Я тебя понимаю. Ведь тебя не столько тоска гложет, сколько внезапно нагрянувшее одиночество.

– Возможно ты и прав.

– А раз так то тебе нужно найти новое живое существо.

–Кого? Заменить кем то жену я не представляю.

– Собаку заведи.

– У меня аллергия на собак.

– Тогда кошечку, породистую естественно.

– Ненавижу кошек.

Эдвард замолк, исчерпав себя, но потом спохватился и сказал:

– Слушай! Сейчас генная инженерия творит чудеса.

– И что ты предлагаешь?

– У тебя ведь остался генетической паспорт жены?

– Ну остался.

– Ты слыхал про фирму «Нюмен?

– Слыхал. Она с помощью генной инженерии может клонировать людей.

– Основное предназначение фирмы «Нюмен» это создание органов человека, которые в силу тех или иных заболеваний подлежат замене. Подобные фирмы поставили точку на криминальной практике торговли людьми с целью продажи их органов, а вместе с этим отпала надобность в «чёрных» хирургах, которые были замешаны в этом деле.

– А разве клонирование человека не противозаконно?

– Безудержно двигающийся вперёд научно-технический прогресс не остановит ни мораль, ни закон. В не далёком прошлом транспортом управляли шофера, пилоты, судоводители. Теперь они канули в лету, теперь всем этим управляет искусственный интеллект. К тому же законом запрещено клонировать живого человека. А вот человека, который уже не существует разрешается. Так что тебе и флаг в руки, дорогой Рони.

– И ты предлагаешь сконструировать робот моей жены? Чушь собачья!

– А говоришь на собак у тебя аллергия, – засмеялся Эдвард, – ладно, пойдём туда вместе.

–Нет. Ни за что. И потом я слыхал, что там заоблачные цены.

– У тебя есть средства. Они и в кредит работают.

– Нет Эдвард. Кредит на покупку дома – это я ещё понимаю, но вот жену в кредит – это полный нонсенс. И давай прекратим этот бессмысленный разговор.

Уже по дороге домой в беспилотном такси Рональд размышлял:

«Эдвард прав! Мне нужно отвлечься. Не развлечься, а именно отвлечься. А там посмотрим, время лучший доктор».

Проезжая по хорошо освещённым улицам, Рональд поймал себя на том, что взгляд его цепляется за яркую рекламу на которой было написано огромными буквами «Нюмен – ваш скачок в будущее».

Рональду вдруг стало очень тоскливо и он почувствовал, что вовсе не хочет ехать в свою набившую оскомину съёмную квартиру, где всё напоминало о его жене. Он быстро повернулся и стал набирать на бортовом компьютере новый адрес конечного маршрута. Кончив набор, он уже хотел нажать на кнопку «Ввод», как спросил сам себя:

«Это твоё окончательное решение?»

И тут же ответил сам себе:

«Да! Эдвард прав. Нужна смена декораций»

Подумав так, он уверенно нажал на кнопку «Ввод».

Машина живо отреагировала на изменение маршрута и, развернувшись, помчала единственного пассажира в сторону его нового дома.

Рональд вышел из такси, достал ключи и со вздохом вошёл в совершенно необжитое помещение. Быстро миновав первый этаж с гостиной и роялем, он зашагал наверх в спальни. Снаружи послышались раскаты грома, сверкнула молния и запахло дождём.

«Однако я вовремя приехал. Намечается гроза с ливнем».

Он принял душ и лёг в непочатую постель. На новом месте, тем более в просторном двухэтажном доме не так то просто сразу заснуть, даже будучи очень уставшим. Поворочавшись несколько раз с боку на бок, Рональд упрямо закрыл глаза. В этот момент грянул гром и ударила молния, настолько близко, что ярко осветился весь верхний этаж. Одновременно начал хлестать сильный дождь. Крупные капли вперемежку с градом мощно забарабанили по жестяной крыше, создав такой адский шум, что о сне можно было напрочь забыть. К этому гвалту прибавились жуткие завывания ветра, который проникал отовсюду.

Рональду стало неуютно и жутко. Он, взрослый мужчина, вспомнил свои детские страхи, когда с каждой вспышкой молнии ему мерещились за окном чудовища и драконы.

Рональд вскочил с постели, зажёг свет и подошёл к окну. Гроза с ливнем стали затихать и уже не так страшно шумели.

Рональд решил спуститься на первый этаж и взять из кухонной аптечки снотворное. Но только он направился к лестнице, как, о ужас, ему показалось, что кто то играет внизу на рояле. Да, да он слышал звуки и даже мог различить мелодию.

«Это Шопен»! – Мелькнуло в мозгу и мороз прошёлся по коже. Звучала та самая «Экспромт–фантазия», которую так любила играть его жена. Рональд хотел было спуститься вниз и проверить то, что слышал, но, сделав пару шагов, замер на месте. Внезапный звонок сотового телефона, вывел его из состояния ужаса. Это был Эдвард.

– Ну как ты дружище? Нормально доехал? Эти электронные такси в сильную грозу могут дать сбой и сбиться с курса.

Рональд молчал, будто проглотил язык.

– Алло! У тебя всё в порядке? Ты где?

– Я в новом доме. Хотел сменить обстановку. Но..

– Что-нибудь случилось?

– Тут так не уютно, особенно в эту жуткую грозу.

– Ну ещё бы. Нашёл время. Но гроза уже успокоилась. Можешь спать спокойно.

– Слушай Эдвард! Мне не только гроза мешает.

– А что ещё?

– Рояль заиграла среди ночи?

– Рояль? Ты же там вроде один? А сам играть не умеешь.

– В том то и дело, что один, но рояль заиграла на первом этаже.

– Чушь какая! Это невозможно. Тебе от страха послышалось наверное?

– Ну не знаю. Может и послышалось.

– Слушай, Рони. Давай одевайся и приезжай ко мне. Я сейчас за тобой машину пришлю. Диктуй свой новый адрес.

В то утро Рональд проснулся на квартире у друга.

– И всё -таки что за музыку я слышал в доме? Неужто мне показалось?

– Конечно показалось. Рони, дорогой! Ты понёс невосполнимую утрату, был сильный стресс, перешедший в депрессию. Не мудрено, что на фоне шума грозы тебе послышались звуки той музыки, которая исполняла твоя любимая жена.

– Эдвард! Я не настолько свихнулся, чтобы не отличать шум дождя от мелодии Шопена.

– Ну и кто же по твоему играл на рояли? Кто?

Друзья замолкли тихо попивая утренний кофе.

Тишину нарушил Рональд:

– Это Лилия играла.

– Ты совсем свихнулся? Лилию мы похоронили 40 дней назад.

– Вот именно. После погребения душа усопшего на сороковой день отделяется от тела и устремляется на небеса.

–А потом возвращается в ночную грозу и играет на рояле «Экспромт-фантазию» Шопена? – с иронией сказал Эдвард.

– Эдвард, пойми! Этим она хотела мне что-то сказать! Ну конечно! Это был знак! Как я раньше не догадался? – сказал Рональд и, не обращая внимание на иронию друга, добавил уже решительным тоном, – поехали туда!

– Куда?

– В фирму «Нюмен».

–Ага, решился!

– Решился. Только сперва заедем на съёмную квартиру и заберём генетический паспорт жены.

Генетический паспорт создавался ещё до рождения ребёнка, внутриутробно, на 2 месяце беременности. Делался забор крови беременной и на его основании определялась вся генетика плода. Ещё до родов родители знали о своём будущем потомстве буквально всё, начиная от принадлежности к полу, цвету волос, прочих внешних признаков и кончая наличием, либо отсутствием врождённых болезней, как генетического так и соматического свойства. В течении беременности обсуждался вопрос о полноценности будущего ребёнка. При наличии заболеваний не поддающихся лечению современной медициной, вставал вопрос прерывания данной беременности.

Машина притормозила у вычурного здания с броской вывеской «Нюмен».

– Смелее Рони. Не тушуйся, я рядом.

Они зашли в здание и подошли к симпатичной девушке, стоящей за стойкой регистрации.

– Какого рода услуги вы желаете?

– Клонирование человека, – уверенно ответил вместо Рональда Эдвард.

– Генетический паспорт усопшего и свидетельство его смерти у вас?

– Естественно.

– Нужны ещё банковские карточки.

Рональд дал свою и девушка стала сверять данные в компьютере.

– Всё нормально. Добро пожаловать в Нюмен. Вот список наших услуг и соответствующие цены.

Друзья принялись рассматривать цены.

– Однако! – шутливо произнёс Эдвард.

Но Рональду было не до шуток. Ему предстояла сложная и очень непривычная задача.

Вскоре они сидели в кабинете у сотрудника фирмы.

– Меня зовут доктор Паркер. Я специалист по генной инженерии. То, что вы оба врачи это превосходно, ибо намного облегчит и наше общение и создание требуемого продукта. Надеюсь вы внимательно прочли буклет и знакомы с нашими услугами. Наша деятельность основана на новейших достижениях генной инженерии. Мы можем создать любой орган человеческого организма с целью его дальнейшей имплантации. После генетического подбора, на 3Д принтере мы создаём нужный продукт, тестируем и предоставляем клиенту. Точно так мы собираем уже целый организм и, как вы догадываетесь, последний процесс более долгосрочный, и если на создание одного органа может уйти несколько дней, то для создания целого организма и запуска его в жизнь понадобится несколько месяцев. Ну а с ценами вы уже ознакомились в буклете. Как видите самая дорогая услуга это создание организма на заказ.

Друзья слушали доктора внимательно; Эдвард с любознательным лицом, Рональд озабоченно и с напрягом.

– Итак я вас слушаю.

– Давай, Рони смелее.

Рональд протянул генетический паспорт жены.

– Я желаю клонировать свою усопшую супругу.

Паркер ввёл данные паспорта в компьютер.

– Ваша жена умерла в возрасте 34 лет от бокового амиотрофического склероза.

– Да и в связи с этим я хочу сразу оговорить, чтобы вы исключили это заболевания во вновь создаваемом организме.

– К сожалению это невозможно. На данный момент медицинская наука бессильна ни лечить, ни предотвращать это заболевание. Оно не обусловлено ни генетическими, ни наследственными факторами. Итак внимание на экран. Согласно генетическому паспорту именно таков был внешний облик вашей жены.

На большом экране появилось голографическое 3Д изображение женщины средних лет. Увидев это Рональду стало не по себе и он беспокойно заёрзал на месте. Эдвард заботливо положил руку на его плечо.

– Крепись мой друг. Всё будет нормально.

– Первое, что я хочу у вас спросить -желаете ли вы чтобы клон обладал детородной функцией?

Эдвард вопросительно посмотрел на друга. Тот не колеблясь ответил:

– Да. Желаю.

– Советую обдумать хорошенько. Во-первых цена вопроса от подобного нововведения намного возрастёт, опция воспроизведения – дорогое удовольствие, а во вторых нам придётся минимум лет на 10-12 омолодить вашу жену. Вы сами догадываетесь почему. Цена от этого не увеличится, но, как вы понимаете, это будет уже не тот знакомый вам облик который был у неё перед смертью. Вот примерно такой.

И доктор Паркер посветил светодиодной указкой на экране фигуру женщины лет 22.

Рональд долго всматривался на экран и наконец произнёс:

– Согласен. Пусть будет так.

– Должен вас предупредить ещё об одной проблеме. Она хотя и будет вашей женой, но в этом возрасте может вас просто не признать.

– Что вы имеете ввиду?

– Я хочу сказать, что характер и мотивация поступков будут почти такими же, но на десяток лет моложе.

– Я правильно вас понял? Она будет с тем же характером, с каким была в 22 года?

– Совершено верно. Неужели вы помните какой она была в этом возрасте?

– Увы нет. Мы познакомились четыре года назад.

– Ну тогда вы должны знать, что созданный нами организм вас не узнает. Вы будете для него чужим. Согласны на такой вариант?

– А нельзя увеличить возраст до 30 лет, когда мы с ней впервые повстречались. В этом варианте она меня наверняка узнает?

– Узнает, без сомнений. Но в таком случае опцию детородной функции установить не получится. Наружные половые органы для секса будут, но вот внутренние – необходимые для деторождения- уже нет.

– Это почему?

– Знаете, клонирование человека – крайне щепетильная тема. Совсем недавно она была и вовсе запрещена. Но сейчас это стало возможным, но со строгими ограничениями. Закон запрещает нам клонировать особ женского пола старше 29 лет с детородной функцией Вам как врачам хорошо известно, что яйцеклетки в яичниках стареют вместе с возрастом женщины, а вместе с ними и генетический материал. По статистике у потомства рождённого от женщин после 30 лет по сравнению с двадцатилетними в 2 раза больше бывает хромосомных аномалий. Так что у вас есть выбор; вариант первый – жена лет 30 и старше, без функции воспроизводства, но вас признающая, вариант второй – моложе 29 лет, с возможностью деторождения, но вы будете ей чужим, во всяком случае на первых порах. Это значит, что на первой встрече она вас не узнает.

Друзья переглянулись.

– Рони, дорогой! Ну зачем тебе это деторождение? Пусть будет бесплодна, но зато родная, будете жить как раньше – душа в душу.

– Она всегда хотела иметь детей.

– Ну и что. Тебе дети нужны или твоя жена? Тем более второй вариант намного дороже.

– Дело не в деньгах. Пойми, Эдвард, я хочу, чтобы она была полноценной женщиной. А взаимные симпатии – дело наживное. Я уверен, что мы с ней быстро поладим.

– Ну как знаешь. Тебе виднее. Давайте доктор – второй вариант.

– Отлично. Теперь оговорим прочие детали. Мы можем изъять из организма такие ненужные рудименты как аппендикс слепой кишки, миндалины горла. Сделать поджелудочную железу парным органом, для исключения развития диабета, увеличить толщину боковых мозговых артерий, модифицировать сосуды для предотвращения атеросклероза, увеличить количество коронарных артерий. Это всё опционально входит в базовую услугу. Подобные усовершенствования человеческого организма востребованы на законодательном уровне.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.