Анна Милок
Фея (не) против любви

Пролог

Небо над Светлоградом разрезали яркие всполохи праздничного салюта. Огненные шары взрывались в воздухе на тысячи маленьких разноцветных звезд, чтобы дождем упасть на головы феям. Все жители Светлограда, от мала до велика, высыпали на улицы, поздравляя друг друга, чествуя и празднуя свой самый любимый день. День влюбленных – первая ласточка наступающей весны, тепла и возрождения всего живого.

Но был и еще один повод для веселья горожан – предстоящая помолвка принцессы. Совсем скоро мне предстояло стать женой принца светлых эльфов. Обычно феи не выходят замуж за эльфов. Но я далеко не обычная, а фея любви. Вот только говорить об этом не принято, потому что я большая редкость для своего народа и потому что я большое разочарование для своих родителей. Фея любви без магии… Хороша?

Я облокотилась на резной парапет кованого мостика и глубоко вздохнула. Бабушка говорила, что как только в моем сердце прорастут ростки настоящей любви все изменится. А пока я беспомощней человека, ей-богу.

Нектар лился рекой, жители города встречали радостными возгласами каждый залп салюта, пока очередной из них не взорвался в небе и не осыпался на улицы города конфетти в виде маленьких сердечек. Маленькие феечки порхали в воздухе, пытаясь набрать в свои ладони как можно больше.

Одно такое алое сердечко, вырезанное из лепестка розы, упало и прямо передо мной. Оно легло между моих ладоней, сжимающих парапет. Я подняла голову в небо, которое было сегодня щедро на подарки, на небо, которое для меня было по-прежнему недосягаемо и стукнула кулаком что есть силы, припечатывая злополучное сердце к металлу.

– Терпеть не могу, – крикнула я в сердцах, недоумевая, почему именно меня угораздило родиться с такой особенностью. – Чтобы ты в болоте провалилось! – сквозь зубы прошипела я и скинула алый лепесток вниз.

Покачиваясь на ветру крохотное сердечко медленно летело вниз, а я наблюдала за его полетом, даже не подозревая, что совсем скоро и сама повторю тот же трюк.

Вся сама, целиком и полностью, с руками, ногами и злополучным сердцем, рухну в болото и последнее так там и останется…

Глава 1

Мы летели высоко в небе, холодный ветер хлестал по лицу и норовил сорвать меня с широкой спины дракона. А я, поминая на чем свет стоит последнего, отчаянно пыталась вцепиться в зазубрины на его спине. Фея во мне закончилась еще полчаса назад и сейчас мне казалось, я даже думаю как орк. В том смысле, что ничего приличного в моих мыслях не проскакивало. И как я только могла поддаться на уговоры этой шайки-лейки?! И ведь яркое солнечное утро, а другого и не бывало в Светлограде, не предвещало ничего дурного.

Решив с утра прогуляться, я бродила по ослепительно чистым улицам города, по которым и сказать было невозможно что еще вчера вечером здесь были горы серпантина и конфетти. Феи относились к своему городку, как к настоящей святыне. Здесь каждый домишка был произведением искусства. Маленькие и большие, разноцветные и резные, с покатыми и куполообразными крышами, увитые всевозможной зеленью и блестевшие на солнце ярче драгоценных камней. Феи и гости города, попадавшиеся мне по пути, не обращали никакого внимания на мою венценосную особу. Отчасти потому, что у нас не принято излишнее внимание к членам королевской семьи, а отчасти потому, что стеснялись открыто разглядывать фею без крылышек за спиной.

Но я была не в обиде, мне хотелось побыть одной. Вот только даже в тенистой зелени городского парка мне этого сделать не удалось.

– Ты же не думала, что у тебя получится от нас спрятаться? – с разбегу налетела на меня Злата. Ее зеленое платье, украшенное листвой и зелеными побегами, выдавало в ней наяду.

– Уедешь к своему ушастику и поминай как звали, – поддакнула Агата за ее спиной.

– Не запрет же он меня, – отмахнулась от похожих как две капли воды наяд.

– Будем надеяться на это, – ощерился в улыбке Гриня, молодой дракон, неизвестно как прибившийся к нашей компании. Хотя, почему же неизвестно? Гриня давно положил глаз на Злату, а потом перепутал с Агатой, а потом запутался и выпутаться до сих пор не может. А нахальные девки это вычислили и пользуются безотказным драконом в свое усмотрение, особенно когда дело касается “слетать куда-то по-быстрому”. – Вот я бы вас лучше запер и по отряду стражников на каждую приставил со строгим наказом “никого не пущать и никого не выпущать”.

– Смотри как бы тебя не заперли!

– Хвост оторвем!

Наперебой загорланили наяды, лишь только с виду казавшиеся безобидными. А мне стало от их слов только тоскливее на душе. Отчий дом покидать не хотелось, становиться женой малоизвестного эльфа тоже. А вдруг наши дети будут на него похожи? Наши?! Бр-р, какая гадость!

– Тихо вам, – призвала друзей к порядку Злата. – Не видите что ли, душенька наша переживает.

– Скоро наша девочка станет совсем взрослой, – хихикнула Агата, которой порядок был неведом.

Гриня тут же шикнул на балагурку и они обступили меня тесным кольцом.

– Говорят, Альмира, столица эльфов, очень красивый город, – пыталась я найти что-то положительное в будущем, что сгущалось надо мной мрачными тучами. Шайка-лейка тут же закивали болванчиками, не имея даже приблизительного представления, как выглядит на самом деле эта Альмира.

– Там полно парков и все увито зеленью, как в Светлограде, – положила я еще один камушек на чашу весов в пользу скорой помолвки.

– Да, – синхронно выдохнули мои митингующие, тряся головами.

– И светлый эльфы должно быть неплохие ребята, – с надеждой предположила я.

– Естественно, – в унисон поддакнул мне дракон.

– И принц Терен, наверное, хорош собой, – шепотом выдала я свою самую большую надежду и опасение одновременно.

– Наверное, – кивнула моя троица, а спустя короткое мгновение все уставились на меня не моргающими глазами.

– Как это? Ты что его не видела даже?

– Матушка-природа, а вдруг он страшный?

– Или уши у него не только длинные, а еще и волосатые?

– Да идите вы, – смеясь сквозь слезы, упала я на деревянную лавку.

Я запрокинула голову вверх, любуясь безоблачным небом и даже не щурясь на яркое солнышко, но вместо солнышка надо мной тут же возникла брюнетистая говорящая голова.

– Капе́ль, так совсем нельзя!

– Даже портрет не видела? – рядом с первой возникла вторая голова.

Я лишь отрицательно махнула головой. Даже словами не описали будущего жениха… Без меня меня женили.

Головы исчезли из поля зрения, но до моего тонкого слуха отчетливо доносилось их перешептывание.

– Каменный век какой-то!

– Это чудовищно!

– А если он старый? Бедная Капе́ль…

– Он же принц, а не король! Чего ему быть старым?

– Ага, а живут они сколько?

– Надо что-то делать! – постановила Злата и головы в количестве трех штук снова замаячили надо мной.

– Мы все решили! Летим в Альмиру! Краешком глаза поглядим на женишка, успокоимся и вернемся. Ну или нет. Будем смотреть по ситуации.

– Точнее по роже, – добавила Агата, за что тут же получила тычок от Златы.

Гриня слушал молча, так как даже припомнить не мог, чтобы они что-то решали.

– Спасибо, девочки. Но это лишнее. От судьбы не уйдешь, свадьба уже оговорена. Да и как я полечу?

– Вот еще! – запричитали наяды, испуганно округлив глаза, будто это их насильно замуж выдают. – А Гриня нам на что?

И вот спустя четверть часа я оказалась на широкой спине перевоплотившегося дракона. А еще спустя час мы были далеко от Светлограда, рассекали облака, ныряли в воздушные потоки, чтобы поскорее добраться до столицы светлых эльфов.

В какой-то момент, а обледеневшая я, признаться, абсолютно потеряла счет времени, Гриня сбился с привычного ритма, пропустил мах, затем второй. И вот я держусь не за наросты на шее дракона, а за плечи щуплого паренька, вместе с которым мы уже не парим, а отправляемся в свободное падение.

Говорила мне бабушка, не летай Капе́люшка, пока крылышки не окрепнут. Не послушала глупая феечка бабушку…

– Крылья! – сквозь свист в ушах я еле расслышала крик друга и не сразу догадалась, что он имеет в виду.

Я же вцепилась в него мертвой хваткой клеща-кровососа, мешая обратиться снова в крылатого ящера. Нехотя ослабив захват, уговаривая себя лишь тем, что это наше единственное спасение, я увидела, как друг вырвался из моих цепких объятий, обрастая чешуей и увеличиваясь в размерах на глазах. Несколько секунд и огромный ящер взлетел ввысь, чтобы, заложив крутой вираж, броситься вниз стрелой за горе-феей.

Всего лишь жалкая сотня метров отделяла нас, когда мой друг наткнулся на невидимую преграду и клацнув когтистой лапой в воздухе так и не достиг меня. Зеленый дракон бился о мерцающий купол, не в силах добраться до меня и ревел от ярости. От его рыка уши заложило похлеще ветра. Но меня это уже слабо волновало. Даже если я смогу призвать свои крылышки, которыми ни разу еще не пользовалась по назначению, спасут ли они меня? Сомнительно.

Итак, она звалась Капе́ль…

Глава 2

Лечу. Парю. Хотя кого я обманываю? Падаю.

Мысленно уже приготовилась ко встрече с праотцами и любимой бабуленькой. Картинки минувших дней моих так и не проносились перед глазами, хоть как я их не ждала. Даже обидно стало, это что же мне в час смертельный даже вспомнить не о чем? Как вдруг, меня словно выгнуло дугой и обе лопатки пронзило болью, сопровождающейся треском ткани. Зато мое падение стало стремительно замедляться, даже верхушки деревьев стало возможным различить и отделить друг от друга, а ведь до этого все внизу казалось смазанным зеленым пятном. Будто краску разлили, да еще и с коричневой смешали. Отвратительный цвет, это я могу как жительница Светлограда авторитетно заявить.

Хотелось бы мне сказать, что я вмиг научилась летать и виртуозно приземлилась на цветущую полянку посреди сосенок да елей. Но нет, я планировала, и делала это крайне паршиво. Лишь чудом избегала столкновений с могучими стволами вековых гигантов и осталась с не выцарапанными глазами. Разглядев кое-как относительно ровную зеленую полянку, я старалась держать курс на нее, а когда поняла, что это болото, заросшее осокой – было слишком поздно.

Мерзкий громкий “хлюп” возвестил всех местных жителей о прибывшей гостье. А крылья, которые еще несколько минут назад спасли мне жизнь, начали тянуть на дно. Добраться бы до бережка, ухватиться бы за что-нибудь, но чем больше я барахталась, тем больше, естественно, проваливалась вниз. Крылья вмиг потяжелели от налипшей грязи и тины, управляться ими и раньше было непросто, а теперь и вовсе не представлялось возможным.

– Ну Златушка, ну Агатушка… Хитрые бестии. В следующий раз я вас самих на Гриню посажу, холст и краски в руки загребущие всучу, летите и смотрите сами, – шипела я как самая настоящая болотная гадюка.

Я отчаянно сопротивлялась судьбе, не веря, что этого самого следующего раза может и не быть. Но спаситель на верном коне не спешил за мной в чащу, как и кое-кто чешуйчатый. Ну-ну, полетел небось поминки справлять, или, что более вероятно, прятаться от фей, власть имущих.

От мстительных мыслей меня оторвал глухой стук и удар. А как тут не отвлечься, если стучат тебе по голове?!

В паре метров от меня стоял паренек, на вид лет пятнадцати, и протягивал мне длинную ветку. Меткостью мой рыцарь оказался обделен и один из не маленьких сучков поприветсвовал мою торчащую из тины макушку еще разочек. Для профилактики, так сказать, чтобы больше не леталось.

– Добить меня решил, добрый самаритянин? – выплевывая грязь, просипела я.

– Хватайся, – крикнул парнишка и еще раз замахнулся веткой. Контрольный, для большей надежности.

Я крепко ухватилась за ветку, благодаря все и всех на свете за своего неожиданного вызволителя. Вот только вызволять меня никто не спешил, у мальчишки на это попросту сил не хватало. И мне пришлось карабкаться самой по злополучной деревяшке, измазываясь в грязи еще больше, ломая свои красивые длинные ноготочки и царапая нежную кожу. Еле живая я выползла кое-как на твердый берег.

– Меня зовут Ян, – мальчишка взял меня за руку, помогая подняться с земли, и разглядывал во все глаза как диковинное чудо.

– А меня Капель.

– Ты фея?! – с придыханием спросил он, то и дело поглядывая мне за спину.

Я кивнула и имела неосторожность повести плечами, от чего мои новообретенные летательные конечности поспешили познакомиться поближе со своей непутевой хозяйкой. Крылья оказались с размахом, их длины вполне хватило, чтобы сделать мах и ударить меня по лицу, размазывая грязь по щекам и лбу. Прелестно, просто прелестно.

– Как ты здесь очутилась? Хорошо, что я вовремя появился!

Я лишь согласно кивнула и зябко приобняла себя за плечи. Становилось прохладно.

– Ой, – воскликнул Ян, и будто опомнившись хлопнул себя по лбу. – Пойдем скорее. Здесь рядом изба моего брата, я как раз шел к нему. Баньку истопим, отогреем и накормим тебя.

После его слов мне тоже захотелось хлопнуть его по лбу. Тепло, еда, непонятная банька… Почему мы еще не там?

Ян уверенно повел меня лесными тропками, оборачиваясь на меня и болтая без умолку. Мне было тяжело привыкнуть к своим новым габаритам, крылья цеплялись за ветки, а сложить их у меня не получалось. Мальчишка участливо поглядывал на меня, но в этом деле помочь был не в силах.

Пейзаж вокруг становился все более мрачным, почва хлюпала под ногами, свидетельствуя о близком соседстве болот, но мой проводник сохранял свой позитивный настрой и веселый дух. Оставалось только удивляться, какие они чудики с братом, раз решили поселиться в лесной чащобе посреди болот.

Добираясь до избушки, паренек между делом и своими баснями выведал у меня историю моего здесь появления и с щенячьим восторгом слушал рассказы о Светлограде. Его простенькие забота и поддержка не могли оставить меня в стороне, удивительные люди, однако, живут в столь мрачных местах.

Сруб, что стоял на сваях прямо на берегу мелкого озерца, меня тоже приятно удивил. Невзрачный снаружи, внутри он был полон уюта. Простенькая мебель, все только самое нужное, тепло от печи и треск поленьев, развешанные травы под потолком для сушки. Ян тут же принялся суетиться по дому, но сначала принес мне маленькую лохань воды, чтобы умыться. Водица, конечно, холодная, но на безрыбье и рак щука. Старательно оттирая со щек присохшую грязь, я не сразу заметила, как дверь бесшумно отворилась и в сени кто-то зашел.

– Это еще что такое? – я чуть не подпрыгнула от неожиданности и не расплескала воду. Вот это голос, сразу слышно, что хозяин пришел.

– Ратмир, это фея. Представляешь, она из-за купола упала, чуть не разбилась, в болото угодила, чуть не утонула… – как заведенный затараторил Ян, выскочивший с кухни ему навстречу.

– Ну раз фея пусть летит отсюда, – звенел лед в голосе хозяина.

– Но как же так? – растерялся мальчишка.

А я тем временем пыталась разглядеть вошедшего, сощурив глаза и смывая скорее мыло. Но ничего кроме темного силуэта против единственного источника света, мне увидеть не удалось. Мужчина был скрыт плащом, из-под которого виднелись только его сапоги, а голова была скрыта капюшоном.

– Я не просто фея, а ваша будущая принцесса, – никак моя вредность отогрелась и оттаяла, придав моему голосу больше уверенности.

– Ах вот как, – мужчина сложил руки на груди, демонстрируя простенькую куртку и кожаные перчатки.

– Да, – с вызовом ответила я на его иронию. – Я, между прочим, будущая жена принца Терена, а это…

– Пошла вон, – взревел как медведь незнакомец, да так, что моя вредность сбежала, сверкая пятками.

– Что?

– Что?! – в унисон удивились мы с Яном.

Я тряхнула своей белой копной волос, позабыв, что они давно слиплись от грязи, обошла незнакомца и приготовилась сражаться во благо истины.

– Вообще-то это земли короля светлых эльфов, а значит без пяти минут и мои. Вам стоило бы, сударь, быть ко мне повежливее, – по мере моих слов, грудь незнакомца вздымалась все чаще, а махи руками и головой Яна за его спиной были все больше.

– Через мой труп. Эти земли ему не принадлежат!

Мужчина двинулся на меня, а я испуганно отскочила, нечаянно задев его крылом и скинув капюшон. И тут же поняла, как сильно я ошиблась. Я ошиблась домом, дверью, болотом, лесом и вообще мне пора. Удачи вам тут, ребятки, я возвращаюсь в болотце. Но вместо этого я завопила, что есть мочи:

– Хмырь!

Глава 3

Птицы, возвращавшиеся в родные пенаты, поворачивали стаи вспять и летели снова на юг, баньши, если таковые тут водились, собирали чемоданы не в силах стерпеть такой конкуренции. Ян зажал уши руками и даже зажмурился, а непробиваемый хмырь даже глазом не моргнул.

– Очень приятно, Ратмир, – самодовольно оскалилось это чудовище и указало вновь на дверь. – Тебе туда, принцесса.

Люди добрые да нечисть всякая, это что же получается? Меня же да моими граблями?

Хмырь скинул полностью капюшон и снял плащ с плеч, подав его Яну. Затем снова двинулся в мою сторону, заставляя пятиться к двери.

– Я не знаю, где я нахожусь, – стратегически отступала я задом наперед, боясь повернуться к нему спиной.

– Черная топь, – ни единой эмоции не проскользнуло на его лице, лишь в глазах загорелись два уголька.

– Я не знаю, в какой стороне Альмира, – говорила я, а сама пыталась спешно вспомнить, чем питаются хмыри. Не феями ли?

– На северо-востоке, – нахмурил он свои черные брови и его лицо, и без того устрашающее, стало выглядеть еще свирепее.

– А вдруг здесь водятся болотные кикиморы и шишиги? – со страху я вспомнила столько кровожадных легенд про хмырей, что чуть не споткнулась об порожек.

– Ну почему же вдруг? Водятся, конечно, – говорил он, а сам стягивал с рук перчатки, обнажая свою кожу серого землистого оттенка.

– Я не умею летать, – резко выпалила я, когда он вскинул руку вверх и ухватился за дверной косяк над моей головой.

Ну все, точно едят фей. Иначе как объяснить, что он склонился надо мной и шумно втянул воздух прямо у моего уха?

– Еще и убогая, – прошипел он мне на ухо и таки вытолкал за дверь.

Козел, то есть хмырь, захлопнул дверь перед моим носом, а я так и стояла истуканом, открывая и закрывая рот, как рыбка, выброшенная на берег. От сырости, царившей вокруг, я тут же покрылась мурашками, первые капли дождя, сорвавшиеся с неба, угодили прямиком мне за шиворот, вдалеке раздалось уханье совы и вой какой-то нечисти, о которой я и думать боялась. Нет-нет, так дело не пойдет, я хочу в тепло. Я подошла к двери и приникла к ней всем телом, вслушиваясь в нешуточные страсти, что разгорались по другую сторону.

– Ты не можешь выгнать девушку на ночь глядя!

– Я только что это сделал.

– Но она упала из-за твоего купола!

– Она упала из-за того, что летать не умеет.

Ах, ты морда хмыриная, так это еще и по твоей вине меня Гриня уронил…

– Она едва выжила, чуть не утонула, напугана, совсем одна…

Я даже всплакнула от слов Яна, ну прямо саму себя жалко стало. Пора не только крылышками обзаводиться, но еще и нимб над головой повесить.

Вдруг мой острый слух резанул звук от удара и утробное рычание. Хоть бы мальчишку там не сожрал, а если уж сожрет, то хоть бы насытился. Именно с такими мыслями я отскочила от входной двери и вовремя, потому что она тут же открылась, обдав меня светом и теплом.

– Заходи, – зыркнул хозяин на меня своими глазищами. – И не забывай, что ты тут гостья.

Я послушно впорхнула в гостеприимно приоткрытую дверь. Гостья – это хорошо, гостья – это вам не ужин. Ян, к моему счастью и облегчению, обнаружился здесь же, целый и невредимый. А я впервые задумалась над очень странным фактом: как же так вышло, что человек и хмырь называют себя братьями. Мама у них такая неразборчивая? Или папа коллекционер? Но спрашивать вслух, естественно, не решилась. Пусть сначала накормят.

– Я после этой замарашки мыться не буду, – вернул меня в реальность голос Ратмира. Хмырь беззастенчиво разглядывал меня с головы до пят, возвышаясь надо мной почти на целую голову, а что самое страшное, он при этом расстегивал свою куртку.

– Вот еще…

Я уж хотела было добавить, что я с ним не то, что мыться, а и в одном поле опорожниться не соизволила бы, но прикусила язычок, вовремя вспомнив про обещанную баню. Проводив удаляющиеся спины, я нерешительно помялась в сенях и, пользуясь случаем, отправилась на разведку обстановки.

Сруб был широким и просторным, но я все равно умудрялась что-нибудь да задеть своими крыльями. Не знала бы чей это дом, решила бы, что здесь живет какая-то травница или ведьма: уж столько здесь было скляночек-баночек да пучков. На печке стоял большой казан с водой, мой желудок тут же призывно отозвался, едва я только приметила его. Но любопытство вело меня дальше. В дальнем углу я увидела большой деревянный ларец, спрятанный под циновкой, и уже было потянулась к нему, как сзади послышалось хриплое:

– Не тронь.

– Больно надо, – я развернулась на пятках, вздернув нос и показывая, что нет мне никакого дела до его сомнительных сокровищ.

Ратмир стоял у камина, широко расставив ноги и вновь скрестив руки на груди. На нем были одни холщовые брюки, а с мокрых черных волос стекали капли, расчерчивая его плечи, грудь и спину мокрыми дорожками, в которых плясали отблески огня. Порядочный фей ни за что бы не позволил себе появиться в таком виде перед дамой, но передо мной стоял далеко не фей, и далеко не порядочный.

– Я вот тебе одежду нашел, – вынырнул из недр дома Ян, тоже переодетый во все новое. Но на нем, в отличие от Ратмира, были не только штаны, но и холщовая рубаха.

– Это уж точно лишнее, – насупился хозяин, рыкнув на брата. Вот уж точно, не хмырь, а пес цепной: только и делает, что рычит.

– Это у нас эти тряпки лишние и больше никому не нужные, – многозначительно произнес бесстрашный мальчишка и подмигнул мне.

Я взяла у Яна сверток с сорочкой, не забыв расплыться при этом в самой очаровательной из своих улыбок. И повода для радости у меня было целых три! Во-первых, я скоро вымоюсь и надену чистое и свежее. Во-вторых, здесь обитала женщина и оставила кое-кого с носом. В-третьих, кислая мина хмыря радовала мое маленькое хрупкое сердце.

– Я проведу тебя, – подарил мне в ответ лучезарную улыбку мальчишка и повел меня вглубь дома.

В бане я, признаться, никогда прежде не была, но надеялась, что она мало чем отличается от купален. И снова ошиблась. Наши купальни в Светлограде были самыми разными по размеру и форме, но зачастую белокаменными, облицованные плитами и украшенные колоннами и арками. Воздух был влажный, но теплый, как и вода, поступающая из термальных источников под городом.

Здесь же, едва горячий воздух коснулся меня, захотелось сбросить кожу подобно змее ради малейшего шанса на облегчение. Поддав пару, как научил Ян, я, не взирая на его советы забраться на деревянную полку, поспешила спрятаться под ней. Отсидевшись в своем убежище, я наконец выползла и минуя чан с горячей водой, уверенно подошла к холодной. Даже обливаясь ледяной водой, уже через минуту меня снова накрывала пелена духоты. Наскоро отмыв с себя грязь, я опрометью бросилась в предбанник, чувствуя, что еще секунда промедления, и я выскочу аж наружу и одеваться буду уже там. Если вообще выскочу…

До чего же изощренная пытка. Кожа была красная, а крылышки висели бесформенным кулем за спиной. Развернув сверток, меня настиг очередной конфуз. Как же мне надеть сорочку поверх крыльев?

Я зажмурилась, представляя, как они исчезают, но эта тактика не принесла мне успеха. Я их и просила, и приказывала, и умоляла, даже “Сим-сим, исчезни” пробовала. Безуспешно.

Наконец, я решилась на отчаянный шаг, а именно – порчу чужого имущества. В предбаннике валялся нож, которым видимо кололи дрова на щепки, и с его помощью я сделала надрез на спине от ворота до лопаток. Сорочка послушно разошлась по спине, выпуская на волю ожившие после банной встряски крылышки, и то и дело норовила сползти с плеч. Придерживая ее на груди, я пошла к хозяевам на зов ароматов вкусного ужина. Желудок заурчал, приказывая поторопиться. Я бы от голода сейчас и хмыря съела!

Ой! Не смешно…

Глава 4

Мне казалось, что я не ела уже целую вечность. И не удивительно, что простая похлебка казалась мне вкуснее любого деликатеса. Оставалось лишь уповать, что ингредиенты ее общедоступные и приемлемые.

Едва я вошла в просторную комнату, где за столом уже сидели хозяева дома, как Ян прыснул от смеха и тут же уткнулся носом в тарелку. Да так мастерски, что лишь его подрагивающие плечи и были видны! А вот Ратмир принялся упражняться в гнутье ложек, удостоив меня лишь мимолетным взглядом.

– Я помогу, – мальчишка резво вскочил из-за стола, думаю не без помощи братца, который теперь глядел и на него волком.

Ян захлопотал рядом с печью, достал новую миску и, ловко орудуя половником, принялся наливать похлебку. Я же села напротив хозяина, сложила ручки на коленки и потупила взгляд.

– Зачем же рвать ее было? – наконец на одном выдохе произнес хмырь.

Голос его был полон вселенской печали, когда он еще раз оглядел дело рук моих, а вот Ян едва не умирал за его спиной, сотрясаясь от беззвучного хохота. Кушать под перекрестными взглядами обывателей дома было непросто, но я была слишком голодна, чтобы обращать на это хоть какое-нибудь внимание.

– Как зовут-то тебя, горе луковое? – спросил Ратмир, когда с моим ужином было покончено. Сами они давно поели и ждали только меня.

– Капель, – ответила я, наблюдая, как разгорается восторженный интерес в глазах младшего и как закатываются глаза старшего.

– Какая прелесть. А родители у тебя часом не Дождик с Тучкой?

– А родители мои правители Светлограда, и кому-то стоило быть повежливее, – как могла напомнила о своей значимости этому чурбану.

– Буду сидеть и бояться. Хотя, это если они летать умеют, – отмахнулся от меня хмырь.

– Капель – это древнее имя, почитаемое всеми феями. Капель – это смех фей.

– Ржавый скрип ваш смех, – резко перебил меня Ратмир, сложив на груди руки.

– А ты его хоть слышал? – спросила я, повторив жест хмыря.

– Боги миловали. Не зря каждый вторник и четверг приношу им в жертву по лягушке. А ты рот закрой, не фея, – обратился Ратмир уже к брату.

Мальчишка, до этого восторженно разглядывающий меня, поднялся из-за стола и начал убирать посуду, оставив меня один на один с хмырем, от которого и так холодок норовил забраться в каждую прожилку.

– Как же ты в Черной топи оказалась, принцесса? – опять допытывался Ратмир.

– Я летела в Альмиру, – принялась рассказывать я, а заметив его приподнятую в удивлении бровь, пояснила: – Я летела на драконе. Но из-за купола он на время утратил свою ипостась. Из-за твоего защитного купола я упала в болото и едва осталась жива.

– Ты упала из-за глупого дракона, который не смог перед носом разглядеть мерцание купола или удержать свою ношу. Не надо перекладывать с больной головы на здоровую, – Ратмир ни капельки не чувствовал себя виновным в произошедшем. – А с каких пор невесты добираются на свадьбу таким изощренным способом? Или это у вас новая мода такая, а мы в своей загнивающей глубинке и не в курсе?

– Ты хотел бы, чтобы на тебя с неба свалился весь мой свадебный кортеж?

– Чур меня, чур, – для пущей убедительности хмырь даже постучал костяшками пальцев о деревянный стол. – Нам одной тебя уже много, а ты целый выводок крылатый сюда притащить хочешь.

– Пф, хмыринное отродье, – обиженно насупилась я на то, что он назвал нас выводком, но Ратмира так просто было не обидеть.

– Хмыринное, – с гордостью подтвердил он. – Чистокровное. Других в роду не водилось, – я перевела свой взгляд на Яна, который в тазу мыл миски и ложки. – Кроме этого недоразумения.

Недоразумение повернулось ко мне и подмигнуло, одарив озорной мальчишеской улыбкой. Да уж, неисповедимы пути хмыринной семейки.

– А как ты теперь доберешься до Альмиры? – подал голос маленький трудяжка.

– Не знаю, – поникла я. По-хорошему, надо вернуться в Светлоград, но даже представить страшно, какая взбучка мне там достанется. Так может, лучше и впрямь сразу к эльфам… Тогда и родители не буду сердиться. Наверное.

– Не расстраивайся! Тебя Ратмир проведет! – по-своему истолковал мою печаль Ян, от чего я едва со стула не упала, а хмырь удивленно крякнул.

– Но тебе ведь все равно туда надо было, – с детской непосредственностью Ян переводил взгляд с меня на брата.

– Никуда мне надо, – сквозь зубы прошипел мужчина. Я доведу ее до ближайшего города, а там принцесса и сама справится. Не так ли?

Его последние слова были адресованы исключительно мне и смотрел он на меня при этом так, словно стоит мне не согласиться и меня прикопают здесь же под порогом. Поэтому оценив ситуацию здраво, я принялась одобрительно кивать в такт словам хмыря. Город с дорогой и экипажами, телепортами и всевозможными удобствами это намного лучше болота.

– Пойдем, я покажу тебе спальню, – предложил мне Ян, когда покончил с уборкой.

– Я сам. Тебе волю дай, ты ей еще свою перину предложишь.

Ратмир встал и стал терпеливо, ну почти, дожидаться, когда я выползу из-за стола. Крылышки очень мешали и так и норовили за что-нибудь зацепиться. Справившись наконец с этой тяжелой задачей, я круто повернулась на пятках к хмырю. И тут же испуганно вжала голову в плечи, когда за моей спиной несколько баночек ухнули вниз и разбились вдребезги.

– Ой, а мы же их все равно выкинуть хотели. Стоят, только место занимают, – пытался скрасить ситуацию Ян, пока Ратмир только рычал себе под нос что-то нечленораздельное.

Я боялась и пошевелиться, все пыталась убрать или хотя бы сложить непослушные крылья, но вместо этого они еще больше топорщились в разные стороны.

– Горе луковое, постарайся не разбить еще что-то, – притворно ласково заговорил Ратмир и уже привычно добавил: – если тебе дороги твои крылья.

Мне выделили маленькую спаленку почти под самой крышей, полагаю исключительно потому, что в ней не было ничего, что можно разбить или поломать. Лишь кровать да сундук были в комнате, больше походившей своим убранством на казарму. Дверь за Ратмиром со скрипом закрылась, отрезая меня от всего мира и давая безмолвный приказ к отбою.

Я легла на живот так, что крылья закрыли меня получше любого одеяла. Лишь ноги торчали из-под укрытия. Смех и грех, столь желанные крылья оказались той еще обузой.

Сон не шел, вместо него в голове крутились кровожадные картинки с расправой над хозяином дома. Словесные баталии, всамделишные схватки, которые непременно бы заканчивались моей победой. Замечтавшись, я привычно перевернулась на бок, чтобы свернуться калачиком, и, не почувствовав никакого дискомфорта, уснула.

Глава 5

Под утро в деревянный сруб стала просачиваться сырость, вытесняя тепло и заставляя меня проснуться. Крылышки мои исчезли таким же волшебным образом, как и появились. Меня в известность поставить, как всегда, забыли. Рубаха теперь так и норовила сползти с плеч, а спина так и вовсе ничем не была прикрыта. Ноги, выглядывающие из-под сорочки, были словно ледышки. Поэтому я решилась на разведку боем, а именно открыла хозяйский сундук в поисках одеяла. Должно же здесь быть хоть что-то.

– Не хмырь, а старьевщик какой-то, – бурчала я себе под нос, перебирая бесполезные тряпки в ларе. Хоть бы одно жалкое одеяльце припас для гостей, если вдруг такие безумцы найдутся.

Дрема таяла с мимолетной скоростью, и настроения от этого не прибавлялось. Первый раз в жизни встала в такую рань, да и проснулась от холода тоже впервые.

И как они только живут на этом своем болоте, ума не приложу.

Признав свое поражение, захлопнула сундук, и вернулась к кровати. Забралась на нее с ногами, спрятав их от холода в длинном подоле и, нахохлившись как маленькая пичуга, принялась играть в любимую игру за последние сутки – "Придумай десять причин почему хмырь дурак". Название игры варьировалось, смысл никогда.

Снизу послышался шум и, отставив свои упражнения в остроумии, я осторожно высунулась из комнаты, где меня поджидал сюрприз. Возле двери, на стуле, аккуратной стопочкой лежали все мои вещи.

Надеюсь, это Ян их принес, а не кое-кто злой и страшный. Одев чистенькое белье с опаской взялась за свой сарафан. Вчера он был не в лучшем виде из-за приключений, свалившихся на мою голову. Но сарафан был словно новенький: прорехи залатаны, а по подолу струилось новое кружево взамен оторванной оторочки.

“Чудо, а не ребенок”, – думала я, кружась по комнате. Неловкость за то, что кто-то другой подшивал мою одежду, напрочь смыл восторг от обновки.

Вновь повторившийся шум внизу напомнил мне о моих намерениях, и я побежала на поиск его источника, надеясь поблагодарить Яна за помощь.

– Ну наконец-то. Горазда же ты перины давить, лежебока, – при виде меня Ратмир поднялся с лавки, словно ждал только моего появления. – Собирайся, пойдем в деревню, – сказал он, снимая с вешалки свою куртку и заплечную сумку, набитую до отказа.

– А как же завтрак? – не то, чтобы я была голодна, просто захотелось ему напомнить о манерах и гостеприимстве, раз он сам о них все время забывает.

– Ты на диете, – фыркнул образчик радушия, стоя уже в дверях.

Я потянулась за своими босоножками, но и этим не угодила хозяину.

– Ты же понимаешь, что нам придется идти через топь и лес? – устало произнес он, прислонившись лбом к двери и поглядывая на меня как на несмышленыша.

– Что, хочется понести меня на руках? Стань в очередь, – я начала злиться на этого хама.

– Разве что до первой канавы, – не остался в долгу Ратмир и придвинул мне высокие сапоги, судя по размеру, принадлежащие Яну. Затем снял с вешалки старую куртку, в которой я тут же утонула. – А то вдруг не примут во дворце с соплями.

– Спасибо, – нехотя вымолвила я.

– В карман не положишь, – подхватил мои слова хмырь. – Надеюсь, благодарность твоего жениха будет более весомой.

Неужели я на какой-то миг допустила мысль, что хмырь может помогать бескорыстно? Вот уж свежо предание.

Подхватив свои босоножки и обув сапоги, благо здравый смысл победил врожденную вредность, я вышла вслед за хозяином из дома.

– А как же Ян? – спросила я, думая о том, что только его присутствие могло бы скрасить это утро и этот долгий путь.

– Он ушел еще на рассвете.

– Зачем? – мысленно прикидывала в уме, как можно было послать ребенка в такой час в деревню и ответов не находила.

– Он работает в кузне подмастерьем.

– А почему же не живет там? – удивилась я. В Светлограде все ученики переходят под начало своих мастеров.

Ратмиру мой вопрос явно не понравился.

– У него есть дом, – грубо ответил он мне, словно я сказала какую-нибудь глупость.

Я пожала плечами, принимая факт как данность и понимая, что спорить с этим чурбаном бесполезно. Если он хочет, чтобы ребенок шлялся в потемках по болотам, то кто я такая, чтобы его отговаривать? Лучше уж вообще буду помалкивать.

– А зачем нам в деревню? Это по пути? – моей выдержки хватило ненадолго.

– Нет. Надо пополнить запасы. Я не заметил вчера, чтобы феи святым духом питались.

Я сжала кулачки, жалея, что снова заговорила с ним. Объели его бедного на целую тарелку похлебки. Жмот болотный.

– Запасы кончились, не хочу, чтобы Ян остался без меня впроголодь, – чуть мягче добавил Ратмир, но горнова моей обиды не спешили угасать.

Вместо этого в голове роились мысли о том, а как именно хмырь будет добывать провиант у людей. Украдет? Соберет дань? Убьет кого-нибудь? Ну, он же хмырь… А я, что же, выходит, подельница? Так низко я еще не падала. Даже после вчерашнего.

Рыхлая почва чавкала под ногами, порой превращаясь в противную жижу под натиском сапог. Если бы не они, я бы уже по щиколотки была в грязи. Сказала бы спасибо, да вот даже язык не поворачивался.

Деревья редели, все чаще пропуская между своими кронами теплые лучи солнышка. Хоть здесь солнце не было таким же ласковым как в Светлограде, я и этому была рада. Усиливающийся гомон говорил о том, что мы все ближе подходим к деревне. А вскоре и она сама показалась меж поредевших стволов. Маленькая, домов на двадцать, не больше, которые выстроились в два ряда вокруг ярмарочной площади, украшенной разноцветными лентами по случаю какого-то местного торжества.

Я покосилась на Ратмира, который уверенным шагом двигался в сторону людей. Под лучами солнца его кожа уже не казалась серой, скорее просто смуглой. Может так на него родная стихия влияет или ее отсутствие? Но зато теперь понятно, почему он так спокойно движется в сторону деревни, не боясь быть посаженным на вилы. Нипочем бы не догадалась, что рядом со мной идет хмырь. Обычный мужчина, таких тут пол деревни разгуливает, даже глаза уже не горели красными угольками, на смену которым пришла естественная зелень.

– Дяденька!

– Дядя Ратмир пришел!

Сначала послышался детский голос, а затем и топот нескольких пар ножек. Детвора обступила моего спутника, так и норовя повиснуть на его широких плечах.

– Вчера кикимора завывала, спать не давала. Дядя Ратмир, ты ее отругаешь? – принялась ябедничать маленькая девочка, состроив жалобную мордашку.

– Отругаю, – кивнул Ратмир.

Взрослые, встречавшиеся нам на пути, приветливо махали ему рукой. А до меня медленно доходило понимание, что здесь все его знают. Нет-нет, не просто знают, они знают, что он хмырь, хозяин болота, и… ничего?

“Может он их просто в страхе держит?” предположила я, пытаясь логически объяснить увиденное.

– Ратмир, сегодня Юшка замуж выходит. Останешься на празднике? – спросила молодая девушка, кокетливо накручивая русую прядку на палец.

– Может и останусь, если вы того желаете, – рядом с мужчиной собралась уже целая толпа воздыхательниц.

А лично у меня появилось только одно желание – найти молоточек покрепче и дать им всем по кумполу, чтобы очнулись и поняли, что рядом с ними душегуб болотный.

Глава 6

Я стояла в сторонке, с завистью поглядывая на трещоток, обступивших Ратмира. Челюсть сводило от притворной улыбки.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.