Самопознание
Владимир Николаевич Туголуков

Родителям моим, Туголукову Николаю Яковлевичу и Туголуковой (Микрюковой) Ираиде Никаноровне, посвящаю. Они настоящие герои, вынесшие жестокое угнетение «коммунистами» русского крестьянства и опустошительное немецкое нашествие 1941 – 1945 годов, голод и тяжелый труд. Они не искали легкого пути и не втаптывали в грязь ближнего, но вместе с другими такими же простыми людьми держали на своих плечах всю тяжесть мира.

«И выслал его Господь Бог из сада Едемского… И изгнал Адама, и поставил на востоке у сада Едемского Херувима и пламенный меч обращающийся, чтобы охранять путь к дереву жизни».

Быт 3, 23—24

© Владимир Николаевич Туголуков, 2022

ISBN 978-5-0056-1879-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие

В предисловии целесообразно рассказать об истории написания книги и о предмете ее. В 80-х годах прошлого века автором был сформулирован ряд идей, относящихся к пониманию человека в частности и материи в целом. Идеи эти, излагаемые в первой части книги, позволяют понять сущность человека и его будущность, открывают путь к единому пониманию материи. В последующие годы автор занимался теоретическим исследованием формы знающей себя жизни. Книга, которая писалась с 2014-го по 2021год, представляет собой рациональное понимание сущности человека, рассматриваемого как единство тела и среды, процесс индивидуальной жизни. В своей работе автор показывает возможность единого понимания материи, в пределах которого только и возможно теоретическое познание человека как эволюционирующего организма. Во второй части «Самопознания» показана неразрывная связь формы психики человека, его сознания с формой его жизни. Можно сказать, что если в прежнее время познание самого себя человеком было только пожеланием, то в данной работе оно  осуществилось. Автор полагает не без основания, что ему удалось понять сущность человека и показать путь единого познания материи. «Самопознание» означает действительную революцию в науке, в отличие от множества мнимых. Автор предназначает свой труд всем, кто не равнодушен к вопросам познания и стремится к пониманию. Новое понимание рождается в трудном поиске мысли, поэтому и представленная работа написана в форме размышления. Более последовательное изложение материала есть задача для другой работы. Книга есть для автора дело всей его жизни: над некоторыми рассматриваемыми в ней вопросами он начал размышлять в отроческие годы. Книги пишутся в пустыне. Автор долго обдумывал в одиночестве и писал затем свою книгу. У каждого мыслителя своя гора, своя высота духа, откуда он выносит скрижали. Книга бессмысленна, если она не есть проповедь, обращенная к людям. Пора и автору выходить к мыслящим читателям из своего одиночества, в котором он беседовал только с Вечным Отцом.

26.01.2022

Введение.
Единое познание как самопознание

В настоящее время существует общепринятое мнение о том, что предмет познания есть внешний мир. Также принято большинством на веру, что поскольку мир бесконечен в пространстве и времени, то и познание его будет продолжаться бесконечно долго. Этому безосновательному воззрению соответствует и ненаучное понимание человека как необычного, надприродного, свободного от внешней необходимости существа. Сущность процесса познания и не может быть понята без понимания человека. В настоящее время понятно, что будущее человека – в космосе. Выход человека в космос не случаен, но необходим и закономерен: если высшая форма жизни, развиваясь, осваивает всю поверхность Земли, то для дальнейшей эволюции ей остается только один путь – переход на следующий уровень жизни, выход за пределы биосферы, в космическое пространство. Закономерность эволюции материи, которой прежде не знали, состоит в том, что материальная форма, организм, достигнув некоторого уровня развития, переходит в другую среду обитания, образует другой уровень организации.

Человек прежде не был предметом науки, не был понят рационально. Религиозное познание в этой области достигло большего: христианское учение есть понимание того, что история человеческая закончится, человек вновь соединится с Вечным Отцом, возвратится в рай. В метафорической форме христианского учения выразилось понимание действительного несовершенства жизни и идеала, к которому человек стремится. Для обыденного сознания человек есть необычное явление природы, нечто особенное, не имеющее родства с остальным миром. Но наука исследует общее, обычное, закономерное. Необычное, чудесное, особенное, не имеющее ничего общего с другим особенным, понято быть не может. Понять – значит отождествить с другим особенным предметом, определить общий род. Способность к обобщению, необходимая для понимания, дается индивиду Божественным Отцом, но не школой. Потому-то и не было прежде понимания сущности человека.

До настоящего времени наука, не понимая человека и жизни, не понимала и рациональный смысл, присутствующий в метафорической форме в христианском учении. Излагаемое в этой работе рациональное понимание человека как будущей космической формы жизни оказывается тождественным с религиозным пониманием: человек должен закончить земной путь развития и вернуться к своему Вечному Отцу. История должна закончиться, человек должен обрести вечность. В настоящее время широко распространено бездумное, ненаучное воззрение на будущность человека. Согласно этому фантастическому представлению, история человека никогда не закончится, он будет вечно познавать мир, а когда жизнь на Земле станет невозможной, произойдет переселение на другую планету. Обывателю неведома ни природа человека, ни природа познания. Главное заблуждение человека относительно себя – он мнит себя свободным от Божественных законов мироздания. Человек создает науку о необходимости в природе, но своей необходимости он не знает. В непонимании своей необходимости заключается причина обыденного мнения о невозможности науки о человеке и причина отсутствия ее до настоящего времени. Науку о себе, о человеке создает индивид, познавший свою необходимость и несвободу, свой предел.

В «Самопознании» представлено понятие человека в пределах единого понимания материи. Человек здесь понят как эволюционирующая форма жизни. Прежде не соединяли в понимании факты технического развития человека и эволюции организмов. И организменная эволюция, которую только и знает биология, и техническая, что впервые здесь показано, есть частные формы материальной эволюции. Эволюция человека есть техническая и, шире понимаемая, материальная эволюция. Человек по завершении своего исторического развития должен перейти в космическое пространство. Но для жизни в космическом пространстве он должен обрести новое тело. Новое тело есть техническое тело, создаваемое в процессе исторического развития. Цель и содержание земной эволюции человека в том состоят, что должен быть создан аппарат для постоянной жизни в космосе. Аппарат должен быть индивидуальным, обеспечивающим индивиду автономное существование в пространстве.

Человек закончит свой исторический путь и выйдет за пределы Земли. История человека есть становление космической формы жизни, путь в космос. Человек есть космический организм в стадии становления. Эволюция человека не есть прихоть, но необходимость. Эволюция есть форма существования материи, движение от несвободы к свободе. Человек есть материальная форма, поэтому он с необходимостью эволюционирует. Человек есть эволюционирующий, переходный вид, переход от земного организма к космическому. История человека есть восхождение рода земной жизни к новому роду космической жизни. История закончится, человек станет совершенным космическим организмом. Человек познает, потому что несовершенен и находится в стадии становления. Ставшие, не эволюционирующие виды не познают. Познание есть становление организма новым видом. Познание до тех пор будет продолжаться, пока будет продолжаться становление. Окончательное становление человека будет окончанием познания и истории. История есть путь возвращения человека в райский сад. Человек снова соединится с Божественным Отцом, утратит себя в вечности. Утратив сознание, человек обретет вечную жизнь.

Осознание преходящести познания означает изменение понимания его. Одно понимание познания, если человек есть путешественник в мире, праздный созерцатель, и совсем другое, если человек есть организм в стадии становления его совершенным и бессознательным. В обыденном мнении познание есть «постижение». Если человек эволюционирует, то и познание есть не «постижение», не «отражение внешнего мира», но преодоление противоречия, процесс материального развития. Познание есть не равнодушное созерцание и отображение в индивиде внешнего мира, но приспособление к внешнему миру, отождествление с ним. Познание есть исторический процесс эволюции человека, приспособление к миру путем производства орудия. Но поскольку орудие есть продолжение и усовершенствование человеческого тела, новое тело, то человек творит самого себя, совершенствует свою жизнь. Когда закончится формирование нового, технического тела и человек станет совершенным, тогда закончится и познание. Человек отождествится с внешним миром и станет бессознательным.

Совершенная жизнь, бытие есть тождество бессознания. Начало познания как несовершенной формы жизни есть возникновение сознания. Познает только знающая себя, имеющая форму самопознания жизнь. Поэтому всеобщая форма познания есть самопознание. Вся вторая часть книги посвящена исследованию формы самопознания. Познает себя, обладает сознанием остановленная, несовершенная жизнь. Если бытие есть полагание индивидом себя, соединение с благом, то небытие, познание есть невозможность полагания, разделение с благом. Познание есть стремление остановленной жизни к продолжению себя, к совершенству. Форма знающей себя, обладающей сознанием жизни есть неосуществленность идеи, неблагополучие. Осознается, становится предметом самопознания явление неблагополучной жизни, отрицательный практический опыт. Осознание отрицательного опыта есть понимание истинной сущности, идеи жизни, представление идеала. Сознание, форма самопознания есть противоречие идеи и жизни. Познание есть решение противоречия, достижение совершенства жизни. Окончание познания есть тождество идеи и жизни, бессознание.

Окончание познания означает его завершенность и полноту знания. Человек должен познать все. Мыслитель, вставший на путь единого понимания, не может не задуматься о том, что есть все, поскольку он должен определить всеобъемлющий предмет познания. Индивид, впервые подошедший к вопросу определения всего сущего, задумывается о мире, о космосе, его пространственном и временном измерениях, пытается представить мир извне, определить его как конечную вещь. Форма объективного, эмпирического познания есть определение внешней индивиду вещи относительно других, внешних ей вещей. Форма определенности, когда конечная вещь определяется относительно внешних ей вещей, переносится и на мир в целом, в попытке его умственного определения. И мир в целом индивид пытается определить в представлении как конечную вещь. Но ни в представлении, ни в опыте невозможно определить внешнюю границу мира, невозможно представить, чтобы пространство где-то заканчивалось. Определить вещь объективно, в явлении – значит определить ее границу, предел, отличить от другой вещи. Предел вещи есть внешняя среда, другая вещь. Форма определения вещи в уме есть представление ее самой и внешнего окружения. Космос, все сущее невозможно представить конечным, имеющим внешнюю границу. Кроме того, если допустить, что мир есть все и кроме него ничего нет, то он не может быть конечным. Но и бесконечным мир нельзя представить, поскольку форма представления и понимания – представление нечто и внешнего ему другого нечто, вещи и ее окружения. Представление есть форма понимания, определенности, а невозможность представления есть невозможность понимания. Равно непредставимо, непонятно – если мир конечен в пространственном и временном измерении и, если он бесконечен.

Как видно, мир не может быть определен извне, не может быть предметом объективного познания. Ум человека бессилен достичь внешней определенности мира, поскольку это невозможно. Уже первые древнегреческие мыслители, мыслившие естественно, ни на кого не оглядываясь, столкнулись с этой неопределенностью единого сущего при попытке его объективного определения. Сущее извне неопределенно. Неопределенность есть тождество противоположных определений, отсутствие мысли: мир конечен и бесконечен, имеет начало во времени и не имеет, существует и не существует. С тождеством не нужно смешивать единство противоположных представлений, которое есть форма определенности, понимания. Индивид, ищущий определенность, замечает, что внешний мир есть его субъективное определение. Время существует для индивида, потому что он имеет память и помнит прошлые события. Ни определенности прошлого, ни определенности будущего нет нигде, но только в уме в форме образов памяти и представления. И настоящего нет, если оно не осознано, не стало представлением. Некорректно рассматривать сущее без определяющего его индивида, поскольку внешний мир есть субъективное определение, функция практики.

Если мир не может быть определен объективно, как определяются конечные вещи, то какую форму определения он имеет? Сущее определяется субъективно, в себе. Поскольку внешний индивиду мир есть сторона жизни, то определение мира есть определение жизни. Определенность жизни есть определенность индивида в себе, сознание. Отсюда следует, что предмет единого, всеобъемлющего познания есть жизнь, единое познание есть самопознание. Целое, подлежащее познанию, есть единство индивида и внешнего мира, практическое отношение, жизнь. Определенность предмета познания есть определенность явления. Явление есть разделение индивида и среды, действительная жизнь. Мир определен в себе, в форме сознания. Мир в форме сознания есть мир в себе, а внешнего сознанию ничего нет. Жизнь есть и субъект, и предмет познания. Мир в себе есть индивид в себе. Сущее, мир определяется в себе и для себя, разделяясь в себе. Внешний мир для индивида есть определенность его самого для себя, знание себя, своей жизни. Определенность есть невозможность практического полагания индивида, разделение его с миром и в себе, сознание. «Познание внешнего мира» есть в действительности познание индивидом своего отрицательного практического опыта, самопознание. Определяется в познании не внешний мир, но отношение действительной жизни относительно идеала. Определенность познания, о которой идет речь, есть сознание. Единая определенность имеет две стороны – объективную и субъективную, определенность чувственности и ума, явления и понимания. Разделение объективного и субъективного предметов, явления и умозрения есть разделение сознания, форма познания.

Познание есть остановленная жизнь, невозможность полагания, необходимость решения проблемы. Проблема познания может быть частной и всеобщей. Всеобщее познание есть решение всеобщего противоречия. Индивид обретает себя в полной мере, делая предметом познания все. Только делая предметом познания всю природу, стремясь к познанию всего сущего, индивид обретает и себя. В едином познании остановленная жизнь становится для себя предметом. Единое познание есть самопознание. Исходное состояние познания есть разделение индивида с благом, с внешним миром, неосуществленность желания. Разделение действительной жизни, явление осознается относительно воображаемого соединения, идеала, действительное зло – относительно воображаемого добра. Предмет познания есть противоречие идеала и действительной жизни. Цель познания – соединение с благом, благополучие, тождество идеи и жизни. Познание есть поиск пути практического осуществления идеи.

Человек познает свою несовершенную практику жизни, свое разделение с внешним миром. Цель познания – совершенство жизни, непротиворечивое соединение со средой. Несовершенная практика, отрицательный опыт полагания имеет форму явления. То, что называют «эмпирическим познанием» есть, по сути, практика, описание и классификация явлений, опытных фактов. Собственно познание есть понимание сущности, определение пути совершенной практики. Всеобщее, единое познание есть познание жизни, пути ее к совершенству. Решение проблемы жизни есть познание жизнью самой себя, самопознание.

Познание субъективно. Невозможно объективное, в прежнем понимании, познание предмета внешним ему субъектом, поскольку и нет таких субъекта и предмета. Познание возможно только как самопознание. Объективный предмет есть знание индивидом практической жизни как отношения себя с миром. Это объективное знание, предмет – в пределах субъективности сущего, в пределах субъекта. Невозможно объективное познание в прежнем понимании объективности. Объективный предмет познания есть субъективность. Иначе и не может быть, поскольку предмет познания есть знание. Знания нет, пока нет отношения практической жизни, отрицательного опыта, а совершенная жизнь не осознается. Нет знания – значит, нет и предмета. Знание есть предмет познания. При наивном понимании познания индивид есть субъект, а мир, с которым он вступает в отношение, есть предмет. Но в действительности жизнь, останавливаясь, принимает форму знания и становится субъектом и предметом самопознания в индивиде.

Явление, отношение практической жизни есть исходный материал познания. Осознание явления отрицательного опыта есть определение истинной сущности его, понимание идеала. Осознавая свой отрицательный опыт, индивид, жизнь в нем познает себя, свою идею. Индивид есть субъект познания в отношении к своему знанию, предмету познания. Познание происходит в форме осознания сущности, мышления. Жизнь разделяется в себе и обретает себя в форме знания себя. Жизнь определяется в себе, разделяясь на противоположные стороны. Противоположные стороны определенности есть явление действительного разделения и представление воображаемого соединения, идеал. Индивид, полагая себя и обретая предел, определяется в себе. Знание есть определенность жизни в себе, предмет познания. Не индивид есть субъект самопознания, но то, о чем знание, остановленная жизнь. Жизнь совершает в индивиде свой процесс познания. Субъективность познания есть объективный процесс. Самопознание совершается не произвольно, но вынужденно, необходимо. Индивид несвободен в познании – он хочет жить, но вынужден познавать. Самопознание есть состояние несоответствия и несвободы. Индивид имеет стремление к свободе, но оно направлено Вечным Отцом на познание. Идея жизни определена Вечным Отцом к поиску пути свободы.

Кажется, на первый взгляд, что человек познает вещи такими, какие они есть сами по себе, что он познает сами вещи, а не знание о них. Это воззрение присуще каждому индивиду, пока он не задумывается о познании. Познает индивид не вещь, но свое несовершенное соединение с ней, практическое отношение. Как он познает несовершенство? Индивид в себе есть идея совершенной жизни, бытия. Определенность идеи в форме представления есть идеал. Идея, по выражению Платона, как солнце, освещает несовершенство действительной жизни и определяет ее. Индивид в себе есть мера познания добра и зла. Человек, как говорит Протагор, есть мера познания всех вещей – соответствуют они идее вечной жизни или не соответствуют. Само существование внешнего тела и его свойства определяются в отношении, относительно наблюдателя. Человек познает мир собой, посредством себя, своего практического полагания – у него нет других средств познания. Индивид познает не то, какова вещь сама по себя, но какова она для него в практическом отношении, относительно его. Вещь сама по себе есть вещь вне познания. Когда вещь определена индивидом практически, тогда она становится предметом познания в форме отношения практики, явления. Вещь как предмет познания есть функция, произведение практического отношения, продукт взаимодействия. До отношения, до практического опыта никакой определенности быть не может – даже самой общей определенности существования. Целое как предмет познания не есть внешняя индивиду вещь, не есть внешний мир. Невозможен такой предмет познания, как внешняя вещь. Целое как предмет познания есть отношение индивида и внешнего мира, практика, жизнь. Единственный предмет познания есть практическая жизнь, определенная для себя и в самой себе, отношение. Нельзя, как обычно делается, смешивать предмет практики и предмет познания: в практическом потреблении предмет есть внешняя вещь, а в познании предмет есть практическое отношение. Знание имеет форму не вещи, но отношения.

Познание не есть созерцание стороннего наблюдателя, но оно есть обустройство окружающей среды по себе, устроение человека в мире. Человеку совсем не нужно знать, даже если бы это было возможно, что собой представляет мир сам по себе, но жизненно важно определить, что собой представляет мир для него, человека, что собой представляет мир в явлении, в практическом определении. Цель познания есть непротиворечивое соединение индивида с внешним миром, а это может быть достигнуто только путем определения мира посредством самого себя в практике. Познание начинается с отрицательного опыта жизни. Познание есть решение противоречия практической жизни. Осознается, становится предметом самопознания отрицательный опыт практического полагания. Совершенная практика не осознается. Сознание возникает в бессознательной прежде практике. Явление есть отношение вещи и индивида. Поэтому не вещь есть, или индивид есть, но есть отношение. Существование есть знающее себя отношение, явление. Познающая жизнь для себя не есть только явление своего несовершенства, но и понимание идеальной сущности. Осознание явления есть понимание его идеи, идеала. Жизнь знает себя не только в форме явления, но и в форме понимания идеала. В несовершенной практике постоянно совершается переход из состояния созерцания в состояние умозрения и обратно. Переход внимания из мира в себя и обратно есть процесс осознания сущности явления, осознания жизнью самой себя. Сознание есть единство явления и сущности, действительности и идеала.

Две основные темы всей книги – познание материи и идеи. Единое познание есть единство двух этих познаний. Единый предмет есть единство материи и идеи. Разделение это объясняется тем, что материя и идея, действительность и идеал, объективный и субъективный предметы есть стороны познающей жизни. Раздвоенность предмета познания есть раздвоенность познающей жизни, единство состояний чувственного созерцания и умозрения. Объективный и субъективный предметы этих состояний составляют единый предмет самопознания. Причина разделения материи и идеи как формы сознания есть несовершенство материальной жизни и необходимость в этом состоянии мышления как поиска пути свободы. Материя и идея, несовершенство действительной жизни и совершенство идеала могут быть поняты только вместе.

Часть 1
Человек как объективный предмет познания. Понятие материи

Введение.
Человек как предмет познания

Что такое человек? Усложняется техническая среда, окружающая человека, но прежде не были известны направление и цель этого развития. Сущность человека была неизвестной, он себя не знал, не был понят рационально. Почему прежде не было науки о человеке, о жизни? Не было мыслителей, видевших необходимость понимания человека, осознававших его как проблему, противоречие. Обобщающее, абстрактное мышление есть редкая способность и деятельность. Кроме того, чтобы понять сущность человека, мыслящему индивиду необходимо встать на точку зрения целостного, единого понимания материи. Это, по-видимому, недоступно простым смертным, поскольку никто из них не говорил еще о необходимости единства в понимании материи. Отсутствие до настоящего времени науки о жизни объясняется тем, что познание человека и жизни есть самопознание. Но обывательской благополучной толпе самопознание не присуще. Платон в диалоге «Государство» отмечает эту неспособность толпы к самопознанию. Только остановленная, несвободная жизнь имеет форму познания себя. Только в изгнании из жизни мыслящий взгляд становится всеобъемлющим. Только с высоты креста открывается единое понимание жизни. Чтобы видеть человека как проблему познания, нужно самому мыслителю быть проблемой. Быть проблемой для себя – значит быть неблагополучным, быть в себе противоречием.

Благополучный обыватель не знает такого предмета познания, как человеческая жизнь. Соединение индивида и среды прежде было только эмпирическим предметом художественной литературы, а до высоты теории исследование жизни не поднималось. Но закономерности жизни могут и должны быть выражены в общих, абстрактных понятиях. Данная работа есть первый в истории опыт теоретического исследования жизни, опыт науки о человеке. Наука о жизни, о человеке, как будет показано, есть единая, всеобъемлющая наука. Обыденное мнение состоит в том, что человек есть не животное, но необычное, надприродное существо. В толпе нет понимания, что такое человек и даже существует мнение о невозможности о нем науки. Наука определяет общее, закономерное, необходимое в различном и многообразном эмпирическом материале. Предметом познания не может быть необычное, чудесное, но общее во многом, однородное, обычное. Наука как рациональный подход к пониманию сущего начинается тогда, когда познающий индивид обретает способность увидеть своим умственным взором тождественное в различном, увидеть в многообразии материальных форм единый род.

Чем шире множество различных явлений, которые рассматривает мыслитель, тем полнее понимание их общей сущности. Глубина понимания явления прямо зависит от широты умственного взгляда. Широкому взгляду на вещи открыто то, что узкому взгляду недоступно. Нетрудно заметить, что для достижения предельной полноты понимания явлений необходимо рассматривать всеобъемлющий предмет. Всеобъемлющее познание есть дело мыслителя, метафизика, а не узких специалистов, деятелей частных наук. Понимание есть логическая связь явлений. Современная наука есть эмпирическое знание фактов без понимания их сущности. Поэтому она и не имеет формы единой, одной науки, но является таковой только по общему роду деятельности. Одной, общей науки никогда не было, но есть множество частных наук. Физика, безосновательно претендующая на роль науки обо всем, не является таковой. Современные науки не имеют теории, но есть собрание эмпирических фактов, описание явлений. Только понимание способно придать им единство и создать теорию жизни как единую науку о материи в многообразии ее форм.

Человек открывается с высоты единого понимания материи. Сущность человека становится понятной тогда, когда мыслитель, стремясь к пониманию, рассматривает всеобъемлющим умственным взглядом все сущее как однородное. Определение объективной сущности вещи есть определение рода. Для определения сущности вещи нужно рассматривать множество и определять его общий, единый род. Как известно, род и сущность человека есть организм. Но что есть организм? Чтобы понять родовую сущность организма, необходимо выходить за пределы биосферы и рассматривать более широкое множество явлений. Выходить за пределы биосферы – значит отождествлять биологические и физические явления. Такому единому взгляду препятствует существующее с давних пор в немыслящем мнении разделение «косной», «неживой» и «живой» материи. Материя не есть живая или неживая – это подразделение не имеет никакого рационального основания и есть предрассудок, простое обывательское мнение. Но проще в целях познания понимать всю материю как живую. Если вся материя однородна, то необходимо ее рассматривать как многообразие форм и уровней организации. Формы организации есть формы жизни. Если понято, что нет двух материй, но материя одна, то становится понятной необходимость единого воззрения в понимании биологических и физических явлений. С этой новой точки зрения организм и атом являются однородными явлениями разных уровней организации материи. Новое общее, родовое понятие, связывающее организм и атом – материальный элемент.

Сущность человека открывается в пределах единообразного понимания материи. Понять человека – значит понять материю, материальный мир. Но нельзя понять материю в многообразии ее форм, не стремясь к пониманию человека. Познание материи есть единство понимания человека и других материальных форм. Мыслитель исходит из того убеждения, что все однородно. Если бы не было однородности сущего, материи, то не было бы возможно познание. Человек однороден и единороден всем материальным формам. Единое понимание есть отождествление человека и других материальных форм. Если человек единороден миру, сущему, то он может понимать материальные формы посредством себя, поскольку нет другого средства для понимания. Человек может себя познавать с объективной стороны, в явлении, познавая другие материальные формы, и может познавать их с неведомой для внешнего наблюдателя субъективной их стороны, познавая свою субъективность, сознание. Зная самого себя в конкретной вещественной форме, можно судить более конкретно и о других формах материи, существующих для человека только абстрактно, таких как простейшие организмы, молекулы, атомы. Но тем самым и свое конкретное существование человек может понять во всеобщей, абстрактной форме. Видно, что единое познание есть понимание человека посредством других форм материи и понимание их посредством человека. Если понято, что человек единороден всему миру в многообразии материальных форм, то теперь он может быть понят посредством внешней материи, и ее саму он может понять более глубоко посредством самого себя, поскольку для себя он существует в конкретной форме. Прежняя наука не понимала ни человека, ни материю: если человек есть некое особенное, надприродное существо, то невозможно понять ни человека, ни другие материальные формы мира. Понять человека – значит отождествить его со всей материей, миром, природой: природа становится понятной посредством человека, человек становится понятен для себя посредством внешней природы. Человек единороден миру, но не есть в нем необычное, чудесное исключение.

Конкретное и абстрактное есть не только формы мысли, но и формы существования. Например, одноклеточный организм может быть мыслим как абстракция сложного, позвоночного организма. В процессе эволюции путем конкретизации функций относительно простой одноклеточный организм преобразовался в сложный позвоночный. Если не были бы реальными абстрактная и конкретная формы существования, то не было бы соответствующих форм мысли. Материя эволюционирует от абстрактных форм к конкретным, более развернутым в пространстве и времени. Эволюция есть развертывание из абстракции в конкретное. Конкретная форма материи есть проекция абстрактной формы в будущее. Нечто не может возникнуть из ничего. Возникновение новых форм должно быть понято как развитие, развертывание, усложнение предшествующих форм. Абстрактная форма, например атом, есть простая, одинарная. Конкретная форма, пусть это будет одноклеточный организм, есть сложная, множественная, состоящая из атомов. Сложная форма повторяет в своей абстрактной основе простую.

Другое препятствие в рациональном понимании человека есть наличие у него способности познания и отсутствие таковой у остальных видов биосферы. Человек отличается от других животных сознанием, мышлением. Сознание есть состояние познания, мышления. Человек есть, по преимуществу, мыслящий индивид. Но было бы ошибочно приписывать способность мышления в равной степени всем человеческим индивидам. До настоящего времени не было внятного объяснения сущности мышления и происхождения его, поскольку не было понимания сущности человека. Не понять человека, если думать, что познание, мышление есть его чудесная способность. Сознание нужно понять как всеобщую, родовую способность материи. Иное понимание сознания невозможно: нельзя понять возникновение мышления в бездушной материи. Также и нельзя понять наличие жизни в «мертвой», «косной» материи. Способности жизни и познания есть фундаментальные свойства материи. Материя есть жизнь. При ином подходе существование живой и мыслящей материи не может быть понято. Тьма бесполезных книг, наполняющих библиотеки, сохранила тщетные попытки их авторов объяснить, каким чудесным способом «мертвая» и «бездушная» материя становится живой и одушевленной, мыслящей.

Жизнь в ее сути есть способность материальных элементов сохраняться и умножаться, а познание есть способность их изменять свою форму существования, эволюционировать. Животные, весь мир организмов не познают и не нуждаются в познании, а человек познает. Как это можно объяснить? Обыденное мнение состоит в следующем: материя в своем развитии достигает высшего состояния, заключающегося в способности познания. На взгляд обывателя, животные виды есть примитивные, несовершенные формы жизни, а способность познания у человека есть признак высокоразвитости и совершенства. Этому взгляду противоречит тот факт, что «толпе не присуще быть мыслителем», по выражению Платона, но мышление, самопознание есть исключительная способность среди людей. Существует множество версий, предположений, но никто еще внятно не объяснил ни суть, ни происхождение познания. Способность познания становится понятной, если человек понят как несовершенная и поэтому эволюционирующая форма жизни. Самопознание есть состояние несовершенства и становление нового вида, эволюция. Человеку присуще познание, потому что он есть эволюционирующая форма жизни, устремленная в космос. Переход человека в космос будет означать возникновение новой материальной формы и окончание познания.

Индивид в себе есть активность, идея, потенция к полаганию себя вне себя. Материальный элемент может быть понят только как полагающий себя вне себя и тем самым умножающийся. Жизнь есть соединение индивида и среды. Среда есть внешняя индивиду сторона жизни. Чтобы удовлетворять свои потребности, индивид должен полагать себя вне себя, соединяться с предметами потребления, находящимися в среде. Жить – значит полагать себя, продолжаться в среду. Возможны противоположные формы жизни – соответствие индивида со средой, благополучие и несоответствие, неблагополучие. Формы жизни есть формы соединения индивида и среды. Индивид может составлять со средой одно, а может быть с ней в разделении. В состоянии соответствия полагание индивида принимается средой, которая есть тем самым его продолжение. Если соответствия нет, если полагание индивида не принимается средой, то состояние жизни есть скорее разделение, чем соединение.

Жизнь есть осуществление идеи в полагании. Невозможность полагания означает несовершенство жизни, неосуществленность идеи, состояние сознания. Беспредельная в своем полагании, совершенная жизнь не знает себя, но знает себя несовершенная жизнь. Совершенная жизнь есть бытие, а несовершенная – небытие, познание, мышление. Бытие есть тождество индивида в себе, бессознание. Небытие есть противоречие индивида в себе, расхождение идеала и действительности, самопознание. В индивиде, разделенном со средой, жизнь познает сама себя. Именно такие индивиды движут род человека по пути познания и развития. Состояние противоречия есть самопознание, а благополучная жизнь, тождество – потребление. Благополучные индивиды потребляют, в том числе и плоды познания, добытые мыслителями. Форму обществу, являющемуся в этом отношении материей, придает дух мыслителя, идеи, произведенные им. Общая жизнь изменяет тем самым свою форму, эволюционирует. Когда в мир приходят новые идеи, то в их свете прежний мир кажется ветхим и подлежащим обновлению.

Самопознание есть несовершенное, разделенное состояние жизни. Познание есть стремление от состояния противоречия к тождеству, от несовершенства к совершенству. Познание в обществе и истории имеет форму материальной эволюции. Познание, как и история человека есть временное, преходящее состояние. История и познание закончатся, человек станет совершенным космическим организмом и соединится, говоря метафорически, с Вечным своим Отцом. Быть совершенным – значит быть немыслящим, бессознательным существом. Но всегда делом самопознания заняты единицы, а большинство общества есть немыслящая, бессознательная материя. Сознание есть способность, имеющая степень выраженности. Индивид, как правило, более бессознателен, чем сознателен, более рефлекторно, привычно и бездумно живет, чем мыслью. Бессознание и сознание есть противоположность жизни рефлекторной, мирской, животной и жизни мыслящей, духовной, познающей.

Познание начинается с индивида. Познающие индивиды придают новую форму общей жизни. Для родовой, исторической жизни познание есть изменение ее формы, материальное развитие. Что есть познание для индивида? Познание как состояние жизни противоположно бытию. Познание есть разделение индивида с благом, невозможность полагания. Рай не есть географическое понятие, но состояние благополучной жизни. Изгнание из рая есть изгнание из общей жизни, разделение с миром. Изгнанный из жизни индивид только созерцает благо, но не присваивает практически. Но он стремится к благу, к признанию себя средой, стремится жить не созерцательно, но деятельно, жить полной жизнью и дышать полной грудью. Остановленная жизнь, самопознание есть единство состояний созерцательной практики и умозрения. Недоступное благо индивид созерцает в явлении и соединяется с ним в воображении, мысленно, понимая тем самым истинную сущность явления, идеал.

Жизнь есть организация индивидом материала окружающей среды, придание своей формы. Поглощение организмом материала среды, потребление и умножение его в половом полагании есть две стороны единого процесса жизни. Каждый материальный элемент при беспрепятственном умножении есть в возможности целый мир. Но они соперничают, конкурируют и ограничивают взаимно свои полагания в среду. Познание в этом свете может быть понято как состояние остановленной жизни, неосуществленность идеи и поиск в себе свободного пути полагания. Познание есть стремление от противоречия к тождеству, процесс решения противоречия, умственное отождествление идеала и действительности. Сначала решение проблемы происходит в уме, в мышлении, а окончательное преодоление противоречия происходит в практике. В практике преодолевается и проблема сознания как состояния разделенности, противоречия. Сознание есть разделенное, остановленное состояние жизни, когда полагание индивида невозможно, идеал и действительная жизнь разделены. Разделение индивида с благом есть разделение его в себе, сознание. Форма сознания есть единство противоположных представлений. Всеобщие стороны сознания есть идея и материя.

Мыслитель стремится в понимании к тождеству, но тождество есть недостижимый идеал для мышления. Разделение, противоречие есть необходимая форма сознания. Монизм как состояние познания недостижим, но с необходимостью форма сознания есть разделенность одного, дуализм. Единство противоположностей, дуализм есть состояние несовершенства и познания. Тождество, монизм есть состояние совершенства и бессознания. Достичь в мышлении состояния тождества – значит достичь безмыслия. Тождество мыслить невозможно, поскольку это есть состояние бессознания. Одно, не разделенное в себе, не может иметь определения. Когда мыслитель стремится к единой определенности, он открывает необходимую форму сознания. Разделяющееся на противоположности «единое» древнегреческих мыслителей есть необходимо осознанная ими всеобщая форма мысли. Состояние определенности, единое понятие есть различение одного и другого, единство сторон, двойственность, дуализм. Монизм достигается в конце эволюционного пути развития, когда практическая жизнь станет совершенной и бессознательной. Форма познающей жизни есть разделение созерцательной практики и умозрения, материи и идеи. В мышлении не преодолеть это разделение, но оно преодолевается в совершенной практике, в которой нет места мысли. Бытие есть тождество идеала и действительной жизни, идеи и материи. Мышление и чувственность, и предметы их, идея и материя есть разделение знающей себя жизни, форма сознания. Поэтому это разделение не преодолевается в состоянии познания, в сознательном, мыслящем состоянии, но углубляется и осознается при попытке его мысленного решения.

Жизнь есть материальный процесс. Материя постоянно возникает – иначе не объяснить ее существование. Материальные элементы обладают активностью, возникают и делятся. Материальные частицы возникают в каждой точке пространства, поэтому космологическая «теория взрыва» есть неудачное творение эмпирического ума. Гипотезы современной космологии порождены узостью мысли естествоиспытателей. Материя вечна. Материя есть процесс вечного возникновения, вечной жизни. Гораздо более реалистично представлять материю вечной, чем представлять ее чудесным образом возникшей в результате «взрыва». Грубость мысли эмпирического ума – представлять материю возникшей. Но материя возникает вечно – и это понимание многое объясняет. Только вечным возникновением могут быть объяснены и жизнь, и дух, сознание. Вечное возникновение есть процесс жизни. Жизнь есть процесс своего воспроизведения, поэтому это вечный по своей сути процесс. Невозможно обнаружить и представить начало жизни. Материальный элемент должен быть представляем как поглощающий материал среды и делящийся, умножающийся. Процесс жизни есть организация материала среды во множество элементов, возникновение новой среды. Элемент полагает вне себя свою форму. Поэтому организация материала есть придание ему формы.

Бытие не нуждается в познании. Форма познания есть остановленная жизнь, небытие. Когда полагание невозможно и жизнь не может продолжаться, она переходит в самопознание. Отождествляющая деятельность идеи принимает форму понимания, мышления. Процесс мышления есть воображаемое соединение с благом, представление идеала, поиск пути практического осуществления идеи. Истина, осуществление идеи достигается в практике. Истина мышления, понимание пути полагания опосредствует практическую истину жизни, которая есть состояние соответствия индивида и среды. Продукт самопознания есть новая форма полагания индивидом себя в среду. В социальной среде познание переходит на практический уровень: знание позволяет придавать материалу среды новую, соответствующую потребностям индивидов форму. Знание воплощается в новые формы жизни. Развивается отождествляющая, присваивающая способность индивидов, способ воспроизводства совершенствуется, эволюционирует род. Познание есть переход эволюционирующего вида на новый уровень организации, возникновение новой материальной формы.

В состоянии самопознания чувственное восприятие своего и внешних тел не бессознательно, как у совершенных животных, но осознанно. Индивид обычно не замечает, что он всегда находится в сменяющих друг друга состояниях чувственного восприятия и умозрения. Осознание есть переход из состояния чувственного восприятия в состояние умозрения. Без этого перехода, без противоположных состояний нет сознания. Самопознание есть чувственное созерцание явления недоступного блага и понимание его совершенной сущности, представление идеала. Жизнь несовершенна, а в себе индивид есть идея, идеал совершенства. Самопознание есть единство созерцательной практики и умственного осознания впечатлений. Суть умозрения в том, что в уме ограниченная практика осознается путем понимания совершенной ее формы, идеала. Мышление есть понимание несовершенства жизни и поиск пути к совершенству.

Форма сознания есть разделение чувственности и умозрения, материи и идеи. Выразители обыденного мнения называют это разделение «материей и сознанием». Это неверно, потому что материя есть предмет и сторона сознания. Материю нельзя противопоставлять сознанию. Вне сознания как состояния познающей жизни нет ничего, никакой «материи», но только бессознание. Материя есть состояние и предмет чувственности, определенность созерцания. Идея есть состояние и предмет умозрения, умственная определенность. Сознание есть единое состояние познающей жизни, единство чувственного созерцания и ума, материи и идеи. Невозможно преодолеть в мышлении разделение материи и идеи, поскольку оно есть форма мыслящего познания. Кроме представления, понятия всегда есть то, о чем это представление, понятие. Это разделение не преодолевается в процессе познания, в уме, в мышлении, но будет преодолено практически – тогда, когда закончится познание, когда произойдет практическое отождествление идеи и жизни, материи. Преодоление разделения чувственности и ума как формы самопознания, преодоление двойственности, дуализма есть преодоление сознания.

Материя и идея, знание и существование есть разные состояния познающей жизни, сознания. Уму свойственно стремление к обобщению представлений, сведению их к одному, общему роду. Но знание и существование не составляют общий род, обобщение их невозможно: нет общей жизни, общего сознания, кроме двух их сторон, созерцательной практики и умозрения. Общая жизнь есть бессознательная совершенная жизнь, не имеющая в себе разделения. Индивиду, углубившемуся в себя, может показаться, что все есть мышление. Но стоит выйти из этого состояния и перейти к созерцательной практике, как становится понятно, что мышление не есть все. Разделение этих состояний есть форма познающей жизни, сознания. Состояние познания есть разделение тождества бессознания, единство знания и существования, умозрения и созерцания. Идеал и конечная цель ума – сведение многого к одному, тождеству. Но тождество есть состояние бессознания, безмыслия, достигаемое не в мышлении, но практически. Мышление потому и есть, что практическая жизнь остановлена и не соответствует идеалу.

Знание себя есть сохраненное в памяти событие, состояние «в себе». Отрицательный опыт продолжается в индивиде в форме переживания. Прошедшее событие, неудовлетворенное желание сохраняется в памяти в форме нерешенной проблемы. Событие сохраняется, потому что идея не осуществляется, индивид не переходит в будущее состояние, но остается в прошлом. Самопознание есть состояние остановленной жизни – прошлое состояние продолжается, а будущее не наступило. Самопознание есть состояние остановленного времени жизни и поиск пути ее продолжения. Настоящее время есть разрыв непрерывной временной связи, разделение прошлого и будущего времен. Прошлое состояние не проходит, не сменяется будущим, но остается настоящим, которое есть, тем самым, продолженное, длительное прошлое. Настоящее состояние индивида есть продолжающееся, не переходящее в будущее, прошлое. Познание есть разрыв в вечности, знание прошлого и предполагание будущего. Цель познания есть восстановление непрерывности времени, возвращение в вечность.

Человек прежде не был предметом рационального познания. Но рациональность не есть единственная форма знания. В книге показано совпадение рационального и религиозного понимания человека. В свете рационального понимания человека стало возможно разумное понимание христианского учения. На протяжении всей истории человек стремился к пониманию себя и своей жизни. Рациональному пониманию исторически предшествует образная, метафорическая форма понимания, выраженная в мифах, сказаниях и преданиях разных народов, в религиозных учениях. Наиболее полно понимание человеком себя и истории осуществилось в христианском учении, создававшемся мыслью многих индивидов на протяжении тысячелетий. По этому учению, человек в доисторическое время жил благополучной жизнью в доме Отца своего Вечного, в раю. Человек в то время не познавал еще, поскольку не нуждался в познании, но только жил, потреблял. Такая жизнь – не познающая, но только потребляющая, есть жизнь совершенного, находящегося в соответствии со своей средой, животного. Такой жизнью живут и все остальные виды организмов. Потом человек был изгнан из рая, из вечности, стал смертным и стал жить трудной и познающей жизнью. С этого времени началась история человека как несовершенного и поэтому познающего и эволюционирующего животного вида. Если вдумчиво подойти к материалу библейского мифа об изгнании, то можно легко понять логическую некорректность, содержащуюся в нем. Если жизнь благополучна, то в ней нет места познанию, но она есть только потребление. Только после изгнания из рая начинается познание как состояние, когда индивид обретает плоды дерева познания. Дерево жизни остается в раю, а за пределом рая, на краю земли есть только дерево познания. Следуя мифу, человек стал познавать, питать себя плодами дерева познания и поэтому был изгнан. Но такая связь событий не поддается разумному пониманию, бессмысленна. Имеет смысл противоположная последовательность событий – человек был изгнан из жизни вечной, стал неблагополучным, непотребляющим и поэтому стал познавать. Почему человек был изгнан из рая и что такое есть изгнание из рая – это станет понятно в дальнейшем. Видно, что библейский миф об изгнании, несмотря на логическую неточность, в нем содержащуюся, согласуется с рациональным пониманием человека: человек есть разделенное с миром, изгнанное из вечной жизни существо.

Если главное событие Ветхого Завета есть изгнание человека из вечности и принуждение его к познанию, то Новый Завет рассказывает о возведении Сына Божьего на крест, телесной его смерти на кресте и воскрешении в форме духа. Дух есть способность самопознания, обретаемая на кресте, способность мышления. Новый Завет продолжает мысль о человеке, начатую в Ветхом Завете. Человек был изгнан из дома Вечного Отца, утратил вечность и стал познающим существом. Но как происходит познание – об этом не говорится в Ветхом Завете. И в Новом Завете допущена перестановка событий. Эта перестановка делает изложение чудесным, лишает его логического, рационального смысла. Если мыслить рационально, то все индивиды есть дети Отца своего Вечного. Много таких детей Божиих, которые не изгнаны, но живут обок с Вечным Отцом своим, живут благополучной жизнью в раю. Отец-Создатель их питает, и они блаженствуют. Эти индивиды не задают вопроса о смысле жизни, в них нет мысли жизни о себе самой. Несоответствие Нового Завета в том, что сначала Христос проповедует, а потом возводится на крест. Но сначала должен быть крест, на котором индивид страдает и мыслит, рождается духовно. Дух познания рождается на кресте. Без креста нет духа, а без духовности, без света понимания не может быть проповеди. Изгнанный из жизни и разделенный с Отцом злополучный индивид возводится на крест своего страдания. На кресте Сын Божий умирает для мирской жизни и рождается мыслителем. Жизнь на кресте есть духовная жизнь, самопознание. Индивид не рождается с готовым духом – рождение к познанию происходит в отроческом возрасте. Дух самопознания обретается на кресте. Возвысившись духом, Сын Божий идет со своей проповедью, учением о божественной природе человека в мир. Жизнь и познавательная деятельность Сына Божьего осуществляется в следующей последовательности: сначала неблагополучная жизнь и возведение на крест, затем духовное рождение на кресте, познающая жизнь и последующая проповедь. С креста Сын Божий открывает людям знание о пути вечной жизни. Но в Новом Завете сначала происходит рождение духа вместе с телом, потом проповедь и крест. Никакого рационального смысла в последовательности этих событиях нет. Правда в том, что великий Сын Божий рождается на кресте. Духовное рождение происходит в реальном страдании, а не чудесным образом. Дух возвышается в том, кто не живет, но только мечтает о жизни, кто, проклиная свой удел, корчится на кресте, не имея возможности жить благополучно. Удел того, кто изгнан из вечности, есть созерцание жизни с креста и понимание ее идеи, познание.

Вечный Отец посылает Сына своего на крест. На кресте Сын умирает телом и рождается духом. На кресте нельзя жить телесной жизнью, но только духовной. Жизнь телом и жизнь духом, самопознание есть противоположные, несовместимые формы жизни. Жизнь телом и жизнь духом есть бытие и небытие, познание. Умереть телом – значит не жить мирской, потребляющей, животной жизнью. Жить духовно – значит не жить, не полагать себя, но только знать о жизни, познавая ее идею, мыслить. На кресте индивид рождается к познанию, становится великим Сыном Божиим, мыслителем. Величие его – в великом труде духа, в деятельности познания. Изгнанный из мира Сын Божий производит знание. Плод познающей жизни, знание есть формообразующее начало, идея. Знание придает форму общественной деятельности индивидов и определяет путь их к будущей вечной жизни. Христианское учение говорит о том, что в конце истории человек должен вновь соединиться с Вечным своим Отцом. Человек, закончивший путь своего развития, должен отождествиться с внешним миром и утратить себя для себя. Познание завершится, человек станет совершенным космическим организмом, возвратится в рай, к Вечному Отцу. Снова состоянием человека станет бытие, но не познание.

Объективное познание есть единство конкретного и абстрактного познаний. Человек знает себя конкретно. Мыслитель переносит это знание в абстрактной форме на понимание материи других уровней и вообще материи. Атом и простой организм абстрактны для человека, поскольку он имеет только общее, схематичное знание о них. Но он знает материальный элемент в конкретной форме, поскольку знает самого себя. Умея абстрагировать, рассматривать конкретное в абстрактной форме, можно понять более конкретно элементы тех уровней, о которых есть только общее знание. Человек познает себя абстрактно посредством других форм материи и познает другие материальные формы конкретно посредством себя. Единое знание есть единство знания в конкретной и абстрактной формах. Конкретный материал не понять без абстрактной его формы, абстрактное знание не понять без конкретного. Конкретное и абстрактное есть не только формы мышления, но и формы материи: материя эволюционирует от абстрактных форм к более конкретным, детализированным, развернутым. Будущее – проекция прошлого. Простые, абстрактные формы проецируются в сложные, конкретные. Пространство форм проецируется в будущее.

Окончание детства. Первый вопрос

Познание начинается с вопросов, которые индивид задает себе, с недоумения. Без вопросов нет познания. Почему индивид задает вопросы и начинает мыслить? Мыслить – искать смысл. Все начинается с человеческого поиска смысла. Задавать вопрос – значит быть вопросом, проблемой. Смысл – в вечности, в соединении с Вечным Отцом, с которым индивид в разделении. Другого смысла индивидуальная жизнь не имеет. И задает этот вопрос индивид, разделенный с вечной и бесконечной жизнью. Индивиды, сущие в раю, вопрос этот не задают. Жизнь в изгнании начинается с вопроса о смысле жизни. Вопрос, состояние разделения есть начало мысли. С вопроса начинается мысленный поиск пути соединения разделенных сторон неблагополучной жизни. Индивид осознает себя конечным и преходящим индивидуальным телом в вечном и бесконечном мире, разделенным с вечной жизнью. Быть разделенным – природа сознания. Индивид, тождественный со своим окружением, не знает себя. В состоянии тождества индивид включен в мир, а в состоянии разделения исключен из него. Исключенный из мира, исключен и из жизни, поскольку жизнь есть соединение с миром. Существование индивида исключенным из мира есть мыслящая жизнь, самопознание. Индивид в этом состоянии есть в себе, в уме, в представлении весь мир. Такова природа жизни, что она, обретая препятствие своему полаганию себя вне себя, переходит в другое измерение. Когда жизнь останавливается, начинается мышление. Мышлением движет любовь к жизни, желание жить. Небытию духовной жизни, мышления противоположно совершенство практической жизни, бытие. Мышлению, действительному состоянию изгнания противоположна идеальная жизнь в раю, не нуждающаяся в познании.

Окончание дня есть окончание части жизни. В конце дня бывает иногда сожаление о том, что день закончился, и о жизни думается, что и она также закончится. День есть подобие жизни. В тот вечер, когда мать уже позвала домой, он, провожая взглядом заходящее солнце, в первый раз подумал, что и жизнь его также пройдет, как прошел этот летний день. Детство уходило, заканчивалась беззаботная жизнь. Утрачивались спокойствие и бестревожность, чаще приходила тоска. Дети не знают преходящести жизни, не понимают смерти. Не зная смерти, они и живут, и чувствуют себя так, как будто они вечны. Можно сказать, что жизнеощущение ребенка есть ощущение вечной жизни. Детство есть пора райской жизни индивида вместе с Отцом своим Вечным, когда смерти еще нет в мире и нет поэтому знания о ней. Индивид до изгнания из вечности не знает смерти. Он обретает знание о смерти, утрачивая вечную жизнь, становясь временным, преходящим. Знает о смерти тот, кто обрел себя изгнанным из вечности, стал временным. Остановленная жизнь знает свою преходящесть и познает путь вечности.

Жизнь в райском саду есть потребление плодов дерева жизни. Об этом дереве сказано в мифе: «и дерево жизни посреди рая» (Быт. 2, 9). Познания в раю нет и не может быть, потому что райская жизнь тождественна в себе, в ней нет разделения, нет противоречия. Отсюда следует, что дерево познания в райском саду не имеет никакого смысла – его там быть не может. Поэтому в тексте библейского мифа после фразы «и дерево жизни посреди рая», добавление «и дерево познания добра и зла» выглядит бессмысленным. Рай есть место жизни, но не познания. Познание происходит за пределами рая, на дальней окраине жизни. Древо познания возвышается не в райском саду, но в пустынной местности, на краю земли. Детское и, шире рассматривая, райское познание есть бессознательное чувственно-практическое научение жизни, общее всем животным. Оно достаточно для благополучной и непротиворечивой в себе райской жизни. Но познание добра и зла есть состояние утратившей свой смысл неблагополучной, остановленной жизни, задумавшейся о том, зачем она, и стремящейся к истине, идеалу. Жизнь в поиске своего смысла и в стремлении к истине, совершенству есть самопознание. Поскольку кроме самой себя для жизни ничего нет, то самопознание есть всеобъемлющее, единое познание. В раю нет такого познания и не может быть, но рай есть место непротиворечивой в себе, благополучной жизни. В раю не спрашивают, зачем жизнь. Райский житель не знает зла, ибо его жизнь есть потребление блага. Не зная зла, он не знает и добра. Только утрата добра позволяет его осознать. «Что имеем – не храним, потерявши – плачем». Только в состоянии зла индивид ценит и осознает утраченное благо. Только утрачивая вечную жизнь и обретая жизнь преходящую, индивид познает добро и зло, осознает утрату и обретение, идеал и действительность. Житель рая, обыватель не понимает вопроса о смысле жизни, потому что живет совершенной, истинной жизнью, исключающей мышление. В раю на зеленом лугу, под голубым небом пасутся овцы. Полнота бытия в доме Отца есть питание и размножение.

Детство переходит во взрослую жизнь. Взрослый индивид есть индивид определенного пола. Переход от детства к половой зрелости называют переходным возрастом, который, по сути своей, есть становление ребенка молодым мужчиной. Индивид в пору перехода – подросток, отрок. Становление ребенка юношей происходит в период между двенадцатью и четырнадцатью годами. В двенадцать лет индивид еще ребенок, а в четырнадцать – молодой мужчина. Но в душе он остается отроком, поскольку не живет еще жизнью мужчины. Девицы и молодые женщины смотрят в его сторону и тем очень смущают. В эти годы полового становления происходит переход к новой, с новыми радостями, жизни или, при неумении жить, изгнание из жизни. В это время определяется, какой жизнью будет жить индивид все последующие годы – несчастливой мыслящей, духовной или счастливой потребляющей, мирской, животной. Для одних, счастливых, взросление есть непротиворечивое продолжение детства, для другого это время есть изгнание из жизни, ее прекращение. Судьба в наибольшей мере определяется в это время. Истоки духа – в уходящем в свете заката детстве и невозможности продолжения жизни.

Подросток спрашивает у матери: «Зачем живут люди?». Почему был задан этот вопрос? Какое состояние жизни он выражал? Если раньше, в период детской жизни, ребенок к чему-то стремился, чему-то радовался, то теперь, когда прежняя жизнь закончилась, а новая не наступила, когда время остановилось, он не знает, зачем он, зачем его жизнь. В его жизни не стало того, к чему нужно стремиться, чему можно радоваться. Наверное, он бы не задумался о смысле, если бы жизнь его благополучно продолжилась, как она продолжается у большинства индивидов. В отроке произошла перемена, связанная со взрослением, и он стал другим. Повзрослевшему индивиду нужна другая среда, другая жизнь. Прежняя среда детства уже не соответствовала ему, он вырос из нее. Его тревожила неизвестность предстоящей жизни. Нужно было осваивать новую среду и новую жизнь. В это время, когда он вырос из своего детства, а новая жизнь не наступила, и был задан вопрос о жизни – зачем она, для чего.

Он не знает, для чего он живет. Он только что покинул рай, мир своего детства. Он словно путник в начале нового пути, когда он еще не обрел себе новой среды и новой жизни. Словно он из сказочного и доброго мира вышел в мир жестокий и злой. В течение многих лет после окончания детства он сожалел о том, что в мире отсутствует сказка. В этом сумрачном, безрадостном мире люди умирают, и он видел, как останки их уносили на кладбище. Для него было открытием, потрясшим его, то, что жизнь индивидов проходит, что они умирают. В этом тоскливом мире он открыл для себя преходящесть в непреходящем мире, в вечности. От людей остаются в вечность только памятники на их могилах. «Зачем жил человек?» – спрашивал он, стоя у могилы и читая даты рождения и смерти. Ему думалось, что кроме могильного холмика от индивида должно еще что-то оставаться и переходить в вечность, иначе он жил напрасно. В душе его было неприятие такой судьбы индивида, неприятие смертности и, вместе, убеждение в том, что после смерти индивида должны оставаться плоды его дел, его труда, чтобы помнили его люди. С тех отроческих лет, когда он осознал смерть, в нем жило убеждение, что памятник индивиду есть его дела, рукотворные или нерукотворные, остающиеся после него. Конечно, он был еще отроком, подростком. Он был выросшим, но не повзрослевшим. Он не знал и в шестнадцать лет, что юноша должен соединить свою судьбу с девушкой и оставить детей после себя. Он не думал в то время, не зная половой жизни, что вечность индивида – в его потомстве, что умерший индивид остается жить в своих детях. Дети, потомство есть лучший памятник индивиду. Он не знал этого и меньше всего думал об этом, когда задумывался в 12—13 лет, для чего живут люди. Единственный смысл жизни с тех отроческих лет он видел в том, чтобы жизнь прожить не зря, но оставить в вечность плоды своих дел, чтобы не спрашивал строгий отрок, стоя у его могилы – зачем человек жил.

Прежние радости жизни отошли в прошлое, а новых радостей он не знает и не предполагает даже. Жизнь не имеет смысла, если нет в ней чувственной радости, нет цели, влечения и удовлетворения. Подростку кажется, ибо он судит по себе, его мироощущение субъективно, что и другие люди не имеют никакой радости от жизни и также томятся от чувства бессмысленности. Ему жаль людей, кажутся тщетными их заботы и труды. Если в жизни нет чувственной радости, то она бессмысленна в своем самоощущении. Противоречие в том, что телом индивид становится мужчиной, но не живет соответствующей жизнью. Его исход из детства стал изгнанием из рая. Он не смог войти в новую, волнующую, притягивающую к себе взрослую жизнь. Окончание детства стало окончанием жизни. Жизнь стала невозможной и перешла в мышление. Осознание смертности человека, преходящести индивидуальной жизни с необходимостью приводит к вопросу о смысле жизни. Вопрос о смысле есть вопрос о пути продолжения жизни в вечность. Мышление и бытие несовместимы – жизнь неблагополучна, если она начинается с недоумения, с вопроса «зачем». Вопрос о своем смысле задает жизнь, которая остановилась и не может продолжаться. О смысле спрашивает бессмысленная, неблагополучная жизнь. Детская жизнь закончилось, но ей не пришла на смену другая жизнь. Не было других радостей и другого наполнения жизни, не было общения со сверстниками. Другие подростки играли с девицами, а он не был способен на такое поведение. С первых лет школьной учебы не мог смотреть на привлекательных сверстниц – они как будто ослепляли его своей красотой.

Жизнь стала пустой, ничем, соответствующим возрасту, не наполненной, безрадостной. Половая зрелость наступила раньше, чем у других подростков, бывших даже старше его. Он, бывший в классе меньше всех, в течение зимы обогнал по росту многих одноклассников. Внешне стал юношей, молодым мужчиной. Смущали взгляды девушек, насмешки ребят, отстающих в половом взрослении, остающихся еще детьми. Чувствовал себя очень неловко, стеснялся своего изменившегося голоса и внимания к себе. Результатом этой перемены стало отставание в учении. Вместо радостей этого возраста началась мучительная, похожая на пытку, жизнь. Стеснялся своего внешнего вида, своего лица. Навыков общения не было, общаться со сверстниками не умел, никогда не знал, о чем нужно говорить с другими. Все свободное от учебных занятий время отсиживался дома. Томился от безделья, не знал, чем заняться. Бестолково, бесплодно проходило время. К учению ни способностей, ни интереса не имел. Единственной радостью было чтение. Испытывал страх, неловкость, скованность, стесненность среди людей, в частности, среди сверстников. Измученный, с головной болью возвращался домой. Остро чувствовалась и осознавалась несвобода. Думалось, что и в заточении можно чувствовать себя свободней, чем на такой свободе, когда все стесняет и чувствуешь себя скованно и неловко. Хотелось жить нормальной, естественной жизнью в соответствии с потребностями и наклонностями своего возраста, но невозможно это было. Хотелось в те ранние годы жить свободно, чувствовать себя в среде естественно, непринужденно, быть в ней, как у себя дома. Приходил на ум образ рыбы, живущей в своей родной среде, в воде. Хотелось чувствовать себя в общественной среде так же свободно и естественно, как рыба чувствует себя в воде, но он чувствовал себя выброшенным из океана жизни на берег. Хотелось соответствия со средой, признания. Думалось, что нужно как-то измениться, стать таким же, как все, но не знал, как измениться, что делать. Это, конечно, была трагедия: быть молодым и не жить, не уметь жить соответствующей этому возрасту жизнью. Жизни не было, но было изгнание и начинающееся познание в мышлении.

Переживания тех лет, ставших уже далекими, трудно вспомнить в подробностях. Окончание детства было окончанием жизни, поскольку не было ее продолжения. Окончание детства, чтобы жизнь не останавливалась и не переходила в самопознание, должно быть началом новой жизни. Но новая жизнь не началась. В мир вошла смерть, и он потерял очарование рая, стал безрадостным. Часто была слышна в отдалении тоскливая музыка похорон – в то время похоронное шествие по городским улицам сопровождалось траурной музыкой. Самая главная перемена в сознании, связанная с окончанием вместе с детством и жизни, есть осознание смертности и утраты вечности, начало мышления. Не случайно осознание преходящести жизни, самопознание совпадает по времени с окончанием детства: детство не продолжилось новой жизнью, но она остановилась. Осознание обретенной преходящести и утраченной вечности есть одно понятие, форма самосознания. Настроение отрока в это время сумрачное, безрадостное, тревожное. Он изгонялся в мир, в котором его ждала трудная жизнь в поиске своего смысла, дела для вечности.

Остановленная жизнь переходит в форму самопознания. Изгнаннику из рая предстоит трудная жизнь, познание добра и зла, поиск смысла. Изгнание есть жизнь на кресте – именно крест есть дерево познания. В раю остались те, кто играли с девицами под деревом жизни и соблазняли их его плодами. Они непротиворечиво вошли во взрослую жизнь. Ева со своим змеем, соблазнившим ее, даже не заметили окончание своего детства – оно незаметно перешло в половую жизнь. Человек был изгнан из рая и принужден к познанию не за свою провинность. Но от вечности повелось такое распределение, что одни грешат, а другие страдают и возводятся на крест, одни живут, а другие познают добро и зло. Люди своей непомерной жизнерадостностью, своей жизненностью изгоняют из жизни тех, кто не так жизнерадостен, не так активен. Счастье одних – за счет несчастья других, всем поровну не бывает. Избранного сына Вечный его Отец изгоняет из рая, чтобы он познавал жизнь, ибо если все будут жить счастливо и блаженно, то кто будет творить вместе с Отцом новое небо и новую землю?

Он уходил из рая один – уходил, чтобы жить «со скорбью» (Быт 3,17). Ева со своим змеем осталась в раю потреблять плоды дерева жизни. Ева – это юная дева, красота, жизнь. Изгнанник, так влекущийся к девичьей красоте, обречен на жизнь без нее. Всегда человеческое общество делилось на центр и окраину. Можно и нужно рассматривать рай как центр жизни, а место изгнания – как окраину, край жизни. Жизнь есть потребление. Блага стекаются в центр, где и присваиваются способными индивидами. На окраине живут трудной жизнью, присвоение там затруднено. Девы устремляются в центр, где их красота потребляется благополучными индивидами. От века способные индивиды делили благо и красоту в том числе, но духовное развитие совершается от вечности неблагополучными мужчинами, для которых потребление красоты недоступно. Райская жизнь есть, по сути своей, благополучная, совершенная, истинная жизнь. О смысле жизни здесь вопроса не задают и к истине, соответствию не стремятся. Зла не имеют, поэтому и добра не знают. Как говорится, от добра не ищут добра. Отрок, изгнанный из вечности, вынужден жить другой жизнью. Господь Бог, изгоняя человека из рая, говорит о скудной, убогой и скорбной жизни, которая ждет изгнанника. Бог говорит о жизни без плодов дерева жизни, о жизни без смысла.

Все, приходящие в мир, приходят, чтобы жить. Все приходят жить, но не познавать. И он хотел жить, присваивать плоды дерева жизни. Но изгнан был из рая, из жизни и принужден к познанию. Оставшиеся в раю срывали плоды дерева жизни, брали даром цветущую красоту юных дев, а он был принужден к познанию добра и зла. Изгнаннику доступны только плоды дерева познания. Дерево познания возвышается вне рая, вне жизни и есть, по сути, дерево смерти. Бог сказал об этом дереве: «не ешь от него, ибо в день, в который ты вкусишь от него, смертью умрешь» (Быт.2,17). Жизнь за пределами рая, вне вечной жизни есть сущее небытие, познание. Есть только жизнь. Бытие и небытие, жизнь и смерть есть противоположные возможные формы жизни. Смерть, сущее небытие есть состояние остановленной жизни. Бытие и небытие есть потребление и познание, жизнь мирская и жизнь мыслящая. Индивид, обретающий плоды познания, есть умерший для мира. Бог не обманывает, когда говорит, что обретающий плоды дерева познания «смертью умрет». Только не познание есть причина прекращения жизни, но наоборот, прекращение жизни есть причина познания. Мышление есть жизнь в другом измерении, жизнь в себе, в уме, но не практическая жизнь во внешнем пространстве. Для внешнего мира, для жизни молодых жизнерадостных тел индивид, живущий в себе, умер, его нет в мире. Про изгнанника можно сказать, что он ушел из жизни, чтобы жить духом, познавать. Индивид, уходя от мира в себя, уходит в другое измерение жизни. Мышление, самопознание есть единственная реальная потусторонняя жизнь. Представление обывателей о потусторонней жизни как «загробной», наступающей после физической смерти индивида, есть беспочвенная фантазия. Бытие и небытие есть райская жизнь и жизнь на краю земли, в изгнании. Бытие и небытие есть и различные состояния психики: бытие есть рефлекторное потребление, бессознание, а небытие есть познающая жизнь, мышление. Бытие и небытие как противоположные формы жизни не могут сочетаться в одной жизни. Но познающий индивид знает и свою действительную жизнь как небытие, и знает бытие как свой идеал. Только индивид, живущий совершенной жизнью, не знает ни бытия, ни небытия, ни идеала, ни действительности.

Ребенок спрашивает своих родителей: «Зачем они, мать и отец, ходят каждый день на работу?» «Чтобы зарабатывать на жизнь, чтобы жить» – отвечают ему родители его. Ребенок был удовлетворен таким ответом, ведь он не знал еще, что жизнь проходит. Теперь, когда детство прошло и отрок понял, что и жизнь проходит, понял, что индивид смертен, все действия людей стали казаться бессмысленными, их усилия, труды стали казаться тщетными. Оттого и жаль людей. Отрок, знающий преходящесть и вечность, знающий смертность людей, спрашивает: «Зачем живут люди?». В преходящести смысла нет, смысл – в вечности. И в самом деле, для чего преходящее, для чего существует то, что заканчивается? Предыдущее для последующего, а то – в свою очередь для последующего и так выходит, что преходящее, можно сказать, служит вечному сущему, служит вечности. Преходящее событие есть материя вечности. Только о вечном не задают вопроса «зачем», только вечное есть сущее для себя, а преходящее – для последующего и, в конечном итоге, для вечности. Имеет смысл только вечная жизнь, а жизнь преходящая бессмысленна. Вечная жизнь есть и беспредельная жизнь, а преходящая жизнь имеет предел. Преходящая жизнь есть определенная, ограниченная жизнь. Предел преходящей жизни положен изгнанием из рая и «пламенным мечом обращающимся, чтобы охранять путь к дереву жизни». Смысл преходящего события – в вечности, определяется вечностью. Преходящее сущее имеет смысл, если оно служит вечности. Иначе, если преходящее существует только для себя, если не переходит в какой-нибудь форме в вечность, оно бессмысленно.

«Зачем жизнь» есть первый вопрос самопознания. Прежде тождественная в себе, жизнь разделилась на две стороны, идеальную и действительную, и стала искать отождествления. Отрок обрел себя смертным индивидом в, ставшем чуждым, вечном мире. Разделение жизни, прежде тождественной в себе, есть возникновение сознания, начало самопознания. Отрок изгоняется Отцом Всеобщим из вечности и должен найти свой путь в жизнь. Индивид осознает себя изгнанным и утратившим вечную жизнь уже будучи разделенным с Вечным Отцом. Пробудившееся сознание есть осознание изгнания из жизни вечной, утраты Вечного Отца. Изгнанник стал спрашивать: «Зачем преходящая жизнь?», стал искать путь вечной жизни. В изгнании он осознает, что имеет смысл только жизнь для вечности, служение вечности. Искать смысл своей жизни, ответ на вопрос «зачем жизнь» – значит искать путь в вечную жизнь, путь возвращения к Вечному Отцу. Каждый индивид есть, по природе своей, деятельное полагание себя в вечность. Остающиеся в раю, живущие благополучной половой жизнью размножаются и достигают тем самым вечности. Ему, изгнаннику из жизни, был недоступен этот путь. Ему нужно было искать свой путь в вечность, искать – зачем он, искать свое наполнение жизни, отвечать своей жизнью на вопрос «зачем жизнь». В нем рождался дух познания, возникало стремление к пониманию, но отрок в то время – в пору весны своей юношеской и весенних гроз еще не сознавал этого.

Жизнь есть полагание себя в вечность. Если индивиду недоступен путь жизни, то он вступает на путь познания. Кто не может жить, тот размышляет о жизни и деятельностью познания вносит свой вклад в вечную жизнь, живет для вечности. Вопрос «зачем живут люди, если они умирают» есть осознание отроком своего прехождения в вечности, осознание того, что преходящая жизнь имеет смысл, если она утверждает вечность. Это вопрос о своем назначении, смысле, о том, зачем он в мире, вечном и бесконечном. Жить нужно не бездумно, но целеустремленно, не развлекаясь, но трудясь. Ему и не удалось бы жить бездумно: жизнь в изгнании подчинена одной цели – возвращению в жизнь. Смысл имеет та преходящая жизнь, которая устремлена в вечность. Смысл имеет только вечная жизнь, но не преходящая, не временная. У человека должно быть дело для вечности. Отроку думалось, что не зря жили люди, оставившие для вечности плоды своего труда – творцы, исследователи природы, мыслители.

Смысл – мысль, понимание, понятие. «Смысл жизни» означает то же, что мысль о жизни, понятие, истина жизни. Индивид, задающий вопрос о смысле жизни, думает о совершенной, истинной жизни. Вопрос этот означает состояние недоумения, непонимания и начало мышления о жизни. Имеющее смысл – то, что может быть понято, отождествлено. Один из смыслов «понятного» – приемлемое, приятное. «Понять» в этом значении – значит «принять». Не имеет понимания, смысла зло, приносящее страдание, неприятное, как то, что не может быть принято. Зло как состояние неблагополучной жизни не имеет смысла, оправдания, понимания. Страдание и неудовлетворенность есть состояние непонимания, недоумения. Неблагополучный индивид не имеет радости удовлетворения желания, соединения с благом. Изгнанник из жизни страдает, потеряв привычную, соответствующую ему среду жизни. Он не может принять среду, которая ему противоречит, с которой нет соединения. Противоречие есть состояние непонимания, недоумения и вопроса жизни о себе, о своем смысле, вопроса «зачем». Состояние противоречия есть жизнь в форме вопроса, мысли жизни о самой себе. Каким-то образом природа индивида определяет возникновение мышления, если жизнь его неблагополучна. Нужно понять природу самопознания, переход жизни в форму мышления.

Индивид, по природе своей, должен к чему-то стремиться. Стремление есть действительное движение к предмету влечения, к вещи, состоянию. Осуществленное стремление заканчивается состоянием удовлетворенности и покоя. Жизнь есть соединение с необходимыми предметами среды, потребление. Остановленная жизнь не имеет возможности осуществления идеи, желания, влечения и не имеет состояния удовлетворенности. Индивид переживает в себе свое разделение со средой, с благом. Невозможность практики, разделение индивида с благом есть единство состояний чувственного созерцания и умозрения, форма самопознания. Мышление имеет форму переживания своего отрицательного практического опыта и мечты о благополучной, совершенной жизни. Мышление вначале оперирует образами, метафорами, а позднее и понятиями.

Неудовлетворенная жизнь задает вопрос «зачем жизнь» о смысле самой себя. Необходимо понять, почему возникает этот вопрос. Для понимания необходимо сравнить состояния благополучия и неблагополучия. Благополучие есть покой и удовлетворенность. Неблагополучие – беспокойство и недовольство собой. В потреблении беспокойство желания погашается. Отсутствие потребления, неудовлетворенность есть разделение желания и осуществления. Желание есть, а осуществления нет. Желание длится и принимает форму постоянного существования. Желание не имеет в совершенной жизни существования, но это незаметный идеальный момент, не имеющий длительности. То, что не осуществлено практически, материально, то осуществляется как мечта, представление идеала. Неосуществленное желание имеет форму представления, мысли об осуществлении, воображаемого соединения с благом. Неблагоприятное течение жизни есть временной разрыв возникшего желания, побуждения и осуществления: осуществления желания нет, оно отодвигается в будущее на неопределенное время. Неудовлетворенное желание есть состояние остановленного времени жизни. Остановленная жизнь есть остановленное время. Время совершенной жизни тождественно в себе, поскольку неразрывно – в нем нет разделения и различения прошлого, настоящего и будущего времен. Осуществление желания есть отождествление прошлого и будущего времен, непрерывное, не имеющее в себе различия и осознания, течение времени. Остановленное время есть разделенное и поэтому определенное в его моментах время, «распавшаяся связь времен». Разделение жизни есть разделение сознания. Неосуществленное желание есть представление осуществления, знание идеала. Разделяются и взаимно определяют друг друга действительность несовершенной жизни и представление совершенства, идеал.

Индивид, оказавшийся волею судьбы вне общей жизни, бездеятелен. Он не находит себя в своей деятельности, не знает, для чего, для какого дела он живет. Он бы хотел жить деятельно соответственно своему возрасту, но не может вследствие своей необщительности, неумения жить. Деятельность благополучных подростков есть общение со сверстниками, полнота практической жизни. Смысл жизни индивида состоит в том, что он делает, не думая о смысле, безмысленно, соответственно своему желанию. Не безразлично индивиду, чем ему заниматься, но жизнь должна соответствовать идее, склонности души. Смысл, следовательно, в осуществлении идеи, в своем деле, которое нужно найти. Только та деятельность дает удовлетворение, которая соответствует идее. Необходимый удел неблагополучного индивида – искать свое дело, свой смысл, назначение, мыслить о жизни. Поиск смысла есть поиск наполнения своей жизни. Идея в индивиде ищет свое осуществление. Удел неблагополучного подростка – жить в себе, в уме, в представлении, переживании, мышлении. Жизнь не может быть совсем бездеятельной, поэтому она принимает форму мышления, если не может быть практической. Смысл практической жизни – соединение с благом, удовлетворение потребности. Благополучные особи вопрос о смысле жизни не задают, но они безмысленны. Вопрос «зачем жизнь» есть начало самопознания, поскольку должно быть найдено свое дело для вечности, путь полагания. Смысл жизни есть путь, форма полагания индивидом себя вне себя. Жизнь, задумывающаяся о своем смысле, есть уже другая жизнь – не практическая, но духовная, мыслящая. Смысл любой жизни – служить своим делом вечности, продолжать и утверждать жизнь. Но духовная жизнь имеет особенный смысл и особенное служение. Духовная жизнь есть самопознание, и в этом состоит ее смысл и служение вечности. В конечном итоге на вопрос «зачем жизнь» каждый индивид отвечает самой своей жизнью, тем, для чего действительно она была, какими деяниями была наполнена. Ответ дает индивид своему Божественному Отцу и тому отроку, который будет спрашивать, стоя у могилы – «Зачем человек жил?». Но не по хотению индивида жизнь его складывается, не в его власти то, как он жизнь проживет. Есть иллюзия у благополучных индивидов, что они сами определяют свою жизнь и живут так, как хотят сами. И действительно, благополучная жизнь есть тождество идеи, желания и действительной жизни. Совершенная жизнь свободна, потому что она соответствует идее. Жизнь благополучных индивидов соответствует их стремлению, они свободно плывут по реке времени. Иллюзия тогда возникает, когда они начинают мнить себя творцами своей судьбы. В действительности никто не является вершителем своей жизни, своей судьбы, но все во власти Божественного Отца.

Стремление к пониманию

Любимым для него занятием в начальные школьные годы было чтение. Чтение книг полюбил с тех пор, как научился читать в первый год школьных занятий, в семь лет. Как сокровище драгоценное нес домой книги, взятые в школьной библиотеке, радуясь предстоящему чтению. Очень приятен был даже какой-то особенный запах библиотечных книг. Вначале читал сказки и они, наверное, по-своему формировали детскую душу. Чтение сказок есть для ребенка настоящий праздник. Позднее читал научно-популярные книги и журналы. В книгах художественных искал присутствия мысли, но это не всегда бывает, не всегда книга заставляет задуматься, будит мысль. Чтение книг заменило жизнь: вместо того, чтобы общаться со сверстниками и проходить необходимую школу общения, он сидел с книгами. Чтение никто не направлял, оно было беспорядочным и, наверное, малопродуктивным. Когда детство закончилось, чтение уже не так увлекало. Возможно, что и трудней было найти интересную книгу. Книги иногда возвращал в библиотеку непрочитанными. Сидя за столом, с книгой или учебником, чаще, наверное, предавался мечтам и фантазиям, чем занимался делом. Практика никогда не интересовала. Часто просто ходил по дому, не зная, чем заняться в своем заточении – совсем как зверь ходит в клетке. Частые сожаления отроческих лет – что в мире нет сказки, что мир гадко реалистичен. Книга навсегда для него стала лучшим украшением жизни.

Запомнилось впечатление тех лет от эпилога «Войны и мира», где Толстой размышляет о движущих силах истории, о месте в историческом процессе так называемой «свободы воли» и необходимости. Социальное движение в этом размышлении Толстого предстает как необходимый материальный процесс. Был интерес в те годы, в 14—18 лет, к астрономии, биологии, обществоведению. В 16 лет заинтересовался гипотезой о происхождении солнечной системы, изложенной в школьном учебнике астрономии. Есть множество космогонических гипотез, но наиболее известной и общепризнанной является гипотеза о возникновении Солнечной системы из газопылевого облака. Помнится возникшее интуитивное неприятие такого воззрения, которое есть, по сути, наследие эпохи механицизма в науке о природе. Казалось более естественным предположение, что планеты рождаются путем периодического отделения от звезды части вещества. Возникновение планет может быть понято только как необходимое и закономерное явление в общей эволюции космоса. К объяснению космической эволюции посредством катастроф и случайностей прибегают совсем уж немыслящие авторы. Теории взрывов и возникновения космических тел из пыли производят индивиды, не обладающие рациональным мышлением. При обилии фактов не было еще мыслителя в космологии. Кажущееся пустым противопоставление физиков и метафизиков имеет под собой реальную основу. Известно, что бывают индивиды практического и созерцательного склада. Менее известно, что практики мыслят конкретно, а созерцатели – абстрактно, общими понятиями. Поэтому и в познании они проявляют себя различно: если практики есть естествоиспытатели, натуралисты, то созерцатели есть необходимо метафизики, мыслители. Если естествоиспытатели, физики производят факты, то дело мыслителя, метафизика – осознать их, понять.

Много времени у того, кто не участвует в жизни тел. Индивид, исключенный судьбой из мирской жизни, томится в своем заточении в поиске дела. К жизни в себе индивид переходит не добровольно, но вынужденно. Состояние несвободы, принуждение самой жизнью к размышлению есть начальное условие самопознания. Благополучная практическая, мирская жизнь есть главный враг духа. Они погибли в суете – можно сказать про равнодушных к познанию благополучных индивидов. Дух самопознания не рождается в благополучных индивидах, в тех, кого питают плоды дерева жизни, кто находится в ладу с миром. Если индивид не живет благополучной мирской жизнью, то он необходимо живет, размышляя о вечном и преходящем: быть вне жизни – значит быть вне течения реки времени и созерцать время со стороны. Движущийся вместе с потоком не замечает его движения. Необходимо быть вне жизни, вечной и бесконечной, чтобы она открылась тебе как предмет познания. Самопознание есть жизнь наедине с вечностью, беседа с Божественным Отцом. Думать о смысле жизни – значит размышлять о вечности и преходящести.

Вечерами было время для неспешного созерцания ночного неба. Родительский дом был на окраине города. Небо в городском центре никогда не бывает таким звездным, как на окраине. Многие городские жители никогда, наверное, не видели такого яркого от звезд неба, какое он созерцал и впитывал в себя вечерами. На краю жизни, в стороне от центра небо глубокое, бездонное. Ночное звездное небо – не молчащее, но говорящее небо. Не только «звезда с звездою говорит», по выражению поэта, но и индивиду, их созерцающему, звезды говорят о многом. Звездное небо есть явление мироздания, космоса. Бездонная глубина космоса зовет к себе и говорит о жизни, вечной и бесконечной. Это Отец Небесный зовет человека к Себе. О единстве мира говорят звезды, о том, что человек не чужд, но единороден космосу, о том, что человек есть сын его родной. Небо ночное снилось ему с движением в нем таинственным, с письменами среди звезд.

Кто объяснил, как рождается мысль? Почему пробуждается мышление? Сначала индивид впитывает в себя мир в созерцании, читает книги, получает впечатления. Возможно, излишней впечатлительностью он обладал, потому что, когда ложился спать, долго не мог уснуть, долго не могли утихнуть в душе впечатления дня, в том числе от прочитанных книг. Однажды, когда он уже засыпал, в уме прозвучала, словно сказанная вслух, фраза «пространство – фундамент». Конечно, этому определению в уме предшествовали частые созерцания звездного неба вечерами, впечатления от чтения учебника астрономии и размышления о пространстве и космических телах. «В каком смысле», – он думал, – «пространство есть фундамент? Или пространство нужно понимать только как то, в чем находятся космические тела, или, кроме того, и как то, из чего они состоят, как материал тел, как материю, субстрат?» Если пространство понимать только как внешнюю среду тел, не связанную с телом субстратно, как, например, вода для пловца, то невозможно понять ни природу пространства, ни природу тела, ни природу движения. Но, скорее, тело относится к пространству, как волна к воде, как сгущение, уплотнение в воде к самой воде. Тело есть активная форма, волна возникновения, а пространство – материя, субстрат, материал. Пространство, при таком понимании его, действительно, есть фундамент, основа, всеобщая среда тел.

При ознакомлении с содержанием наук о природе, таких как биология и астрономия, видно, что при большом объеме фактического, эмпирического материала многое в этих науках остается непонятым. С удивлением каждый, наверное, сколько-нибудь мыслящий подросток узнает, как много еще остается в науках непонятого, того, что еще ждет своего объяснения. В науке об организмах биосферы, в биологии, нет понимания сущности организма и жизни, нет понимания законов развития биосферы и, в частности, как возникли организмы, по каким законам возникают виды, как возник человек. В науке о космосе, в астрономии нет понимания законов эволюции: как возникают и эволюционируют космические тела, галактики, звезды и планеты. До настоящего времени нет приемлемого объяснения эволюции солнечной системы.

Он задумывался о познании и осознавал, еще не формулируя это ясно, несоответствие между фактическим материалом естественных наук и пониманием его: «У природы нет от человека тайн, но познание подвигается с великим трудом». Природа открыта человеку в явлении, является человеку. Знание явлений отражено в естественных, эмпирических науках как содержание этих наук. Но наивны, несостоятельны попытки объяснения естествоиспытателями этих явлений. О современном состоянии наук можно сказать, что знаний много, а цельного, единого, всеобъемлющего знания нет, поскольку нет понимания. Достижение полноты знания возможно только на пути метафизического, единого познания. Современная наука есть знание без понимания. Он начинал понимать, что в познании существующего кроме наблюдения большое значение имеет размышление. Именно в мышлении открывается мир, космос, существование. Сущность явлений чувственно не воспринимается, ее можно только понять в мышлении. Вершина познания есть понимание явлений. С этого времени, в 15 – 18 лет, в нем возникло стремление к пониманию существующего. Это стремление возникло не как стремление к частному пониманию, но как стремление к единому пониманию мироздания, стремление к всепониманию. Было понятно и тогда уже, что частное понимание невозможно, но частное явление можно понять достаточно полно лишь в пределах всеобщего понимания материи.

В современной физической науке нет единого понимания материи. Множество частных теорий в этой науке не связаны между собой и только описывают с помощью математических формализмов явления, но ничего не объясняют. Физика еще не вышла в своем развитии из стадии эмпирической науки. Он пытался определить «общие принципы», на основе которых можно было бы начать размышлять и продвигаться в понимании всего существующего. Эти принципы, как он усматривал, были следующие: «все из чего-то состоит», «все в чем-то находится». Рассматривая человека в этом отношении, он заметил тогда, что индивид находится во внешней среде и он сам, его жилище и используемые предметы состоят из материала внешней среды. В те же юношеские годы у него было понимание одежды, а несколько позднее и понимание жилища как защитных оболочек, опосредствующих взаимодействие индивида и внешней среды. В свободное время он часто ходил на лыжах. После долгой ходьбы перестаешь замечать лыжи на ногах – они есть как будто твое естественное продолжение. И так и есть: лыжи, как и удобная обувь, есть приспособление, адаптация индивида к некоторым условиям, и если приспособление совершенно, то оно становится незаметным для индивида.

Возникшее в 15 – 18 лет стремление к всепониманию есть необходимая форма сознания. Форма мышления, сознания есть форма жизни. Жизнь его была противоречие, несвобода, недовольство собой и, вместе, непонимание, недоумение. Он хотел жить в соответствии со средой, но был в разделении и не видел пути к соединению. Ему оставалось только жить в себе, наедине со своими впечатлениями и переживаниями, в умозрении. Стремление к всепониманию, желание понять мир, сущее не означает завышенных притязаний или легкомыслия, но есть естественная потребность остановленной жизни. Стремление к единству понимания есть необходимая форма самопознания. В этой форме индивид разделен в себе, его идеал жизни противостоит действительности. Стремление к единству понятия есть стремление решить это противоречие своей жизни. Но кажется странным, что индивид, находясь в состоянии противоречия, не умея жить, размышляет на темы, не имеющие отношения к практической жизни. Он размышлял, конечно, и о том, как ему непротиворечиво, тождественно соединиться с внешним миром, с окружающей его подростковой средой. Он думал о том, что ему мешает жить, думал об изменении себя. Он хотел быть таким же, как все, но не мог измениться и стать другим. Позднее он понял и невозможность изменения себя, и необходимость быть таким, какой он есть. Пребывание в самом себе, в умозрении становилось все более привычным образом жизни. Если индивиду недоступна практическая жизнь в мире, то он с необходимостью пребывает в себе. Юношеская энергия, потенция к жизни должна быть на что-то направлена. Человек по природе своей деятелен и не может быть совсем без какого-нибудь дела. Кто бездеятелен в окружающем мире, кто не живет мирской жизнью, не умея жить, тому остается быть в себе, мыслить. С необходимостью, не произвольно, но по велению Божественного Отца жизнь переходит в другое измерение.

Стремление к пониманию есть форма самопознания. Мышления нет без вопроса и стремления к пониманию. Процесс понимания есть мышление. Мысль движется путем отождествления представлений. Понимать, мыслить – значит отождествлять, давать определение. Отождествление есть закон и практической жизни, и мышления. Противоречие практической жизни решается сначала мысленно, в представлении, а потом уже происходит практическое отождествление. Если противоречие жизни всеобще, то и мышление стремится к всеобъемлемости. Стремление к единому, всеобъемлющему пониманию есть необходимая форма мышления остановленной жизни, самопознание. Жизнь в форме противоречия становится для себя предметом познания. Противоречие есть познающая себя форма жизни, тождество себя не познает.

Мышление должно от чего-то отправляться. Должен быть отправной пункт, основание для мышления. Он думал: «Если известны элементы сущего и их взаимодействия, то можно объяснить любое явление». Но нужно определить этот элемент сущего, элемент материи. Издавна таким элементом считали атом как элементарную неделимую частицу вещества. Но кроме физических явлений, многие из которых определяются и объясняются атомно-молекулярными взаимодействиями, есть явления биосферы и общественной жизни. Социальные и биосферные явления не могут быть сведены к атомно-молекулярным взаимодействиям и объяснены посредством их. Вопрос об элементе сущего, материи и вместе с тем об отправном пункте единого понимания оставался открытым, нерешенным.

Одиночество и безучастность

1973 – 75 годы были годами воинской службы. Тягостное течение времени скрашивалось только созерцанием природы да размышлениями на посту во время несения караульной службы. Казалось, в мечтах, что после возвращения домой начнется новая, другая, какая-то настоящая жизнь, которой он еще не жил, но только собирался жить. Но вернулся домой, и потекла такая же, как прежде, бесцельная и нелепая жизнь в недовольстве ею и томлении без настоящего дела. Хотелось жить полной жизнью, но ни жить, ни общаться не умел. Все еще был отроком. Размышлял о возможности изменения себя, чтобы быть таким, как все. Искал свое дело – дело для души и вечности.

Наступает время, когда птенцы улетают из родительского дома, чтобы жить самостоятельно. И ему нужно было решиться на перемену жизни. Грезилось ему однажды во время дневного легкого сна, что шла гроза, лился дождь. От большого камня, лежащего в улице, отделился обломок. Бурным потоком воды его унесло в дальний конец улицы, на зеленую поляну. На той поляне солнце ласково пригревает, птицы поют, ветерок освежает. Хорошо там было камню, легко, привольно. Возвратился все же обломок к своему родному камню, но ту поляну не может забыть. Хочется вернуться обломку туда, где ему так легко дышалось, где птицы пели и солнце согревало, но жаль бросить отца, родной камень. В августе 1978 года он сжег тетради со своими записями и уехал из города, в котором прошли детство и отрочество, уехал, полный надежд на жизнь, из стесняющей атмосферы родительского дома и родного города к свободе. В это время, службы в армии и в последующие неспокойные годы, он систематически не размышлял, но всегда думалось, конечно, о чем-то, что-то зрело, наверное, в голове. Было понимание, еще не высказанное, не сформулированное, о необходимости единой науки, единого научного языка, поскольку не объяснить в категориях атомно-молекулярной теории ни биологические, ни социальные явления. Единство понимания было необходимостью познания, и мысль в нем искала путь к этому единству. Но непроизволен был этот поиск. Он не осознавал еще своего призвания, не знал себя, не нашел себя в своем деле.

Влекла к себе мощно, ошеломляла, притягивала взор женская красота. Но женщины и красота их были для него недоступны. Смел с женщинами тот, кто устойчиво утвердился в общей, мирской жизни. Тот, кто не включен в мирскую жизнь, кого нет в мире, тот не имеет успеха у женщин. Он избегал многолюдства, не мог его психически и физически выносить и тем обречен был на одиночество. Женщин около него не было: они там сбывают свою красоту, где многолюдство, где успешно устроившиеся в жизни благополучные индивиды. Красивых женщин не бывает на окраине жизни, там, где был он.

Однообразно текла его жизнь. Словно пригвожден был он ко кресту или прикован к скале на краю земли и, не имея возможности ничего изменить в своей судьбе, взирал бессильно с высоты своего отчуждения, взирал отстраненно на окружающую мирскую жизнь. Быть в молодые годы исключенным из жизни – это страдание, горькая участь. Мир не видит такую трагедию, крест этот невидим, крест этот в духовном мире возвышается. Муки те знает только испытавший их да Вечный Отец, пославший его на крест.

Проходили годы, но в жизни его ничего не менялось. Другим доставались расцветающие каждую весну молодые женщины, а его взгляд, взгляд с креста, все более становился безжизненным. Сколько расцвело за годы его молодости женщин, но ни одной не было рядом с ним. Живым, но не живущим он был. Не имея своей части в окружающем его кипении жизни, он становился все более безучастным в отношении к ней. Посторонним наблюдателем жизни он был, не имея в ней никакого участия. Люди бросаются с увлечением в общую жизнь, погружаются в океан мирской жизни и теряют в нем себя, найдя свое место и свое счастье. Он оставался на берегу, оставался посторонним наблюдателем жизни.

Быть исключенным из жизни, не иметь своей частной доли – значит быть противопоставленным вечности и бесконечности. С необходимостью судьбы такой индивид не есть частный индивид, но, противопоставленный вечному и бесконечному миру, он становится равным ему в мышлении. Перед ним – все существующее, а не своя только часть. Противопоставленность вечности есть жизнь духа, самопознание. Познание есть жизнь наедине с Вечным и Бесконечным Отцом. Мышление несовместимо с мирской жизнью. Мирская жизнь имеет своим предметом частное, преходящее и конечное. Предмет жизни духа, мышления есть общее, вечное и бесконечное. Есть мирская жизнь бездуховной плоти и есть бесплотная духовная жизнь. Индивид, ничтожный и нелепый в мирской жизни, становится великим в жизни духовной. В прикованном и пригвожденном, сущем на краю земли индивиде рождается высокий дух.

С высоты и дали изгнания своего смотрел он на мир и человека в нем. Разделение с общей жизнью есть и отстраненность от внешнего мира. Мысль в нем искала путь к единому пониманию сущего. Мышление протекало независимо от его воли, непроизвольно. Словно он был орудием познания, словно познание есть не индивидуальный труд, но труд и дело всего мира, всего сущего. Так и есть. Обычно думают, что мысль ни от чего не зависима, но это не так. Мысль – не прихоть, не произволение индивида, но она также необходима, как необходимы поступки. Мысль индивида так же определяется условиями его жизни, как и его действия. Мышление есть духовное отношение Сына и Отца. Мышление есть функция жизни, а жизнь есть отношение индивидуального тела и внешнего ему сущего. Форма мышления есть форма индивидуальной жизни. То, что открывается людям, то им Вечный Отец сообщает – сообщает непосредственно или посредством Своего распятого Сына. Только на кресте Сын может сообщаться духовно с Отцом – живущий в мире Отца не слышит. Только к скале прикованный может обрести дух и принести в ветхий мир свет обновления, свет новой жизни. Образ Христа распятого, Прометея прикованного, человека страдающего есть лучшее приближение к пониманию человеческого познания. Человек страдающий есть человек познающий. Объективное мышление не зависит от частной воли индивида. Можно сказать, это мышление использует индивида, протекая в нем. Не так это происходит, как думают обыватели, что индивид размышляет, движимый «любовью к мудрости», но в действительности в нем начинает свою деятельность объективная мысль. В этом отношении можно сказать, что мышление необходимо и объективно. Способность объективного мышления, божественный дух древнегреческие мыслители называли логосом.

Он часто задумывался в своем одиночестве о сущности человека – о человеке на Земле, о человеке в космосе и вечности. Он хотел понять человека, его будущее, направление исторического развития. Человек был постоянным предметом размышлений. Они были прерваны ненадолго только переходом к семейной жизни. Картины фантастов не убеждали, в них не было понимания. Искал место человека в научной картине мира: органическая и одушевленная материя не укладывалась в общую, физико-химическую картину мира, была непонятным, необычным исключением в ней. Единого подхода к пониманию материи в науке не было. Человеку не было места в прежней научной картине мира. Материя в современном понимании, как и во времена господства механистического воззрения, не оставляет места жизни и мышлению. Потому-то и не было прежде науки о жизни, человек не был предметом научного познания. Лишь немногие мыслители видели в человеке проблему. Немыслящее большинство не догадывалось даже о том, что и человек должен быть предметом науки. Не поняв человека, как можно достичь единства познания? Ведь и человек есть часть мира, часть сущего. Даже понимания не было в прежней науке, что человек, его жизнь должны стать предметом научного, теоретического, понимающего познания. Обыватели, далекие от дела познания, много говорили о «единстве мира». Но в их писаниях это выражение было пустой, ничего не значащей фразой. Понимания единства мира не было.

Современная так называемая «научная картина мира» представляет собой странное явление. Мир существует в единственном числе, мир один. И наука о мире как об одном предмете познания должна быть одна. Но мир разделен в современном представлении на отдельные части, отдельные миры. Это мир так называемой «неживой» или неорганической материи, мир организмов и социальный мир. Им соответствуют физика, включающая химию и космологию, биология и наука об обществе, социология. Эти науки есть словно науки о разных мирах – они имеют каждая свой научный язык, свои категории, понятия. И, похоже, даже нет понимания учеными умами в настоящее время, что это есть нездоровое, незаконченное состояние научного познания. И материя разделена в бездумном мнении обывательской толпы. Разделяются во мнении «живая» и «неживая», «косная» материи. В свою очередь, «живая» материя есть разделение материи сознательной, обладающей сознанием, и материи бессознательной, не обладающую сознанием. С такими разделениями не достичь, конечно, единства понимания и построения единой науки о жизни, о материи. По этой причине и нет в настоящее время ни понимания жизни, ни понимания сознания: ведь понять нечто – значит отождествить с другим, свести это нечто к единому роду сущего, к общему понятию. Нет и разумного понимания материи, поскольку она разделена в бездумном мнении на «косную», неживую и живую. В разделении истины нет.

Определить предмет – значит определить и выразить свое отношение к нему, понятие. В это время, в 79 – 81 годы, он был, наверное, на пределе своей отстраненности от жизни, на пределе безжизненности. Не было своего дела, которое наполняет жизнь стремлением и дает радость осуществления, придает смысл жизни. Не умел сходиться с людьми, жил одиноко, поэтому не было и женщины, которая тоже является необходимым наполнением жизни мужчины. Жизнь была пустой, жил в совершенно общей, абстрактной форме. Даже и не жил, но только был, существовал. Не было ничего из того конкретного, что наполняет жизнь индивида и увлекает его. Он только созерцал отстраненно, безучастно внешнюю человеческую жизнь. Помнится отношение его в то время к людям, к мирской жизни. Отношение это, принявшее форму определения «человек есть материя», есть, конечно, предельно общее, абстрактное отношение и понятие. Это было его отношение к мирской жизни, из которой он был исключен. Этим общим, абстрактным отношением и понятием была его жизнь. Быть безжизненным, быть живым, но не живущим— значит жить в совершенно общей форме, значит только существовать. Форма жизни, предельно общей, абстрактной, выразилась в мысли, предельно общей: «Человек есть материя». Он смотрел на людской мир отчужденно, не принимая участия в мирской жизни. Чуждо было ему, потому что недоступно все то, чем живут, чем увлекаются люди. Мирская человеческая жизнь, являясь для него только предметом наблюдения, воспринималась как часть мирового материального процесса. Отстраненность и неучастие в жизни, безучастность способствовали тому совершенно общему взгляду на человека и остальной мир, тому отношению, в пределах которого материя не делится на живую и неживую, одушевленную и неодушевленную. Для сущего на кресте, для сущего в пределе отчуждения от жизни, для того, кто прикован к скале на краю земли – для того человек не отличаются от остального мира, но все есть материальные формы.

Индивид не изолирован от внешней среды. Даже в самой общей форме существования жизнь его происходит в мире. Внешний мир, происходящая в мире общая жизнь является предметом его наблюдения. Индивид, переживающий бессмысленность своего существования, и во внешней среде не видит своего, ближнего ему смысла, присущего всем благополучно живущим индивидам. Недоумение и вопрос его о смысле есть вопрос и о смысле внешнего ему, наблюдаемого им мира. Он смотрит безжизненным, общим взглядом на внешнее сущее и определяет в мысли свое к нему общее отношение. Это отношение, определяемое в мысли, есть смысл, сущность, понятие. Смысл, понятие внешнего сущего как предмета определяется в пределах понятия жизни. Если жизнь бессмысленна, то и все в ней равно бессмысленно. С креста все существующее воспринимается иначе. У существующего на кресте равное отношение к деревьям, камням, индивидам. Это все есть материя. Это его отношение к человеку было даже не обдумано в то время, не сформулировано, не записано. Но оно было пережито и сохранено в памяти.

Размышления о жизни

Судьба так распорядилась, что с 1981 года он стал жить семейной жизнью. Жизнь семейного индивида не менее замкнута, если не более, чем жизнь одиночки. Ни целей, ни интересов не было. Он не нашел еще свое дело, не определился в самом себе, процесс определения был только отложен. Осознавал бессмысленный круг жизни: работа – чтобы жить, а жизнь – чтобы работать. Работа не приносила удовлетворения, но была лишь обеспечением жизни. Не было дела, которое бы наполнило пустую жизнь смыслом и принесло признание. Он даже не знает еще, в чем его дело для вечности и по склонности души, в чем его способность. Жизнью своей действительной был недоволен. Другая жизнь была для него недоступна вследствие его неспособности к общению. Иногда он остро чувствует и переживает свою неприспособленность к окружающей людской среде. Но не умел и не мог жить другой жизнью. Как и в прежние годы, хотелось измениться, чтобы жить полной жизнью и дышать полной грудью. Снова возникла решимость определиться в себе, понять, что мучает и мешает жить. Действительная жизнь не соответствовала его желанию, наклонности, представлению идеала. Хотелось быть общительным, жить творчески, умственно и иметь признание себя внешней средой. Влекла женская красота.

С 1982 года снова стал размышлять о своей жизни, о возможности изменения себя, о том, что определяет психику индивида. О сознании он часто задумывался: на пути к единству понимания материи сознание должно рассматриваться не как чудесная особенность человека, но как необходимое состояние материи. Чувствовал бессмысленность своей жизни и часто задавал вопрос о смысле. Задумывался и о том, почему индивид задает такой вопрос. Мышление начинается с вопроса. Задавать вопрос – значит уже мыслить, искать ответ. Вопрос есть состояние разделения и поиск мысли, пути отождествления. Жизнь как проблема, действительное противоречие имеет умственную форму вопроса о своем смысле. Форма жизни есть форма соответствующей мысли, сознания. Вопрос индивида о смысле жизни необходимо означает неблагополучие и неполноту, несовершенство его жизни. Дети и благополучные индивиды не задают вопрос о смысле жизни и не могут его задавать, поскольку их жизнь непротиворечива в себе, идея тождественна действительности. И такая жизнь не мыслит, не ищет пути тождества в себе и вне себя. Вопрос о смысле есть вопрос о пути жизни. Мыслит остановленная жизнь, которая есть проблема, противоречие, идея которой не осуществляется в полагании. Часто он возвращался к этому вопросу – почему дети не задумываются о смысле жизни, а размышляет об этом тот, кто живет неблагополучно, чья жизнь расходится с идеалом и поэтому лишена смысла. Понимал все больше противоположность и несовместимость совершенной жизни, бытия и остановленной жизни, познания. Понимал все более, что поиск смысла и мышление есть состояние неблагополучной, неудовлетворенной, проблемной, безрадостной жизни. Искать смысл жизни, мыслить – значит искать свое дело жизни, путь осуществления идеи. Вопрос о смысле есть напряженность мысли в поиске пути тождества. Поиск смысла есть в себе поиск отождествления, пути мысли. Иметь смысл – быть в себе тождеством, безмыслием. Вопрос о смысле есть вопрос остановленной жизни о пути продолжения – совершенная жизнь не задает такой вопрос. Мышление, самопознание есть поиск смысла. Смысл – в отсутствии мысли, в тождестве, в бездумной благополучной жизни.

Он осознавал свою жизнь как противоречие идеала и действительности, несвободу. В юношеские годы это осознание произошло в образной форме, но еще не было понято абстрактно. Ему хотелось в то время жить свободно, хотелось быть естественным и нестесненным в социальной среде. Он думал тогда, что социальная среда жизни человека есть его родная, видовая среда и он должен по идее жить в ней так же свободно, как, например, живет рыба в своей среде обитания, в воде. Теперь он осознавал свою жизнь в общих понятиях, абстрактно. Он жил не так, как хотел, не по идее, был недоволен своей жизнью. Он был противоречием идеи, желания и действительной жизни. Индивид в состоянии противоречия не в той среде живет, в которой бы хотел жить, и не тем делом занимается, каким бы хотел заниматься. Он определял свое неблагополучное состояние жизни как несоответствие себя со средой. Испытывал потребность развития, изменения себя, выхода из своего неблагополучного состояния. Состояние благополучного индивида есть соответствие его полагания среде и тождество его в себе, безмыслие. Всякий индивид стремится к благополучию, соответствию. Индивид стремится преодолеть свое несоответствие со средой и достичь состояния соответствия. В стремлении индивида к соответствию со средой заключается причина исторического и индивидуального развития. Из состояния соответствия, благополучия индивид ни к чему не стремится, но стремление к развитию возникает в состоянии несоответствия, противоречия. Индивид в состоянии несоответствия есть неблагополучная жизнь, беспокойство и неудовлетворенность, страдание, проблема, требующая своего решения. Соответствие есть покой, а несоответствие – возбуждение, беспокойство. Сфера существования неблагополучного индивида сужена – это есть не свободная, но ограниченная жизнь. Он стремится к свободе, расширению сферы своей жизни, ищет решение проблемы. Индивид стремится к истине, которая есть соответствие со средой и покой в себе, тождество идеи и жизни.

Размышляя о пути достижения индивидом состояния соответствия, он переходил к пониманию причины и содержания исторического развития человека. Стремление индивида к истине, лучшей жизни, благополучию, признанию, соответствию со средой есть движущая причина того, что человек освоил всю поверхность планеты и научился жить во всех климатических зонах. Неудовлетворенность индивида жизнью, поиск смысла как пути полагания, мышление приводит к открытию, изобретению нового способа производства жизни и далее к изменению общественного производства и образа жизни индивидов. Так осуществляется связь индивидуального стремления и родового человеческого развития. Неприспособленные и поэтому не равнодушные к познанию индивиды движут род человеческий по пути развития. Благополучные индивиды, чей путь жизни проходит по женским ложам, ничего в мир не привносят. В них нет духа познания, они не открывают новый путь жизни. Стремление индивида к соответствию со средой, к общественному признанию приводит к его духовному развитию, а через изменение индивида получает развитие и родовой человек, общество. Кто-то должен показать новый путь жизни и повести по нему род.

Человек в своем историческом развитии расширяет сферу своей жизни. По сути, в настоящее историческое время сфера жизни человека совпадает с биосферой. Исторически происходит развитие человека как биосферного, животного вида. Человек освоил тепловую энергию, научился делать одежду, строить жилище. Одежда и жилище есть, по своей сущности, промежуточная искусственная среда, защитная оболочка. Человек создал средства перемещения по воде, земле, воздуху, вышел в околоземное космическое пространство. Для освоения новой для него космической среды необходимо соответствующее техническое средство. Космический аппарат как средство нахождения и перемещения в пространстве является также, по своей сущности, защитной оболочкой, сохраняющей внутри себя искусственную среду, необходимую для жизнедеятельности индивида. Изменение среды обитания организма приводит к изменению его материальной, органической формы. Отсюда и происходит все многообразие материальных органических форм земной биосферы, все многообразие видов. Выход в космос как новую для земной жизни среду обитания повлечет с необходимостью изменение материальной формы человека.

Трудность в общении, неумение он наблюдал в себе с самых ранних лет своей несостоявшейся юности. Мучительно было находиться в местах скопления людей. Было множество попыток «разобраться в себе», проанализировать свое психическое состояние. Думал в разные годы, как избавиться от «недостатков своего характера», думал о «самовоспитании», о методе изменения себя. Попытка вновь «разобраться в себе» в 1984 – 85 годах была последней, и она, конечно, ни к чему не привела. Понял окончательно, что изменить себя индивиду в некоторых своих психических основах невозможно. Нельзя, правда, сказать, что и раньше этого не понимал, но не мог смириться с невозможностью изменения жизни. Судьбу свою индивид не выбирает.

Во время этой последней попытки «разобраться в себе», чтобы изменить себя, было сделано несколько важных определений относительно природы человека. Основательно подойти к рассмотрению психики – значит рассматривать саму жизнь индивида в ее основе. Вопрос о психике, о сознании есть вопрос о человеке, живущем индивиде, о его жизни. Путь познания психики есть путь познания индивидуальной жизни. Сознание не существует отдельно от жизни материального индивида. Рассматривать сознание —значит рассматривать жизнь человека. Должна быть наука о жизни, а не наука о психике. Прежде, чем рассматривать психику, нужно уяснить, что такое человек во плоти, в материи. Рассматривать человека со стороны сознания – значит рассматривать индивида в его связи с внешним миром. Сознания нет вне связи индивидуального тела с внешней средой. Психика невозможна вне отношения индивида и внешней среды. Поэтому рассматривать индивида с психической стороны – значит рассматривать его как отношение, как практическую жизнь.

Человека можно рассматривать и с другой стороны – в явлении, материально, как тело в ряду других тел. Он определял человека в материальном отношении предельно абстрактно, обобщая сущность его: «Человек есть высшее, наиболее сложное звено в ряду организованных тел, организмов». Но и вся материя есть ряд организованных тел разных уровней – доатомные частицы, атомы, молекулы. Форма существования материи – организационная. Тела предшествующих уровней объединяются в организованные тела последующих уровней: атомы состоят из протонов, молекулы – из атомов, органоиды – из молекул, одноклеточный организм – из органоидов, многоклеточный организм – из клеток. Структурная единица позвоночного организма – орган. Можно предположить, что позвоночный организм возник эволюционно путем симбиоза нескольких многоклеточных организмов.

Понять сущность организма – значит определить материальную форму жизни. Обычно думают, что рассматривать организм – значит рассматривать некоторое животное тело. Для изучения анатомии, может быть, этого и достаточно, но сущность живого организма, сущность жизни на этом пути не понять. Организм как животное тело есть только часть целого. Целое, которое нужно рассматривать, чтобы понять сущность жизни, есть единство организма и окружающей его природной среды. Организм без внешней среды нежизнеспособен и не имеет никакого смысла. Живое существо есть единство животного тела и внешней среды, жизнь. Соединение тела индивида и внешней среды, единство этих сторон есть материальная форма жизни. Внешняя среда обеспечивает организм всем необходимым для жизни. Внешняя среда есть необходимая часть живого существа. Атмосфера земной среды обеспечивает организмы воздухом для дыхания, гидросфера – водой, биосфера – необходимым для питания веществом. Видно, что организм тесно связан со средой обитания жизнеобеспечивающей связью, он ничто без среды. Природная среда для организма есть материнское лоно, плодное место, отцовский дом. Организм так же связан со своей питающей средой, как почка с ветвью, плод с деревом, сын с домом отца. Организм нельзя рассматривать как отдельную, самостоятельную часть сущего, но он связан со средой. Организм возникает в определенной среде и без своей, соответствующей себе среды не может существовать. Жизнь есть соединение животного тела со средой.

Организм есть порождение земной среды. Чтобы было возможно существование организма в космосе, должна быть создана искусственная среда. Искусственная среда создается посредством оболочки. Назначение оболочки – создание и сохранение во внутреннем пространстве искусственной среды. Общая форма существования всех тел – в соединении, единстве с окружающей средой. Он стремился к единству понимания материи и, в пределах этого понимания, к предельно общему пониманию организма: «Пространство есть всеобщая среда: и организмы в ней находятся, и атомы. Пространство есть среда существования элементарных, доатомных частиц, так же как земное вещество есть среда для организмов». Пространство есть всеобщая порождающая среда, фундамент жизни. Живущий организм, индивид есть единство тела и среды. Вне соединения тела и среды нет ни жизни, ни сознания. Прежде понимали индивида как единство тела и души. Организм рассматривали как тело, имеющее душу. Совсем не рассматривали внешнюю среду как необходимую часть жизни, часть существа, индивида. Думали, что душа, сознание есть принадлежность тела. При таком подходе невозможно было понять, что такое сознание. Но если жизнь есть соединение животного тела и внешней среды, то и душа принадлежит не телу, но единству тела и среды. Сознание есть взаимодействие, отношение.

Размышляя о судьбе индивида, о детерминации его действий, можно заметить, что вся деятельность индивида обусловлена его природой и внешними условиями. Любители говорить о «свободе воли» как будто забывают об этой обусловленности поступков индивида. Нет ни одного свободного, необусловленного, спонтанного поступка, но все они обусловлены, необходимы, вынуждены. Противоположность мнений по вопросу о свободе воли происходит от того, что мнения индивидов обусловлены их реальным состоянием и чувством свободы или несвободы, сопровождающим состояние индивида. Соответствие индивида и среды есть состояние и чувство свободы, а несоответствие – состояние и чувство несвободы. Так называемая «сила воли» как проявление якобы свободы воли индивида, не сможет никак проявиться и реализоваться, если нет противодействия со стороны среды. Поступок индивида необходимо обусловлен изменением отношения его со средой. Если есть несоответствие, то есть и взаимодействие. И наоборот, в состоянии соответствия индивида и среды взаимодействия нет. Как и в физической природе, для осуществления действия необходимо противодействие. Существование индивида – взаимодействие, отношение. Говорить о свободе воли и спонтанности поступков – значит рассматривать только одну сторону целого сущего, как будто другой стороны и нет, значит ничего не понимать. «Целое состоит из противоположностей. Действие и противодействие в единстве составляют взаимодействие». К этой своей мысли он тоже возвращался в последующие годы, не понимая еще до конца весь содержащийся в ней смысл. Субъект деятельности есть единство индивидуального тела и среды, жизнь, а не индивид.

Предмет исследования мыслителя есть мир, все сущее. Мыслитель рассматривает мир таким, какой он есть в реальности, в своем существовании. Мир – не статика, но динамика, процесс. Рассматривать живущего индивида – значит рассматривать соединение индивидуального тела и внешней среды. Рассматривая только животное тело, не понять сущность человека, индивида, как не понять и сущность жизни. Индивид находится в неразрывной связи с внешней средой, и эта связь есть его жизнь, процесс жизнедеятельности. Живой индивид не есть тело только, но тело и его необходимое продолжение, внешняя среда. Индивид есть жизнь. Животное тело, организм без среды не может существовать и, следовательно, является только частью целого. Среда есть необходимая часть организма, без которой он не может дышать, питаться, жить, чувствовать, сознавать и познавать. Рассматривать во всей полноте явления существование организма – значит рассматривать его в единстве со средой обитания. Рассматривать животное тело без среды – значит разрывать части целого, значит рассматривать пламя без топлива, дерево без почвы произрастания, сына без отца, значит, ничего не видеть. Если рассматривать только индивидуальное тело человека, то человека невозможно понять. Организм, рассматриваемый в его целостности как процесс жизнедеятельности, как жизнь, есть единство животного тела и внешней, окружающей его, среды.

Жизнь есть единство индивида и внешней среды. Суть этого единства прежде не была понята, о форме жизни ничего сказано не было. Жизнь, по своей сути, есть процесс воспроизводства себя. Жизнь есть процесс сохранения, продолжения себя. Жизнь не полагает себе предел, но стремится к продолжению. Жизнь есть, можно сказать, инерционный процесс, возрождающий и продолжающий себя. Жизнью движет не что-то внешнее, но она сама и движет собой. Жизнью движет стремление продолжаться, осуществляться в соответствии со своей сущностью, идеей. Внешняя среда есть пространство продолжения жизни. По сути, жизнь есть процесс преобразования, организации вещества среды в умножающееся тело индивида. Жизнь есть единство двух процессов – центростремительного и центробежного, поглощения вещества среды индивидуальным телом и умножения этого индивидуального тела в пространстве, расширения множества индивидов. Не открывается сущность жизни для тех, кто определяет жизнь как обмен веществ. Жизнь есть единство двух процессов – питания, поглощения вещества среды и размножения. Два эти процесса находятся в прямой зависимости: если пищи достаточно, то и размножение вида происходит быстро. Уже сама суть жизни – как расширяющегося в пространстве множества особей – определяет среду индивида. Ближняя природная среда индивида включает в себя множество особей своего вида. Уже поэтому каждое существо есть, в какой-то степени, общественное, социальное существо.

Сущность техники. Структура органического тела

Индивид, задумывающийся о сущности человека и вещей, его окружающих, не может не задуматься о сущности таких средств индивидуальной жизни, как одежда и жилище. Что такое есть эти средства жизни, чем они являются для индивида, какую практическую функцию выполняют? Одежда защищает индивида от холода и других неблагоприятных внешних воздействий. Одежда есть промежуточная среда между организмом и внешней средой. Еще в юношеские годы он определял одежду по ее сущности как опосредствование во взаимодействии индивида с внешней средой, как промежуточную среду, оболочку, защищающую индивида от неблагоприятных воздействий. Но и жилище есть такая же промежуточная среда, оболочка, создающая комфортную среду для индивида. Искусственную среду в космическом пространстве создает станция, являющаяся по своей сущности космическим домом, промежуточной средой, защитной оболочкой.

Возвращался домой по окончании работы он часто пешком. Шел вдоль дороги, по которой проезжали автомобили, и задумывался о сущности этого явления – индивида, движущегося в автомобиле. Понятно становится, если подумать, что индивид и автомобиль составляют некое единство, составляют одно целое. Кентавр, существо древних мифов, есть не столько фантастический образ, сколько глубокое проникновение в сущность человека того времени, когда единственным средством передвижения человека была лошадь. Движущегося на автомобиле индивида можно также рассматривать как существо некоего другого уровня, как современный кентавр. Автомобиль является средством производства, передвижения, орудием и вместе с тем оболочкой, промежуточной средой, изолирующей индивида от внешней среды, подобно одежде и жилищу. Автомобиль есть опосредствование во взаимодействии индивида и среды. Это соединение человека и автомобиля, машины можно рассматривать как новое существо – существо некоего другого уровня.

Неотъемлемой частью человека, кроме внешней среды, является и все созданное им. Он продолжал размышлять о сущности вещей: «Все окружающее можно разделить на созданное человеком и созданное природой. Все созданное человеком – различные сооружения и механизмы, орудия – без человека ничто, не имеет сущности, бессмысленно. Но и человек без всего этого жить не может. Человек как явление есть индивиды и все созданное ими». Не сразу понимается, что сооружения, машины, инструменты являются частью человека, его продолжением. Сущность их – в человеке, сущность их – человек. В прежней науке не было такого понимания, поскольку не было самой науки о человеке. Понимания сущности техники в прежней науке не было. В 1985 году он часто размышлял о сущности окружающих человека, произведенных им вещей. Приходил к выводу, что общая сущность всех вещей, производимых человеком и окружающих человека, есть его необходимая часть, его продолжение и дополнение. Иначе они не могут быть поняты. Вся совокупность произведенных вещей, техника составляет среду, окружающую индивидов и опосредствующую взаимодействие их с внешней, природной средой. Эта вещная среда есть техническая оболочка и среда индивидов, всех вместе и каждого в отдельности.

Вещь, опосредствующая отношение индивида и внешней природной среды, есть средство, приспособление, устройство, орудие. Любое приспособление опосредствует взаимодействие индивида и окружающей его среды, является орудием какого-то преодоления, решает какую-то проблему, какое-то несоответствие, противоречие во взаимодействии индивида и среды, облегчает или делает возможным выполнение какого-то действия. Совокупность орудий составляет техническую среду индивидов, технику. Каждое отдельное орудие опосредствует соответствующее особенное отношение индивида и внешней среды. Орудие есть средство отождествления индивида и среды.

У других животных видов орудий нет. Отношение их с внешней средой не опосредствовано ничем, оно непосредственно. В животном мире приспособление к изменяющейся среде осуществляется путем изменения тела. Это изменение животного тела есть видоизменение, видообразование, возникновение нового вида животного. Род всех животных есть единый род, а особенные виды есть приспособления единого рода к различным условиям жизни. Виды есть видоизменения единого рода жизни. Крупный хищник обладает мощными когтями и клыками, которые позволяют ему преобразовать другое животное в свою пищу. Можно сказать, что тело хищника оснащено орудиями добычи пищи. Да и все тело есть такое орудие. Также и любой вид животного рода приспособлен телесно к частным и особенным условиям его жизни. Как было сказано, в этом и заключается сущность видообразования – как приспособления животного рода к частным и особенным условиям жизни.

Прежняя наука об организмах далека от понимания того, что позвоночный организм можно и нужно рассматривать структурно. Общую структуру позвоночного организма с организационной стороны прежде не рассматривали. Централизованные образования организованы по общему закону: они имеют такие структурные части, как ядро и окружающее его тело, оболочка. Ядром называют центральную часть организованного тела, организма. Тогда часть тела, окружающая ядро, может быть названа оболочкой. Как известно, такую структуру имеют атомы и ядерные одноклеточные организмы. Оболочка по своей сущности есть ближняя среда, опосредствующая соединение ядра с внешней, природной средой. Подобную централизованную структуру имеет позвоночный организм. Единство жизнедеятельности и сознания организма человека обеспечивается управляющим центром. Управляющий центр организма есть мозг. Головной мозг современные физиологи называют органом, наряду с другими органами тела, но это название не соответствует сущности мозга и поэтому неверно. У мозга не служебная роль в организме, но главенствующая, управляющая. Головной мозг есть центральная и главная часть позвоночного организма. «Голова», «глава», «главный» есть однокоренные слова. Внешнее тело организма есть ближняя среда для мозга. Мозг управляет внешним своим телом, тело опосредствует взаимодействие мозга и природной среды. Если мозг есть основная, управляющая часть организма, его ядро, то тело есть оболочка, рабочий орган, орудие для мозга. Теперь, если расширить рассматриваемый предмет, то механизмы и автомобиль, в частности, есть усовершенствование тела, следующая оболочка, рабочий орган для организма. Нужно заметить, что аналогия есть мощнейшее средство познания. В данном примере сравнение отношения «индивид – автомобиль» с отношением «мозг – тело» совершенно правомерно и приводит к новому и более глубокому пониманию обоих сравниваемых отношений. Понимание отношения индивидуального тела и технического средства производства, орудия помогает увидеть и понять аналогичное отношение мозга и тела. Можно еще добавить к сказанному, что противопоставление мозга как ядра организма и тела как его оболочки, орудия имеет смысл только в пределах единого организма. Внешнее тело есть продолжение и дополнение мозга. Видно хорошо, что техника так же относится к индивидуальному телу, организму, как в пределах организма внешнее тело относится к мозгу. Отсюда можно сделать вывод, что техника есть второе тело человека в стадии становления.

Единое понимание материи

Не случайно в годы несостоявшейся юности одним из учебных предметов, к которым у него был интерес, было обществоведение. В этой предмете было видно стремление к наукообразному описанию общественного процесса, хотя никакой науки не было. Было заявление о необходимости научного понимания явлений социальной жизни, но не было ни понимания, ни теории общества как материального процесса. И биология была ему интересна, но и в ней он не видел никакой внятной теории, ничего эта наука не могла объяснить. Не могли увидеть прежние мыслители ни элементов биосферы, ни элементов общества. А без определения элементов никакого основания для построения теории быть не может. Прежняя наука знала только один материальный элемент, атом. Материя в прежнем понимании была одноуровневой. В 1985 году он окончательно пришел к пониманию, что материя многоуровнева и состоит из элементов разных уровней организации. Описываться эти материальные уровни должны единообразно, поскольку разные уровни подобны. Размышляя о материальных уровнях, он делает вывод: «Все развивается по общим законам и повторяется на более высоком уровне. Нужно искать аналогию микромира в нашем обычном мире. Общие понятия – среда и элемент». Нужно заметить, что и современные авторы многочисленных книг и учебников тоже пишут об уровнях организации. Но нет у них ни понимания единства материи, ни понимания отношения разных уровней организации. Даже и классификации их несостоятельны и произвольны, поскольку нельзя без понимания заниматься классификацией природы по родам и видам. Не знают эти писатели, что делать с придуманными ими уровнями организации.

Понимание многоуровневой природы материи дает мощное средство познания. Все уровни организации представлены взаимодействующими элементами. Элементы всех уровней имеют общую сущность и, следовательно, законы организации на всех уровнях также должны быть общими. Тот, кто стремится к единству понимания, не может не задумываться о возможности единого понимания материи в многообразии ее форм. Никто прежде не говорил о необходимости единого понимания, единой науки. И сейчас никто не говорит о том, что должна быть Наука, а не науки. Физика претендует на звание единой науки, метафизики, но для этого она должна стать наукой обо всей природе, включая органическую, а не быть частной наукой только о неорганической природе. Никто не размышляет о возможности единого понимания и единого знания. Только немногие писатели говорят о фрагментарности и разделенности научной картины мира. Но и они не говорят, что материя едина и о ней должна быть одна наука.

Начиная с поры своей несостоявшейся юности, когда он увидел, что понимания в науках нет, стал задумываться о возможности единого понимания, общего языка науки. Можно сказать, что с того времени, с начала семидесятых годов, началось умственное движение в направлении единого понимания. Необходимость единого понимания материи искала в нем путь к своему осуществлению. Нельзя сказать, что в то время, в 16 лет было убеждение в необходимости единого познания, понимание возможности его или сознательное движение в этом направлении, но это была, скорее, естественная и непроизвольная деятельность духа. Было стремление к пониманию. Как оказалось, путь к единому познанию сущего, к единой науке есть путь понимания, мышление. Эта деятельность естественного, не схоластического мышления протекает непринужденно и часто остается незамеченной и незаписанной. Всегда в молодые годы о чем-то думается непроизвольно, поэтому нужно выработать в себе привычку отмечать вниманием и записывать рождающуюся мысль. К записанной мысли можно возвращаться и развивать ее, додумывать. Он с самых ранних лет в книгах искал мысль, хотел размышлять. С самых ранних лет было стремление к объединению многого в мысли, было стремление к логической связи, системности, единству.

Познание в форме индивидуального мышления, понимания есть объективный материальный процесс, происходящий по присущим ему законам. Две стороны познания – эмпирия, наблюдение и теория, понимание. Эмпирия считается познанием, но это наблюдательная, экспериментальная практика, производство явлений как предмета для теоретического познания. Собственно познание есть понимание явлений, фактов опыта. Теоретическое познание есть умозрение, мышление, понимание. Мышление использует эмпирический материал. Эмпиризм и теория, рационализм есть две ступени в развитии познания. В настоящее время науки находятся на эмпирической ступени, а приемлемых теорий в них нет. Явление это не случайное, но необходимое. В науке о познании нет еще понимания, что и не может быть полноценной теории в частной науке, что такая наука не может быть теоретической. Также нет понимания, что не может быть много теорий, но теория должна быть одна. Частные науки собирают фактический материал и являются эмпирическими. Понимание призвано объединить эмпирический материал частных наук в целостное, единое знание, и тогда познание достигнет своей зрелости, примет форму единой науки. Возможна только одна теоретическая наука – единая наука о жизни, метафизика. Знание становится зрелым тогда, когда материал эмпирических наук освещается светом понимания. Науку делает зрелой приход мыслящих деятелей, но не математические формализмы, как думают в настоящее время. Содержание эмпирических наук есть наблюдательная и экспериментальная практика, в которой производятся явления, факты опыта. Предмет мышления, создающего единую науку, есть фактический материал эмпирических наук. Суть познания – понимание опыта, определение сущности. В строгом смысле, эмпирия еще не есть наука и знать – значит понимать сущность явления. Понять сущность открытого экспериментального факта – значит определить его род и, с другой стороны, найти этому явлению практическое применение.

Предмет объективного познания есть многообразие форм сущего, материи. Познание многого есть подразделение его по видам и родам. Познать некоторую частную форму сущего – значит сравнить ее по признакам сходства и различия с другими частными формами, значит определить ее частную, видовую особенность и общий род, значит определить тем самым ее место в иерархии форм сущего. Примером такого подразделения частных форм является классификация организмов биосферы в биологии. Познание потому и возможно, потому что все в природе имеет, несмотря на видовую особенность, родовую природу. Все особенное поддается в мышлении логическому отождествлению. Понять особенную форму – значит познать в ней родовую природу, познать общую сущность. Особенное может быть понято только как общее. Понять особенное, видовое – значит отождествить с другим особенным, обобщить в один род. Удивительно, если вдуматься, но и бактериальная клетка, и человеческий индивид имеют одну сущность, относятся к одному роду сущего. Они единородны. Этот их единый род есть организм. И человек, и бактериальная клетка есть организмы. Это понимание стало привычным и обыденным и уже не вызывает удивления.

Необходимость единого, метафизического познания есть необходимость единого предмета. Если в прежние годы, в прежней науке, несмотря на стремление любого познания к полноте своего предмета, все же оставались необъединенными большие области, то это говорит только об одном – о незавершенности познания. Стремление познания к единству есть объединение частных предметов познания в единый предмет. Стремление знания к единству есть закономерный путь развития познания. Единое познание и единая наука, метафизика есть необходимая ступень эволюции познания. Необходимость единого познания, а значит и расширение частных предметов до единого предмета возникает именно тогда, когда познание особенных предметов достигает своего предела. Дальнейшее познание возможно только как познание единого предмета, познание в его пределах, а не в узких пределах частных предметов. Знание в пределах частного и, с необходимостью, узкого предмета есть поверхностное, неглубокое знание. Индивид встает на путь единого познания сущего тогда, когда делает своим предметом весь мир. Рано или поздно, но индивид в отношении ко многому встает на единую точку зрения. И, как показывает история, это только вопрос времени. Почему индивид в своем стремлении к пониманию встает на единую точку зрения, и почему раньше не было этого сделано? Вопрос этот он часто себе задавал.

До настоящего времени никто осознанно не говорил о многоуровневости материи. Материя, согласно этому новому взгляду, представляет собой иерархию элементов разных уровней организации. Из наиболее широко известных элементов это, по мере усложнения, элементарные частицы, атомы, молекулы, организмы. Или доатомный, атомарный, молекулярный и организменный уровни. Разные «классификаторы» ставят в этот ряд и космические тела, но это совсем бессмысленно и делается без понимания. Каждый материальный уровень имеет свою иерархию подуровней. Организмы представлены тремя основными уровнями, известными в настоящее время – одноклеточные, многоклеточные и позвоночные организмы. Это подразделение материальных уровней дано как примерное и не претендующее на полноту. Дело будущей науки – создать полную классификацию уровней организации материи. Многоуровневая концепция материи есть новый, огромной важности шаг в познании материи. Это путь к созданию единой науки о материальных формах. Почему так необходима многоуровневая концепция материи? Потому что биосферу и общество нельзя описывать атомными взаимодействиями, но необходим единый научный язык, общий всем уровням материальной организации. Поскольку биосферный и социальный процессы есть тоже материальные процессы, то возникает необходимость определить активные элементы этих процессов. Известны трудности в исследовании микромира и космоса. Сила мышления в том и заключается, что, исследуя организацию ближних и доступных наблюдению уровней материи, можно судить об организации труднодоступных для наблюдения уровней.

Вся материя состоит из элементов разного уровня организации. Неорганизованной материи нет. Организация есть объединение множества элементов в элементы следующего уровня. Элемент каждого последующего уровня состоит из элементов предшествующего уровня: позвоночный организм состоит из органов, многоклеточный организм – из клеток, клетка – из органелл, молекула – из атомов, атом состоит из протонов. Организованность, упорядоченность есть всеобщий способ существования материи. Материя не может существовать вне организационной формы. В пределах организационного понимания материи бессмысленным становится деление единой материи на две разнородные материи, живую и неживую. Это деление, если вдуматься, и учитывая современное состояние знания, не имеет под собой никакого ни фактического, ни логического основания. Это деление есть не рациональное деление, но предрассудок, бездумное мнение. Не случайно, что никто до настоящего времени не объяснил, в чем заключается различие «живой» и «неживой» материи, никто не разгадал «тайну» жизни. Все материальные формы состоят из одного материала. Все организмы состоят из атомов. Атом есть элемент жизни, более фундаментальный, чем клетка. Элементы, составляющие живое существо, должны быть живыми. Из кирпичей, как их ни составь вместе, не сложить живое существо. Основание жизни нужно искать в основании материи. Основание материи есть основание жизни. Единое понимание материи, отсутствие ее деления на живую и неживую не означает, что вся материя есть «живая», или то, что она вся есть «неживая». Единое понимание есть понимание того, что материя выше предрассудочного деления ее на «живую» и «неживую». Материя одна: нет двух материй – «живой» и «неживой». Если неживого вещества нет, но все вещество живое, то живое есть то же, что и неживое. Это означает, что нет таких противоположностей, но есть одно, тождество, организованная материя. Все материальные элементы есть организованные образования, организмы. Нет материи «мертвой» или «живой», но есть материя разных организационных уровней.

Человек есть элемент материи

В 84 – 85 годах человек был понят предельно абстрактно, обобщенно – понят как элемент материи. Человек был понят в пределах понятия многоуровневой материи, понят как материальный элемент биосферного уровня организации материи. Была понята объективная природа человека, его общая, родовая сущность. Было понятно также, что понимание многоуровневости материи открывает, впервые в истории познания, путь к созданию единой науки о материи, о формах жизни. Познавательная ценность общего понятия человека как элемента одного из уровней организации состоит в том, что оно ориентирует мысль, указывает направление конкретизации понятия. Новое общее понятие открывает путь конкретного познания, освещает путь мысли. Общее понятие человека – организм, материальный элемент биосферного уровня. Общее понятие – это общая, родовая сущность. Общее понятие ничего не говорит об особенности рассматриваемого явления: под это понятие подпадает любой биосферный вид. Для понимания особенности нужно рассматривать человека более детально, конкретно, во всей полноте его явления. Но никто прежде не делал такого анализа, не рассматривал человека полно, поэтому и не было понимания сущности человека.

Понимание сущности человека есть и понимание материи, есть определение, впервые в истории, элемента многоуровневой материи. К пониманию многоуровневой природы материи он шел с тех лет своей нелепой юности, с 16 – 18 лет, когда размышлял о возможности познания мира в мышлении, когда думал о том, что если известны элементы и их взаимодействия, то можно понять любое явление. Теперь он видел, что новое понимание материи открывает путь к созданию единой науки о материи, путь к единому знанию. По сути, уровни организации материи есть уровни жизни, бытия. Закономерности организации на всех уровнях жизни тождественны, аналогичны, подобны, но отличаются степенью абстрактности: ближний к нам уровень, социальный, есть наиболее конкретный, а наиболее удаленные являются и наиболее абстрактными. Нужно умение абстрагировать, сводить конкретные понятия к общему роду с абстрактными понятиями, чтобы описывать, например, социальные явления абстрактным языком единой науки об организации материи. Наука становится теоретической тогда, когда она создает абстрактную модель конкретных исследуемых ею явлений. Наука должна еще выработать единый абстрактный язык для описания явлений биосферного, социального и других уровней. Исследуя всесторонне человека, социальный уровень материи, наиболее доступный индивиду для наблюдения, и придавая фактам абстрактную форму, можно определить закономерности организации материи на других уровнях жизни.

Мыслить – не выдумывать и гадать, как думает обыватель, но рассматривать факты, подразделять явления по признакам сходства и различия, отождествлять и различать. Мыслитель не «догадывается», но отождествляет, понимает. Мышление начинается с классификации. Индивид, серьезно настроенный на познание материи, должен прежде подразделить явления по родам. Без этого он не сможет плодотворно размышлять. Но классификация сама требует труда мысли: ведь подразделение по родам требует определения сущности рассматриваемых явлений. Поэтому результат правильно проведенной классификации есть понимание явлений. Понять явление – значит определить место его в ряду других явлений, определить его особенность и общий род. Кроме атомов, молекул, организмов, ряда материальных элементов разных уровней, существует другой ряд тел – это галактики, звезды, планеты. Нельзя ставить атом и звезду в один ряд, поскольку сущность этих предметов разная. Сущность планеты, звезды и галактики – среда, состоящая из множества элементов. Среда есть множество элементов, в котором происходят организационные процессы и эволюция элементов. Звезда есть среда элементарных частиц, в которой происходит возникновение атомов и их эволюция. Планета Земля есть атомно-молекулярная среда, на поверхности которой возникли эволюционирующие элементы следующего уровня организации – организмы. На Земле в историческое время происходит становление человека как материального элемента нового уровня организации. Космическое тела есть среды, множества элементов. В средах происходит возникновение, умножение и эволюция элементов. Земля состоит из атомно-молекулярного вещества и организмов. Верхний слой земной среды, называемый биосферой, есть среда организмов и социальная среда. Биосферу можно назвать слоем или уровнем органического вещества. Организмы – это растительный и животный мир, флора и фауна Земли. Множество организмов Земли представлены уровнями и подуровнями. Человек есть организм высшего уровня биосферы. Человек распространился по всей территории планеты. В 20 веке определилась тенденция выхода человека в космос.

Познание возможно, потому что в природе нет ничего необычного, нет ничего, что бы не укладывалось в некоторый ряд, что бы не относилось к некоторому роду сущего и, наконец, к единому роду сущего. Если организм есть необычная форма в неорганической природе, если человек есть необычная форма в органической природе, то ни организм, ни человек поняты быть не могут. Это означает, что в пределах прежнего разделенного представления о природе ни организм, ни человек как обладающий сознанием организм поняты быть не могут. В 85 году он записал вывод своих размышлений о возможности единого понимания: «Нет ничего необычного, но все однородно. Все особенное имеет общий род». И далее: «Ошибочно мнение, что человек и вообще организм есть особенным образом организованное тело. Законы организации общи для всех уровней организации материи». Человек, организм как организованное тело, элемент биосферы может быть поставлен в один ряд с атомом, понимаемым тоже как организованное тело, элемент атомно-молекулярного уровня организации материи. Он так и записал далее: «Человек есть обыкновенный элемент материи, как, например, атом». Он хорошо помнит ощущение открытия, когда записал этот результат своих размышлений. Это определение содержит в себе тождество «человек, организм есть то же, что и атом; человек есть атом», и оно представляет собой новое, всеобъемлющее обобщение – «человек есть элемент материи». «В чем прогрессивная суть нового обобщения?» – уточнял он далее. – «Человек, организм есть дальнейшая эволюция атома. Законы организации должны быть общими. Зная организацию человека и одноклеточного организма как материальных элементов, можно судить об организации атома». Человек прежде противопоставлял себя всей остальной природе – так называемой органической и тем более неорганической. Но человек и природа могут быть поняты только в единстве: человек посредством природы, природа посредством человека.

Человек есть высшая форма земного организма. Определить человека – значит определить организм. Но что есть организм? Биология, наука о многообразии организмов на Земле, не может дать определения организма. Организм есть в пределах биологии предельный род сущего, последнее логическое отождествление, предельное обобщение. Но с чем отождествить организм? Определить организм – значит выйти за пределы науки об организмах, выйти в более широкую сферу сущего. Организм имеет одинаковую сущность с атомом. Организм можно и необходимо – необходимо, чтобы познание продолжалось – отождествить с атомом. Так происходит переход к новому обобщению «материальный элемент». Организм есть материальный элемент биосферы. Организм есть материальная форма. Вся материя есть ряд материальных форм или материальных элементов разных уровней организации. Доатомные частицы, атомы, молекулы, организмы есть элементы или формы разных уровней организации материи. Отсюда организм как единица ряда материальных форм может быть по праву определен как материальный элемент. Материальный элемент, форма жизни есть еще более широкое обобщение, чем организм. И это обобщение не менее правомерно логически. Понятие материального элемента, по сути, означает отождествление организма, в том числе человека, и атома. Как в прежние годы научного познания отождествление всего многообразия биосферных форм привело к закономерному обобщению «организм», так и теперь отождествление таких форм жизни, как атом и организм, ведет с необходимостью к новому обобщению «материальный элемент».

Человек, и вообще организм, есть организованная материальная форма. Неорганизованной материи нет, но вся материя представляет собой материальные формы разных уровней организации, формы жизни. Человек есть одна из материальных форм, некоторый организационный уровень материи. Это очень общее определение, но оно именно помогает понять общность человека и других форм материи, позволяет рассматривать человека с единой, всеобщей точки зрения на материальные формы, дает возможность перейти от эмпирического исследования человека к теоретическому пониманию его. Именно, сделать человека предметом науки, предметом теории – значит встать на точку зрения всеобщности, значит рассматривать человека с единой, всеобщей точки зрения, значит поставить человека в общий ряд. Человека же, наоборот, прежде противопоставляли природе, делали, в бездумном мнении, необычным. Необычное, особенное не может быть понято и быть предметом науки, но только обычное, общее. Наука исследует в явлениях общее, закон. Когда человек становится предметом науки, тогда знание поднимается на новую высоту и становится единым. И обратное верно: когда знание становится единым, тогда человек становится предметом науки.

Особенное явление, оставаясь во мнении особенным, не может быть понято. Понять особенное – значит отождествить его с другим особенным, поставить в общий ряд, рассматривать как общее. Человек, в немыслящем мнении, есть нечто особенное и необычное, человек есть существо надприродное. В наивном мнении человек есть существо свободное – такое существо, которое не подпадает даже под законы природы, о котором не может быть науки. И действительно, о таком человеке, каким он предстает во мнении толпы, науки быть не может: наука занимается не чудесными и необычными явлениями, но делает своим предметом общее в явлениях, закономерное, необходимое, однородное. Удивительно это, но теоретической науки о человеке, о жизни еще не было. Чтобы создать теоретическую науку о таком конкретном предмете, как человек, нужна, конечно, способность к абстрагированию и обобщению, нужно иметь желание и способность мыслить. Благополучным индивидам способность мышления, однако, не дается – это от Бога, от судьбы. Благополучные индивиды уже имеют свое.

Человек есть эволюционирующий вид

Человек отличается от других животных наличием техники. Приспособление человека к изменяющимся условиям среды происходит не путем изменения его тела и видообразования, но путем изменения средства приспособления, орудия. Человек, по его особенному способу приспособления к среде, представляет собой в биосфере новый уровень единого животного рода. Человек в мире организмов представляет собой организм нового уровня. На протяжении своей истории человек не изменялся телом. И вместе с тем человек изменялся, эволюционировал. Человек не эволюционировал телесно, путем изменения тела, но развивался технически. Приспособление человека к изменяющимся условиям жизни представляет собой приспособление его орудий. Орудие есть средство приспособления человека к изменяющимся условиям жизни. Эволюция человека есть эволюция техники. Человеческая эволюция есть техническая эволюция. Об эволюции человека как технической эволюции никто раньше не говорил, потому что не было понимания того, что техническая эволюция есть частная форма эволюции материи, потому что и человека не рассматривали достаточно обобщенно, абстрактно, как эволюционирующую материальную форму. Прежде не было понимания ни сущности техники, ни сущности человека – и человек, и техника могут быть поняты только вместе.

Человек не изменяется телесно на протяжении всей своей истории. Человек есть такой животный вид, в котором эволюция организмов приняла форму технической эволюции. Человек есть эволюционирующий вид. Поскольку человек представляет всю биосферу в ее эволюционном восхождении, постольку человек есть эволюционирующий животный род. Эволюция человека есть техническая эволюция. Техника есть промежуточная среда между телом человека и природной средой. По своей сущности, по своей идее техника есть новое, второе тело человека в стадии становления. Техника опосредствует взаимодействие человека с внешней природной среды. Техника в пределе своего развития должна разделить человеческое индивидуальное тело и внешнюю среду. Полное разделение тела и среды станет необходимостью в новой среде обитания человека, в космосе. Но подготавливаться это разделение должно в родной среде человека, на Земле. Это будущее разделение будет вместе с тем и тождественным соединением тела человека и космической среды, чуждой в настоящее время человеку. Человек соединится тождественно с космической средой посредством нового, технического тела. Как уже было сказано, в настоящее время, а точнее, в 20-м веке, наметилась тенденция выхода человека в космос. Этот факт, а также понимание сущности техники позволяют понять человека более конкретно, позволяют понять сущность человека в ее особенности. Человек есть будущий космический организм в стадии становления. История человека есть техническая эволюция. История человека есть история становления новой, космической формы жизни. Человек есть форма земной жизни, устремленная за пределы Земли, в космос. Становление человека должно когда-то закончиться. Окончанием истории будет завершение становления человека космическим организмом. Завершение становления будет окончанием социальности человека и истории. Человек соединится с Вечным своим Отцом.

История человека есть техническая эволюция. История человека есть познание. Отсюда с необходимостью следует новое отождествление: познание есть техническая эволюция. О сущности познания обыватель не задумывается, для него познание есть познание. В лучшем случае оно есть «постижение мира». Поскольку познание есть дело человека, форма его жизни, то и понятно значение познания в жизни становится только вместе с пониманием сущности самого человека. Поскольку человек есть животный вид в стадии становления его космическим организмом, то и познание предстает в новом свете. Когда становление закончится, то человека как познающего существа больше не будет, но будет космический организм. Не будет и познания, поскольку познание есть форма жизни человека как эволюционирующего животного вида. Познание закончится вместе с окончанием эволюции человека и окончанием истории. Окончание эволюции будет окончанием истории и окончанием познания. Человек станет совершенным и, как все совершенные животные виды, не будет нуждаться в познании.

Раньше было сказано о сущности техники, что она опосредствует отношение индивидуального тела и внешней среды. Производственная деятельность как опосредствование человеческой жизни происходит на всем протяжении истории с использованием технических средств. Производство немыслимо без орудий, без техники. Производственная деятельность человека есть отождествление его со средой именно посредством орудий. Но и познание есть опосредствование. Теоретическую деятельность познания можно только условно разделять с практической производственной деятельностью человека. Познание есть перерыв в практике: познание из практики исходит и в нее возвращается. В своей целостности процесс познания есть единство теоретической и практической деятельности. Практическая деятельность есть причина и воплощение теоретической деятельности. Техника как продукт деятельности человека есть материализация его мысли, познания. Мысль опосредствует действие, познание опосредствует жизнь человека. Познание есть материальное развитие. Познание потому и существует, что человек несовершенен и эволюционирует к своему совершенству, к становлению совершенным космическим существом. Познание есть несовершенная жизнь, форма, в которой происходит материальная эволюция. Познание есть эволюционирующая жизнь. Процесс познания в его целостности есть процесс становления человека космическим организмом, процесс человеческой эволюции. Познание закончится тогда, когда закончится становление. Для обывателя, не подозревающего о материальной эволюции человека, познание есть чтение «книги природы», познание есть «бесконечное постижение бесконечного мира». Даже и мысли прежде не было о том, что познание есть материальное развитие, стремящееся к своему завершению, что познание есть эволюция. Если человек эволюционирует, то познание предстает в другом свете. Кроме того, видно для внимательного ума, что познание воплощается в практике, что конечное осуществление его – в технике, в новых технических средствах. Плоды познания не имеют никакой ценности и смысла, если не находят применения в практике. Познание заключается не в объяснении мира, но в развитии человека, а объяснение, понимание есть только промежуточная ступень познания. Практика есть действительность знания, осуществление идеи вечной жизни. Знание воплощается в новой практике. Знание претворяется в новые материальные формы, в новую форму жизни. Понимание человека как эволюционирующего животного вида открывает путь к пониманию не только познания, но и сознания.

Эволюция человека есть частная форма эволюции материи. Ни далекие от божественного дела познания любители мудрости, ни трудолюбивые исследователи и испытатели природы – никто до настоящего времени не сказал ничего о закономерностях эволюции материи. Известная теория эволюции организмов есть первая попытка объяснения происхождения многообразия видов организмов, попытка понимания движущих сил эволюции организмов. Однако и в настоящее время многое остается непонятным и необъясненным, и в настоящее время биология далека от понимания и завершения. Биолог пытается понять сущность явлений, не выходя, однако, в своем поиске за пределы своего узкого предмета науки об организмах. Но мир – этот единый божественный мир – значительно шире, чем мир организмов, очерченный биологией. Чем шире предмет мыслителя, тем больше он видит, тем глубже постигает сущность явлений. Если понято организационное единство материи, то специалисту частной науки нужно смело выходить за пределы своего узкого предмета и обретать более широкую определенность. Биоэволюция есть частная форма эволюции материи. В материи на всех уровнях есть общие закономерности, но нужно научиться понимать тождественную сущность явлений разных уровней. Вне биологии есть такие явления, понимание которых может помочь решению проблем биологии.

Прежняя гносеология о сущности познания ничего определенного сказать не могла. Это и не удивительно, поскольку не было науки о человеке. Если неизвестно, что такое человек, то и познание как форма жизни человека не может быть понято. Новое понимание человека, излагаемое здесь, заключается в том, что человек есть животный вид в стадии становления, эволюционирующий вид. Когда эволюция закончится, закончится и познание. Прежде думали, что сознание и познание есть признак совершенства такого животного вида, как человек, но познание есть признак несовершенства. Человек есть высший животный вид в биосфере, но это не значит, что он есть и самый совершенный вид. Совершенный вид есть такой вид, развитие которого завершено, становление которого закончено. Совершенный вид есть завершенный вид. Человек не есть совершенное существо, поскольку становление его не закончено. Предыдущие виды животных совершенны, поскольку они не эволюционируют. Если особь устойчиво существует в среде, в своей экологической нише, то она находится в состоянии соответствия со своей средой обитания. Соответствие вида со своей средой обитания, устойчивость существования, неизменный образ жизни есть признаки совершенства вида. У совершенного вида нет причин эволюционировать. Человеческий образ жизни изменяется на протяжении всей истории, и это говорит о незавершенности человека, о его становлении.

Человеческое познание нужно было как-то понять. Познание свойственно только человеку, другие животные не познают. Познание есть особенность человека. Но особенностью человека является и изменение его образа жизни, эволюция. Если понято, что человек есть эволюционирующий вид, то и познание становится понятным. Познание, в этом свете, есть состояние и форма жизни эволюционирующего существа. Познание есть эволюция, развитие. Эволюционирует в историческом процессе познания образ жизни человека, отношение индивида и среды. Познание есть развитие отношения, приспособление, адаптация. Можно сказать, что познание есть не столько исследование того, что есть, сколько развитие, создание нового. Познание есть творческий процесс. Познание в обществе принимает форму технического развития. Техническое развитие есть плод познания. Познание как исторический процесс есть процесс материальной эволюции.

Человек есть эволюционирующий вид, а познание есть путь развития и становления человека совершенным космическим организмом. Новое, открывшееся понимание человека было и новым пониманием процесса познания. Познание открывалось в новом свете. Сущность человека прежде была для научного, рационального ума тайной, и только в религиозном христианском учении открывалась эта тайна. Но научный ум пренебрежительно относится к религиозному воззрению. Человек есть познающий вид животного рода. История человека есть история познания. Когда эволюция и история человека закончатся, то закончится и познание. Познание есть процесс развития и становления человека совершенным существом. Человек станет совершенным и завершенным существом, и познание закончится. Больше нечего будет познавать, и не нужно будет познавать. Прежнее представление о познании как о «чтении книги природы» совсем не соответствует действительности. По этому представлению познание есть «постижение» того, что есть, и нужно только прочитать книгу природы. Также прежде представлялось, что поскольку мир бесконечен, то и процесс его «постижения», процесс познания будет бесконечным. Но познание может быть понято только как конечный процесс. Познание как процесс эволюции есть создание небывалых прежде форм жизни, сотворение новых земли и неба. Изменение представления о познании, что познание должно завершиться, с необходимостью означает и изменение представления о предмете познания. Прежде мнили, что человеку присуще познание, потому что он есть совершенное существо. Но познание есть признак и проявление несовершенства. Познание закончится тогда, когда человек станет совершенным существом. Значит человек не «бесконечный мир» познает, но познает и совершенствует свое отношение жизни.

Познание воплощается в материальных формах, в новой общественной практике. Но познание как развитие практики имеет идеальную сторону. Этот идеальный момент познания есть индивидуальный умственный процесс, мышление. Мыслит не коллектив, не сообщество, но индивид. Идеальная сторона познания, мышление происходит в индивиде. Познание как индивидуальный процесс есть мышление. Можно сказать поэтому, что познание есть индивидуальный процесс. Познают отдельные индивиды, а общество пользуется плодами их труда. Идеи, рожденные индивидами, воплощаясь в новой практике, придают новую форму общественной материи.

Человек отличается от других животных не только тем, что он является познающим существом, но и тем, что он обладает сознанием. Говорить о познании – значит говорить и о сознании, поскольку познавать может только существо, обладающее сознанием. Быть познающим – значит быть сознающим существом. Иметь сознание – значит познавать. Сознание есть состояние познающего индивида. Понять процесс познания во всей полноте его идеального момента – значит понять природу сознания. Понять причину познания – значит понять, как в темноте бессознания вспыхивает свет сознания и человек обретает себя предметом для себя. Восторженным писателям это событие кажется величественным, но это трагичный момент, поскольку человек обретает себя в своем знании изгнанным из вечности, из дома своего Вечного Отца. Сознание, как и познание, есть состояние несовершенства. Путь становления человека совершенным существом есть познание. Человек, закончивший свой путь развития, не будет себя знать, но станет бессознательным и немыслящим существом. Человек вернется в дом Вечного своего Отца, утратит себя в вечности.

Космический процесс

Почему индивид приходит к размышлениям о мире в целом? Путь к единому знанию был найден. Было понято организационное единство материи. Определены общие понятия, категории для всех уровней организации материи – среда и элемент. Элементы всех уровней должны взаимодействовать одинаково. Должны быть общие законы организации. Если понято в абстрактной форме взаимодействие элементов социального уровня, то можно понять взаимодействие элементов других уровней. Общие формы организации для всех уровней – элементы и среды. Среда есть множество элементов. Общество, например, как среда, есть организованное множество индивидов. Элементы – это доатомные частицы, атомы, молекулы, организмы. Среды – планеты, звезды, ядра галактик. Шаровидная среда имеет сложную организацию: она может состоять из элементов разных уровней, составляющих сферы. Сфера есть уровень, оболочка среды, подсреда. Земная биосфера как верхний уровень земной среды есть сложная среда, состоящая из организмов разных уровней. Человеческое сообщество представляет собой верхний уровень биосферы. Организация среды во времени и пространстве есть процесс эволюции. Элементы, составляющие среду, дифференцируются, возникают новые виды и уровни элементов. Усложняется строение, организация среды. Биосфера развивалась именно таким путем. Если законы организации для всех материальных уровней едины, но отличаются только степенью конкретности или абстрактности, то, рассматривая организацию известной среды в абстрактной форме, можно понять организацию сред, менее доступных наблюдению. Должно быть подобие организационных процессов, протекающих, например, на Земле и в других средах – в звездах и ядрах галактик. Должно быть подобие организационных процессов и в сообществах элементов. Рассматривая организацию человеческого сообщества, можно определить всеобщую закономерность организации сообществ всех уровней. Общий материальный процесс, подлежащий познанию, есть процесс космической эволюции. Космическую эволюцию – возникновение и развитие галактик, звезд и планет – нужно рассматривать как пространственно-временной процесс организации материи. Рассматривать космический процесс – значит рассматривать мир в целом.

Мир человека, общество есть самый ближний и доступный для познания мир. Познавая себя, организацию социальной жизни, человек может познать весь мир. Если материя организационно едина, то в организации человеческого мира, в том числе биосферы, можно усмотреть общие закономерности развития. Рассматривая движущие силы общественного развития, можно понять общие законы материальной эволюции и, в частности, эволюцию организмов. Но что это значит – рассматривать человеческую эволюцию? Чтобы понять причину исторического развития человека, нужно понять, что движет индивидом, активным элементом социального мира. Прежде никто серьезно не занимался анализом индивидуальной человеческой жизни, полагая, по-видимому, этот предмет не заслуживающим детального исследования. Но, скорее, судя по науке, называемой «психологией», даже и не знали прежде, как подступиться к исследованию индивида. Психология, если трезво ее оценивать, есть несостоявшаяся еще наука, но, как говорится, если Бог даст, то она состоится. И называться она будет не наукой о психике, но наукой о жизни индивида, о человеке, ведь психические явления невозможно рассматривать вне связи их с жизнью. Науки о психике прежде не было, поскольку неизвестно было, что такое душа, сознание. Прежняя психология есть эмпирическое собрание сведений, но теоретического понимания в ней нет. Возникновение науки о человеке, о жизни есть и возникновение действительного понимания психики, сознания и познания, субъективности. Все материальные состояния индивида сопровождаются соответствующими психическими состояниями – ощущениями, чувствами, мыслями, переживаниями. Но психика извне, в чувственном восприятии, в явлении, объективно не может быть наблюдаема – это такой предмет, который существует только в форме для себя, субъективно. Как можно познать другого индивида, если переживания его для внешнего наблюдателя скрыты, если их нет для внешнего мира? Люди часто даже не догадываются, что за внешним благополучием жизни индивида может скрываться душевная трагедия. Поэтому познание жизни индивида и сопровождающих ее движений души, переживаний может быть только самопознанием.

В школьные годы, когда он узнал о гипотезе происхождения Солнечной системы, испытывал чувство неприятия такого воззрения. В основе всех современных предположений о возникновении и развитии Солнечной системы находится космогоническая гипотеза, появившаяся в 18 веке. Это грубое воззрение, но о нем нужно говорить, потому что оно до настоящего времени находится в основе представлений о развитии космоса. Суть этого механистического воззрения в том, что рассеянное в пространстве вещество под действием гравитации собирается в сгущения и принимает форму космических тел. Во время своего рождения эта гипотеза казалась привлекательной: ведь в то время даже жизнедеятельность организмов пытались понять на основе законов механики. Чем вызывает неприятие космогоническая гипотеза? Ему, когда он ознакомился с этим гипотетическим воззрением, казалось более естественным предположение, что планеты образовались в результате отделения от Солнца части вещества. Форма спиральных галактик также наводит на мысль о том, что вещество движется в направлении от галактического центра к периферии, а не наоборот, как предполагают астрономы. Суть космогонической гипотезы в том, что космические тела, планеты и звезды, образовались в результате гравитационного взаимодействия из космического мусора. Что такое газопылевые туманности, из которых якобы возникали звезды и планеты, если не космический мусор? Как-то это грубо, механистично, примитивно. Интуиция, разум противится такому воззрению на материю и описанию ее в категориях грубой механистической практики. Материальный процесс организации есть, по современным представлениям, биологическая и социальная эволюция и, с другой стороны – «взрывы» и «конденсация» распыленного вещества. Как будто это не одна и та же материя. Это несоответствие вымысла астрономов и опытных фактов из других сфер познания и вызывает, наверное, неприятие космогонической и космологической гипотез. Теоретическая картина эволюции материи должна предусматривать возникновение жизни и познания. Но невозможно понять существование жизни и сознания, если за объяснительную основу принимать материю в виде пыли и гравитационную «конденсацию». Пока космологи будут мыслить такими категориями грубой практики как «взрыв», «аккреция» и «конденсация» они не поймут сущее.

Как можно разумно подойти к познанию космической эволюции? Как понять этот процесс? Понять некоторое новое явление – значит отождествить его с рядом других, известных и понятных уже явлений. Никогда не понять явление, не рассматривая его в ряду других. Нужно искать в природе подобные и уже понятные явления, чтобы понять посредством их еще не познанное явление. Понять – перевести явление из разряда необычного и особенного в разряд обычного и общего, определить родовую природу. Если предположено, что космические тела возникали в результате гравитационного сгущения, то нужно посмотреть, есть ли в природе процессы организации, происходящие подобным образом. Каждое космическое тело есть среда, множество элементов. Известные на Земле среды есть множества, образованные организмами. Организмы образуют разного уровня сообщества, к которым относятся и человеческие общества. В целом все организмы, включая и человека, образуют на поверхности планеты слой организованного вещества, называемый биосферой. Из биологии известно, что сообщества организмов возникают путем умножения особей, составляющих сообщество. Что такое размножение организмов? На примере одноклеточных организмов видно, что это процесс организации окружающего вещества в тело особи, разделение ее и умножение тем самым. Окружающее вещество организуется в процессе питания в тела особей. Особи умножаются, и таким путем образуется множество особей, среда. Нет ни одного примера, ни одного подтверждающего факта, что среды возникают путем объединения разрозненных прежде элементов, но, наоборот, все среды возникают путем умножения элементов, путем организации вещества предшествующих уровней и расширения множества. Отсюда необходимо следует, что не гравитационная «конденсация» есть причина возникновения и существования космических тел. Чтобы объяснить существование космического порядка, существование организмов и человеческого познания космологи кладут в основу своих построений бессмысленный «взрыв» и столь же бессмысленную гравитационную «конденсацию» распыленного вещества.

Возникший организм распространяется по всей земной поверхности, образуя среду в форме сферы. В сферической среде одноклеточных организмов, в первоначальной, еще не дифференцированной на множество видов биосфере, происходит процесс организации. В этой среде возникают многоклеточные организмы, которые являются новым уровнем организации, новой средой в форме слоя биосферы. Возникший организм распространяется по всей земной поверхности и образует сферический уровень, слой, оболочку в биосфере. Теснота на предыдущем уровне и необходимость продолжения процесса организации является причиной возникновения элементов нового уровня, причиной образования в биосфере нового слоя, уровня, сферы. Вся в целом биосфера представляет собой сложную сферическую среду, состоящую из уровней и подуровней. Первоначально однородная сферическая среда каких-то простейших элементом дробится на сферические среды и подсреды, представленные разными типами организмов. Человек, социальная среда есть высший уровень биосферы. Будущее человека как материальной формы – жизнь в космическом пространстве. Множество элементов этой формы в будущем образуют новую среду. Возможно, среда этих существ будет в форме сферической оболочки вокруг Солнца. В лице человека как материальной формы организованная материя переходит из породившей ее земной среды в окружающее космическое пространство. Это есть новое явление, неизвестное прежней науке. Поскольку этот переход материи из материнской среды в окружающее пространство не может быть особенным явлением, то его нужно учитывать при понимании космической эволюции. На примере процесса земной эволюции человека видно, что возникшая новая форма жизни отделяется от породившей ее среды и образует в пространстве новую среду.

Космическая среда – планета, звезда, ядро галактики – есть множество элементов, ее составляющих. Чудес не бывает, но материя единообразна, и только поэтому может быть понята. Нужно думать, что и в этих средах, звездах и галактиках, происходят процессы, подобные эволюционному процессу на Земле. Ничто не говорит за то, что галактика возникает из рассеянного в пространстве вещества. Если все известные среды возникают путем умножения элементов в процессе синтеза вещества и расширения множества, увеличения среды элементов, то было бы легкомысленно думать, что такая среда, как галактика, может возникать иначе, путем гравитационной «конденсации». Галактика есть среда, в которой происходит организация вещества. Синтез элементов происходит в ядре галактики. Синтезированное вещество периодически отделяется от ядра и образует звезду. Звезды возникают из вещества, синтезированного в галактическом ядре. Звезда есть новая среда, отделившаяся от галактического ядра. Если в звездах происходит синтез атомов, то в галактическом ядре, надо предполагать, синтезируется доатомное вещество, простейший составной элемент атомов, протоны. Считается, что основным материалом звезд являются водородные ядра, протоны. Но водород в ядре галактики находится в более высокоэнергетическом состоянии, а именно, можно предположить, в форме нейтронов. Каждая возникшая молодая звезда поэтому состоит, в особенности ее ядро, из нейтронов.

В звезде, поскольку эта новая среда возникла, с необходимостью начинается процесс эволюции элементов, ее составляющих. Энергетические условия среды определяют организационную плотность элементов, составляющих ее. В галактическом ядре возникают организационные формы более плотные, чем в звезде. Температура и давление во внешних областях звезды имеют значительно меньшие значения, чем те, при которых рождалось вещество галактического ядра. Поэтому нейтроны, начиная с внешней области звезды, переходят в менее плотное состояние, возникает водород. Распад нейтронов в ядре звезды подобен по своей природе радиоактивному распаду в недрах Земли. В других условиях начинается и другая организация: во вновь возникшей водородной среде начинается синтез атомного вещества следующих уровней. Синтез ничем не отличается по своей сути от процесса умножения организмов: возникновение в водородной среде ядра гелия активизирует объединение других протонов и есть, по сути, размножение формы ядра гелия. Умножение материальной формы есть синтез, объединение предшествующих форм. Возникшая водородная сферическая среда возрастает, вещество ее дифференцируется на уровни и подуровни, представляющие собой сферические среды более сложных атомов. В некоторые моменты истории звезды происходит отделение вещества от материнской среды и образование из этого вещества планеты. Отделение вещества от звезды и рождение планеты не есть единичное событие, но происходит многократно. Планета есть новая среда, отделившаяся от звезды. Когда новая материальная форма в лице человека покинет свою родную среду, начнется новый этап космической эволюции. Можно только предполагать, какие новые материальные формы возникнут в ходе этой эволюции.

Метафизическое, понимающее мышление не участвовало совсем в выработке космологических и космогонических воззрений. Понимающая мысль не может найти в построениях космологов никакого смысла. Создатели непривлекательной в логическом смысле, бессмысленной космогонической гипотезы не могли объяснить, откуда взялось вещество, которое сгущалось под действием гравитации в звезды и планеты. Их последователи, стремящиеся подобным образом объяснить возникновение всего космоса, объясняют возникновение рассеянного в пространстве вещества столь же нелепой гипотезой. Возникновение вещества как материала для космических тел эти эмпирические мыслители объясняют взрывом. По их мнению, в результате взрыва некоего сверхплотного тела возникла рассеянная в пространстве материя. Под действием сил гравитации из этого рассеянного в пространстве вещества образовались все космические тела. Это, по сути, та же космогоническая гипотеза, только в мировом масштабе. Как мысль о гравитационном сгущении вещества возникла в результате открытия тяготения, так на мысль о взрыве, породившем материал для мира, навело открытие красного смещения в спектрах далеких звезд. Это смещение сразу объяснили движением галактик друг от друга – движением, означающим расширение мира. Удивляет простота и грубость мышления эмпирических мыслителей, создателей космологических и космогонических гипотез. Гипотеза «взрыва» есть выдумка немыслящих эмпириков. Мир вечен и бесконечен. Никогда он не возникал и не возник. Мир вечно возникает. Мир есть вечность возникновения, вечность процесса организации материи, вечность жизни.

Математические формулы не могут заменить мышление: эмпирики математикой владеют хорошо, но мыслят грубо. Чтобы понять нечто, необходимо размышлять. Мышление бывает узким и более широким. Широта мышления есть широта рассматриваемого в мысли фактического материала. Физик, натуралист описывает протекание некоего процесса как отношение определенных, измеряемых величин, метафизик стремится к пониманию. Знание естествоиспытателей, пусть оно выражено формулами, есть эмпирическое знание явлений без понимания их сущности. Не формальное отношение величин делает знание теоретическим, но только понимание. Если же есть понимание природы, а не только эмпирическое знание явлений, то не составит труда облечь его в математическую, прикладную форму. Талантливые математики в будущем придадут математическую форму теории жизни, единой науке. Математика не есть орудие понимания и познания, чем ее пытаются делать физики, но только язык практики, технологии. Мыслить теоретически – значит мыслить абстрактно, мыслить общими понятиями, а не отношениями величин. Движение в теоретическом познании, в понимании происходит на пути обобщения, абстрагирования понятий. Эмпирический предмет есть факты опыта. Теория есть единое понимание эмпирии, абстрактное, в общих понятиях выражение практического опыта. Понимание есть связь множества фактов опыта воедино, единое отношение ко всеобщему опыту. По сути, знание есть понимание наблюдательного опыта. Опыт может быть частным и узким, и более широким, общим. Узость или широта опыта есть узость или широта знания. В последние века человеческая практика стала разносторонней и, соответственно, накоплен большой наблюдательный опыт. Есть необходимость обобщения накопленного опыта, единого, метафизического его понимания. Из природы понимающего мышления следует, что частное понимание невозможно, но понимание может быть только единым, всеобщим. В частной эмпирической области невозможна полноценная теория, но удовлетворительная теория может быть только о всеобщем опыте.

Понять эволюцию космоса – значит понять материю как процесс организации во времени и пространстве. Но, чтобы исследование было предельно общим, необходимо делать предметом исследования именно всю материю, а не часть ее, как это было прежде и продолжается сейчас. Эмпирический исследователь природы не знает, что значит «понять». Нельзя понять частный предмет, рассматривая его только в его собственных пределах. Мыслитель, метафизик рассматривает предмет в отношении его с другими предметами, образующими среду этого предмета. Для мыслителя понять – значит рассматривать предмет в сравнении с другими предметами, значит определить посредством другого, определить тождество и отличие в сравнении с другими предметами. Понять – значит выразить через другое, подобное, однородное, определить общий род. Понять некоторый процесс для эмпирического испытателя – значит описать только его, определить форму протекания его в виде зависимости, соотношения величин. Естествоиспытатель не стремится определить сущность исследуемого предмета, но стремиться описать протекание процесса, стремится только показать, как он протекает, чтобы использовать его в прикладных целях. Практики часто не понимают, что делают. Натуралисты не знают, что такое понимающее мышление. Мыслитель, стремясь к пониманию, рассматривает предмет в ряду других, подобных предметов и определяет их общую сущность, форму существования. Понять – значит определить форму существования. Понять существование – значит определить родовую, общую природу предмета, определить идею. Потому-то и важно для мыслящего исследователя, для метафизика рассматривать возможно более широкий круг явлений, а иначе нельзя познать общее, родовое во многом. Понять непонятный предмет, сущность которого неизвестна – значит отождествить его с другим, определить его общую, родовую природу посредством предмета, сущность которого известна. Мера познания сущности вещей есть практика человеческой жизни. Человек есть мера познания вещей.

Мир однороден. Иначе его нельзя было бы познавать и понимать. Но не потому мир однороден, чтобы его можно было познавать, но потому, что иным мир быть не может. Однородность означает то, что по части мира можно понять весь мир. Каждая часть мира представляет собой материю, организующуюся по общим для всех уровней, единым законам. Чтобы понять общую эволюцию материи, необходимо рассматривать эволюционное движение в близкой человеку и известной ему области сущего. Известная человеку область существующего есть близкий ему социальный мир и биосфера в целом. Ничто не мешает рассматривать организационное движение материи в биосфере. На примере организации материи в биосфере можно понять закономерность вообще организации материи. Все многообразие организмов возникло из некоторой простейшей материальной формы. Известно, что структурной основой всех многоклеточных и позвоночных организмов является одноклеточный организм. Одноклеточные организмы не являются начальным уровнем биосферы. Чтобы возник одноклеточный организм, земная материя должна была пройти большой эволюционный путь. До настоящего времени не было понимания в науке, как могла возникнуть такая материальная форма, как живой организм. «Мертвой» материи противопоставлялась «живая» как обладающая якобы совсем другими свойствами. Поэтому и невозможно было понять происхождение этой «живой» материи, происхождение организмов. Если мыслить трезво, без предрассудков, то понятно становится, что таких форм материи, как «косная» и «живая» нет, но есть только организованная материя, организмы. Поскольку при едином понимании противопоставление «косной» и «живой» материи не имеет смысла, то можно считать, что материя вся живая, вся организованная. «Жизнь» нужно понимать как «организованность». Поскольку материя состоит из элементов разных уровней, то необходимо следует, что материальный элемент есть организм. Если все материальные элементы есть организмы, то можно проследить мысленно земную эволюцию организмов от атомов до одноклеточного организма и далее до человека.

Возникая, новая организационная форма заполняет, взрывообразно размножаясь, все свободное пространство. Таким пространством на планете является сферическое пространство. Биосфера есть сферическое пространство Земли, заполненное организмами. Возникшее множество организмов – уровень, сфера, оболочка – само становится средой, в которой начинается новый процесс организации. Примером такой организации множества элементов является человеческое сообщество. Человеческие индивиды никогда не жили порознь, но коллективно, образуя социальные организмы. Коллектив, сообщество как организованное множество индивидов есть социальный организм. Общество есть форма существования множества индивидов. Вне общества индивиды жить не могут.

Мир есть расширяющийся в пространстве процесс организации материи. Считается основным измерением жизни пространство, но, пожалуй, основное измерение индивидуальной жизни есть время. Время составляет содержание, материю пространства. Время есть изменение. Временной процесс есть процесс изменения пространственного отношения. Сознание и существование есть определенность времени. Материя может быть рассмотрена как организация пространства и времени. Организующаяся материя имеет форму шаровидной или сферической среды. Среда есть множество элементов различных уровней. Каждый уровень организации представляет собой сферическую оболочку. В биосфере, которая сама есть уровень и оболочка, такими оболочками являются уровни доклеточных, одноклеточных, многоклеточных, позвоночных организмов. Каждый из этих основных уровней состоит из многих подуровней. Пространство имеет форму уровня, сферы, оболочки. Тогда время есть переход на новый уровень. Среда, земная, звездная или другая имеет в себе множество концентрических уровней. Можно говорить о горизонталях и вертикалях. Уровни, сферические оболочки среды могут быть названы горизонталями. Эволюционное движение материи происходит в направлении от центра шаровидной среды к поверхности, по вертикали. Эволюция, организационное движение материи, движение времени имеет вертикальное направление. Горизонтальные уровни есть ступени эволюционного движения. Единичная горизонталь, организационный уровень есть сферическое, замкнутое пространство. Когда возникает новая организационная форма материи, новый организм, материальный элемент, то она, эта форма, взрывообразно умножаясь, быстро заполняет свободный сферический уровень. После того, как уровень заполнится, новая организационная форма поднимается на следующий уровень, на следующую горизонталь. Так происходит эволюция материи в средах. Так, по ступеням организации, поднимался к своему настоящему состоянию человек. Человек есть род земной жизни. Надо думать, что и в такой среде, как звезда, эволюционный процесс происходит по такому же закону. Звезда – это не так уж и просто, как думают восторженные эмпирические наблюдатели. Организованное вещество на поверхности среды, достигнув предела развития, покидает материнскую среду. Уровни организации, сферические пространства есть единичные времена эволюционного процесса. Эти времена составляют единое пространство времен и единое время эволюции. Вертикальное движение времени есть переходы от уровня к уровню при движении волны организации вещества в радиальном направлении. Пространственные уровни, ступени жизни есть времена. Будущее есть проекция прошлого. Предшествующие по времени формы организации относятся к последующим формам так же, как абстрактные, простые организмы относятся к конкретным, сложным. Простые формы предшествующих уровней есть абстракции сложных форм высших уровней организации. Суть организационного единства материи в том состоит, что элементы высших уровней есть конкретные проекции абстрактных форм.

Существование материи есть процесс возникновения. Нельзя понять возникший мир, но можно понять только возникающий мир, процесс возникновения. Обычно индивид, мыслящий метафизически, мучается альтернативой, возникал мир или не возникал, но всегда был: нельзя понять ни то, ни другое. Вечность может быть понятной, только как вечное возникновение. Мир есть эволюционное движение, возникновение, но не покой. Пустое пространство может быть понято только как всеобщая среда – все космические тела находятся в пространстве. Пространство есть среда, тождественная телам – пространство не оказывает сопротивления телу. Тело не находится в пространстве, но есть плотная его часть. Существование каждой частицы материи есть ее возникновение – поэтому она обладает плотностью и инерцией, массой. Каждая частица материи есть в себе идея, активность возникновения, действие полагания, элементарное движение, поэтому она и проявляет себя инертной, обладающей массой. Пространство есть среда возникающих частиц. Но эта среда есть фундамент всех тел, поэтому и не оказывает сопротивления телам. Частица пространства есть элементарная длина: обычно забывается, что одним из основных определений тела является протяженность. Частица пространства есть и элементарная длительность: забывается также, что одним из основных определений тела является время его существования. Подобно пространству, фундаментом жизни в биосфере является среда простейших органических тел: организмы нижних уровней биосферы есть пища, организующийся материал для верхних уровней. Пространство как среда умножающихся частиц, теоретически рассуждая, должно расширяться. Вместе с тем как фундамент материи пространство должно поглощаться телами: каждый материальный элемент поглощает материал среды и умножается численно. Поглощение материала среды частицами материи есть суть гравитации. Материальный элемент поглощает и организует частицы пространства в свое умножающееся тело. По сути, организация материи есть организация пространства. Вещество есть организованное пространство и время. Уровни вещества есть уровни организации пространства и времени. Частица пространства и времени есть, вместе, элементарное движение. Организация есть упорядочивание движения возникновения частиц пространства, пространственно-временной процесс.

То, что эмпирические наблюдатели истолковывают как «большой взрыв», есть естественный процесс вечного расширения пространства. Пространство есть рождающаяся протяженность, временной процесс расширения. При расширении пространства во всех своих точках в нем необходимо начинается возникновение элементов следующего уровня, процесс организации материи. Ничто не мешает возникновению множества очагов организации. Эти первичные очаги организации есть галактические ядра – в космосе не обнаружены другие, более основные среды. Космос в целом и в каждой своей части есть два противоположных процесса – разделение, дифференциация и объединение, интеграция. Материя порождается в результате процесса разделения, умножения элементов, а новые формы организации возникают в результате объединения элементов. Процессы разделения и объединения наблюдаются и в любой части космоса, и в биосфере. Дробление возникающего в галактиках материала на отдельные звезды есть процесс разделения, дифференциации. Материал среды умножается и в нем начинается процесс синтеза, интеграции. Элементарное единство процессов объединения и разделения представляет собой материальный элемент: он, поглощая материал среды, организует его в свое тело и умножается, полагая вне себя свою форму.

Никакого «взрыва» как исключительного события нет – есть естественный процесс расширения пространства и происходящего в нем синтеза вещества. «Аккреция» рассеянного в пространстве вещества, являющаяся у космологов основным эволюционным фактором, не имеет никакого разумного, рационального основания и оправдания. Вещество рождается в недрах сред, а не разбрасывается «взрывом». Поэтому и в «аккреции» оно не нуждается. Рассеянное в результате «взрыва» вещество никогда не соберется воедино, если только не будет поглощено массивным телом. Нет понимания космоса у космологов: нет порядка в их «космосе» и нет логического порядка в их умах. Как космологи понимают гравитацию? Они понимают ее так, что частицы, удаленные друг от друга, обладают чудесным свойством притягиваться друг к другу. Но, в таком случае, разбегающиеся галактики противоречат гравитации: ведь более массивные тела должны и с большей силой притягиваться. Почему вещество должно быть рассеянным в пространстве? Потому что космологи мыслят механистическими, почерпнутыми из примитивной практики представлениями и категориями. Более же основательный наблюдательный опыт показывает, что возникающие формы не рассеиваются в пространстве, но образуют скопления, среды. А то, что рассеивается, то обратно уже не собирается. Нет таких законов, которыми космологи пытаются объяснить процесс эволюции материи – организация и эволюция происходят по другим законам. В математические формулы, которые производят обманчивое впечатление теории, можно облечь любые, самые фантастические предположения. И для фантазии можно подобрать математическую модель. Одна из фантазий есть мысль космологов о том, что расширение космоса может смениться сжатием. И в древности были в ходу фантазии о том, что мир периодически то возникает, то погибает. Реальность, однако, в том, что мир, космос вечно возникает, эволюционирует. Это вечное возникновение, происходящее на всех уровнях, есть причина сознания. Математика не может заменить разум: сначала должно быть понимание, а потом математическое отображение опыта в форме отношения величин.

Если гравитация есть поглощение материальным элементом пространства, а пространство имеет свойство расширяться, то рассеянные в пространстве элементы не могут притягиваться друг к другу. Умножающиеся элементы образуют среду элементов. Поскольку элементы умножаются, то среда растет. Среда возникает не в результате «аккреции», но путем организации и умножения составляющих ее элементов, путем синтеза вещества. Элементы удерживаются вместе единством происхождения и возникающим, увеличивающимся по мере роста среды общим гравитационным полем. Чем больше масса среды, тем более активно она поглощает пространство. «Аккреции» нет как причины возникновения космических тел, но есть умножение элементов среды, рост среды и дробление ее, разделение на множество сред. Синтезированное вещество ядра галактики дробится на звезды. Звезды, в свою очередь, порождают планеты. Но какая причина дробления сред? Почему галактики порождают звезды, а звезды – планеты? И активность вещества планет выражается в переходе во внешнее пространство организованного вещества. Причина эволюционного движения есть необходимость возникновения материи, продолжения процесса организации. Возникновение материи имеет форму процесса организации. Галактическое ядро, среда умножающихся элементов, не может увеличиваться в своем объеме бесконечно. Поверхность растущей шаровидной среды увеличивается значительно медленнее, чем ее объем. Необходимо наступает момент, когда поглощаемое через поверхность среды пространство не может обеспечить продолжение процесса организации в среде. В этом состоянии среда должна разделиться. Как может происходить деление среды? Из эмпирических наблюдений известно, что все космические тела обладают вращением. Вращение среды, галактического ядра или звезды, означает, что вещество, составляющее среду, движется в ней поступательно. Эмпирические наблюдатели не могут реалистично объяснить это явление, но оно, несомненно, означает проявление необходимости. По сути, космологи вращение космических тел объясняют случайными условиями аккреции рассеянного взрывом вещества, случайными различиями скоростей разных частей конденсирующегося облака газа. Но более реалистично то, что поступательное движение элементов есть необходимая форма их существования. Поступательное движение элемента есть фундаментальное его свойство – возникновение как форма существования материи есть движение. В среде, в космическом теле поступательное и согласованное движение элементов необходимо имеет форму вращения космического тела вокруг своей оси. Без свойства вращения космических тел невозможно объяснить их разделение. Можно предположить, что при увеличении массы космического тела и замедлении в нем организационного процесса увеличивается и скорость вращения тела, а при некоторой предельной массе и скорости вращения происходит сброс части вещества. Вещество, отделяющееся от галактического ядра, принимает форму звезд. При эволюции звезд, в свою очередь, отделяемое вещество принимает форму планет. Вращение всех космических тел есть не случайное, но необходимое их свойство, фундаментальная форма существования материи. Спутники планет образуются путем отделения от них части вещества.

Недостаток прежней космологии в том, что она механистично рассматривает мертвую материю и мертвый космос. Эмпирические наблюдатели космоса ничего еще не объяснили. Космологи не понимают космос. Материя этой космологии разбрасывается взрывом и затем гравитационной силой собирается в космические тела. Космологи не замечают, что это их понимание материи находится в противоречии с ее активностью, способностью к саморазвитию. Но прежняя наука не знает такой материи. Эволюция для прежних космологов есть пустое слово. Никакой эволюции в непривлекательной картине космоса, которую они рисуют, нет, но есть только чередование «взрывов» и «аккреции». «Взрывы» и «аккреция» в действительности не наблюдаются, не есть эмпирические факты, но есть только истолкование космологами наблюдаемой неподвижной картины космоса, есть бессмысленные домыслы. Космос нужно рассматривать как самоорганизующийся, живой, а не как косный, инертный, подвергающийся катастрофам. Космологи не замечают, что в их космосе земная жизнь кажется чудом. Исходить в понимании космоса нужно из того факта, что все элементы материи стремятся продолжаться и продолжают себя в своем полагании, что каждый элемент материи есть в себе идея вечного продолжения. Для понимания космического процесса необходимо анализировать более широкий наблюдательный опыт, чем тот, к которому прибегают космологи.

Часть 2.
Человек как субъективный предмет познания. Понятие идеи

Введение.
Сознание как противоречие идеи и жизни

Познание начинается тогда, когда индивид изгоняется из цветущего сада своего Отца, утрачивает вечную жизнь. Преходящая жизнь в изгнании есть зло, а вечная жизнь в доме Отца – добро. Самопознание есть познание добра и зла, жизни вечной и временной, поиск пути возвращения в рай. Бытие в доме Вечного Отца есть состояние совершенной жизни, беспредельной в своем полагании себя и поэтому вечной. Познание есть остановленная в своем полагании, несовершенная жизнь. Почему изгнанник из рая становится смертным? Индивид вечен в своем полагании себя в мир, в продолжении себя в потомстве. Рай есть беспредельность полагания жизни, вечность. Изгнание из рая, невозможность полагания есть и изгнание из мира, невозможность продолжения жизни. Изгнанник из рая осознает себя смертным, знающим возможную вечность. Знание вечности и преходящести, идеала и действительности есть форма сознания.

Жизнь в мире, бытие и жизнь в себе предметом для себя, самопознание есть противоположные формы индивидуальной жизни. Бытие есть практическое полагание себя индивидом, а познание есть остановленная жизнь, невозможность практики, мышление. Если индивид не может практически полагать себя вне себя, в мир, то он находится в состоянии «в себе», знает себя. Знать себя – быть в себе разделенным и определенным. Если индивид не может себя полагать вне себя, если он разделен с миром, то он и в себе разделен и определен, имеет в себе предмет своего познания. Бытие есть соответствие индивида и внешнего мира, тождество безмыслия. Разделение индивида с миром и в себе есть самопознание. Дух познания рождается на кресте, когда практическая жизнь остановлена. В индивиде, умершем телом, жизнь воскресает в форме мышления. Жизнь в себе, когда индивид изгнан из вечности и возведен на крест, есть мышление.

Если бытие есть процесс жизни, то познание есть остановленная в своей основе жизнь. Бытие и познание есть возможные формы индивидуальной жизни: если жизнь в форме бытия невозможна, то она принимает форму познания. Жизнь в форме познания есть сущее небытие, существование индивидуального тела в форме разделения его с миром, с Вечным Отцом. А ведь именно соединение индивида с внешним миром есть совершенная жизнь, бытие. В те времена, когда мир изменяется, разрушается привычный уклад жизни и многие индивиды утрачивают связь с миром, тогда они принуждены познавать себя. Утрата бытия есть обретение знающего себя существования. Познание себя, действительности своей неблагополучной жизни есть понимание идеала и стремление к добру. Познание есть пустая, остановленная и определенная в себе жизнь, поиск пути полагания.

О едином познании в настоящее время не знают. Древним грекам, однако, было не чуждо это направление мысли. Если Фалес и Анаксимен еще эмпирики, натуралисты, то Анаксимандр и Гераклит уже мыслят метафизически. «Единое», «предел и беспредельность», «единство противоположностей» как форма определенности единого в себе есть понятия единого, метафизического познания. Как видно, пути и предметы познания разделились уже в то давнее время. Практикам, конкретно живущим индивидам свойствен естественнонаучный, эмпирический подход в познании сущего. Созерцательные, живущие абстрактно индивиды и мыслят общими понятиями, метафизически. О едином познании и его предмете задумывается тот, кто встал на трудный путь понимания всего существующего. Понимание есть процесс, мышление и есть состояние сознания, понятие. Понимание есть форма самопознания, мышление. Мышление есть умственное решение задач жизни. Мыслящее познание из жизни исходит и в нее возвращается. Самопознание есть остановленная и поэтому мыслящая жизнь, поиск пути продолжения. Совершенная жизнь, которой живут приспособленные животные виды, не нуждается в мышлении. Даже и в обществе способность мышления есть большая редкость, поскольку редкими бывают неприспособленные, не умеющие жить индивиды. Кто умеет жить, тот не мыслит, но мыслят неприспособленные индивиды. Индивиды не одинаково наделены сознанием, но в разной мере. Рождается индивид только с возможностью сознания, но оно может у него и не проснуться. Сознание можно сравнить с разбуженностью души. «Души людей спят» – говорит древний мыслитель. Степень разбуженности сознания не зависит от социального положения индивида – в любом сословии могут быть и спящие, и разбуженные души. Но все же в менее обеспеченных, неблагополучных слоях общества уровень недовольства жизнью и степень разбуженности сознания должны быть выше. Духовность не зависит от образованности, но, наоборот, несовместима с ней, поскольку образованность есть явление приспособления, благополучия. Чем благополучней индивид, тем глубже сон его души. Сознание есть жизнь в состоянии противоречия. Суть сознания в том, что индивид, остановленный отрицательным опытом, ограничен в своем полагании себя вне себя, что он, в отличие от животных, не может жить рефлекторно, быть свободным. Правда, в настоящее «свободное» и развращенное время люди уже не сдерживают свои животные полагания, и мир человека становится все более животным, все менее одухотворенным. Чем выше знамя «свободы», тем ближе человек к животному состоянию. Индивид должен соотносить свою деятельность со средой. Способные индивиды менее считаются с окружением, слабые, неприспособленные – более. Знать себя – значит быть ограниченным в своем полагании себя и определенным в себе. В совершенной, животной жизни нет определенности, поскольку эта жизнь не имеет предела своему полаганию. Определенность остановленной жизни существует для себя в форме сознания.

Самопознание есть осознание своей остановленной жизни, отрицательного практического опыта. Осознание есть понимание сущности явления действительной жизни. Бытие не нуждается в самопознании, но предметом его становится явление остановленной жизни. Осознавать несовершенство явления – значит понимать его истину, идеал. Самопознание начинается тогда, когда становится невозможной практическая жизнь. Остановленная жизнь есть всеобщий предмет познания. Познание есть поиск пути продолжения жизни. Познание прекращается тогда, когда практическая жизнь возобновляется. Познание человеком самого себя, своей жизни есть всеобъемлющее, единое познание. Цель познания есть благополучная, совершенная жизнь. Познание природы есть средство для удовлетворения потребностей жизни и находится в пределах самопознания. Познания мира, материи нет без познания себя жизнью. Индивидуальный опыт становится предметом мыслящего познания в форме представления. Обучение и вообще чтение способствуют увеличению индивидуального опыта, знания явлений. Посредством чтения книг родовой, человеческий опыт становится достоянием индивида. Индивид, имеющий родовой опыт основанием своего мыслящего познания, есть познающий себя род.

Человек, в отличие от совершенных животных, осознает свою жизнь. Почему он осознает себя, обладает сознанием? Потому что индивид не может полагать себя, разделен с благом. Разделение с недоступным благом имеет форму чувственного созерцания его и воображаемого соединения с ним в уме. Поэтому форма знающей себя жизни есть единство состояний чувственного созерцания и умозрения. Сознание есть единство явления остановленной жизни и понимания в уме идеала. Понимание идеала, истинной сущности жизни есть осознание действительного несовершенства. Явление есть созерцание недоступного блага, состояние разделения с ним. Бытие есть присвоение блага, а разделение с ним есть единство явления и понимания сущности, форма самопознания. Явление есть, если оно осознано, понято. Осознать явление – значит понять его истину. Сознание имеет форму понимания. Явление нужно понимать не как только созерцаемую вещь, но как состояние разделения с благом, действительность созерцательной жизни. Представление явления есть образ памяти. Явление, определенность внешнего мира для индивида производится в отрицательном практическом опыте. Индивид смотрит на мир понимающим взглядом – явление есть понимание сущности. Явление и сущность есть действительность и идея, стороны сознания.

Сущность понимается. Если явление есть разделение с благом, действительность созерцательной жизни, то понимание сущности есть представление совершенной формы жизни, идеала. Неудовлетворенный индивид стремится к осуществлению идеи жизни, своего желания и представляет воображаемое соединение с благом, идеал. Сущность вещи есть место, значение ее в жизни человека, вид блага. Каждая вещь есть какое-то благо, предмет потребления. Сущность одних вещей – предметы питания, других – строительный материал, третьи являются орудиями и так далее. Понимая сущность явлений, индивид осознает себя, поскольку явление есть практическое отношение индивида к миру. Не понимая свой идеал, нельзя понять действительность. Индивид есть мера сущности всех вещей, всеобщая сущность. Существование есть познающее отношение индивида и внешнего мира, поэтому вне отношения познания нет определенности сущности. Понять сущность явления – определить свое отношение к нему, определить относительно себя и своей цели, потребности, своего идеала. Именно с понимания сущности вещей начинается самопознание. Человек есть всеобщее определение, всеобщий род всех вещей – как предметов человеческого познания и практического освоения. Человек определяет все вещи в теории и практике, определяет, чем они являются для него. Всеобщее познание есть самопознание, а в пределах познания себя познаются все вещи. Определяя вещи, человек определяется сам – понимает свою истинную сущность и осуществляет ее в практике.

Сущность есть истина явления. Познать явление, понять его сущность – значит понять идею, то, что должно быть. Понимание есть воображаемое соединение с благом, отождествление представлений, мышление. Понимание по своей сущности противоположно практической жизни, которая есть не воображаемое, но действительное соединение с благом, потребление. Благополучный индивид не понимает, не определяет идеал в мысли, но, осуществляя идею, бездумно потребляет благо. Благополучный индивид не мыслит, не представляет воображаемую жизнь, но живет, удовлетворяет желание. Понимание есть осознание совершенства и несовершенства, идеала и действительности. Понимая, что должно быть, идеал, индивид осознает вместе с тем несовершенство своей жизни.

Остановленная жизнь есть невозможность полагания, ограничение желания отрицательным опытом. Если практическая жизнь невозможна, то она с необходимостью переходит в форму самопознания. Познание есть стремление от несовершенства к совершенству, от действительной жизни к осуществлению идеи. Цель познания есть тождество идеи и жизни, возвращение индивида в общую жизнь, в мир, в дом Вечного Отца. Познание природы служит целям жизни и находится в пределах самопознания. Самопознание есть мыслящая жизнь, понимание идеала и поиск пути его осуществления. Идеал есть представление недоступного индивиду совершенства жизни. Индивид, размышляя о своем разделении с миром, ищет путь своего полагания. Родовое человеческое познание есть сотворение нового тела, будущего универсального орудия, осуществление идеи вечной жизни. Человеческая история есть новый день Божественного творения мира.

Понятие вещи есть понимание ее сущности. Понятие не есть только представление, мысленный образ вещи, но есть мысль, отождествление, определение сущности. Человеческое представление не безмысленно, но есть понимающее представление, мысль, связь представлений. Мышления нет в беспроблемной жизни, поскольку нет противоречия, причины, предмета. В состоянии благополучия психика индивида не имеет формы мысли. Противоречие, недоумение, непонимание приводит к необходимости мышления. Проблемная жизнь озадачивает индивида и делает углубленным в себя мыслителем. Мышление есть необходимое состояние остановленной жизни. Бессмысленная, без цели и радости отождествления жизнь заставляет индивида искать смысл, мыслить. Настоящее время не понимает этой необходимости мышления, не понимает, что оно возникает как поиск решения противоречия индивидуальной жизни. Еще меньше настоящее время понимает необходимость формы возникающего мышления, поэтому исследователи истории познания и не могут понять то, что говорят древние мыслители – для этого нужно самому пройти необходимый путь жизни и мысли. Мышление, если жизнь не может продолжаться, есть необходимый психический процесс. Понимающее мышление есть деятельность остановленной идеи.

Понимание есть мысленное соединение того, что разделено в практике, воображаемое осуществление идеи. Понимание есть мысленное решение противоречия практической жизни, поиск пути полагания. Понимание сущности вещи, понятие есть представление совершенной формы существования этой вещи. Сущность осуществляется в практике. Понятие есть не представление вещи, но представление практического отношения индивида и вещи. Понятие есть понимание себя индивидом, своего отношения жизни. Особенное понятие есть представление особенного практического отношения. Всеобщее понятие есть представление жизни, общее понимание себя индивидом. Понятие себя есть то же, что знание себя, сознание. Сознание есть понимающее знание, мышление. Индивид разделен с плодами дерева жизни, но понимает, что это необходимые для него плоды. Понимание имеет форму мысленного отождествления с благом. В действительности благо недоступно для него и только раздражает, но в идеале оно есть необходимая часть его жизни. Индивид действительно разделен с вечностью, сознает себя смертным, но понимает вечную природу жизни. Особенность несовершенной жизни в том, что действительность противоречит ее идеалу, понятию, идее. Индивид не обладает нужными ему вещами согласно их истинной сущности, жизнь его расходится с идеалом, и поэтому в нем возникает состояние неудовлетворенности, непонимания и стремление к пониманию сущности вещей и самой жизни в мышлении. Мышлению, процессу понимания предшествует осознаваемое состояние неудовлетворенности и недоумения, непонимания. Индивид недоумевает, почему ему не удается жизнь, почему ему недоступно то, что другим, более проворным, достается без труда. В состоянии непонимания он задает вопросы о жизни, о человеке в мире. Без вопросов деятельность понимания не начнется.

Равнодушие обывателей к познанию, отсутствие вопросов, сон души и ума объясняется именно их благополучием, устроенностью в жизни. Самопознание есть разделение идеала и противоречащей ему жизни. Противоречие, сознание есть невозможность полагания и необходимость обретения новой его формы. Индивид, не удовлетворенный своей жизнью, задает вопрос о смысле ее, о наполнении пустой жизни. В вопросе о смысле выражается неосуществленность идеи в полагании, в деятельности, которая бы приносила удовлетворение, наполнение жизни. Поиск смысла есть поиск соответствующей индивиду деятельности, новой формы полагания. Жизнь обретает смысл, найдя соответствующий своей идее путь полагания. Неизвестность пути жизни есть состояние непонимания и мышления. Прежде чем идея осуществится в своем деле, соответствующей себе деятельности, она должна найти путь понимания. Найти путь понимания – значит найти путь отождествления с благом, смысл жизни. Смыслом жизни исключенного из нее индивида становится деятельность понимания, мыслящее познание. Индивид, частная жизнь которого невозможна, с необходимостью становится родовым индивидом, жизнь его становится родовым познанием. Понимание индивидом своей жизни есть понимание идеи родовой, вечной жизни.

При необходимости определения единого предмета познания становится ясно, что сам мыслящий, стремящийся к пониманию всего индивид есть часть единого предмета. Среди естествоиспытателей нет понимания, что «объективный предмет познания», внешний мир есть субъективная определенность жизни, явление. Для эмпирических исследователей более объективна картина восприятия индивида, чем он сам. Бессознательность эмпириков объясняется тем, что если предмет мыслителя есть всеобщий предмет, то предмет натуралиста есть необходимо частный предмет. Узок взгляд представителя частной науки, а науки, которая бы имела своим предметом всю природу, пока не было. Если всеобщий предмет есть относительная определенность индивида и внешнего мира, то частный предмет определен относительно других частных предметов. Единый предмет мыслящего познания включает в себя и самого мыслителя. И, следовательно, истинно объективный предмет познания есть жизнь, познающее отношение индивида и внешнего мира. Мыслитель, стремясь к всеобъемлемости своего понимания и рассматривая мир в целом, открывает себя как необходимую часть предмета единого познания. Стремясь к единому пониманию и определению единого предмета, индивид открывает свою жизнь как предмет и субъект единого познания. Задача познания самого себя, осознанная древнегреческими мыслителями как цель всего познания, есть метафизическая задача познания единой реальности. Индивид знает себя только в отношении к внешнему миру, поэтому познать себя возможно, только познавая все. Самопознание есть единое познание. Без познающего индивида нет внешнего мира как предмета познания – этот предмет есть всецело определенность индивида, отношение его к миру.

Наивно думать, что внешний мир, каким его знает индивид, является таким же и без него. Без человека, без его практического опыта не будет определенности явления и не будет, следовательно, мира, каким человек его знает и понимает. Без человека, познающего мир, мира не только нет в явлении, но он не имеет и сущности. Поскольку существование есть состояние знания, то без человека, без его познания существования быть не может. «Существование» есть самоопределение, понятие самого себя. Сущее знает себя в индивиде. Внешний мир, определенность его есть знание индивидом самого себя. Существование есть определенность сознания. Мир, сущее, включающее в себя индивида, есть определение двух сторон – индивида и внешнего ему сущего. Мир определяется в познании. Ясно, что без познания никакого знания, ни в какой форме – форме явления, представления, понятия – нет и не может быть. Но и человек о себе не может знать без познания мира, поскольку знание человека о себе неразрывно, едино с его знанием о внешнем мире. По сути, определение человеком мира есть самоопределение. Определенность в себе мира как предмета единого познания есть определенность в себе познающего индивида, знание себя, сознание. Нужно понять, что реальность не есть внешний мир, «данный нам в ощущении», что реальность не есть предмет познания, посторонний субъекту, но единство индивида и внешнего мира, познающая сама себя жизнь, самопознание. Реальность имеет форму знания себя, сознания. Реальность есть субъект. Сущее есть жизнь, определенная как предмет в себе и для себя в индивиде. Сущее есть единство индивида и внешнего мира, поскольку только в этой форме сущее есть для себя. Нужно делать вывод, что единое сущее, человек и мир без познания себя не знает, и его нет для себя. Если это понято, то отсюда необходимо следует, что сущее познает само себя, что единый предмет познания тождествен субъекту, что единый предмет есть субъект. Мир как единство индивида и внешнего мира существует для себя в форме познания, понимания, понятия. Существование субъективно. Если есть только субъективность, то она тождественна объективности.

Самопознание есть несовершенное, отличающееся от идеала состояние жизни. Совершенная жизнь не нуждается в познании и не познает себя. Познание есть стремление к совершенству, к тождеству идеала и действительной жизни. Познание начинается с отклонения действительной жизни от идеи, с определения идеала. Познание призвано определить путь осуществления идеи, преодолеть несовершенство жизни. Сущее познает себя, разделяясь в себе. Идея и действительная жизнь, материя есть стороны этого разделения. Изгнание индивида из дома Вечного Отца, из жизни и мира есть его возведение на крест. Вечный Отец определяет Сына к жизни на кресте – так, в разделении Сына и Отца осуществляется познание. Индивид, распятый на кресте, может только мыслить, определять в мышлении путь вечной жизни. Разделение Сына с Вечным Отцом есть в себе и субъект, и предмет единого познания. Индивид в себе есть идея беспредельной жизни. Если идея осуществляется несовершенно, то разделяются идеал и действительная жизнь, начинается познание. Ограничение идеи в полагании есть определение идеала. Идеал определяется в ограниченной практике полагания индивидом себя в мир. Определенная идея есть форма знания себя. Идея хочет утратить себя в свободе полагания. Самопознание есть путь понимания, путь идеи к осуществлению в практическом полагании. Разделение индивида и внешнего мира, Сына и Отца означает, что индивид не соответствует изменившемуся миру. В новом, измененном мире должен быть и измененным индивид, должна быть изменена форма его полагания. Единое познание есть определение пути осуществления идеи родовой жизни. Только прикованный и несвободный индивид может мыслить о жизни в общих понятиях и познавать общее – живущий благополучно, свободный индивид мыслит о своей выгоде, мыслит конкретно. Пригвожденный, лишенный возможности полагать себя индивид мыслит о родовой, общей, Божией выгоде, а не о своей, частной. Индивид, живущий абстрактной жизнью, мыслит абстрактно. Сущий на кресте представляет собой род и есть родовой индивид. Самопознание означает, что жизнь, став в себе противоречием, ищет путь его преодоления. Разделение жизни в себе есть противоречие идеи и материи, желания и осуществления. Идея должна принять новую форму полагания. Полагание имеет форму учения о человеке, о пути вечной жизни. Знает себя противоречие, разделение идеи и практической жизни. Другое знать нельзя, но знание себя есть единственная форма знания.

Знание называют субъективной реальностью, а явление жизни есть объективная реальность. Реальность не свести к знанию или вещи. Знающая себя реальность разделена и имеет единую форму явления и понимания сущности, вещи и знания. Нет двух реальностей, но есть одна, единая субъективно-объективная реальность. Реальность, знающая себя, имеет материально-идеальную форму. Жизнь может быть и в бессознательной форме. Форма бессознания есть беспредельность, тождество, одно. Бессознание есть тождество материи и идеи, явления и понимания, объективного и субъективного состояний. Об одном, тождестве всего ничего нельзя сказать, поскольку нет различия и определенности одного и другого. Некорректно пытаться представлять эту реальность, поскольку представление есть определенность знающей себя реальности. Дуализм, разделение знания и предмета, идеи и материи есть необходимая форма сознания и познания. Монизм сознания, пока познание продолжается, невозможен. Монизм, тождество всего в одном есть состояние бессознания. Идея и материя, субъективность и объективность есть разделение одного, тождества бессознания, форма сознания. Все, всеобщее не может быть определенным ничем другим, не может иметь противоположности – тогда бы оно было стороной единства, а не всем, не одним. Все, одно определяется в себе путем разделения на противоположности. Противоположные стороны понятия себя, сознания есть идея и материя.

Явление есть определенность созерцательной практики, чувственное знание. Явление действительной жизни осознается относительно его идеальной сущности. Восприятие явления есть его осознание, понимание сущности. Явление и сущность есть разделение несовершенной, созерцательной жизни. Совершенная жизнь не имеет такого разделения – осуществление ее не расходится с идеалом. Сущность явления есть осознание его, понимание идеи. Если нет явления, нет и существования: индивид не знает вещь существующей и не знает себя существующим. Отсюда понятно, что всеобщая сущность явления, всеобщее знание есть существование как отношение индивида и внешней среды. Индивид знает свою жизнь как отношение разделения себя с внешней средой, существование. Разделенная жизнь, познание имеет одной своей стороной чувственное созерцание, другой стороной – умозрение. Индивид знает действительность и идеал: мир есть место изгнания и, в возможности, родной дом. Сознание есть определенность явления остановленной жизни и представление идеала. Особенная сущность единичной вещи есть особенное отношение индивида и внешней среды, особенность предмета. Сущность вещи есть понимание ее идеи и отличающейся от идеи действительности. Всеобщее понимание, сознание есть понятие всеобщего отношения жизни, единства действительности небытия остановленной жизни и идеи бытия.

Почему индивид имеет сознание, познает, размышляет о сущности? Почему бытие переходит в форму знающей себя жизни? Благополучная жизнь в доме Вечного Отца и знание добра и зла в изгнании, бытие и мышление есть противоположные, совершенная и несовершенная, формы жизни. Жизнь, становясь несовершенной, переходит в форму самопознания. Разделение индивида с внешней средой, с вечнозеленым райским садом есть разделение действительной жизни и идеала, явления и сущности, сознание. Жизнь, активность идеи, не находя пути в практику, принимает форму самопознания. Что значит познавать? Жизнь есть полагание себя идеей. И практика, и самопознание, мышление есть деятельность идеи. Идея, не находя путь практического полагания, принимает форму предполагания, мысленного, воображаемого полагания. Путь идеи есть путь отождествления. Как практика есть непротиворечивое соединение вещей, так и мышление есть поиск идеей пути тождества, отождествление представлений. И практическое полагание и умственное предполагание могут происходить только по пути тождества, соответствия.

Что достигается в мышлении? Мышление, предполагающая деятельность идеи есть подготовка практического полагания. Мышление есть поиск идеей пути в практику. Практическое полагание мыслителя, осуществление его идеи имеет форму учения о человеке, теории жизни. Поскольку миру нужно это учение, показывающее путь исторической практики, то мыслитель достигает своим полаганием соответствия с миром. Познавать, понимать – значит стремится к соответствию со средой. «Понять» – значит, в ближайшем смысле, «принять», как соответствующее своему желанию, идее, тождественное себе, отождествить. Путь «понимания» в совершенной практике есть путь присвоения, отождествления, путь удовлетворения потребности. Жизнь есть путь тождества, соответствия. И мысленное понимание доставляет удовлетворение: понимание есть открывшийся новый путь движения идеи к свободе, путь мысленного отождествления. В практике потребления индивид «понимает» вещи своей душой: понять – значит принять, согласиться, удовлетвориться. Остановленная жизнь, разделение с благом есть, с психической стороны, состояние непонимания. Непонимание есть незнание пути жизни к благу, неизвестность пути тождества, отсутствие смысла жизни. Если жизнь не соответствует идее, опыт ее отрицателен, то непонимание есть недовольство собой, беспокойство, переживание, неизвестность своего пути. Неблагополучие есть стремление к соединению с благом, к пониманию, тождеству. Осознанию подлежит отрицательный опыт, действительность жизни. Понимание есть соединение в воображении разделенных сторон сущего – самого себя и внешней среды, представление идеала. Индивид осознает свою неблагополучную жизнь, отношение разделения в единстве с воображаемым идеалом соединения. Благополучная жизнь есть совершенное соединение со средой, процесс потребления, удовлетворенность, тождество безмыслия. Мышление есть разделение индивида с общей жизнью и разделение в уме, в представлении воображаемого идеала и действительного неблагополучия. Пониманию, мысленному отождествлению подлежат разделенные стороны действительности, но, в идеале, должные быть тождественными. Непонимание, противоречие переходит в состояние мысленного понимания, соединения с благом в представлении. Состояние недоумения, непонимания переходит в мысль. Мышление есть путь понимания. Мыслительный процесс есть определение пути и формы практического полагания. Возникающая мысль есть отождествление себя с благом в представлении, определение пути идеальной жизни. Действительное состояние индивида есть разделение, но мыслит он соединение, в себе он есть представление идеала жизни и понимание своего действительного состояния как несовершенного.

Индивид не может жить без соединения с внешней средой. Среда дает индивиду жизнь, продолжает его в потомстве в вечность и бесконечность. Целое, жизнь есть единство индивида и внешнего мира. Жизнь может иметь формы соответствия и несоответствия. Соответствие есть совершенная жизнь, бытие, тождество бессознания. Несоответствие есть противоречие индивида в себе, самопознание. Внешняя среда, с которой индивид находится в соответствии, есть и место райской жизни, дом Вечного Отца, и дерево жизни с его плодами. В состоянии несоответствия внешний мир для индивида есть только предмет чувственного созерцания, явление, а не дом Отца, дающий кров и пищу, и плоды дерева жизни.

Сознание, знающая себя жизнь есть состояние противоречия: внешний мир, должный быть в идеале продолжением индивида, в действительности есть его предел, ограничение, отрицание. Жизнь, должная быть тождеством бессознания, разделяется в индивиде, становится двумя сторонами сознания. Индивид, разделенный в явлении с внешним миром, в себе имеет форму противоречия идеи и жизни. Жизнь переходит в форму самопознания. В индивиде противостоят и взаимно определяются отрицательный опыт действительной жизни и идея, идеал. Определенность противоположных состояний, когда индивид, испытывая и переживая зло своего изгнания, осознает возможность благополучной жизни в доме Вечного Отца, есть сознание, мышление.

Определение предмета

Рассматривать сознание – значит рассматривать свою жизнь так, как она есть для себя, значит рассматривать самого себя. В конечном итоге, индивид только самого себя и рассматривает в мышлении: вспоминает свои неудавшиеся полагания, сознает разделение в себе. Определяющееся в познании сущее есть индивид в себе, жизнь. Мышление, понимание есть форма познания. Вне этой формы познания нет, но есть только ограниченная практика жизни. Человек привык рассматривать себя отдельно от мира, эмпирическим наблюдателем. Это есть ложное понимание себя. В действительности, человек есть не посторонняя, но необходимая часть мирового целого. Истинный субъект познания есть мировая жизнь. И сознание в высшей форме его, мыслящий дух, принадлежит единой мировой жизни. Человек мнит себя сторонним наблюдателем мирового целого, но такое познание невозможно. В действительности познание имеет форму самопознания. Мировое целое отчуждает от себя индивида и познает в нем самого себя. Отец отдает на крест Своего Сына, чтобы Он стал проводником жизни на пути вечном. Познание не есть любовь к мудрости благополучного обывателя, но жизнь в форме противоречия, в оковах на краю земли. Познание есть борьба со смертью и утверждение вечности.

Индивид, стремясь к единому пониманию, задумывается о всеобщем предмете познания: предмет должен быть определен, должны быть очерчены его границы. Он предполагает вначале, что всеобщий предмет познания есть мир, определенный извне. Он пытается представить внешнюю границу мира, но невозможно представить, чтобы пространство где-то заканчивалось и дальше уже не было ничего. Также невозможно представить и отсутствие внешнего определения мира, его бесконечность. Невозможно представить мир конечным и невозможно представить его бесконечным. Представить – значит определить в представлении, но бесконечное есть неопределенное. Невозможность представления есть невозможность определения и понимания: понять – значит определить, различить одно и другое. Непонятно, если мир конечен, и непонятно, если он бесконечен. И то, и другое, и конечность мира в пространстве, и бесконечность одинаково непонятны. Также непонятны и преходящесть, и вечность мира: непонятно, если мир возник когда-то, и непонятно, если он не возник, но всегда был. Нечто есть, определено, если имеет внешнюю границу, временную или пространственную, отличающую нечто от другого нечто. Определенность нечто есть ограничение его другим. Мир в целом, мир как одно не может иметь такого, внешнего ему определения. Должно быть одно и другое, чтобы была определенность предмета. Определенный предмет есть единство противоположных сторон. Мир извне, представляемый как одно, есть тождество противоположных определений: бесконечности и конечности, вечности и преходящести. Сколько бы не пытался индивид в представлении своем определить мир извне, он всегда, как результат, имеет тождество противоположных определений, отсутствие смысла, понимания. Внешнее определение мира невозможно.

Было предположено, что мир в целом есть единый, всеобщий, всеобъемлющий предмет познания. Невозможность определения мира извне, неопределенность есть невозможность на этом пути определения единого предмета познания. Мир не имеет внешнего определения, не может быть определен извне ни в пространстве, ни во времени. Рассуждая отвлеченно, в какой форме может быть определенность всего? Все есть то, вне чего ничего нет, ведь если бы было что-то вне всего, то оно не было бы всем. Поскольку все не может иметь ничего вне себя, то оно и не может быть определено через другое, внешнее себе. Все, рассматриваемое как одно, не может иметь определения: все как одно есть ничто. Все как одно есть тождество противоположных определений, отсутствие смысла, понимания. Определить – значит очертить границу, предел, но все, по своему понятию, не может иметь внешнего ограничения, предела. Если внешнее определение предмета называть «объективным», то мир извне не может быть понят объективно. Понять, мыслить, представить можно только конечное тело и его бесконечное окружение.

Все – это сущее, существующее, поскольку нет несуществующего предмета познания. Есть только существование, а несуществования нет. Есть только «есть», а «нет» нет. Противоположность же в речи «есть» и «нет» означает не «существование» и «несуществование», но «обладание» или «необладание». Вообще любое слово означает нечто сущее, какое-то существование – или вещь, явление или представление, мнение, состояние. Состояние познания есть существование для себя. Только состояния бытия, совершенной жизни нет для себя. Для себя есть только проблема, противоречие.

Частный предмет определяется относительно другого частного предмета. Поскольку вне всего сущего нет ничего другого, определяющего его, то сущее может быть определено только в себе, посредством себя и для себя. Определенность сущего в себе и для себя есть сознание. Поскольку сущее определяется в себе, то это есть самоопределение сущего. Все сущее может быть определено только путем разделения в себе. Кажется, на первый взгляд, что разделение сущего в себе имеет форму разделения индивида и внешнего мира. Однако индивид и внешний мир есть стороны объективного предмета, но не субъективного, не сознания. Все дальнейшее повествование будет выяснением вопроса о том, что разделено, что есть стороны определенности, поскольку определение формы сознания, определенности есть основной вопрос самопознания. Самоопределение сущего означает, что сущее становится в себе предметом для себя, субъектом и предметом единого познания. Какую форму имеет определенность единого сущего в себе, самого себя для себя? Как все сущее может стать предметом для себя, как оно познает само себя? Практика познается в форме умозрения. Поэтому нужно думать, что познание сущим самого себя есть познание практики в умозрении.

Индивид, стремясь объективно определить мир как всеобщий предмет познания, вскоре видит невозможность определения такого предмета. Объективно, извне мира как единого предмета познания нет. Вопрос, к которому индивид с необходимостью приходит, есть вопрос о том, как вообще возможна определенность. Определен такой предмет, который ограничен другим, внешним предметом. Взаимно определены при этом оба предмета. Если это определенность в пространстве, то предмет определен внешними ему предметами, а если определенность временная, то некоторый промежуток времени определен предшествующим ему и последующим временами. Любой частный предмет определяется в отношении его с другими, внешними ему предметами. Для определенности предмета наряду с ним должны быть другие предметы. Такую определенность называют объективной. Всеобщий предмет, весь мир, таким способом определен быть не может. Все не может быть определено относительно другого, ведь тогда оно не будет всем. Все – это то, внешнего чему нет. Все, мир в целом не может быть определенным извне, объективно. Мир извне не определен и не может быть определенным, поскольку наряду с миром ничего нет. Вместе с тем, всеобщим предметом познания может быть только весь мир, все сущее – нет ничего более всеобъемлющего.

Как определяется мир? Определенность возможна только в разделении. Мир, чтобы быть определенным, должен разделяться в себе. Определенность мира есть предметность его для себя. Сущее определяется в себе в лице индивида, субъективно. Каждый индивид есть центр и чувственный фокус мира. Мир ни для кого больше не определен, как только в индивиде и для индивида. Мир есть определенность индивида в себе, сознание. В практике мир определяется как отношение индивида и внешнего мира, действительная жизнь. Индивид ограничен внешним миром в полагании и поэтому определен в себе. Внешний мир определен индивидом как ограничивающий его полагание. Мир определен как осознаваемая индивидом его действительная, ограниченная жизнь. Вопрос о возможности определенности есть вопрос о возможности сознания. Сознание есть определенность. Форма сознания как форма определенности сущего в себе должна быть рассмотрена. Выходит, в познании не мир извне определяется, но индивид, человек в мире, действительная жизнь. Сущее определяется в себе как несовершенное и стремящееся к совершенству. Сущее определено как несоответствие действительной жизни идее. Единая, метафизическая определенность, включающая в себя объективную определенность частных наук, есть субъективная определенность, сознание.

Откуда берутся противоположные определения, когда индивид представляет мир в целом, пытается определить мир извне? Мир, представляемый как один, как одно сущее, оказывается тождеством противоположных определений: мир конечен и бесконечен, вечен и преходящ, все и ничто. Тождество противоположных определений есть форма беспредельности, отсутствия предела, бессознания. Форма определенности, сознания есть единство противоположных определений. Никогда что-то одно не может быть предметом знания и понимания – знание, определенность есть различение одного и другого, единство противоположных определений. Нужно говорить о форме понимания, мысли, если равно непонятно то, что мир конечен, и то, что он бесконечен. Не может быть определенной вещи, вне которой ничего нет. Всеобщий опыт, определяющий форму понимания, определенности предмета, говорит о том, что конечное тело имеет бесконечное, не имеющее внешнего предела окружение. Понимание невозможно, потому что нет такого опыта, нет такого существования, если вещь бесконечна, не имеет границы в пространстве. Форма понимания, мысли есть форма существования, практики. Понимание как определенность мышления невозможно также, если вещь не имеет внешнего окружения, внешней среды. Всякая вещь имеет продолжающее ее внешнее пространство. Мир, когда пытаются рассматривать его в целом, рассматривается как большая, но все же конечная вещь. Это происходит потому, что именно такая форма мышления, представления предмета. Эта форма мышления есть форма практической жизни, существования. Мышление к бесконечному, неопределенному предмету, каким является мир, космос, применяет форму представления конечного. Мышление имеет форму представления единства конечного тела и его бесконечного окружения. Поэтому все, рассматриваемое как одно, есть отсутствие мысли, тождество противоположностей.

Мир не может быть определен извне, и не в этом цель познания. «Бесконечное познание бесконечного мира» есть задача познания в обыденном, бездумном мнении. Нет такого предмета познания, как мир в целом, определяемый извне, объективно. Что человек познает? Что есть предмет единого познания? Если речь идет о едином познании, то должен быть определен его предмет. Известны частные науки и их частные предметы, но ни о всеобъемлющем едином познании, ни о предмете его пока ничего не известно. С древних времен мыслители стремились к единому пониманию сущего, но усилия эти не увенчивались успехом, единой науки о жизни, метафизики пока не было. Необходимость завершения познания в конце истории означает, что знание человека будет полным. Человек должен познать все. Но что есть все для познания? С необходимостью возникает вопрос о всеобщем предмете. Мир определен в себе. Но как это определение происходит? Какую форму имеет определенность?

Эмпирические исследователи природы, знающие только объективность, считают, что предмет познания есть внешний мир. С этой, обыденной точки зрения, предмет познания есть созерцаемые внешние предметы, явления, которые и отображаются знанием. Такому воззрению на познание противоречит тот факт, что и животные воспринимают мир чувственно, однако не знают свое восприятие, не познают. В действительности человек не внешний мир познает, но свою несовершенную практику, свое практическое определение мира, свою действительную жизнь. Познание есть осознание действительной жизни, своего практического отношения. Человек есть мера: несовершенство действительной жизни он сознает относительно идеи. Познание есть поиск пути изменения практической жизни в соответствии с идеей. Человек познает не внешний мир, но свое ограничение внешней средой, свое практическое знание. Сознание и познание возникают тогда, когда полагание индивида ограничивается внешним миром. Индивид ограничен внешним миром и поэтому мир определен как ограничивающий его, как действительная жизнь. Познание есть поиск нового пути полагания. Познание исходит из ограниченной практики и завершается в новой, совершенной практике. Познание есть перерыв в практике жизни, решение противоречия. Знание существует в форме индивида как его способность, умение, а также в знаковой форме в виде книг и других средств хранения.

В уме индивида, встающего на почву исследования процесса единого познания, возникает множество вопросов, связанных воедино. Это, кроме вопроса о предмете, есть вопросы о сущности и форме знания и сознания, о субъекте, о сущности мышления, о причине и цели познания. Все эти вопросы есть составляющие части главного вопроса о сущности и форме единого познания. Вопрос о том, что человек познает, может быть решен только в процессе понимания сущности познания. Поскольку знание должно стать полным, возникает необходимость определения «всего», единого предмета. Правда, кажется, что предмет не может быть всем, но кроме его есть знание. Знание во плоти есть индивид, обладающий им. Чтобы предмет охватывал все сущее, он должен включать в себя познающего индивида. Единый предмет есть познающая жизнь, процесс познания как отношение индивида и внешнего мира. Познание, предметом которого является познающее отношение индивида и внешнего мира есть познание себя. Единое познание есть самопознание. Исторически вопрос о едином предмете познания еще не был решен. В обыденном мнении предмет человеческого познания есть вечный и бесконечный мир. Поскольку этот предмет бесконечен в пространстве и времени, то познание его не может быть завершено. Поэтому обыватели сходятся во мнении о бесконечности познания. Обыденное мнение состоит в том, что мир, который нужно познать, есть внешний индивиду мир. Этот мир существует таким, каким человек его исторически застает, независимо от человека, объективно определенным. Человек должен познать внешний ему мир таким, какой он есть сам по себе, объективно. В представлении обывателей познающий индивид находится за пределом подлежащего познанию мира и есть только посторонний созерцатель мира, субъект. Как будто он не есть необходимая частью мира и не подлежит также познанию. Обыватель не замечает, что нет ни такого познания, ни таких предмета и субъекта, какие он себе представляет.

Человек познает не внешний мир, но свое несовершенное соединение с ним, отрицательный практический опыт. Познания нет, пока нет отрицательного опыта, противоречия, разделения индивида с миром. Человек познает свое практическое определение, отношение ограниченной жизни, знание о мире. Знание возникает в практике, а до его возникновения познание невозможно. Сначала возникает определенность предмета, знание, сознание, а затем начинается познание. Сознание есть определенность противоречия, а познание – поиск пути его преодоления. Внешние вещи, мир являются индивиду такими, какими они определены им самим как мерой, его средствами определения. Такого предмета познания, как мир без человека, нет, поскольку знание есть определенность практического отношения. И познание такое невозможно, какое мнят себе обыватели – как познание мира, какой он есть без человека, «объективно». Знания нет как без внешнего мира, так и без человека, но обе стороны есть составляющие части знания. Объективный и единый предмет познания есть не внешний мир, но отношение его и внешнего мира, явление. Человек познает свое практическое отношение к миру.

Определяя частный предмет природы относительно других частных предметов, индивид еще не осознает себя и упускает себя из виду как тоже объективную сторону сущего, как необходимую сторону определенности. Можно сказать, индивид знает не только о внешнем предмете, но и о самом себе, поскольку внешний предмет есть определенность отношения к нему. Но в частном познании индивид себя в качестве предмета не замечает. Всеобъемлющее познание ничего не должно оставлять вне себя, но должно иметь своим предметом отношение индивида и внешнего мира. В обыденном мнении познание внешнего мира называется «объективным», а внешний мир есть «объективный предмет». Вне «объективного предмета» познания остается индивид, считающийся субъектом такого познания. Обыватель не замечает, что это есть практический субъект, но не субъект познания. Нужно сказать со всей определенностью, что предметом единого познания может быть только знание, представление. Знание же производится в практическом отношении индивида и внешнего мира. Поскольку отношение практической жизни познает себя, то оно и есть субъект самопознания. Размышляя о мире, о том, какой он есть, можно заметить, что все, что известно о внешнем мире, есть определенность практического отношения. В практике человек ограничен и определен миром. Определение человека миром, ограничение его свободы есть, вместе, определение мира человеком. Взаимное определение человека и мира есть определенность практической жизни для себя.

При всех размышлениях о том, что существует и что есть предмет всеобъемлющего познания, необходимо помнить, что человек, индивид есть необходимый участник и сторона процесса познания как сущего мирового процесса. Необходимая сторона мира, предмета познания есть исключенный из мира, размышляющий индивид. Индивид, стремящийся к определению всеобщего предмета, не за пределами мира находится, но является его частью, и поэтому он должен быть необходимой частью всеобщего предмета. Не сразу это понимает индивид, стремящийся к познанию. Но, раньше или позже, он делает открытие, что познание «привязано» к познающему индивиду. Мир, какой он есть, есть в форме сознания индивида. Познавать все, всеобъемлющий предмет – значит познавать свое знание. Если знание есть предмет, то субъект есть практическое отношение, практическая жизнь. Индивид, стремящийся к определению единого предмета, обнаруживает необходимость учесть самого себя как необходимого участника мирового процесса. Мировой процесс, познающий себя, есть индивидуальная жизнь. Мир не может быть объяснен без человека в нем, без индивида как субъекта практической жизни. Мир определяется в человеческой практике – без человека, индивида нет определенности мира. Это означает, если вдуматься, что живущий индивид есть необходимая сторона сущего как единого предмета познания. Познание есть индивидуальное дело. Без индивида нет даже определения существования мира. Так называемый «объективный» мир есть определение человека и есть поэтому для себя сущий, субъективно определенный мир. Размышляя о сущем, о невозможности определения крайних его пределов, индивид понимает невозможность так называемого «объективного» познания. Познание возможно только как познание практическим отношением самого себя, как самопознание. Познание и в настоящее время обыватель понимает как абсолютное познание «бесконечного мира». На самом деле, индивид познает самого себя как отношение жизни и познания, как всеобъемлющее сущее. Абсолютное познание внешнего мира невозможно. Абсолютное познание есть самопознание. Проблемы познания возникают вместе с появлением в мире человека как проблемного существа. Познание и проблемы познания должны рассматриваться как свойства, определения человека. Человек есть проблема проблем. Есть человек как проблема, и поэтому существует познание и проблемы познания. Решение проблем познания есть практическое решение проблемы человека. Познание начинается с разделения индивида и внешнего мира и с осознания действительности этого разделения. Возникновение предмета самопознания есть возникновение сознания. Познание имеет природу приспособления, адаптации, отождествления. Цель познания – не в решении праздных вопросов, не в удовлетворении любопытства или «любви к мудрости», но в преодолении состояния противоречия путем решения проблем практической жизни. Новое понимание познания кажется парадоксальным, поскольку означает, что познания в прежнем понимании нет. «Бесконечное познание бесконечного мира» невозможно. Познание относительно, но не абсолютно. Но современное понимание познания именно такое – познание мира понимается как абсолютное. Когда говорят о «бесконечном познании бесконечного мира» – это пример понимания познания как абсолютного, как познания того, что «существует независимо от человека». Познание закончится тогда, когда человек отождествится с миром, удобно в нем устроится. Человек уснет, утратит себя. Это новое понимание познания как относительного, субъективного. Познать мир – значит приспособить его практически к себе и самому приспособиться к нему. Познать мир – значит познать себя и соединить в практике непротиворечиво внешний мир и себя. Познать мир – значит преобразовать свое несовершенное отношение жизни, достичь истинного состояния. Познают и мыслят неблагополучные индивиды, пробужденные к познанию несовершенством жизни. А доказательство этого утверждения есть тот факт, что души благополучных индивидов спят и не нуждаются в познании. Познание есть удел редких индивидов, не нашедших себя в мире, которым неудобно и тесно в мире. Познание есть решение противоречия.

С пониманием отношения познания необходимо связано понимание субъекта и предмета познания. Индивид обычно представляется как отображающая сторона, субъект познания, а внешний мир – как отображаемый предмет познания. Познание понимается как «отражение», отображение индивидом внешнего мира. Познаваемый индивидом внешний мир обычно называют «объективной реальностью», предполагая, что мир существует в своей определенности до познания. Субъекту нужно только воспринять эту определенность существования мира, отобразить ее в своей душе в форме знания. Стоит немного поразмышлять над таким представлением о познании, чтобы стала понятна вся незрелая наивность его. Познание предстает как абсолютное разделение познающей и познаваемой сторон, копии и отражаемого подлинника, знания и вещи. Все существующее в таком представлении, «объективная реальность» есть познаваемая сторона процесса познания. Познающий индивид не относится к реальности, которую тоже нужно познать. Субъективности, действительного субъекта это воззрение не знает. Оно не учитывает познающего индивида как равноправную сторону предмета познания, как будто индивид и не существует. Но без познающего индивида нет знания как формы существования для индивида внешнего мира. Это воззрение упускает из виду, что знание возможно только в отношении и только как определенность отношения. В действительности «объективная реальность» как определенность отношения есть субъективная реальность. В картине «объективной реальности», рисуемой естественными науками, нет места субъективности, сознанию. Но субъективность есть в мире. Картина познания как картина «объективной реальности» оказывается неполной – в ней нет исследования процесса познания как мирового процесса. Индивид, в этом обыденном воззрении, есть только эмпирический наблюдатель. На этом уровне понимания познания внешний мир есть «объективный, существующий независимо» от наблюдателя предмет. Понимание познания как отражения, копирования есть бездумное мнение. Истина в том, что нет определенности сущего до познания, но она возникает в познании.

Кроме сложности определения единого предмета есть сложность определения познающего субъекта. Субъектом познания обычно считается познающая сторона, обладающая знанием предмета, сознанием. Понимание субъекта связано с пониманием сознания. Обычное мнение – сознанием обладает индивид, индивидуальное тело. Придерживающийся такого воззрения предполагает, что в теле есть некий орган, воспринимающий и осознающий воспринятое. Допустим, что воспринимающий орган есть мозг организма. Но, в свою очередь, следуя этой логике, мозг должен состоять из воспринимающей и воспринимаемой частей. И так далее, бесконечно. На пути абсолютного разделения субъекта и предмета невозможно понимание сознания и субъекта познания. Субъект может быть только отношением. В обыденном мнении субъект познания есть индивидуальное тело, а предметом является внешний мир. Принято также во мнении, что сознание принадлежит телу, а внешний мир есть лишь воспринимаемый предмет. Но сознание невозможно без взаимодействия индивидуального тела и внешнего мира. Все содержание сознания индивида – знание о внешнем мире и о себе. Индивидуальное тело и внешний мир есть стороны отношения познания. Вне этого отношения сознания нет. Тело вне отношения с внешней средой не может обладать знанием себя, сознанием, не может быть субъектом познания. Субъект есть само отношение. Душа не телу принадлежит, но отношению. Сознание есть отношение, связь, взаимодействие тела и внешней среды. Вместе с тем познание и сознание нельзя понять как только пространственное отношение, как кажется на первый взгляд. Познание есть не только пространственное отношение, но и временной процесс. Пространственное отношение изменяется во времени, и есть поэтому познающая форма. Пространственное отношение, изменяясь, познает само себя. Пространственное отношение есть и форма субъекта, и, вместе, форма предмета. Знание есть определенность изменения отношения в пространстве. Это отношение в пространстве есть отношение жизни, пространственная форма жизни. Но жизнь есть изменение во времени постоянной пространственной формы.

Открыть единый предмет познания – значит открыть индивида как его необходимую часть. Когда индивид рассматривает все, то он открывает себя как сущность, как меру всего. Чем шире рассматриваемый предмет, тем полнее понимание сущности его частных деталей, частных предметов. Предельно полное познание единичного предмета возможно лишь при условии предельно полной рассматриваемой совокупности явлений, в пределах единого воззрения, всеобщего, единого предмета. Предельно полное определение части возможно лишь в пределах всеобъемлющего целого. Отсюда и возникает стремление к полноте понимания, к определению единого предмета. Человек, рассматриваемый в пределах узкого предмета, в пределах животного мира, есть животное, рассматриваемый в пределах биосферы, есть организм. Но понимание сущности человека намного углубляется, если объективно его рассматривать в пределах всего мира. Человек, индивидуальное тело в этом определении есть частица материи, материальный элемент. Чем шире круг рассматриваемых явлений, тем полнее определение сущности отдельного явления. Кажется, что познание явлений, объективное познание есть познание внешнего мира, а не себя, не самопознание. Но индивид и себя познает объективно, в явлении, познавая внешний мир. Самопознание, субъективность индивидуального познания включает в себя и предметное, объективное познание.

Состояние познания есть определенность предмета, сознание. Естественно стремление человеческой мысли к всеобщности своего предмета, поскольку это стремление к полноте понимания, знания. Всеобщий предмет познания есть все сущее, мир. Но невозможно определить все существующее извне, объективно – все как одно оказывается тождеством противоположных определений. Мир не может быть определен извне, потому что вне его ничего нет. Сущее не может быть определено как одно, потому что одно есть тождество противоположных определений, отсутствие смысла, мысли, понимания: одно есть многое, все есть ничто, бытие есть небытие, конечное есть бесконечное, преходящее есть вечное. Такая попытка найти смысл, достичь определенности предмета ни к чему не приводит. В тождестве нет определенности. Форма определенности, сознания, мысли, есть различение одного и другого, единство противоположных представлений. Определенность предмета возникает, когда сущее становится несовершенным, разделяется в себе, становится противоречием. Тождество есть отсутствие мысли, бессознание. Противоречие есть состояние мышления, форма сознания.

Форма определенности сущего в себе и для самого себя есть разделение, единство противоположных определений. Определенность сущего есть определенность индивида в себе, сознание – другой определенности нет и не может быть. В индивиде, в форме его знания сущее определено в самом себе и для самого себя. Как возможна определенность сущего? Определенность предмета есть сознание. Поэтому вопрос об определенности есть вопрос о том, как возможно сознание. Определить нечто – значит ограничить его, выделить из всего сущего, сравнить в отношении с другим. Определить нечто можно только через другое, посредством другого. Нечто определяется посредством полагания ему предела другим нечто. Понять нечто —значит различить с другим, выразить через другое. Определить – значит понять, достичь понимания предмета. Понять предмет можно только посредством другого, уже понятного предмета – такого, о котором уже есть знание и понимание сущности. Индивид в поисках понимания, смысла, определенности задает вопрос о внешнем мире – что это такое. Внешний мир может быть определен только как продолжение индивида, необходимая часть его, порождающая его и делающая возможной его жизнь, как Отец его, говоря образно. Определенность внешнего мира для индивида есть ограничение миром свободы его полагания. Свободный индивид беспределен в своем полагании и поэтому бессознателен. В состоянии противоречия беспредельность индивида ограничена внешней средой. Ограничение полагания индивида средой и его определенность в себе есть сознание.

На взгляд обывателя внешний мир есть мертвый, косный, бездушный мир, и только человек в нем, понимаемый как тело, обладает, чудесным, необъяснимым образом, сознанием. Мир, по мнению обывателей, есть реальность, «не нуждающаяся, чтобы ее кто-то осознавал». Каждый обыденный индивид, не задумывавшийся о познании, придерживается мнения, что мир в своей определенности существует независимо от человека. Человеку нужно только исследовать мир, чтобы узнать, какой он есть сам по себе, «объективно». Обыденный индивид не замечает, потому что не привык к самонаблюдению, что этот «объективный» мир есть явление в его практике и представление в уме, субъективная определенность. Каков есть мир сам по себе, без наблюдателя, без практического субъекта – такой вопрос не должен ставиться, поскольку бессмыслен. Мир, предмет практики без индивида, практического субъекта, не может быть определен. Человек есть совершенно законная, необходимая часть, без которой мира, в определенности его явления, нет и не может быть, и познание есть необходимый процесс определения и развития мира в себе. Субъективность человеческая объективна, и другой объективности, кроме человеческой субъективности, нет. Сущее, мир бывает в двух состояниях – сознательном и бессознательном. В бессознании нет знания себя, и только в состоянии сознания сущее определяется в себе и для себя. Каков мир сам по себе, без человека – такого опыта нет и не может быть. И для кого он – такой мир? Для индивида, привыкшего мыслить логически корректно, ни такого мира, ни такого выражения не может быть.

Человек, индивид есть определяющийся в себе мир, а не исключение в мире. А если мир есть сущее само по себе, внешнее индивиду, тогда он неизвестно что делает в мире. Без человеческой мысли ничего нет. Когда мысль пробуждается, тогда сущее определяется в себе и для себя. Возможно только определение сущего в себе и для себя, а определение сущего извне как мира самого по себе невозможно, поскольку есть только сущее, а вне ничего нет. Мир сам по себе, не определенный в индивиде нельзя представить, поскольку представить можно только наблюдаемый мир. Мир существует только как определяющийся в себе и для себя. А если определения нет, то и существования нет. Мир без определения его в себе есть тождество, одно. Это сущее, определяющееся в себе и для себя, есть индивид как отношение индивидуального тела и внешней среды, индивидуальная жизнь. Сущее, мир для себя и в себе есть индивид, жизнь. Если есть только мир и больше ничего нет, поскольку мир не имеет внешности, то и определяться мир может только в себе. Этот определяющийся мир есть определяющийся в себе индивид. Индивида нельзя понимать только как тело, но индивид в своей полноте есть мир. Индивид равновелик миру. Индивид есть индивидуальный мир.

Сущее определяется в себе, разделяясь на противоположности. Необходимо понять, какие это противоположности. Как определяется сущее? Состояние познания есть состояние определенности. В какой форме может быть определено сущее? Как возможна определенность целого, всего сущего? Что значит – быть определенным? Как возможна определенность предмета? Определенность, о которой речь, есть, конечно, знание себя, сознание. Вопрос о природе определенности есть вопрос о природе сознания. Иметь знание – быть определенным. Сознание и определенность есть одно и то же. Только в бессознательном состоянии нет определенности предмета. Мир есть определение индивида. Определенность мира для индивида есть определенность индивида в себе, его сознание. Определенность существования есть сознание. Никакой другой определенности нет и быть не может. А то, что другой определенности, кроме сознания, быть не может, то это даже не требуется пояснять: в бессознательном состоянии нет никакой определенности, но это есть состояние беспредельности. Назначение познания – преодолеть состояние определенности, ограничения и достичь состояния беспредельности, безграничности. «Определенность» означает наличие предела, ограничение свободы полагания индивида. Вместе с тем, практическая определенность индивида, его ограниченность в жизни есть определенность психического состояния индивида, определенность мысли, понятия, сознания.

Что является предметом единого, в отличие от предметов частных наук, познания? Если частные науки имеют своим предметом каждая некоторую часть сущего, то предметом единой науки должно быть все, единое сущее. Но что есть все существующее? Индивиду, вступающему на путь определения всеобщего предмета познания, представляется, что все существующее есть мир в целом. Он пытается определить в своем представлении этот предмет. Кто не задумывался в отроческие годы о мире в целом, о внешнем определении мира – имеет мир внешний предел, границу, или не имеет, конечен он или бесконечен? Но в то время эти мысли бывают мимолетными и вскоре забываются. Эти мысли не получают продолжения еще и потому, что мир в целом как предмет представления оказывается не поддающимся внешнему, объективному определению. Думать ли, что мир никогда не возникал, но был всегда, или что мир возник когда-то, а до этого его не было – равно непонятно. Также равно непонятно, имеет мир конец в пространстве, или не имеет. Невозможно представить ни то, ни другое. Мир как целое, как одно, мир извне оказывается неопределенным пространственно и во времени. Вместе с тем предмет единого познания должен быть определен. Принято в настоящее время, что предмет познания есть мир, природа. В ходу бездумное мнение, что, поскольку мир бесконечен, бесконечно и познание этого предмета. Тот же, кто задумывается и стремится к определению единого предмета, тот ищет определенности. Без определенности предмета познание невозможно. Вопрос о возможности определенности, как она возможна, есть вопрос о возможности и форме познания.

Понятный предмет есть определенный предмет. Поэтому спрашивать о том, как возможна определенность – значит спрашивать о форме понимания, мысли, понятия. Как видно из попытки определить объективно мир в целом, одно не может быть понято, поскольку не может быть определено. Быть определенным – значит быть конечным, ограниченным другим, иметь предел, границу. Форма понимания, определенности есть единство противоположностей. Предмет определен, если он имеет две противоположные стороны. Определенная вещь – имеющая предел, границу, ограниченная в пространстве и времени. Можно сказать, что вещь есть единство противоположных сторон. Понятие вещи есть единство плотного и пустого, тела и окружения, внутреннего и внешнего, конечного и бесконечного. Вещь есть плотное и конечное по протяженности тело, окруженное внешним и бесконечным по протяженности пустым пространством. Вещь получает множество определений, если ее сравнивать с другой вещью. В сравнении она может быть определена как малая или большая, твердая или мягкая, правая или левая, ближняя или дальняя, верхняя или нижняя, имеющая форму или бесформенная, темная или светлая и так далее. Вещь определяется в сравнении с окружением, с другими вещами. Форма опыта есть различение одного и другого, вообще различие. Если никакого различия в ощущении нет, то нет и определенности. Как говорится, все познается в сравнении. Должно быть одно и другое, чтобы была определенность, а если все есть одно, то определенности быть не может. Отсюда ясно, что сознание как определенность есть различение одного и другого. Форма сознания есть разделение, единство противоположностей. Отсюда также понятно, что форма бессознания есть тождество, когда нет различия, но все есть одно. Сознание есть ограниченная практическая жизнь. Совершенная практика бессознательна.

Что есть познание? Внешний мир не может быть предметом единого познания. Мир извне, мир как один, мир как абсолютный предмет предполагаемого абсолютного познания, оказывается тождеством противоположностей. Абсолютный предмет не может быть определен и познан. Познание, понимаемое как абсолютное, невозможно. Смысла нет ни в чем: противоположности отождествляются, одно есть другое. Отсутствие смысла есть отсутствие мысли, понятия, определенности. Познание, понимаемое как чтение книги природы, оказывается невозможным – эта книга не имеет ни начала, ни конца. Познание не есть чтение книги природы, как это кажется на первый, наивный взгляд. Вместе с тем, неоспоримым фактом является то, что познание существует. С необходимостью размышление о едином предмете приводит к вопросу о сущности познания. Познание существует в форме технического развития. С помощью технических средств открываются новые явления, которые, в свою очередь, воплощаются в новых орудиях, в новой производственной практике. Познание, рассматриваемое целостно как познающая родовая жизнь, история, есть материальное развитие. Человек взаимодействует практически с окружающей природной средой и развивается в этом взаимодействии технически. Познание как материальный процесс есть взаимодействие индивида и среды и развитие этого отношения. Можно сказать, что познание есть практическая жизнь и ее развитие. Жизнь есть практическое соединение с миром. Жить – значит присваивать вещество природы, отождествляться с ней в практическом полагании. Совершенная жизнь не нуждается в познании. Необходимость в познании возникает тогда, когда в практике возникает затруднение, она становится ограниченной. Познание есть перерыв в практике, решение противоречия практической жизни. Познания нет без практики, без отрицательного опыта жизни. Предмет познания есть несовершенная практика. Познание начинается с того, что ограниченная практика принимает форму определенности умозрения, форму знания, сознания. Предметом мыслящего познания становится знание практического отношения, факт опыта. Предмет единого познания есть отношение познающей жизни. Единое познание есть самопознание. В обыденном мнении процесс познания есть «постижение человеком мира». Субъект познания в этом бездумном мнении есть индивид, а предмет – внешний мир. Но такое познание невозможно, и нет такого предмета познания, как мир, внешний индивиду. Внешний мир есть предмет практики. Индивид познает свое практическое отношение. Или, лучше сказать, индивид как отношение, как жизнь познает сам себя, свою практику. Жизнь есть отношение самопознания. Обыденное мнение смешивает, не различает практику и познание, поскольку обыватель знает только эмпирическое познание, которое есть практика. Единое, метафизическое познание имеет форму мышления. В себе индивид познает свое отношение к внешнему миру, себя как отношение жизни. Человеческое сознание есть осознание своего практического отношения. Эмпирический исследователь, естествоиспытатель, производя свои наблюдения и эксперименты, не осознает, что предметом познания становится не внешний мир, но практическое отношение. Эмпирическое познание есть практика. На этом уровне познания производятся опытные факты, явления, которые есть, по сути, отношения. Понимание сущности их происходит на второй, метафизической ступени познания в форме мышления. Предмет мышления есть опыт, практическое отношение.

Мир извне не может иметь определения, не может быть предметом. Мир, сущее определяется в себе, познает себя как субъект. Познание происходит в форме определения мыслящего индивида в самом себе. Определенность в себе индивида есть определенность в себе мира. Форма познания есть единство противоположностей, разделение в одном, отношение, а мир извне в попытке его определения рассматривается как одно. Ни с чем, внешним себе, мир не может относиться. Сущего извне нет. Сущее есть в себе и для себя. Определенность сущего в себе есть сознание. Представление, пытаясь определить мир извне, вынуждено полагать ему границу, предел, полагать его конечным, определенным другой частью – внешней, бесконечной. Представление, пытаясь определить мир извне, применяет форму мысли, происходящую из опыта определения конечных предметов и опыта определения мира в себе. Но так как вне мира ничего нет, то и определение его оказывается только мнимым единством противоположностей, а по сути, тождеством их. И, таким образом, мир извне есть тождество двух противоположных определений – конечный и бесконечный, преходящий и вечный, все и ничто, бытие и небытие. Мир не имеет внешнего определения. Мир извне не определен и не может быть определенным. Сущее определяется в себе – как единство конечного и бесконечного, преходящего и вечного. Мир в целом не есть то же, что мир извне. Мир в целом определяется в себе и есть единство противоположных определений, определенная в себе и для себя индивидуальная жизнь. Мир извне есть тождество противоположных определений.

Единый предмет познания есть, следовательно, знающее себя единство противоположностей, знающее себя сущее. Предмет единого познания – сущее для самого себя. А это есть индивидуальная жизнь, индивид. Знающее себя сущее есть жизнь в состоянии разделения, противоречия. Жизнь в состоянии тождества не имеет ограничения и поэтому не знает себя, не существует для себя. Определенность единого предмета есть отношение жизни, сознание. Как возникает определенность знания, сознание? Сознание возникает в несовершенной практике и есть ограниченность полагания индивида. Ограниченная жизнь имеет субъективную форму сознания, определенности предмета умозрения. В уме, мышлении определяется жизнь, индивид в его практическом и теоретическом отношении к миру. В себе индивид переживает невозможность практического полагания и ищет путь жизни. Индивид относится в себе к своему практическому отношению жизни. Знание, определенность предмета умозрения есть умственное отношение к практическому отношению. Сознание есть ограниченное и определенное в себе практическое состояние индивида.

Какие стороны составляют сознание как определенность единого предмета? Сознание есть определенность практической жизни. Жизнь есть практическое полагание индивидом себя вне себя. Совершенная жизнь не имеет предела, ограничения, она свободна и бессознательна. Если полагание индивида ограничивается внешней средой, то происходит определение индивида в себе, обретение им предмета умозрения. Ограниченная практика есть процесс определения жизни индивида в себе, возникновение знания себя. Противоречие практики, проблема жизни делает необходимым мышление как умственный, теоретический процесс определения жизни в себе. Значение слов «определенность», «определение» должно быть уточнено. Определение, если оно происходит в мышлении, есть процесс понимания. Конечная же цель понимания – принятие решения действовать, определение пути практического полагания, отождествления. Индивид в практике стремится к тождеству своего идеала жизни и осуществления, к соответствию себя и окружающей среды. Практика невозможна, если индивид не знает, что делать, если нет определенности целей, намерений. Мышление возникает как процесс определения индивида в себе – в уме, в сознании. Необходимость мысленного определения возникает, если индивид сталкивается в своей жизни с проблемой, противоречием, затруднением. Затруднение в практической жизни означает невозможность продолжения деятельности. Индивид в состоянии противоречия не знает пути полагания, и это его состояние есть неопределенность, недоумение, непонимание. Но противоречие есть в то же время состояние умственной определенности предмета переживания. Выходит, что противоречие есть, вместе, состояние определенности и неопределенности. Когда возникает сознание как определенность разделения, предмета ума, то какая неопределенность возникает? Индивид недоумевает и вопрошает о смысле жизни, спрашивает, зачем жизнь. Состояние противоречия есть определенность несвободы, разделения с благом. Но возникает стремление к соединению, и индивид ищет путь к соединению, путь к свободе, тождеству. Определенность сознания как противоречия есть неопределенность смысла жизни, вопрос о пути жизни. Сознание есть поиск пути к свободе. Несвобода есть определенное состояние, а путь к свободе еще нужно найти. Определенность самосознания существует вместе с неопределенностью пути выхода из состояния противоречия. Мышление, возникающее в состоянии противоречия, есть процесс отождествляющего движения мысли. Мышление есть лабиринт, через который идея жизни ищет путь к свободе. Противоречия есть состояние определенности неблагополучного состояния жизни и переживаний, его сопровождающих, сознание. Всякий вопрос есть определенность разделения и неопределенность пути к тождеству. Индивид от противоречия стремится к тождеству, но нет определенности пути полагания, нет знания, что делать. Определенность проблемы, противоречия есть неопределенность пути жизни.

Единое познание стремится к всеобъемлемости своего предмета, к определению всего сущего. Размышляющий индивид предполагает вначале, что все сущее есть мир в целом и этот предмет, как и все другие предметы, должен определяться извне, объективно. Но такой мир невозможно определить во времени и пространстве. К тому, чего нет в восприятии, в практике, невозможно отношение познания. Нужно, как было замечено, различать отношения практики и познания, мышления. С одной стороны, практика есть необходимая часть единого, целостного процесса познания: познания нет без предшествующей ему несовершенной практики и познание бессмысленно, если за ним не следует практика осуществления идеи. Практика доставляет материал для познания и принимает обратно продукт познания. Поэтому, с другой стороны, познание как процесс мышления есть относительно отдельная от несовершенной практики деятельность. Познание не есть практика. Познание в его предельном выражении как мышление, понимание противоположно несовершенной практике. Более того, совершенная практика и мышление даже несовместимы – эти формы жизни исключают друг друга. Практика тогда переходит в мышление, когда она становится несовершенной и останавливается. Несовершенная, созерцательная практика и мышление есть разные состояния жизни. Практика и мыслящее познание, как разные состояния жизни, имеют и разные предметы. Если предмет практики есть вещь, внешний индивиду предмет, то, что есть предмет познания? Согласно обыденному взгляду – взгляду естествоиспытателя, натуралиста, эмпирика – предмет познания есть вещь, внешний предмет. Обыденное воззрение не различает предмет практики и предмет познания. Натуралист не знает мышление как познающую деятельность, поэтому и не различает предметы практики и познания. Практика и познание различаются своими предметами. Если вещь есть предмет познания, то познание ничем не отличается от практики и есть практика. Но познание происходит тогда, когда практики нет, и оперирует оно не вещами. Предмет познания как мыслительного процесса есть представление практики. Представление обычно называют знанием. Знание не есть вещь, но определенность отношения индивида и вещи в форме представления. Если предмет практики есть вещь, то предмет познания есть отношение индивида и вещи. Практика есть отношение индивида, практического субъекта к внешней среде, практическому предмету. Предмет мыслящего познания есть практическое отношение. Непросто понять, что является субъектом мышления, но это, надо думать, не индивид как практический субъект. Субъект и предмет практики есть, как это принято в обыденном мнении, индивид и внешняя вещь. Поскольку эмпирики не отличают практику от познания, то считают субъектом познания так же индивидуальное тело и предметом – внешнюю вещь. Но предмет единого познания есть отношение практики в форме представления, знание отношения. Единое познание есть познание себя сущим, самопознание. Субъект есть единство разделенных сторон. Нет субъекта, разделенного с предметом, как это принято во мнении. Если сущее познает себя, то субъект есть то, что знает себя, а не то, что знает другое. Если кроме себя ничего нет, то субъект имеет предметом познания только себя. Субъект мыслящего познания не есть тело в отношении его к миру, но тело в себе, сознание как определенность жизни в себе. Субъект определен в себе. Определение в себе единого сущего есть определение субъекта. Определение в себе субъекта есть определение единого предмета.

Мир определен для индивида в той его части, с которой индивид вступает в практическое отношение. Мир для индивида есть не мир извне, но внешний мир. Как возможна определенность? Возможность определенности предмета познания есть возможность знания себя, сознания. Знание себя есть всеобщая форма знания. Знание возникает, когда останавливается практическая жизнь, полагание. Невозможность полагания индивидом себя есть ограничение его средой. Знание есть ограничение индивида внешним миром. Ограниченный индивид становится в себе определенностью предмета умозрения, знанием. Ограничение индивида средой есть определенность его действительной жизни. Знание ограничения себя миром есть знание себя. Знание индивидом внешнего мира есть, вместе, знание индивидом себя. Эта форма определенности, форма знания обнаруживает себя в любом самом простом чувственном восприятии: ощущение практического предмета есть ощущение себя. Всегда при восприятии внешнего предмета индивид ощущает себя. Знание предмета есть форма знания индивидом себя. Индивид знает себя только в отношении к внешнему миру, а вне этого отношения он себя не знает. Самопознание есть жизнь в созерцательной, остановленной форме. Единое познание есть определение жизни в себе. Как видно, внешний мир в самопознании не есть все сущее, но только часть. Другая часть сущего есть индивид, без которого не может быть определения мира. Сущее есть отношение индивида и внешнего мира. Как возможно, что сущее есть субъект и единый предмет познания? Сущее есть практическое отношение. Сущее становится предметом познания в форме знания. Предмет познания есть знание. Знание о внешнем мире находится в пределах единого предмета, в пределах знания себя индивидом, в пределах субъекта. В форме индивидуального самопознания сущее познает само себя. Сущее – то, что есть для себя. Сущее есть практическое отношение, действительная жизнь. В форме знания это отношение есть предмет познания. Выходит, что субъект единого познания есть сущее, практическая жизнь, а предмет есть знание сущим себя. Отношение жизни познает само себя, потому что становится знанием самого себя, потому что происходит разделение жизни и знания. Нужно различать отношение практики и отношение сознания и не принимать субъект и предмет практики за субъект и предмет познания.

Познание есть состояние определенности предмета. Предмет самопознания есть отношение индивида и внешнего мира, ограниченная практика. Определенность предмета ума есть знание. Если познание понимать как осознание, понимание, мышление, то предмет его есть знание. Рассматривая определение всего, мира в целом, индивид приходит к пониманию, что мир определяется в себе. Определенность сущего есть сознание. Сущее, знающее себя, есть индивид. Знать себя – быть в форме мышления, умозрения, знания, а не в форме практики. Знать себя – быть в себе предметом для себя. Ограниченная практическая жизнь есть определяющееся в себе сущее. Внешний мир для индивида есть определенность его практической жизни. Такого субъекта, как человек, род, конечно, нет, но субъект познания есть всегда конкретный индивид. Плоды труда познания многих индивидов сохраняются и могут затем усваиваться другими. Поэтому человеческое познание в этом смысле есть коллективный труд. Внешний мир есть определенность знания, созданная практической и познающей деятельностью многих индивидов. Однако сознание принадлежит конкретному индивиду. Сообщество не обладают субъектностью, сознанием, но у каждого индивида оно свое. И знание о мире есть содержание сознания индивида. Субъект, сущее, знающее себя, обладающее сознанием есть индивид. Сознание есть определенность сущего. Каждый индивид есть центр, фокус мира. Каждый индивид есть сущее, определяющееся в себе. Познание происходит в индивидах. Индивид есть познающая форма сущего. Отношение индивида и среды есть сущее, определяющееся в себе. Индивидуальное сущее, мыслящее, определяющееся в себе есть мир с центром в индивиде. Поскольку каждый индивид есть центр сущего, то каждый индивид есть сын своего Вечного Отца. Индивид бесконечен – весь мир есть его продолжение. И только другие индивиды делают его конечным, ограниченным и определенным в себе. Познание индивидуальным сущим самого себя кажется субъективным познанием, но поскольку внешний мир весь составлен индивидами и элементами разных уровней, то это есть и объективное познание. Различие объективного и субъективного предметов познания лишено смысла.

Познание не есть «постижение человеком мира», как мнит обыватель. Если немного поразмышлять, то будет видно, что такое познание невозможно и нет такого познания. В обыденном мнении человек и мир разделены несоединимо, человек есть только тело. Действительный человек есть соединение тела и среды, жизнь. Действительное познание есть самопознание. Есть только познание человеком самого себя. Вопрос о познании есть, конечно, вопрос о субъекте и предмете познания. Познание невозможно, если субъект и предмет разделены. Познание может быть только самопознанием. Нужно уточнять, какую форму имеет познание, что есть предмет и субъект познания. Единый процесс познания содержит в себе и неудавшуюся практику жизни, и процесс определения в мышлении, понимание, и возвращение в жизнь, в новую практику. Познание есть единство практики и мышления. В познании сущее определяется для самого себя. Познания без процесса определения в мышлении нет. Определенность может быть частной, частичной и общей, единой. Определяется в мышлении предмет, который может быть и частным, и единым, всеобщим. Определенность предмета есть сознание, знание. Всеобщий предмет есть всеобщая определенность, форма самосознания. Бессознательность, отсутствие мысли есть состояние беспредельности, отсутствия предела, поскольку нет разделения и различения, но все есть одно, тождество. Сознание, мышление есть состояние определенности, разделения. Разделение – в тождестве. Начало познания – разделение в себе сущего. Важно рассмотреть, как разделяется сущее, познающее само себя, как возникает самосознание. Познать сущее в мышлении – значит определить его в понятии, в понимании. Определить – показать разделение предмета, показать структуру знания, форму сознания. Познание в чистом виде, без практики, есть субъективный, происходящий в индивиде процесс мышления. Познает себя не индивидуальное тело, не субъект практики, но сущее, определяющееся в индивиде как познающей форме. Сущее есть истинный, действительный, настоящий субъект познания. Но что такое сущее? Сущее есть практическое, материальное отношение тела и среды, практика жизни. В уме практика определяется, становится знанием. Практика ставит вопросы, мышление их решает. Можно сказать, практическая жизнь в форме мышления решает свои вопросы. Сущее, практика есть индивидуальная жизнь, существо. Жизнь есть истинный субъект познания. Поскольку жизнь познает себя, то единое познание есть самопознание. Самопознание потому и происходит, что жизнь, практический субъект становится предметом познания в мышлении. Жизнь принимает в себе форму знания и познает себя. Практический субъект становится субъектом познания. Истинный субъект и практики, и познания есть одно, тождество, а в нем – определенность предмета, сознание. Этот субъект, определяющий жизнь индивида, есть, наверное, то, что называют судьбой. Индивид не волен в своей судьбе и познании, но есть внешние определяющие обстоятельства. Индивид не определяет ничего, но он определен внешним сущим, судьбой, Богом. Предмет познания есть отношение, разделение индивида и мира, противоречие. Противоречие – в тождестве, сознание – в бессознании. Поскольку противоречие в тождестве, то субъект есть тождество, одно. Кем индивид себя должен познать? Что им движет? Какая в нем сила действует, заставляя его жить и познавать? Что определяет его жизнь? В нем действует сила вечной и бесконечной жизни. И осознать себя он должен жизнью, вечной и бесконечной. Индивид есть червь в тонком слое почвы. Конечно, он определен всецело вечным и бесконечным сущим, Богом. В Боге – и изгнание, и познание. Изгнанный все же остается в Боге. Все, что происходит, происходит в Боге. Бог определяет все, в нем происходящее. Бог есть Субъект, а все происходящее в Нем есть предмет. Бог есть тождество всего, одно. Предмет есть разделение в Боге – сначала в форме изгнания из рая, затем в форме возведения на крест. Самопознание есть определение пути жизни, пути возвращения к Отцу. Больше не нужно быть в изгнании и не нужно быть на кресте – в этом нет нужды. Нужно творить новую жизнь, возвращаться к Отцу. Возвращение к Отцу есть и возвращение к Богу. Полное отождествление с Отцом есть и отождествление с Богом, становление Богом. Полное отождествление есть состояние бессознания. Если процесс человеческого познания – в Боге происходящий процесс, то, что есть субъект познания? Есть только Бог, и все – в Боге. Бог и изгнал человека из Себя, и возвращает в Себя. История и познание есть объективный процесс развития материи. Познание есть возвращение человека к Богу – в Боге происходящий, определяемый Им процесс. Говоря рационально, чем определяется процесс эволюции человека? Всем прошлым и настоящим состоянием мира или, как говорят, «законами материального развития». Это все, что определяет жизнь индивида, есть, используя религиозный термин, Бог.

Как определяется сущее? Форма сущего в явлении, объективно есть единство конечного тела и его бесконечного окружения. Сущее имеет и форму понятия самого себя. Когда заканчивается детство, бытие переходит в форму знающей себя жизни, существования. Знать самого себя – быть предметом познания самого себя. Всеобщий предмет познания есть всеобщая определенность. Определенность есть сознание. Возникновение определенности предмета есть возникновение самосознания. Сущее есть индивид, жизнь. Процесс определяемости жизни в себе, сознания есть не только пространственный процесс, но и временной. Если нет изменения пространственного отношения, то нет различия времен и нет, следовательно, определенности предмета, знания. Знание есть различение. В основании всего знания – различение индивидом своего тела и внешнего мира. Различение своего тела и других тел в явлении, объективно есть знание пространственного измерения действительной жизни. Без этого различения знание невозможно. Так же знания нет, если нет временного измерения сущего. Переход бытия в существование, когда закончилось детство, есть возникновение пространственно-временной определенности. Отрок осознал время: пора детства прошла и наступило время изгнания из жизни. Вместе с этим осознанием он находит себя конечным телом в чуждом ему внешнем пространстве мира. Отрок осознает себя конечным и преходящим индивидуальным телом в бесконечном и вечном мире. Если индивиды смертны и преходят в вечности, то возникает недоумение о смысле преходящей жизни. Вопрос отрока, только что утратившего вечность – зачем живут люди – есть выражение этого недоумения, есть вопрос о смысле жизни вне вечности. Для чего, зачем он будет жить – об этом его вопрос.

И в общем, и в частном случаях несовершенство действительной, практической жизни погружает индивида в состояние «в себе», заставляет задуматься. В пределе, совершенная жизнь есть практика, а несовершенная – мышление. Ясно, что в состояние мышления индивид переходит для того, чтобы найти решение проблемы своей практической жизни, найти путь ее продолжения. Несовершенство практической жизни определяется относительно идеала, которым является душа индивида. Душа есть мера действительной жизни – совершенна она, или несовершенна. Если действительность не соответствует идее жизни, которая, как образец, есть в душе индивида, то индивид ищет путь отождествления действительности и идеала. Поиск пути к тождеству идеи и осуществления есть мышление. Мышление есть отождествляющая деятельность ума. В себе, в умозрении индивид рассматривает действительность и идею и ищет путь их отождествления. И в этом ему помогает его практический опыт, хранящийся в памяти. Найдя мысленное решение противоречия, индивид приступает к практическому отождествлению себя со средой, к осуществлению идеи. Индивид стремится к соответствию со средой, к тождеству идеи и жизни. Это им и движет на пути жизни и познания. Совершенная жизнь, бытие есть тождество идеи и жизни.

Форма познающей жизни

Понимание человека как эволюционирующего животного вида ведет к изменению понимания познания. Познание есть адаптация, развитие. Когда познание завершится, человек станет совершенным животным видом, бессознательным, как все животные. Поскольку сознание есть состояние познания, то человек, завершивший свое познание и становление новым видом, станет бессознательным. Познание есть состояние противоречия. Цель познания – соответствие, тождество, состояние безмыслия, бессознания. Форма сознания совершенной жизни – тождество, безмыслие. Форма мысли и сознания – разделение, противоречие. Необходимо это понять – что является сторонами разделения несовершенной жизни. Быть совершенным и бессознательным – значит не искать смысл, быть безмысленным. Прежде не было понято, что совершенное состояние жизни есть бессознательное состояние. Поэтому и не могла быть понята сущность сознания и познания – как состояния ограниченной жизни, противоречия. В форме познания происходит решение противоречия индивидуальной жизни. Познание не есть свойство человеческой природы, как мнит обыватель, но несовершенное ее состояние. В обществе много немыслящих, равнодушных к познанию благополучных индивидов, а познание есть дело избранных Божественным Отцом его сыновей. Все люди от природы стремятся к благу. Противоречие в том состоит, что индивид должен жить благополучно, но живет неблагополучно, не по природе своей, не по идее. Познание есть определение идеи совершенной жизни и пути ее осуществления. Познание есть состояние жизни в форме противоречия, активная, возбужденная в себе жизнь. Всякое возбуждение ищет своего успокоения. И познание, как возбужденное состояние, стремится к покою совершенной жизни, к тождеству бессознания.

Познание завершится тогда, когда человек станет совершенным. Но что означает совершенство человека как животного вида? Совершенство вида есть совершенство образа жизни. Жизнь имеет две стороны – материальную и духовную. В других средствах выражения это физическая и психическая стороны, тело и душа, практическая жизнь и мышление, существование и знание, материя и идея. Жизнь в материальной форме есть соединение индивида и среды. Форме этого соединения соответствует состояние души, сознания. Если индивид соединяется с нужными ему предметами потребления, с благом, если он благополучен, то состояние души его есть покой и удовлетворенность, тождество безмыслия. Если нет соединения с вещным благом, если индивид неблагополучен, то и состояние души его – беспокойство и неудовлетворенность, мышление. Совершенство животного вида есть соответствие особи, ее способностей и среды ее обитания. Если особь соответствует среде, то поведение ее не опосредствуется мышлением, но рефлекторно и бессознательно. Совершенная жизнь есть бессознательная, не знающая себя жизнь. Если же особь не соответствует среде обитания, то это приводит к опосредствованию ее жизни мышлением, к познанию. Но тем самым жизнь этой неблагополучной особи разделяется – ее составляют практическое, созерцательное состояние «в мире» и состояние «в себе», мышление. Мышление есть определение идеи, поиск пути ее осуществления. Жизнь совершенна, если индивид обладает способностью удовлетворять свои потребности, желания, если он живет в соответствии со своей природой, идеей. Совершенная жизнь есть тождество идеи и осуществления, умозрения и практики. Объективный, наблюдаемый в явлении, признак совершенства индивида есть видимое благополучие его в сообществе и многочисленное потомство. Субъективно совершенная жизнь есть состояние тождества индивида в себе, удовлетворенность самим собой и покой души, безмыслие, бессознание. Можно говорить о совершенной жизни как о тождестве души и тела, души и действительной, практической жизни, поскольку идея жизни, идеал принадлежит душе. Тождество есть совершенное соответствие сторон, такое их соединение, когда они составляют одно, целое. Тождество есть такое состояние жизни, когда полагание индивидом себя принимается средой. Среда при этом продолжает индивида, составляет с ним одно, целое. Сознание соответствует этому состоянию и есть состояние бессознания, когда все есть одно, тождество, без различения одного и другого. Состояние бессознания есть состояние безразличия, отсутствие различения. Заключая, можно сказать, что простая, совершенная жизнь имеет простое и совершенное сознание, а сложная, проблемная, разделенная жизнь есть сложное, разделенное сознание в форме мышления. Познанием движет стремление индивида к совершенству своей жизни. Истина, идеал жизни и познания не в том, чтобы больше знать, но в совершенстве соединения индивида и среды обитания. Совершенно благополучное существо бессознательно: ничто его не печалит, не заботит, не беспокоит, ничто не приводит в состояние знания себя. Благополучные индивиды не мыслят и не познают, но познание есть удел неблагополучных индивидов. Когда закончится материальное становление человека, тогда закончится и познание. Цель познания есть не многознание, но совершенство жизни. Причина познания есть не любопытство, как думает обыватель, но проблема жизни, противоречие. Познанием движет не «любовь к мудрости», но стремление к жизни. Когда исторически человек станет адаптированным к внешнему миру, тогда он не будет нуждаться в познании и не будет познавать.

Познает всегда конкретный индивид. Что им движет в его познании? В обществе он стремится к признанию и благополучию, к соответствию с социальной средой. На плоды познавательной деятельности есть спрос, и поэтому труд познания приносит индивиду признание. Труд познания есть средство решения противоречия конкретной индивидуальной жизни. Противоречие в том заключается, что общественная среда предлагает благо, но оно индивиду недоступно. Противоречие тем разрешается, что индивид находит новый путь своего полагания, производит продукт, находящий спрос в обществе, а общество, признавая его труд, удовлетворяет его потребность в благе. Спрос на труд познания будет до того времени, пока будет общественное жизнь и разделение труда. Но человек не всегда будет жить в обществе. Общественная жизнь, возникшая как необходимость выживания индивидов, будет эволюционировать в направлении все большей автономности жизни индивидов. Эволюция техники будет происходить в направлении универсального средства производства индивидуальной жизни. История закончится тогда, когда общество сменится множеством автономных производителей своей жизни. Окончание истории будет и окончанием познания. Познание закончится, потому что человек отождествится с внешним миром, с космической средой обитания. Сын соединится с Вечным Отцом. Человек станет совершенным космическим существом. Совершенный организм не нуждается в познании. Состояние сознания его – равнодушие, когда для него все есть одно, тождество, бессознание.

Обыватель думает, что познание происходит из «любви к мудрости», из любопытства. Но индивид познает вынужденно, вследствие несовершенства своей жизни, своего неумения жить. Причина познания есть неприспособленность к жизни в обществе, несвобода. Человек познает не внешний мир, но свое несовершенное соединение с ним, свою ограниченную жизнь. Поскольку индивид есть соединение, жизнь, то жизнь познает сама себя. Мир становится определенным в практическом отношении. Нет такого предмета, как внешний мир. Нет такого субъекта, как индивидуальное тело. Отношение индивида и внешнего мира есть и субъект, и предмет познания. Индивид познает свой прошлый отрицательный опыт, свое практическое отношение. Познание возможно только как самопознание. Такое понимание познания очевидно для обобщающей деятельности ума, но неочевидно для разделяющего рассудка. Чтобы это понимание стало очевидным и для рассудка, необходимо рассматривать форму познания.

Познание есть жизнь в форме противоречия. Когда противоречие решается и жизнь переходит в форму тождества, то это означает, что познающей формы больше нет и некому, следовательно, больше познавать, нет субъекта и предмета познания. Наверное, познание закончится не потому, что нечего будет познавать, но потому, что познавать будет некому. Но, с другой стороны, если жизнь беспроблемна, то и нечего познавать, нет предмета познания. Жизнь познает сама себя, и нет другого предмета познания, чем жизнь для себя. Прежде думали, что предмет есть внешний мир, а субъект есть индивид, познающий внешний мир. Субъект в этом представлении есть сторона процесса познания, которая каким-то чудесным способом познает предмет. Объяснить познающую форму – значит понять форму сознания. Субъектом сознания не может быть тело, так же как душа не есть тело. Но и предмет сознания не есть внешний мир. Познание не может начаться, пока нет отрицательного опыта. Познание начинается с того, что индивид переживает в себе, в уме свое неудавшееся полагание. Определенность предмета умозрения есть знание. Как видно, предмет познания есть неудавшаяся действительная жизнь в форме представления. Индивид в отношении его к внешней среде есть практический деятель, но не мыслитель, не субъект познания. Субъектом познания он становится только в состоянии умозрения, в отношении к предмету ума, представлению. В умозрении индивид обретает предмет познания в форме знания своей практической жизни. Форма познающей себя жизни есть единство состояний «в мире» и «в себе», созерцательной практики и умозрения.

Совершенный индивид не знает себя ни существующим, ни мыслящим, ни в состоянии «в мире», ни в состоянии «в себе». Совершенная практика есть состояние бессознания. Несовершенный индивид знает себя существующим и мыслящим. Жизнь его есть единство состояний несовершенной практики и умозрения. Всеобщее разделение ограниченной и познающей себя жизни есть разделение жизни и знания. Сознание есть состояние познающей жизни. Сознавать, обладать сознанием – значит понимать. Сознание есть мышление. Индивидуальное познание происходит в форме мышления. Рассматривать индивидуальное познание – значит рассматривать сознание и мышление. Выводить сознание и мышление нужно, конечно, из жизни. Почему жизнь переходит в познание? Для благополучного обывателя причина познания есть удивление и наличие свободного времени. Более основательно судят те, кто причину познания выводят из нужды, необходимости. Познает несовершенное, проблемное и поэтому эволюционирующее существо. Совершенному существу, форма жизни которого непротиворечива, познавать незачем и нечего, поэтому оно и не познает. В состоянии познания находится несовершенная, неблагополучная жизнь, а жизнь совершенная есть потребляющая жизнь, но не познающая. Познание есть жизнь в состоянии противоречия, стремление к тождеству. Познание есть состояние неблагополучного, неудовлетворенного, только раздраженного благами, но не потребляющего индивида. Познание есть состояние нужды и несвободы, переживание зла своей жизни и стремление к добру. Познание есть состояние остановленной жизни и поиск пути полагания. Познание есть стремление, любовь к жизни. Можно также сказать, что познание есть любовь к мудрости, если под «мудростью» понимать совершенную, немыслящую жизнь, а не многознание, как думает обыватель.

Познание может быть понято только как познающая жизнь. Рассматривать процесс познания – значит рассматривать индивидуальную жизнь. Чтобы понять особенность состояния познающей себя жизни, необходимо рассматривать вообще процесс жизни. Есть давнее и обыденное представление о жизни как о соединении тела и души. Понимания жизни такое воззрение не дает. Жизнь в действительности есть соединение индивидуального тела и внешней среды. Жизненный процесс есть процесс полагания себя индивидом, потребление. Все во внешней среде, с чем индивид стремится соединиться для продолжения своей жизни, есть предметы потребления, вещные, материальные блага. Прекращение жизни есть прекращение потребления, разрыв жизненной связи тела и среды. Поэтому жизнь есть соединение тела со средой, а не соединение тела с мифической «душой». Душа не телу принадлежит, но соединению тела со средой, отношению жизни. Процесс потребления, поглощение вещества среды организмом есть одна сторона жизненного процесса. Другая сторона – половое воспроизводство организмом самого себя, размножение. У высших животных размножение невозможно без соединения особей противоположного пола, поэтому для самца к числу потребляемых им предметов относятся и самки: без присвоения самки самец не продолжит себя в потомстве. В человеческом сообществе молодые самки всегда относились к числу необходимых предметов потребления, к числу благ. Плоды дерева жизни есть самки – без этих плодов вечная жизнь индивида невозможна. Жизнь как индивидуальный процесс может быть в двух противоположных, предельных состояниях – совершенном и несовершенном. Эти противоположные формы жизни есть бытие и познание, потребление и мышление.

Сознание есть противоречие, разделение. Нелегко выяснить, каким разделением порождено сознание, определить стороны противоречия. Форма познающей жизни есть противоречие. Выражение «индивидуальная жизнь» имеет то же значение, что и «индивид». Индивид может быть только живым, живущим, соединяющимся со средой. Жизнь есть функциональная связь индивидуального тела и внешней среды. Индивид есть не только тело, но соединение тела с окружающей средой, жизнь. Жизнь есть единство индивидуального тела и внешней среды, пространственно-временной процесс. Познающую себя жизнь нужно рассматривать как остановленное время и разделенное пространство. Не все, однако, индивиды познают, не всякая индивидуальная жизнь является познающей. Известно, что в сообществе индивиды разделены – разделены те, кто потребляет благо и те, кто только созерцает потребление других. Индивидуальная жизнь может быть в двух предельно противоположных формах – потребления и познания, мышления. Потребление и познание есть совершенная и несовершенная жизнь. Потребляющая жизнь есть благополучная жизнь, когда индивид и среда соединены непротиворечиво, соответственно. Полагание индивида не встречает предела, поэтому и в себе он не определен. Совершенная жизнь есть, с психической стороны, одно, тождественное в себе состояние, форма безмыслия, бессознания. В пределе совершенства жизнь не есть отношение, поскольку нет двух относящихся сторон, но есть один, тождественный в себе процесс. Познающая жизнь есть отношение сторон. Быть отношением – значит быть в разделении со средой, быть в себе взаимодействием. Познающая жизнь есть неблагополучная жизнь, разделение индивида с благом и разделение в себе, противоречие. Если полагание индивида невозможно, то и желание, побуждение его остановлено представлением отрицательного практического опыта, идея разделена с действительной жизнью. Эта определенность индивида в себе, ограниченность побуждения, идеи есть сознание.

Совершенная жизнь себя не знает – нет предела ее свободному полаганию. Наличие предела, ограничения означает определенность себя в себе, знания себя. Жизнь, прежде беспредельная и бессознательная, становится ограниченной и определенной в себе, знающей себя. Знание себя, сознание есть определенность себя в себе. Знает себя несовершенная жизнь. Знать себя – быть несвободным, стесненным средой и неудовлетворенным. Но несовершенная жизнь знает и свою противоположность, совершенство. Правда, если несовершенство есть действительная жизнь, то совершенство есть путеводный идеал, идея. Определенность совершенства и несовершенства есть одно знание, представление, понятие. В самом деле, совершенство и несовершенство определяются взаимно, относительно друг друга, в отношении различения, сравнения. Зло и добро, действительность и идею можно знать только вместе. Противоположные эти представления – идеал и действительная жизнь, добро и зло, свобода и несвобода – составляют всеобщую определенность сознания, всеобщее понятие. Форма знания себя есть разделение идеи и действительной жизни.

Сознание есть, как принято говорить, рефлексия. Рефлексия есть обращение своего взгляда на себя, существование себя предметом познания для себя. Когда и почему индивид обращает внимание на себя? Другие индивиды его стесняют и обращают его внимание на самого себя даже тем, что смотрят на него. Стесненность есть ограничение полагания индивида средой и определенность его в себе для самого себя, знание себя, сознание. Ограничение индивида средой есть испытывание им своего предела, знание предела. Знание предела есть испытывание ограничения себя, чувство несвободы, неосуществленность желания, идеи. Знание себя есть знание своего предела. Определенность сознания производится ограничением индивида средой. Знание себя есть определенность практического отношения, единство его действительности и идеи. Знание себя есть знание своей ограниченной жизни. Индивид, обретая свой предел, знает себя ограниченным, несвободным.

Сознание и познание есть деятельность мышления. Практика и мышление различаются как физическая и умственная деятельность. Обычная человеческая жизнь есть сочетание мышления и практики. В благополучной жизни практика и мышление не разделены заметно, не различаются. Любой практический вопрос требует некоторого размышления, некоторой умственной деятельности. Но в благополучной жизни нет разделения умственной и практической деятельности. Благополучная жизнь есть неразличимое единство мышления и практики, переходящее в тождество. Форма обыкновенной благополучной жизни есть практическая жизнь. Познание есть такая жизнь, в которой мышление есть основная деятельность. Благополучный индивид размышляет только в том случае, если встречает в своей практической жизни затруднение. Умственное решение частных, практических вопросов жизни может быть названо практическим мышлением. Оно не занимает сколько-нибудь значительного времени жизни. Но формой жизни мышление становится тогда, когда жизнь невозможна, когда противоречие имеет форму остановленной жизни. В пределе неблагополучия жизнь перестает быть практической и становится только мышлением. У благополучного индивида, живущего полной жизнью, для размышлений нет ни времени, ни желания, ни причины. Ему и не о чем размышлять, у него нет предмета для мысли. Духовная, мыслящая жизнь противоположна мирской, животной, практической жизни. Благополучный индивид радуется жизни, неблагополучный – размышляет. Вместо жизни неблагополучный индивид созерцает внешнюю ему мировую жизнь и размышляет о ней. Мышление как форма неблагополучной жизни противоположно бытию, благополучной жизни. Бытие и мышление, познание есть противоположные формы жизни. Это мышление – не о частных вопросах практики, но о самой жизни. Частный вопрос, проблема есть частное противоречие, частное несоответствие. В мышлении решаются противоречия практики. Мышление опосредствует деятельность. Суть мышления – умственное отождествление сторон, решение противоречия. Не только мышление, но и практическая деятельность есть отождествление, преодоление несоответствия. Несоответствия, решаемые в практике, есть удовлетворение потребностей, прямое или опосредствованное производственной деятельностью. Размышляя о практической проблеме, несоответствии индивид находит решение задачи в уме, отождествляя мысленно стороны противоречия. Затем мысленное решение осуществляется в практическом отождествлении, в полагании. В мышлении определяется путь практического полагания, принимается решение действовать. Причина мыслящего познания – несоответствие, противоречие. Познание есть стремление к противоположному состоянию соответствия, тождества.

Сознание обычно выводят из чувственного восприятия. При таком подходе невозможно понять, почему человек осознает свое восприятие, а животные не осознают, ведь и они воспринимают. Сознание нужно пытаться понять как взаимодействие в теле, противоречие. Знает себя, есть субъект знания жизнь в форме отношения, пространственного разделения. Отношение может себя знать, разделяясь во времени. Разделение индивида со средой, несоответствие имеет форму взаимодействия противоположных сторон сознания. Взаимодействие есть единство действия и противодействия. Как тело может противодействовать внешним действиям? Чтобы противодействовать, тело должно разделяться в себе. Тело в себе есть активность разделения, идея. Обычно противодействие тела объясняют инертностью, но сама инертность не объясняется никак. Инертность есть свойство полагания себя вне себя телом, материальным элементом. Только разделяющееся в себе и полагающее себя вне себя тело может противодействовать, сохранять свое действие. Сознание есть знание себя, самосознание. Если нет знания себя, то нет никакого знания. Если индивид не знает себя, то он не может знать свое знание. В пределах знания себя есть знание чуждой себе среды. Животные особи не знают себя. Бессознание есть состояние соответствия особи и среды. Индивид себя не знает, если находится в состоянии соответствия со средой и тождествен в себе. Знания себя нет, если действительная жизнь соответствует ожиданию особи. Сознание как разделение со средой есть и разделение в себе, имеющее форму противоречия желания и действительной жизни. Знание себя есть состояние несоответствия индивида и его окружения, противоречие ожидания и осуществления. Сознание не объяснить через чувственное восприятие, которое только обслуживает жизнь. Жизнь есть деятельность потребления. Животные особи потребляют и не мыслят, а индивид мыслит, потому что не потребляет, не полагает себя вне себя в присвоении блага. Основа сознания есть невозможность практического полагания себя и желание, эмоция, страсть.

В первой части книги было изложено понимание того, что история человека как эволюционирующего существа будет закончена. Окончание истории будет и окончанием познания. Человек станет совершенным животным и, как все животные, станет бессознательным. Считается, что человек отличается от животных наличием у него сознания. До настоящего времени не понято было – почему у животных нет сознания, а у человека оно есть. Это и невозможно понять, если не понимать сущность сознания. Как подступиться к пониманию сознания? Принимая за факт то, что у животных особей нет сознания, но есть психика, можно сказать, что сознание есть состояние психики человеческого индивида. Психика человека качественно отличается от психики животной особи. Сознание есть особенное состояние жизни и психики человека. Чтобы понять, что есть сознание, нужно понять особенность состояния знающей себя жизни. Ясно, что не может быть никакого сознания, если индивид не будет взаимодействовать со средой. Рассуждая абстрактно, если материя есть взаимодействующие тела, элементы, то сознание, поскольку оно не есть тело, есть взаимодействие. Сознания нет во внешней среде, окружающей индивида, но в ней есть только тела. Чувства других индивидов не существуют в объективной форме явления. Сознание существует в форме «в себе и для себя», субъективно. Сознание есть жизнь, ставшая для себя предметом.

Как нужно рассматривать сознание, чтобы его понять? Возможно даже сомнение, что и нет никакого сознания, а есть только тела, вещи, материя. Можно ли сознание рассматривать как сущее? А если это сущее, то, что стоит за ним? Чтобы подступиться к пониманию сознания, нужно задавать вопрос о сущем. Что есть сущее? Сущее – то, что есть, что существует. Вопрос о сущем есть вопрос о том, что значит быть, что значит существовать. Вопрос этот очень важен, поскольку двигаться в понимании невозможно, если не ответить на этот вопрос. Исторически известны разные воззрения в понимании сущего: для одних сущее есть материя, для других – сознание, для третьих – и то, и другое. Существование есть жизнь, практическое разделение индивида и среды. Существование есть сознательное, знающее себя состояние жизни. Если в явлении существование есть пространственное разделение индивида и среды, то с психической стороны оно есть знание себя. В материи сознание есть отношение разделенной жизни, а с психической стороны оно есть представление действительной жизни и идеала. Разделение индивида и среды, ограниченная жизнь имеет форму психического отношения, сознания. Если жизнь совершенна, то она не знает существования, поскольку не знает идеала, относительно которого и определяется существование.

Есть два процесса жизни – возбуждение и отождествление. Возбуждение есть возникновение желания, стремление к полаганию себя, к соединению с благом. Отождествление есть полагание себя индивидом, соединение с благом, осуществление желания. Если есть только возбуждение, а отождествления нет, то психика имеет форму противоречия желания и невозможности осуществления, форму знания себя. Неосуществленное желание есть разделение не только с предметом влечения в среде, с благом, но разделение индивида в себе. Индивид раздражен созерцанием плодов дерева жизни, но они ему недоступны, вход в рай прегражден «пламенным мечом обращающимся». Соединению с благом соответствует с психической стороны состояние покоя. Если соединения нет, то возбуждение сохраняется и принимает форму воображаемого соединения с благом. Неудовлетворенное желание есть знание идеала и осознание действительности, знающее себя состояние. Состояние психики благополучного индивида есть тождество бессознания, выражаемое формулой тождества «все есть одно». Психическое состояние разделенного со средой индивида есть противоречие желания и действительной жизни. Как видно, материальной форме жизни соответствует состояние психики. Форма жизни есть форма психики, сознания.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.