Приключения Принца Ар-ту
Алекс Крисвэлл

© Алекс Крисвэлл, 2022

ISBN 978-5-0056-1750-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Оставляя прошлое, простирайтесь вперёд.

Из «Книги Жизни»

ДВА КОРОЛЯ

– Ваше Величество, – докладывал управляющий по защите интересов государства, – в соседнем государстве королева весьма скоро ожидает рождения ребёнка. Новорождённый будет наследником короля Стоуна, с которым мы в сложных отношениях и для нас, появление этого ребёнка, нежелательно. Наш департамент продумал несколько вариантов решения проблемы…

– Зачем столько суеты, – мягко остановил король Дарк. – Я, конечно, ценю вашу предусмотрительность, но ведь может родиться дочь, и проблемы отпадут сами собой. Принцессе предстоит выйти замуж за того, кто и будет будущим королём. Вам необходимо подсунуть ей человека с благородными манерами, но всецело преданного нам. Только-то и делов будет.

– Ваше Величество, всё это так, но ведь принцесса должна полюбить. А принцессы в этом вопросе часто капризны.

– Я понимаю ваше беспокойство. Эта тонкая и деликат- ная работа ляжет на ваши плечи, но вы же знаете поговорку: любовь зла – полюбишь и козла. Вот и обеспечьте несколько парадных петухов на её вкус и выбор. Принцесс редко учат разбираться в людях. Пока будет гореть эта чувственная и пылкая любовь, организуйте скоропалительную свадьбу. И дело будет сделано, и награды на груди будут, и риска меньше. Во время влюблённости принцессы не осознают, что жить не столько с его парадным видом, сколько с его петушиным характером.

– Ваше Величество, всё это так, – ответил управляющий по защите интересов государства, – но, с вашего позволения,

разрешите представить хороший план действий в случае рождения наследника. Это специальный план «Даборосса»: под шум торжества рождения наследника наши люди незаметно снимут с младенца бесценный Камень Наследия и, никого больше не трогая, вернутся назад. Всё тихо и мирно, а вы получите гарантию, что будущий король будет на вашей стороне. Война – хорошее дело, но от пушечной пальбы иногда уши болят. А так ни шума, ни пыли, без жертв и гро хота орудий.

К трону короля приблизилась фигура, с лицом под тенью капюшона, и тихо произнесла:

– Ваше Величество, если только это, то я советую, пусть попробуют. Конечно, весьма редко, но иногда и большие дела получаются просто и с наскока. А если неудача, то все- го-то два-три агента, зато управляющий по защите интересов государства, не будет докучать вам своими ранними предупреждениями: я говорил, я предупреждал и так далее. А зачем вам лишнее беспокойство?

Король Дарк мягко улыбнулся.

– Гм… а может, ты и прав, Удобный Случай, – также тихо ответил король, и дал согласие на приведение плана

«Даборосса» в исполнение.

Х

По широким переходам, сопровождаемый двумя спутниками с факелами, быстро шёл человек. Сквозь высокие узкие окна чуть брезжил рассвет, слегка озаряя высокие сво- ды королевского дворца с его причудливыми украшениями, но внизу, в переходах, было ещё довольно темно. Люди явно спешили. Редкая стража при виде их сразу переставала зевать, вытягивалась в струнку, и открывала проход. В спальне короля было пусто.

– Где король? – нетерпеливо спросил вошедший.

– Вечером он сюда не заходил, видимо, уснул в тронном зале, – ответил стражник.

Зайдя в тронный зал, они увидели стражу по сторонам пустого трона, а сбоку, в тени, покрытая королевской мантией, была еле видна фигура короля. Он стоял на коленях и молился.

– Ваше Величество, – обратился вестник. – Ваше Величество, – повторил он после паузы, – у вас родился наследник. Ребёнок здоров, а королева чувствует себя уставшей, но счастливой и здоровой.

Король обернулся, его глаза были полны счастливых слёз.

– Слава Творцу, – произнёс он, вставая. – Я так боялся, что случится что-то непоправимое. Ведь никто, кроме Творца, не даст гарантии, что всё будет хорошо, – говорил король, спеша к королеве.

Сколько было радости и счастья: был сделан пир, палили салют из пушек, а гости приносили свои поздравления. Но не все гости пришли, чтобы поздравить и не все восприняли это как радостную новость. Наследник – мечта каждого короля, но другие вздыхали: лучше бы была дочь, было бы меньше хлопот и волнений.

Тайные агенты-воры из тёмного королевства уже заранее были на месте. Они ждали удобного случая, чтобы под шум торжества снять с младенца Камень Наследия, дающий ему право на наследство и возможность стать королём. Дарку не хотелось иметь рядом с собой могучего короля, хорошо охраняющего своё государство от грабежей и войн. Ему нужен был другой король, король, послушный его воле, его желаниям и подсказкам. Дарк мечтал видеть других королей своими куклами, а себя – кукловодом и хозяином театра, как ему иногда казалось.

Вы же знаете, что немало придворных и важных людей нередко желают видеть на должности короля, султана или президента слабовольного человека, который не может ни принять, ни исполнить решения, не ценит мораль и находится в рабстве своих пороков и наслаждений. Даже являясь королём, такой человек не сможет ограничить воровство под- данных и поэтому любую страну можно разворовать и при

этом пребывать в почёте. Вот о таком короле для своих соседей и мечтал Дарк.

План воровства Камня Наследия был приведён в исполнение. Тайным агентам был вручен особый мешочек, в котором был еле заметный усыпляющий дымок. Все, кто его вдохнет, засыпали мгновенно, но ненадолго. При необходимости можно было усыпить любого, кто мог помешать, и незаметно уйти. Всё просто, понятно и доступно.

Этот план выполнялся хорошо до тех пор, пока агенты-воры не приехали ко дворцу. Тут они поняли, что здешний король тоже не промах: ему палец в рот не клади, по локоть откусит. Дворец хорошо охраняли, и незаметно пронести мешочек с усыпляющим дымком, было невозможно. Усыпить весь дворец – никакого дыма не хватит. Они удачно подкупили истопника печек, чтобы тот пронёс мешочек во дворец и там передал его им. Как известно даже самый гениальный план легко могут испортить плохие исполнители. Истопник, получив половину денег и взяв мешочек в руки, от больших чувств сильно хлопнул по нему рукой. Мешочек развязался, и весь дымок как фонтан брызнул в сторону агентов. Все сразу уснули. От страха печник закричал, но тут же и сам уснул. На крик прибежала стража. Агенты-воры были связаны и брошены в тюрьму, а король Стоун, узнав об этом, принял дополнительные меры безопасности.

КРАЖА

Королевская чета пышно праздновала день рождения двухлетнего наследника. Приехало много важных гостей и немало гостей из других стран. Среди них был очень интересный гость: красивый, с утончёнными манерами, внимательный и деликатный. Как говорят о таких мужчинах в народе: женский сердцеед. Глядя на него, даже пожилые

женщины вздыхали: ах, где мои семнадцать лет. Это был тайный агент короля Дарка по кличке Удобный Случай.

На самом деле Удобный Случай был во дворце короля Стоун и раньше, но имел другой внешний вид. Он хорошо понимал, что такие серьёзные операции так просто и быстро получаются весьма редко и, наблюдая, как их агентов-воров отправили в тюрьму, только покачал головой.

Удобный Случай не думал воровать сразу, хотя не исключал и эту возможность. В числе гостей он внимательно осмотрел и запомнил Камень Наследия, его форму и оправу, одетую на золотую цепочку на ребёнке. Затем, вернувшись в свою страну, по рисунку заказал ювелирам сделать такой же, но фальшивый.

Тайный агент Удобный Случай имел благородное происхождение, высокий дворянский титул и являлся разносторонне одарённой личностью: был хорошим художником, музы- кантом, поэтом, бизнесменом, имел феноменальную память и познания. Умел хорошо танцевать, был деликатным ухажёром, но особенно отличался глубочайшими познаниями в психологии человеческой натуры и всех её тонкостей. Он быстро замечал в людях их тайные страсти и желания и мог искусно, как в шов грецкого ореха, вбить клин и расколоть его счастье. Вы же знаете, что многие знаменитости очень одарённые личности в своём деле и ремесле. Именно поэтому плохие, но умные люди, которых мы часто уважаем и почему-то считаем своими друзьями, нас так легко обманывают и развращают добрые нравы. Пока мы думаем, что мы тоже умные, нас уже обманули, завели в тупик, выжали как лимон и выброси- ли вон за ненадобностью. Мы ещё и удивляемся: как это наш друг нас так обманул? А всё просто. Такие люди никогда нас и не считали своими друзьями. Они просто смотрят на нас, как на очередную курицу для бульона. А то, что мы считаем их друзьями, то это наши проблемы, а их гордость. Вот как я его обманул, смеются они, а он меня даже своим другом считает. Ха-ха-ха.

С таким умным временным другом легче всего попасть в беду, в плохую историю или вообще испортить свою жизнь. В этом случае есть верная поговорка: есть друзья – держись от них подальше. Это большая беда, когда мы не умеем различать просто знакомых и замаскированных врагов, ждущих удобного случая, от настоящих друзей.

Удобный Случай воровал и обманывал не потому, что его просили это сделать или хорошо платили, а потому, что это был стиль его жизни. Он тщательно готовился к каждому делу, умел долго ждать, выбирая удобный момент, и тогда действовал наверняка. Ошибался он очень редко. Удобный Случай очень любил посмеяться над теми, кто попадал в его сети, а затем с удовольствием продавал их в рабство.

Те, кто знал его секретную работу, так и звали его: господин Удобный Случай. Настоящего его имени уже никто и не помнил.

Х

В этот праздничный вечер все гости были веселы и шутили. Удобный Случай, на виду у всех и глядя в глаза королевы, взял в руки драгоценный Камень Наследия и, как всем показалось, положил его себе в нагрудный карман и, тут же достал его, как опять всем показалось, из кармана стоящего рядом родственника короля.

Королева тут же придирчиво осмотрела уже фальшивый Камень Наследия, проверила нагрудные карманы шутника, где, конечно, ничего не нашла, и успокоилась.

А настоящий Камень Наследия уже надёжно лежал в одном из потайных карманов в рукаве одежды вора. Аплодируя и восхищаясь мастерством исполнителя, все думали, что это просто искусный развлекательный трюк. Воровства Камня Наследия никто не заподозрил.

Для успокоения всех, так как колдовство в этом королевстве было запрещено, он ещё раз медленно проделал этот трюк, но уже с фальшивым Камнем Наследия.

– Весь фокус в искусстве рук и никакого обмана, – торжественно улыбаясь, объяснил он.

Подмену заподозрили намного позже, а по-настоящему осознали только лет через десять.

Мудрец Илий, приглашённый во дворец по этому случаю, осмотрел камень, с сожалением покачал головой и, положив камень на Книгу Жизни, вынес его на солнечный свет. Все увидели, что камень сразу стал мрачным и даже страшным. Как будто на всех, из камня, смотрели глаза живого страха и ужаса.

– Если бы вы позвали меня раньше, – сказал мудрец Илий, – то можно было бы что-то исправить. Но сейчас, когда принцу уже двенадцать лет, когда он не желает ни слушать, ни уважать вас, вы почти ничем не можете помочь ему. Остаётся только надежда, что он сам захочет это исправить, если, конечно, не побоится. Ему необходимо отправиться в опасное путешествие, чтобы найти настоящий Камень Наследия и, хотя бы по частям, вернуть его, а уже потом соединить всё в одно целое.

– И куда же ему надо будет ехать? – растерянно спросили король с королевой, – где искать части этого камня?

– Никто не знает этого, – ответил Илий. – Думаю, что в своё время камень разобьют на части и отдадут опытным разбойникам и работорговцам. Они умеют и знают, как ловить людей. Принц и те люди, владеющие частями его Камня Наследия, будут чувствовать друг друга на расстоянии. Так что они обязательно встретятся, только никто не знает, как и когда это случится и чем закончится. Одно скажу, как только Его Высочество возьмёт в руки часть своего камня, пусть ни в коем случае не отпускает его. Второй раз будет намного трудней и больней взять его. Камень только тогда твой, когда полностью снят с противника.

– А если мой сын никуда не поедет, – испуганно спросила королева Елизавета, – что тогда?

– Тогда ваш сын станет рабом и уже никогда не сможет быть королём. Но если он вернёт себе настоящий Камень

Наследия, то, когда придёт время, народ с радостью примет своего нового короля.

После короткого молчания король Стоун повернулся к принцу и сказал:

– Сын! Мы, как твои родители, всегда любили, и будем любить тебя даже таким, какой ты есть. Но раб не может наследовать свободное королевство. Теперь, когда мы знаем всё, тебе, несмотря на свой возраст, самому надо решить свою судьбу. Если хочешь остаться просто любимым сыночком, то можешь сидеть дома. Если хочешь продолжать дела отца и стать королём, то тебе надо идти искать свой подлинный Камень Наследия. Завтра утром ты должен дать нам ответ. Да, – после паузы продолжил король, – если надумаешь искать, то заодно реши, каким путём ты хочешь идти: по суше или по морю. Честно говоря, никогда не мечтал видеть своего сына рабом тайного королевства.

Родители поцеловали сына, приказали до утра их не беспокоить и в печали ушли к себе в покои. Они были так огорчены всем, что просто не имели никаких сил делать какие-то дела.

Утром, гораздо раньше обычного, король и королева вошли в тронный зал, решив там получить ответ принца. К их удивлению, принц был уже там. Он стоял у окна и смотрел вдаль, на пристань и море. Одетый в капитанский мундир, в котором он иногда играл в капитана, с офицерским кортиком на поясе он выглядел красиво и решительно. Подойдя к родителям, он остановился, поклонился, чего он никогда раньше сам не делал, и сказал так, как никогда раньше не говорил:

– Простите меня за всё, что произошло по моей вине, за мой характер и недостойное поведение. Я рад быть вашим любимым сыном, но отец прав, ни одни родители не мечтают видеть своих детей рабами. Я принц, сын свободного государства, сын известного короля и королевы, наследник престола и я хочу быть таким сыном, которым вы сможете

гордиться, и который будет достоин, продолжать дела, начатые вами. Я пойду искать подлинный Камень Наследия, чтобы обрести свободу и стать королём, достойным своих родителей. Благословите меня в этот путь и прикажите снарядить корабль. Я хочу отправиться как можно скорее.

Призванный мудрец Илий тут же объявил правила для каждого, кто идёт на поиски своего Камня Наследия:

– По закону Определяющего Время принц должен взять с собой то, что положено всем, и ничего больше, кроме торгового груза.

– Для торговли родители могут снабдить его любыми товарами, но количество золота и серебра от родственников ограничено. Чем меньше, тем лучше.

– Золото, заработанное от торговли или других добрых дел, искатель может собирать сколько угодно.

– Искатель Камня Наследия для защиты от морских пиратов и с дозволения портовых приказов может иметь пушки на корабле, но использовать военный корабль нельзя.

– Искатель должен отплыть не позже чем до заката третьего дня от дня принятия решения.

Таковы правила для всех искателей Камня Наследия. Каждое отклонение от этих правил оборачивается проклятием для путешественника.

– Но почему всё так строго и ограниченно? – недовольно произнесла королева, всплеснув руками. – Он королевский сын! Неужели мы не имеем права помочь ему так, как мы хотим и можем?

– Если вы не сумели помочь ему раньше, то и теперь не сможете, – парировал Илий. – Для жизни неважно, кто вы, в жизни каждый платит за свои ошибки. Но на этот раз, за ваши ошибки платите и вы, и он.

– Да как это так!? – возмутилась королева и топнула ногой. – Я королева! Он мой сын!! Он принц!!! И я не могу ему помочь!?

– Это его жизнь, и это его дело. Вы не будете жить за него,

– невозмутимо ответил Илий, – а ваша боль и бессилие, это только ростки семян, что посеяны, плоды ещё впереди.

– Что!!? – гневно воскликнула Елизавета, – ты упрекаешь, что мы сеяли плохие семена!? Ты упрекаешь меня, королеву Елизавету???

– Из семян редиски пшеница не вырастет, и если плоды плохие, значит, было плохое семя. Дети не различают левую руку от правой и сами не осознают, что необходимо для хорошего будущего. Это обязанность родителей: удалять плохое и, объясняя, сеять доброе. К сожалению, вы опоздали, – холодно ответил Илий и продолжил: – как граждане страны исполняют закон короля, так и дети делают то, что позволяют родители. Недостаточные и непостоянные меры – это всепозволение, от которого в стране хаос и разруха, а у детей растёт эгоизм и пренебрежение ко всем, включая и самых близких.

Никто не может изменить этого, но вы можете давать советы и молиться за него.

ЛИШЁННЫЙ НАСЛЕДСТВА, НО НЕ РАБ

Утром третьего дня и с началом отлива (раньше все парусные корабли уходили в море только вместе с морским отливом), корабль принца был готов выйти в море.

После благословения родителей Илий взял две книги:

«Книгу Жизни» и «Книгу Капитанов» и сказал, что ежедневно принц обязан лично сам читать хотя бы один лист из каждой книги и вести запись в корабельном журнале. Эти книги написаны кровью и болью, жизнью и смертью тех, кто прошёл впереди нас. Эти книги учат безопасности жизни

и призывают не повторять прошлых ошибок. Илий открыл

«Книгу Капитанов» и прочитал:

«Настоящие капитаны – это смелые и сильные духом люди. Они знают, что всякое зло и обман приходят в мир только через человека и по разрешению человека. Настоящим капитаном признаётся тот, кто не раб своих чувств, эмоций и привычек.

У капитанов нет страха, и они готовы сражаться и стать Титанами и Героями, но чтобы защитить мир от зла из своего сердца.

Капитаны знают: идти вниз легче, но подвиг и слава только на вершине, а первый подвиг добродетели – это избегание своих пороков.

Успех капитана в том, что он не боится сказать себе правду о себе, и его сила в признании своих ошибок. Они знают, что служить истине и Творцу трудней, но почётней и только в этом есть истинный смысл жизни.

Капитаны знают, чтобы не платить за прошлые ошибки в будущем, их надо исправлять сейчас. Они знают, что судьба не камень, но что посеешь, то и пожнёшь.

Капитаны осознают, что приняли жизнь из рук Творца и несут ответственность за своё будущее. Они знают, что твоя жизнь – в твоих руках.

Капитаны знают, чтобы есть плоды «прекрасного далёко», надо сеять и сажать сейчас и сегодня. Они знают, что не важно кем и каким ты был, важно, кем и каким ты стал.

Капитаны, оставляя прошлое, простираются вперёд, стремятся через тернии к звёздам, а из тьмы к свету.

Настоящий капитан стремится жить так, чтобы Творцу не было стыдно назвать его своим другом».

Х

Потом мудрец открыл «Книгу Жизни» и прочитал:

«…Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это всё приложится вам…, и что посеет человек, то и пожнёт».

Принц взял обе книги и обещал всё выполнять. Он поцеловал родителей, махнул рукой всему народу, пришедшему его провожать, взбежал на корабль и отдал свой первый приказ:

– Отдать швартовы. Поднять якоря. Поднять малый парус. Курс в открытое море.

Когда якоря подняли, кто-то из матросов крикнул:

– Капитан, якорь чист.

Чистый якорь был хорошей приметой для мореплавателей тех далёких времён.

Они уже проплывали крепость, защищающую вход в гавань, как раздался прощальный салют из трёх пушек.

Когда берега стали сливаться в единую тёмную полосу, принц приказал:

– Снять этот королевский флаг «Принц бла-бла-бла» и поднять вот этот. Он раскрыл небольшой сундук с другим флагом, на котором было написано: «АР-ТУ» и внизу, буквами поменьше, «Лишённый наследства – но не раб».

– Какой у нас капитан! – услышал он восхищённые голоса двух матросов. – Вот даёт.

– Да-а-а, – поддержал другой, – сразу видно, что настоящий капитан.

– Прекратить болтовню, и делайте свое дело, – сердито произнёс принц, не оборачиваясь.

– Вот это капитан, – уходя, бормотал один матрос, – точно настоящий.

А другой произнёс:

– Здорово его мудрец обработал, ну да ничего – и не таких умных видели.

Принц не слышал этих слов и не знал о подобном мнении. Он был погружён в свои раздумья. Первый день в море и уже не игра, а он действительно отдаёт приказы, от которых зависит жизнь и его, и его команды, и всего корабля. От волнения всё как бы слилось в одно важное и большое, но без деталей и подробностей.

Весь день принц провёл на палубе корабля, стоя чуть сбоку рулевого и смотрел вперёд. После того как берега слились в сплошную серую полосу, он даже не оглядывался назад. Его волновало то, что будет впереди, а то, что прошло, он и так знал. Ущемлённое чувство гордости и собственного достоинства заставили его принять решение плыть на поиски Камня Наследия. Как это может быть, что я – такой особенный, я – такой сильный и красивый, я – сын короля и матери королевы, я – наследный принц – и вдруг, я недостоин стать королём. Просто потому, что кто-то украл мой Камень Наследия. Принц не хотел осознавать, что причина крылась в его высокомерном и презрительном отношении к окружающим людям, включая родителей. Ему вообще казалось, что всё их королевство существует только для исполнения его желаний. Он считал, что родители – это как особая прислуга, поэтому и впадал в истерику, когда они не выполняли его желания. Остальных людей он, в принципе, не замечал, считая всех почти рабами. И вдруг всё так жестоко и несправедливо нарушилось, его просто выгнали из столицы. За что??? Но всё же, он решил поступить как настоящий герой и искать свой

Камень Наследия.

– Ну, поплаваю немного, а через год-два они меня как миленького назад примут, – рассуждал наш герой.

Принц не знал о законе, что для того, чтобы из ребёнка вырос пренебрегающий всеми раб своих эмоций, ему надо всё позволять и баловать, но он уже жил по этому закону.

Отплывая, ему казалось, что всё будет легко, просто и романтично. Но сейчас, когда они одни в море, стало приходить понимание, что не всё так просто и весело. Если бы не штурман Расс, то он бы и понятия не имел, где они сейчас и куда надо плыть, чтобы достичь другой земли. Раньше он только слышал страшные морские истории о том, как на кораблях, сбившихся с курса, часто все умирали от недостатка воды, разбивались о камни, пропадали без вести или становились лёгкой добычей пиратов. Теперь ему было страшно

от мысли, что он и сам легко может оказаться в таком положении. Как хорошо, что Расс, несмотря на молодость, был уже опытным штурманом.

Штурман Расс имел немного странную фамилию: Удивительность. Он был выше принца, худощавый со светло-рыжими волосами, жилистый и сильный. Черты его лица как будто нарочно были ярко подкрашены природой: голубые глаза, темноватые брови и ресницы, и яркие губы. Многие девушки позавидовали бы сочности красок его лица. Расс был очень наблюдателен и от его глаз не ускользали даже небольшие детали и малейшие подробности событий. Его невидимая улыбка постоянно ощущалась на его лице, как будто улыбка внутри, а снаружи только её лёгкое отражение. Позже принц не раз замечал, что чем больше и ближе опасность, тем чётче обозначались следы этой улыбки. Расс давно привык улыбаться навстречу опасности и часто говорил, что выбирать дела надо по их последствиям. Это была его любимая поговорка.

В этот день принц не заходил в свою каюту. Он впервые встретил заход и восход солнца в море, с палубы корабля, а не из окна королевского дворца. Когда вокруг тебя только море и ничего больше, то многое воспринимается совсем по-другому. Тогда начинаешь понимать, как мир велик и что на самом деле он не вращается вокруг тебя, а живёт по своим законам и правилам. Ты во всём этом, хотя и гордая, но всего лишь маленькая пылинка, стремящаяся выжить в круговороте событий. С другой стороны, выход в море и необычность происходящего обострили все его чувства и восприятие. В нём, как иногда и в каждом из нас, вдруг проснулось сильное чувство, что он рождён для чего-то великого и особенного. Возможно, для какого-то очень важного подвига, о котором он пока ничего не знает, но который он должен совершить.

Только на другой день вечером он вошёл в свою каюту и стал читать «Книгу Капитанов», когда раздался стук в дверь.

– Войдите, – крикнул принц.

– Капитан, – сказал вошедший матрос, – вы ни вчера, ни сегодня ничего не ели, съешьте хотя бы вот это. Мы специально сохранили это для вас. С этими словами он поставил прибор на стол и собрался уходить.

– Как тебя зовут? – спросил принц.

– Меня зовут Эмм, а фамилия Оция.

– Спасибо Эмм. Иди.

– Интересно получается, его имя и фамилия вместе означают чувство «эмоция». Какие-то странные у некоторых имена и фамилии, – удивлённо рассуждал принц, отрывая обеденный прибор и взирая на свои любимые лакомства.

Эмм только вышел и хотел закрыть дверь капитанской каюты, когда перед его носом пролетел обеденный прибор со всеми сладостями. От неожиданности он замер, его глаза округлились, а лицо стало длинным, как огурец.

– Ого! Так ведь и убить можно! – удивлённо воскликнул кто-то. – Ну и капита-ан!

Эмм что-то недовольно пробурчал, когда раздался окрик капитана:

– Эмм, спасибо, но принеси что-нибудь из матросской еды и побыстрее.

Матрос опять что-то пробурчал, а кто-то рядом негромко произнёс:

– Вот уж не думал, что мудрец его так обработать успел, а ведь совсем наш казался.

Принеся заказ Эмм увидел, что принц читает «Книгу Капитанов», а рядом лежит «Книга Жизни» и раскрытый корабельный журнал, где была запись: «Такого-то числа. Первый день в море. Название корабля изменено, и поднят новый флаг «Ар-ту. Лишённый наследства, но не раб». На этом запись обрывалась.

– Капитан, – обратился Эмм к принцу, – кораблю без капитана нельзя. А вы при такой нагрузке и заболеть можете. Двое суток почти без еды и сна. Отдохните, а потом всё сделаете. А вообще, я слышал, что на других кораблях запись

в корабельном журнале ведут штурманы. Это намного легче для капитана. Ведь у вас и так дел полно, а заодно и точней запись в журнале будет.

Принц посмотрел Эмму в глаза.

– Извините капитан, это ваше дело. Вот ваш заказ, матросская еда.

Эмм поставил прибор на стол, поклонился и вышел.

Это был серьёзный клин, ловко и удачно вбитый в настроение принца. Он действительно сильно выдохся за это время. Его пыл и решимость прошли, он устал, даже изнемог, и вот тут его вдруг пожалели. А этого ему так не хватало. Он так привык, что мама его всегда жалела, хотя и была им недовольна.

Любая наша привычка в жизни – серьёзное дело, она часто работает даже тогда, когда мы этого и не замечаем.

Эмм вышел, а принц сразу раскис, поел и лёг спать. На другой день он поручил штурману Рассу вести записи в корабельном журнале. Расс пробовал возразить, что это обязанность капитана, но приказ есть приказ, его надо выполнять.

– Этот не Эмм. Смотрится как добряк, но не жалеет, а без него никак нельзя. Ну и команда у меня, – тихо бурчал принц, уходя на другую часть корабля.

ПЕРВЫЕ ВСТРЕЧИ

Постепенно всё стало сливаться в будничные дни. Расс был хорошим штурманом и помощником капитана. Однако после споров о корабельном журнале между ними возникло какое-то расстояние, не дающее им подружиться по-настоящему, хотя внешне они относились друг к другу хорошо и уважительно.

Они уже побывали в нескольких портах и пока удачно вели торговлю. Собственно первое время дела вёл Расс,

а принц только учился. В одном порту кто-то легонько толкнул в бок одного из матросов принца.

– Не оборачивайся. Наконец-то хоть тебя встретил, – произнес незнакомец. – Что случилось? Мы тут все с ног сбились…, себя тихо ведём, чтобы не пугать никого. Вас ведь по всем морям ищут, а вы тут, оказывается. Наши даже бояться стали: уж не случилось ли чего плохого? Не завернул ли он сразу, куда не надо?

– Уф-ф! Наконец-то. Здравствуй дорогой, – тихо произнёс матрос, не оборачиваясь и делая вид, что рассматривает какой-то товар.

– Пока не додумался туда завернуть. Да кто бы мог подумать, что он, как только отойдёт от берега, сразу флаг и название корабля сменит. Такое ни у кого в голове даже поместиться не могло.

– И кто же вы теперь, – спросил незнакомец, делая вид, что он что-то выбирает.

– Теперь он «Ар-ту» или «Лишенный наследства».

– Артём или Артур? – переспросил незнакомец.

– Нет. Просто Ар-ту. Кто его знает, откуда он это взял. Так, кличка какая-то, а не название корабля или имя для принца. Он, вообще, приказал себя только так называть.

– Слушай! Да я вас в море уже два раза видел, – удивлённо произнёс незнакомец, – и кто бы мог подумать, что это вы. Хорошо, что тебя встретил. Теперь хоть знаем кто и где он. Как у вас обстановка?

– Не очень-то. Чуть-чуть в непонятное доверие втёрлись, а дальше пока никак. Крепко его мудрец обработать успел. Не думал, что это так серьёзно.

– Что же ты так, а? – насмешливо произнёс незнакомец.

– На тебя вроде не похоже. Ты же знаешь, что за хорошо подготовленных чести, наград и денег больше.

– Да знаю, знаю, – недовольно пробурчал матрос. – Чего соль на раны сыпешь? Выслужиться хочешь?

Они помолчали.

– Вы когда в порт пришли?

– Вчера и уходим примерно через неделю. Он подолгу нигде не задерживается.

Опять помолчали.

– Штурман – это тот долговязый?

– Угу.

– Да-а-а, сразу видно, что опасный тип. Я думаю, хорошо бы дать капитану самому дозреть, дойти до нужной кондиции, а потом уже легче будет работать с ним. Есть у меня одна идейка… – и он замолчал, а потом продолжил. – Ну что же, надо порадовать своих хорошей новостью. Нашёлся всё-таки. Гляди в оба. Удачи и до встречи. Да, из пушек лучше не стрелять, а то в суете в своих попасть можно.

Незнакомец бросил на прилавок монету, взял какую-то безделушку и ушёл не оборачиваясь.

Х

Через несколько дней погода испортилась: подул противный ветер, заштормило. Многие капитаны, в том числе и Ар- ту, решили подождать лучшей погоды для выхода в море.

В обеденное время принц вместе с тремя матросами сидел в кабачке, ожидая, когда вернётся штурман Расс, который с остальной командой готовил товары к погрузке. Сегодня Ар-ту несколько раз чувствовал сильную непонятную тревогу и беспокойство, которые то проходили, то усиливались.

«Нездоровится что-то», – думал он, сидя в трактире и с интересом слушая, что рассказывают другие посетители: кто, где бывал и что диковинного видал. (Это сейчас телевизоры, радио, интернет, а в былые времена этого не было. Книги были редки и стоили очень дорого. Раньше все любили послушать да рассказать что-нибудь интересное и необычное).

Принц неожиданно ощутил сильное беспокойство, что-то сильно и тревожно заныло в груди. Сердце забилось, как при тяжёлой работе, в висках застучало, он почувствовал, как кровь бежит по всему телу с удвоенной силой, наполняя

теплом мышцы, а тело покрылось мурашками, как при испуге от неожиданной опасности.

В кабачок вошла шумная группа людей. Один из них странно уставился на принца и, усаживаясь, не сводил с него глаз.

– Он, – неожиданно громко произнёс незнакомец и указал на принца рукой. – Взять его! И первый бросился в драку. Эмм, сидевший сбоку, тут же толкнул ногой другой стол под ноги незнакомцу. Это задержало его. Началась потасовка.

– Стоя-я-ять!!! Прекратить драку! – неожиданно раздался чей-то громкий и грозный окрик. – А не то я всех, как собак, перестреляю! – с этими словами хозяйка трактира, пожилая, но ещё подвижная и крепкая женщина, привыкшая ко многим неожиданностям жизни, выхватила из-под прилавка пистолет и выстрелила в потолок. В толстом бруске под потолком, было уже немало дырок.

Это только добавило масла в огонь. Драка пошла полным ходом: переворачивались столы, ломались стулья, летели бутылки и посуда. Эмм хотел схватиться с главарём, но между ними словно вырос какой-то верзила с ножом в руках. Его нож удачно проткнул сиденье табуретки, которой Эмм успел закрыться.

Принц сначала ничего не понял, и если бы не друзья, то его бы быстро схватили. Неожиданно его взгляд привлёк ослепительно сверкнувший на шее у незнакомца камень. Принц сразу всё понял:

– Камень Наследия! Так вот как это работает. Значит, это один из тех, кто должен поймать меня: работорговец, пират или ещё кто. Так значит, это всё правда!? – стремительно пронеслось у него в голове. – Значит, правда всё, что говорил мудрец. Значит, меня не просто выставили из дворца, чтобы никому не мешал. Значит, правда есть Камень Наследия и то, что меня могут продать в рабство.

Осознание истины и реальной угрозы происходящего наполнило его страхом, но этот страх словно подстегнул его.

Надо что-то делать? Но что? Он понимал, что один на один с этим главарём он, конечно, не справится. Принц был подростком, а главарь – взрослым мужиком, закалённым в боях и драках.

Главарь пробивал путь к столу принца, который сидел, ошеломлённый происходящим. Бандит грудью прыгнул на поверхность стола с протянутыми вперёд руками, рассчитывая сразу схватить принца за горло или одежду. Ар-ту ловко присел под стол, и чужак сильно ударился головой о стойку, выступающую из стены. Под руки принца попалось бутылка с разбитым горлышком. Забыв про кортик и хватив её как оружие, он выскочил сбоку от незнакомца, вцепился рукой в его одежду и одним движением ловко разрезал пояс вместе со штанами. Главарь тут же скатился в бок, вскочил и хотел опять броситься на принца, но штаны без пояса упали на сапоги, связав ему ноги.

Теперь, со штанами на коленках, он не мог быстро двигаться или прыгать. Чужак странно засеменил мелкими шажками к принцу, крича:

– Держите его!

Заметив, что сзади главаря стоит табуретка, принц прыгнул вперёд, со всех сил толкнул бандита назад и удачно вцепился в Камень Наследия. Падая, чужак крепко схватил принца руками, прижал к себе – и они вместе полетели на пол.

Как только принц схватил Камень Наследия, его тело пронзила сильная острая боль. Он не знал, что до тех пор, пока держишь свой Камень Наследия, который на другом человеке, будет сильно жечь руку и тело. Он не знал, что вдобавок боль другого человека переходит тебе, как будто вы ста ли одно целое. Упав сверху на чужака, он всем телом ощутил боль от удара на своей спине. Это была боль чужака, ведь это он упал на спину, но от этого принцу было не легче.

– Отпускать камень нельзя, – вспомнил он слова мудреца, – если взял его, то держи, пока не сорвёшь с противника.

Куда там держать! Тут всё тело словно огнём прижёг кто-то. От боли принц так закричал, что все вокруг на мгновение замерли. Так получилось, что, упав сверху на незнакомца, он заорал ему в самое ухо. Незнакомец отпустил его, отвернулся и зажал уши руками. Принц тут же сорвал Камень, скатился в сторону, вскочил и с криком «уходим!» – первый бросился к двери кабачка.

Как только принц сорвал Камень, вся команда противника внезапно ослабла и пришла в замешательство. Это помогло ему и его друзьям быстро выбежать и скрыться за ближайшим углом.

События в кабачке пронеслись со скоростью ветра и с виду удивительно удачно, но на самом деле принц здорово струсил. Только настоящий страх пришёл позже, когда принц Ар-ту уже скрылся от своих преследователей. Он сменил место ночлега и на другой день вышел в море и уже там, ещё два дня, жил под страхом нападения и даже во сне переживал эти события снова и снова.

Однако всё это принесло определённую пользу. Успокоившись, он стал читать «Книгу Капитанов» и всерьёз делать физические упражнения. Каждый раз, когда корабль выходил в море, он усердно занимался стрельбой из лука и пистолета, а также фехтованием саблей. Всех, кто так храбро защищал его в той драке, он приблизил к себе, но особенно доверенными стали Эмм и Гор. Может, просто потому, что ему с ними было более приятно проводить время, а может, и по каким-то другим, даже ему непонятным причинам.

Надо сказать, что Эмм и Гор оказались весьма хорошими фехтовальщиками и поэтому они часто шумно сражались с принцем на палубе. Особенно Эмм, он то посмеивался над его неудачными движениями, то хвалил и подбадривал, когда принц уставал. Это укрепляло их дружбу, и принц всё более попадал под влияние этих людей. Он всё чаще поступал по их совету, хотя они и не всегда были удачными.

Эмм как-то заметил, что принц стал читать «Книгу Капитанов» и по-дружески сказал:

– Принц, это, конечно, ваше дело. Читать, наверное, интересно, когда время есть, но не это главное. Главное – практика, а не теория. Главное – сила мышц и власть своего влечения, – при этом он согнул руку так, чтобы были видны его мышцы, и добавил: – Лучше провести день в физических тренировках, чем полчаса за чтением.

Это подействовало: принц перестал читать, а позже обнаружил, что из разных мест «Книги Капитанов» было вырвано более десятка листов, а «Книга Жизни» совсем пропала. На какое-то время это вызвало у него настороженность и подозрительность.

От Эмма и Гора принц перенял не только опыт фехтования, но и некоторые их привычки и наклонности, которые одобряли далеко не все члены команды.

– Я знаю. Я не глуп и сам вижу. Кто здесь капитан? – не раз отвечал он Рассу и вообще, принц стал более высокомерным и раздражительным при обращении с командой.

Расс весьма деликатно говорил капитану, что не ко всем советам Эмма и Гора необходимо прислушиваться, и что дела надо выбирать по их последствиям. Штурман напоминал, что «Книга Жизни» учит думать и предвидеть, чтобы избежать проблем и что неплохо, так же, узнать мнение штурмана, а уже потом что-то предпринимать.

– Ты что…! Будешь учить меня…, твоего капитана и принца, какие советы слушать, а какие нет!? – с раздражением выкрикнул принц и после этого их отношения стали ещё хуже.

Расс был прекрасным фехтовальщиком, но для принца его методы тренировок казались скучными и слишком придирчивыми. Расс был расчётлив и требователен и этим напоминал принцу отца. Расс уважал простую похвалу и не любил больших и пышных эмоций. Он требовал точной отработки искусства движений, скорости реакции и балансировки тела.

Эмм и Гор учили по-другому. Они не добивались от него ни искусства фехтования, ни балансировки тела и, честно говоря, не столько тренировали, сколько льстили, поддавались и жалели. У принца, выросшего во дворце и избалованного эмоциями и жалостью матери, осталась потребность в людях, создающих ему подобные чувства. Эмм и Гор были почти идеальны для этого. Они лестью утверждали его авторитет и достоинство и при этом жалели, сочувствовали и высмеивали Расса.

В результате штурман Расс оказался далеко от близких друзей принца. Расс и Ар-ту стали как два берега одной реки: они были необходимы друг другу, но никак не могли сойтись вместе.

МОРСКОЙ САД

Чудны тихие морские вечера! Лёгкий ветерок ласково раздувает паруса. Корабль легко скользит по тихой воде, разрезая ленивую, словно утомлённую волну. Море, расступаясь с лёгким шумом, пропускает корабль и, сворачиваясь лёгкой пеной, бежит по обеим его сторонам.

Как прекрасен и романтичен закат в море. Огненный диск, приближаясь к горизонту, становится больше и краснее, движется всё стремительней и кажется, вот-вот рассечёт морскую гладь. Стихии как исполины сходятся в единоборстве, и невольно ожидаешь фонтаны и снопы брызг, огня и пара от столкновения великих и противоборствующих стихий огня и воды. Но вот, словно прощаясь, одинокий луч скользнул по парусам и угас.

В море нет уличных фонарей, зато какое там звёздное небо! Оно поражает глубиной и переливами мириадов мигающих звёзд. Какие они большие и яркие! Сколько романтики навевают они на тех, кто, утопая в их бесконечности,

наблюдает за их красотой. А как чудесен в ночи светящийся зеленоватый след на воде за кормой корабля! Шлейф, светясь магическим отсветом тайн потревоженного моря, шевелится и кружится в волнах, завораживая всех редким и необычным зрелищем. Даже в тёплых южных морях такое зрелище не часто бывает.

На корабле никто не спешил спать. Почти все сидели на палубе и рассказывали различные интересные истории.

– Какая красота! – романтично прошептал Эмм, глядя на звёздное небо. – А сколько красоты, которой я никогда не видел и, наверное, никогда и не увижу. – Задумчиво добавил он.

– Это точно, – отозвался Гор.

– Смотрите! Вон, почти на горизонте, Малая Медведица, а Большая Медведица даже за горизонтом скрылась. А это сбоку, что как светлая полоса, Млечный Путь. А смотрите, в Млечном Пути звёзд больше, они ближе друг к другу, только немножко не такие яркие, а как в лёгком тумане.

Неожиданно раздался тяжёлый вздох, и недалеко от корабля в небо шумно полетел большой фонтан воды.

– Ну вот, даже кит приплыл рассказы о звёздах послушать, – весело произнёс Гор.

– А говорят, что в море есть прекрасный Морской Сад, где цветут необычные морские цветы, – вздохнув, сказал Эмм. – Это место не остров и не берег, а безграничный сад посреди моря, так как только море ограничивает его со всех сторон.

Круглый год цветёт Морской Сад, но только раз в три года он расцветает особенно пышно и красиво. Говорят, что сейчас это как раз третий год.

Всё это было похоже на выдумку, но Ар-ту когда-то уже слышал об этом.

– Это не Морской Сад, а морское болото, – раздался из темноты голос Расса. – Многие, кто туда заплывают, не возвращаются. Лучше на острова Дисци сплавать, – сказал он своё мнение.

– Да что ты такое говоришь, – резко вспылил Эмм, подскочив как ужаленный. – Что ты путаешь да ерунду несёшь? Мы говорим о Морских Садах, а ты о каких-то болотах. Что у них общего, а?

– Слушай, ну не с тобой же разговаривают и не тебе это предлагают, – поддержал Эмма Гор. – Ты делаешь свое дело, вот и делай то, что тебе капитан укажет? Здесь принц всё решает, а не ты.

Настроение у принца было хорошее и он, чтобы его не портить, предложил:

– Давайте сегодня спать, а завтра решим, что делать. Всю ночь принцу снились сказочно прекрасные Морские

Сады.

Утром, подавая капитану завтрак, Эмм спросил:

– Что решили, капитан. Сплаваем посмотреть Морской Сад? Я столько про него слышал, а видеть ни разу не видел.

– Посмотрим, – уклончиво ответил принц, – но он мне всю ночь снился. Только никому не говори об этом.

– Так точно капитан, – обрадовался Эмм.

– Вот и отлично, а пока идем по курсу, как и назначено.

В очередном порту, сдав груз и удачно распродав свои товары, принц немного задержался. Он был уже довольно опытный как в мореплавании, так и в том, что одному ходить опасно. Он всегда держал при себе Эмма и Гора. Вечером они втроем сидели в портовом трактире «Морской Рак», где было немало народу и, пользуясь случаем, принц спросил посетителей о Морских Садах.

– Так там не только Морской Сад, а большой остров, окружённый этими садами, – пояснил незнакомый боцман, сидя за столиком с двумя матросами. – Там всё прекрасно: и необычный морской сад, и остров с хорошим портом, и роскошный большой город на берегу моря. Там даже есть единственный в мире Цирк Капитанов, но это только для избранных или для гостей по специальному приглашению.

– А какие товары там ценятся? – спросил Ар-ту.

– Там главное, чтобы ты приехал, а не твой товар, – ответил боцман. – Там даже праздники устраивают для новичков. Встречают торжественно, красивые девушки из морских цветов венок на шею оденут, в щёчку поцелуют. Все тебе улыбаются, поздравляют с приездом. Если бы не дела так и жил бы там, – добавил он.

– Место красивое, это правда, – сказал пожилой человек с посохом, сидя за другим столиком. – Я там два раза бывал, но весь этот остров: с морскими садами и с красивым городом – это тюрьма огромного размера и оттуда так просто не убежишь. Если бы не помощь пастуха…

– Эй! Закрой рот! – грубо и резко выкрикнул Гор и зло стукнул кружкой по столу.

– Ну, если тебе там не понравилось, то это не значит, что надо портить всем настроение, – тоже сердито отозвался боцман.

– Лучше плыть на остров Дисци, – продолжил незнакомец, обращаясь к Ар-ту. – Там лучше. Там есть то, что необходимо для счастья. Там можно научиться предвидеть, чтобы избежать…

Гор злобно оттолкнул табуретку ногой, вскочил и схватился за шпагу.

– Или ты замолчишь, – гневно выкрикнул он, – или…

Незнакомец спокойно встал, взял свой посох и пошёл к выходу. Гор кивнул боцману, боцман кивнул ребятам, и двое пошли за незнакомцем из трактира. На выходе за ними

устремился ещё один здоровяк.

Ар-ту понял, что бедняга попал в беду, хотел остановить это…, но Эмм и Гор положили руки ему на плечи и посадили на место.

– Это его проблемы, – сказал Гор, – а не твои. Каждый отвечает только за свои дела.

Назад долго никто не возвращался. Боцман забеспокоился, вдруг его ребята перестарались? Двое других побежали узнать, в чём дело и скоро притащили одного матроса под

руки. А двое других кое-как плелись сзади, хотя никаких синяков и даже следов драки видно не было. Те, что пришли сами, что-то бормотали и ругали себя за какие-то дела. Тот, кого притащили, вдруг очнулся и заговорил о прощении. Боцман, злобно рыча, выплеснул на него кружку напитка, дал пощёчину и грубо приказал:

– Молчать! Остынь немного!

Весь трактир замер от страха и удивления, словно спрашивая: «Как это могло случиться? Ведь их было трое и все бывалые и здоровые ребята».

– И как я сразу не догадался, – досадно бурчал боцман,

– что старик из клана Дневных Сов. Его ведь даже по поведению и манерам вычислить можно. Только они, таких молодцов, быстро могут на стык миров отправить.

– А что такое «стык миров»? – спросил Ар-ту.

– Тебе лучше не знать об этом, – огрызнулся боцман, – спокойней жить и спать будешь.

– Да мы его сейчас, всей толпой, в грязь превратим! – стукнув кружкой, выкрикнул молодой матрос, гордо сидя за соседним столом.

Боцман неожиданно так треснул кулаком по его столу, что посуда со звоном подпрыгнула, и что-то упало на пол. Матрос побледнел, замер и под столом образовалась лужа.

– Трус! – морщась, презрительно произнёс боцман. – Стука испугался, а ещё хвалишься. Эти, уже попробовали это сделать, – и он с досадой кивнул на своих ребят.

– Вообще, – сказал боцман, – без очень острой необходимости, Дневных Сов лучше не трогать. Они очень трудная и опасная добыча.

Взглянув на своих, Ар-ту заметил, что Эмм застыл в нерешительности и был красный, как от стыда, а у побледневшего Гора нервно задёргался подбородок и правая щека. Гор стал трясти Эмма, приводя его в чувство, затем схватил принца за плечо и потащил обоих наверх в комнату.

Принц чувствовал, как у всегда сильного и самоуверенного Гора дрожали руки. Тащась за ним, Ар-ту вдруг подумал,

что если честно, то в его команде всего две сильные личности: это Гор и штурман Расс. Просто Гор почему-то, держится в тени, Эмм явно в его власти и исполняет его желания, или, как говорят, палочка выручалочка, чтобы таскать каштаны из огня. Вся команда разделилась между Гором и Рассом, каждая сторона подчиняется только своему лидеру и между ними идёт война за влияние на принца.

– Уходим! Уходим! – сильно тормоша за плечо и не давая думать, кричал Гор ему в ухо. – Для тебя слишком опасно даже видеть такое. Наверняка кто-то приготовил для нас ловушку.

Два дня, пугая засадой, Гор не разрешал своему капитану выходить из комнаты. Корабль был срочно загружен зерном, и они сразу отплыли. Уже в море Ар-ту сказал Рассу рассчитать курс на остров Цирк. Расс отказался это сделать. Гор, слышавший их ссору, подошёл и тихо сказал принцу.

– Так у тебя не получится. Ты капитан, и ты должен не просить, а требовать: я, капитан, приказываю… – и тогда он сделает то, что тебе надо.

Принц повторил всё, как научил Гор. Расс сразу обмяк, осунулся в лице, но пошёл исполнять приказ.

– Здорово ты научил! – восхищённо сказал принц. – Я теперь со всеми так говорить буду.

– Нет! Со всеми не надо, – с тревогой на лице и немного испуганно ответил Гор. – Мы всё-таки друзья. Но если Расс тебя не слушается, то для него это в самый раз.

Х

Время шло, как наконец рано утром все прилипли к борту корабля от крика вперёдсмотрящего (вперёдсмотрящий – это человек, который сидит на верху самой высокой мачты в специальной корзине и смотрит вдаль вокруг корабля).

– Земля! Земля! Справа по борту и прямо по курсу я вижу землю! Подплыв ближе, все увидели покрытую причудливыми растениями и цветами, простирающуюся до горизонта

бескрайную долину. Подплыв вплотную, они рассмотрели, что в лучах восходящего солнца, поражая воображение цветами и оттенками, на лепестках цветов как бриллианты сверкали капли воды, а всё поле оказалось выступающими из воды цветущими морскими водорослями. По этому полю никогда с ликующим криком не пробегут дети, не раздастся их озорной смех или счастливые голоса родителей. Здесь никогда не ступит нога человека.

Принц невольно вспомнил слова Расса: это не морской сад, а морское болото.

– Это и есть Морской Сад? – удивлённо спросил принц.

– Да ну-у-у. Это только начало, – самодовольно ответил Гор.

– Я думаю, нам надо взять вправо и плыть, пока мы не найдём проход. Здесь должен быть чистый проход к острову Цирк.

Корабль взял вправо и к полудню нашли широкий проход, прямой как дорога к звёздам и чистый от всех водорослей.

– Здесь особое морское течение, – пояснил Эмм. – Оно как раз ведёт к острову Цирк и огибает его с одной стороны, а потом разделяется на несколько узких протоков. Остров Цирк как бы защищён от неожиданных нападений почти со всех сторон, – с гордостью добавил он.

Подгоняемый попутным ветром и сильным морским течением, корабль грациозно плыл по проливу а по сторонам действительно было прекрасное зрелище. Морские водоросли, уплотнённые течением по краям пролива, поднимались над морем. А кое-где, набросанные друг на друга штормами, были очень похожи на холмы. Это были необычные и способные цвести над водой водоросли. Море цветов, переливаясь всеми цветами радуги, создавало захватывающее и грандиозное зрелище. Всё это посреди открытого океана простиралось настолько, насколько глаз мог видеть. Они как бы неслись на корабле по прекрасной и бесконечной садовой аллее.

– Корабль на горизонте. Прямо по курсу и справа по борту вижу корабль, – закричал вперёдсмотрящий.

Глядя в подзорную трубу, принц задумчиво сказал:

– Странный корабль. У него обломаны мачты и порваны паруса. Может, им помощь нужна? – добавил он.

– Кому им? – переспросил Эмм. – Там уже никого нет. Он, вероятно, лет десять стоит здесь, а то и больше. Просто застрял в водорослях, вот и всё.

– Слушай, так ведь и мы можем застрять и погибнуть, как они?

– Не-ет, если плыть по течению адмирала Влеко, то никогда не застрянешь, а когда двинемся обратно, то возьмём разрешение и лоцмана, который выведет без проблем. А эти,

– Эмм махнул рукой в сторону остова корабля, – сами плыли, без лоцмана, вот и влипли.

– Оттуда так просто не убежишь, – вспомнил принц слова человека из клана Дневных Сов. Страшная догадка промелькнула в его голове, но он опять промолчал.

– Не печалься за них, – ободрил принца Эмм, – лузеры и невезучие всегда есть, а мы скоро будем в уютной пристани красивого города. Ты уже несколько лет плаваешь, а по настоящему ни разу не отдыхал. Разве ты не заслужил отдыха? – не умолкая, говорил Эмм. – Ты трудился, не жалея ни себя, ни команду и накопил немало богатств. Разве ты или мы не достойны хорошего отдыха за свои труды? Пожалей себя, принц! Расслабься, здесь нет врагов. Сюда со всего мира едут отдыхать и наслаждаться красотой Морского Сада и острова Цирк. Побудь здесь немного, а там видно будет.

Эмм прекрасно знал, что напоминания принцу о жалости к себе, но не к другим, всегда отлично срабатывает, в пользу желаний Эмма. Зная рычаги воздействия на капитана, Эмм умело использовал их в своих целях.

А ветер нёс и нёс сладковато-терпкий аромат морских цветов, от которого увеличивалось возбуждение. У всех заблестели глаза, грудь вздымалась от глубокого дыхания, а кровь стучала в висках. Думать уже ни о чём не хотелось.

Только Расс и его друзья печалились и молчали, однако принц уже не обращал на это внимания. Отчаявшись, Расс решительно подошёл к принцу и предложил:

– Ваше Величество, давайте повернём назад. Мы уже посмотрели морские цветы и ощутили их аромат, теперь можно и обратно повернуть, – очень деликатно предложил он.

– Что!? Ты чего придумал, а? Назад повернуть? – резко и злобно набросились на него Эмм и Гор. – Да мы ещё на острове не были. Капитан, дай ему приказ не вмешиваться,

– брызгая слюной, злобно кричал Гор, и его правая щека нервно задёргалась.

Принц, возбуждённый дурманящим запахом цветов моря, обращаясь к Рассу и его друзьям, резко произнёс:

– Как капитан я приказываю больше таких предложений не делать. Никаких вопросов не задавать, назад поедем, когда я прикажу. Всем ясно?!

Ближе к вечеру они увидели вдали остров. Окружённый со всех сторон яркими цветами моря, покрытый с одной стороны лесами и небольшими горами, он был как желанная жемчужина в прекрасной оправе.

В уютной и просторной бухте острова было много как кораблей, так и небольших судёнышек и лодок, нагруженных цветами моря. Из этих цветов на берегу сплетали венки и симпатичные девушки, с озорными улыбками, торжественно надевали их каждому сходящему на берег.

С той стороны океана, откуда часто дули сильные ветры и приходили большие волны, порт был хорошо защищён высоким скалистым берегом, а у входа в гавань стояли два сторожевых корабля, всегда готовых к выходу в море.

ЯРМАРКА ЯЗЫКОВ

Город был красив и живописен. Кроме прелестей природы его украшали здания различных размеров и стилей. Старинные и современные, просто красивые и горделивые как королевские дворцы, причудливые и совсем необычные.

В глубине города красовалось огромное и ярко украшенное здание особой формы.

– Это что за здание? – спросил принц.

– Это Цирк Капитанов, – с гордостью ответил Гор и добавил: – Я думаю, что мы там побываем.

– Так мы можем и сейчас пойти посмотреть.

– Нет-нет. Тех, кто первый раз приехал, туда просто так не пускают. Надо сначала приглашение получить, а потом ходи, сколько хочешь.

Какое ещё приглашение?

– От хозяина цирка или от мэрии города. Ну, от городского управления, – пояснил Гор.

– Знаешь, я никогда раньше не слышал о Цирке Капитанов, – признался принц. – Почему он так называется?

– Не знаю, но я думаю, придёт время, узнаем, – уклончиво ответил подошедший Эмм. – Если хочешь, пошли скорее, город посмотрим. Да, о корабле и о товарах не беспокойся. Тут всё честно и везде порядок. Портовые смотрители всё определят. Они специально для того и приставлены, чтобы все приплывшие могли отдохнуть и расслабиться.

– Откуда ты всё так хорошо знаешь? – удивился принц.

– Вы же говорили, что ни разу здесь не были?

– Земля слухом полна, – опять уклончиво ответил Эмм. Принцу и самому не терпелось всё посмотреть. Когда на берегу девушки грациозно одевали им венки из морских цветов, он заметил, как Гор странно подмигнул одной девушке, и она, тут же заменила его венок на другой. Запах от венка сильно возбуждал принца и позже он почувствовал, как кровь упругими волнами ударяет в виски, и как-то странно изменилось его зрение. Почувствовав себя неуверенно, несмотря на возражения Гора, он отшвырнул свой венок в сторону.

Перед входом в город на центральной улице была красивая триумфальная арка и надпись: «ЗДЕСЬ ВСЕ – КАК КОРОЛИ».

Переходя из здания в здание, принц был поражён размерами и роскошью отделки залов. Он видел высокие колонны, пышно украшенные наверху лепкой, и сложную мозаику, а в некоторых местах потолок состоял из двух, трех и даже четырёх ярусов, уходящих один за другой. На стенах и на потолке были и красивые картины, и орнамент, и золотая отделка. Всё это создавало полную иллюзию глубины пространства, свободы чувств, роскоши и воображения.

Часть залов была освобождена для желающих танцевать, а вокруг стояли различные столики, покрытые зелёным сукном, за которыми люди азартно играли и разговаривали. Если кто-то желал пить или что-то перекусить, то стоило поднять руку, как сразу подбегала прислуга и быстро приносила то, что заказывали.

Принц вырос во дворце и поэтому не был шокирован всем, что увидел в этом городе. Он понимал, что почти всё это

– дешёвая подделка, но всё было в таком масштабе и разнообразии, что поражало воображение и смотрелось роскошно, пышно, ярко и необычно. Всё это восхищало и усиливало чувство гордости и самозначимости людей.

Во всех залах принц чувствовал тонкий, возбуждающий и дурманящий аромат. Этот аромат Гор называл запахом свободы, денег и славы.

Необычными были не только здания и украшения, но и всё остальное: люди, одежда, манера поведения и разговоров, мнения о жизни и так далее. Здесь, словно по мановению волшебной палочки, всё было собрано в одну пёструю кучу и выпячено – выставлено на показ. Видимо, большой плакат: «ЗДЕСЬ ВСЕ – КАК КОРОЛИ» имел сильное влияние на сознание, гордость и эмоции присутствующих.

Многие стояли и восседали более горделиво, чем настоящие императоры. Их взгляд на всё и на всех был снисходительным, свысока и с различной долей пренебрежения. Чтобы подчеркнуть своё превосходство и достоинство над другими, многие громко разговаривали, как истые знатоки

обсуждали какие-то проблемы, азартно спорили, но никто друг с другом не соглашался. Некоторые говорили надменно и часто применяли неприличные слова и выражения, видимо, думая, что этим подчёркивают свою особенность. Все их споры в основном были о чем-то, что часто не бывает важным ни для жизни, ни для торговли, ни для других дел. Главное, они старались сделать вид, что они действительно знатоки чего-то и профессора наук. На самом деле многие были совсем не деловые и не крутые люди, как это показалось сначала. Но здесь они выставляли себя, как звёздные короли. Неожиданно всё это произвело неприятное впечатление на принца.

– Вы знаете, – обратился принц к своим друзьям, – здесь многое напоминает историю про графа Баламута.

– Никогда такой не слышал, – признался Эмм.

– Мне отец иногда рассказывал, – продолжил принц,

– как, надеясь получить хорошую придворную должность, к одному королю пришёл человек и торжественно представился: прямо из-за границы, профессор всяческих наук, граф Баламут к вашим услугам. В разговоре граф Баламут много говорил о потусторонних тайнах, о прекрасной ауре вокруг короля и о прочих подобных вещах. Король понял, что на самом деле Баламут проходимец и мошенник и сказал графу:

– У моего порога и так грязи много. Только тебя здесь ещё не хватало. Для страны нужны деловые люди, а не деловые мошенники. И мне нужны люди, умеющие думать государственно, а не только о своём кармане.

Король приказал выгнать Баламута из своего королевства. Говорят, что без таких людей на королевской службе страна до сих пор живёт богато и счастливо.

– И к чему ты это вспомнил? – кисло удивился Эмм.

– Да к тому. Я думал, что здесь особенные люди: ну бизнесмены на отдыхе или действительно крутые, которые большие дела делают. Ведь недаром же они крутые. А тут-то всей особенности: смотри на всех свысока, чаще вставляй грубые

или неприличные слова, болтай, что в голову пришло, и делай вид, что ты граф на отдыхе. Вот и всё. Со стороны сразу видно, что они не те, за кого себя выдают.

Они даже не думают, что грубость и эгоизм всегда отталкивают и этим портят впечатление о себе. С ними страшно дела иметь. Они ненадёжны, и не дай Господи, с такими деньги делить. Они сразу страшней врагов станут.

– В общем, так, – махнув рукой, небрежно произнёс принц, – дешёвая подделка. Настоящие крутые так себя не ведут.

– Неужели!? – насмешливо сказал Гор, – правильно говорят, что первые два-три недостатка, какие сразу видишь в других, в тебе точно есть. Вот ты это и заметил.

– Видишь, какое это хорошее место, – насмешливо добавил Эмм, – ты даже умнеть начал.

Принц поморщился как от кислого лимона, но сказал о другом:

– Мой отец говорил: несчастен и ненадёжен тот человек, кто считает себя намного лучше, чем он есть.

– А это ещё почему!? – удивился Гор.

– Такой человек недоволен любым своим продвижением, так как уверен, что достоин большего, и ненавидит своё настоящее, так как считает, что это унижает его достоинство. Такие люди легко становятся завистниками, а завистники всегда опасны. Они предают друзей просто так, из-за своей зависти. Завистливый друг – это тайный враг, от которого надо держаться подальше. Всегда хороши те люди, кто, может, и не так способен, но зато доволен тем, что имеет, а значит, более надёжен.

– Смотри, как ты здесь поумнел, даже рассуждать стал необычно для себя, – недовольно прервал его Гор. – Лучше по сторонам посмотри. Какая красота кругом! Пошли, я кое-что покажу тебе, – и он неопределённо махнул рукой. Он явно старался прекратить рассуждения принца, но сказать прямо об этом пока не решался.

КОНФЛИКТЫ И ВОЙНЫ

За время, проведённое в роскошных залах, принц многое увидел и наслушался разных историй, случаев и мнений. Здесь хорошо работал принцип: мы странно встретились и странно разойдёмся. Ты меня не знаешь, а я тебя не знаю. Даже если я поделился своей тайной, ты не расскажешь тем, кому нельзя этого знать, потому что вы просто не знаете друг друга. Это древний принцип, когда люди более откровенны с чужими, чем с близкими или друзьями.

Здесь рука случая и судьбы собрала в пеструю кучу всё: от нелепых и смешных историй, до покалеченных судеб и страшных запутанных путей и понятий жизни. Здесь не только в зале, но даже за одним столом, развалившись в креслах, могли беседовать люди разного образа жизни: успешный сельский житель, бизнесмен, мошенник, вор карманник и человек с большой дороги. Для одних беседа была отдыхом, для других работой, ведь им надо было определить свою очередную жертву. (На острове Цирк старались не писать в газетах о частых кражах и разбое.)

В одном зале принц с интересом наблюдал, как король, царь, султан и хан, весело смеясь, играли в кости под щелчки в лоб. Каждый, кто получал щелчок, снимал корону и потом надевал её. Один из них даже помахал принцу рукой, хотя принц видел его впервые.

За другим столом были азартные игроки в карты. Случайно зелёная скатерть с этой стороны стола была сдвинута, и принц заметил, как под столом, в рукавах, за поясом, или в специальных лифчиках, двое из них быстро меняли свои карты. Вероятно, играли опытные шулеры, но другим двум они казались честными игроками.

Прогуливаясь по залам, принц часто вступал в разговоры и спорил, но его не все понимали, над ним посмеивались и даже намекали на неприятности. Живя во дворце, принц

думал, что он один такой особенный, необычный и крутой. А как же? Ведь он сын короля и королевы и наследный принц своей страны. Здесь он понял, что каждый считает, что только он необыкновенный и что только он исключение из всех правил жизни и таких тысячи и миллионы. Особенно его поразили некоторые услышанные убеждения людей:

– А я считаю, что всё честно и правильно, когда я поступаю особым образом. Но это уже не честно, когда со мной тоже так поступают.

– Совесть требует благодарности и уничтожает месть и обиду. А зачем мне совесть, если для меня месть – это наслаждение.

Подобных мнений было немало, но почему-то они вызвали бурное противоречие в душе юноши. Честно говоря, Ар-ту и сам жил примерно так, как говорили эти люди, но считал, что это только его особые понятия о честности и других духовных качествах. Раньше он не задумывался, как уродливо может выглядеть подобное искажение нравственности в больших масштабах. Теперь, когда он увидел это в огромном количестве и разнообразии, собранное в одно место и выставленное на показ как особое достоинство, то невольно подумал, что на самом деле это похоже на болото с тухлым запахом, и что он уже в этом болоте. Его охватил ужас. В страхе, ещё считая себя кем-то особенным, он как бы закрылся в крепости для обороны и невольно стал защищать другие ценности жизни, слышанные им от родителей, Расса и мудреца Илия.

– Наверно, есть что-то, что удерживает мир от разрушения, – думал он, – если жить только так, как здесь говорят, то мир давно бы погиб. Но раз мир ещё есть, значит, что-то его держит?

– А вот у меня был в жизни другой случай, – услышал принц в другом месте, – мои родители были потомственные бухгалтеры. Они с детства высмеивали в нас жалость и сочувствие к другим. Они приучали нас быть равнодушными

к их нуждам и смеялись над нами, когда нам, детям, было кого-то жалко. Даже неважно кого: зайчика, белочку или человека какого. Нельзя так сочувствовать и быть жалостливыми, – говорили они. – Помните, нахальство – это второе счастье. Сухой расчёт – ваше будущее, а жалость, порядочность и совесть – к бухгалтерии, не относятся.

– Ну и что же из этого получилось? – с интересом спросил сосед по столику.

– Я думаю, что получилось. Как только одна из сестёр обманом и лестью добралась до денег и имущества родителей, то сразу выгнала их из дома. Нас было два брата и две сестры, но когда это случилось, то никто не взял их к себе. Так никто и не знает, где и как они померли.

– Да-а-а, хорошо вас воспитали, – с насмешкой сказал толстый господин и все засмеялись.

– Хорошо-то хорошо, – согласился рассказчик, – да со временем беда появилась. Мои дети выросли, знают наше прошлое, хорошо усвоили бухгалтерию, но у них, как и у многих сейчас, совсем нет терпения: им хочется сейчас, всё и сразу. Я богат, и у нас есть всё, но жить стало страшно. Того и гляди, родные дети обманут и выгонят или ещё что-нибудь хуже сделают.

– Да-а-а. Это уже серьёзная проблема, – добавил сосед по столику, – вы явно перестарались с их воспитанием. На одной бухгалтерии долго не проживёшь, быстро за ненужностью спишут. Нас родители учили, что во всём должна быть доля сочувствия и морали, тогда жить будешь безопасней, счастливее и дольше.

Принца как будто за язык дёрнули, и он вступил в разговор.

– Знаете, в племени дикарей один человек сказал детям, что завтра поведёт своих родителей к священным крокодилам на краю света.

– Зачем? – спросил старший сын.

– Родители уже старые, и теперь в этом есть смысл. Не надо будет кормить и заботиться о родителях – это раз. Я

сразу стану богаче и хозяином всего – это два. Будет больше места в доме – это три.

– Отец, возьми меня с собой!

– Зачем?

– Я тоже хочу того, что и ты хочешь, и я уже почти вырос. Я уже сейчас хочу знать ту дорогу, по которой скоро потащу тебя к крокодилам.

Все засмеялись, а принц продолжил:

– Не зря Творец учил, что надо почитать отца и мать. Ваши родители надругались над этой заповедью. Вы пошли дальше, а ваши дети, похоже, хуже зверей стали. Хотя, конечно, если считать по эволюции, что человек – это животное, то у животных всё может быть. Я понимаю, что нехорошо требовать от животного того, что ему не свойственно.

– Молодой человек! – взвизгнув от обиды, оборвал его кто-то. – Не надо обвинять человека за его воспитание. А вообще, как говорят либералы, если вы в тайне делаете то, что выходит за принятые рамки морали у вас в семье или перед Творцом, то мы с вами уже одинаковы. Мы просто откровенны с вами о своих взглядах, а вы свои, пока занавесочкой прикрываете, чтобы не так видно было. Вот и думаете, что мы хуже вас. Так вот, мы не такие плохие, как вы думаете, но мы можем помочь вам освободиться от всякой морали, совести и личной ответственности.

Выслушав, принц задал вопрос:

– А вы сами как считаете, откуда произошёл человек? Наступила пауза.

– Человек – это высшее звено творения природы и эволюции. Да, человек – это животное, но это животное является венцом в цепи эволюции, – гордо произнёс незнакомец.

– А чего тогда вы обижаетесь на мои слова? – удивился принц. – Неважно, какое вы звено в этой цепи, но важно понимать, что животное – всегда животное.

– Вы невоспитанный нахал, – брызгая слюной, выкрикнул человек в лицо принца, стараясь обидеть.

Принц понимал, что, начав подобную игру, он не может уподобиться злобному человеку в своём ответе. Поэтому произнёс:

– Говорят, что врачи на больных не обижаются. Больной есть больной. От него всего ожидать можно. Я на вас тоже не обижаюсь. Нехорошо обижаться на животных – они ведь даже не знают, что делают.

Незнакомец сжал кулаки и, брызгая слюной в порыве злости и ненависти, весь подался вперёд. Но между ними появились Эмм и Гор.

– Остынь! – грозно прошипел Гор в лицо собеседнику принца, – его время ещё не пришло. Понял!?

– А ты поменьше упоминай о Творце и морали, – неожиданно строго и сердито, словно приказал Гор принцу.

Негодуя на приказной тон, принц сказал:

– Как капитан я приказываю всем немедленно вернуться на корабль, и мы отплываем.

Это вызвало некий шок, Эмм побледнел и задёргался, как от внутреннего перенапряжения.

– Слишком поздно, чтобы ты мог мне приказывать, – надменно усмехаясь, ответил Гор и добавил: – Раньше надо было, а теперь мы уже там, где надо. Лучше походи вокруг, остынь от гнева и недовольства.

Принц был в шоке от приказного тона, но проглотив оскорбление от Гора, отправился прогуляться, подумать и поразмышлять над происходящим.

ЧЁРНЫЙ ОРАКУЛ

Под влиянием услышанных личных откровений людей ему стало казаться, что их, этих принципов жизни, вообще не существует. Что действительно всё можно и всё безнаказанно. Только в глубине его сознания что-то твердило, что это не совсем так и что он здесь, как в болоте.

Ему даже казалось, что все, словно сговорившись, пытались убедить его в том, что вся эта мишура обмана, измены и прочего – и есть норма жизни. Они словно нарочно старались расшатать и развалить то, что он, хотя и не жил так, но ещё считал моральными устоями жизни. На какой-то момент юноше стало просто нехорошо, и он присел отдохнуть за столик.

– Ба-а-а! Смотрите! Чёрный Оракул новые уши нашёл! – насмешливо сказал кто-то из проходивших, и все засмеялись. Ар-ту посмотрел на худощавого человека, с равнодушно скучающим лицом сидящего напротив, но, не видя ничего

необычного, спросил:

– За что они вас так не любят?

– Это не только меня, но всех, кто мыслит не так, как они, – ответил незнакомец. – Пока человек жив, у него может не быть друзей, но враги, насмешники и завистники всегда найдутся.

– Люди здесь немного странные, – поделился впечатлениями принц, – очень горды и как будто перевозбуждены чем-то.

– Здесь в воздух добавлен особый наркотик чёрных цветов моря, – объяснил незнакомец. – Запах наркотика называют запахом свободы и денег, власти и безнаказанности. Этот запах возбуждает некоторые чувства и эмоции, но сильно подавляет здравый смысл. Как богатому страшно жить среди бедных, так и человеку, имеющему значимость и ценность чувств, опасно жить там, где нет морали. Если ваша душа что-то не принимает, то лучше уезжайте.

– А вы что, правда, оракул и пророк?

– Не совсем. Чёрный Оракул или Чёрный Пророк – это моё прозвище. Но я называю себя мистер Пепел. Пепел – это пыль от золы, в которой уже нечему гореть.

С одиннадцати лет я плавал на работорговом корабле, где мой отец был хозяином и капитаном. На корабле я не знал слова «НЕТ» и мне было позволено абсолютно всё. Если

в своё первое плавание я уходил мечтательным мальчиком, то в тринадцать лет я уже был циничным и развращённым эгоистом и работорговцем. Я провёл бурную и беспорядочную молодость, был уверен, что всё можно и всё безнаказанно. Я жестоко ошибся. Я не знал, что ошибки прошлого всегда догоняют в будущем и что за прошлое приходится платить в настоящем. В моей душе все чувства и эмоции словно умерли и выгорели дотла. Меня уже ничего не волнует, не радует и не вдохновляет. На моём лице вы видите следы расплаты за прошлое, печать духовного банкротства: тоска, скука и безразличие. Хотя я физически здоров, богат, силён и мне ещё нет и сорока лет. Люди с таким банкротством – наркоманы и алкоголики. Но я есть то, что пока есть.

– А что страшного вы пророчите?

– Напоминаю закон бухгалтерии, что за всё приходится платить: как физически, так и духовно. Предупреждаю, что беспорядочное использование чувств, эмоций и наслаждений приводит к потере их значимости и ценности в человеке. Эта утрата и есть духовное банкротство.

– У каждого свои приоритеты, – усмехнувшись, возразил Ар-ту и откинулся на спинку стула.

– Это не из той оперы, – ответил ухмылкой мистер Пепел, отпивая из бокала. – Одно дело, когда разговор о товаре, другое, когда вы теряете личное счастье и даже радость и смысл жизни. Нас окрыляет, вдохновляет и даёт сил только то, что есть значимо и ценно именно для нас. В жизни только одно вызывает наслаждение – это тепло от горящих чувств, а не созерцание цифр, холодного камня или металла.

Древние тоже знали об этом, например, у древних греков, есть большое количество историй на эту тему. Когда люди, после потери ценности и значимости своих чувств, бросали красавиц жён, детей и друзей, обычные и большие дела и уходили на поиски чего-то особенного. На поиски того, что, по их мнению, могло бы опять оживить их чувства, сделать их счастливыми и значимыми. Проходили годы, и они

возвращались на родину, так и не обретя то, что искали. Они с горечью видели, что уже стали чужими как жёнам и детям, так и своим согражданам. Они вдруг с ужасом понимали, что их жёны – были самыми красивыми и верными, что их дети выросли хорошими, но без них, а брошенные ими дела закончены теми, кем теперь гордятся и называют героями и великими.

Беда, когда люди забывают, что духовные ценности создают и ищут внутри себя, а не снаружи. Правда, от таких людей тоже есть польза: они вошли в историю народов и стали примером того, как не надо жить.

– Красиво сказано, но как это может быть?

Мистер Пепел сделал короткую паузу и отпил из бокала.

– Точно так же, как мы физически выбрасываем из походного сундука то, что не представляет для нас ценности. Точно так же наше подсознание безжалостно уничтожает и удаляет всё, что потеряло для нас духовную значимость. Тогда нас уже ничего не возбуждает и не вдохновляет, ничего не радует, всё становится неинтересным, серым и скучным. Как говорят: он – лёд и камень. Или ещё говорят, что человек сам от себя устал и сам себя пережил. Когда это случается, то уже не живут, а безрадостно, скучно и бесцветно доживают свою жизнь, как бы отбывая свой пожизненный срок. Такой человек духовно обанкротился.

– Ну, это, наверно, только в глубокой старости, – усмехнулся принц.

– Здесь дело не в возрасте и не в силах или здоровье, – возразил мистер Пепел. – Дрова горят не оттого, что их зажгли, но оттого, что в них есть чему гореть. Чувства, эмоции и радости – горят только своей ценностью, своим смыслом и значимостью.

Когда молодые люди впервые берут друг друга за руки, то в них вспыхивает трепет, пожар чувств и эмоций. Это соприкосновение рук их греет, радует, восхищает и для них много значит.

А когда для людей любовь значит не больше, чем ещё раз воды попить то, что в них будет гореть? Что будет их возбуждать и радовать? Что будет воспламенять и вдохновлять?

Мы рады и счастливы, только когда наслаждаемся теплом чувств, их смыслом и значимостью. Если их нет, то нет ни счастья, ни радости наслаждения жизнью. Что собственно и случилось со мной и со многими другими.

– Красиво сказано, – нервно и сердито произнёс Ар-ту.

– Я никогда не думал, что ценность и значимость чувств так важны, но не надо сильно пугать. Со мной такого никогда не случится.

– Не спешите повторять чужие ошибки, – возразил мистер Пепел, – не вы первый думаете, что вы особенный. Лучше скажите, что вы будете стараться соблюдать это или будете более осторожным с чувствами. Так будет меньше личных проблем в будущем.

– Да что вы прицепились!? Я сказал, что со мной такого никогда не случится. Что здесь неправильного?

– Ваше заявление, «со мной такого никогда не случится», да ещё сказанное в таком тоне, очень опасно. Сказав так, вы сами отметились у судьбы для испытаний. Судьба любит испытывать на прочность и жестоко доказывать обратное. Мой совет, прямо сейчас отрекитесь от этих слов. Скажите, что вы погорячились, что не успели подумать, просто скажите, что будете осторожней. Такое помогает избежать жестокой проверки судьбой. Говорят, что даже Творец гордым противится. Зачем вам эта война против Творца и судьбы?

– Да кто вы такой? Как вы смеете так говорить? Вы что, мне угрожать будете? Если вас послушать, так и радоваться ничему нельзя, – подавшись вперёд, сердито вспылил Ар-ту.

– Почему? Всё создано для радости. Радуйтесь, веселитесь и будьте счастливы сколько душе угодно, но делайте всё так, чтобы это не обесценивало ваши чувства и для вас не теряло своей значимости.

– А может, вы такой же болтун, как и многие здесь, а я должен верить вам? – насмешливо произнёс принц, явно стараясь уколоть.

– Я ни во что не верю, но всё-таки я чту слова Христа – Мессии, – сказал Чёрный Пророк. – Как человек даст отчёт за каждое слово, так и за всякое доброе дело – не потеряет награды своей.

Эмм и Гор были далеко и не могли слышать их разговора, однако, как только Чёрный Пророк упомянул имя Христа, они сразу оказались рядом, очень недружелюбно посмотрели на Чёрного Пророка и позвали принца в другое место. Уходя, Гор негромко, но так, чтобы принц слышал, произнёс, – понапьются тут всякие и начинают всякую ерунду нести.

Принцу не нравилось то, что сказал Чёрный Пророк, но пророк точно был не пьян и, даже не выпивши, а его судьба и судьбы многих алкоголиков и наркоманов были доказательством сказанного.

В это время подошел служащий и сообщил, что некто приглашает принца к своему столику.

Человек средних лет и с приятным лицом, внимательно смотрел на приближающегося принца, как бы определяя его достоинства и недостатки. Одет он был изысканно по городской моде, но без особых украшений. Принц заметил, что Эмм и Гор были с ним как старые знакомые, и это смутило его, ведь он был уверен, что они видели друг друга впервые. Проходившая мимо официантка поставила напитки, и началась беседа.

– Как давно вы здесь? Как вам тут нравится? Откуда вы?

Узнав от Гора, что принц из королевской семьи, человек был в восторге.

Надо отметить, что незнакомец говорил не спеша, но и не дожидаясь никакого ответа. Он как бы уже знал или предполагал мнение и ответ. Он сам-то задавал вопросы, то сам сразу обсуждал их.

– Да, – сказал незнакомец, – забыл представиться. Многие дружески называют меня Большой Нянь. Конечно, это не совсем моё имя, но я с ними не спорю. Конечно, всем хочется помочь: кого утешить, кого пожалеть, кого наставить на путь своего «Я». Всё это мои заботы, – словно воркуя, говорил он.

– Спасибо, что рассказали историю о вашем детстве. Вы знаете, – произнёс он, стуча пальцами по столу и сделав серьёзное лицо, какое часто бывает у врачей, когда они определяют очень трудный диагноз болезни, – у вас определённо трудное детство. Да-да, – с чувством повторил он, – не удивляйтесь этому. Если хотя бы один из родителей постоянно старается приучить вас к ответственности, к уважению других и дисциплине, то это ужасно.

А если вас приучают убирать у себя в комнате и понимать слово «НЕТ», то это уже слишком. Это определённо

– трудное детство. Вообще, дорогой мой, – продолжил Большой Нянь, – в жизни ты сам принимаешь то, чего ты желаешь. А если чего-то не желаешь, то это тебе и не нужно. Запомни, «я так хочу» – это одна из важнейших заповедей нашего острова. Это закон и определение для твоей жизни. О последствиях лучше не думать или думать тогда, когда они придут. Если желаешь, то моя сестра Анархия объяснит тебе больше.

Конечно, это не значит, что у нас всё позволено. У нас есть и свои запреты, – многозначительно подняв палец, добавил Большой Нянь, затем, подмигнув, продолжил: – У нас, например, очень любят высмеивать и травить «белых ворон» или «чёрных овец», так что лучше не быть ими. Да кстати,

– продолжил он, – а как вы сейчас относитесь к жизни? Вы согласны, что мутная вода лучше чистой? В чем разница? – без умолку и не ожидая ответа, продолжал Большой Нянь. – Да просто в мутной воде лучше и легче некоторые делишки делать, а со стороны это не так заметно и даже вообще всё нормально и прилично выглядит. А в чистой воде попробуй,

сделай что-нибудь? Сразу все видят и говорят, что это воровство, а это мошенничество или аморально. С вами не будут согласны. А ведь осуждение – это всегда так ужасно для нашего «Я» и нашей духовной сути.

– Вы знаете, – смог вставить слово принц, – я пока с вами не совсем согласен.

– Жа-аль. Весьма жаль, – поморщившись как от лимона, пробурчал Большой Нянь и забарабанил пальцами по столу.

– Ах да, я забыл, – добавил он, – у вас было очень-очень трудное детство и поэтому для вас, пока, это простительно.

Тут он взглянул на карманные часы, сразу куда-то заспешил, пожелал принцу обо всём подумать и ушёл.

Х

В этот момент на сцене появился симпатичный человек с гитарой, а конферансье торжественно объявил:

«Знаменитый певец свободы и любимец публики, Дима- а-а…!» Зал залился рукоплесканиями, и говорить стало невозможно.

Певец слегка тронул струны, гитара запела, а вместе с ней запел Дима.

– Великий Я, когда на мир смотрю Я,
На всё, что создал Я рукой творца,
На всех существ, кому свой свет даруя,
Я как пример для жизни и добра.
Я так велик, Я так велик…

С разных сторон послышались громкий шёпот и недоумённые рассуждения:

– У него что, ум за разум зашёл? Его даже слушать стыдно. Какой же из человека творец миров? Развалить, конечно, ещё можно, но кто может создать такое великое.? Природа?

Так если честно, она мертва, слепа и не имеет ни разума, ни сознания…

– Да его стыдно слушать! – раздражённо воскликнул кто-то. – Он что, не понимает, что таким сравнением высмеивает и унижает наше достоинство?

– Прекратить!!! Остановить его! – неожиданно раздался чей-то властный и громкий возглас. – Он показывает ничтожность гордости и тщеславия человека. Он покрывает стыдом наше мнение о себе. Он будит совесть…!!! Убра-а-ать его!

Видимо, этот голос хорошо знали и несколько человек буквально смели певца со сцены вместе с его гитарой.

– Как же так, – сразу возмутился принц, – никто никого не должен осуждать, как говорит ваш главный закон, а сами осуждаете. Вы же нарушаете свой закон!?

– Знаешь, что дорогой, – сердито ответили ему, – пойди и хорошо выспись. А то жужжишь, как муха в бутылке. Толку нет, а всех раздражаешь.

Принц так и сделал. Он ушёл, но на душе было неспокойно. «Куда я попал, – размышлял он, – конечно, в какой-то степени – это то, о чём я раньше мечтал, но я не думал, как это страшно в большом масштабе и количестве. Видимо запах безнаказанности и вседозволенности, вырвал из контроля разума нечто, что теперь выплёскивалось наружу в самозначимости, пренебрежении и цинизме. Но разве так должно быть в настоящей жизни?»

В его сознании мир треснул и раскололся на две части. В глубине своей сути и своего я он впервые понял и ощутил, что есть два мира: этот – где он сейчас и где каждый только прикрывается моралью как занавеской, и другой, настоящий мир, где дружба есть дружба, где любовь есть любовь и где верность есть надёжность. Он жил этой жизнью, но теперь, даже для себя, ему было трудно назвать нынешнюю жизнь настоящей.

– Ну, где-то же должна быть настоящая жизнь, – подумал он. – Где можно по-настоящему верить и доверять, где хоть что-то будет надёжным и всё такое. Только где это?

Он взял лист бумаги и решительно написал.

– Человек не животное.

Тогда он и не и не думал, что с этой записи, со временем, он начнёт вести свой Дневник Жизни.

– Надо уплывать отсюда, пока не поздно, – думал он засыпая.

Всю ночь он метался в кошмарном сне, его преследовали люди, голоса и крики.

– Что? Совесть! А зачем мне совесть?

– Что!? Верность друг другу? – удивилась девушка и истерически засмеялась. – Неужели они лучше меня!? Как я могу верить им, если я сама обманываю?

Девушка вдруг зарыдала, всплеснула руками и в истерике закричала:

– А я счастья хочу-у-у! Счастья и надёжности. Только где это!? – И рыдая, девушка растаяла, как в тумане.

Во сне принц то стоял на отвесной скале, а кто-то кричал: «Трус! Трус! Смотрите, он боится прыгнуть!» То с трудом и опаской шёл по тонкому и скользкому льду, который трещал, грозя проломиться. То тонул в трясине болота, задыхался и для спасения не на что было ни опереться, ни схватиться. Вдруг он увидел человека, одетого в странные доспехи и необычным, отсвечивающим огнём, мечом на поясе. Вокруг него прыгали, ревели и шипели разные звери и чудо- вища, но никто не решался напасть на него.

– Я иду туда, где любовь есть любовь, где дружба есть дружба и где верность есть надёжность. Если тебе это действительно дорого, можешь пойти со мной, – сказал незнакомец и протянул ему руку.

Принц проснулся, словно вынырнув из каких-то глубин. Он жадно и судорожно вдохнул воздух и стал приходить в себя.

КУКЛОВОД НЕВИДИМКА

Проснувшись, капитан Ар-ту увидел Гора, который поспешил извиниться за свою грубость и доложил, что его давно

ожидает слуга от важного человека и просит у принца немедленного приёма.

– Пусть войдёт.

Появился шикарно одетый слуга и с поклоном, на разносе, подал письмо. Там сообщалось, что как важного гостя его приглашают на вечернее торжество и поэтому желают с ним срочно увидеться.

Принц бросил письмо и ответил, что он принял решение об отъезде.

– Ну и что? – удивился слуга. – Сходите на торжество, пообщайтесь с моим господином, а потом уедете. Чего тут плохого или трудного? Людей уважать надо, а то и вас уважать не будут, – особым тоном добавил слуга.

Принц согласился и направился на приём. Его ждали, и он был принят очень радушно.

Хозяин был человек средних лет, очень представительный и приятный. Имел небольшой животик, но было видно, что когда-то у него была хорошая атлетическая фигура.

Хозяин сразу представился: почётный член городского правления, мистер Влеч. Фамилия у него была иностранная, что-то вроде как Ение. Позже, через пару лет, принц узнал, что его полное имя было Влечение Всепозволения.

Влеч вежливо и почтительно пригласил юношу на торжественное вечернее представление в цирке.

– У нас так принято, – говорил он, – что все гости должны быть представлены в цирке, а уже потом это их дело, кто и когда будет уезжать. Прошу не нарушать наших традиций.

Принц согласился и пообещал быть на представлении.

– У меня к вам ещё одно предложение, – сказал Влеч.

– Вы очень интересный человек и наследный принц, но вы лишены права на наследие королевства. Вы, отверженный принц. Мы можем вам помочь восстановиться в правах и наследовать королевский престол. Это всё официально, легально и законно во всех отношениях. Никакого повода к недоразумениям со стороны князей, герцогов и прочей знати или простого народа не будет. Что вы на это скажете?

Это было непредсказуемое предложение, но принц, за время плаваний, привык к неожиданностям и сразу понял, что не всё так просто.

– Чем же я буду обязан вам, за такую услугу? – спросил он.

– Не так много. Только гарантией вашей лояльности к нам и позволение нашим людям торговать с вами на обоюдовыгодных условиях.

– Слишком туманно, – ответил принц, – с торговыми людьми ещё понятно, но что вы имеете в виду под лояльностью.

– Это позволение нашим советникам принимать участие в деятельности вашего государства.

– То есть это постоянная зависимость и контроль от вас?

– А это что? Большая плата за помощь стать королём?

– Спасибо, – ответил принц, – я думаю, что у меня есть другой путь получения королевского трона.

– Принц, если вы надеетесь собрать все Камни Наследия до восемнадцати лет, то это не так просто, как вы думаете.

Принц был в шоке и замер с открытым ртом, не донеся бокал до рта. Он был ошеломлён такими знаниями о себе.

– За три года вы с трудом собрали два из них, и то не очень крупных, – продолжал мистер Влеч и намекнул, – и то, скорее всего по счастливой случайности. Кто знает, как вам повезёт дальше.

Это сообщение просто потрясло принца. «Он что, читает мои мысли, – подумал Ар-ту и спросил: – Откуда вы это знаете?»

– Мне по долгу службы положено знать очень много. Да и вообще, – продолжил он, – у нас на важных постах глупых не держат.

Принц рассмеялся.

– Ну да, как же! Я в ваших залах развлечений такого наслушался…!? Что вы на это скажете?

– Очень просто. Вы попали на ярмарку языков и нравов. Здесь люди говорят обо всём, не думая. Лишь бы тебя

слушали, раскрыв рот. Каждый из себя короля или султана строит. Каждый считает себя самым умным, самым лучшим и особенным, и считает, что вся земля только вокруг него крутится. А земля вращается только так, как ей и положено и не зависимо от того, кто и что из себя воображает.

Мы разрешаем каждому высказывать то, что у него в голове. Для умных – это находка, способ без труда узнать: кто есть кто. Как сказал древний мудрец Сократ: «Говори что-нибудь, чтобы я мог познать тебя». Вот и весь ответ. И совет: не стоит строить представления на их болтовне и не надо слушать любителей политики. Вы умный человек и понимаете, что вам надо прислушиваться к советам тех, кто делает, планирует и создаёт эту политику.

Всё это было сказано так сильно, решительно и властно, что произвело отрезвляющее впечатление на принца. Во всяком случае, Ар-ту чётко понял, что его пригласили, не просто чаю попить и познакомиться. Кто-то, ведя большую игру, решил, что пришло время указать его место и роль в этой игре и узнать его отношение к дальнейшему соучастию.

Принцу стало неприятно от этой догадки.

– Позвольте, но я пока остаюсь при своём мнении, – мягко и дипломатично ответил он.

– Давайте так, – предложил Влеч, – нам с вами торопиться некуда. Впереди ещё три года до права наследия, если, конечно, ничего не случится. Подумайте об этом и, если в какое-то время вы соизволите решить, что вам нужна помощь, то дайте нам знать. Мы вам, всегда поможем. Хотя, конечно, чем раньше знаешь об этом, тем легче решить этот вопрос. Да, вот ещё, – добавил Влеч, – свято место пусто не бывает, а без короля – королевство не будет. Если не вы, то королём будет другой. Я думаю, что за это место под небом стоит бороться. То, что мы просим за помощь – это мизер по сравнению с тем, чего мы вам обещаем достичь. Ну а сегодня вечером я жду вас в нашем цирке. До встречи, принц. Да, постарайтесь, пожалуйста, одеться как для особо торжественного случая.

На этом они раскланялись и расстались.

– Я забыл, какую службу занимает господин Влеч в городском правлении? – спросил принц у слуги, который провожал его до выхода.

– Господин принц, то, что вам нужно – вам уже сказали, а то, что не нужно – то об этом лучше не говорить, – вежливо ответил слуга.

ЦИРК

Вечером парадно одетые принц и его команда отправились в цирк. Великолепное здание цирка было ярко освещено и со всех сторон к нему стекались любители занять места получше. Принц, как и просили, пришёл заранее. У входа они предъявили приглашения и узнали, что как новичкам, им необходимо зайти в другую дверь, объяснили, что принц и приближённые слуги, Эмм и Гор, должны отправиться в отведённую комнату для дальнейшего приготовления. Остальную команду отведут на уже приготовленные места. Так всё и сделали.

Выделенная для принца и его друзей комната была небольшая, но интересная и больше напоминала гримёрную артиста. У стены стояло большое зеркало с подсвечниками, стол и два стула, а всё остальное пространство занимала всякая всячина для грима: парики с волосами и без волос, усы, бороды, различные носы, бородавки, пудры и кремы.

Минут через пять кто-то прибежал и сказал, что прислуге необходимо пройти к распорядителю цирка. Принца попросили не покидать комнату, чтобы не тратить время на его поиски. После представления он может занять место рядом со своей командой.

Наконец представление началось. Принц услышал, как торжественно заиграла музыка. По традиции почётных гостей представляли в начале шоу: выход принца был первым.

Торжественный момент наступил. Дверь открылась, и принц услышал, как конферансье объявляет его выход.

Зал был полон. Оркестр играл парадный марш Михельсона, написанный специально для выхода королей. Арена ярко освещена. Впереди пробежали две миловидные девушки и быстро-быстро посыпали лепестки роз на проходе к почётному пьедесталу, на котором будет представлен принц. Рядом со своим капитаном шли Эмм и Гор, оба со шпагами у пояса, как и подобает для охраны принца.

Зал рукоплескал. Эмм и Гор помогли принцу подняться на пьедестал, а подскочивший конферансье, указывая на принца рукой, торжественно объявил:

– Уважаемые дамы и господа – принц Ар-ту Великолепный! Пока принц раскланивался на разные стороны, зал задыхался от рукоплесканий. Быстро подошли девушки, и надели венки из морских цветов. От запаха цветов принц почувствовал, как в нём закипела кровь, глаза расширились, а ноздри раздулись, как у арабского скакуна после пробежки.

Теперь вперёд выскочили Эмм и Гор. Оркестр грянул туш или ещё что-то торжественное, а конферансье, указывая на них рукой, объявил:

– Наши непревзойдённые дрессировщики капитанов, лучшие из команды Эмоций, Гордости и Саможалости, Эмм и Гор со своим строптивым, но всё-таки покорённым и дрессированным принцем Ар-ту.

В недоумении принц не сумел понять, о какой дрессировке идёт речь, как сверху на него опустилось полотно, и погас свет. Он почувствовал легкую боль в ушах и в носу, опять загорелся свет, и полотно поднялось. Принц оказался запряжённый в лёгкую повозку, на которой в наряде дрессировщиков, стояли Эмм и Гор. Они дружно выхватили шпаги из ножен, и он увидел, что это кнуты с ручками как у шпаг. Гор и Эмм звонко щёлкнули кнутами по воздуху, и принц ощутил резкую жгучую боль внутри всего тела. От боли он

вытянулся, вздрогнул и побежал, покатив за собой повозку, на которой стояли дрессировщики.

В носу у принца было вставлено большое золотое кольцо, как у породистых быков, а к кольцам в ушах были привязаны тонкие верёвочки, дёргая за которые, Эмм и Гор управляли принцем.

Принц, в парадной одежде, с венками из морских цветов на шее, с кольцами в носу и ушах, под свист, хохот и улюлюканье толпы бежал по цирковой арене, как дрессированный страус. Эмм и Гор физически ни разу не ударили его, но каждый раз, когда они щёлкали кнутами, принц вздрагивал от обжигающей острой боли внутри и бежал быстрей и быстрей.

Чего только с ним не делали в цирке: заставляли прыгать через горящие кольца, тыкали лицом в грязь и вытирали об него ноги. Его заставляли есть какие-то рожки из одного корыта со свиньями и при этом беспределе Эмм и Гор, указывая на него руками, восклицали: «Смотрите! Смотрите! Принц Ар-ту Великолепный пирует со своей свитой. Они поедают остатки его святых чувств». Весь зал задыхался от смеха. Под финал представления, уже замученного, оборванного и грязного принца снова поставили на пьедестал и, указывая на него руками, восклицали: «Смотрите, принц Ар-ту! Ха-ха- ха!». И его тут же всего облили вонючей грязью.

После всех насмешек и издёвок его, обессиленного, грязного и растерянного, отвели за кулисы и до конца представления посадили в клетку за шторкой, закрывающей от главного прохода. Рядом стояли другие, ещё пустые клетки.

Через щель в занавесках принц видел, как конферансье уже представлял очень-очень красивую девушку, с которой случилось всё то же самое, что и с ним.

Неожиданно он всё понял: он раб. Это было обращение в рабство. Когда при людях у тебя забирают всё, что возможно. Когда насмехаются не только над тобой, но безжалостно опошляя и цинично выставляя на посмеяние всё, что для тебя ещё может быть свято и дорого, ты становишься никто

и ничто. Ты – раб. У тебя, как у раба, уже нет ничего своего. С тобой делают всё, что захотят, как с бесправным и бездушным товаром.

– За что!? Что я плохого сделал? – думал принц. Ему было жалко как себя, так и ту очень красивую девушку, над которой тоже надругались, и всех остальных, кого он не видел, но уже понимал, что с ними будет.

После представления его отвели к команде, для которой вход в другую цирковую комнату, оказался входом в клетку, и посадили отдельно, но так, чтобы они могли видеть друг друга. Кругом стояли длинные ряды клеток, которые наполняли люди: мужчины и женщины, юноши и девушки, мальчики и девочки. Все они, уже добровольно порабощённые своими эмоциями, гордостью и самомнением, были новыми и бесправными рабами тёмной стороны в стране короля Дарка.

Принцу было стыдно за всё происшедшее, но изменить он уже ничего не мог. Это были те самые независимые от нас последствия наших дел в прошлом, которые всегда догоняют нас в будущем. Это был результат его характера и плохих привычек, результат его неумения отличать врагов от друзей.

От стыда и обиды он не мог смотреть в глаза команде и опустив голову на колени, он зарыдал как маленький мальчик. Но жалеть его было некому. Он сделал свой выбор раньше, а теперь пришло время расплаты.

На другой день бывшие верные друзья принца пришли в отличном настроении и с ними ещё двое. Они шли выпятив грудь и громко смеясь а подойдя, сообщили:

– Познакомься, твои новые друзья до гроба: При, по фамилии Вычка и Зав, по фамилии Исть. Теперь у нас полный комплект друзей и мы твоё настоящее и будущее до скончания века, – смеялись они.

– Послушайте, почему вы сделали это? Вы всегда были моими лучшими друзьями. Вы сражались, защищая меня, а теперь…, что случилось? Почему вы предали меня? – возмущённо заговорил принц.

– Мы…!? Тебя защищали…!? – улыбаясь, переспросил Гор. – Эмм, ты когда-нибудь защищал принца?

– Конечно, нет, – хохоча, ответил Эмм и добавил: – Никогда и ни на что.

– Да как же так, – горячо возразил принц, – вы же прекрасно всё помните? Мы же друзья!

– Ха-ха-ха. – Смеялись они в ответ. – Держите меня, я умираю от смеха, – громко кричал Гор и, показывая на принца пальцем, говорил:

– Вы только послушайте, какую чушь несёт этот неблагодарный раб. Ха-ха-ха. Он говорит, что мы защищали его. Ха-ха-ха. Он думает, что мы были его друзьями. Ой, не могу. Я, наверно, умру от смеха.

Но всё же Гор решил внести ясность:

– Послушай, я даже не думал, что ты настолько глуп от своей самозначимости. Из тебя действительно мог бы получиться отличный король, какой нам и нужен. У тебя большие эмоции и чувство гордости. Ты уже полон плохих привычек, наклонностей и зависти и, ничего этого за собой не замечая, считаешь себя чуть ли не святым.

– Ха-ха-ха, – засмеялись все. – Зря ты не согласился с предложением господина Влеча. Во всяком случае, ты бы не попал сюда, а был бы уже в почёте, как настоящий наследный принц.

Вдруг, что-то вспомнив, Гор, сузив глаза в щелку, сделав злое лицо и тяжело дыша, произнёс:

– Я ненавижу тебя. Понял? Не-на-ви-жу, – медленно и нарочно брызгая слюной, прошипел он в лицо юноши. – Да, мы очень хорошо заработали на тебе, но это гроши, по сравнению с тем, что мы могли бы получить. Уже сейчас мы могли бы стать советниками и наставниками будущего коро- ля! А теперь приходится ждать, когда сойдутся звёзды!

Гор продолжал с особой насмешкой:

– Мы никогда не были твоими друзьями. Слышишь! Мы никогда не помогали и не защищали тебя. Мы сражались только

за свою прибыль и за свою выгоду. Не могли же мы допустить, чтобы после наших тяжких трудов, по твоему перевоспитанию, вся слава досталась другим проходимцам. Даже если они наши друзья и помогали в чём-то. Жизнь – это лестница, где вместо ступенек твои друзья, – цинично закончил Гор.

Принцу стало не по себе от таких жестоких высказываний.

Желая вонзить кинжал правды ещё глубже и доставить как можно больше боли, Гор произнёс повторно:

– Мы никогда, запомни, ни-ко-гда не были тебе друзьями и никогда не сражались за тебя. Мы сражались за свою выгоду. – И плюнув в лицо принца, он отошёл в сторону.

При, стоящий рядом с принцем, с презрением ударил его по щеке.

– Чего бьёшь, – возмутился принц, – если я сделал плохо, то скажи, что, а если хорошо, то за что бьёшь?

– Ба-а-а. Да среди нас юный философ, – с удивлением и насмешкой произнёс При, – не иначе как умнеть начал. А я тебе так отвечу: а что ты сделал доброго и хорошего в своей жизни? Или где ты приблизился к истине, что тебя не за что бить и наказывать?

И с издёвкой добавил:

– Твоя глупая самоуверенность и самоправедность для нас, как желанная конфетка наслаждения и радости. Ты жил и служил своему Я и своим привычкам. Мы, воплощение твоих привычек, зависти и желаний. Мы – твои господа. Ты же знаешь: кто кому служит, тот тому и раб. Ты раб гордости, своих несдержанных чувств, желаний, страстей и эмоций. Ты – наш раб.

– Друзья, – подключился к разговору Зав, – тем не менее, мы заработали на принце больше, чем многие другие. Так стоит ли портить настроение? Давайте завершим наше соединение с ним и пойдём радоваться и веселиться. А если он так достал своим характером Эмма и Гора, то давайте отведём его в клетку к застрявшим на Стыке Миров. Пусть помучается.

– Точно! На Стык Миров его. Пусть помучается, – обрадовался Эмм.

Они взяли принца за левую руку и хором произнесли:

– Как мы, порождение твоего характера и привычек, так и в тебе, да будет порождено и усиленно всё, что мы пошлём тебе. Да будет это тебе сетью боли и мучений, и да не будет в тебе сил противиться этому. Да совершится: кто кому служит, тот тому и раб.

Словно тень прошла через каждого и сползла в руку принца. Его пронзила острая жгучая боль, он вздрогнул, вскрикнул, как бы прощаясь со свободой, но уже всё прошло. Он клеймённый раб. После обряда единения все стали чувствовать друг друга даже на расстоянии. Проверив, что принц уже физически не мог противиться их приказу, они повели его в клетку на Стык Миров. Там, как говорили они, были одержимые или гонимые ветром миров.

Х

Его вели не спеша, наслаждаясь его чувством страха и подавленности, перед всем, что он видел вокруг. Его провели за особую стену, где длинными рядами стояли клетки с измученными людьми. При виде всего этого принц совсем поник духом. Проходя между клеток, за поворотом, принц увидел двух человек в проходе. Мужчина усталым голосом говорил какой-то очень молодой девушке:

– Эльвира, я много раз объяснял, что пощёчины надо бить не сильно и без зла и жестокости. В глазах должно быть только одно: презрение и равнодушие. Боль к человеку приходит не от силы удара, а от твоего презрения к нему, выраженного в пощёчине и усиленное взглядом. Пойми, если ты не научишься терпению и не сумеешь маскировать под благородные манеры своё чувство мести и ненависти, то мы никогда не сделаем тебя принцессой и королевой. Все чувства могут быть в тебе, но всё должно быть спрятано и подчинено только холодному и равнодушному расчёту, как в бухгалтерии.

– А ведь и ты уже мог бы быть в этой школе, – с упрёком произнёс Гор, кивая на девушку.

Обернувшись, девушка неожиданно остановила взгляд на принце. Она была довольно симпатичной, но далеко не красавицей. Просто юность – лучшее украшение. Пальцем она поманила принца поближе и обратилась к нему тихо, томно и нежно:

– Дорогой мой, я так ждала тебя, и ты пришёл.

От неожиданности принц замер с широко раскрытыми глазами.

– Она знает меня!? Она пожалела меня! Кому-то я ещё нужен! —радостно мелькнуло в его голове. – А может, она мне и поможет, – скользнула другая мысль. – Наконец-то хоть что-то доброе, – подумал он и почувствовал, как весь немного обмяк и расслабился.

Он пытался понять, кто она и почему обратилась к нему. Принц заглянул в её глаза, но не успел рассмотреть их глубину. Две пощёчины, одна за другой, мотнули его голову и вернули в реальность. Принц побледнел, отступил назад и затем покраснел от стыда и обиды. Его спутники, на всякий случай, схватили его за руки. Теперь, глядя в её глаза, принц видел в них только унизительное презрение.

– Прекрасно, восхитительно, – сразу вдохновился человек рядом с девушкой. – Благодарю за надежду, что я не напрасно трачу время на ваше воспитание.

Вся компания принца, дико смеясь над произошедшим, пошла дальше. За угловой клеткой стояла запряжённая четвёркой лошадей карета, к которой подходил щеголеватый человек. Неожиданно перед каретой, лицом вниз, упала та девушка. Человек, не задумываясь, наступил ей на спину, как на ступеньку, и сел в карету.

– Я буду для вас всё, только воспитайте меня до высшего уровня, – не шевелясь, произнесла она.

Господин тронул её тростью, девушка поднялась. Он произнёс:

– Твоя преданность и готовность впечатляют. Наши доктора могут сделать из тебя чудо-красавицу. Но если ты не совладаешь со своими некоторыми сильно развитыми чувствами, ты будешь бесполезна для высшего уровня наших дел. Нам нужны преданные люди, с безупречными манерами, умеющие прикрыться благородными идеями, но тёмные, мутные, безжалостные и расчётливые внутри. Да, ещё одно: мы поощряем непокорность, ложь и обман ко всем, но не по отношению к своему начальству.

Он откинулся на спинку сиденья, слуга закрыл дверцу, и карета поехала.

ЗАСТРЯВШИЕ НА СТЫКЕ МИРОВ

Двигаясь дальше, принц услышал, как из клеток доносились нечёткие бормотания, отдельные слова и фразы. Одни люди сидели, другие что-то бубнили и ходили в клетках от стенки к стенке или кругами. Кто-то бился головой и выкрикивал разные, совершенно не связанные между собой фразы: «Как я мо-о-ог!? Как я мо-о-ог!?»

Из другой клетки доносилось: «За что? Зачем я сделал так? Что я получил?» При этом пленник рыдал как ребёнок.

«Не-е-ет. Я не челове-ек? Люди так не поступают! Я зверь, я животное. Я изверг! Я псих! Так обмануть…! Так пре- дать…!», – неслись откуда-то со стороны вопли, сопрово- ждаемые тяжёлыми ударами о клетку.

Вся эта какофония криков, слов, стенаний и стуков по клеткам произвела на принца страшное впечатление. Его новые друзья-повелители только посмеивались, видя, как он ёжится и бледнеет, а глаза наполняются страхом. Теперь его пришлось насильно тащить к свободной клетке.

– Чудак. Твое счастье, что ты в отдельной клетке, а не с кем-то из них, – сказал Зав, когда дверца захлопнулась.

– Так что будь счастлив, – подхватил При. – И мечтай, чтобы никто из них не вырвался и не влез к тебе. Клетка – это твоя защита.

– Спокойной ночи в кругу новых друзей, – ехидно добавил Гор.

Все засмеялись и ушли.

В одиночестве принц сразу почувствовал страх и разбитость. Глядя на своих буйных соседей он ужасом думал:

«Какие же это гонимые ветром? Они же все какие-то…?»

Ар-ту сжался в комочек и замер. Мимо его клетки, насмехаясь и подгоняя как скот, охранники провели ещё нескольких страдальцев.

– Что, бежать хотел? – слышалась издёвка, – а ведь тебе говорили, что отсюда не убежишь. Не верил, да? Ну, теперь что, убедился? Чудак. Будешь убегать, мы тебя в клетке жить оставим. Понял? Будешь тут вместо пугала огородного.

– А я всё равно убегу, – твердил несчастный. – Всё равно убегу.

– Убежишь-убежишь. Конечно, убежишь, – насмешливо отвечала охрана. – Ты раз десять в бегах был. Умные уже прилаживаются к нашей жизни, а ты до сих пор ни здесь и ни там. Всё бегаешь, всё ищешь чего-то. А чего ищешь – и сам не знаешь. Я тебе вот что скажу: чудак ты, и силы воли у тебя нет.

Приведённых рассадили по клеткам, и охрана ушла.

Незаметно мысли принца вернулись к прошлому. Он вспомнил родителей, их наставления, своё детство, сверстников из знатных семей. Осознал, как часто он был несправедлив ко всем, кичась и гордясь своим титулом и как своим поведением унижал придворных, многие из которых годились ему в отцы и деды.

«А ведь как обидно и тяжело им было слышать мои оскорбления и исполнять капризы мальчишки? – думал принц.

– А родители? Ведь это из-за меня у мамы рано седина появилась».

Что доброго оставил я в памяти у родителей и близких людей? Сколько боли, страданий и позора причинил я им, разрушая надежды на то, что буду достойным продолжателем семейных дел. Как хорошо, что они не видят меня сейчас и как хочется, чтобы они никогда не узнали об этом позоре.

Неожиданно он увидел чьи-то глаза, в которых было столько боли и скорби, что принц непроизвольно вскрикнул. Это был фантом, но он узнал эти глаза. Это были глаза Расса.

«Расс! Расс, – зашептали его губы, – прости меня! Расс! Ты ведь говорил! Ты предупреждал! Расс!? Я заслужил это своей жизнью, а вы-то за что страдаете? Только за то, что доверяли мне как капитану!? Какой я капитан…?»

Внезапно что-то стукнулось о его клетку и принц вздрогнул.

– Эй! Я вижу, ты не из буйных. Это уже легче, – раздался голос. – Ты новенький?

– Не знаю. Но в этом месте я первый раз, – ответил принц.

– Счастливчик. Дожил до такого возраста и ещё ни разу не был на Стыке Миров. Хотя знаешь, всё в жизни бывает впервые, но не значит, что это последний раз. Я тебе так скажу, это жуткое и страшное место. Особенно ночь. Отсюда не все уходят живыми.

От этой новости по телу пробежал холодок, и принц невольно поёжился.

– А ты что, уже бывал здесь? – спросил он незнакомца.

– Да приходилось.

– Так что же это за место?

– Это стык двух миров. Каждый, кто попадает сюда, переносит это по-разному, и каждый раз сталкивался с тем, чего не должно существовать в природе. Происходящее здесь противоречит всем научным законам, всему здравому смыслу и всей эволюции существующего. Это то, чего просто не должно и не может быть. Но вопреки всему, оно есть.

В таком объяснении принцу даже не за что было зацепиться умом, чтобы что-то понять и обдумать. У него всё поплыло и закружилось в голове, а незнакомец продолжил:

– Наш мир не так прост. И здесь, видимо, проходит стык разных миров. Поэтому для нас это так страшно, ужасно и непонятно. Но иногда этого можно избежать, хотя это и не так просто.

– Отсюда можно убежать!? – переспросил принц.

– Ты же видел этих бедолаг, которых привели. Они тоже думали, что отсюда легко убежать. Охрана или твои новые друзья, иногда нарочно помогают бежать. Зато потом, сколько для них азарта, страсти и гордости поймать беглеца. Как только они не унижают, когда поймают. Побег – это как бы развлечение и охота на умного и опасного зверя. Вот и всё.

– Разве я могу быть для них опасным? – удивился принц.

– Ты, нет. Но некоторые, бывают очень опасны. Помолчав, незнакомец добавил:

– Одно утешение – что обычно, здесь подолгу не задерживаешься. Хотя, гарантии в этом, ни у кого нет.

– Что же тут происходит? О каких мирах ты говоришь?

– Много будешь знать – быстро состаришься, – уклончиво ответил незнакомец.

– Тебя как зовут? – спросил принц.

– Зачем тебе моё имя? Мы, может, и не встретимся больше. Хотя мне всё равно. Меня зовут Виктор.

– Виктор, как я понял… я что? … Могу быть опасным для своей охраны?

– А ты не глуп, – отозвался Виктор. – Только безопаснее приспособиться жить с ними в мире. Стать опасным для них – значит, обязательно изменить свою жизнь, а это очень опасно и для тебя. Я не думаю, что ты этого захочешь. Лучше приспосабливайся.

Виктор насмешливо продолжил:

– Пойми, твои новые «друзья» тоже хотят нормальной и спокойной жизни. И тебе мой совет: сиди тихо, как и сидел. Может, если повезёт, то для тебя всё спокойней будет.

Виктор замолчал.

В соседнюю клетку привели связанного пленника. Его одежда была порвана, а возбужденное лицо, покрытое синяками, показалось принцу знакомым.

– Ну что, допелся, петух, – бурчала на него охрана, – кто тебя за язык тянул, а? А это стихотворение? Как только такое у тебя в голове поместиться могло? Вот до чего большая свобода человека довести может. А ведь как жил…, как жил… Лучший певец…, а теперь какой позор для всех.

Принц узнал певца Дмитрия. Объявили приказ: к певцу на ночь поставить личную охрану, наружную – усилить.

– Эй! Это ты певец Дмитрий? – крикнул кто-то, когда всё стихло.

– Да. А что?

– Да ничего. Просто думаю, что случилось, что знаменитости сюда попадать стали? Здесь ты, там… – говоривший махнул рукой, – поэт сидит. Его за какой-то стих посадили. Ну и компания собралась на эту ночь.

– Эй! Поэт, – крикнул Дмитрий, – тебя за что посадили? Вместо ответа поэт начал читать стихи.

– Наш век, амбар ростовщика…

– Та-а-ак, поэт. Закрой рот, – грубо оборвал его один из охранников.

– Слушай! А ты к кому, собственно говоря, приставлен? А? – возразил поэт. – К певцу? Вот за ним и смотри. Если у самого совесть выжжена, так хоть так постоишь да послушаешь. Может, здесь, на стыке миров, и совесть проснётся.

Охранник только затряс головой и закрыл уши руками.

Страшная догадка поразила принца: Совесть!? Неужели совесть!? Здесь, возможно, проходит сила, пробуждающая совесть и здесь люди страдают от угрызения своей совести как за отдельные дела, так и за всю жизнь. Принц и раньше слышал, что совесть в любое время настигает любого человека: как простых подданных так и королей. Он слышал, что

иногда, совесть человека выносит смертный приговор самому себе.

Принц не хотел думать и боялся этого. Он не был готов к мучительным размышлениям. Но мысли шли, лезли и так напирали на его сознание, что он не в силах был препятствовать им. Ему некуда было деться или сбежать. Да от себя и не убежишь.

– Так вот что называют Стыком Миров!? – шептал он, не замечая, что рассуждал вслух, – конечно, совесть и только совесть – это то, чего не может и не должно существовать в этом физическом мире. Совесть – это противоречие всему: как с точки зрения науки, так и эволюции и в понимании человека. Даже в кошмарном сне никто не создаёт в себе и для себя то, что будет противоречить твоим некоторым желаниям, жестоко обвинять и осуждать тебя в настоящем за прошлое. Да как совесть, вообще, могла возникнуть!? Да так, что тысячелетиями сохраняется и передаётся другим поколениям. Какая тут эволюция!? Совесть – это кошмар, позор и опровержение эволюции.

Совесть не состоит из материи как земля, камень или наше тело. Совесть не материальна. Её не должно быть, но она есть, она существует и карает всех по своим законам.

Принц не мог заглушить голос, говоривший в его сознании.

– Первый закон природы и эволюции – «всё случайность совпадений». Это не требует ни жизни, ни разума, ни закономерности или ответственности. Ну, когда два-три, ну десять раз подряд случайно совпало, это ещё понятно. Но когда это миллиарды совпадений и сразу одно за другим, да ещё совпадает по времени и по месту, где это происходит, по составу и всему прочему и необходимому – это уже никак не может быть случайностью. Да и во всём этом, чтобы возникла жизнь, за миллиарды совпадений не должно быть ни одной ошибки. Да такое даже миллионы современных учёных повторить не могут, как же это могло возникнуть случайно!?

Случайно происходит только простое, например, пожар или наводнение, но не такое сложное. Раз была закономерность и результат, значит, была цель, но определить цель – это только способность разума. Какого разума???

Принц вспотел и почувствовал усталость от таких рассуждений и выводов. В нём возникло ощущение опасности перед большой ответственностью и сильно заколотилось сердце. Но внутренний голос, наперекор его воле и желанию, продолжал:

– Главный закон эволюции гласит: «Выживает сильнейший и более безнравственный. Если ты выжил, то ты прав». Другой закон эволюции говорит: «Каждый сам за себя. Ты ешь или тебя едят – и это весь выбор в жизни».

Законы разума и жизни доказывают обратное. Сильные часто погибают ради спасения своих слабых жён, детей и даже чужих людей. Какое дело мёртвым до живых!? Но мораль, предпочитает свою гибель, ради спасения жизни других. Все живые называют это подвигом. Но это же противоречие эволюции!??

Существует и такой принцип: даже самый сильный, но если он один, то он уже слабый и умрёт. А если люди вместе, плечом к плечу, заботятся друг о друге, то они выживут и создадут цивилизацию.

Принц стал понимать, что действительность законов жизни уже уничтожает мёртвые законы эволюции. Вернее, эволюции просто нет, а значит, есть разум, дух и ответственность. Принц не хотел признавать и соглашаться с этим, но он уже понял, что реальность не зависит от его желания. Ему было не по себе от сравнений жестоких законов эволюции и жизни. От страха он поёжился, а голос внутри настоятельно вещал:

– В мёртвой природе нет понятия добра и зла. Ей не нужна нравственность и совесть. Это раз. Понятия «добро», «зло»,

«мораль», «совесть» не являются необходимыми для выживания. Наоборот, они препятствуют выживанию. Это два. Третье: совесть очень сложное и разумное явление. Чтобы

судить, совесть имеет свои, независимые от меня законы. Откуда во мне эти законы совести? Откуда у совести эталон сравнений, что и как должно быть? Почему это как две личности в каждом человеке? Или это со стороны в нас говорят? Такая совесть не могла возникнуть сама и случайно.

Откуда совесть в человеке? Её могли вложить только извне, снаружи и даже насильно. Точно так, как мы пишем слова и буквы, кто-то взял и записал в нас, в нашем сознании и генах – совесть. Записал так, что она не исчезает и не стирается в тысячелетиях. Только иногда спит до времени. Только разум, который больше и сильнее, чем наш, мог сделать такое. Зачем??? Чтобы каждому напомнить о себе???

Принц устал и сопротивлялся мучительным мыслям, но внутренний голос не останавливался:

Я совесть. Я есть, и я живая. Я имею разум, способный различать зло и добро и любые мотивы твоих дел и поступков. Я, совесть, я свидетель и представитель высшего разума и жизни. Я, требую ответственности. Я заявляю, что каждый ответит за своё зло, обман и поступки. Я есть в тебе, чтобы ты каждый день и час убеждался, что жизнь создана разумом и жить надо по законам осознанности и морали.

От таких рассуждений по его спине пробежали мурашки, а в груди появился холодок страха. Он замер. Он не хотел и боялся рассуждать дальше. В изнеможении он вытер со лба холодный пот и прислонился к решётке. Он чувствовал, как в висках бьётся кровь, а в сознании, в такт с его сердцем, пугая смыслом и правдой, бились мысли: «Совесть есть! Другой разум есть. Другой мир и ответственность тоже есть. Совесть и ответственность есть, есть, есть…»

Принц забился и закричал, пытаясь заглушить голос внутри себя, и, как и многие, заметался по клетке.

Да, здесь, на Стыке Миров, шла война. У войны не женское лицо, у неё нет жалости. Здесь совесть объявляла свои жестокие решения: от прощения до смертного приговора. Совесть – это первая линия фронта, линия огня и обороны

на стыке двух разных сил и миров. Здесь идёт война: и этот бой в тебе, за тебя и за твоё будущее.

В это время поэт стал читать своё крамольное стихотворение, за которое его и посадили в клетку на Стыке Миров.

Наш век, амбар ростовщика,
Где всё, что ветхо и подгнило,
Собрала времени рука
И в кучу пёструю сложила.
Какой здесь понабросан хлам,
То здесь валяются, то там
Куски стыда, обрывки чести,
Остатки дружбы вековой.
Лоскут, что назван был любовью,
И совесть, съеденная молью.
А где-то там, в сыром углу,
Внизу, на самом дальнем плане,
Кусочек правды на полу,
Лежит, завёрнутый в обмане.

Поэт замолчал, а кто-то со стороны вдруг произнёс:

Я принцем был усыновлённым,

Когда-то другом был твоим,

Теперь потомок обезьяны —

И без морали и мерил.

Принц видел, как охранники закрывали уши, и понял, что они боятся гораздо больше, чем те, кого приходилось охранять. Сумерки сменились темнотой ночи, которая как бы разделила всех. Негромкие разговоры сменились мыслями вслух.

– Вот ведь что, получается, – доносилось со стороны певца, – ну ладно, спел то, что не понравилось. Ну, наказали. Это понятно, логично и нормально. Ну, отобрали у меня всё, что хотели. Ну и всё на этом. Так ведь нет же. Они придумывают всё

новые и новые издевательства. Всё с ненавистью, всё с болью и с издёвкой. Такое ощущение, что они делают зло ради зла и наслаждаются этим. Это как десерт для них. Неужели зло и страдания других может приносить радость? Здесь что-то не так!?

– А что не так? – отозвался поэт. – Всё так. Раз человек делает зло ради зла, значит, в неизвестной форме, физически и как живое, существует и само зло. Отсюда страдания человека и зло ради зла, это его пища и добыча.

– Слишком заумно, – возразил певец. – Ты думаешь, что в неизвестной физической форме существует живое зло, а значит, и темная, и светлая сторона. Если так, следовательно, есть и Всемогущий Творец.

Помолчав немного, певец добавил:

– Хотя это ничему не противоречит… Ну никогда не думал, что приду к этому через происходящее зло ради зла.

Ночью певец забуянил. Он долго что-то шептал, о чем-то рассуждал, что-то себе доказывал и отвергал. Потом его шёпот стал громче.

– Оправдания ищешь? – спрашивал он самого себя.

– Так ты же знаешь, что оправдания нет. Чего искать? Есть только осознание и принятие одного или другого.

В это время кто-то из охраны вылил на него ведро воды.

– Остынь, дорогой. У тебя уже из ушей дым валит. Певец затих, но скоро опять что-то зашептал.

Чувствовалось, что он сильно волновался и пытался выразить словами что-то невыразимое. «Вот, вот, нет, да, так», – шептал он. И вдруг, сразу, без всяких переходов он запел. Сначала его голос дрожал, но быстро окреп, набрал силу и зазвучал необычно громко:

Прости меня, Боже, прости я молю.
Прости, что так поздно к тебе прихожу.
Прости, что я раньше Тебя не познал,
Что друга иного тогда я избрал.

Дмитрий пел и с этими словами он словно рос и набирал силу. Поднявшись и раскачиваясь, он стоял, держась за клетку. Неожиданно налетел мощный порыв ветра и, как удар грома, что-то зарокотало. Эхом задребезжали клетки. Дмитрий продолжал петь и сквозь шум стремительно нарастающей бури отчетливо слышался только его голос:

И вот я в молитве стою пред тобой.
Веди ж меня, Боже, своею рукой.
И жизнь я свою посвящаю Тебе.
Ты только не дай мне погибнуть в борьбе.

Стремительно стала сбегаться охрана, но в это время гром так рявкнул, что земля задрожала, и налетел порыв ветра. Раздался треск, скрежет металла и всё вокруг всколыхнулось. Принц видел, как Дмитрий, продолжая петь, вышел из того, что осталось от его клетки, и пошёл на свободу. Двое отчаянных охранников бросились к Дмитрию, но какой-то неведомой силой были так отброшены на землю, что остались лежать до утра. Остальная охрана попряталась.

Принц наблюдал, как ломались и другие клетки. И из них выскакивали люди и пошли за Дмитрием, но скоро разбежались.

Принц забился в угол своей клетки, прикрыл голову руками. Его клетка тоже была сломана, но страх сковал его и бежать он боялся.

Утром его отвели искупаться, поесть и отдохнуть. Ему показалось, что теперь его никто не охранял. Позже он узнал, что в эту ночь пыталось бежать человек десять. Но реально бежали, вернее с достоинством уверенно и свободно ушли только двое: певец Дмитрий и безымянный поэт. Остальных нашли и вернули к прежней рабской жизни.

КРУТОЙ РАЗГОВОР

Дня через два после Стыка Миров принцу дали приличную одежду и без объяснений куда-то повели.

Господин Влеч встретил его, как ни в чём не бывало.

После приветствия им подали чай и Влеч спросил:

– Что вы думаете по поводу всего случившегося с вами? За эти дни вы получили достаточно много жизненного опыта и представлений о реальной жизни.

Отпивая чай, Влеч продолжал:

– Жизнь, может меняться в одно мгновение. Причём как в плохую, так и в хорошую сторону. Цари могут стать рабами, а рабы – господами.

– Опыт хорош, – ответил принц, – но было бы лучше, если бы вы меньше вмешивались как в мою жизнь, так и в жизнь других.

– Самое интересное, молодой человек, что всё произошло с вами по вашему желанию. Вы не предполагали, что есть места, куда можно войти, не имея возможности выйти. Многие не думают, что каждое слово и каждый шаг не только приближают к чему-то, но и имеют свои последствия. Эти последствия не зависят от того, чего мы хотим, а зависят от того, что мы делаем.

Например, если вы самоуверенно шагаете в пропасть, то это не значит, что вы через неё перенесётесь по воздуху. Но когда вы сделали этот шаг и стали падать, то не стоит говорить, что вас толкнули. Более того, не стоит винить судьбу. Ваше падение – это уже независимое ни от чего следствие вашего добровольного решения и действия. Как палка о двух концах, так и в любом деле: вначале дела ты хозяин, а потом

– ты раб последствий.

Неожиданно Влечь круто сменил тему разговора:

– Да, кстати, зерно и другие ваши товары проданы по хорошей цене, и у вас хорошая прибыль. Это заслуга Эмма

и Гора. Не стоит на них сильно обижаться. Они нормальные ребята.

Вы свободны, но жить будете в западной части города. Выезд вам не разрешён. Торговые дела ведите через своих доверенных Эмма и Гора. В восточную часть острова и в большой порт вам заходить не разрешается.

Да, то, что с вами произошло, будем считать специальным тренингом по превратностям жизни. Подобный тренинг действительно имеет место для специальных курсантов в наших службах. Так что вы теперь, как бы продвинутый.

Влеч говорил так, словно давал распоряжение своему слуге или рабу. Принцу стало противно слушать и ему очень захотелось отомстить за обиду Влеча:

– Вы хвалитесь свободой для всех, а сами всего за несколько слов и строк уничтожили певца Дмитрия и поэта.

Влеч снисходительно улыбнулся и ответил:

– Вы ещё очень юны и наивны. Многие люди даже не подозревают, что я и наш мир можем физически присутствовать в вашем мире. Хотя наша физическая сущность совсем не такая как ваша. Не удивляйтесь, но мы с вами представители разных миров и, однако, мы стремимся к одной общей цели. Люди немало знают о нас, хотя и считают нас мифом, а некоторые – предметом будущих исследований учёных. Они называют нас по-разному: параллельным миром, инопланетянами и кому как вздумается.

Мистер Влеч замолчал и, держа чашку и покачивая головой, тихо засмеялся.

– Я это к тому, что мы с вами смотрим и видим тоже совсем по-разному. Люди думают: сказал и всё. Что тут такого? А в нашем мире мы точно знаем, что нет силы мощнее, чем сила слова. Взрыв атомной бомбы, что тайно изобретают учёные, это пшик и детская хлопушка, по сравнению с силой и несокрушимостью слова. Весь деловой и политический мир зависит всего от нескольких слов, которые бережно хранят на бумаге. По одному слову короля миллионы людей делают то,

что приказано: строить – значит, строить, война – значит, война, убивать – значит, убивать. За боль и обиду от сказанных слов люди готовы убить или умереть на дуэли. Всего от нескольких слов люди счастливы или несчастны. Всего одним словом согласия или отказа человек определяет свою судьбу и будущее. За каждое сказанное слово человек даст отчёт. Вот вам и смысл, и сила, величие и значение слова.

Все эти знания содержатся в секретном курсе спецназа для особо избранных и продвинутых. А вам говорю дружески и откровенно, как принцу, как будущему королю, как лидеру и сотруднику. Лидеру, который не только расталкивает людей на своём пути, но кто, не задумываясь, может шагать по спинам друзей и близких.

Мурашки на спине и холод под сердцем ощутил принц от этих откровенных слов. Он понимал: с ним не шутят. Если Влеч учит этому, то для него судьбы людей и даже весь мир, не больше чем охапка хвороста на костре своих желаний и наслаждений. А он, принц, нужен как временная хворостинка для ворошения углей.

– Чёрный Пророк абсолютно прав, порнография и распущенность выжигают чувства, но ему ни вы, ни другие не верят. Поэтому мы его и не трогаем, – продолжал Влеч.

– Певец Дмитрий и поэт страшнее атомной войны. Своими словами они будили совесть и могли произвести бунт и революцию в сознании и сердцах людей. Этого нельзя допустить, и мы защищаем наши интересы и права на своих подданных.

Принц был поражён такой осведомлённостью Влеча.

Словно угадав его мысли, Влеч сказал:

– Да-да, вы правы. Вы даже представить себе не можете, до каких глубин о вас и о других доходит информированность нашего отдела. У нас глупых не держат.

И после паузы Влеч добавил:

– Недаром говорят: для того, чтобы прикинуться дураком – надо не быть им.

От всего слышанного принцу стало нехорошо. Он не любил, когда его учили, да ещё унижая и считая своим подданным.

– У вас нет свободы, – резко выпалил он, – у вас все рабы.

– Кто кому служит, тот тому и раб, – надменно ответил Влеч, – и не вы первый такой строптивый. Мы имеем корни в вашем сердце, а значит, имеем право на вас и вашу жизнь. Но вы правы. После прошлых опытов мы сейчас осуществляем бриллиантовую идею: люди думают, что они обретают свободу, но на самом деле становятся рабами своих бесконтрольных чувств, влечений и эмоций. Вернее, нашими рабами.

Чем внушительнее моральная и духовная слепота, чем больше каждый мнит о себе и выше технические достижения, тем быстрей всё идет к своей погибели, вернее, к нашей цели.

Однако, если вы так любите свободу, то почему же вы не бежали вместе с ними? Ваша клетка почти на треть была разрушена ураганом, но вы, забились в угол как мышь, и даже не пищали от страха. Вас освободили. Вам вернули все, чем вы владели, а вы тайно стараетесь отомстить и нанести удар в спину.

Влеч знал, что причинил этими словами острую боль самолюбию принца. Ведь у него ещё была совесть, и он считал себя не таким, как другие.

– Будь перед вами грубиян, – продолжал Влеч, – вы бы молчали из-за страха, чтобы вас не избили. А сейчас что? Страх прошёл, отдохнули, видите перед собой воспитанного человека, понимаете, что я не ударю, и сразу дерзкий голос обвинения прорезался?

Влеч продолжал:

Некоторые люди сознают, что поступают плохо. А вы так спрятали своё плохое, что убедили себя в его полном отсутствии. Вы боитесь прошептать себе, правду о себе даже

мысленно. Как же вы, дорогой мой принц, будучи столь трусливым, неблагодарным и мстительным, можете считать себя лучше других? – унизительно рассуждал Влеч. – Если честно, вы много хуже их. Но это лучше для нашего с вами дела. В вас это скоро пройдёт. Ваша душа обгорит, очерствеет и по- кроется жёсткой аппетитной корочкой. Вы станете тем, кто нам и нужен.

Принц молча опустил голову. Влеч словно сорвал покрывало с того, что ему ещё казалось ценным. А там, вместо ценностей, даже не безразличная пустота, а только грязь и нечистоты самозначимости. Ему и самому стало страшно и стыдно от того, что он увидел в себе, и уже ничего не мог возразить.

Всей своей сутью Ар-ту почувствовал и осознал, с какой властью и силой он столкнулся. Он ощутил страх от того, как она, эта сила, легко и свободно вскрывает и познаёт твоё тай- ное и действительное. Он чувствовал, как от напряжения его тело покрывалось липким потом. Сначала от пота потемне- ла рубашка под мышками, потом на спине и шее, и наконец, от стекающего пота, появились неровные круги на боках. Постепенно пятна пота слились в одно целое, и всё стало по- хоже на седло со стременами, укреплённое на спине принца.

Влеч смотрел на принца с самодовольной улыбкой, как смотрят на хорошо сделанную работу.

Обуздать и оседлать строптивого – так называется ситуация, когда крупные банкиры и дельцы, не желая нарушать дела, в тяжёлом разговоре заставляют строптивых смириться и начать скрупулёзно выполнять их указания и требования. Сегодня принц прошёл первый раунд объезживания непокорных.

– Ну а теперь всего вам доброго. Вас проводят, – неожиданно закончил Влеч. Слуга проводил подавленного принца к выходу.

ЖИЗНЬ НА ВЫЖИВАНИЕ

Таких как принц Ар-ту на острове было много. Гор, Эмм и новые «друзья» денег не давали и, чтобы выжить, Ар-ту и его команда работали, кто и где мог. Попасть на постоянные работы, где больше платят, оказалось непросто. Изначально приходилось трудиться на малооплачиваемых работах, чтобы тебя заметили. А уже потом, заслужив авторитет, можно надеяться перейти на лучшее место.

Работать бывает нелегко, но необходимо для жизни. Для этого люди и идут учиться в надежде, что, получив образование, можно будет получить хорошую должность и зарабатывать в два, десять или в сто раз больше за тоже время, чем другие.

Здесь, была своя учёба: «Бери больше – кидай дальше»

– это девиз для тех, кто был на земляных работах. А на разгрузке говорили: нужны люди, у которых глаза завидущие, а руки загребущие. Им объясняли: склад или корабль – это то, где можно взять, а куда носишь – это где можно продать. Вот носи и продавай, сколько можешь. Конечно, это шутка, но удачная шутка скрашивает трудное время.

На постоянную работу принц попал к очень сердитому бригадиру, которого многие называли Бугор, или Босс. В среде грузчиков он имел больше влияние: в его власти зарплату повысить или уволить. Каждый день в воздухе витала злоба, и у Босса была словесная война с грузчиками. Многие грубо оговаривались, на что Босс тоже отвечал резко и жёстко. Угодить Боссу казалось невозможно.

Как-то принц признался Рассу, что ищет другую работу.

– Окрики Босса нервируют и унижают. Босс постоянно придирается: не так берёшь, не так несёшь, не так дышишь, не так кладешь. Да это моё дело, как я беру и несу. Я делаю это не хуже других. Я урождённый принц и он не смеет кри чать на меня, – обиженно говорил Ар-ту.

– А я говорил, что дела надо выбирать по последствиям,

– ответил Расс. – Думать никто не мешает. Я знаю, ты считаешь, что ты думал, но на самом деле ты не думал, а просто решил, что будет так, как ты хочешь. А в жизни так не работает, а школе за такое двойки ставят. Учёные, например, сначала опыты на собаках делают, а ты сразу на себе. Вот сам и выбрал то, что сейчас имеешь.

– Расс! Я принц!!! Хватить соль на раны сыпать да мораль читать. Лучше скажи, что теперь делать? – вспылил принц.

– Здесь ты раб, а не принц! – усмехнулся Расс. – Вот если вырвешься отсюда, то опять станешь принцем. Ты же знаешь, что некоторые хозяева к скотине лучше относятся, чем к рабам. Это раз. Во-вторых, исполнение морали облегчает жизнь, но из-за своей слабости мы боимся признать свои ошибки. Пойми, нельзя выпрямить то, что ты считаешь прямым.

В-третьих, босс хоть и кричит, но учит, как и что правильно делать, чтобы ты мог лучше работать и не сорвал себе спину. Другие не кричат, но и не учат.

– Да какая же это учёба, – обиделся принц, – когда на тебя орут как на скотину. Разве так учат?

– Ну, если ты не учился, когда тебя вежливо учили во дворце, то учись, когда на тебя кричат. Не забывай, ты бесправный раб. Ты сам выбрал этот путь. Учиться на себе всегда больно и это трагедия, зато есть шанс поумнеть. Проблемы и трудности – это как таблетки от глупости. Одна беда: пока на своём опыте учишься, на исправление ошибок часто жизни не хватает.

По мне, пусть он кричит, но учит. Ты хоть неделю попробуй точно выполнять то, что он говорит. Ну не развалишься же ты от этого, а там видно будет, что дальше.

Сжав кулаки и стиснув зубы, Ар-ту перенёс обиду, что Расс не поддержал и не пожалел его. Однако две недели, терпя окрики и грубости Босса, он терпеливо и скрупулезно выполнял все требования. Результат поразил. Он как бы стал сильней

и выносливей. Все заметили, что он носил теперь больше, быстрей и получал больше, а уставал намного меньше.

– Ну и чудеса, – думал Ар-ту, – прав был Расс. Босс хоть кричит, но передаёт знания и опыт. Надо уметь учиться не только тогда, когда к тебе как к принцу обращаются, но и когда учат в жёсткой форме. Лишь бы учили.

Как-то после очередного окрика, и исполнив требование Босса, Ар-ту спокойно сказал, – спасибо вам, что вы меня так учите, – и пошёл дальше. У босса даже челюсть отвисла, а на другой день принцу ещё раз повысили зарплату.

Рассу принц тоже выразил признательность за науку, а учиться в любых условиях стало его девизом. Обидно, конечно, но сам виноват, раз по-другому не доходит.

– Ты мне напомнил одну историю, – сказал Расс. – В одной семье, когда отцу было около сорока, а сыну семнадцать, сын часто повторял: «Отец, – ты ничего не понимаешь в жизни. То было ваше время, а теперь наше. В наше время всё по-другому и вообще ваше к нам не подходит». Позже, когда сыну было тридцать, он говорил отцу: «Да, я знаю, что ты кое-что понимаешь в жизни и бываешь прав, но не сегодня и не в этом случае». Когда отец умер, а сыну стало пятьдесят, он думал: «Ну и глупец был я, что отца не слушал. Как хорошо он знал жизнь, и как он был прав. Отец мечтал, чтобы мы, дети, были счастливей и не повторяли его ошибок. А я прожил жизнь, повторил его ошибки, да ещё и своих наделал».

Так что у тебя есть надежда, что ты будешь лучше того сына и поумнеешь раньше пятидесяти лет, – весело закончил Расс.

Они посмеялись, и принц добавил:

– Говорят, что мудрость приходит с возрастом, но иногда возраст приходит один. Как я хотел бы, чтобы мудрость пришла сейчас, а не в старости.

Ар-ту научился носить различные грузы на своей голове, как грузчики в Индии. Иногда так легче, только спину всегда

ровно держать надо. Когда он носил на голове кирпичи, то это было похоже на цирк: он приспособил на голову деревянную подставку, подбитую мягкой кожей. Сам, забрасывал на площадку на голове кирпичи так, что они укладывались столбиком, и уверенно шёл с ними по качающейся доске на причал к месту разгрузки. Всё это смотрелось так изящно и грациозно, что люди специально приходили посмотреть и даже бросали деньги.

Успех Ар-ту не понравился его «лучшим друзьям». Зав и При силой заставили Ар-ту работать в кабачке-ресторане, где был боксёрский ринг для развлечений. Здесь любили посидеть и попробовать силу своих кулаков сынки-подростки богатеев. Хозяин местечка специально держал молодых людей, которые за определённую плату были живыми мешка- ми для богатых любителей бокса. Модный вид уличной драки привлекал в клуб многих клиентов и дела у хозяина шли неплохо. Платил он тоже неплохо. Но была постоянная потребность в тех, кто будет «живым мешком». Часто драться никто не желал и не мог, так как иногда сильно избивали, не считая разбитых бровей и свёрнутых носов. Вот таким живым мешком принца и заставили работать. Ар-ту пришлось подчиниться, но он мечтал стать сильным и когда-нибудь избить и Зава, и При, и Эмма, и Гора. Но это была только мечта. Закон для живых мешков был прост. Ты не можешь избить клиента. Ты не должен часто выигрывать. Ты не должен быстро проигрывать, но ты можешь не дать избить себя. Правда, если многие клиенты не могут справиться с тобой, то они теряют интерес, а у тебя падает заработок. То есть ты должен делать всё, чтобы клиент был счастлив и получал удовольствие от силы своих кулаков. Со ставок боец тоже имел определённый процент дохода, так как это было и его искусство – зажечь публику азартом.

Сегодня принц имел третий бой за вечер. Это было городским рекордом. Здоровенный детина уже дважды укладывал принца на пол и теперь мечтал послать его в нокаут. Быстро

росли ставки: сумеет ли принц продержаться до конца раунда, или громила Стив уложит его раньше. Все помнили: у Ар- ту это третий бой за вечер, и он явно устал и выдохся.

Рослый Стив понимал своё преимущество и был уверен в успехе. Он ходил за принцем из угла в угол, куда загонял его мощными ударами, с гордо поднятой головой и руками.

Расс шепнул: «Хозяин удвоит твой процент, если не упадёшь до конца раунда».

Громила Стив вынудил Ар-ту стоять ближе к центру ринга. Шли последние секунды боя. Болельщики ревели, ожидая развязки, а ставки стремительно росли.

Шатаясь, принц стоял в стойке бойца, но его руки были почти опущены, а лицо открыто. О такой стойке смеясь, говорили: бей не хочу. Верзила Стив выжидал. Он мечтал отомстить за разбитый нос и красиво ударить в последние секунды. Кто-то из судей громко стал отсчитывать секунды до конца раунда. Пятнадцать, четырнадцать…, когда судья досчитал до восьми, Стив сильно оттолкнулся ногой от пола и сделал резкое движение всем корпусом для удара.

Всего на долю секунды раньше, шатаясь от усталости принц упал, чуть в сторону и на одно колено. Мощный удар Стива прошел над его головой. Сам Стив, от толчка ногой, по инерции перелетел через принца, упал на ринг, проскочил под канатами и ударился головой в судейский гонг, на несколько секунд раньше возвестив о своём поражении. За эти секунды принц сумел подняться и так же, шатаясь, продолжал стоять на ринге.

Публика взревела, казалось, что здание вот-вот рухнет. Кричали все, так как все сразу проиграли. Одни ставили на то, что Стив уложит Ар-ту в нокаут. Другие на то, что Ар-ту упадёт сам. Третьи на то, что Ар-ту продержится до конца. Но никто не ставил на то, что шатающийся от усталости Ар- ту будет победителем. Да, он еле стоял на ногах, но на ринге был только он и он стоял. Судья объявил его победителем! Банк ставок достался хозяину ресторана.

Расс положил на себя сползшего с ринга друга и унёс в за- днюю коморку.

Немного позже кто-то сильно толкнул замкнутую дверь коморки. Другой мощный толчок сорвал крючок, и вломился хозяин. От неожиданности он замер и его лицо вытянулось. Он резко захлопнул дверь и прислонился к ней. Ар-ту, еле живой Ар-ту, которого только что унесли из зала, с вполне жизнерадостным лицом спокойно и уверенно сидел на лавке, прислонившись спиной к стене. Ни разбитых бровей и ни одного кровоподтёка на лице. Они удивлённо смотрели друг на друга.

– Слушай! Я думал, ты тут умираешь от побоев. Даже за доктором послать хотел, а ты тут…

И после паузы хозяин уточнил:

– Так ты это… ты это что, нарочно так? На случайность что-то уже не похоже?

– А вам как надо? Так и считайте, – усмехнулся принц.

– Так ты это… ты это, что… великий артист бокса? А как же кровь?

– Кровь? А что кровь? Дал ему в нос легонько, а потом по лицу размазал. Вот и кровь. Ну, упал пару раз, для большего азарта, вот и всё что публике надо.

– Ну и силища же у тебя тогда, – восхитился хозяин. – Так обмануть всю публику, заставить поверить в свою беспомощность, заставить сделать такие ставки. Да ещё какие ставки! С твоей помощью я выиграл больше, чем за полгода работы. Я плачу тебе втрое больший процент со ставок.

– Спасибо за оплату, но я всё равно не хочу иметь три боя за вечер. А насчёт моей силищи вы зря так думаете. Сил у меня не так уж много, но слава Господу, что Он, хотя бы так, учит меня жизни. Для меня, другого пути, видимо, нет.

– Ну и не надо по три боя, – согласился хозяин. – Я только желаю, чтобы ты так же красиво и ловко вёл себя как сегодня. Только чтобы никто не знал об этом. У тебя так шикарно вышло, что никто даже и не думает, что ты в такой

хорошей форме. Возьми часть денег сейчас, остальные получишь завтра, а то взбешённая твоей победой публика весь ресторан разнесёт. Да, отсидись дома пару деньков, чтобы все верили, что ты был сильно избит.

И хозяин ушёл.

На другой день к принцу пришли Зав и При.

– Ну ты молодец, – хлопая Ар-ту по плечу с гордостью говорил При. – Весь город только и говорит о твоей неожиданной победе. Хозяин, говорят, здорово заработал на ставках за этот бой.

– Да и тебе, наверно, перепало что-нибудь, – с доброй улыбкой отметил Зав, – не грех и поделиться с друзьями.

– Ну, так что вы ко мне пришли? Хозяин получил, вот к нему и идите. Может он и поделится, – парировал принц.

– А ты не здорово умничай, – сразу сменил тон Зав. – Деньги давай.

– Так что же вам давать? Вы и так себе всё гребёте. Ты, При, Эмм, Гор себе уже хорошие особняки купили на мои деньги. Так что это вы делиться должны.

Вместо ответа Зав ударил принца. Принц увернулся раз, но второй удар пропустил, отлетел, ударился о стенку и медленно осел на пол.

Зав и При молча стали искать деньги. Перерыли всё, забрали какие-то гроши, пригрозили избить, если это не все деньги, и довольные ушли.

Позже, когда Расс вернулся с деньгами, и они вместе наводили порядок в комнате, принц размышлял:

– Я одного никак не пойму. Почему я могу выстоять три боя по три-шесть раундов на ринге, почему я могу уйти от удара противника, но никак не могу справиться ни с Завом, ни с При. Я тренируюсь на ринге, чтобы стать сильней и одолеть их, но я, против них, как ребёнок против силача.

– Они не то, что ты видишь и думаешь, – усмехнувшись, ответил Расс. – Они не люди. Они взращённые тобой привычки, гордость и эмоции, которые воплотились в плоть.

Поэтому ты никогда не сможешь их победить. Хотя победить их можно, но не такой силой.

– Пф-ф-ф, – фыркнул Ар-ту. – Расс, ты умный, хороший и верный друг, но иногда такую ерунду говоришь, что невозможно воспринять это всерьёз. Они не люди? А мы тогда кто?

Расс молчал.

– Знаешь, я не хочу и не могу так больше жить, – продолжил принц. – Меня тошнит от всего, что заставляют делать Зав и При. Они отбирают и заставляют тратить то, что мы заработали. Я противен сам себе, когда они заставляют поднимать грязные ноги на стол, за которым едят, плевать на пол, грубо и цинично разговаривать с людьми, курить сигареты и наркотики из садов моря. Если я не подчиняюсь им, то они избивают меня и причиняют мне столько острой внутренней боли, что кажется, что я схожу с ума.

Я понимаю, что всё это есть в жизни, но я не могу смириться с тем, что это нормально, правильно и что только так и должно быть. Это не настоящая жизнь.

Я помню слова Дмитрия и поэта: если люди совершают зло ради зла и находят в этом удовольствие, значит, физически существует и само зло. А раз существует живое зло, значит, есть и живая Истина, и Любовь, значит, есть настоящие Надёжность и Верность. Только где они?

– Это только по ту сторону Стыка Миров, – ответил Расс. – Это хорошо, что у тебя сохранилась совесть, но что это изменило для тебя? Другое дело – Дмитрий и поэт. Они не только поняли это, но и нашли в себе силы, сокрушая гордость и своё самолюбие, признаться в своём бессилии и просить помощи у Творца. Ты сам видел, им немедленно помогли, и они с достоинством ушли на ту сторону Стыка Миров. Раз они смогли, значит, и ты и другие смогут.

– Слушай! А ведь девушки тоже бывают такие, как я сейчас? – неожиданно спросил принц.

– Ну и что?

– Как что? А если мне попадётся такая жена? Двое таких под одной крышей?! Да нам целый город тесным будет. Мы же жить будем в ссорах и раздражении друг на друга. Да я не хочу такой участи.

– Погоди, – рассмеялся Расс. – Во-первых, до свадьбы ещё дожить надо. А во-вторых, сначала сам стань лучше, да думай не только о красоте, но и о характере невесты. Как штурман, я тебе так скажу: ты смотришь правильно, но твой корабль жизни плыл и плывёт не в ту сторону.

Наступила пауза.

– Мой отец нередко предупреждал, что если совесть человека спит, то никакие сторожа не удержат его от плохого. Таких людей лучше никогда не приближать к себе. Расс! Расс!!! Я сейчас тот человек, от которого мой отец старался спасти меня.

– Может и так, – ответил Расс. – Но раз ты стал хуже, значит, можешь стать лучше. Просто надо плыть в правильную сторону.

– Я не хочу, не хочу так больше жить. Я должен бежать. Я освобождаю вас о присяги данной мне и моему отцу. Вы свободны от меня и от всего. Но я буду бежать от такой жизни. Я не знаю куда. Я не знаю как, но я знаю – чем скорее, тем лучше. Если кто хочет, то может бежать со мной. Кто – нет, значит, нет.

Раздай другим деньги, что мы получили за этот бой. Пусть каждый сам решает, что ему делать. Мне всё равно нельзя деньги иметь. Зав и При всё отберут.

ПОБЕГ

На другой день принц устало сидел в людном месте и вдруг услышал знакомых голос. Виктор! – сразу узнал он.

– Точно, он. Это его голос. Но какой он? Было темно, когда

мы разговаривали в клетках на Стыке Миров, и я даже не рассмотрел его лица.

Принц внимательно огляделся и понял, кому принадлежит знакомый голос. Молодой человек, лет на пять старше принца, хорошо одет, с солидным, живым и располагающим выражением лица и имел атлетическое сложение, хотя он явно не качок.

– Виктор, – воскликнул принц, подбегая к молодому человеку. – Какими судьбами? А я уж думал, что мы больше не увидимся.

Молодой человек замер от неожиданности, словно оценивая обстановку.

– Я помню вас, но забыл ваше имя, – уклончиво ответил он. – Кто вы?

– Меня зовут Ар-ту. Мы с вами как-то хорошо беседовали и спасибо за ваши наставления.

– Ар-ту, дайте мне закончить моё дело, и мы продолжим беседу, – ответил Виктор и добавил: – Приятно снова встретиться с вами.

Часа через два они уже сидели в небольшом кабачке и разговаривали как старые знакомые. Принц не спешил много рассказывать о себе и о своих делах.

– Я предполагал, что ты тоже сбежал со всеми в ту ночь,

– сказал принц негромко.

Виктор помолчал, смотря принцу в глаза, и так же негромко ответил вопросом:

– А ты что, бежать собрался?

– Да причём тут я, – удивился принц, чуть не упав со стула от неожиданного вопроса. А у самого в голове тут же мелькнула мысль: «в наших департаментах глупых не держат», уж очень он легко и быстро раскусил меня.

– Я просто так почему-то о тебе думал, что ты тогда убежал, – уклончиво заюлил он.

Вскоре Виктор засобирался. Уходя, он небрежно сказал:

– У меня здесь, завтра тоже дела, так что если нужна помощь в том, что ты задумал, то можем встретиться здесь в это время.

– Хорошо, – машинально ответил принц, и они расстались.

На следующий день они продолжили разговор, во время которого Виктор вдруг начал объяснять:

– Через порт уйти невозможно, но за городом есть небольшие горы и всего два перевала. За горами небольшая полупустыня. Что за ней, я не знаю, но это не конец острова. Наш остров длинный, хотя и не очень широкий. Проход у горы Кентавр всегда охраняется, вернее, там всегда много охотников на кабанов и оленей, ну и заодно они охотно ловят беглецов. Но где-то у Западного Воина, говорят, есть звериная тропа, по которой можно перейти гору. Там можно спуститься в долину или в полупустыню и по ней уйти. А там

– попутный корабль – и ты ушёл.

Да, без еды ты можешь прожить более двадцати дней, но без воды, только два-три дня. Так что бери воды побольше и подумай, стоит ли это делать. Всё-таки это, хоть и большой, но остров.

Они молча допили напитки и расстались.

X

– Слишком твой знакомый умён и всё знает, – бурчал Расс, расхаживая по небольшой комнатушке, где сидела вся команда, – не из простых он. Как бы в ловушку не угодить.

– Зато подсказал и не выдал, – возразил принц.

– Не выдал, ещё не значит, что друг, а то, что подсказал, может, и не значит, что хотел помочь. Вдруг это подстава? Откуда ты знаешь, что он не выдал, а? Как убежать с острова, когда нет корабля? Может, там, вообще, только пустыня дальше.

– Ну, слушай! Ну не убежим! Ну, поймают! Ну, посижу ещё в клетке, и посмеются над нами! Ну и всё! Потом всё по-прежнему будет, как и сейчас. Но всё-таки есть причина, почему они охотятся на беглецов. Это раз, а во-вторых, мы уже точно будем знать, что и к чему на этом острове. Брать всё, что может пригодиться, но так, чтобы не мешало передвигаться. Главное: запас воды, верёвки, оружие, огниво и еда.

– Ты, что? Уже бежишь? – удивился кто-то из команды.

– Мы ведь совсем не готовы к этому. Даже оружия никакого нет. Ножи да одна сабля.

– Если Виктор подставил нас, то им тоже надо время на подготовку. Уходим завтра утром, как будто на работу пошли, а сами у старой фермы встретимся и сразу к Западному Воину.

Х

Гора Западный Воин издали действительно была похожа на воина в доспехах. Тропу нашли довольно легко. Узкая, но хорошо видимая тропа повела их сначала по склону горы, но скоро круто пошла к вершине. Все спешили, хотя морякам идти в гору было непросто. Тропа петляла, временами почти исчезала из видимости и все начинали сомневаться в правильности пути. Стала наваливаться усталость, и теперь вместо разговоров слышалось только тяжёлое дыхание. Наконец, после очередного поворота на спуске, показалась полупустынная местность, местами покрытая небольшим кустарником. От перегретого солнцем воздуха всё сливалась в сплошное мутное марево, и хорошо увидеть горизонт не представлялось возможным.

– Только верблюдов не хватает, – хмыкнул Расс. – Интересный остров: и морской сад, и горы, и даже почти пустыня. Интересно, что по другую сторону песчаного царства? Спуск был небольшой, но крутой. Вернуться этой дорогой назад почти невозможно.

– Ну что же? Жребий брошен! – сказал принц, и они начали спуск. Чтобы не рисковать, обернули верёвку через дерево и, держась за верёвку, стали спускаться.

– Как гусята за мамой, – пошутил кто-то.

Внизу, после короткого отдыха, пополнив из крохотной чистой лужи запасы воды, беглецы продолжили путь. Местность постепенно поднималась вверх, поэтому не было видно, как далеко тянется полупустыня. Поднявшись на холм, они увидели на горизонте, за низкими кустами, тёмную полосу. Низкий кустарник и марево в воздухе не давали рассмотреть, что это такое.

– Прямо по курсу земля! – пошутил кто-то. – Может, уже и дошли до края пустыни?

КАМЕННАЯ РЕКА

Подгоняемые надеждой, все прибавили ходу. Поднявшись на очередной холм, чтобы осмотреться, они застыли завороженные страхом и ужасом. То, что простиралось прямо за холмом, для людей, привыкших к просторам моря, было что- то невообразимое. Было то, о чём они никогда не слышали. Было то, чего по их понятию не может быть, но оно, это невозможное, было здесь и было реально.

Прямо у подножия холма, во всей своей красе, словно вышла из страшной волшебной сказки, лениво катила свои волны каменная река. Она была не очень широкой и на самом деле никуда не текла, но у всех было такое впечатление, что камни действительно двигались в одном направлении. Узкие, высокие, немного разные по цвету клинообразные камни выходили из земли очень близко друг к другу. Они не были ровным ни по высоте, ни по форме, ни по размеру, а некоторые имели различные изгибы. Одни в рост человека, а некоторые почти по пояс. Имея клиновидную форму, они, тонкими и под острым углом обломанными вершинами, устремились в высь и от этого казались ещё выше и неприступней. Руки и инструмент человека никогда не касались

этих камней, но несмотря на хаотичность их положения они стояли очень плотно. У самой земли они почти касались друг друга, не оставляя между собой места даже для одной узкой стопы.

Сбежав с холма вниз, все стали пробовать протиснуться между камнями, но скоро все поняли, эту реку так просто не пройдёшь. Даже если ты смог встать и втиснуться между первыми камнями, следующий камень стоял точно на твоем пути, делая дальнейшее движение нереальным. Прыгать как акробаты по скошенным верхушкам камней, было слишком рискованно, и не все могли рискнуть для этого.

– Да здесь только мышь перебежать может, лиса и то застрянет, – в отчаянии произнёс Расс.

– Вот те на-а-а, – растерянно произнёс кто-то. – Что делать будем?

А за каменной рекой местность была более весёлая: и кусты повыше и попышнее, и местами даже деревья стояли. Но это всё было по ту сторону, а по эту – они стояли в растерянности, ища глазами хоть какой-нибудь проход. Но ничего подобного не было видно.

– Ну, вот и пришли, – досадно произнёс Ар-ту. – И чего нас ловить, когда даже убежать невозможно.

– Может, для того и ловят, чтобы ты здесь не помер, – усмехнулся Расс. – Ты им живой нужен, а не мёртвый. Только одно не пойму, почему никогда не слышал о такой каменной реке?

– Может, мы дальше всех зашли, – ответил Ар-ту. – А может, это как особая граница: перешёл каменную реку – значит, спасся, поэтому и рассказать о ней некому.

– Назад не пойдём, – предложил Ар-ту. – Двинемся на восток. На западе на горизонте скала. Там каменная река может в скалу упираться. А на востоке точно есть выход к морю, и думаю там, по воде, можно будет обойти камни.

Уныло, долго и скучно, под палящим солнцем идти вдоль каменной реки и думать, как близко спасение и как оно

неожиданно недостижимо. Держались как можно ближе к камням, чтобы в воздушном мареве было невозможно рассмотреть их в подзорную трубу.

Постепенно заросли стали немного гуще, появились раскидистые деревья. Ар-ту забрался на ветки, чтобы осмотреться. Каменная река в этом месте была повыше, но поуже, а на той стороне, прямо у самых камней, тоже стояло дерево. Оно было не высоким, но с толстыми далеко расходящимися в стороны ветками.

– Верёвку бы перекинуть и перебраться, – задумчиво произнёс принц. – Только как? Тут хоть недалеко, да рукой ведь не докинешь.

Они расположились передохнуть и решить, что делать.

Неожиданно, издалека донёсся выстрел. Все вскочили.

– Погоня!? За нами!?

– Уходим. Быстро уходим, – дал команду Расс.

Все похватали вещи и быстро скрылись в ближайших кустах.

Очень скоро после ухода команды Ар-ту здесь появилась группа девушек. Было видно, что они измучены жаждой, устали и очень спешили.

– Тоже мне, мужчины, – сердито бурчала Анна, на ходу засыпая в пистолет порох и забивая пыж со свинцовой пулей. – Сильные, храбрые и все герои, а сами на девушек собак пустили. Последний заряд остался. Все пули на собак перевела.

Дойдя до каменной реки, они от неожиданности замерли, потом дружно стали пробовать протиснуться между камнями, но все было бесполезно. Одна девушка, впадая в истерику, принялась раскачивать камни, пытаясь вырвать их из земли.

– Это невозможно, – бессознательно твердила она. – Такого не может быть! Такого не бывает! Не-е-ет!

Она хваталась то за один камень, то за другой, но глыбы не шелохнулись. Судорожно всхлипывая, с глазами полными

слёз отчаяния, она в изнеможении тихо опустилась на землю рядом с каменной рекой.

– Весь остров, словно тюрьма большого размера, – произнесла София, облизывая пересохшие губы. – Даже убежать некуда.

– Девчонки, смотрите! Здесь кто-то был. Вот даже верёвка осталась и мешок какой-то, – воскликнула Снежана.

– А вдруг это охотники на беглецов забыли, – ответила другая. – Уходить надо.

– Девчонки! Да это же кожаный мешок с водой, – радостно прозвучал голос Снежаны. – Как раз для нас.

Счастливые своей находкой, девчата за целый день, наконец, утолили свою жажду. В побеге они не были готовы к тому, что встретилось им в пути: ни к безводной полупустыне, ни к травле собаками, ни тем более к встрече с каменной рекой.

– Охотники или нет, не важно, важно, что верёвка длинная и если её перекинуть на дерево на той стороне, то можно перейти на тот берег, – сказала Анна.

Услышав стук топора, все вздрогнули от плохого предчувствия. Анна тут же выхватила пистолет, но оглянувшись, они увидели, что Снежана тесаком вырубала короткую толстую палку.

– Ты что шумишь, – напустились на неё все. – Нас могут услышать и понять, где мы спрятались.

Но Снежана не обращала на это никакого внимания. Она молча завершила свою работу и тут же принялась обрубать верхушку одного из небольших деревьев.

– Значит так, – сказала она, по тону её голоса сразу стало ясно, что она просто командует и не собирается обсуждать и выслушивать никаких возражений или мнений, – давайте верёвку. Скорее. У нас только одна попытка перебросить веревку на то дерево за каменной рекой. Если палка с верёвкой упадёт между камней, то мы её уже не вытащим. Сейчас это наш тренировочный бросок.

Обмотав верёвкой высокий обрубок дерева, который стал похож на большую рогатку, девушки дружно пригнули ствол вниз. В заранее вырубленную выемку Снежана осторожно положила палку без верёвки.

– Пуск! – крикнула она и махнула рукой.

Палка, брошенная рогаткой как катапультой, описав красивую дугу, довольно высоко пролетела рядом с деревом на той стороне.

– Пойдёт, только лучше целиться надо. Необходимо бросить точно через центр дерева на той стороне.

Взяв другой обрубок и привязав к нему верёвку, она приспособила палку на рогатину и скомандовала:

– Тяните!

Стоя за спиной девчат, она точно видела направление броска:

– Все подвинулись влево, – железным тоном произнесла она, – ещё чуть-чуть. Сильней натянуть! Пуск!

Тонкой змеёй метнулась верёвка за палкой на другую сторону. На этот раз бросок был точнее, но не такой сильный. Зацепив макушку, полка всё-таки перелетела через крону. Все замерли, а кричать от радости боялись. Отвязав свой конец верёвки, Снежана подбежала к высокому стволу дерева, стоящего напротив дерева на другом берегу каменной реки. Подсаженная руками подруг, она мгновенно взлетела на нижние ветки. Поднявшись выше, она перекинула конец верёвки через толстый сук и крикнула:

– Тяните, только медленно.

Верёвка сначала пошла, потом стала натягиваться, вдруг сорвалась и ослабла. Все ахнули и замерли. Сорвалось!?

– Тяните ещё, но медленно, – продолжала руководить Снежана.

Неожиданно все увидели свою палку, которая, сорвавшись откуда-то, теперь находилась между двумя толстыми ветками дерева на той стороне.

– Тянем, – звенел голос Снежаны.

Наконец все поняли, что бросок был удачным и верёвка надёжно закреплена на другой стороне каменной реки. Натянув веревку покрепче, так что верхушка дерева на их стороне слегка наклонилась, девчата – одна за другой – начали переправу. Спускаться по наклонной верёвке было не тяжело, но страшно. Торчащие камни не вода, если в них упадёшь, то уже не выйдешь.

На небольшом холмике, не так далеко от них, показалась довольно большая группа людей.

– Вот они, – закричал кто-то, – попались голубчики. – Ну, держитесь теперь! Я вам за своих собачек всё припомню!

– Слушай, да это не команда принца, – глядя в подзорную трубу, произнёс один охотник.

– Как не они. А кто тогда?

– Братцы, да это же девчата. Да если бы мы раньше знали, что это девчата, уже давно бы переловили.

– А где тогда принц?

– А кто его знает? Может, на запад пошёл, тогда завтра на восток пойдёт, тут мы его и поймаем. В пустыне да без воды – как раз еле живой будет.

– Ты смотри, смотри что удумали, а! А ну скорей мужики, а то не ровен час, и вправду уйдут на ту сторону.

Анна последней забиралась на дерево, когда рука подбежавшего преследователя скользнула по её ноге, но хорошо схватить не успела. С ловкостью кошки она добралась до верёвки, но в бешенной спешке потеряла пистолет. Охотники тоже кинулись на дерево и ветка, не выдержав двух тяжёлых мужчин, обломилась. На смену им уже лез более быстрый и ловкий Зав.

– Сейчас я тебя… – угрожающе рычал он.

Анна уже сцепила ноги на верёвке и начала спуск, как он схватил её за поднятые ветром волосы.

– Ну, теперь повиси, повиси немножко. Я разрешаю, – великодушно произнёс Зав.

Страшный вопль Анны вспугнул всех. Это был вопль отчаяния, но в ту же секунду, ножом, единым взмахом руки, она

обрезала волосы и заскользила вниз по верёвке. От неожи- данности Зав потерял равновесие и чуть-чуть не упал. Пока он выправил своё положение, Анна уже была на той стороне. Преследователи не сдавались. Зав уже начинал спуск, а другой ждал своей очереди. Толпа охотников ревела и подбадривала друг друга.

– Давай Зав! Давай! Скорей! Уйдут!

Кто-то из девушек в панике пронзительно закричал. Все замерли, и в этой тишине раздался громкий и уверенный голос Снежаны:

– Эй, вы! Там…! Получите, что искали, – с этими словами она ударом тесака перерубила верёвку. Дерево на той стороне выпрямилось: тот, что был на дереве, полетел далеко в кусты, а Зав, крутнувшись, как жук на короткой верёвочке, сильно ударился о дерево и, обламывая ветки, без сознания упал вниз.

ХОЗЯЙКА КАМЕННОЙ РЕКИ

Тем временем Ар-ту и его команда вышли к большой воде, с берегом заросшим колючим кустарником, растущим прямо из воды. Сквозь эти заросли вдали была видна долгожданная полоса чистой воды.

– Вода морского залива, – решили все. Рассуждали так: – если отойдём от каменной реки, то вполне вероятно, что приблизимся к деревне, где нас могут заметить. Безопасней идти вдоль камней, должны же они, в конце концов закончится.

Шли по воде, которая то доходила до колен, то опускалась до щиколотки. Но перейти или проплыть между камнями было невозможно. Шли, стараясь держаться плотной кучкой, как неожиданно Расс остановился и поднял сжатую в кулак руку. Все замерли.

– Что случилось? – тихо спросил Ар-ту.

– Не знаю. Но я чувствую, что на нас смотрят, – ответил Расс.

Все притихли, всматриваясь в сразу ставшие враждебными кусты и камни. Услышав шипение, все повернулись на звук и…

За камнями, лежа на воде в узком проходе среди камней, на них немигающим взглядом смотрели глаза гигантской змеи. У неё была огромная голова, а тело было покрыто неровным узором цвета воды и камней. Время от времени из пасти высовывался длинный раздвоенный язык, более чем с руку длиной. Все замерли. Чудовище, несколько раз высунув язык, пошевелилось и, отрезая их от берега, стало не спеша выплывать из своего убежища. Змея понимала, что здесь от неё никто не убежит, и поэтому не спешила.

Зевая, она широко раскрыла свою пасть, показывая огромных размеров ядовитые клыки, резко выделяющиеся на фоне простых зубов. Все поняли, одним человеком такую тварь не накормишь.

– Если эта тварь вылезет, она всех передушит, – тихо произнёс кто-то.

Голова змеи приближалась к краю камней.

– Господи, прости и помоги, – пронеслось в голове Ар- ту. Он бросился в бок за камень, выхватил саблю и подняв клинок над головой в ожидании замер. Змея, казалось, не обратила на это внимания. Как только её голова высунулась из камней, Ар-ту нанёс удар, стараясь одним движением отсечь её голову. Всё было правильно, кроме одного: кожа змеи, как рыба чешуёй, была покрыта небольшими твёрдыми чешуйками. Они, защитили её от острого лезвия, а тело змеи, чуть прогнувшись на воде, так ослабило удар, что даже следов не осталось.

Ар-ту отскочил, а броситься на него змея не могла, так как была ещё зажата между камнями. Она повернула к нему голову и, раскрыв пасть, зашипела.

В то же мгновение чей-то сапог ударил змею в ядовитый клык. Чьи-то руки сунули в пасть обломок большой деревяшки. Кто-то прыгнул на неё так, чтобы своим весом не дать ей поднять голову, и тут же вонзил ей нож в глаз, а прямо по ноздрям чудовища уже кто-то бил зажатым в руке камнем. Змея, как могла, дёрнула головой, оттолкнула несколько человек, но не сумела сбросить седока со своей головы. Всё равно медленно и тяжело она стала поднимать свою голову. В этот момент кто-то поймал змеиный язык руками и сильно потянул его на себя и в сторону, пытаясь опустить и повернуть змеиную голову. Это был удачный приём, поворачивать голову змеи, держа её за язык. Сверху на голову змеи уже уселся ещё один человек и, как только её голова оказалась опять у воды, Ар-ту, держа рукоять сабли обеими руками, нанёс колющий удар сверху, пытаясь проткнуть её шкуру. Он чувствовал, как сабля упёрлась во что-то твёрдое, он навалился всем телом, шевеля и толкая остриё вниз. Раздался хруст, всё вокруг вздыбилось в змеиных кольцах и сразу замерло. Ар-ту продолжал давить и шевелить саблей, пытаясь отрезать голову. Все были настолько озлоблены, что никто не ждал, что будет дальше. Все тянули, били, вырывали, и вскоре голова чудовища была отрезана, а частично просто оторвана от своего тела. Только теперь все остановились в кровавом месиве воды.

И если бы появилось, какое другое чудовище, то они, не задумываясь, ринулись бы в бой. Но было тихо.

– Как хорошо, что она лежала между камней и не успела поднять головы. Иначе всех передушить могла, – произнёс Ар-ту.

– Это точно, – отозвались другие, – зато как удачно ты попал между позвонков! Если бы попал в кость, то трудно сказать, чем бы всё закончилось. А так сразу – раз, и сломал позвоночник!

Расс, как по дорожке, пробежал по телу змеи между камней и вернулся.

– Я подумал, что она через всю каменную реку лежит, но ошибся.

Выбив на память ядовитые клыки, они надели голову змеи на камень так, словно она пыталась его проглотить.

– На, жри! – произнёс кто-то, – только косточками не подавись.

Все устало засмеялись и пошли дальше. День близился к концу, и они спешили.

К своему удивлению, они увидели, что каменная река далеко уходила в залив, пока не была полностью покрыта водой. Странным казалось и то, что в уютной бухте повсюду находилось много разбитых кораблей.

– Это что, морское кладбище? – мрачно пошутил кто-то.

– Да, странное местечко, – согласился Расс. – Очень похоже, что это и есть знаменитые мыс и бухта Разбитых Надежд. Смотри, сколько их тут уже погибло.

– Один вопрос, – произнёс Ар-ту, – ночевать тут будем, или пока светло через каменную реку переплывём?

Уже в глубоких сумерках они выбрались на берег на другой стороне каменной реки.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

ГРОЗНЫЙ СТРАЖ ВОСТОЧНЫХ ГРАНИЦ

В темноте они ещё долго уходили подальше от залива. Наконец, почувствовав себя в безопасности и от усталости, они разом повалились на землю. Несколько позже беглецы развели костёр, и сразу стало веселей, теплей и уютней. Неожиданно послышалось негромкое блеяние овец, и на свет костра вышел пастух с небольшим стадом. Остановившись неподалёку, он приветливо спросил:

– Разрешите и мне, Христа ради, погреться у вашего огонька.

– Подходи, если с миром пришёл, – устало, но любезно отозвался Ар-ту.

– Мы здесь странники и ищем покоя, так почему и другим не погреться у нашего огня, – поддержал его Расс. – Правда, угостить тебя нечем. Наша пища – это наша свобода, – продолжил он, думая, что пастух всё равно поймёт, что они не из местных, а значит, лучше сразу правду сказать.

– Мой приход мирный, – отозвался пастух, – спасибо за разрешение, добрые люди. Своим ответом вы мне напомнили историю об одном нищем. Он часто просил милостыни так: подайте, Христа ради, водицы попить, а то так есть хочется, что даже переночевать негде.

Все засмеялись. Ночной гость явно оживил всех и поднял настроение.

– Это как раз о нас, – сказал кто-то. – А то вода и ночлег под звездами обеспечены, а есть так хочется, что живот от голода волком воет.

– Ну, раз вы, такие, как тот нищий, то, может, и я, могу чем-то помочь, – смеясь, произнёс пастух.

Он попросил помочь подоить овец и достал из сумки хлеб. Вскоре все наслаждались вкусом хлеба и парного молока.

– Сегодня гостей ждать будем, – неожиданно сказал пастух, – вовремя вы огонёк развели.

Эта новость никого не обрадовала. Что за гости? Может, их костерок привлекает того, кого не нужно? Да и пастух, конечно, местный, но кто он? Свой – чужой?

– Подумать всегда есть над чем, – словно угадав их мысли, сказал гость, – но думать надо без зла и суеты, а ещё лучше выбирать дела по последствиям. Тогда больше пользы от раздумий. Уставшие, но сытые и разомлевшие от теплого костра, Ар-ту и его друзья засыпали один за другим.

Ар-ту не спал и незаметно задумался над своей жизнью. Он вспомнил детство во дворце, прощание с родителями и седеющую прядь волос в причёске ещё молодой и красивой мамы. А ведь это из-за меня у мамы ранняя седина,

– подумал он. Неожиданно он ощутил присутствие некой великой и могучей сущности. Он не видел её, но ощущал её так близко, как будто они вот-вот могли соприкоснуться.

Нередко сравнивая себя с различными людьми, мы удовлетворённо отмечаем свои преимущества, а когда их нет, то для себя делаем успокаивающий вывод: ну и что? Я всё равно не хуже его. Однако сейчас Ар-ту сильно забеспокоился: он почувствовал, что не может сравнивать себя с этой Личностью. Второе, он никак не мог найти подходящих слов для своего сравнения и понимания необычности Личности.

Расс, ворочаясь во сне, что-то бессвязно бормотал и неожиданно внятно и чисто произнёс: «Святость». Святость, громким эхом отозвалось в сознании и душе юноши. Он сразу ощутил, как мал и жалок по сравнению со святостью. Жар души, страх и трепет охватили его, и он преклонился перед невидимой, но Великой, Могучей и Святой Личностью.

Трудно признать величие другого, ведь это значит признать свою неспособность быть равным. Но признать Святость

другого, пусть даже великого, ещё трудней, ведь это признание своей духовной несостоятельности и неправоты всей своей жизни. Не все могут пересилить свою гордость и признать это. Как люди не терпят пятен грязи на парадной одежде, так и Святость не терпит рядом ничего нечистого. Вина всегда наказуема, и тогда остаётся только одно – надежда. Надежда на милость Святости, при добровольном личном раскаянии.

Стремление раскаяться во всём, получить милость прощения и хоть немного начать подражать Великой Святости, как жар охватило принца. Его губы задрожали, пытаясь что- то произнести, но великий страх и ужас парализовали его, тело не подчинялось сознанию, а только иногда бессильно вздрагивало.

Время шло. В нём жестоко боролись два чувства: одно – стремление просить прощения и подражать великой личности, другое – из-за страха молчать и оставить всё так, как есть.

Ар-ту так и не сумел пересилить страх и переступить порог раскаяния, отделяющий его от Святости. Ощутив сильные толчки, принц очнулся. Пастух по-прежнему сидел по ту сторону костра, а остальные спали.

– Что, гостей почувствовал? – улыбнувшись, спросил пастух.

Принц вскочил на ноги. Кровь бешено колотилась в висках. Камень Наследия!? Да, такое он испытывал, только если кто-то был с его Камнем Наследия. Значит, охотники были уже близко и с помощью камня искали его в темноте. Стали просыпаться и остальные, и скоро, в сумраке ночи, послышался шум идущей толпы гостей.

– Вы сидите здесь, – сказал пастух. – Так будет лучше. Это гости ко мне, хотя и за вами. Но вы приняли меня ради Христа – Мессии, и я помогу вам.

Он поднялся и повторил:

– Оставайтесь здесь, я сам поговорю с ними.

Пастух пошёл навстречу гостям, а его овцы, без всякого зова, поднялись, встали полукругом, и пошли за ним.

– Надо же, – прошептал Расс, – как армия за полководцем.

Они остались у костра, но каждый из них был готов к битве. Отойдя в темноту, пастух остановился, а за ним встали полукругом его овечки. Гости подошли близко, когда неожиданно для всех, громко и властно прозвучал голос пастуха:

– Стойте! Не приближайтесь ближе! От неожиданности все замерли.

– Вы нарушили запрет Определяющего Время и перешли границу, – так же властно продолжил пастух. – Зачем вы пришли сюда?

– А ты кто такой? Думаешь, что в одиночку можешь так разговаривать с нами? – насмешливо ответил кто-то из толпы. – Неужели ты думаешь, что один можешь удержать нас от того, для чего мы пришли?

– Я Страж восточных границ, – ответил пастух с достоинством. – И вы знаете, что, придя сюда, вы нарушили запрет и границу. Вам лучше прямо сейчас уйти обратно.

Ар-ту с друзьями удивлённо переглянулись.

– А мы-то думали, что он пастух, – тихо произнёс Ар- ту. – А он, оказывается, Страж восточных границ. То-то он смел, как лев, и голос у него, как у полководца.

– Послушай, – сказал голос из толпы. – Позволь забрать то, что принадлежит нам, и мы сразу уйдем.

Принц узнал голос При.

– Они пришли ко мне добровольно и приютили меня у своего огня, – так же уверенно ответил Страж. – Уходите с тем, с чем пришли.

– Братцы, да он же один! Чего мы его тут слушаем? – сказал другой голос, в котором принц узнал Гора. Толпа всколыхнулась.

В ответ пастух тихонько стукнул посохом о землю. Тук… Негромкий стук ещё стоял в ушах, а где-то вдали раздался

раскатистый мощный гул, иногда чередующийся быстрым потрескиванием то в одной, то в другой стороне неба. Приближаясь, звук зашелестел так, как будто что-то стремительно неслось и катилось по тёмному небесному своду. Потрескивая, нечто описало круг над головами всех, на долю секунды замерло, и вдруг целый пучок ярких молний заметался прямо над головами пришедших. Молнии шипели и трещали, шли зигзагами и пересекались, и казалось, что сам небесный свод проламывается так, как ломается тонкий ледок от тяжести. Как бы извиняясь за опоздание, прямо над головами пришельцев так грохнул гром, что земля вздрогнула и резкий порыв ветра всколыхнул всё вокруг.

И охотники, и принц с командой со страху уткнулись лицами в землю. В отсвете молний Ар-ту успел заметить, что стоял только Страж, но сейчас он был совсем не похож на прежнего пастуха. Его величественная фигура внушала страх, а за ним полукругом стояли его овечки.

Прошло время, прежде чем гости начали шевелиться и Гор насмешливо произнёс:

– Надо же, как грозы испугались! А ты нам фокусы не показывай, мы в цирке и не такое видели

Договорить он не успел: сверкнула молния, и Гор долго дёргался в отсвете её вспышек, пока не упал. Как подкошенные все опять упали от страха и замерли. Стало тихо.

Наконец, послышался робкий голос:

– Прости нас великий Страж. Мы виноваты. Позволь нам уйти.

Наступила тишина.

– Все согласны, что мы виноваты? – нетерпеливо спросил тот же голос, и в ответ дружно раздалось: – Прости нас, Великий Страж.

– Уходите.

Пришедшие поднялись и, боясь отстать друг от друга, стали уходить, унося на руках не пришедшего в себя Гора. Страж, постояв немного, вернулся к костру.

Это был уже прежний пастух. За ним так же, опережая одна другую, бежали овечки, а его голос был такой же мирный и приветливый, как и прежде.

ПРИКОСНОВЕНИЕ К ДРУГОМУ МИРУ

Потрясённые происшедшим все сидели молча, боясь заговорить с грозным Стражем восточных границ.

– Спасибо за помощь, – наконец осмелился произнести Ар-ту. – Мы теперь спасены?

– Спасение даёт только Творец, но с одним условием, если ты сам и добровольно просишь об этом, – ответил Страж. – Но сейчас вы в безопасности.

Неожиданно у Ар-ту опять возникло ощущение, что он стоит вплотную к чему-то великому, новому и неизвестному. Может, даже у порога иного мира. Страх перед могуществом Стража сдерживал его, но любопытство взяло верх, и он, спрашивая, как бы прикоснулся к этому миру.

– Великий Страж, если ты так близок к Творцу, то скажи, почему на земле так много страданий, скорбей и несправедливости?

Страж поднял камень и спросил:

– Что будет, если я отпущу камень? Он повиснет в воздухе?

– Такого не бывает, чтобы камень, который ничего не держит, не упал, – удивился принц.

– Вот точно так и не бывает, чтобы человек, сердце которого наполнено злыми помыслами, не мог не причинять другим страдания. Сказано: «ибо из сердца человека исходят злые помыслы, прелюбодеяния, убийства, обман» и что «не может дерево худое приносить плоды добрые».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.