Начинаем?
Юрий Зильберман

© Юрий Зильберман, 2022

ISBN 978-5-0056-1717-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Все мы, скрипачи, мечтаем сыграть великие концерты эпохи романтизма. Однако без надлежащего репертуара среднего уровня, который позволил бы преодолеть разрыв, молодые ученики, слишком рано пытающиеся выполнить эти сложные пьесы, могут столкнуться с трудностями и выработать дурные привычки, которые препятствуют их прогрессу. Учителя должны быть проинформированы об этих репертуарах и использовать их как инструмент, помогающий ученикам естественным образом развивать свою технику и музыкальность. Tong Keat Go (перевод ГУГЛ)

.

.Концерты для скрипки с оркестром:

– Д. Виотти – 29!

– И.С.Бах.

– Й. Гайдн

– В.А.Моцарт

– Л. Бетховен

– М. Брух

– Ф. Мендельсон

– Р. Шуман

– Й. Брамс

– П. Чайковский

– А. Аренский

– Г. Венявский

– Н. Римский-Корсаков – концертная фантазия на русские темы.

– А. Глазунов

– А. Дворжак

– К. Шимановский

– Э. В. Корнгольд

– Э. Вольф-Феррари

– А. Вивальди

– Ф. Джардини

– Н. Паганини

– К. Липинский

– А. Вьётан

– Э. Лало-Испанская симфония

– Г. Эрнст

– А. Хачатурян

– Д. Кабалевский

– Д. Шостакович

– С. Барбер

– Э. Элгар

– М. Равель концертная рапсодия «Цыганка»

– Я. Сибелиус.

– А. Берг

– А. Шенберг

Пожалуй, перечислены наиболее часто исполняемые концерты для скрипки с оркестром. Весьма вероятно, что не все, так сказать, основные. Вопрос в том, что композиторы, написавшие «ученические концерты» нам, за исключением некоторых, почти не известны! Например, Луи Людвиг Шпор. Он написал 15 концертов с оркестром для скрипки! Правда, в ученическом репертуаре, как правило, Второй, Седьмой и Девятый концерты, Д. Виотти – Двадцатый, Двадцать второй и Двадцать третий, А. Вьётана – №2 и №4, Ж.-Б. Акколаи – №1, ля минор, Ш.О. де Берио – №7, №9. А много ли мы знаем о них? Много ли мы знаем об этих скрипачах, отдавших все и вся за то, чтобы их произведения помогали ученикам? Мы учим правильно держать скрипку и смычок и не рассказываем своим ученикам о Джованни Баттисте Виотти – самом известном и влиятельном композиторе Франции первой половины XVIII в. Просто даем Концерт №22 – и все! Мы не рассказываем ученикам, что Фриц Зайтц, например, был знаменитым в Германии скрипачем и композитором, что Жан-Баттист Акколаи прекрасно владел флюгельгорном, что Шарль Огюст де Берио – красавец, в которого влюбилась двадцатилетняя испанка – солистка Парижской оперы Мари Малибран, сестрой которой была Полина Виардо. И вот получается, что мальчик или девочка играет, скажем, соль мажорный концерт Ф. Зайтца, не зная о том, что Фриц рожден на 8 лет позже П.И.Чайковского, что он – чистой воды романтик, что первый звук «соль» в концерте соль мажор должен звучать акцентировано, что Луи Шпор – автор оперы, предвосхитивший систему лейтмотивов Рихарда Вагнера, что, кроме Н. Паганини, было еще, минимум, 2 виртуоза скрипичной игры Анри Вьётан и Генрих Вильгельм Эрнст и т. д. Эти сведения очень помогли бы этим мальчикам и девочкам, но мы, люди образованные, не даем их, не потому что не хотим, просто не знаем.

Думаю, что ниже публикующиеся факты, могут послужить ученикам, педагогам, вообще тем, кто интересуется…

Пьер Гавинье

Pierre Gaviniès

1728 – 1800

портрет из интернета

Пьер Гавинье, мы называем так потому, что игнорируем французское ударение на букву «е». Вообще во Франции чаще говорят: «Гавинес».

Помню из юношеского возраста, что играл его каприсы и называл его: «Гавинье». В совдепии не принято было интересоваться подлинным именем «буржуя», и мы называли так, как нам писали в газетах: Ван Клиберн, вместо Вэн Клайберн, Берио – вместо де Берио, Александр Черкасский – вместо Шура Черкасский и т. д. Во многих энциклопедиях и словарях, Пьера Гавинье называют среди тех, кто стоял у истоков создания в 1795 году Парижской консерватории – первого учебного заведения, в которое принимали вне зависимости от сословия, материального положения, а только за твои способности.

Думаю, что это немного преувеличено, т. к. Пьер Гавинье был не склонен к организационной деятельности, но с Директором, Луиджи Керубини – был знаком, т. к. Л. Керубини был не только знакомым, но и соседом Д.Б.Виотти – самого влиятельного скрипача Франции, а П. Гавинье очень дружил с Д.Б.Виотти и часто бывал у него. (Л. Раабен пишет, что Д.Б.Виотти и Л. Керубини поселились с 1784 до 1789 гг. вместе на ул. Мишодьер, №8).

Пьер Гавинье в 1728 году родился в семье скрипичного мастера Франсуа Гавинье, был старшим из 8 детей, поэтому звуки скрипки были естественным фоном его детства. Первые уроки были даны отцом мальчика. Что было вслед за этим – не знает никто. Википедия русская считает, что он успел поучиться у самого Ж.М.Леклера, но среди учеников последнего (во французской литературе о скрипаче) Ж.М.Леклер, как учитель П. Гавинье, не числится. П. Гавинье становится одним из самых популярных скрипачей Франции, Дж. Б. Виотти, называет его французским Дж. Тартини (что необычайно возвеличивало), но имя учителя П. Гавинье – не известно. Фактически, мы почти ничего не знаем о его жизни кроме того, что он был, вероятно, первым заведующим кафедрой скрипки Парижской консерватории (конечно, никакой кафедры тогда не было, но П. Роде, Р. Крейцер и П. Байо поклонялись ему), так как, в возрасте тринадцати лет он блистал рядом с Жозефом-Барнабе Сен-Севеном (1727—1803) по имени l’Abbé le fils (сын Игумена) в дуэте Жана-Мари Леклера в Concert Spirituel, организованных Ф. Госсеком. (Это была старинная концертная организация, связанная главным образом с аристократическими кругами и крупной буржуазией.) Там же он попробовал себя в дирижировании большими коллективами – хором и оркестром. Директор Concert spirituel Легро (1739—1793) утверждал, что два скрипача одновременно играли в концертах: Дж. Б. Виотти и П. Гавинье. Поговаривают, что в молодости он был приговорен к году тюремного заключения за роман с благородной фрейлиной, и именно в это время он написал свои знаменитые каприсы, за что и был, говорят, отпущен. Маленький Вольфганг Амадей со своим отцом, Леопольдом Моцартом также посещали его концерты. (Об этом отец пишет своей жене. – Авт.). Пьер Гавинье очень дружил с Франсуа Госсеком – первым композитором – симфонистом, у которого учились мангеймцы и, который до 1816 г. служил инспектором Парижской консератории (т.е. был проректором по учебной работе – по современному. – Авт.). «В 1770 г. Ф. Госсек организовал общество „Концерты любителей“, а в 1773 – преобразовал основанное еще в 1725 г. общество „Духовные концерты“ (Concert Spirituel – Авт.), исполняя при этом обязанности преподавателя и хормейстера Королевской академии музыки (будущей Grand Opera). Из-за низкого уровня подготовки французских вокалистов требовалась реформа музыкального образования, и Госсек взялся за организацию Королевской школы пения и декламации. Возникнув в 1784 г., она в 1793 г. переросла в Национальный музыкальный институт, а в 1795 – в консерваторию, профессором и ведущим инспектором (вице ректором. — Авт.) которым Госсек оставался до 1816 г. Вместе с другими профессорами он работал над учебниками по музыкально-теоретическим дисциплинам. В годы Революции и Империи Госсек пользовался большим авторитетом, но с наступлением эпохи Реставрации восьмидесятилетний композитор-республиканец был отстранен от работы в консерватории и от общественной деятельности»¹. С 1772 по 1777 гг. П. Гавинье и Ф. Госсек вместе участвуют в концертах. Когда открылась Парижская консерватория, Пьеру Гавинье предложили пост профессора скрипки, а Ф. Госсек стал проректором. Скрипач с охотой принял это предложение, отдавая очень много сил своим ученикам, среди которых – известные исполнители Франции. Как пишут многие, в том числе иностранные издания, П. Гавинье представлял, так называемый, «чувствительный стиль» в исполнительстве. Ученики отмечали его, доходящую до смешных случаев, честность, человечность и непримеримое отношение к аристократической публике, которое он пронес через всю жизнь. Конечно, это связано с воспитанием, но наверняка, мы никогда не узнаем: почему, например, Пьер активно связал свою жизнь с королевой Франции, Марией Антуанеттой, и даже всем рассказывал об этом, а потом, участвуя в концерте, организованном ею, ушел (нес свою скипку под мышкой), когда услышал голос какого-то лакея: «Место графу…».

Он умер в 1800 году, невероятно расширив возможности скрипки, как солирующего инструмента: «двойные» трели, сумасшедшие «растяжки» в децимах внизу грифа, «двойные» октавы, флажолеты, стаккато, использование «баска», т.е. струны «соль», комбинации двойных нот… Он «предчуствовал» романтизм, как бы предсказывая повявление Шарля де Берио, Анри Вётана и многих скрипачей и композиторов ХIХ в., открывая пути «нового века».

Джованни Баттиста Виотти Giovanni Battista Viotti

портрет из интернета

1755 – 1824

Лев Николаевич Раабен² – единственный настоящий знаток музыки для струнных и струнников говорил о Джованни Баттисте Виотти: «Трудно сейчас даже представить себе, какой славой пользовался Виотти при жизни. С его именем связана целая эпоха в развитии мирового скрипичного искусства; он был своеобразным эталоном, по которому измеряли и оценивали игру скрипачей, на его произведениях учились поколения исполнителей, его концерты служили образцом для композиторов. Даже Бетховен, создавая Концерт для скрипки, ориентировался на Двадцатый концерт Виотти».

Интерсно, что Виотти стал ГЛАВОЙ ФРАНЦУЗСКОЙ СКРИПИЧНОЙ ШКОЛЫ, будучи итальянцем по националности. Его ученики Пьер Роде, Пьер Байо, Рудольф Крейцер, посвящали ему самые восторженные строки. От Виотти шел Жан-Луи Дюпор-младший (1749—1819) (вспомните знаменитую виолончель, которую поцарапал шпорой Наполеон – это был инструмент Ж.-Л. Дюпора), перенеся на виолончель многие из принципов прославленного скрипача и стал фактически главой французской виолончельной школы. Решил, что нужно поместить слова Мстислава Ростроповича – владельца знаменитой виолончели в ХХ в.

Ростропович. Роман с виолончелью

Это было что-то запретное, почти неприличное. Это был какой-то эротический экстаз. Я видел, как, сжав виолончель ногами, он берет ее за горло и, оттопырив нижнюю губу, хлещет смычком, маленький владыка со вставшим дыбом венчиком волос, извлекая из тела ее звуки такой страсти, и откидывается в упоении! Господи, до чего им было хорошо!

– Ну еще бы, – сказал он мне своей картавой скороговоркой, – еще бы, ха-ха! Все виолончелисты чувствуют в ней партнершу. Сама форма ее, э-э, формы… располагают. Это, знаешь ли, женское начало. Рубенс! Да-а-а!.. Знаешь, меня просто потрясло, когда я узнал, что во французском языке виолончель – мужского рода! А контрабас, представляешь, женского! Чушь какая!

– А есть самая лучшая в мире виолончель?

– Есть. Я с ней встретился в 1956 году в Америке. По-моему, я был третьим советским артистом, появившимся там после революции. До меня туда забирались лишь Ойстрах и Гилельс. Я играл в Нью-Йорке, в небольшом зале, знали меня мало, было немного народу, зато все виолончелисты Нью-Йорка пришли на этот концерт, а потом – за кулисы. И пришел с ними один милый человек, Джером Ворбург, банкир и страшный любитель виолончельной музыки. И вот он спросил: «Слава, а хочешь взглянуть на Страдивари „Дюпор“?» И тут меня затрясло. Дело в том, что все великие инструменты имеют имена. Обычно это имена великих музыкантов, которым они принадлежали. Есть Страдивари «Дизаи», Страдивари «Сарасате» или Гварнери «Паганини» и так далее. Так Страдивари «Дюпор» – величайшая виолончель, которая когда-либо существовала. А Дюпор – классик виолончельной музыки, я его этюды играл еще в Москве, на них все учатся. Однажды Дюпор играл в Тюильри императору Наполеону. И Наполеону так понравилось, что он пришел за кулисы и говорит Дюпору: «Дайте-ка мне вашу виолончель, хочу попробовать сам». Взял, уселся, и тут раздался истошный крик Дюпора. Дело в том, что у Наполеона на сапогах были шпоры. Но оказалось, что поздно. Одной шпорой он уже процарапал виолончель. Вот эту легендарную вещь с царапиной Наполеона мне и предлагалось посмотреть. Ночь я не спал. Я думал об этой виолончели. Я понимал, что поскольку никогда не буду ею обладать, думал, может, не стоит и встречаться, но соблазн был велик, человек слаб. Наутро я отправился на свидание с ней. И вот мне ее показали. И я попросил разрешения до нее дотронуться. И мне разрешили, а жена Ворбурга сделала полароидный снимок этого касания. Я коснулся мифа. И повез в Москву снимок-доказательство. Ну, это примерно как если бы поклонник итальянского кино из города Копейска продемонстрировал приятелям снимок, на котором он обнимает Софии Лорен. В те-то годы.

Действительно. Так он прилетел в Чикаго, зашел в гостиничный номер, услышал телефонный звонок, взял трубку, и женский голос сказал ему: «Слава, может быть, вы меня не вспомните, я вдова Джерри Ворбурга. Он умер два года назад и перед смертью сказал: «Предложи нашу виолончель Ростроповичу.

Если он ее не купит, пусть она навсегда останется в нашей семье». Я знаю, купить ее вы не можете, но звоню, выполняя последнюю волю мужа».

Паузы не было, хотя она предполагалась. Ростропович ответил мгновенно, покрываясь мурашками от наглости произносимого: «У вас единственный шанс безукоризненно выполнить волю вашего покойного мужа – немедленно прислать мне эту виолончель». Вот теперь пауза. Вдова Ворбург глубоко вздохнула: «Хорошо, я сейчас посмотрю расписание самолетов и, если успею, пришлю ее вам».

В Америке все просто. Перед самым началом концерта распахнулась дверь, за ней стоял человек, держа в руках Страдивари «Дюпор». Не изменившись в лице, Мстислав Леопольдович недрогнувшей рукою взял за горло материализовавшееся сокровище, обнаружив одновременно, что струны на нем не те, к каким он привык, но переставлять их не было уже времени, он взял за горло свою новую партнершу и на подгибающихся ногах отправился играть.

– В маленьком зале, у камина, я играл третью сюиту Баха, все плыло у меня слегка перед глазами, в руках моих пела моя виолончель…

– Как первая брачная ночь? С королевой фей? А как же расплата?

– А у меня был друг, Пауль Сахер, в Швейцарии. Я поехал к нему на другой же день и сказал: «Ты можешь составить счастье моей жизни?» И рассказал ему все. Он спросил: «Сколько тебе надо?» И тут же выписал чек. А вообще оформлена была покупка за один доллар. Так принято, когда продается вещь, не имеющая цены. И даже те бешеные деньги, которые я заплатил, – ничто, этот инструмент – достояние человечества. А я на нем играю. Я заказал для него специальный футляр, металлический, тяжелый, как сейф, на колесиках. И вожу за собой этого бегемота.

– Итак, отношения с виолончелью выяснились до конца?

– А никаких отношений больше нет. С некоторых пор я не могу понять, где мы с ней разъединены. У меня есть два моих портрета, один давнишний, Сальвадора Дали, другой, сделанный позже, такого замечательного художника Гликмана, он живет в Германии, ему за восемьдесят сейчас. Так у Дали мы вдвоем с виолончелью, я ее держу, все отлично. А у Гликмана – я есть, а виолончель стала таким красным пятном у меня на животе, вроде вскрытой брюшины. И в самом деле, я ощущаю ее теперь так, как, видимо, певец ощущает свои голосовые связки. Никакого затруднения при воспроизведении звуков я не испытываю. Я же говорю, не отдавая себе отчета – как. Так же и играю, безотчетно. Она перестала быть инструментом.

– Ей, наверное, обидно. Так раствориться…

– Еще как обидно-то! Ничего, потерпит.

Ну, не знаю, не знаю. С капризными этими созданиями лучше поосторожней. Чуть перегнул палку и…

Испытывать терпение женщин Мстислав Леопольдович не рискует. Всю жизнь он поворачивался к женщинам своей удачливой, праздничной стороной. Тем самым он от них очень хорошо защищен, ибо их раздражение гораздо опасней, чем возможные обиды капризной, но малоподвижной виолончели. И тем не менее женщины в его жизни по значимости всегда шли сразу за ней.

В. Б. Чернов «Притчи о великих»

P.S.

Из интервью Мстислава Ростроповича («ОГОНЕК», №34, 20 августа 1996):

– У вас два великолепных инструмента – Страдивари и Сториони. На каком из них предпочитаете играть?

– Сториони это жена, с которой я уже более 30 лет, взял ее еще из Москвы и не расстаюсь. А любовницей я считаю знаменитый инструмент Страдивариуса. Он был заказан примерно в 1709 году неким врачом из Лиона, который хотел иметь лучший в мире инструмент. Мастер ответил: «Не гарантирую, но попробую – у меня есть замечательное дерево». Когда доктор приехал в 1711 году, Страдивариус сказал ему: готово, причем назвал ошеломительную сумму. Заказчик, сыграв на инструменте, заплатил вдвое больше… Затем эта виолончель была на аукционе продана за 30 тысяч золотых франков, попала в руки виолончелиста и композитора Дюпора. После одного из концертов в Тюильри на ней пожелал сыграть Наполеон Бонапарт. Дюпор не мог ослушаться императора, тот сел с виолончелью, музыкант вскрикнул, но – поздно: шпорой от сапога Наполеон сделал большую царапину на боковине инструмента. Она видна до сих пор.

– В Петербург вы прибыли с верной женой или с поцарапанной любовницей?

– С женой. Понимаете, любовница должна быть красивее жены, если это возможно. В жизни я не имею любовницы: не могу найти женщины красивее Вишневской. А виолончель Страдивари-Дюпора, надо признать, красивее, чем моя жена… Поэтому иногда с ней езжу, когда играю Баха и музыку лирического плана³.

Джованни Баттиста родился 23 мая 1753 года в местечке Фонтанетто, близ Пьемонта. Его отец неплохо владел валторной и, конечно, первые уроки музыки давал способному сыну сам. Как поступали все вокруг, отец, купил на ярмарке скрипку (наиболее громкий инструмент на то время, кроме трубы и валторны) С 10 до 11 лет Джованни Баттиста получал уроки лютниста Джованнини, но эти занятия были нерегулярны.

Дальнейшие заняти были у профессионального скрипача Гаэтанно Пуньяни, который ездил по городам Италии с концертами (да, да: того самого, в честь которого Фриц Крейслер напишет через 2 века свою знаменитую пьесу «Прелюдия и Аллегро в стиле Пуньяни»). Пять лет с 1775 по 1780 г. Виотти работал в оркестре Турина, а потом сам уже мог концертировать и, действительно, в Женеве, Берлине, Дрездене, Берне и даже Петербурге концерты Д.Б.Виотти пользовались неизменным успехом. В Париже, куда он приехал в 1781 году, уже дошли слухи о необычном скрипаче, поэтому концерт прошел с большим успехом. «Никогда еще не слышали таланта, который настолько приблизился к совершенству; никогда еще артист не обладал столь красивым звуком, возвышенной галантностью, вдохновением и подобным разнообразием стиля. Фантазии, которыми блистали его концерты, превысили то удовольствие, которое он доставлял публике своим исполнением; его сочинения для скрипки превосходили все то, что звучало здесь раньше, а его исполнительское мастерство было совершеннее, чем у его предшественников и соперников…»⁴ Он увлекается демократическими идеями Ж.Ж.Руссо, энциклопедистов…

Л.Н.Раабен пишет о его ненависти к аристоратам:

«В 1790 году, в одном из парижских домов на V этаже жил некий депутат Национального собрания, друг Виотти. Знаменитый скрипач согласился дать у него на дому концерт. Заметим, что аристократы жили исключительно в нижних этажах зданий. Когда Виотти узнал, что на его концерт приглашены несколько аристократов и великосветских дам, он сказал: «Довольно мы опускались до них, пусть они теперь поднимутся до нас».

Директор Concert spirituel Легро (1739—1793) в записи от 24 марта 1782 года утверждал, что «концертом, состоявшимся в воскресенье, Виотти укрепил ту большую славу, которую он уже приобрел во Франции». В зените славы Виотти вдруг перестал выступать в публичных концертах в Париже. Может быть, история с «Итальянским театром» стала тем катализатором, который как-то и повлиял на это. Дело в том, что тянувшшийся к организационной работе Виотти, стал одним из двух директоров «Театра брата Короля». Революция стала крахом не только итальянской труппы, обслуживающей театр, но и Дж. Б. Виотти: «Поместив почти все, что у меня было, в антрепризу Итальянского театра, я испытал ужасный страх при приближении этого страшного потока. Сколько у меня было хлопот и на какие мне пришлось пускаться сделки, чтобы выпутаться из затруднительного положения!» – вспоминает Виотти в автобиографии. Он бежит в Англию, где живет композитор, немец – Игнац Плейель, пианист, чех – Ян Ладислав Дюссек, контрабасист, итальянец – Доменико Драгонетти.

Лето 1792 года он проводит в Лондоне, где встречен с необычным для жителей Северного Альбиона благожелательством и теплотой. Он едет в Италию, где умирает мать и Джованни Баттиста вынужден заботиться о младших братьях. Весь 1793 год уходит на поездки: Швейцария, Германия, Фландрия – таков итог его концертной деятельности. Возвращаясь в Англию, он дает концерты в городах страны, на что уходит еще два года (вместе со скрипачем-немцем Иоганном Петером СалОмоном, который потом пригласил Йозефа Гайдна в Англию и был чрезвычайно популярным в стране, он объездил почти всю Великобританию). Интересно, что контрабасист Д. Драгонетти исполняет Дуэт Виотти, играя партию «второй скрипки» в одном из концертов (см. Л. Раабен («100 замечательных скрипачей»). Дж. Б. Виотти и в Англии продолжил организаторскую деятельность: Он принял участие в управлении Королевским театром, взяв на себя дела Итальянской оперы, а после ухода Вильгельма Крамера с должности директора Королевского театра стал его преемником на этом посту. В 1796 году полиция ему предъявила обвинение в участии заговора против Директории (ДЖ. Б. Виотти был знаком с некоторыми влиятельными лицами французского Конвента) – он был вынужден покинуть Англию в 24 часа. В Германии (близ г. Гамбурга, г. Шенфельд) он прожил три года, активно занимаясь сочинением музыки и педагогикой (Ф.В.Пиксис – основоположник чешской скрипичной школы, ученик Дж. Б. Виотти тех лет). С 1801 года Дж. Б. Виотти «разрешено» поселиться в Англии, но… включиться в активную музыкальную жизнь он не смог и занялся… виноторговлей (по совету подруги. – Авт.). Когда выяснилось, что скрипач ничего не понимает в торговле вином, он успел 24 000 франков задолжать человеку, рекомендовавшему его виноторговцам. До 1813 года он наездами бывал в Париже, где по-прежнему пользовался популярностью, а в Лондоне принял участие в организации Лондонского филармонического общества, разделив эту честь с Муцио Клементи. Открытие Общества произошло 8 марта 1813 года, дирижировал И.П.Саломон, Виотти играл в оркестре.

В 1819 году он возвращается в Париж. Все способствует этому: граф Прованский становится Королем Франции под именем Луи XVIII Отныне Джованни Баттиста Виотти – Директор Итальянского оперного театра и знаменитый театр «Grand Opera». Правда ему пришлось бежать в Лондон через год, т.к. в 1820 году в театре был убит герцог Беррийский и актеры тетра вынуждены были скитаться по разным помещениям. Виотти, как всегда, запутался с финансами, остался должником и через год вынужден бежать в Англию. Его могучее здоровье подорвано и ухудшается и в 1824 году, когда им предпринмается развлекательная поездка в Лондон, он неожиданно уходит (сердце остановилось).

Он написал 29 концертов для скрипки. Два из них (№22 и 23) исполняются и сейчас. Джованни Баттиста Виотти за свою жизнь написал около 200 сочинений: фортепианные концерты, дуэты, сонаты для скрипки и фортепиано, трио, квартеты… Главное достижение Дж. Б. Виотти – благородная, классическая игра, мощный звук и умеренная вибрация. «В его исполнении было нечто до такой степени величавое, вдохновенное, что даже самые искусные артисты стушевывались перед ним и казались посредственными», – пишет Герон-Аллен, цитируя слова Миеля⁵.

В его скрипичных концертах поражает героическое начало. Он, словно, Ж. Л. Давид, с которым сравнивает его Л.Н.Раабен, строг и величествен.

«Среди его учеников такие выдающиеся скрипачи, как Пьер Роде, Ф. Пиксис, Альдэ, Ваше, Картье, Лабарр, Либон, Мори, Пиото, Роберехт. Учениками Виотти считали себя Пьер Байо и Рудольф Крейцер, несмотря на то, что они не брали у него уроков» – считает Л.Н.Раабен⁶.

Пьер Роде

1774—1830

Pierre Rode

Портрет работы Анри Греведона

Не зная ничего о Пьере Роде, о его непростой жизни, о московских и петербургских концертах, нелепой смерти, наигрывал я его каприс, даже не подозревая, что много лет спустя, прочту биографию, поделюсь ею и поражусь этой пламенной и полной приключений, жизнью. Жизнью, связанной с Луиджи Керубини, Никколо Паганини, Джованни Баттиста Виотти, Александром I, Пьером Байо, Наполеоном I, Людвигом ван Бетховеном, Луиджи Боккерини и еще десятком известных и менее – личностей.

«Я придерживаюсь мнения, что Роде, будучи человеком очень интересным и не пресыщенным Фортуной, пытается внести свой вклад в [музыкальное искусство] Италии. В преддверии Рая нельзя играть [на скрипке] лучше, чем он. Быть может, ему не слишком ведомо царство разнообразия, но послушай его, и ты изумишься».

(Из письма Н. Паганини к своему другу Джереми. 1820)⁷.

В течение второй итальянской кампании Наполеон регулярно, ближе к вечеру, посылал за местной девушкой для «приятного времяпрепровождения». Кроме того, он соблазнил Ла Грассини – примадонну «Ла Скала» – и поселил ее в парижском доме. Но триумфальная интрижка с героем-завоевателем в Милане – это одно, а статус официальной любовницы главы государства – совсем другое, поэтому генерала Бонапарта (Наполеона) вскоре заменил скрипач по имени П. Роде⁸.

По словам министра полиции Жозефа Фуше, Бонапарт предоставил ей небольшой дом на улице Комартин и щедрый доход (по-сведениям – 36 000 – Авт.). Певец Пьер-Жан Гарат познакомил ее (Джузеппину Марию Камилу Грассини) с самыми известными кругами, где она познакомилась, в частности, со скрипачом и композитором Пьером Роде, влюбилась в него и вступила с ним в связь. Между двумя музыкантами (скрипача и вокалистки) на публике развивался роман на глазах ревнивого Бонапарта⁹.

Пьер Роде родился 16 февраля 1774 года (крещен – 17 февраля) в городе Бордо в юго-западной Франции. Отец – торговец перчатками и духами сьер Жозеф Роде, мать – Сюзанна Турмо. Пьер Роде родился в доме по улице дю Лу в старом центре города. С шести лет начал заниматься на скрипке у местного музыканта Андре Жозефа Фовеля (старшего). В возрасте 14 лет его семья переехала в Париж. Популярный скрипач Пунто вызвался давать ему уроки, но когда услышал юного скрипача, отвел его к Джованни Баттисте Виотти – самому влиятельному во Франции выдающемуся скрипачу и композитору. Джованни Баттиста Виотти, восхищённый талантом юноши, давал ему уроки бесплатно.

В 1790 году он впервые выступил в открытом концерте, где сыграл Концерт для скрипки своего учителя, Дж. Виотти, в Париже, и сразу получил общественное признание. Пьер Роде, которому всего 16 лет признается лучшим скрипачем Франции, после Дж. Виотти. В том же году Дж. Виотти «устроил» П. Роде работать в театре Фейдо в качестве концертмейстера вторых скрипок. В 1794 году музыкант впервые, как солист, отправился на гастроли, выступив в Гамбурге и Берлине, где сразу же признают талант юного виртуоза. Закончив турне, Роде отправился морем домой, в Бордо, но из-за плохой погоды корабль был вынужден взять курс на Англию. В Лондоне скрипач встретился со своим учителем, Д. Б. Виотти. Дать концерты, кроме одного благотворительного, музыканту не удалось, так как лондонцы настороженно относились к французам, подозревая каждого в якобинских настроениях (Пьеру, как французу, полиция просто предложила в 24 часа покинуть Англию). Из британской столицы музыкант отправился в Гамбург и через Нидерланды вернулся в 1795 году в Париж, где пробыл недолго, уехав впоследствие в Мадрид (этого не объясняет никто из биографов – он обласкан, имеет огромное влияние в Париже, почему уезжает в Мадрид – не понятно). О Пьере Роде пишут, что своим нежным звуком и лиричностью, он, как бы, поднял патетику и героический ореол игры своего учителя, Дж. Б. Виотти. На родину музыкант вернулся только в 1800 году и почти сразу начался бурный роман с певицей Джузеппи Грассини.

За пять лет до этого, была открыта Парижская консерватория. Приглашены: Ф.-Ж. Госсек, который, собственно, и являлся одним из организаторов, Л. Керубини, Н. Далейрак, П. Гавинье. Из молодых – Пьер Байо, Пьер Роде и Рудольф Крейцер. Т.к. все приглашенные музыканты пишут свои «школы» (к 1802 году написано было четыре: фортепиано, скрипка, гобой, труба), скрипачи пишут «Школу-методику обучения на скрипке», правда П. Роде мало внимания уделил этому документу (в основном, «Школу-методику» писал П. Байо). Школа была издана, имела успех и много лет считалась основой воспитания скрипачей, особенно во Франции.

Благодаря Д. Грассини он стал солистом Парижской оперы, П. Роде также служил солистом инструментальной капеллы и Гранд-Опера при «дворе» Первого консула Французской Республики – генерала Бонапарта. А Джузеппина была с 1806 г. назначена первой камерной виртуозной певицей при дворе Императора Наполеона. Фердинанд Паэр и Луиджи Керубини пишут для нее оперы («Дидона» Ф. Паэра и «Пигмалион» Л. Керубини). Заметим, что она, во время знаменитых «100 дней», стала также и любовницей Первого герцога А.У.Велингтона – командующего войсками «коалиции государств» против Наполеона.

Весь 1801 год прошел в концертах в Германии и Нидерландах. Берлин, Мюнхен, Амстердам, Роттердам были покорены. Скрипач и певица с успехом выступали в этих странах. Затем пути разошлись и Джузеппина поехала в Италию (Триест, Бергамо, Падуя), а П. Роде возвратился в Париж – преподавать в конcерватории, хоть и не особенно любил это делать (ведь мы не знаем ни одного великого его ученика).

Видимо что-то было в Пьере Роде авантюрное, а может быть, он прислушался к советам извне т.к. с 1803 по 1809 гг. вместе с французским композитором, автором многочисленных комических опер Франсуа Адриеном Буальдьё, Пьер жил в Санкт-Петербурге. Представленный Императору Александру I, он занимал пост «Солиста Его Величества» с невиданным окладом 5000 серебром в год (в то время чудовищно большие деньги. Достаточно сказать, что оркестрант получал не более 400 рублей в год. В Петербурге он познакомился с М.И.Глинкой¹⁰, М. Виельгорским, В. Одоевским, А. Львовым, Ф. Бёмом, писал концерты, каприсы, оперетки вместе с Буальдьё, играл концерты соло, в дуэтах, трио, квартетах, сочинял (в это время скрипач работает над концертами для скрипки №10—12), преподавал в Театральном училище.

В России заканчивается время безоговорочного признания. Конечно, Пьер Роде – еще самый яркий, самый виртуозный, самый, самый. В газетах того времени читаем: «Московские ведомости», 2 апреля 1804 года. «г. Роде, первый скрипач его императорского величества, имеет честь уведомить почтеннейшую публику, что он даст 10 апреля, в воскресенье, в свою пользу концерт в большом зале Петровского театра, в котором он будет играть разные пиесы своего сочинения»¹¹ Но… из-за суровых зим, тяжёлого климата Роде был вынужден переехать обратно в Париж. В 1808 году он через Москву, где видится с друзьями, П. Байо и Ж.-М. Ламаром стремиться уехать в Париж. В Москве Пьер Роде дает прощальный концерт, пожалуй, последний успешный.

«Г-н Роде, первый скрипач Каммеры его величества Императора Всероссийского, проезжая через Москву за границу, в воскресенье, 23 февраля, будет иметь честь дать концерт для своего бенефиса в зале Танцевального клуба.

Содержание концерта: 1. Симфония г. Моцарта; 2. Г-н Роде будет играть концерт своего сочинения; 3. Огромный увертюр, соч. г. Керубини; 4. Г-н Зун будет играть концерт на флейте, соч. капельмейстера г. Миллера; 5. Г-н Роде будет играть концерт своей композиции, поднесенный его величеству императору Александру Павловичу. Рондо по большей части взято из многих русских песен; 6. Финал.

Цена 5 рублей каждому билету, кои можно получать от самого г. Роде, живущего на Тверской, в доме г-на Салтыкова у мадам Шию, и от эконома Танцевальной академии

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

https://www.belcanto.ru/gossec.html

Вернуться

2

https://barucaba.livejournal.com/178900.html

Вернуться

3

https://www.facebook.com/groups/598509317151566

Вернуться

4

Dellaborra M.-T. Giovanni Battista Viotti. P. 67.

Вернуться

5

https://ale07.ru/music/notes/song/muzlit/raaben/raaben5.htm

Вернуться

6

https://ale07.ru/music/notes/song/muzlit/raaben/raaben5.htm

Вернуться

7

https://gnesin-academy.ru/wp-content/documents/dissovet/PodmazovaPB_diss.pdf

Вернуться

8

https://document.wikireading.ru/61239

Вернуться

9

https://de.wikipedia.org/wiki/

Вернуться

10

Там же С.56

Вернуться

11

Цит. по: Раабен Л. Н. Жизнь замечательных скрипачей и виолончелистов. С. 39.

Вернуться