Анастасия Итрухина
Кодовое имя Лис

ПРОЛОГ

В холодных просторах космоса дрейфовал космический корабль класса хамелеон. Искусственный интеллект, управляющий кораблём, самостоятельно запустился и приступил к диагностике. На мониторе в кабине капитана всплывали окна, сообщающие о внутренних и внешних повреждениях. Искры падали с потолка на перекрытие нижнего отсека, в котором обычно располагалась вся команда. Элис, такое имя носила программа искусственного интеллекта, приступила к перезагрузке всех систем корабля.

Запрос: оценить повреждения корабля.

Ответ: множественные повреждения обшивки, ошибка в системе подачи энергии.

Запрос: восстановить обшивку корабля.

Послушный искусственному интеллекту металл, состоящий из нано-роботов, стал жидким и растянулся по поврежденным участкам, моментально затвердев.

Запрос: анализ физического состояния команды.

Ответ: на мостике биологических форм жизни не обнаружено. Капсула 1 пуста, капсула 2 пуста, капсула три пуста…

Запрос: Поднять бортовой журнал. Последние данные об экипаже.

Ответ: Стыковка с боевым крейсером Корикс, три члена экипажа отправились на абордаж.

Запрос: просканировать пространство для определения местоположения.

Карта загрузилась на экран, и Элис определила, что корабль находится в галактике Млечный путь.

Запрос: Инструкция на случай потери экипажа.

Ответ: Поиск биоключа капитана….

Запрос: начать поиск.

Элис была спокойна, как и присуще неживому существу. На мониторе замаячила маленькая точка, указывающая местонахождение биоключа капитана, который он всегда держал при себе. Слабый сигнал шёл со спутника Юпитера Европы, покрытой мощной ледяной коркой, охраняющей теплый океан.

Запрос: построить маршрут.

Ответ: Маршрут построен.

Запрос: запустить двигатели.

Ответ: Ошибка. Старт не возможен. Уровень топлива критический. Ошибка подачи топлива в двигатель. Топливный отсек не подлежит восстановлению.

Запрос: приступить к синтезу темной материи для переключения на запасной двигатель. Рассчитать время заполнения контейнера. Рассчитать время ремонта.

Ответ: Процесс синтезирования темной материи запущен. Расчетное время ремонта одиннадцать дней восемь часов четыре минуты.

ГЛАВА 1. ПАЦИЕНТ

Чудесный день в космическом порту на Марсе с населением в четыре миллиона начинался как обычно. Солнце нагрело белый песок искусственного пляжа. Вода, испаряясь, искривляла воздушную линзу и играла светом. Спокойные медленные волны наползали на берег и откатывались, оставляя берег влажным. Увлеченная собиранием красивых камушков на отмели, маленькая девочка плескалась в воде, ползая на четвереньках в мокром бежевом платьице, и не обращала внимание ни на что вокруг себя. Ее мама, раздевшись до купальника, удобно расположилась на покрывале, наслаждалась лучами прожекторов солярия, имитировавших солнце. Сегодня на пляже искусственного озера было пусто, не смотря на расположение рядом с центром города. Девочка все дальше и дальше отдалялась от мамы в поисках красивых, отшлифованных волнами камней. Интерактивный экран делал водную гладь бескрайней для человеческих глаз.

– Вот зеленый камушек, вот белый, такой у меня уже есть, – приговаривала девочка, перебирая гальку.

Она и не заметила, как добралась до утеса. Берег здесь был усеян большими глыбами камней. Возле одного из них вода была странного коричневого оттенка. Девочка не знала, что это кровь. Любопытная от природы малышка поднялась на ноги и заглянула за камень. Из уст ребенка сорвался истерический визг. Женщина резко подскочила и прибежала на помощь испуганной дочери.

– О боже! – мать прикрыла рот и прижала девочку лицом к своему телу.

Глазам предстала ужасная картина: наполовину в песке, на половину в воде лежало изуродованное и окровавленное тело. От него пахло гарью и жареным мясом. Местами порезы были на столько глубокие, что обнажали кости. Правая рука почти оторвана и держалась лишь на одной мышце. Кожный покров был полностью уничтожен. Лицо пострадало еще больше: челюсти сломаны и раздроблены, и висели, как и часть черепа с правой стороны. Женщина отодвинула дочь за спину к себе и наклонилась к телу. Она, конечно, думала, что он мертв, но чудесным образом этот бедолага еще дышал. Почему-то этот факт пугал еще больше, и она отскочила от него вместе с дочерью. Они добежали до своих вещей и вызвали бригаду из ближайшей клиники по мобильному телефону.

Бригада приехала через десять минут. Медицинские работники сами удивились такому подарку. Они быстро погрузили пострадавшего в машину и повезли в реанимацию. Ховер скользил на магнитной подушке с характерным звуковым сигналом. Пострадавшего подключили к капельнице и старались обработать и заклеить как можно больше поверхности тела кожей рыбок телапий. Брюнетка фельдшер очень нервничала, цепляя кислородную маску на то, что осталось от лица и открывая вакуумные контейнеры со стерильной тонкой кожей. Липкая и склизкая она моментально прилипала к телу и меняла свой цвет. Девушка сильно паниковала, она совсем недавно закончила медицинский институт и всего неделю как работает в отделении скорой помощи при клинике «Жень Шень». Водитель мчался, как только мог, постоянно спрашивая о состоянии пострадавшего.

– Гони, Витя! Гони! – отвечала она, понимая, что водитель выжимает из ховера скорой помощи все, что может, пока пациент еще дышит.

Фельшер постучала по экрану сканера сетчатки глаза, идентифицирующего личность, который выдавал ошибку, и со злостью отбросила его в сторону.

– Опять эта рухлядь барахлит! Как мне его оформлять без страхового номера?

– Потом оформишь, – ответил Виктор.

Дорогу ховеру без конца преграждали дорогие серебристые мессеры и летающие плакаты с рекламой, которые так и норовили прилипнуть к выгнутому лобовому стеклу, чтобы бесконечно рассказывать о своих товарах. Со всех сторон мигали и светились надписи: «Лыжный курорт на Плутоне», «Недвижимость на Проксима Центавра Б», «Велес наш председатель на века!» и прочая дребедень, как выражался обо всем этом Виктор. Какой-то неуклюжий турист, похожий на крупного кальмара, преградил машине путь, застряв на пешеходном переходе.

– Эй ты, – кричал на него Виктор, давя на сигнал, – Перекидывай свои присоски быстрее!

Неуклюжий турист перекидывал свои длинные щупальца, недовольно поглядывая огромными серебряными глазами на водителя скорой.

Надежда, так звали девушку, старалась как можно быстрее закончить с кожным покровом, чтобы увеличить для пациента шансы на жизнь. Ведь кожный покров отвечает за внушительную долю поглощения кислорода и защиту от попадания инфекции в кровь. Она многое видела на занятиях и на вызовах в скорой за эту неделю, но с такими увечьями, даже в теории, жить невозможно. Просто чудо, что он еще дышит.

Виктор, паркуясь у входа, из-за резкого разворота со скрипом приземлился на магнитную подушку и выскочил, чтобы помочь Надежде выгрузить пострадавшего на каталку. Они быстро везли пострадавшего на каталке в ожоговое отделение, при этом нецензурно выражаясь в адрес нерасторопных санитаров, которые не встретили их, как должны были еще на подлете. Два амбала санитара зависли в курилке, забыв о времени и работе, обсуждали с коллегами вчерашние посиделки в баре «У Холли».

*****

Отделение хирургии.

Знаменитый на весь Старф врач Игорь Фигудин сидел в своем кабинете с аспирантом Антоном Ливашевичем и рассказывал ему истории из своей практики в аспирантуре кожно-венерологического диспансера на Земле.

– Помню, я был у нас забавный случай… Как-то зимой скорая помощь привезла к нам пострадавшего с ожогом гениталий. Самое любопытное, что у него почти вся площадь покрова была с явным признаком ожога и маленьким круглым пятном обморожения.

– Это как так? – спросил аспирант.

– По его словам, – продолжил Фигудин, – Мужчина работал сторожем на стройке рядом с нашим отделением. Ну, как водится, пост сдал – пост принял… В состоянии алкогольного опьянения он вышел на улицу по малой нужде и прилип к металлическому столбу.

– А откуда ожог взялся? Это же обморожение?! – перебил Антон.

– Ну вот вечно ты вперед коня бежишь, не разбирая борозды, – Фигудин даже немного расстроился от проявления легкой степени неуважения, поскольку не любил, когда прерывают его воспоминания.

– Какой конь? Какая борозда? – удивился Антон, не знавший этих слов.

Фигудин многозначительно вздохнул и с осуждением посмотрел на аспиранта. Молодежь совсем перестала интересоваться фольклором и мало что знает о своей собственной истории.

– Так на чем я остановился? Ах да, так вот, этот молодой и неосторожный человек попросил своего напарника принести ему тепленькой водички, чтобы отлить, так скажем, примерзший орган.

– Так, почему же он не разумный? – снова перебил Антон, – Вполне рациональное решение.

– А потому, мой дорогой, что его друг Виталик подогрел воду в чайнике до положенных ста градусов. А этот бедолага побоялся оторваться от столба, поскольку думал, что оторвет свое имущество.

Комната залилась громким смехом аспиранта. Он представил искаженное от боли и страха лицо мужика, которому поливают кипятком самое дорогое, что может быть у мужчины.

– Печально, что на Марсе зимы не бывает. Я завидую, что вам довелось ее видеть, – вздохнув, сказал Антон.

В этот момент в кабинет влетела Надежда, оглядываясь по сторонам с растерянным видом, словно потеряла кого-то. Акцентировав внимание на Фигудине, она спросила:

– Где дежурный хирург? У нас тяжелый пациент с ожогами более девяноста процентов и сложной травмой головы и конечностей.

– Спросите в регистратуре, милая, – спокойно и безучастно ответил Фигудин.

– Да как вы не понимаете, у меня нет времени на поиски! Его срочно нужно оперировать! – Надежда была уже практически в истерике.

Повышенный тон Надежды вывел врача из равновесия. Он выскочил из своего стола и закричал на нее:

– Ты полный ноль в медицине, если не понимаешь, что у него нет шансов! Ни один врач не захочет брать живого мертвеца, чтобы оставить пятно в своей практике. Раз умная такая, можешь оперировать сама!

Надежда выбежала из кабинета в слезах, прокручивая в голове мысли о том, что врачи дают клятву Гиппократа.

– Неужели для него важнее престиж и имя, нежели долг врача спасать всех всеми доступными способами? – выкрикнула она в слух на весь коридор и побежала в операционную, где Витя подключал пострадавшего к аппаратам жизнеобеспечения, не тратя время на поиски увальней санитаров.

*****

Операционная.

Много пришлось увидеть водителю ховера за тридцать лет работы, но такого он точно не видел никогда, и вряд ли, когда еще увидит. За годы он много чего нахватался по медицине и научился не только оказывать первую медицинскую помощь, но и ассистировать при операциях, проводимых на месте трагедий. Руки знали свое дело, и он ловко подключал обгоревшее, но еще живое тело к аппаратам. Сканер показывал слабый, почти нитевидный пульс и давление на нижней границе.

– Витя, ты уже начал?! – обрадовалась вбежавшая в операционную Надежда.

– Где хирург? – удивился Виктор.

– Да пошли они все! Для них клятва Гиппократа пустой звук! – злилась Надежда, обрабатывая руки антисептиком, – Ты мне нужен. Будем оперировать сами.

Виктор был немного шокирован. Он, конечно, не раз ассистировал хирургам, но это были опытные врачи и не такие тяжелые случаи. Тем более такую операцию может выполнить только робот. А так, как у Наденьки нет доступа, им придется выполнять манипуляции вручную и старым добрым скальпелем, но он не мог отказать в помощи. Помыв руки и нацепив на себя стерильный одноразовый халат, Виктор подошел к операционному столу. Надежда нервничала и мешкала, не зная с чего начать. Он закатил глаза, предвкушая крах и последующее увольнение за нарушение дисциплины, ведь у него нет лицензии даже на ассистирование. Оценив информацию со сканера, Надежда поняла, что ей понадобится как минимум еще одна пара рук. Поскольку состояние пациента было критическим и нужно было устранить очаги кровотечений головы, руки, челюсти и ног одновременно с восполнением кожного покрова. Она взяла в руки щипцы с иглой, чтобы начать пришивать ему руку и вздрогнула от громкого крика Антона:

– Стой, дура! Что творишь?!

Он взглянул на сканер краем глаза и рванул к компьютеру управляющему роботом хирургом и рукой манипулятором. Программа активировалась, и он запустил задачу восстановления кожного покрова и лазер в манипуляторе для прижигания крупных ран.

– Сразу видно, что вы интерны, – вздохнул Виктор.

– Почему?! – отозвались оба.

– Потому что не удосужились сделать наркоз или хотя бы местное обезболивание. Он же у вас от шока помрет раньше, чем от потери крови, – констатировал Виктор.

– Да он же без сознания?! – оправдывалась Надежда.

– Ну это не значит, что он ничего не чувствует, – дошло до Антона и он запустил дополнительную программу.

Немного успокоившись от экстренных решений, бригада «реаниматологов практикантов» позволили роботам выполнять свои задачи, параллельно обдумывая следующие манипуляции:

– Пришьем руку?

– Может лицом заняться? Хотя этим пластический хирург займется.

– Слушайте, у него потеря крови. Нужно восполнить.

Антон активировал анализатор состава крови и замер. Надежда подошла к монитору и тоже застыла. Виктор заглянул на монитор из-за спины Антона и спросил:

– Я один тут ничего не понимаю? А чё не так-то, чё как вкопанные встали?

Антон указал пальцем на нижнюю графу, где значилось «Группа крови не определена. Состав крови не прошел идентификацию по базе галактической регистрации».

– Ну и что? Вливайте парню физраствор с железом и витаминами. – спокойно ответил Виктор и проворчал, – Как будто никогда не слышали об иммигрантах с других галактик. Они никогда не регистрируются!

Когда показатели более или менее стабилизировались, Виктор, Антон и Надежда вышли покурить и снять стресс. В курилке, как всегда, было много народа: медсестры, увиливающие от работы, санитары – только что ее закончившие, и врачи. Некоторые из них не курили вовсе, но могли пять минут посидеть здесь за обсуждением последних тем.

– Как думаете, оклемается пацан? – спросил Виктор, доставая из кармана брюк вейпер.

– Фи, да с таким оборудованием мертвых можно лечить, – выдыхая дым классической сигареты, искренне восторгался Антон оснащением своей любимой клиники, – Я так же решительно отказываюсь понимать почему Фигудин побоялся участвовать в такой уникальной операции? Я вот сразу выбежал за тобой. Наденька, только не увидел, в какую операционную ты побежала и поэтому пришлось искать. Я и не знал, что ты бегаешь быстрее, чем Виктор водит свой ховер.

– Очень остроумно Антон! Нам не стоит так долго оставлять пациента без присмотра, – ответила Надя.

Сопливый сериал, транслируемый по телевизору в курилке, прервал срочный выпуск новостей. Девушка диктор в облегающем зеленом костюме с большими плечиками и глубоким вырезом на груди сообщила:

– Только что произошло нападение на грузовой шаттл АЛС, перевозивший энергокристалы на орбиту Марса. На записях дрона видно, что кораблю нанесены непоправимые повреждения и он объят пламенем. Дроны-спасатели АЛС устраняют возгорание, но достать пострадавших не позволяет техническая не оснащённость роботов. О количестве экипажа, находившемся на борту, еще нет данных. О дальнейших событиях мы сообщим вам в вечернем выпуске.

Передача новостей закончилась и снова запустился сопливый сериал. Медперсонал продолжал смотреть в экран телевизора, словно ожидая, что ведущая снова появится с подробностями. В курилку влетела дежурный администратор с криком:

– Что стоим?! Все свободные в приемную, к нам везут пострадавших при взрыве!

Весь свободный персонал мигом разбежался, а Надежда, Антон, Виктор и еще пара врачей остались в курилке, у них уже были свои пациенты, к которым нужно было возвращаться.

Когда они вернулись, в операционной за компьютером сидела стройная женщина в строгом сером облегающем костюме с не менее строгим выражением лица и зализанной прической. Она закинула ногу на ногу и обернулась в их сторону. Монитор сообщал «операция завершена», а пациента уже не было.

– Кто вы и что здесь делаете? Где наш пациент?! – возмутился Антон.

Таинственная женщина вынула из кармана новейший сенсорный девайс и, листая по панели, монотонно прочла:

– Ливашевич Антон Александрович, двадцать семь лет, помощник заведующего отделением хирургии Игоря Фигудина. Не далее, чем вчера, был арестован в баре «У Холли» за драку и освобожден с вынесением предупреждения. А сегодня вы использовали не принадлежащие вам коды доступа к медицинскому оборудованию, что относится к краже личных данных, а также проведение операции без лицензии. Итак, я могу предоставить комфортабельные апартаменты в крио камере на луне лет так на, – вздохнула она и продолжила в таком же равнодушном и монотонном тоне, – на …дцать.

На секунду на ее лице скользнула хищная улыбка и снова скрылась в каменном выражении.

– Да как вы смеете?! – заступилась за Антона Надежда.

– Токарева Надежда Васильевна, двадцать пять лет, закончила медицинскую академию лиги Азиатского медицинского содружества с красным дипломом, но была замечена в связи с деканом терапевтического факультета. Скажите, милочка, а вы диплом головой защищали или другим местом? – все так же издевательски монотонно говорила эта дама.

Виктор медленно отступил к двери, чтобы скрыться, пока она не обратила на него свое внимание, но опоздал.

– Куда же вы, Виктор? У меня и на вас есть информация, – остановила его эта пугающая своей осведомленностью женщина, – Итак, у меня для вас есть два выхода. Первый: вы отправляетесь в крио камеры. Второй: сегодня ховер скорой помощи под бортовым номером 6452 был на ремонте, а вам будет поставлен прогул поскольку вас сегодня не было в клинике. Я надеюсь, вы понимаете, что выбора у вас в общем-то и нет. Если вы, конечно, с детства не мечтали стать постояльцами лунного «крио отеля».

Дама встала со стула, вынула зажигалку из кармана и подожгла отчет по операции, автоматически записанный на диск компьютером по завершении работы. Она небрежно бросила оплавившийся носитель в кружку с кофе, стоящую на столе.

– Думаю, мы договорились. А если вы проболтаетесь о нашем разговоре…

Воцарившаяся в комнате тишина окутала их холодом страха. Дама спокойно убрала девайс в карман пиджака и вышла через служебный вход.

Медики еще долго отходили от шока, переглядывались, ища в лицах друг друга поддержки.

– И что нам теперь делать? – первой пришла в себя Надежда.

– Может выпьем? – предложил Виктор.

– Ты в своем уме?! – возмутилась Надежда.

– А почему нет? – заступился за Виктора Антон, – Нам же ясно дали понять, что сегодня у нас официальный прогул, так зачем торчать в клинике?

Надя вздохнула, но все же согласилась с Антоном. Она скинула свой больничный халат, убрала красивые темные, спускающиеся до плеч волосы, в хвост, накинула черную куртку из кож заменителя и отправилась в бар «У Холли». Парни тут же последовали за ней.

ГЛАВА 2. У ХОЛЛИ

Бар «У Холли» был больше похож на стриптиз-клуб. Полуголые представители разных рас и полов танцевали в клетках на стенах. Ходить сюда в открытую было не принято и поэтому большинство посетителей скрывали свои личности за масками или капюшонами. Здесь можно было не только отдохнуть душой и телом, а еще и контрабанды прикупить. Надежда, Виктор и Антон заняли свободный полукруглый диван, обитый коричневой тканью, обнимающий столик в форме полумесяца, служившей больше барной стойкой. Благодаря такому углублению официантам было удобно расставлять заказы, а танцовщицы находились максимально близко к гостям.

– Так что тут вчера такого интересного было? – кряхтя спросил у Антона Виктор, усаживаясь на мягкий диван.

– А! Ты о чем? – притворно удивился Антон.

Виктор откинулся на спинку дивана, провел ладонью по морщинистому лбу и коротким волосам, нахмурил брови и пристально смотря коллеге в глаза с ухмылкой пояснил:

– Я же был в комнате, когда эта дамочка зачитывала о твоих вчерашних приключениях…

Антон глубоко вдохнул и всем своим видом показал, что не желает откровенничать. На его счастье к столику «подплыла» танцовщица, которая колыханием бедер и взмахами десятисантиметровых ресниц на круглых синих глазах отвлекла Виктора от темы. Надя выглядела угрюмее всех. Конечно, бар был не очень подходящим местом для женщин, но не это было причиной ее плохого настроения. Она боялась за свою жизнь и не понимала, как парни могут так беспечно заливаться алкоголем после такой встряски. Она смотрела в никуда, абсолютно не замечая, что девушка за соседним столиком, одетая как охотник за головами, очень внимательно следит за ними и ловит каждое пророненное слово.

– Антон, – Надя попыталась привлечь внимание своего парня, который уже выпил три больших кружки местного порошкового пойла и увлекся стриптизёршей в клетке, – Антон!

– Что, Наденька?

– А если она вернется? – голос девушки немного дрожал.

– Это вряд ли, – уверенно отвечал Антон, – Она уже забрала все, что ей было нужно.

– А если они решат убрать свидетелей? И кто вообще этот… – она задумалась, чтоб найти правильное определение для сегодняшнего пациента, – пострадавший?

– Забудь лучше об этом горелом! – вскипел Антон.

Девушка за соседним столиком превратилась в одно сплошное ухо. Она даже не пыталась скрыть свою внешность, так как была уверена, что ее репутации посещение такого заведения не навредит, поскольку она в Старфе проездом. Когда Надя стала громко кричать на Антона, что он не понимает всей серьезности ситуации и что такой живучести ни у кого не может быть, поэтому только за то, что они видели этого парня всю бригаду сотрут с лица Марса, следившая за ними девушка поняла, что они говорят о том, чьего прибытия она ждала.

– Все-таки фортуна еще та стерва, – тихо прошипела наемница сквозь сжатые узкие губки, так значит вы его нашли и сдали Серой?!

Антон огляделся по сторонам, убедится, что на их крики никто не обратил внимания и тут же наткнулся на наемницу за соседним столиком, которая сверлила его тёмно-синими глазами.

– Опять ты?! – обратился он к ней.

– Мне с тобой говорить не о чем! – грубо ответила девушка и резко удалилась.

Очень худая наемница с черными кудрявыми волосами быстрыми шагами удалялась из бара под сопровождение восхищенных взглядов завсегдатых.

– Кто это? – Надя дернула Антона за рукав.

– Да так, никто, – отмахнулся Антон и принялся за напиток.

– На никого так не реагируют, – огрызнулась она.

К ним подошла официантка, ставшая невольной свидетельницей их разговора.

– Вас заинтересовала эта девушка? – спросила она Надежду.

– Ты что-то знаешь? – с сомнением спросила Надя.

– Информация стоит денег, – подмигнула ей официантка.

– Каких еще денег? Иди отсюда! – отмахнулся он нее Антон.

– Ну, знаешь, – воспротивилась Надежда, – Теперь я точно хочу знать!

Надежда отвела официантку чуть в сторону и перевела ей на счет сотню кредитов. Довольная официантка приблизилась к ней на ушко и прошептала:

– Она вчера вашего друга в Дакмут сделала.

С задорным смехом девушка умчалась обслуживать другой столик.

– И все?! – Наденька развела руками.

– Я же говорил, что не надо ей платить, – ворчал Антон, заливаясь краской.

– Ты продул ей в Дакмут? – заржал Виктор, – То есть эта худышка тебя уделала в рукопашную?! Ну кто-то вчера хорошо поднял на твоем позоре…

Они с Надей снова засмеялись, а Антон залился краской, вспоминая как вчера получил люлей от наемницы, да еще и драку в баре завязал за что провел ночь у службы безопасности.

ГЛАВА 3. ПРОБУЖДЕНИЕ

– Странное чувство, голова такая тяжелая, словно на ее месте вырос грак. Хм, я не помню, что это такое. С чего вдруг такое сравнение? Что-то подсказывает, что я когда-то пробовал эту мерзость. В памяти всплывают обрывки об этом растении, большом, тяжелом и колючем, как древний ананас, только очень противном. Интересно, где я? Попробуем оглядеться и понять. Открываю глаза, но что за напасть?! Веки не слушаются. Давненько так не было. Наверное, с самой великой попойки в моей жизни, когда я что-то отмечал. Странно, не помню, что это был за праздник, а ведь должен, раз он для меня был такой важный, ведь я особо не пью. Хотя теперь уже не уверен, потому что не помню. Стоит успокоится для начала, а то сердце убежит из меня быстрее, чем я поднимусь с этой, как ее, там, не знаю, на чем я лежу, – думал про себя пациент, пока лежал без движения в камере жизнеобеспечения.

Раздался писк, такой звук издает электронный замок, когда его открывают ключ картой. Он попытался разглядеть вошедшего, но снова не смог открыть глаза.

– Шуршит, чем он там шуршит и скрепит? Пишет что-то. Я что в каком-то захолустье? Уже триста циклов никто не использует бумагу для записи. Как же чешется все тело! Помогите мне! Что? Что тут за сигнализация, все пищит, Господи. Кто-то прибежал, слышу стук каблуков. Да помогите же кто-нибудь! Что это, мои датчики? Я умираю?! Нет, нет! Что они говорят? Я не понимаю!

Камера жизнеобеспечения выдала сигнал тревоги, уровень кислорода быстро падал. Толстяк, поедающий за своим столом тюбик со вкусом сандвича с индейкой, проворонил показания на табло и сработал вызов персонала реанимации. По коридору застучали каблуки, и в камеру вошла стройная дама в сером костюме. Возможно, впервые в жизни ее лицо было не каменно-равнодушным, а с легким натиском раздраженности. Она активировала панель контроля камеры жизнеобеспечения и задала программу реанимации. Два диска нависли над грудью обожжённого и выдали разряд.

– Если вы еще раз упустите момент понижения кислорода в крови нашего образца, я вас аннулирую, – в своей спокойной монотонной манере обратилась Серая дама к Толстяку, который подавился от этого содержимым своего тюбика.

Серая дама спокойно вышла из камеры и заблокировала за собой дверь. Ровный звук стука каблуков становился тише и тише, пока совсем не исчез. Образец 001, так окрестили в лаборатории привезённого из клиники Жень-Шень парня, который лежал в камере жизнеобеспечения уже два месяца, как они думали, в состоянии комы. Было принято решение поддерживать в нем жизнь, пока великие умы не расшифруют код его ДНК и не смогут создать клонов. Его живучесть привлекла внимание корпорации, жаждущей господства. При удачном завершении эксперимента по выведению суперсолдат они смогут получить армию, не имеющую аналогов по своей мощи. Главным аргументом в пользу выбора данного образца стала его ускоренная регенерация.

На какое-то время Толстяк даже аппетит потерял, задумавшись над угрозой Серой дамы. Она ведь, действительно, могла его аннулировать в прямом, а не переносном смысле и это было бы не увольнение. Он исправно следил за показателями, ожидая смены со своим приятелем. Нужно отметить, что они были абсолютно противоположны и даже комичны вместе. Толстяк был весом не менее ста двадцати килограммов и ростом всего сто пятьдесят шесть сантиметров, а его напарник, скелет-переросток, пятьдесят килограммов под два метра ростом, с прыщавым как у подростка лицом. Когда Тощий вернулся, Толстый нажаловался ему на Серую даму.

– Ей бы только аннулировать, – ворчал Тощий, наливая себе кофе из машинки, – Всех аннулирует, а кто работать будет? Она что ли?!

Толстяк снял лабораторный халат, скрутил из листка бумаги подобие папиросы и закинул ногу на ногу:

– Если вы еще раз упустите момент понижения кислорода в крови нашего образца, я вас аннулирую, – передразнивал он начальницу, стараясь сделать свой голос как можно тоньше.

Тощий рассмеялся и тоже подключился в игру. Он тоже снял халат и обернул его на бедрах вместо юбки:

– Вы думаете, я слабая женщина? Ошибаетесь, милок, у меня стальные яйца и поэтому я смело хожу в юбке, – с сарказмом изображал он Серую.

Лаборанты закатывались от смеха. Толстый хрюкнул, и они засмеялись еще громче, а лампочка камеры наблюдения мигала, записывая и передавая все в комнату охраны. Как раз в этот момент там находилась Серая дама. Охранник побледнел, услышав шуточки этих двух «бессмертных» и сглотнул подступивший к горлу ком. Он знал Серую даму дольше других и надеялся, что она не выйдет из равновесия. В противном случае под горячую железную руку Серой дамы может попасть кто угодно, в том числе и он сам. На его радость она спокойно продолжала наблюдать за двумя придурками, которые продолжали изображать ее и персонал. Толстый достал девайс и начал зачитывать информацию монотонным голосом, а Тощий искажал лицо в гримасах страха, попутно стараясь не захлебнуться слюнями от смеха. Дама спокойно курила тонкие сигареты с яблочным ароматом, восседая на удобном кресле охранника, закинув ногу на ногу. Медленно затушив сигарету в стеклянной пепельнице, она констатировала:

– В принципе вполне похоже, – грациозно встала и спокойно вышла.

Охранник, побелевший от страха, стер со лба седьмой холодный пот и подключил аудио связь с камерой жизнеобеспечения:

– Вам что придуркам жить надоело? Серая все это видела. Немедленно за работу!

Охранник обливался потом, старательно вытирая лоб трясущимися руками. Он был как натянутая пружина, которая вот-вот начнет раскручиваться и двигать весь механизм. Еще бы! Он столько лет работал здесь и видел куда больше, чем все остальные. Он знал, на что способна Серая дама и не понимал одного: почему эти оболтусы еще живы?!

Тощий и Толстяк забегали по камере как дристливые кошки в поисках пятого угла, собирая свои вещи и прибирая рабочее место.

– Твоя идея была! – ворчал Тощий.

– Я тебе не заставлял юбку напяливать, – отпирался Толстый.

Они переглянулись и снова закатились громким смехом. Охранник закатил глаза и хлопнул себя по лбу.

– Либо бессмертные, либо недоумки, – думал он, – Да какое либо, недоумки!

Образец 001 все так же лежал в камере, не подавая признаков активности мозга. В лаборатории, находящейся в том же секторе, что и камера жизнеобеспечения, команда генетиков экспериментировала с клетками крови и тканями образца. Уже два месяца они бились над созданием клонов. Ни одна из яйцеклеток с внедренным ДНК образца 001 не развилась до полноценного эмбриона. Бесчисленное количество колбочек, пробирок, гудящих аппаратов и копошащиеся специалисты, работающие на износ, слились в рабочем хаосе. Профессор генетик Жозе Вида Гаста безвылазно пропадал в лаборатории без сна уже третий день подряд, увлеченный экспериментом создания нового вида из предоставленных ему тканей.

– Porra! (матерится) Почему эмбрионы не живут более трех дней? Вся последняя партия погибла одновременно. Что я упускаю? Isto e merda! (дерьмо) – ругал он сам себя.

– Профессор, вам стоит отдохнуть, – обратилась к нему молоденькая темнокожая лаборантка в огромных очках с растрепанными волосами.

– Джудит, тебе самой стоит отдохнуть. Уже мешки под глазами. Не в твои двадцать лет так выглядеть.

Джудит была самой преуспевающей студенткой на курсе профессора Виды, и он согласился на эту весьма многообещающую, но засекреченную и от того в наше время опасную работу только при ее участии. Остальную команду он не знал, поэтому ему был необходим проверенный человек, на которого можно положиться и который не напортачит в эксперименте.

– Джу, проведи еще раз декодировку ДНК, мы что-то упускаем. Я вернусь через пару часов, Серая дама вызывает, – обратился профессор к своей помощнице, прочитав сообщение своего коммуникатора и, собрав диски с отчетами, вышел.

*****

Камера жизнеобеспечения.

– Я так устал лежать как овощ. Даже не могу вспомнить, что случилось со мной. Одно мне стало ясно из того, что я слышу вокруг себя: я нахожусь в каком-то контейнере и не могу управлять своим телом. Существа вокруг меня говорят на странном языке. Большинство слов мне понятны, но некоторые очень похожи на диалект солнечной системы. Это очень странно. Насколько я помню, солнечная система разрушена, и ее жители расселились по окружающим звездам. Из разговора этих двоих, что постоянно со мной, я понял, что они полные идиоты, потому что постоянно громко смеются, чамкаются и хрюкают. Спасибо урокам древних языков! Стоять, где я учился? Это так страшно – ничего не помнить. Вот свезло находиться в их компании столько времени… Нужно открыть глаза. Итак, сосредоточься. Давай же, хотя бы веки поднять. Веки с большим усилием поддаются, но я все равно ничего не вижу, только белая пелена. Ну хотя бы свет, значит я не закопан и еще жив. Не думал, что такое простое действие отнимет все мои силы. Я так устал, снова все кружится, и я погружаюсь в кромешную тьму.

Толстый, как всегда, уплетая очередной тюбик, на этот раз со вкусом пломбира, заметил изменения датчиков и замер, не вынимая его из рта.

– Мм, мм, – мычал он, тыкая сальным пальцем в монитор, – смотри на датчик. Он в сознании. Упс. Уже нет!

– Вызывай Серую, – решил Тощий.

Толстый набрал номер Серой на коммуникаторе и ждал ее появления. В момент, когда Серая дама получила сообщение перед ней отчитывался профессор Вида. Она улыбнулась и, не сообщая ничего ему, вышла из своего кабинета. Методично изучив показания, дама вернулась в свой кабинет, где ее все так же ждал профессор.

– У меня для вас новая задача, милок, – обращалась она к доктору Виде, – Мне нужны полноценные ткани из предоставленных вам образцов. Вы сможете это сделать?

– Sin, – утвердительно ответил Вида и удалился.

Серая развернулась к стене лицом и закурила свою тонкую сигарету. Ей предстояла новая большая работа. Они ошибочно предполагали, что мозг образца погиб, но видимо клетки его мозга так же регенерируют, как кожа и другие ткани. Необходимо заняться пластикой лица и замещением кожного покрова. По крайней мере в таком виде он сможет прожить намного дольше и есть шанс на оплодотворение яйцеклеток от живого донора. Остается только создать ему новую личность и тело.

ГЛАВА 4. БОЛЬШАЯ РАБОТА

Дождь на улице приятно освежает воздух, прибивая городскую пыль к асфальту. Средних лет женщина в короткой розовой куртке и черной юбке перебегает через дорогу, прикрыв голову папкой для документов. Ее это совсем не спасает. Рыжие волосы потемнели от капель и свисают сосульками по плечам, прилипая к спине нежно-розовой куртки. Она торопится успеть в бистро, расположившееся напротив ее психотерапевтического центра, в свой законный обеденный перерыв. Стуча каблучками, женщина порхает по восьми ступеням каменной лестницы и влетает в теплое помещение, наполненное ароматами свежего кофе, булочек и котлет. Широко улыбаясь, она подходит к кассе.

– Доброго дня вам, Нина, – здоровается психолог с кассиром бистро, которая стала ей почти другом за пять лет постоянных перекусов здесь, – Ну и погода, брр-р.

– Вам как всегда или специальное предложение для дождливого дня? – спросила Нина.

– Ой, было бы неплохо, – согласилась женщина и оплатила заказ, приложив к сканеру отпечаток пальца.

– Скажите, дорогая, как вы умудряетесь предлагать меню по погоде? – полюбопытствовала Ирина Николаевна, – Может у вашего владельца есть коды к метеопрограмме нашего города?

Девушка лишь невинно улыбалась, встречая нового посетителя. Ирина Николаевна присела за столик, и робот-официант на колесиках подъехал к ней с подносом, на котором приятно дымились искусственные горячий кофе с медом и горячая котлета с салатом. Она расположила все на своем столике и, вдохнув аромат кофе, отпила глоток.

– То, что нужно в такую погоду, – подумала она.

К ней за столик подсела Серая дама. Её появление никогда не было случайным и тем более она никогда не составляла компанию для дружеского чаепития. Десять лет назад они уже пересекались в больнице, и Серая дама выручила ее, попросив об услуге в будущем. Видимо этот момент пришел.

– Здравствуйте, Ирина Николаевна. У вас есть час на сборы. В вашей клинике уже все улажено. Я отвезу вас на новое место работы, – спокойно сообщила Серая.

– Куда мы отправляемся и на сколько? – уточнила Ирина Николаевна, попивая свой кофе.

– Это секретная информация. Сроки не определены, но не волнуйтесь, в средствах вы будете не обижены, – ответила Серая и положила на стол карточку с адресом точки сбора, – Жду вас ровно через час. Не опаздывайте.

Серая дама спокойно, с присущей ей уверенностью встала из-за стола и удалилась. Ирина Николаевна вызвала такси.

– Война войной, а обед по расписанию, – сама себя поучала она и закончила с обедом.

Через час Ирина Николаевна с маленьким чемоданом уже была на космодроме, где ее ждала Серая и еще двое мужчин. Их посадили на частный шаттл. Полет проходил над безжизненной территорией, где радиация настолько испортила все, что жили там только отбросы общества и беглецы, и те недолго. Устав от наблюдения за землями изгоев, пассажиры разговорились.

– Давайте познакомимся, раз нам выпала карта работать вместе? – предложил немолодой мужчина с лысиной на макушке, окруженной жидкими седыми локонами, – Я Артур Измайлович пластический хирург.

Мужчина представительный, лет пятидесяти примерно, с строгой выправкой. Одет в серые брюки и серо-голубую рубашку. На руке хорошие дорогие часы и обручальное кольцо. Большие карие глаза с характерными его возрасту мешками выглядывали под круглыми очками в тонкой золотой оправе. По внешнему виду понятно, что он достаточно преуспевающий доктор, но все знали, что Серая дама приходит только за теми, у кого перед ней долг. Она из людей, обладающих большими возможностями, но остающимися в тени.

– Я, Игорь, мастер спорта, тренер и реабилитолог, – протянул ему руку достаточно молодой на вид парень внушительных рельефов, одетый в облегающие штаны черного цвета и такую же боксерку, – А вас как зовут, юная леди?

– Ох и льстец, Ирина Николаевна. Я психолог. Работаю со всеми видами амнезии и моделирования личности, – улыбаясь, ответила Ирина Николаевна.

– Итак, исходя из имеющейся информации нам предстоит интересная работа над созданием нового человека с новой личностью, – заявил Артур Измайлович.

Ирина Николаевна и Игорь мысленно согласились с ним и пожали плечами. Под крылом шаттла показалась зеленая территория. Высокие деревья с крупными лиловыми и белыми цветами, ручьи с чистой проточной водой. После последнего масштабного восстания колонистов почти вся земля осталась бесплодной, а тут настоящий оазис похожий на рай.

– Какая красота! – восхищалась Ирина Николаевна.

Мужчины тоже внимательно осматривали местность. Те, кто постарше, еще помнили по книгам, как выглядели различные виды растений и хвойных лесов, завезенных с земли, а вот молодое поколение даже названий их не знало. Все продукты были искусственно созданы в лабораториях и напичканы ароматизаторами идентичными натуральным. Хотя никто уже не сможет подтвердить или опровергнуть их натуральность. Свежие овощи и фрукты, выращенные на марсианских фермах, спрятанные, как и города под аэрокуполами, могли себе позволить только очень богатые люди. Шаттл приземлился без резких толчков. Пилот открыл дверь и спустил трап. Как только они вышли на землю, в нос ударил свежий воздух и закружилась голова. Воздух был наполнен непривычными сладкими и пряными ароматами цветов и трав. Команду встречали Толстый и Тощий. Они посадили гостей в катер на воздушной подушке и направились в сторону гор. Возле одной из скал транспорт остановился.

– Прибыли! – сообщил Тощий и поспешил поскорее выгрузиться из катера, что у него не сразу получилось. Длинные ноги затекли в неловком положении и отказывались слушаться. Он, кряхтя и мучаясь, помогал своим ногам руками, но не мог вылезти пока на помощь не пришел Толстый. Он крепкой рукой схватил приятеля за ногу и дернул вверх. Тощий вывалился, конечно, приняв позу не известную даже йогам. Команда врачей рассмеялась, а раскрасневшийся от стыда и злости Тощий громко ругал своего друга, который уже бегал вокруг него, как шарообразная мамаша наседка, пытаясь поднять. Тощий долго отмахивался, но все же согласился. Когда он наконец встал, то по глазам было видно, что парню нужен пятый угол, чтобы там спрятаться.

Команда была на позитивном настрое, смеялись над Толстым и Тощим, которые начали толкать друг друга и препираться. Наконец лаборанты взяли себя в руки и сопроводили команду до входа в скалу. Вход был замаскирован и прикрыт растениями неизвестного вида.

– Удивительная здесь природа, – восхищалась Ирина Николаевна, – Я никогда подобного не видела, даже в архивах. Сколько уже прошло с времен последнего восстания? Лет четыреста?

– Четыреста тридцать восемь, если быть точным, – поправил ее Артур Измайлович, – Как вам удалось создать такое? – он уже обращался к лаборантам.

Тощий в принципе был немногословным и меланхоличным парнем, поэтому проигнорировал вопрос хирурга, а вот Толстый напротив был в восторге от возможности рассказать о свое самом любимом месте на Марсе.

– Двести лет назад наша компания проводила исследования на этих, тогда еще пустынных землях, и наткнулась на удивительный минерал, поглощающий радиацию. Мы провели разработки и установили по периметру аппаратуру, накрывающую всю территорию куполом, скрывающим от посторонних глаз. Наши талантливые ученые смогли вывести гибриды новых растений, приспоспособившихся к климату. Постепенно они мутировали и разрастались, и теперь эта территория пригодна для проживания! – в его голосе было столько восхищения, что он даже стал задыхаться, но продолжал рассказывать, параллельно сопровождая всех к потайной двери, – Вы представляете, что это означает для цивилизации? Восстановление кислорода! Мы наконец сможем убрать купол ультрафиолетовой защиты, мы снова будем кушать сочные плоды и гулять по зеленой траве!

– Было бы неплохо, – отозвалась Ирина Николаевна, – Заселение планеты не очень удачно закончилось. Даже после терраформирования атмосферы здесь почти ничего не растет. Вы тоже спасаетесь куполом?

– Конечно! – ответил Толстый.

– Какой у вас генератор? – поинтересовался Игорь.

– О-о. У нас неиссякаемый источник! – веселился Толстый, но его друг как-то странно взглянул на него, и он сразу замолчал.

Наполненный энтузиазмом, он открыл зеленую сенсорную панель и приложил руку к сканеру. Каменные плиты заскрежетали, навивая воспоминания об очень старом фильме про Индиану Джонса. Загорелись неоновые лампы, освещая длинный спуск с овальным сводом. Когда команда зашла, Тощий открыл панель в стене и ввел код безопасности.

– 120589, – прошептал Игорь, определив комбинацию по звуку, мама его всегда говорила, что он не ту профессию выбирает, – А вы не знаете, какая работа нам предстоит? – обратился он к Толстому.

– Мы нашли новый вид гуманоидов! Это просто…

Его оборвал Тощий, дав хорошую затрещину. Подъехала пикита, напоминающая вагонетку с американских гонок.

– Прошу вас господа и дама, – Тощий пригласил их загрузиться в данный транспорт.

Они расселись: Ирина Николаевна по середине, Артур Измайлович и Игорь по краям, как истинные джентльмены. Пикита взвизгнула и сорвалась вниз по железным рельсам, тогда доктора поняли, что отсылка внешности пикиты к американским гонкам не случайна. Пара минут бешеной скорости и они затормозили.

– Ух! – крикнули лаборанты и ударили в ладоши, а доктора не двигались, отходя от шока, у Ирины Николаевны даже приподнялись у корней ее рыжие тонкие волосы.

В это же время неизвестный никому мужчина, искалеченный и обожженный, окрещенный Серой дамой образцом 001, болтался в камере жизнеобеспечения, пытаясь вернуться в реальность. Он потерялся во времени, сбился со счета дней. Время тянется так медленно, словно вся реальность исказилась и стала похожа на…, на плавание в желе против течения. Он уже несколько месяцев размышлял о своем состоянии, вспоминал уроки древних языков, сосредотачивался на своих ощущениях и старался вернуть контроль над своим телом. Со стороны это напоминало редкие и мелкие судороги отдельных мышц. Система фиксировала короткие вспышки активности мозга, что вызывало у всех надежду на его восстановление. Почти за три месяца случилось невероятное: кожа восстановилась полностью, раны затянулась, оставляя уродливые шрамы на теле, мышцы срослись, но рука атрофировалась и ее решили удалить. Но самое удивительное – почти полное восстановление тканей мозга. Парадокс был в том, что зона памяти не помнила, из каких клеток восстановилась и была как у новорожденного. Отсюда специалисты сделали вывод, что если он восстановится, то будет как младенец и учить его придется с самого начала.

– Тишина, такая непривычная. Где эти оболтусы, которые сутками жужжат рядом со мной и смеются? Один из них часто пускает газы, а второй кричит на него, видимо зажимая нос, потому что голос у него меняется, становится похожим на мультяшный. Эх, я бы сейчас не отказался от просмотра какого-нибудь фильма с бутылкой сагерского базира. Он чем-то похож по вкусу на пиво две тысячи восьмидесятых годов землян, хотя та дрянь порошковая, а эта из плодов удивительного растения, которое растет на моей родной Морфи. Удивительная планета, зеленая и яркая. Наши три солнца греют ее круглый год. Мы хоть и хищники, но войн не устраиваем. Все наши войны заканчиваются одинаково, в круг выводят двух лучших воинов, и их битва решает исход войны. Интересно, где я сейчас? Последнее, что помню это миллиарды звезд в холодном пространстве космоса за стеклом моего корабля. Потом сработала система оповещения и сильный взрыв. Огонь, дым и девушка со светящимся шаром в руке. Я точно знаю, что раньше ее никогда не видел, но она так знакома мне. Мне кажется, я знаю ее, но это просто невозможно. Ай! Что за черт?! Как же больно… правая рука словно горит! Меня режут?! Стойте! Нет!

Робот-хирург начал запланированную операцию по ампутации отсыхающей правой руки. Лазер медленно скользил по кругу, одновременно прижигая кровоточащие сосуды. Пациент забился в судороге и резко выгнулся, он раскрыл глаза и в панике крутился в жиже камеры. Собрав силы, он сломал кружащего вокруг него робота и избавился от лазера.

Он паниковал, и адреналин требовал дышать чаще, но кислородная маска не давала этого. Тогда пациент сорвал ее и начал бить кулаком по стеклу. Стекло не поддавалось, и тогда он выпустил когти, размахнулся, ударил по нему дважды, рисуя сетку. Стекло затрещало и лопнуло, вынося пленника из камеры волной розовой жижи, стремящейся заполнить появившееся свободное пространство. Пациент, покрытый слизью, как младенец из утробы матери, рухнул на пол и закашлялся. Подняться сразу не получилось, мышцы атрофировались за время комы, но тот не сдавался. Рыча и стискивая зубы, он карабкался вдоль стены, цепляясь за все, что мог, пытаясь добраться до двери. Вот он уже протянул руку к ней, понимая, что не знает кода, но дверь запищала и открылась. Перед ним стояла красивая землянка с огненными рыжими волосами. Она явно была напугана увиденным.

– Видимо выгляжу я так же, как и ощущаю себя, – подумал образец 001 и отключился, со шлепком рухнув на пол.

– Что это?! – спросила испуганная Ирина Николаевна.

– Видимо наша работа… – ответил Артур Измайлович, присевший на корточки, для изучения изуродованного лица и руки.

ГЛАВА 5. ВВОДНЫЙ КУРС

– Долго нам еще? – Ирина Николаевна обращалась к лаборантам, быстро шагая и цокая по каменному полу каблучками.

– Мы уже почти на месте, – отозвался Тощий, – На самом деле вам очень повезло, это уникальный случай. Объект выжил после страшных травм, и Серая дама хочет разгадать тайну его живучести. Если вы сможете это сделать, то мы сможем выделить ген, отвечающий за это, и привить шахтерам, добывающим энергокристалы, тем самым повысить продолжительность и качество жизни.

– Или вы выведете суперсолдат?! – съязвил Игорь, и на него все обернулись.

Конечно, эта мысль посетила всех, но только ему по его молодости хватило глупости высказать свое мнение в слух. Толстый подвел их к очередной металлической двери с самым современным кодовым замком. Электронный глаз просканировал всех подошедших, и голограмма охранника запросила код доступа. Толстый с довольным видом достал из-за пазухи ключ-карту и приложил к замку.

– Дамы вперед! – сказал он, пытаясь подражать жесту этикета старых лет, но получилось что-то похожее на то, как индюк раздувает перья и наклоняется вперед.

Дверь пикнула, и Ирина Николаевна сделала шаг внутрь, где перед дверью на четвереньках с вытянутой рукой стоял гуманоид, покрытый слизью и кровавыми разводами по правому плечу. Но это было не самое пугающее, у него не было почти половины головы, а точнее, правой височной доли и нижней челюсти. Она застыла от страха, ожидая нападения, но он со шлепком упал на пол.

– Что это?! – спросила испуганная Ирина Николаевна.

– Видимо наша работа, – ответил Артур Измайлович, присевший на корточки, для изучения изуродованного лица и руки, – Я так думаю, что стоит приступить прямо сейчас, пока ткани срослись не полностью.

Операционная, оборудованная по высшему слову техники, наполнилась жужжаньем роботов хирургов. Артур Измайлович бегал между операционным столом и пультом управления микрохирургов, предпочитая контролировать весь процесс лично. Самую большую сложность представляло восстановление лица пострадавшего. Он просканировал его череп и создал 3d модель, отсутствовала часть правой височной доли и нижняя челюсть. Артур Измайлович принял решение создать парню новое лицо, поскольку строение тела у него было схожее с человеческим. Доктор Вида Жозе Гаста принес восстановленные ткани мышц из образцов, предоставленных Серой дамой. Уже почти девять часов длилась операция. Изрядно уставший хирург присел на крутящийся стул возле своего пациента и вздохнул:

– Повезло тебе, парень, что у них такая техника. Инженерия пародантальных тканей превосходная вещь!

Маленький круглый аппарат жужжал над его лицом, касаясь его десятками тончайших игл, восстанавливающих структуру костей и наращивающих мышечную ткань. Час за часом, обезображенный ожогами и травмами монстр перевоплощался в симпатичного мужчину с бледной розовой кожей и золотистыми вьющимися волосами средней длинны с рыжим отливом. Его заостренные ушки было решено сохранить в первоначальной форме. Правая рука частично атрофировалась, но Артур Измайлович не торопился ее ампутировать. Опыт его подсказывал, что есть шанс на восстановление, к тому же Игорь подтвердил его догадку примерами из своей практики. Таким образом, спустя семнадцать часов непрерывной работы пациент 001 был заштопан, подлатан, заклеен и перемещен в палату интенсивной терапии под присмотр Игоря, где еще три дня не приходил в себя.

Ирина Николаевна и Игорь следили за ним, постоянно проверяя давление и состав крови. Были отмечены быстрые темпы восстановления мышц и, что самое интересное, восстановление и тканей мозга.

– Интересный экземпляр, как вы думаете, Ирина Николаевна? – обращался к женщине Игорь, крутясь на стуле закинув ногу на ногу, – За короткое время даже шерстью оброс.

– Я предполагаю, что мы сможем его научить и ходить, и говорить, когда он очнется. Правда, гарантию дать не смогу на полное восстановление, у меня было много случаев в практике, когда люди после травм головы больше одной секунды своей жизни не могли запомнить, – ответила Ирина Николаевна.

Ирина Николаевна вздохнула печально, вспомнив маленькую девочку, которая потеряла свою память при крушении космического корабля, везущего экскурсию на луну. Она постоянно спрашивала, где ее мама и сразу забывала, что ей ответили. Врагу такого не пожелаешь. В душе теплилась надежда, что их подопытный справится со всем, и они смогут изучить его, а пока остается только ждать…

ГЛАВА 6. ДАСИ И БОБО

– Эй, Бобо! Немедленно забери эту ходячую катастрофу, пока она не выкинула свой фокус в моем магазине! – кричал молодой человек, стоя на пороге лавки электроники, выволакивая из него за руку двенадцатилетнюю девочку.

Девочка была очень похожа на куклу: огромные светло-зеленые глаза, кудрявые локоны цвета жженой соломы, хрупкое тельце, тоненькие ручки и маленькие розовые губки-бантики, только джинсовый комбинезон ей не подходил. Для своих двенадцати она была совсем мелкой и не знакомые люди давали ей от силы десять лет, а то и меньше. Малышка Даси смотрела невинными глазками на свою сестренку Бобо и хлопала ресничками. Бобо, девушка девятнадцати лет крепкого телосложения с короткими черными взъерошенными и испачканными в моторном масле волосами и такими же, как у сестры, светло-зелёными глазами, в таком же джинсовом комбинезоне, ковыряла мотор своего дейт-скутера, стоя на одном колене, по локоть вымазавшись мазутом. Она докрутила нужные детали и встала с колена. Уверенно подойдя к парню, Бобо высвободила руку сестренки из его хватки и, глядя в глаза, сказала:

– Еще раз ты ее коснешься, я устрою тебе экшен в твоем идиотском магазине! – девушка взяла сестру за плечо и посадила на свой дейт-скутер.

Дейт-скутер напоминал старые скутера, двигающиеся на колесах. Современные дейты передвигались на магнитных лопастях, толкаемых мощным, но маленьким реактивным двигателем. А у этого руль управления был на обычном колесе. Это была одна из первых пробных моделей, в свое время считалась достаточно дорогой моделью, а теперь хламом без внутреннего компьютера и системы навигации. Бобо везла сестренку на окраину города, туда, где они жили. Они подкатили на своем «коне» к металлическим боксам окраины, в которых проживали низшие слои населения, в бесконечные ряды контейнеров, оставленных первыми колонистами и приспособленных для проживания, один из которых служил им домом. Контейнерный район занимал почти всю окраину города. Бобо слезла с транспорта и открыла массивные двери.

– Можно я?! Бобо, можно я?! Ну кружок, – просила Даси.

– Нет, Даси, ты же опять разволнуешься, все замкнет, а я буду его чинить. У меня уже запчасти кончились и на новые у нас денег нет. Ну не твое это сестренка с электроникой дело иметь, – по-доброму, но с укором отказала Бобо.

Даси надула губки, но послушалась сестру и слезла с дейт-скутера. Бобо закатила его в контейнер, который использовала вместо гаража. В нем находилось множество запчастей и деталей от дейт-скутера и других транспортных средств. Она закрыла контейнер, и они зашли в соседний. Девочки жили вдвоем после смерти родителей, которые работали врачами, и, пытаясь помочь зараженным изгоям, заразились сами и погибли. Бобо любила капаться в железе, и этим зарабатывала на жизнь. Девушка скинула грязный комбинезон на пол и запнула его в угол. За целлофановой шторкой, в правом дальнем углу, располагался импровизированный душ с блоками очистки воды. Пока Бобо пыталась отмыть с себя всю эту химию с которой ей приходилось работать, Даси шустро бегала по дому, собирая на стол. Она, как обезьянка, вскарабкалась по полкам до самого верха и достала оттуда ржавую банку, с этикеткой «говядина тушеная». Даси накрыла на стол и заглянула в душ к сестре. Она часто любовалась ее фигурой, сама-то она еще была совсем плоскогрудая, да и ноги такие тоненькие, напоминающие цыплячьи ножки с не выраженными бедрами. Разводы моторного масла и прочего, чем обрабатывала своего любимчика Бобо, отталкивали капли воды от ее кожи, стекающие как росинки. Она обильно залила губку средством для мытья тела и вспенила, понемногу пена потемнела и забрала все грязь с ее кожи.

– Опять подглядываешь?! – вздохнула Бобо.

– Любуюсь! А это абсолютно разные вещи, – оправдывалась младшая сестра, – Ужин готов. Пошли есть?

Бобо шагнула из душа и обернулась пушистым полотенцем кремового цвета, выгодно сочетающимся с ее золотистым оттенком загара. Они сели за стол, поджав под себя ноги, абсолютно одинаково и не соблюдая ни каких приличий. Да и за чем, если вы живете вдвоем, в гости никого не приглашаете и визитов не ждете? Можно хоть голышом, да что там, хоть на голове ходить! Девочки сидели на табуретах, подобрав ноги под себя, уплетая за обе щеки тушенку стальными ложками прямо из банки. Даси смотрела на старшую сестру с таким выражением лица, когда она что-то спросить хочет, но стесняется. Бобо хорошо знала свою сестру и поэтому сразу поняла.

– Говори! – сказала она.

Даси посмотрела на нее своими грустными зелеными глазками и спросила:

– Ты скучаешь по маме с папой?

– Да, – вздохнула она, – Я очень по ним скучаю.

Девочки продолжили есть в тишине. Даси вспоминала, как папа учил ее пользоваться компьютером, возил в технопарк на выставку роботов, как они катались на коньках по ледяной глади искусственного катка. Родители очень хорошо зарабатывали, сотрудничая с великим генетиком Вида Жозе Гаста. Он был частым гостем в их доме и каждый раз играл с ними. Бобо была с ним сдержанно-холодна, наверное, в силу своего подросткового возраста, а вот Даси напротив, поначалу пугалась этого смуглого мужчину, а потом стала относиться к нему как к любимой игрушке. Он так забавно выглядел, когда смеялся и оголял свои большие белоснежные зубы. Осенью, два года назад, их родители отправились вместе с доктором Вида в земли изгоев, чтобы там ликвидировать вспышку смертельного вируса и погибли сами. Доктор Вида взял опеку над ними до совершеннолетия Бобо, а после просто оставался близким другом и помогал морально и финансово. Четыре месяца назад он исчез без предупреждения. Вот тогда у девочек начались проблемы, заставившие их переселиться из богатого квартала в контейнерный район. Но Бобо не опустила рук и нашла в себе талант к ремонту любых металлических устройств и техники. Метал словно шептал ей о своей жизни и желаниях, и она без инструкции знала, что и как устроено. Иногда модернизировала круче профессионального программиста и инженера. Часто ночами девушка мечтала о своей собственной мастерской, но с сожалением вздыхала, осознавая, что младшая сестра обязательно в нее залезет и все спалит. Не в прямом смысле, конечно. У Даси с рождения было патологическое не совмещение с электроприборами. А электричество было почти везде, в любом устройстве, микрокомпьютере, который сто процентов перегорит, как только малышка приблизится к нему. Она уже не одного владельца лавки электротоваров разорила, просто прижавшись к прилавку. Единственное, что могла спокойно делать девочка – это стоять с грустным видом на улице и заглядывать через стеклянную витрину, прижавшись к ней маленькими ладошками. А продавцы и владелец в это время тряслись от страха, что она откроет дверь и все сгорит. После четырех взорванных магазинов девочке запретили их посещение, в случае непослушания ей грозило обвинение в терроризме, а за это кара одна – смертная казнь, даже для детей.

Когда стемнело и Даси с Бобо уснули, в дверь постучали. Даси открыла глаза. Определить время она не могла, было довольно темно. В маленькое окно пробивался слабый свет. Она взяла наручные механические часы своего деда и подожгла спичку, 3:25 на циферблате. Как бы ей хотелось быть нормальным ребенком… Но из-за нее Бобо даже лампочки не покупает и готовит, пока Даси бегает на улице, а потом все обесточивает. В противном случае, как только Даси окажется дома, вся включенная техника замкнет.

– Кто там? – полушепотом спросила девочка, натягивая на себя любимую плюшевую пижаму розового цвета.

– Это я, Жека, – так же шепотом отозвался юношеский голос.

Даси осторожно сползла с постели и вышла на улицу. Стальная дверь предательски заскрипела, и она поджала плечи. Бобо, видимо, очень устала за день, потому что даже не шелохнулась. Даси выдохнула, выпрямляя плечи.

– Ты чего так поздно по ночам шляешься?! – отругала она приятеля.

Жека, как именовал себя Женька, был пятнадцатилетний парень, которого Даси просто обожала и готова была на все ради него, а парень этим нагло пользовался. Крепкий мальчишка с русыми волосами, переходящими в рыжий отлив на концах, и почти белыми бровями, которые еще более тускнели на фоне вишнево-карих глаз. Для многих девчонок он был недостаточно красив и воспитан, имел славу хулигана, но для Даси все было только положительным фактором. Как говорили наши предки «любовь зла полюбишь и козла». Жека сутки на пролет пропадал на улицах стальных трущоб и занимался мелкими кражами и, естественно, торговлей краденного.

– Не злись, Малышка, – словно змей искуситель тихо проговорил он, с таким выражением лица, словно она его девушка, а не подруга, – У меня для тебя дело, серьезное.

И он выложил ей свой план, сказал, что дело плевое, всего то рядом постоит, ведь в ее присутствии вся проводка сгорает, а тут на один склад товар привезли интересный, а ему за кражу денег много дадут, и он с ней обязательно поделится. И так особенно подчеркнул, что Бобо уже на девушку не похожа, потому что целыми днями пашет в своем гараже за гроши и даже личную жизнь ей наладить некогда. Ведь не хочет же Даси, чтобы ее сестренка осталась одна совсем или же ей придется тоже отказаться от личной жизни, а ему, Женьке, то есть, не очень бы этого хотелось, потому что она для него очень симпатична. После этих слов можно было ничего не говорить, поскольку влюбленная девочка готова была все для него сделать, лишь спросила для порядка:

– Точно плевое дело!?

– Да точно! Пошли! Я уже чувствую запах денег.

Жека взял ее за руку и потащил по темной улице в направлении светящихся фонарей, где жили более успешные жители. Даси так и пошла с ним в одной розовой плюшевой пижаме и резиновых сланцах, одушевленная его намеком на симпатию и напрочь забыла о своем последнем предупреждении из суда.

**********

Бобо проснулась среди ночи. Она даже не знала сколько времени. Прохладный ночной ветер гулял по дому, шевеля шторами и хлопая дверью.

– Даси, – тихонько позвала Бобо, – Ты спишь?

Ей ответила только тишина и шуршание штор, прикрывающих постель младшей сестры. Бобо отдернула их и обнаружила пустоту. Девушка запаниковала. Сестра всегда ночевала в своей постели и вовремя возвращалась домой. Звуки улицы были привычными: шум транспорта, скрежет металлических контейнеров, проржавевших по самое некуда, бродячие животные, шныряющие по мусорным бакам, свистящий ветер в железных баках и трубах. Бобо прогнала сон и быстро натянула на себя широкие серые штаны и коричневый топ. Нацепив кеды и заправив шнурки во внутрь, Бобо выскочила на улицу. Она совершенно не представляла, куда могла отправиться Даси в такое время, но что-то ей подсказывало, что не обошлось здесь без этого рыжего сорванца, который постоянно втягивал ее в свои авантюры и мелкие кражи. Даси было уже двенадцать, и она была достаточно образованной и грациозной девушкой, ловкой от природы, как и Бобо, с кошачьими повадками и при всем при этом была настолько миниатюрной, что могла пролезть в любую вентиляцию или щель в ограде. А так как все электроприборы сгорали в ее присутствие если до ее прихода находились в рабочем состоянии, то и сигнализация тоже отключалась.

– Ох, не зря же я ее не подпускаю ко всему этому, допрыгается ведь! – думала девушка, обегая темные улицы в поисках своей сестры.

Уровень адреналина рос по мере роста волнения, дыхание сбивалось, но все же Бобо старалась мыслить рационально – Жека заинтересован в наживе, но в такой, чтоб с него шкуру не спустили. Что же могло его заинтересовать из того, что не испортит Даси? Вчера на базаре две модницы трепались о новом лекарстве от Азиатского содружества… Возможно он нацелился на их склад, вот идиот! У них же защита ломовая, там одной Даси мало будет. С этими выводами Бобо побежала в развитые районы, которые напоминали ей о прошлой жизни.

– Вот найду и уши надеру! Нет лучше ремня сразу! Папиного, кожаного ремня. Ах папочка, как же мне вас с мамой не хватает, – думала Бобо, стараясь держать темп, чтобы не выдохнуться раньше времени, ведь у детей была фора во времени и она не сразу сообразила, где их следует искать.

* ****

Даси и Жека быстрым шагом шли по ярко освещенным улицам. Мимо проплывали дорогие мессеры, похожие на черные и серебристые капсулы, с легким напоминанием танков, но все же элегантных и маневренных.

– Плод любви танка и тарелки НЛО, – смеялся Женя.

– Почему ты так говоришь, мы же уже знаем давно кто эти НЛО? – возмутилась Даси.

Женька еще больше задрал свой курносый нос и что-то пробурчал. Он пошел еще быстрее, засунув руки в карманы коротких шорт в ромбики серого и коричневого цвета, которые совершенно неплохо смотрелись с черной футболкой. Было понятно, что он обиделся на нее, но Даси не понимала на что именно.

– Жека, ты чо надулся? – спросила она, догнав его и остановив за локоть.

– Мы не такие умные, как ваше совершенство, – явно грубил он, искривляя лицо и делая подобие реверанса, – Зато я знаю, как выживать в этом мире и что покупается.

– Ну прости! – искренне извинилась девочка и похлопала густыми ресницами.

– Ладно, проехали, – отмахнулся Женька и все же сменил скорость, чтоб Даси не приходилось за ним бежать.

Они свернули за угол и в нос резко пахнуло. Даси остановилась и закрыла рот и нос правой ладонью.

– Ты куда меня привел? – гнусавила она, все еще зажимая нос.

– Это запах денег детка! Недавно я узнал, что на этой заброшенной верфи, под носом у всех расположен склад Азиатского содружества. Гениально правда? – радовался он, – Это все голограмма и распылители запаха, а звуковые зонды отпугивают вредителей. Посмотри, ты видишь здесь хоть одну крысу?

Даси осмотрелась и правда никого не увидела. Ведь такие существа, как грызуны, умудрялись выживать даже на космических кораблях, а не то, что на спокойной заброшенной верфи, расположенной рядом с космопортом, где много различных отходов от прибывших на Марс. Неожиданно Женька громко заржал и прикрыл себе рот, чтобы его никто не услышал.

– Ты чего? – испуганно спросила Даси.

– Да мне этот запах одну историю напомнил про поселения на разработках отчужденных земель. Их не коснулась радиация, но они не стали от того более плодородными. Напоминали они старые деревни с уборными, представлявшими из себя просто ямы с будками над ними и дырками в полу, – все еще хихикал он.

– Не понимаю, что там смешного может быть, – Даси с недоумением смотрела на приятеля и пожимала худенькими плечами.

– Да мы там провели какое-то время и у меня там даже школа была. Так вот был у меня один одноклассник, Димка Горбатый, фамилия такая. Не горбатый он на самом деле, только худой очень и ноги странной формы.

– Какой странной? – заинтересовалась Даси.

– Ну у него между бедер можно было мяч поместить, и он спокойно с ним ходил. В этой игре он был чемпионом. Так вот, этот Димка, когда начал курить постоянно бегал ко мне, типа уроки учить, а сам в туалете курил. Ну и сразу свои дела делал. Воняло там не хуже, чем здесь. Короче, за учебный год он сильно привык к такому ритуалу и после того как мой батя поймал меня за таким же занятием, наша лавочка прикрылась, но привычка уже осталась. И бегал Горбатый ко мне по нужде каждый день, так как выработался у него рефлекс испражняться только при жуткой вони и только в моем сортире.

Даси поморщилась, а Жека хихикал, старательно сдерживаясь чтобы не создавать дополнительного шума. Успокоившись, он взял ее за руку и повел в центр помойки, где запах был более едким. Когда они перешли зону, напоминающую ограждение из красных и оранжевых консервных банок, что-то сверкнуло в воздухе, и маленькие искорки начали осыпаться на землю, усыпанную мелкими клочками грязной бумаги. Пространство рядом с Даси заискрилось и замигало, и вся зона покрылась узором, напоминающим соты, затем все рухнуло и взору предстал новехонький белоснежный склад.

– Говорил же голограмма! Давай, пошли. Посмотрим, что там за лекарства? – воодушевился Женька.

Женька чуть ли не пританцовывал от счастья, что он сорвал такой жирный куш. Однако Даси не радовал факт того, что дело не плевое, а очень даже рискованное. Во-первых, склад был замаскирован, во-вторых, он был просто огромный и принадлежал не какому-то мелкому фармацевту, а крупной организации, которая с них не меньше трех шкур снимет если они попадутся.

– Женя, давай уйдем отсюда?! – жалобно просила она, заламывая руки и хлопая длинными ресницами.

– Ты что опупела? – выругался Женька, – Это такие бабки, которых нам хватит чтобы свалить с трущоб, вместе! – интонацией парень подчеркнул последнее слово, и это сработало.

Даси тихонько подошла к двери, неуверенно коснулась красной сенсорной панели биометрической системы и глубоко вздохнула, чтобы успокоить нервы. Она сосредоточилась: маленькое и хрупкое тело напряглось, на кончиках пальцев медленно, но верно забегали микроскопические разряды, ударяющие внутрь панели. Пара минут и световой индикатор сменился с красного на зеленый и женский голос сообщил:

– Новый пользователь зарегистрирован, доступ разрешен.

Тяжелая стальная дверь открылась, и в помещении загорелся свет. Жека пошел вперед Даси и закружился довольный успешным взломом. Он быстро осматривал коробки и составлял в центр, что можно было выгодно продать: в основном антибиотики, лекарства от простуды и прочее не доступное в их квартале. Он достал свой старенький мобильник из кармана и быстренько набросал приятелям СМС сообщение.

– Кому ты пишешь? – спросила Даси, растирая замерзшие ладони.

На складе было довольно холодно, а Даси была одета только в пижаму и сланцы. Она растирала ладони и дышала в них, чтобы согреться, переминаясь с ноги на ногу.

– Сейчас парни подвалят и груз заберут, – с довольной улыбкой чеширского кота ответил Жека.

Даси нервничала все больше и больше, и, как оказалось, не зря. Как только друзья Жеки, два брата близнеца-подростка с взъерошенными светлыми чубами, подъехали на своем ржавом потрепанном микроавтобусе, зазвучала полицейская сирена. Парни дали по газам и бросили их на складе.

– Сдавайтесь, здание окружено! – кричал толстый дядька в форме.

Даси запаниковала. Она начала метаться по складу в поисках другого выхода, а Жека стоял в ступоре. Как же он мог так лохануться? Как же эти придурки не увидели слежку? Думать об этом было некогда, нужно выбираться, а Даси в панике – значит никакую дверь она больше не откроет. Он взял себя в руки и догнал Даси, которая металась по складу в поисках запасного выхода.

– Успокойся же, дура! – со злости выкрикнул он, тут же пожалев об этом.

Глаза девушки задрожали, и по щеке скатилась слезинка. Дура?! А ведь действительно… Он использовал ее, а теперь еще она в тюрьму загремит или еще хуже, ее казнят. Бобо же предупреждала.

– Не трогай меня! – вскрикнула она и скинула с себя его руки.

На ладонях затрещали разряды, выбрасывающиеся в пространство.

– Даси, успокойся, что ты делаешь? – отстранился от нее Женька.

Даси часто дышала от злости и паники и не могла взять себя в руки. Разряды становились все сильнее и били все чаще. Все здание искрилось от вырвавшегося электрического тока. Сотрудники службы порядка ворвались в здание, и старший скомандовал:

– Огонь на поражение!

ГЛАВА 7. ТЫ НЕ ОДНА ТАКАЯ ДАСИ

– Вот стерва малолетняя! – Ругалась Бобо, все еще бредущая по ярким кварталам буржуев в поисках своей бестолковой младшей сестры.

Бобо надеялась, что Даси еще ничего не успела натворить. Она уже не знала, куда идти и где ее искать, как вдруг услышала вой сирен и помчалась за издающими его машинами.

– Господи, малышка, надеюсь они не за тобой.

Бобо бежала по направлению скрывшихся с вида машин и уперлась в заброшенную верфь. В центре сверкнули проблесковые маячки. Что-то внутри подсказывало, что сестренка там. Бобо быстро побежала до нужного места, стараясь не обращать внимания на резкий запах и мусор под ногами, который словно специально мешал передвигаться, прилипая к подошве. Добежав примерно до середины, девушка остановилась. На открытой и чистой территории, что уже не свойственно для старой верфи, располагался склад, окруженный вооруженными сотрудниками правопорядка. На крыше взорвались лампочки и Бобо убедилась, что Даси точно внутри и видимо сестренка сейчас в панике, потому что все вокруг нее искрит в такие моменты.

– Как мне пройти мимо вас, мальчики, чтобы вы меня не пристрелили?! – полушепотом пошутила Бобо.

Она присела и огляделась. Точно под ней находился люк, заваленный мусором. Она подняла крышку и оценила высоту.

– Не так уж высоко. Давай прыгай! – сама себя подбадривала девушка.

Она спрыгнула. Под ногами выскользнули брызги. Пол был явно влажный и пахло плесенью. Вряд ли этим ходом часто пользовались, возможно, не пользовались вообще. Бобо выставила руки вперед, потому что здесь было очень темно и света из люка не хватало. Позади тупик, значит идти можно только в одну сторону. Бобо осторожно продвигалась вперед, прощупывая себе дорогу в мокром и холодном коридоре. Она прошла метра четыре и уперлась снова в тупик. Судорожно девушка ощупала стену: ни намека на дверь.

– Так, успокойся. Позади тупик. Вход и выход позади, лестницы нет, значит этот лаз куда-то ведет или откуда-то выходит. Должен быть вход. Нужно просто найти его, – рассуждала вслух девушка, пытаясь дышать как можно медленнее.

Когда она была маленькая, мама сказала ей, что вопросы стоит произносить вслух, потому что половину ответов мы уже знаем, только боимся озвучить. С тех пор она стала рассуждать в слух и это действительно ей помогало. Она глубоко вдохнула воздух через нос и осторожно ощупала стену перед собой. В самом низу стены располагалось небольшое отверстие с треугольным вырезом явно искусственного происхождения.

– Нужно найти что-нибудь похожее по форме и желательно длинное, чтобы провернуть. Возможно, это замочная скважина. Мой кулон! Точно, мамин подарок. Он такой же формы и достаточно длинный, и крепкий, чтобы сойти за ключ.

Она сняла с шеи цепочку с кулоном и вставила в отверстие – подошло идеально. Аккуратно Бобо попробовала повернуть по часовой стрелке – не получилось, против – раздался щелчок и звуки движущихся шестеренок за стеной. Что-то затрещало, и сверху посыпалась пыль. Бобо отошла назад на случай, если что-нибудь свалится ей на голову, но ничего такого не случилось. Стена медленно опускалась вниз со скрипом не смазанного металла и скрежетом камня. Где-то на середине она застряла, но было видно, что за ней есть подъем вверх и слабоосвещенный, но все же путь. Бобо вскарабкалась на стену и перевалилась внутрь. Отряхнувшись, девушка поднялась по лестнице и открыла очередной люк над головой. Она влезла внутрь помещения, заставленного стеллажами с медицинскими контейнерами. Звуки разрядов и взрывающихся стеклянных колб подсказали ей нужное направление.

Разряды исходили от ее сестренки, которая стояла в зале, рядом со сваленными в кучу контейнерами и валяющимся на полу с испуганными глазами Женькой. Она побежала к сестре, как вдруг в склад ворвались, и старший скомандовал:

– Огонь на поражение!

Раздались выстрелы, сердце Бобо остановилось, она закрыла глаза и все затихло. Девушка открыла глаза и увидела свою испуганную младшую сестру, все в том же складе, но только теперь прямо перед собой и с застывшим вопросом на лице. Правая рука Бобо лежала на плече у Даси, а левую она не чувствовала. Девушка повернула голову, чтобы осмотреть свою руку и поняла, почему сестра была так удивлена. Руки у нее не было. Точнее, было что-то похожее, металлическое, сливающиеся с пластиной, ранее представлявшей решетку с пола, расплавленной и искореженной в форме волны. Металл двигался, словно он не металл вовсе, а застывшая по приказу волна и в этот момент волны памяти отнесли девушку в ее детство. В тот самый момент, который она всегда считала кошмаром, потому что мама всегда ей говорила, что этого не было и это всего лишь кошмар и она не умирала и не превращалась в груду метала. Но теперь это произошло с ней! Значит это был совсем не сон!?

Бобо дышала часто, осознавая, что она вовсе не человек, и их мать действительно давно погибла. Но кто же тогда эти люди, которые воспитывали их столько лет? Даси взяла ее за руку и крепко сжала ладонь, и Бобо пришла в себя. Ее левая рука понемногу обретала прежнюю форму. Бобо обдумывала как быстро свалить из этого склада через люк пока металлическая стена совсем не опала, как вдруг почувствовала резкую боль в затылке и потеряла сознание.

*****

Прошло уже три дня после операции. Пациент не приходил в сознание, несмотря на удачную операцию и полное восстановление абсолютно всех тканей. Ирина Николаевна периодически заходила к нему в палату, глубоко вздыхала и снова уходила. Игорь пропадал в качалке, ожидая воскрешения своего будущего подопечного, а Артур Измайлович дремал в кабинете, измученный изучением бумаг по образцу 001. Ему еще предстояло восстановить парню руку, если он очнется. Толстый спал на своем стуле, откинувшись на спинку и широко раскрыв рот. Руки безвольно свисали и ноги были широко расставлены и если бы не храп, который он издавал, то можно было принять его за «чувака в отключке», как Толстый сам любил выражаться на пациента, к которому был представлен уже больше четырёх месяцев. В палату вошел Тощий, с недовольным видом он швырнул в Толстого тканевое изделие для уборки.

– А?! Что?! – подскочил Толстый, вытирая выбежавшие изо рта слюни и раздирая глаза.

– Твоя очередь делать уборку, – проворчал Тощий и рухнул на стул рядом с пациентом, – Этот парень меня уже достал. Сидим как няньки с ним и записываем показатели. Абсолютно бесполезная работа! Серая думает, что нам больше ничего доверить нельзя.

Толстый сочувственно посмотрел на друга и тут же озарился идеей. Тощий устал от безделья, ему нужно было дать возможность заняться чем-нибудь интересным, лучше всего каким-нибудь исследованием.

– Пошли! Я покажу тебе кое-что, – позвал он Тощего, с усилием вставая со стула, который словно кряхтел от облегчения.

Толстый вышел в коридор, затем снова просунул свое круглое лицо в дверь и спросил:

– Так и будешь тухнуть здесь или пойдешь со мной на аттракцион?

Тощий оживился. Неизвестно откуда, но Толстый всегда знал, где можно развеяться в этой каменной тюрьме. Они зашли в лифт и спустились на нижний уровень. Дверь лифта открылась, и Тощий ахнул. Перед ним, в пластиковом контейнере, сидела девочка, улепленная датчиками и проводками.

– Что это? Она же совсем ребенок?!

– О нет, братец, она суперсолдат. Эта малышка вырабатывает разряды тока, которые не дает электростанция за день! – ответил Толстый.

Он подошел к камере и ударил по ней ладонью:

– Бу!

Девочка вздрогнула и выпустила электрический разряд. Она выглядела уставшей и напуганной. Печальными и молящими глазами она смотрела на Тощего, которого видела впервые за те три дня, что их с сестрой здесь держали. Тощему было жалко девочку, но он ничем не мог ей помочь. По сути, он сам такой же пленник.

– А давай приколемся над ней?! – спросил Толстый.

– Как? – Удивился его друг.

– Интересно, ее замкнет, если облить водой? – спросил тот и заржал.

– Только тронь ее, урод, и я из тебя колбасу сделаю! – послышался женский голос из огромного куска камня.

– Бобо! Ты очнулась! – оживилась девочка и прижалась к стенке своей пластиковой тюрьмы.

С того дня, как их поймали на складе, прошло уже почти трое суток, и Бобо находилась в этой каменной глыбе все это время. Даси плакала и звала ее, но это было бесполезно. Там на складе она уже с жизнью готова была попрощаться, как вдруг появилась ее сестра, словно из воздуха, и взмахом руки превратила металлическую решётку с пола в жижу, закрывшую их от пуль. А потом эта свинья Жека ударил ее по голове трубой, и она упала. Волна металла накрыла ее, и из-за этого Даси сильно испугалась и выпустила сильный разряд, который обрушил часть потолка и слился с Бобо и металлом. Так их и привезли сюда. Сканер показал наличие жизни в камне, но никто не торопился ее освобождать оттуда.

– Какого черта здесь так темно? Я не могу пошевелиться! – ругалась девушка из камня.

– Вот это да, – изумился Тощий, – Это, действительно, интересно. Теперь я точно видел все!

Друзья покинули помещение, ведь им нельзя было долго отсутствовать. Тощий выходил огорченный наличием пленного ребенка, но счастливым от того, что в их корпорации появились еще уникальные образцы и возможно им поручат с ними работать. А это куда веселее чем датчики того парня записывать, который до сих пор прибывает в коме.

– Они ушли? – спросила Бобо.

– Да, – ответила Даси и заплакала, – Я думала, что уже никогда тебя не увижу. Когда Жека ударил тебя по голове, и ты упала, эти люди выстрелили в меня дротиком, и я потеряла сознание, а очнулась уже здесь с тобой. Если бы не ты, то они застрелили бы меня. Как ты сделала это Бобо?

Даси говорила быстро и всхлипывала, затягивая сопли в нос, а Бобо сосредоточилась на своих ощущения, стараясь понять, что с ней произошло, и где заканчивается ее тело, а где начинается камень, перемешанный с металлом. Пока она находилась в таком непривычном состоянии, девушка видела сон, странный сон о прошлом, которого вроде никогда не было, но оно было таким реальным. Она видела себя маленькой на космическом корабле, направляющемся на отдых в отеле, недавно открытом в млечном пути. На борту была куча офицеров и их жён с детьми, которые так же, как и они, с родителями намеревались провести свой долгожданный отпуск в самом чудесном месте. Бобо потеряла свою любимую игрушку – робособаку и бродила по длинным коридорам в поисках своего питомца, заглядывая в каждую каюту. В одной из кают ругались двое: мужчина и женщина. Женщина была прекрасна, с длинными светлыми волосами, волнами, лежащими на плечах и скатывающимися по спине. Ее зеленные глаза были полны слез. Маленькое хрупкое тело содрогалось. Высокий и крепкий брюнет в офицерской форме говорил с ней на повышенных тонах. Девочка проскользнула внутрь и спряталась за спинкой кресла, которое стояло около входа. Она даже почувствовала, как оно пахнет пылью и кожей.

– Прекрати! Правы были мои родители, когда говорили, что с твоей семейкой лучше не связываться! – говорил он, пересекая комнату огромными шагами, –Все твои претензии, что мы не видимся годами, просто отвратительны. Если бы твоя сестра не была такой же пустышкой, как одна из наших дочерей, то вы бы обе стояли плечом к плечу рядом со мной в каждой экспедиции.

– Я же не виновата в этом?! – оправдывалась девушка, – А ты мог бы придумать нам другое занятие, что бы мы были рядом. Но нет! Ты взял ее, эту землянку в свои помощницы. Ты спишь с ней?!

Мужчина рассвирепел и ударил свою жену по лицу. Она вскрикнула и упала на пол. Женщина плакала и держалась за пострадавшую щеку. Увиденное напугало девочку, и она пискнула за креслом. Мужчина услышал и повернулся к ней. Его лицо было злым, но когда он увидел девочку, то смягчился.

– Борси, что ты здесь делаешь? Где Дасила?

– Она спит папа, а я Гавра потеряла, – пролопотала девочка.

– Иди сюда, – сказал мужчина и взял ее на руки.

Девочка вопросительно смотрела на него и на маму и молчала. Она не знала, что спросить и немного боялась получить ответ. Женщина встала и поправила свой костюм. Молча взяла ребенка с рук мужа и понесла ее каюту. В каюте мирно спала ее маленькая копия, только со светлыми волосами. Женщина положила Борси рядом с сестрой и укрыла одеялом.

– Не слушай папу. Ты не пустышка, то, что у тебя не проснулись силы еще не означает, что ты бесполезна. Ты найдешь свое дело, – прошептала она и поцеловала в лоб, поправив черные густые волосы дочери.

Девочка не могла уснуть. Она пыталась разбудить в себе силы. Со стороны это выглядело так: маленькая девочка пыхтит на кровати, раскрасневшись от напряжения, и размахивает руками. Она любила отца, как любят все девочки, и не хотела, чтобы он считал ее пустышкой. Тренировку девочки прервал резкий толчок в корпус корабля и включившаяся сирена. Она соскочила с кровати. Дасила тоже проснулась и была напугана громкими звуками. В каюту вбежала мама. Ничего не объясняя, она схватила дочерей за руки и побежала по коридору. Все вокруг тряслось и искрилось, люди бежали в панике, где-то даже стреляли из лазера. Она добежала до отсека со спасательными капсулами и посадила туда Дасилу. Когда она обернулась к Борси, на лице застыл ужас. Ребенка держал какой-то странный седой тип в красном плаще и крутил огненный шар перед лицом ребенка.

– Где твой муж? – спокойно спросил он.

– Руки вверх и отпусти ребенка! – скомандовала вбежавшая девушка-землянка, из-за которой сегодня была ссора у капитана и его жены.

Мужчина в плаще рассмеялся и бросил девочку на пол, резко развернулся к землянке лицом и выпустил из ладоней большой поток огня. Землянка от испуга нажала на спуск и орудие выплюнуло большой плазменный шар. Маг в красном плаще смог увернуться, и шар полетел прямо в девочек. Последнее, что успела сделать их мать – встать между ними и шаром. Она взмахнула рукой и металл вокруг нее поднялся волной и укрыл их, а она сгорела от прямого попадания. Землянка воспользовалась заминкой мага и запрыгнула в капсулу, прихватив с собой девочку, и нажала на сброс. Дверь капсулы закрылась, и их выбросило в открытый космос. Сквозь иллюминатор они видели, как разлетаются огромное количество капсул с детьми и их родителями. Внутри лайнера произошёл мощный взрыв, разорвавший его пополам и образовавший воронку, затянувшую сам лайнер и их спасательную капсулу. Непонятная сила словно вжала их в стены капсулы и выбила сознание из реальности. Когда Борси очнулась и взглянула в иллюминатор, не было ни каких признаков крушения или других капсул вокруг. Девочки обнялись и плакали навзрыд. Землянка, которая летела с ними, сочувственно смотрела на них, потом взяла две руны и приложила к их головам. Девочки затихли.

– Вы кто? – спросила Борси, оглядывая девушку, которую она видела впервые.

– Я твоя мама, Бобо А  это твоя сестра Даси, – ласково ответила новая мама.

– А где мы? – спросила Даси, рассматривая безграничное холодное пространство космоса.

– Мы летим домой, – ответила мама, просматривая на карте ближайшие сигналы станций.

Капсула повернула в нужную сторону, и она обняла своих малышек. Теперь она мама и это навсегда. Эти девочки все, что осталось от любимого человека.

Бобо пыталась понять, правда ли это, но, учитывая, что она сама сейчас закована в металлический сгусток, то вполне похоже на правду.

– Бобо! Ты меня слышишь? – позвала Даси.

Бобо вздрогнула и вернулась в реальность. Они и так уже здесь три дня гостят, пора и честь знать. Девушка сосредоточилась как в детстве, только теперь она знала точно, к какой силе нужно взывать. Ее каменное пристанище затрещало, медленно отпуская ее руки и ноги. Даси наблюдала, как от глыбы один за одним отваливаются куски застывшего в металле бетона.

– Все, Даси, нам пора! – сказала Бобо, и глыба развалилась.

ГЛАВА 8. ВСПЫШКА

Спокойные воды на Копакабана искрятся в солнечных лучах, танцуя, как бразильцы на карнавале. Солнце садится за горизонтом морской глади. Это прекрасно. Давно не было так весело, возможно, никогда. Солнечные лучи бегают по моему телу и слепят глаза, и я щурюсь, вытянувшись полностью на мокром песке с винтовкой в руках. Мне нравится, как волны подползают и щекочут пятки, и я самопроизвольно улыбаюсь. Мое маленькое укрытие спрятано за густыми зарослями прибрежных растений, а тело усыпано водорослями и тиной, нагнанной волнами. Наш отряд разделился на две группы. Моя задача дождаться загнанного в угол условного противника и ликвидировать. Наконец на пляж выбежал один из повстанцев, который играл роль противника, о чем говорила синяя повязка на его рукаве. Через прицел наблюдаю за целью и, дождавшись удобного момента, произвожу выстрел пулей с краской четко ему в лоб. Сослуживец падает и матерится, что теперь у него останется синяк. Краем глаза наблюдаю приближающийся силуэт моей обольстительной спутницы. Она цепляет носками ног песок и рисует линию, затем присаживается, и я чувствую холод у себя на спине. Оборачиваюсь и вижу бокал с охлажденным сиреневым напитком.

– Спасибо, – благодарю ее и отпиваю глоток.

Она ласково смотрит на меня своими огромными тёмно-синими, почти черными глазами без белков и старается сдержать улыбку. Смольные густые кудри средней длины закрывают почти половину лица, капельки пота скопились на ложбинке груди и колышутся при дыхании. На ней верх от бикини и длинная юбка, пышная, но свободная из дышащей ткани. Она отставляет бокал, наклоняется ко мне для поцелуя и шепчет:

– Не плохо укрылся, но недостаточно хорошо…

Я запускаю пальцы в ее волосы на затылке и опираюсь на локоть свободной руки, но неожиданно чувствую, что земля трясется подо мной.

– Ты это чувствуешь? – спрашиваю я у нее.

– Нет, – она отвечает совершенно спокойно, словно действительно не чувствует никаких толчков, но они не прекращаются.

Я отодвигаю от себя подругу и присаживаюсь, оглядываюсь по сторонам и замечаю, что все вокруг становится искаженным, словно тающим. Оборачиваюсь к своей подруге и вижу, что она горит, но ее лицо по-прежнему ничего не выражает. Я хватаю ее на руки и бегу в воду, чтобы потушить пламя, но море исчезает, и на его месте возникает объятый пламенем мостик космического корабля. Все вокруг трясется и вспыхивает, сирена оповещения при крушении орет как сумасшедшая. Что происходит? Я сплю?

– Этого ты тоже не видишь?! – обращаюсь я к своей подруге, но она молчит.

На моих руках лежит безвольное окровавленное тело с огромными синими глазами и приоткрытым ротиком с милым шрамом в форме молнии на подбородке. Я чувствую панику, ведь я даже не знаю кто она?! Это просто кошмар. Проснись! Проснись же!

*****

Бобо и Даси пробирались по коридору, минуя ничего не подозревающих охранников. Впереди только длинный коридор и слышно, что кто-то именно сейчас заворачивает в него с противоположной стороны. Сестры застыли в замешательстве. Им нужно было спрятаться. Выход один – ближайшая открытая дверь.

– Даси, давай! – скомандовала Бобо, и Даси замкнула входной электронный замок.

Они заскочили внутрь и прижались спиной к двери, пытаясь отдышаться и собраться с мыслями. Долго здесь оставаться нельзя, рано или поздно их побег обнаружат. Бобо оглядела помещение: хорошо оборудованная палата для тяжелых пациентов, в которой за шторой лежало чье-то тело. Он или она был точно жив, потому что датчики повторяли звуковым сигналом ритм его сердца. Бобо приложила палец к губам, приказывая сестре не шуметь, опасаясь разбудить хозяина палаты, который может вызвать охрану. Даси кивнула и тут же уронила со стола медицинские инструменты. Бобо подлетела к телу, готовясь задушить его при необходимости, но остановилась у самой шторы, поняв, что никто не проснулся. Спустя несколько мгновений она поняла, что только что готова была убить неизвестного и абсолютно невинного человека, и ее руки задрожали от страха, на глаза навернулись слезы и накатилась усталость, девушка пала на колени, осознавая всю беспомощность своего положения.

– Нас все равно найдут, – очень тихо и печально прошептала она.

Даси не слышала ее и не видела, что произошло с сестрой, она нарушила обещание, данное сестре, и уже разглядывала тело, спрятанное за шторой. Это был гуманоид, скорее всего мужчина около тридцати лет, возможно старше. По внешнему виду было не очень понятно к какому виду относится этот странный волосатый тип. Хоть и был он похож на человека, но не являлся им. Кожа была покрыта короткой шёрсткой рыжего и белого цвета, перемешанной в причудливом узоре, из-под гривы светло-рыжих густых вьющихся волос торчали такие же волосатые, как и тело острые уши. На лице была надета маска, какая-то неправильная маска черного цвета, на половину нижней челюсти, а носик был как у щенка, такой же черный и влажный. Он лежал неподвижно, и только датчики нарушали тишину.

– Привет! – как-то машинально поздоровалась она.

– Кто здесь? – услышала она мужской голос, но губы его даже не дрогнули.

Необычный парень лежал все так же неподвижно, только мерно двигалась грудь от дыхания. Глаза, прикрытые веками, двигались из стороны в сторону, как у человека, пытающегося вырваться из кошмара.

– Судя по звуку, ты стоишь прямо рядом со мной, – ответил голос.

Даси все же покрутилась, оглядывая комнату. На секунду закралось сомнение, что это розыгрыш или игра ее сознания. Она даже засмеялась.

– Что смешного? – обиделся голос.

– Да ничего, кроме того, что я сошла сума и разговариваю сама с собой, – ответила Даси, откидывая волосы с лица назад.

– Ты не с собой разговариваешь, а со мной. Это я тут за четыре месяца чуть не съехал до валета.

– А что такое валет? – заинтересовалась Даси.

Голос помолчал, потом ответил:

– Странная ты. Тебя не удивило, что ты с полуживым типом говоришь, а валет удивил. Валет – это психушка вроде, но я не уверен.

– А ты там был? – спросила Даси и присела к нему на постель.

– Не помню. Может и был, но сейчас я ни в чем не уверен. Скажи, как я выгляжу, красавчик или урод? – спросил голос.

– Ну, если честно, на котенка похож которого обрили на лысо… зажигалкой, – смущенно ответила девочка и слегка покраснела.

Она не хотела никак обидеть это существо. Ей даже захотелось подружиться с ним, и она погладила его по голове. Волосы оказались на ощупь мягкими и шелковистыми, и сомнения, что он настоящий, отпали. Голос засмеялся:

– Щекотно. Что ты делаешь?

– Ты чувствуешь, как я тебя трогаю? – Даси ущипнула его под ребром.

– Ай, ща ударю и не посмотрю, что ты девушка! – огрызнулся он.

– Вообще-то я девочка, мне еще двенадцать.

– Нормально! Первая женщина в моем обществе за четыре месяца оказалась девственницей, – он рассмеялся.

Как раз в этот момент, успокоившаяся Бобо зашла за шторку. Она уставилась на сестру, которая сидела на постели у какого-то покалеченного существа, говорила с ним и гладила по шерсти.

– Ты что совсем свихнулась, сестренка? Нам бежать нужно отсюда, а не мутантов разглядывать!

– Кто? Это она про меня?! – спросил у Даси «мутант», – Голос соблазнительный, а говорит гадко, как дешёвка с Терры.

– Бобо, не говори так, он расстроится, – надув губки, попросила Даси.

Бобо разозлилась и схватила сестру за руку, чтобы стащить с постели:

– Хватит придуриваться! Это не шутки! Нас могут убить!

Как только Бобо дернула Даси, разряд тока ударил ее, и они обе провалились в сумрак, грань между разумом и безумием. Мимо них, в безграничном сером пространстве, медленно проплывали туманные фигуры и острова, созданные словно из дыма. Сталкиваясь друг с другом, они оседали на поверхности и скручивались клубами, раскатываясь волнами, и уходили за горизонт. В центре, свернувшись клубочком, укутанный клубами дыма и слоем пыли, лежал кто-то. Они осторожно подошли к нему.

– Эй! – крикнула Даси, – Ты живой?

Тело вздрогнуло. Он вставал медленно, сбрасывая с себя пыль. Отряхнувшись подобно искупавшейся собаке, сбросив с себя остатки дыма, словно лохмотья, перед девочками предстал тот самый «мутант», которого они только что видели в палате. Ну или почти тот же. У этого шерсть была ровного окраса, а не как у обгорелой на половину лысой кошки, и нос немного длиннее, делающий его более похожим на зверя, чем на человека. Янтарные глаза с вертикальным зрачком с любопытством оглядывали девчонок.

– Так-так, кто тут у нас?! – с насмешкой спросил он, – Я так понимаю, ты и есть та мелкая девственница, которая меня щипала. А это, наверное, та самая дешевка с Терры, которой рот свой стоит использовать по назначению, а не для разговоров.

Бобо покраснела от злости и сжала кулаки, но не стала бросаться на него. Во-первых, он был сильнее, во-вторых, у него были острые когти, которые, судя по его манерам, он легко пустит в ход, особо не задумываясь, в-третьих, она еще не поняла, где они оказались и насколько происходящее реально. Видно было, как ему нравится собственное превосходство, но он ни за что не признается, что счастлив быть в этом мире не один.

– Не говори так с ней! – заступилась за сестру Даси и надула губки.

– А то что?! Воительница в памперсах, – он улыбнулся, как-то хищно, полубезумно, – Я здесь уже давно, а вы еле на ногах стоите на этой кумарной подушке.

Девочки переглянулись, осознавая, что он прав. Их качало, как на волнах, а некоторые довольно крупные клубы дыма почти сбивали с ног. Но все же они были наполнены решимости постоять за друг друга и при необходимости дать отпор.

– Ты плохой! – заныла Даси, – А я хотела с тобой дружить!

«Мутант» нахмурился. Его видимо почему-то задела эта фраза. Он задумчиво стоял, бормоча себе что-то под нос, словно сам с собой разговаривал. Потом он ударил себя ладошками по ушам. Бобо не могла дальше сдерживать свою обиду и съязвила:

– Что блохи заели?

«Мутант» проигнорировал ее вопрос. Он прислушивался к чему-то, двигая ушами, потом сообщил:

– Кажется, к нам гости…

– О чем ты? – спросила Бобо и тут же заметила как клубы серого дыма сменили направление.

Теперь они не убегали волнами за границу горизонта, закручиваясь, ускользали за их с Даси спины, словно там был мощный насос, затягивающий воздух. Ветер окреп, и девочек стало сносить с ног, втягивая в создавшуюся воронку.

– Не бросай меня! – крикнул «мутант», ухватив Даси за руку, и его затянуло вместе с ними.

Девочки очнулись в той же палате со связанными за спиной руками в компании пятнадцати вооруженных охранников. Они все были в масках, что не позволяло их как-либо различить. Тот, что был ближе, нагнулся к Даси и скомандовал:

– Не дергайтесь, а то хуже будет!

– Дети пойманы в палате объекта 001, – сообщил второй по коммуникатору.

– Нейтрализуйте их, – ответили с той стороны.

Звук затвора пистолета раздался эхом в полупустой палате, слившись с хрустом шейных позвонков. Тело упало, открыв глазам голого «бритого котенка Даси». Он, как голодный хищник, бросился на следующего охранника и ударил его раскрытой когтистой правой рукой. Удар получился слабым настолько, что охранник смог его блокировать, что очень удивило мутанта. Дальше он наносил удары только левой рукой, убивая одного за одним, пронзая их тела и переламывая шеи. Тех, кого он не успевал достать, мутант сшибал ударом ноги. Менее чем за двадцать секунд он перебил всех пятнадцать охранников, при этом прозвучать успело всего три выстрела, одним из которых гуманоида ранило в плечо. Он стоял у двери, рядом с последним телом охранника, который пытался убежать, и с его рук капала кровь. Объект рычал и тяжело дышал, находясь в состоянии озверения после резкого пробуждения. Даси подошла со спины и окрикнула его:

– Эй! Развяжи.

Он резко обернулся и ударил ее. Даси отлетела к шкафчику с медицинскими препаратами, которые со звоном у пали вместе с ней на пол. Девочка заплакала. Большая ссадина на лице горела как от огня.

– Эй ты, плешивый пес! – Бобо ударила мутанта кулаком в спину.

Он обернулся и схватил девушку за горло здоровой рукой, приподняв над полом на полметра.

– Отпусти ее, пожалуйста, – пропищала Даси, пытаясь встать на колени со связанными руками.

Он обернулся на нее и присмотрелся. Кажется, он видел ее во сне. Может они реально были в его голове? Странные незримые волны от ребенка касались его тела. Образец 001 ослабил хватку на горле Бобо, и она упала и закашлялась. Он печально оглядел их, осознавая, что девушки не представляли никакой угрозы, а сами были пленниками, как и он. Осторожно, чтобы еще больше не напугать, парень подошел к Даси и разорвал путы на ее руках. Она подскочила и побежала освобождать свою сестру. Бобо потерла руки, потом шею и спросила:

– Ты что за зверь такой?

– Не знаю… А ты меня понимаешь? -парень был удивлен тому, что спокойно понимает речь собеседницы.

Новый друг отвечал с ноткой грусти в голосе, оборачивая нижнюю часть туловища простыней, которую стащил со своей постели.

– Понимаю. А как тебя зовут? – Бобо вставала, опираясь на Даси.

– Не помню.

– Не знает он, не помнит… – звучал голос в его голове, – Судя по тому, как ты с ними разделался, самый страшный зверь и безжалостный.

– Не он разделался, а мы! И эта кровь навсегда останется на нашей совести, – возразил второй голос.

– У меня совести нет, поэтому я с удовольствием все лавры отдам тебе, – съехидничал первый.

– Заткнитесь вы оба! – подумал образец 001, – Лучше бы имя наше вспомнили, а не выясняли отношения.

Он сел на постель, осматривая свои окровавленные руки и следы, которые он ими оставил на простыне. Оторванным куском парень обмотал рану на плече. Даси осторожно подсела к нему рядом.

– Нужно придумать тебе имя.

– Придумай, – попросил он.

– Когда я была совсем маленькая, мама брала на прокат в библиотеке одну старую книгу с изображением вымерших животных. Ты похож на одного из них, если не обращать внимание на обгоревшую шерсть, – ответила Даси разглядывая себя в отражении металлического подноса, затем приложив его к ушибленной щеке.

– На какого?

– На лиса, – сверкнула злыми глазами Бобо.

– Ну лис так лис, – ответил Лис и встал.

Выброс адреналина закончился, и его тело ослабло. Он снова опустился на постель. Столько времени, проведенного в коме, не могли пройти бесследно.

– Нам нужно бежать, – сказала Даси, – Ты с нами Лис?

– Ну, вы девочки, единственные кто пока не пытался меня убить. Так что да!

Даси и Бобо помогли ему встать, и они вместе вышли в коридор в поисках выхода.

– Кстати, где мы? – поинтересовался Лис у девушек.

– В каком-то комплексе. Я сама не знаю, – ответила Бобо.

– Я не о том, – отмахнулся Лис, -Какая это планета?

– Марс, – улыбнулась Даси.

Лис нахмурился. Он помнил историю гибели солнечной системы. Однако, Лис допускал возможность, что все его воспоминания лишь набор отдельных фрагментов, некоторые из которых могли быть отрывками из придуманных историй. Даже если так, то оставался один вопрос – почему понимать марсианскую речь он стал только после встречи с Даси?

ГЛАВА 9. ПУСТОШЬ

Лис, Бобо и Даси легко выбрались из лаборатории, в которой содержались, через вентиляцию, по пути вырубив еще пару десятков охранников. Когда они открыли люк на поверхность, в глаза ударил яркий свет, а в нос резкие запахи окружающей флоры. Девочки к такому были совершенно не готовы. Немногочисленные растения, которые довелось им видеть, росли на балконах или теплицах, а фермы были в ста километрах от Старфа. Окружающие растения отличались от картинок в энциклопедиях синеватым оттенком листвы. Плодородной почвы осталось слишком мало, чтобы выращивать урожай. Люди, конечно, пытались оживить планету, каждый по мере своих сил, но после того, что случилось с ней, это было практически невозможно. Даси вылезла первая и засмотрелась на чудесный мир вокруг. Ковер из зеленой с синим оттенком травы колыхался от ветра, раскачиваясь вместе с многочисленными цветами, источающими яркие ароматы. На деревьях переговаривались резкими короткими звуками странные существа с круглыми глазами, похожими на черные бусины и покрытые чем-то похожим на мягкие пушистые листья. У них было по две ноги с тремя пальцами спереди и одним позади, увенчанными острыми ногтями, если можно так назвать.

– Ну и чудища! – прокомментировала Даси увиденных существ.

– Это все лишь птицы, – ответил Лис.

– Кто такие птицы? Откуда ты о них знаешь? – спросила только что вылезшая из бункера Бобо, – Класс!

Лис лишь улыбнулся в ответ. Они осмотрелись вокруг и оглядели себя. Как-то в начале незапланированного побега никто не подумал об снаряжении, и сейчас они оказались в довольно неловкой ситуации. На Бобо были только ее коричневый топ, широкие серые штаны и белые кроссовки, на Даси ее плюшевая пижама и сланцы, а Лис был вообще похож на ободранную человекоподобную кошку без хвоста, обмотанную на половину простыней из больничной палаты. Но, к сожалению, сейчас у них не было времени что-то исправлять, нужно было сваливать отсюда как можно быстрее. Решение было единственным – убираться отсюда. пока их не вернули назад в клетки. Бобо поддерживала Лиса, поскольку он был слишком слаб от потери крови. Мышцы его почти не слушались, поскольку он был сильно травмирован и пролежал в коме четыре месяца без движения. Непонятно, как он вырубил всю охрану, разве что на чистом адреналине после пробуждения. Они двигались через густые заросли настолько быстро, насколько это было возможно, и спустя час приблизились к окраине территории оазиса. Перед ними всеми цветами радуги мерцала голограммная стена. Лис коснулся до стены ладонью, в ответ она разлилась волнами, похожими на рябь от брошенного в речку камушка.

– Нам туда? – спросила Даси, выбирая из своих кудряшек маленькие веточки и листья.

– Кратчайший путь по прямой, а наше направление подальше отсюда, – Лис, преодолевая боль, сорвал пару плодов с деревьев, предполагая, что это пограничная защита и обратно они уже не смогут попасть, чтобы пополнить свои запасы.

– А куда ты это все класть будешь? У тебя карманов нет, – усмехнулась Бобо, наблюдая за его действиями.

Он подошел к ней и засунул плоды под футболку в районе груди:

– Все равно там ничего нет.

– Эй! – возмутилась Бобо и попыталась отстранится, а Лис продолжил засовывать плоды ей в топ, потом переключился на Даси и сделал тоже самое.

Правда, у него не сразу получилось это сделать, потому что она сразу поняла, что он хочет, как только он к ней обернулся, и постаралась убежать. Потратив пару минут и хорошо вымотавшись, он взмолился:

– Девочки, эти фрукты могут спасти наши жизни.

Даси остановилась и позволила Лису упаковать ее фруктами. Он оторвал две ленточки от простыни и завязал их на поясах девочек, а потом крест-накрест на груди, чтобы ноша не выпала. Бобо глубоко вдохнула и сделала шаг вперед, увлекая за собой Даси сквозь разноцветную преграду. Как только Даси прошла ее, соты голограммы посыпались на землю и включилась аварийная сирена.

– Ну! Им будет чем заняться! – пошутила Бобо, вспоминая сколько техники ей пришлось чинить после контакта той с младшей сестрой.

В лицо ударила жара и мелкий песок. Дышать стало сразу намного труднее, воздух за стеной был куда чище, благодаря растениям, а здесь их не было. Даси прикрыла рукой глаза, спасаясь от вездесущих песчинок.

– Может вернемся? Нам здесь не выжить, – заныла она.

– Я лучше умру там, в пустыне, чем позволю им снова поймать нас, – ответила Бобо, Лис кивнул, и они шагнули в песчаную бурю.

Казалось, песок был повсюду, он забивался в обувь и щекотал пальцы. Девочки запинались о торчащие из песка остатки прежней цивилизации и сухие растения, падали и поднимались. Лис остановился и снял с себя простынь. Он разорвал ее на четыре части: первую снова намотал на бедра, а остальные три послужили для создания импровизированных тюрбанов для защиты головы от солнца. Солнце припекало оранжевыми лучами весь день. После полудня, когда беглецы миновали около двадцати километров пустыни, показались развалины многоэтажных зданий. Песчаная равнина, заваленная булыжниками из бетона, горами раздробленных кирпичей, кусками арматуры и прочим мусором цивилизации была нарушена редкими островками мха. Мало-помалу горы строительного мусора сменялись остатками фундамента, потом кусками стен из камней и блоков. В конце концов начали прорисовываться очертания домов, разрушенных или полуразрушенных, но все же с крышей.

– Нам нужно спрятаться от солнца, – сказал Лис, тяжело дыша, – С каждым часом температура поднимается, уже выше сорока градусов.

– Идем туда! – Даси показала на более или менее уцелевшее двухэтажное здание.

Они направились к нему, еле перебирая ногами. Очень странные сухие растения окружали его. Растения были похожи на пирамидки из колец, увенчанные тремя пушистыми веточками наверху. Песчаные дюны почти полностью засыпали весь первый этаж так, что по ним можно было смело зайти в окно второго этажа, что собственно они и сделали. Не тратить же время и силы на откапывание входа. Они скатились по песчаной дюне прямо в коридор второго этажа. Ветхое здание словно дышало через неровные дыры и трещины в стенах. То, что раньше служило стенами, было подобно насыпям из кирпичей. Крыша еле держалась на бетонных столбах и ржавых арматурах. Беглецы решили осмотреться.

– Тут слишком много света из-за дыр, а ночью все тепло покинет помещение через них. Давайте спустимся ниже? – предложил Лис.

– Давайте уже где-нибудь отдохнем?! Я хочу пить!? Я хочу есть! – капризничала Даси.

Бобо погладила сестру по лохматой грязной голове и вытерла слезы с пыльного, раскрасневшегося лица. Она посмотрела на Лиса жалобными уставшими глазами, но он сам был не менее уставшим. Они преодолели огромное расстояние пустыни без воды и под палящим солнцем. Поначалу девочки обе поддерживали его, чтобы уйти как можно дальше, но потом их силы угасли и пришлось снизить скорость, а затем и вовсе тащиться со скоростью черепахи, потому что Даси окончательно вымоталась. Ну хоть их новый друг постепенно размялся и тащить его не было необходимости.

Лис осторожно спустился вниз по хрупкой лестнице. С каждым шагом от нее отваливались куски бетона и падали вниз, ударяясь об каменный пол и рассыпаясь в песок. Лестница была довольно крутой и высокой. Он шел осторожно, прижимаясь к стене всем телом, зная, что по центру лестница более хрупкая. Шаг за шагом, ступень за ступенью он спускался на первый этаж и, наконец, спустился.

– Идите сюда. Только осторожно, – позвал он девочек.

Бобо пошла вперед, увлекая Даси за собой. Они повторили путь Лиса и оказались на первом этаже. Окна, засыпанные песком, почти не пропускали солнечный свет. Широкий зал заставлен сломанной мебелью и полками с пыльными брусками. Лис взял один из них и смахнул с него пыль ладонью. Это была детская книжка с изображением щенка ротвейлера на обложке. Лис сорвал со стены грязный палантин, разваливающийся в руках от времени, и бросил его на пол. Он упал на него, оставив остатки сил, и позволил усталости завладеть всем своим телом. Девочки опустились к нему и тоже позволили себе расслабиться. Даси достала из-за пазухи плод, который Лис сорвал в оазисе после побега.

– Как это есть? – спросила она, рассматривая темно-зеленый плод.

Лис взял плод из её рук, аккуратно разрезал плотную кожуру когтем и разделил его на несколько частей.

– Это манго, – сказал он и протянул Даси половинку ароматного лакомства.

Даси очень хотела есть, но боялась есть что-то новое и наблюдала за Лисом. Он посмотрел на нее и усмехнулся, затем откусил кусочек сочного плода и закрыл глаза. Даси наблюдала, как он откусывает кусок за куском своими острыми зубами, прыская соком, растекающимся по его милой, похожей на кошачью, мордочке. Девочка понюхала плод: он пах так вкусно, что «слюнки побежали». Не выдержав, она все-таки его откусила и тоже закрыла глаза от удовольствия. Лис посмотрел на нее и улыбнулся. Он думал о чем-то своем приятном, пока очищал остальные плоды, которые девочки достали из одежды. Даси зевнула и подползла к Лису. И куда только страх девался перед странным существом? Девочка пригладила его шерсть на ногах и положила на них свою голову. Через минуту она уже сладко спала, поджав под себя ноги. Наконец, они все трое могли нормально отдохнуть и набраться сил для дальнейшего путешествия. Все они лежали на полу, погруженные в свои мысли и сновидения.

Ближе к вечеру похолодало… Лис проснулся от подбирающегося зноя. Солнечные лучи еле проникали сквозь трещины и дыры, песчаная буря на улице усиливалась, наступало время заката.

– Нужно сделать укрытие и развести огонь. Ночью будет очень холодно, – он осторожно поднялся, чтобы не разбудить Даси. Спящую на его ногах.

Лис осмотрелся: в конце зала была дверь, за которой могло быть менее крупное помещение, в котором можно будет сохранить тепло. Он направился к ней и повернул ручку, дверь затрещала засохшими и заржавевшими от времени петлями, и тогда он просто выбил ее плечом. Дверь вела в кабинет.

– Эта комната нам подойдет, – сказал Лис, затаскивая в нее трухлявый сломанный стол.

Он разгреб центр помещения и перетащил туда Даси прямо вместе с палантином, на котором она спала. Покрутив в руках детскую книжку, которую он нашел сегодня на одном из стеллажей, он направился туда. В такой жаре книги были словно законсервированы, плотный слой пыли практически не пропускал воздух. Он сгреб здоровой рукой сколько смог и прижал к груди. За несколько заходов Лис с помощью Бобо сложил хорошую кучу книг для костра. Когда окончательно стемнело, они разожгли костер в керамической раковине, вырванной из стены и обложенной обломками кирпичей и бетона. Топливом послужили старые книги. Он присел и начал перебирать книги по одной, основная часть попадала в стопки рядом с костром, но некоторые оказались в стороне. Бобо заинтересовалась ими. Они все были с яркими картинками и предназначались для детей. В комнате она нашла старую кожаную сумку и сложила их туда. Они молча смотрели на огонь, пляшущий в костре. Казалось, тишина будет бесконечна, но ее нарушило шуршание в темноте. Бобо вытащила из костра обугленную ножку стола и поднесла ее к источнику звука: в темноте на нее пялились два огромных красных круглых глаза. Девушка смотрела на них, а они на нее. Эти страшные глаза были на чьей-то лохматой морде с вытянутым носом и длинными усиками, по телу шерсть серая и коричневая, сваленная в клочки-сосульки, четыре ноги и голый длинный хвост. Существо было ей примерно по колено, выглядело внушительным, но не нападало. По видимым признакам она определила, что это крыса, но какая-то слишком крупная. Так они и смотрели друг на друга не понятно, чего выжидая, и вдруг животное пискнуло, а Бобо взвизгнула и отскочила, продолжая кричать. Даси проснулась и, озираясь по сторонам, пыталась понять, что так напугало сестру, а Лис ломанулся в пустоту. Он прыгнул туда как хищник, и через секунду из-за стеллажа раздался писк вперемешку с хрипом, Лис вышел оттуда, держа тушку в зубах. Он бросил ее к костру и начал потрошить.

– Бее-е, – Даси чуть не стошнило, а Лис только улыбался.

– Еда. Настоящая, – кусок арматуры с хрустом проткнул зверька.

– Я не буду это есть! Это же крыса! – упиралась Даси.

– Какая-то она слишком…, наверное, радиоактивная, – предположила Бобо.

Лис странно усмехнулся и поставил арматуру на два кирпича над костром, затем расшевелил угли и начал крутить шкуру. Девочки морщились, они никогда не видели животных, кроме как на картинках, тем более не ели. Чем больше проходило времени, тем сильнее становился вкусный запах от поджаривающегося зверька.

– А это она так пахнет? – все-таки спросила Даси, подсаживаясь поближе.

В животе у девочки урчало и слюни текли от запаха. Бобо тоже не могла понять, почему незнакомый запах вызывает такое сильное желание употребить его.

– Это же мясо девочки, – ответил Лис и оторвал по ноге для каждой.

Они неуверенно взяли и принюхались. Запах удивительно соблазнительный и аппетитный. Бобо на этот раз решила первой отведать странную еду. Она откусила маленький кусочек, который приятно ее удивил, затем с жадностью набросилась на ножку в ее руках, жалея только, что не хватало соли. Даси не нужно было долго уговаривать, как только сестра попробовала, она сразу же приступила к еде. Лис впился когтями в оставшуюся тушку и вонзил в нее клыки.

– Лис! – укоризненно произнесла Бобо, – Ты же не животное?! Ешь нормально.

– Как скажешь, мамочка, – ответил Лис и, сложив длинные ноги в позе лотоса, стал аккуратно отрывать куски мяса и отправлять в рот.

Он выглядел очень забавно в такой позе: словно бесхвостая гигантская кошка решила выдать себя за человека. Когда с подаренным судьбой ужином было покончено, довольный и сытый Лис лег на пол и свернулся клубком. Для полной красоты ему только хвоста не хватало.

– Ваша очередь дежурить, девочки, следите за костром, – сказал он и моментально уснул.

– А когда его очередь будет? – удивленно спросила Даси.

– Ну раз он не сказал точно, то тогда, когда наша закончится, – хитро улыбнулась Бобо.

Лис спал, набираясь сил для завтрашних приключений. Бобо пошевелила угли в костре и подкинула пару сломанных ножек от стола и несколько толстых книг. Плотная бумага больше тлела чем горела, но деревянные ножки горели довольно хорошо. У этой библиотеки в прошлом должно было быть достаточно хорошее финансирование, поскольку мало кто из колонистов мог привезти с собой доски и прочие подобные материалы. Бобо смотрела на огонь и вспоминала уроки истории. Почти полмиллиона лет назад колонисты прилетели на Марс, чтобы покорить эту сказочную планету. Земля уже не могла быть домом для людей и хлынувших на нее инопланетян. После терраформирования на Марсе появилась атмосфера. Она была слишком разряженной для дыхания, но пригодной для растений. Люди построили небольшие базы, защищенные куполами. Сначала засевать почву приходилось в скафандрах, но первые всходы изменили ситуацию. Кислорода в атмосфере становилось все больше с уровнем засева полей Марса. Колонисты и их дети мечтали о новом счастливом будущем, но не известно по какой причине планету охватили марсотрясения и бунты, затем настала череда гражданских войн, продлившихся пятьдесят лет. И в итоге планета оказалась там, где оказалась.

Бобо пролистала книгу, которая лежала сверху стопки и бросила ее в костер. Искры взлетели вверх и, медленно кружась, упали на засыпанный пылью и бетонной крошкой пол. Даси уже давно спала, а вот ей совсем не хотелось спать. Она открыла дверь в зал, поежилась от хлынувшей прохлады и приступила к осмотру всех ящиков, что были рядом со входом и на какие попадал свет костра. В зале довольно быстро холодало. Бобо решила не выпускать все тепло из комнаты и вернулась с тем, что успела найти, приступив к сотворению очередного механическое чуда из старых приборов.

ГЛАВА 10. КОМАНДИР ЗОНДЕР

Толстый и Тощий рубились в пластиковые карты в комнате охраны вместе с дежурным.

– Ужасно старая игра! Дама! – сказал Толстый.

– Зато интересная. Король! – ответил дежурный охранник.

От игры охранника отвлек монитор. По коридору, держась за руки, бежали две девушки. Они свернули за угол в коридор с закрытыми исследованиями и стали недоступны для камер.

– Вот черт! Выругался он, – У нас посторонние.

– Покажи мне запись, – попросил Тощий.

Охранник отмотал запись назад и показал двух девушек, бегущих по коридору. На записи Тощий узнал ту маленькую девочку с электрическими руками, которую он видел буквально пятнадцать минут назад. Но вторую девушку он видел впервые.

– Что стоите? Вызывайте охрану! – выругался он.

Дежурный нажал кнопку тревоги и здание заполнилось громким ревом сирены. Охрана поднялась по тревоге и рассыпалась по коридорам в поиске нарушителей. Вооруженные охранники в черном обмундировании открывали дверь за дверью, обшаривая все этажи закрытых исследований. Спустя пять минут из палаты объекта 001 выпало тело мертвого тела и вышел мутант, обмотанный белой простынею ниже пояса, в сопровождении двух беглянок. Они бежали по направлению к выходу, разбрасывая охрану, как маленьких назойливых щенков.

– О боже! – пропищал Толстый и прикрыл рот ладонью, – Серая аннулирует всех, когда вернется.

Серая Дама вернулась через два часа после происшествия. Она сидела в своем кабинете, сложив ногу на ногу и потягивала тонкую сигарету, выслушивая оправдания начальника охраны.

– Мэм, не было необходимости в охране в палате образца 001. Объект находился в коме, – оправдывался он.

– Ваши потери составили тридцать единиц. И это все потому, что вы посчитали объект и девчонку способную вырубить всю нашу сеть безопасными объектами! – она немного повысила голос и начальник охранник побледнел.

В кабинете у Серой были собраны все его замы и ответственные за безопасность лаборатории. Каждый из них привык видеть Серую без эмоционального выражения лица, и тот факт, что сейчас она повысила голос, заставил всех напрячься. Если Серая дама выходила из равновесия, то аннулировала всех без разбора, не дернув мускулом лица. Буквально! Ходил слух, что у нее поражение нервных окончаний лицевых мускул и она просто физически не может выражать никакие эмоции. Некоторые поддерживали слух, что она вовсе не человек, а андроид.

Серая достала пистолет из ящика стола и, даже не поворачиваясь, выстрелила в голову начальника охраны. Крепкий сорокалетний мужчина замертво упал на пол. Все присутствующие вздрогнули и задержали дыхание. Каждый мысленно прощался с жизнью. Серая продолжала курить, не выпуская из рук пистолет. Докурив, она затушила сигарету и спокойно отдала приказ:

– Командира Зондера ко мне, немедленно!

Буквально через минуту в ее кабинете появился командир Зондер. Это был молодой на вид мужчина с полностью черными глазами и чешуёй по всему телу.

– Все вон, – спокойно сказала Серая.

Толпа служащих вывалилась из ее кабинета, прячась на своих рабочих местах. Толстый и Тощий ввалились в комнату отдыха.

Командир Зондер закрыл за собой дверь и встал перед Серой по стойке смирно. Она достала из сейфа стеклянную бутылку, с золотисто-коричневой жидкостью и наполнила ей два бокала до середины. Серая щелкнула пальцами и маленький робот, похожий на бочонок, выполз из неоткуда. Она открыла его и достала из робота блестящий стальной контейнер со льдом. Бросив в жидкость по паре кубиков, она протянула один стакан Зондеру.

– Давайте отбросим все это. Мистер Годи тоже стоял по стойке смирно, но с задачей не справился.

Командир Зондер посмотрел на лежащего на полу бывшего начальника охраны и взял предложенный начальницей напиток.

– За что пьем? – спросил он, приподнимая его.

– За ваше повышение! – ответила она и сделала глоток.

Они долго просидели в кабинете, обсуждая план дальнейших действий. В итоге Серая согласилась отправить на поиски беглецов дронов, поскольку направление их цели было не известно. Пока рабочие занимались восстановлением купола, разрушенного маленькой девочкой, Серая пыталась выяснить не причастны ли к сложившейся ситуации повстанцы.

– Как вы думаете, Капитан Зондер, могла ли быть эта ситуация подстроена повстанцами? – спросила она у своего нового начальника службы безопасности.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.