Лиса Лаукерт
Сквозь века

Кажется, в тот день весь мир окрашивается алым. Земля под ногами пропитывается кровью сотен солдат, храбро сражающихся за свой дом. Взгляд неизменно натыкается на обрубки человеческих тел и слабо мерцающее голубым светом оружие, брошенное хозяином после смерти. Сам воздух буквально пропитан запахом страха и крови. Эта безжизненная равнина еще долгие годы будет жестоким напоминанием будущим поколениям о том, что боги тоже совершают ошибки. И они вовсе не милосердны.

Взгляд молодой девушки окидывает огромную равнину. Сердце болезненно сжимается при каждом громком лязге стали о сталь. Сотни навязчивых мыслей роются в голове, будто муравьи. Как они смогут победить воинов, созданных из металла и силы Созидательницы? Как убедить богиню в тщетности ее действий, если она не знает, что такое чувства? Ладони сжимаются в кулаки. Все это происходит по ее вине. Потому, что когда-то маленькая принцесса отвергла тактику своей покровительницы и не стала присоединяться к бессмысленной войне магии против самой жизни.

А теперь она стоит здесь, окруженная верными людьми, готовыми сражаться за свой дом до самого конца. Горящие алым глаза божественных воинов, состоящих из холодного металла, вселяют страх в душу маленькой принцессы. Но решимость обычных людей с волшебным оружием в руках придает ей смелость. Они должны идти до конца. Ведь иначе все это не имеет смысла. Она не может подвести людей, которые сражаются за ее любовь. За нее саму и ее принца.

Глубокий вдох. Медленный выдох. Где-то справа неожиданно яркой вспышкой взрывается столб пламени. Воины вступают в жестокий и неравный бой. Их оружие пробивает мрак и освещает поле битвы голубым светом. Маленькая принцесса быстро смахивает непрошеные слезы. Столько людей восстало против самой Созидательницы, создательницы всего живого на этой земле. Все они следуют за ней, девушкой с голубыми глазами и силой, данной богиней.

– Ты готова, любовь моя?

Теплая рука опускается на плечо маленькой принцессы и крепко сжимает. Девушка оборачивается, уже зная, кто стоит за ней. Тяжелый взгляд принца встречается с ее. Какой же он серьезный, уставший и мрачный. Под глазами залегли темные круги, лицо осунулось, а на лбу появились глубокие морщины. Маленькая принцесса улыбается, пытаясь подбодрить своего возлюбленного, но они оба знают, что надежды на победу почти нет. Кто может справиться с Созидательницей? Они далеко не равны ей по силе. Рука принцессы нащупывает ладонь принца. Вместе они смогут даже умереть.

Вся ее семья тоже здесь. Тетя, дядя, родные братья и дальние родственники. Нет только мамы, самого важного звена ее жизни. Возможно, оно и к лучшему. Мама бы точно отговорила маленькую принцессу от подобной затеи.

– А ты готов?

– С тобой даже за грань.

Принцесса коротко кивает, и вместе они делают шаг вперед. Проталкиваются сквозь воинов, своих и вражеских. Он ловко орудует мечом, а ей хватает пары движений руками, чтобы расчистить им путь. Рука об руку они преодолевают путь навстречу к своей возможной гибели. К той, кто руководит этим ужасным войском бездушных воинов. К той, кто предал своих ради большей силы и собственной выгоды. К Огненной деве, которая ловко расправляется с врагом своей магией.

У них изначально не было никакого плана. Это война, в которой невозможно победить, как ни старайся. Против Созидательницы не может устоять никто. Но они и так долго продержались. Они прошли большой путь от начала до этого момента. Даже если сегодня им придется умереть, принц и принцесса сделают так, чтобы у живых появился шанс на победу. Сердце девушки бьется в груди так сильно, будто не хочет быть свидетелем этих событий. Рука юноши дрожит от страха. Но они продолжают идти вперед до тех пор, пока не остаются один на один со своим врагом.

Огненная дева опускает руки, и пламя в ее руках исчезает. Губы женщины изгибаются в жестокой усмешке. Густые рыжие волосы развеваются на ветру. Глаза горят ярким оранжевым пламенем. Золотая броня искусственно блестит в дневном свете. Она выглядит, как настоящий главнокомандующий. Но маги не воины. Они должны служить на благо Созидательницы и поддерживать баланс в мире. Так было ровно до тех пор, пока семьи, обладающие магией, не взбунтовались.

– Я очень долго ждала этой встречи, – голос Огненной девы звучит грубо, с нотками безумия, охватившего ее разум.

Маленькая принцесса тяжело сглатывает, в последний раз сжимает руку принца и делает несколько шагов вперед, оказываясь под прицелом множества глаз. Паника захлестывает душу, оплетает сердце плотным кольцом, но внешне девушка выглядит холодно и непоколебимо. Как и подобает обладательнице такой силы. Голубые глаза вспыхивают ярче, воздух вокруг становится холоднее, а с неба падают мелкие снежинки. Холод струится по венам маленькой принцессы, скрывая все чувства за плотной стеной.

– Вот это и случилось, Огненная дева. Но я не отдам его тебе! Не позволю отобрать моего принца никому, даже Созидательнице!

– Глупая девчонка, Созидательница дает нам возможность жить вечно и править этим миром! А кто такой твой принц? Всего лишь человек, сын главарей охотников на магов! Он и вся его семейка уничтожат нас в один миг, даже не моргнув глазом! Он предаст и тебя, стоит только отвернуться! Ты не заметишь, как окажешься в могиле, а твой бесценный дар исчезнет бесследно!

– Ну и пусть! – громкий голос девушки разносится над полем. Кажется, в тот миг сам мир вокруг них затихает, с замиранием сердца ожидая продолжения. – Мне не нужна эта чертова магия! Я никогда не хотела обладать ей! Не хотела терять мать, чтобы обрести силу! И не хочу жить в мире, где нет его.

Огненная дева презрительно усмехается и качает головой. Пламя в ее руках вновь разгорается, отбрасывая оранжевые блики на лицо женщины.

– Такие чувства лишь помеха для тех, кто рожден править. И ты поймешь это, пусть и слишком поздно.

Маленькая принцесса раскрывает рот, но не успевает вымолвить и слова. За ее спиной раздается хриплый вскрик, а затем что-то мешком падает на землю. Сердце девушки пропускает удар и бьется с новой, еще большей силой. Что-то внутри нее ломается, и чувства пробивают ледяную стену, возведенную магией. Маленькая принцесса оборачивается, уже понимая, что ее ждет. Принц неподвижно лежит на холодной земле. Из груди виднеется острие клинка, что прошел насквозь. И снова кровь. Алая и тягучая. Глаза юноши в последний миг ловят испуганный взгляд принцессы, а затем жизнь окончательно покидает его тело, оставляя после себя лишь боль и отчаяние.

– Нет!

Маленькая принцесса содрогается от острой боли в сердце. Душу охватывает настоящая агония из множества чувств. Ярость, боль и страх накрывают ее с головой. Мир перед глазами подергивается пеленой из-за нахлынувших слез. Остается лишь мутный силуэт безжизненного, но такого родного тела. Громкие всхлипы перерастают в отчаянный крик, сотрясающий воцарившуюся тишину. Пламя ярости выжигает все эмоции внутри, оставляя лишь жажду мести.

Как теперь ей жить без него? Как она сможет победить в одиночку? И где теперь найти свет во тьме маленькой принцессе?

Девушка последний раз всхлипывает и неожиданно выпрямляется. Холод течет по ее венам, заглушая голос разума в голове. Руки принцессы медленно вырисовывают затейливые движения, а глаза светятся лишь ярче. Воздух вокруг преобразуется в магию. В ладонях загорается белый ослепительный свет. Ее сила, что раньше была лишь обузой, а теперь сослужит хорошую службу. С неба падает снег, а Огненную деву едва не сносит с ног холодный ветер. Маленькая принцесса медленно оборачивается, чтобы встретиться со своим извечным врагом лицом к лицу. Лед и пламя, которые никогда не смогут стоять на одной стороне.

– Ну как, теперь ты чувствуешь эту силу? Слышишь ее голос, что призывает вернуться к истокам?

Маленькая принцесса молчит, лишь крепче сжимая губы. Девушка разводит руки в стороны и поднимает голову вверх, глядя в серое, затянутое тучами небо. В ее силах заморозить здесь все, похоронить во льдах божественных воинов и заставить всех забыть об этом, как о страшном сне. Маленькая принцесса улыбается и отпускает всю свою магию на волю. Первая ударная волна сносит с ног всех, кто оказывается поблизости. Будь то божественные воины или ее собственные солдаты. Воцаряется паника, люди разбегаются в разные стороны, бросая свое оружие на землю. Их крики становятся усладой для израненной души принцессы. Она больше не различает своих и чужих. Весь мир вокруг оборачивается злейшим врагом, которому девушка хочет причинить такую же боль, какую принесли ей самой.

В сознании яркой вспышкой появляется воспоминание из детства. Она обещала маме никогда не использовать силу во зло. Никогда не злоупотреблять ей и не причинять вред людям. Сила – это ответственность, говорила мама. Она дарует слишком много возможностей. И нужно иметь стальную волю, чтобы не поддаться соблазну. Но сейчас все эти обещания кажутся глупой шуткой. Принцессе больше нет дела до простых смертных. Ей нет дела ни до кого, кроме ее любимого принца, лишившегося жизни подлым ударом в спину. Она хочет смерти. Хочет разрушений и мести.

И маленькая принцесса позволяет своей силе творить бесчинства. В тот миг она ощущала себя всемогущей, почти богиней. Всего одна мысль, и все вокруг покрывается толстым слоем льда. Те, кто не успевает скрыться, оказываются заключены в ловушки. Прекрасные ледяные статуи, что станут горьким напоминанием в будущем. Холодный ветер сбивает с ног людей и кружит по воздуху металлические обломки божественных воинов.

Огненная дева делает шаг назад. В ее душе поднимается страх. Впервые за всю жизнь она испытывает это чувство на себе. Неужели, она пробудила монстра внутри этой безобидной на первый взгляд девочки? Женщина готова отступить и признать поражение. В этот раз ей не победить лед собственными силами. Но уже слишком поздно. Внимание маленькой принцессы обращается на ту, к кому она испытывала всепоглощающую ярость. Рука девушки тянется к Огненной деве. Пальцы ловко проделывают пару движений, и в следующую секунду шею женщины сковывают ледяные оковы. И с каждым мигом они затягиваются лишь сильней. Маленькая принцесса безжалостно сжимает пальцы, наслаждаясь беспомощностью врага. Женщина хватает ртом воздух, силясь расплавить оковы магией, но все тщетно.

– Я и так сильна, Огненная дева, – негромко произносит девушка. – Лед всегда сильней пламени, только вы этого не видите. Недооцениваете волка в овечьей шкуре, и это ваша главная ошибка.

Маленькая принцесса резко сжимает ладонь в кулак, заставляя женщину хрипеть от недостатка воздуха. И девушке вовсе не было жаль Огненную деву. Ведь она сама вынудила ее действовать. А принцесса лишь хотела мира. Тогда впервые в жизни в душе девушки зажглось пламя жестокости. Огонь, пожирающий все милосердие и добродушие. Ведь ничто в этом мире недостойно существовать без ее принца!

И лишь на последнем издыхании Огненная дева успевает сотворить темное заклинание, ставшее погибелью маленькой принцессы. Тени извиваются в руках женщины ровно до того момента, пока жизнь не покидает тело, которое мешком падает на холодную землю. В тот же миг маленькую принцессу окружает неистовое пламя, а сердце поражает темная магия, прибывшая из другого мира. Девушка даже не пытается сопротивляться. Она чувствует, как на душу снисходит покой, а тело горит в адском пламени. Маленькая принцесса принимает свою участь. Потому что и она недостойна жить в этом мире без принца.

* * *

– Эта женщина сделает все, чтобы развязать с нами войну!

Тяжелый кулак короля Ламандии с громким стуком опускается на стол из темного гладкого дерева, заставив подскочить советников на своих местах. Каждый из присутствующих опасался гнева своего правителя, но в то же время уважал за стойкость и заслуги перед королевством. Обычный человек в свои тридцать лет не сможет достичь столь многого. А вот Эмиль Ламандский из дома Кавана смог. И достиг.

– Мой король, прошу заметить, что императрица Аурии ограничилась лишь предупреждением. А могла и сразу напасть, как поступала не один раз. Нам еще крупно повезло, – осмеливается сказать главный советник короля, Миростас, мужчина с обильной сединой в волосах и порой слишком проницательным взглядом.

Правитель Ламандии делает глубокий вдох и медленно выдыхает, силясь взять эмоции под контроль. Какова наглость! Где это видано, чтобы женщина угрожала доброй половине мира расправой? И ведь эту самую половину она уже успешно захватила… Мужчина проводит рукой по своим каштановым волосам, даже не замечая, что наводит там беспорядок. Зеленые глаза упираются в большую карту целого континента, что занимает собой весь стол. Вот только толку от нее? Все равно встречи с Аурией не избежать! Король обводит взглядом свою небольшую территорию, останавливаясь на множестве красных точек, что обозначают врага, неизбежно наступающего сзади. Даже если они вступят в бой, есть ли какой-то шанс на победу? Как можно противостоять Каталине Алистер, которая правит большей частью континента?

– Мы можем что-нибудь сделать? – глухо спрашивает Эмиль.

– Конечно, можем, – усмехается другой советник, самый молодой из присутствующих, отмеченный королем за особые заслуги. – Предложим ей мирный договор.

– Ни за что! – вскрикивает правитель Ламандии, вновь ударив кулаком по столу. – Я не стану унижаться перед этой ведьмой.

В комнате повисает тишина. Никто не осмеливается перечить королю. Тем более в таком состоянии, когда чья-то голова может с легкостью слететь с плеч. Грудь мужчины тяжело вздымается и опадает, а в голове роются сотни мыслей, словно муравьи. Как найти выход из этой ситуации? Выход, в котором ему не придется преклонять колени перед императрицей. Он честно пытается что-то придумать. Только вот с каждой секундой молчания становится все ясней, что иного выхода у них нет. Войска Аурии медленно обступают со всех сторон, но не переходят границы. И потому упрекнуть их не в чем. Жителей приграничных городов переселили в столицу, на случай непредвиденного нападения. Никто не знает, что может случиться дальше. И чем обернется случайный взор Каталины на Ламандию.

Эмиль вовсе не хотел войны. Его королевство только сделало первые шаги к процветанию. Раньше все было иначе. Сам он не помнил, но Миростас много рассказывал, как люди бежали прочь из Ламандии. Как можно дальше от очага магической войны. Эмиль сделал многое за десять лет своего правления, чтобы Ламандия стала по-настоящему райским уголком. Он правит в союзе с разумом и сердцем. Этот тяжелый путь не должен закончиться подобный образом!

Король трет лицо ладонями, морщась от давящей боли в висках. Как же он устал! Только все начало налаживаться, как на горизонте появляется женщина с многотысячной армией и угрожает ему расправой! Только этого не хватало!

– Я очень надеюсь, что до завтрашнего утра у вас родятся стоящие предложения, – произносит Эмиль, делая пару шагов назад. – С нетерпением жду, господа.

Король Ламандии разворачивается на каблуках к двери и уверенно выходит из зала, оставляя своих молчаливых советников одних. Напряжение в воздухе можно буквально потрогать руками, и потому мужчина облегченно вздыхает, едва выйдя в коридор. Да, он сейчас просто свалил все проблемы на этих мужчин. Да, он мог бы и сам принять столь важное решение в судьбе королевства. Но не хотел. Когда он вообще в последний раз спокойно спал? А когда выходил за пределы своего кабинета, чтобы развеяться? Кажется, прошла уже целая вечность. Сколько бессонных ночей Эмиль провел в компании крепких напитков! Все время его занимала лишь одна мысль. Как выйти сухим из воды? Все сводилось к тому, что мирный договор становится единственным выходом. Но он не мог заставить себя предложить его императрице Аурии. Эмилю Ламандскому претила сама мысль о том, чтобы вести переговоры с женщиной!

Коридоры его собственного дворца встречают короля необычайной тишиной. Всякий раз с наступлением сумерек прислуга оживала, принимаясь за приготовления к следующему дню. И потому Эмиль предпочитал проводить свободное время в своих покоях, подальше от людских глаз. Но сейчас он не встретил ни одной живой души. Это казалось до того необычным, что на мгновение мужчина и сам забыл, что отправил своих подданных на помощь беженцам с приграничных поселений.

В гостиной короля уже ждал разожжённый камин и бутылка красного вина в компании бокала на высокой ножке. Эмиль невольно улыбается. Рикки все предусмотрела, как и всегда. Мужчина с облегчением снимает с себя тяжелый камзол, откидывая его на пол. Расстегивает верхние пуговицы рубашки и закатывает рукава до локтя. Как приятно снять с себя всю эту мишуру и просто отдохнуть! Большое мягкое кресло буквально поглощает Эмиля, позволяя расслабиться после напряженной встречи с советниками. Взгляд зеленых глаз обращается к ярко горевшему огню. Поленья негромко потрескивают, наполняя комнату приятным для ушей звуком. Все мысли отходят на второй план и остается лишь Эмиль наедине с бутылкой вина.

Возможно, это последний миг приятного одиночества перед бурей. Ведь зима близко.

Эмиль ловко откупоривает бутылку и наполовину наполняет бокал вином. Наблюдает, как алая жидкость переливается и играет бликами в свете пламени. Мысли его уносятся далеко за пределы Ламандии. Туда, где сейчас на своем троне восседает великая императрица Аурии Каталина Алистер. Женщина, которая держит в страхе весь континент. Когда она успокоит свои амбиции? Слава о деяниях Каталины летит далеко впереди нее самой. Родители пугают ею своих детей, а короли строят высокие стены и нанимают лучших солдат. Говорят, она владеет магией. Одно движение ее пальцев, и человек становится ледяной статуей, что до конца своей жизни будет стоять в личном саду императрицы. И всюду, где ступает ее нога, земля покрывается вечным льдом. В народе ее прозвали Снежной королевой. И прозвище это прочно засело в сознании правителей всего мира.

Эмиль усмехается собственным мыслям и делает большой глоток вина. Бред. Придумают же всякого, лишь бы запугать простой народ. Конечно, он лично слышал такие истории от бывших правителей тех королевств, которые захватывала Каталина. Но все это звучит как выдумка или страшная сказка для детей. Ламандия молодое королевство и на пути к своему становлению уже прошло немало препятствий, но с подобным еще не сталкивалось за всю историю своего существования. Эмиль никогда лично не встречался с Каталиной, но уже невзлюбил ее всей душой. Ведь она посягает на самое дорогое в его жизни. На Ламандию. Его сердце учащает свой темп от одной мысли о том, чтобы оказаться с ней под одним небом. В душе просыпается страх. Или это предвкушение? Кто разберет?

– Может, это и не столь плохая идея, заключить с ней мир? – вслух рассуждает Эмиль.

Да, на совете он допустил ошибку. Позволил эмоциям одержать над собой верх. Резко отверг все предложения своих советников. Но теперь, когда вино сделало свое дело и чувства больше не застилают взор, он готов рассмотреть даже такой вариант. Черт, как же все надоело. До ужаса. Почему столь серьезной угрозой для него стала именно женщина? С любой другой Эмиль мог бы пойти путем обольщения и лести. Но только не с ней. Король Ламандии просто понятия не имеет, чего ждать от женщины, которая способна свергнуть его с трона одним щелчком пальцев. Вдруг, она расценит комплимент как оскорбление?

Все королевства рано или поздно проходят через трудные времена. Все стоят на тонкой грани падения. Настал и его черед.

Где-то за его спиной негромко скрипит дверь. Раздаются едва слышные шаги. Но Эмиль не замечает этого, все его мысли заняты лишь одним. Призрачная личность Снежной королевы не отпускает его. Но волноваться не о чем, только один человек может войти в покои короля подобным образом. Пусть даже этого человека ему вовсе не хотелось видеть.

Эмиль ощущает приятный аромат духов в воздухе раньше, чем видит гостью. Ее теплые ладони опускаются на плечи мужчины. Тело невольно напрягается, и левое ухо короля улавливает горячее дыхание и негромкий шепот:

– Запиваете свое горе в одиночестве, Ваше Величество?

Эмиль усмехается. Ну конечно, это Рикки, кто же еще. Девушка, что однажды привлекала его взгляд своей красотой и грацией, не подобающей простой служанке. Прекрасными темными кудрями и живыми серыми глазами. Соблазнительным изгибом бровей и милой улыбкой. Когда-то он гордился тем, что имеет в любовницах такую видную невесту. Их связь никогда не была любовью, нет. Всего лишь потребность в тепле и обществе, чтобы заполнить зияющую пустоту внутри. Рикки сама приходила и уходила. Она оставалась дикой, как кошка, не желающая даваться в руки. Девушка чувствовала, в какой момент короля лучше оставить одного, а когда ему нужна компания. Общество служанки радовало Эмиля. Они часами напролет могли говорить о самых незначительных вещах.

Но так было раньше. Еще полгода назад он всерьез думал о том, чтобы сделать ее своей женой. Теперь же Рикки для него лишь личная служанка. Слабость, от которой король Ламандии до сих пор не может избавиться.

– Нет, всего лишь думаю, как приручить ядовитую змею и не умереть.

Женские изящные ладони скользят по его рукам. Медленно и нежно. Но больше не вызывают привычную бурю эмоций внутри. Только глухое раздражение и жгучее желание сбросить эти руки с себя.

– Прекрати. И выйди из-за спины, я должен тебя видеть.

Девушка тяжело вздыхает и выходит на свет. Сегодня она одета в простое белое платье, похожее на простыню, перекинутую через плечо. Рикки всячески выставляет напоказ связь с королем Ламандии: ведет себя вызывающе, одевается иначе, смотрит сверху вниз. И если раньше люди перешептывались, то теперь ей никто не верит. Смуглая кожа служанки кажется темней в бликах свечей. Рикки садится на кушетку справа от мужчины и внимательно вглядывается в его лицо. Он делает большой глоток вина и молча протягивает ей пустой бокал. Служанка послушно наполняет его вновь.

– И что же пришло в голову Вашего Величества?

– О чем судачат слуги?

Рикки на мгновение задумывается. Ее вовсе не волнует, что Эмиль оставил вопрос без ответа. Такое часто происходит, ведь в голове короля обитает столько самых разных мыслей. Правитель требователен к своим подданным и часто не снисходит даже до общения со слугами. Только с избранными и самыми приближенными.

– Одни возмущены, что вы медлите и не отправляете войска навстречу императорской гвардии. Многие крестьяне жаждут ринуться в бой, чтобы защитить свои дома. Они даже не понимают, что оставляют семьи без кормильцев, в нищете и нужде. Другие видят только один выход: вам следует жениться на Каталине Алистер, чтобы избежать войны. Но и здесь есть недовольные, ведь тогда Аурия поглотит Ламандию, и мы станем всего лишь частью большой империи. А этого не хочется никому.

– И это все?

– Не совсем, – Рикки задумчиво крутит в руках бутылку вина. – Есть и те, кто полностью сходится во мнении с вашими советниками. Мир нам сейчас очень нужен.

Эмиль кивает. Да, это единственное, в чем они все сходятся. Очередная война поставит крест в истории Ламандии. Им просто не выдержать натиск империи. И это станет концом еще одного королевства.

– Думаешь, она согласится на переговоры?

– Вы будете первым, кто пойдет на подобное. Может, в этот раз она снизойдет до разговоров прежде, чем уничтожит Ламандию.

***

– Она согласна, – удивленно выдыхает Эмиль.

Советники смотрят на своего правителя, не в силах поверить в услышанное. Неужели, сработало? Могло ли случиться так, что Каталина Аурийская снизошла до их просьбы о переговорах? Все мужчины в зале начинают смеяться от облегчения. Сколько дней они провели в ожидании ответа! Эмиль неверяще смотрит на ровно выведенные на бумаге слова, подтверждающие согласие императрицы. Во имя богов, да он поставит это письмо в рамочку! Да, это еще не победа, но они уже многого достигли. Отсрочки, которая так нужна.

– Интересно, что ее больше зацепило? – спрашивает самый молодой из советников короля. – «Дражайшая, единственная и неповторимая» или «Ваш покорный слуга»? А может, «Нижайше прошу вашего внимания, о Великая!»?

Эмиль смеется в ответ и дает молодому человеку шутливый подзатыльник. Какая разница, что произвело на нее впечатление: его раболепческий тон или столь наглая просьба? Главное, что это помогло, и у них появилась надежда!

– Сколько времени у нас есть, чтобы подготовиться к приезду императрицы, господа?

– Думаю, не больше пяти дней, – отвечает Миростас. – Дорога через Ламандию без остановки займет самое большее полтора дня.

Король задумчиво кивает. Нужно тщательно продумать каждый свой шаг и подготовить дворец к приему столько высоких гостей. Они не могут позволить себе ударить лицом в грязь перед императрицей. Иначе она может счесть, что зря тратит свое драгоценное время. Именно от ее решения зависит множество жизней. И Эмиль обязан сделать все, что в его силах.

Пять дней. Целых пять ночей Эмиль не мог сомкнуть глаз. Не помогало ни вино, ни снотворное, что настойчиво прописывал придворный лекарь. Просто мужчина был слишком взволнован предстоящей встречей. Все его мысли занимала женщина, которую боятся на всем континенте. Он совершенно забыл о еде и других нуждах. Да и сам дворец был больше похож на муравейник. Слуги в спешке бегали по коридорам вместе с придворными мужчинами и их дамами. Садовники усердно трудились над зимним садом, который должен был произвести впечатление. Коней вычищали до блеска и откармливали овсом и яблоками. Все должно быть идеально. Ни единого шага в сторону. Сам король тоже был занят делами. Подписывал множество бумаг: новые законы, распоряжения, счета на оплату продуктов, предметов интерьера. Отметал одну кандидатуру за другой. А еще ужасно нервничал, словно действительно собирался жениться на Каталине Алистер.

– Ваше Величество, гости на подходе.

Отлично, час настал. Эмиль вытирает лицо полотенцем и критически разглядывает себя в зеркале. Волосы аккуратно уложены. Лицо гладко выбрито и сияет свежестью. Глаза цепко всматриваются в мельчайшие детали в поисках недочетов. Ну, чем не красавец? Учтивый и гостеприимный хозяин. Если этот прием не произведет впечатления на Снежную королеву, то все они обречены.

Рикки помогает королю с одеждой. Белоснежная рубашка, сверху черный приталенный камзол с золотыми вставками. На правой руке золотой браслет, на среднем пальце внушительный фамильный перстень с изумрудом. На голове корона с драгоценными камнями. Сегодня Эмиль надел все самое лучшее, чтобы оставить неизгладимое впечатление.

– Ну как? – спрашивает мужчина.

– Великолепно, – улыбается Рикки, рассматривая своего короля со всех сторон. – Ни одна женщина в королевстве не устоит перед вами, Ваше Величество.

– Надеюсь, что так. Ведь от этого зависит наша жизнь, Рикки.

Эмиль Кавана уверенно выходит из комнаты и неспешно идет по коридору в окружении вооруженных стражников. В обычный день он беспрепятственно прошел бы по всему дворцу, не встретим сопротивления. Но сегодня особый случай. Никто не знал, чего ожидать от Каталины Алистер и ее спутников.

Король Ламандии входит в тронный зал, где тут же воцаряется тишина. Десятки пар глаз сопровождают каждый его шаг. Эмиль сам не замечает, как выпрямляется и расправляет плечи. Истинные эмоции скрывает маска равнодушия и уверенности. Мужчина надеется, что создает впечатление сильного правителя. Осталось несколько минут. Скоро он встретится с женщиной, которая угрожает существованию всей Ламандии. Интересно, как она выглядит? И сколько ей лет? Стоит ли ему, Эмилю, рассмотреть тактику соблазнения? Или императрица окажется дряхлой старухой, давно не привлекающей внимание?

Взгляд мужчины скользит по залу, не останавливаясь на одной точке. Мужчины и женщины, его приближенные и просто влиятельные люди королевства негромко переговариваются между собой, поглядывая в сторону короля. Что они думают о нем? Будут ли содействовать или вставлять палки в колеса? Этого не мог предсказать никто, и Эмилю оставалось надеяться лишь на то, что десять лет тяжелых трудов не прошли зря.

Минуты тянутся бесконечно медленно. Король Ламандии считает каждую секунду, сжимая подлокотники своего трона сильными пальцами. Он ощущает напряжение, повисшее в воздухе, как свое собственное. Каждый в этом зале переживает не меньше, чем Эмиль. Ведь кто из них может сказать, появление Снежной королевы в Ламандии принесет поражение или победу?

Огромные двустворчатые двери открываются, приковывая к себе все взгляды. Эмиль тяжело сглатывает, наблюдая, как вперед выходят его солдаты с острозаточенными пиками в руках. Их лица бесстрастны, но глаза выдают едва сдерживаемое волнение. Из-за их спин степенно шагает небольшая группа людей. Глаза Эмиля сразу же находят императрицу Аурии. И он уже не в силах оторвать взгляд от этой женщины. Она оказывается достаточно молода и невероятно красива. От нее веет силой и властью. Спутать императрицу с кем-то из ее слуг просто невозможно. Длинные белые волосы собраны в высокую прическу, представляя обзор на утонченные черты лица. Светлые голубые глаза заинтересованно осматривают короля Ламандии, не выражая никаких эмоций. Губы подведены темной помадой, что резко выделяет их на фоне бледной кожи. Холодная, кукольная красота. Черное струящееся платье в пол расшито белыми жемчужинками, что делает наряд императрицы похожим на звездное небо. От нее буквально веет холодом, и придворные невольно вжимаются в стену, оставляя ей больше пространства.

Каталина Аурийская останавливается ровно в центре зала. Ее свита отходит в сторону, склоняя головы в почтительном поклоне перед королем Ламандии. Эмиль едва слышно выдыхает и встает с трона, неспешно спускаясь вниз по мраморной лестнице. Звук его шагов заполняет напряженную тишину. Каталина смотрит ему прямо в глаза, на губах играет легкая усмешка. Конечно, она чувствует себя хозяйкой положения. Эмиль удивляется, как одна женщина может обрести такую прочную власть над мужчинами, которые правят многие поколения. На краткое мгновение в голове короля возникает образ мышки, загнанной в ловушку большим и страшным котом. Ну уж нет, он просто так не сдастся! Это его королевство и его дворец!

Взгляд гостьи лениво скользит по залу. Руки сцеплены между собой так, чтобы показать правителю Ламандии, что она не собирается нападать первой. Легкий поворот головы обнажает ключицы и открывает взору изящный профиль. Каталина хорошо осознает, в чем ее сила. И не преминет воспользоваться ей в своих целях. Эмиль останавливается на безопасном расстоянии от женщины и склоняет голову.

– Каталина Алистер, императрица Аурии, приветствую вас в самом сердце своего королевства. Надеюсь, вам здесь понравится.

– Солнечных дней вам, Эмиль Кавана, король Ламандии, – женщина присаживается в изящном реверансе. – Ваше гостеприимство славится на весь континент. И я очень надеюсь испытать его на себе.

Король в ответ лишь вежливо улыбается. Каждый жест, каждое слово, все должно быть продумано до мельчайших деталей. Каталина найдет за что зацепиться. Выставит его неблагодарным хозяином и без прелюдий сотрет все королевство в порошок. Пора заканчивать этот фарс. Он так долго не продержится.

– Ваше Величество наверняка устали с дороги. – Мужчина делает жест рукой, подзывая к себе заждавшегося слугу. – Мы приготовили для вас самые лучшие покои во всем дворце. Мой слуга проведет вас.

Каталина едва заметно сужает глаза. Губы сжимаются в тонкую линию, а пальцы цепляются за ткань платья на животе. Эмиль подозревал, что императрица не захочет оставаться в его королевстве дольше необходимого. Она могла бы начать переговоры прямо с порога, будь ее воля. Но он, хозяин этого огромного замка, не позволит ей диктовать свои условия. Король Ламандии может до бесконечности оттягивать совет, и Каталина ничего не сможет возразить. Эти мысли придают мужчине уверенности и позволяют улыбнуться в ответ на испепеляющий взгляд императрицы.

– Благодарю вас, Ваше Величество. Сейчас отдых необходим нам всем.

Императрица Аурии выходит из тронного зала с гордо поднятой головой. Свита женщины следует за ней попятам. И как только двери за гостями закрываются, король позволяет себе облегченно выдохнуть. Наконец-то. Скольких усилий стоит разговор с ней в несколько минут! А что же он будет делать дальше? Как вести переговоры с такой женщиной?

Чья-то тяжелая рука опускается на плечо короля, заставляя того вздрогнуть и резко обернуться. Миростас, его верный советник, по-отечески улыбается своему правителю.

– Вы отлично держитесь, Ваше Величество.

– Спасибо, Миростас, но это еще цветочки. Самое сложное ждет нас впереди.

* * *

Комнаты, выделенные королем Ламандии, действительно оказались прекрасны. Каталина тратит бесконечно много времени, чтобы осмотреть каждую деталь во всех четырех комнатах: сначала гостиную с большим окном, выходящим в сад, затем ванную комнату, гардеробную, а после спальню с большой двуспальной кроватью и балдахином бежевого цвета. Женщина хотела сама убедиться, что намерения короля чисты, и он действительно жаждет всего лишь переговоров, а не ее смерти. Но ничего подозрительного она не нашла. К сожалению, или к счастью?

Спальня привлекает особое внимание императрицы. Мягкие бархатные шторы полностью скрывают дневной свет, погружая комнату во мрак. Большая кровать мягкая и удобная. Туалетный столик с большим зеркалом в углу выполнен из темного дерева искусным мастером. Женщина проводит рукой по вырезанным мелким узорам, наслаждаясь гладкостью поверхности, покрытой ароматным маслом. А еще здесь очень приятно пахнет. Лаванда, ее любимый аромат. Он всегда заставляет Каталину погрузиться в далекие, но приятные воспоминания, которые она не может выловить из темных глубин своего сознания.

– Ваше Величество, – на пороге появляется Лайя, ее личная служанка, которая склоняется в почтительном поклоне, – посол Вайль просит аудиенции.

Каталина раздраженно вздыхает и возносит глаза к потолку. Даже он кажется здесь произведением искусства! С красивой белой лепниной, затейливыми узорами, привлекающими внимание. Сколько золота нужно потратить, чтобы возвести такую красоту? Специально ли дня нее постарались или каждая комната в этом дворце достойна восхищения? Как-то незаметно раздражение внутри императрицы исчезает, оставляя после себя лишь усталость с дороги и желание побыть одной.

– Хорошо, пусть ждет, я сейчас выйду.

Август Вайль ужасно раздражал Каталину. Он всегда был верным слугой, исправно выполнял обязанности посла в Ламандии и ежемесячно присылал отчеты о проделанной работе. Прилежный придворный, образцовый семьянин. Но какой дотошный! От него ни минуты покоя! И именно это заставило Каталину пять лет назад назначить капитана Вайля послом и отослать его подальше от своего двора. Женщина невольно усмехается, подумав, что король Эмиль имеет хорошую выдержку, если сумел столько лет терпеть ее посла и ни разу не отослал его обратно.

Август терпеливо ждет в коридоре. Он выучено улыбается, стоит Каталине появиться в поле зрения. Светлые волосы мужчины зачесаны назад, открывая аристократические черты лица. Одежда едва ли не сверкает от свежести и чистоты. Он настолько идеален, что Каталине становится тошно.

– Ваше Величество, как я рад вас видеть!

– Про себя такого сказать не могу, граф Вайль.

Мужчина понимающе склоняет голову, едва сдерживая улыбку. Пряма и безжалостна, как и всегда. Конечно, он понимает, какое впечатление создает у окружающих. И вовсе не стремится скрыть свое удовольствие от произведенного эффекта.

– Может, вы хотите выйти в сад? Там нас точно никто не потревожит.

Август галантно подставляет локоть, и Каталина принимает его. Они неспешно идут по дворцу, минуя молчаливых стражников, больше напоминающих каменные статуи. Императрица молчит, ожидая, когда посол сам задаст вопрос. Но он не спешит, ведя свою спутницу по запутанным лабиринтам и рассказывая о своей жизни в Ламандии.

На улице холодно, и Каталина плотней закутывается в меховую накидку. Промозглый ветер пробирает буквально до самых костей. Сад оказывается совершенно пуст, и женщина позволяет себе ненадолго расслабиться. Выдохнуть в воздух облачко пара, наблюдая, как деревья сбрасывают с себя последние желтые листья. Вайль ведет свою императрицу глубже в сад. Они идут по мощенной каменной дорожке, все дальше отходя от дворца и любопытных глаз.

– Как прошла ваша поездка, императрица?

– Без происшествий, посол.

– Должно быть, в Аурии сейчас золотая осень в самом разгаре? – мечтательно спрашивает Вайль.

Каталина усмехается, прекрасно понимая, что скрывается за этим вопросом. Ее посол скучает по дому, конечно. Он ведь всего лишь человек, который оставил в Аурии свою семью.

– Да, тяжело из теплого климата резко окунуться в позднюю осень с ее безжалостными ветрами и морозами. – Каталина останавливается. – Что вам удалось узнать, Август?

Мужчина предлагает сесть императрице на неприметную скамейку, окруженную большими деревьями. Летом это место пользуется спросом у молодых придворных, желающих уединиться от лишних глаз. Сейчас же здесь царит тишина и покой. Ни одной птицы в округе или маленьких животных, ищущих кров под большими ветвями.

– Король Эмиль бывает весьма… вспыльчив, – усмехается посол. – Он привык прямо выражать свое мнение. И он много поведал о сложившейся ситуации с Аурией. Жаль, я не догадался записать его слова на память, вышел бы упругий томик. Но одно могу сказать точно: он не хочет войны с вами, госпожа. И готов пойти на все, лишь бы ее избежать.

– И на что же именно он готов?

Вайль на мгновение замолкает, обдумывая ответ.

– Трудно сказать так сразу. Король удивительный человек и чувство долга может завести его достаточно далеко. А что вы хотите от него получить?

Каталина усмехается. Как забавно складывается судьба. Раньше она никогда даже не рассматривала предложения о переговорах. Просто сразу превращала гонца в красивую ледяную статую, коих в ее дворце великое множество. Но письмо короля Ламандии привлекло ее внимание и заставило задуматься, а затем даже согласиться. Неужели, она, Каталина Алистер, наконец готова выслушать чьи-то предложения? Да и что может дать ей правитель маленького королевства? У нее есть все, что душе угодно. И даже больше. Но почему-то именно Эмиля Кавана она готова выслушать и подождать, пока он покажет себя. Действительно интересно.

– У меня есть свои условия, – уклончиво отвечает Каталина. – И я хочу, чтобы король сам предложил мне желаемое. Лучше расскажи мне о самом королевстве, Вайль.

– Что конкретно вас интересует, Ваше Величество? Благосостояние Ламандии или местные красоты и разношерстное население?

– Давай с чего-то попроще.

Август распрямляет плечи и заводит свой рассказ. Каталина слушает его вполуха, мыслями уносясь в далекие дали. Что она вообще здесь делает? Почему согласилась на столь долгое путешествие? Путь до Ламандии занял целых пять дней. Она успела проехать половину своих провинций и раздать столько милостыней, сколько не давала за всю жизнь. Что из себя будет представлять сотрудничество с Кавана? Ламандия – маленькое королевство, пережившее великую магическую войну и вряд ли сможет предложить нечто стоящее ее империи. Кроме союза, который оградит ее от нападения с моря. Ламандия единственная преграда между Аурией и армиями иноземцев. Каталина прекрасно знает, что там, за морем, на другом континенте есть королевства намного сильней. И их она боится не напрасно. Поэтому Эмиль может стать ценным союзником и авангардом в случае войны. Но сама Каталина никогда не произнесет это вслух, а потому нужно плавно подвести короля Ламандии к нужным выводам.

Мерный щебет посла успокаивает мечущееся сердце женщины. Приводит в порядок мысли и даже убаюкивает. Как же она устала за эти пять дней! Пять бессонных ночей, проведенных в напряженных размышлениях о будущем. Каталина кидает взгляд на Августа, который с упоением рассказывает об увиденном. Даже если он и заметил, что императрица его не слушает, то виду не подал.

– А в центре столицы, на главной площади есть большое прекрасное дерево с алыми листьями, называемое Алой невестой, которое за полвека обросло легендами и слухами. Оно служит предзнаменованием великих событий для народа Ламандии. Говорят, что, если однажды дерево распустит свои белые цветы в полнолуние в середине зимы, значит, грядут перемены. Народ здесь суеверный, им лишь бы верить во что-то несбыточное.

– Хорошо, – произносит Каталина, прикрывая рот ладонью, чтобы сдержать зевок. – Как-нибудь стоит посетить его.

Вайль едва скрывает улыбку, глядя, как императрица прикрывает глаза, постепенно погружаясь в сон от его рассказов.

* * *

– Сегодня я надену бордовое, Лайя.

Личная служанка императрицы останавливается в дверях спальни, держа в руках большую бархатную коробку с украшениями госпожи. Каждое утро Каталине приходится просыпаться на рассвете, чтобы не пропустить ни одного тайного собрания или других важных событий, которые могут касаться будущего союза. Это ужасно нервирует. Напряжение окружает ее на каждом шагу. Все они боятся ее. Каталина привыкла к подобным проявлениям эмоций, но здесь это скорее… злит. Женщина раздраженно выдыхает и решительно поднимается с кровати, пока Лайя раздвигает шторы, впуская утренний свет в комнату. Каталина набрасывает на плечи шелковый халат и направляется в ванную.

Под глазами виднеются темные круги. Но взгляд голубых глаз все так же прожигает насквозь, словно проникая в самую душу. Она готова нападать, словно пантера, загнанная в ловушку. Каталина улыбается собственному отражению и набирает в ладони холодную воду. Интересно, стоит ли продемонстрировать двору свою магию в первые же дни пребывания или лучше подождать более подходящего момента? Пока никто не видел ее в действии, остается козырь в рукаве. Советники нервно озираются на нее, а слуги и вовсе стараются не встречаться. Все они гадают, действительно ли Каталина Алистер способна превратить дворец Ламандии в глыбу льда или это всего лишь сказки?

Конечно, императрица Аурии многое слышала из того, что о ней говорят люди. Как они обсуждают ее способности. Одни называют ведьмой, продавшей душу Созидательнице. Другие считают императрицу спасительницей от гнета правителей-тиранов. Иные просто думают, что она искусная лгунья и обольстительница. Нет никакой магии, ее просто не существует. Но никто из них не знает правды. И со временем это стало ее главной силой. Одно имя Каталины творит чудеса.

Лайя быстро подготавливает нужное платье. Темно-красное, словно густая кровь, текущая по человеческим венам. Струящийся подол достигает самого пола. Полупрозрачные широкие рукава не скрывают тонких изящных рук женщины. Квадратный вырез открывает вид на ключицы, но искусно скрывает все остальное от любопытных глаз. Шею украшает внушительное серебряное ожерелье с прозрачными драгоценными камнями. Длинные волосы объемными кудрями рассыпаются по плечам. Лайя ловко закалывает непослушные пряди и оценивающе оглядывает свою госпожу.

– Выглядите просто великолепно, – улыбается девушка отражению императрицы в зеркале.

– Спасибо, – Каталина критически осматривает себя со всех сторон, а затем берет в руки помаду и аккуратно подводит губы. – Надеюсь, советники отреагируют эмоциональней тебя.

– Хотите поймах их в свои сети?

Каталина загадочно улыбается и уверенно встречает взгляд служанки.

– Хочу. Самую крупную рыбу в этом королевстве. – Женщина судорожно выдыхает и встает из-за стола. – Знаешь, меня не покидает чувство, что я здесь не первый раз. Что каждый уголок в этом дворце хорошо мне знаком. И что… я знаю Эмиля Кавана всю свою жизнь. Как думаешь, я сошла с ума или это просто волнение?

Лайя задумчиво кусает нижнюю губу. Императрица терпеливо наблюдает за девушкой, ожидая ее слов. Сердце ускоряет бег, а ладони мелко дрожат. И почему это так ее волнует? Что такого особенного в этом маленьком королевстве? В этом дворце? И в его хозяине?

– Не знаю, – изрекает Лайя, пожимая плечами. – Возможно, вам стоит прислушаться к своим ощущениям. Может, сердце просто пытается вам что-то сказать. А может, вы жили здесь в прошлой жизни. Такое тоже бывает.

– В прошлой жизни? – смеется Каталина. – Только если очень дикой черной кошкой.

Девушка подхватывает смех госпожи, сглаживая неловкость момента. Конечно, Каталина понимает, что ее служанка всего лишь пытается поддержать. Но стоило императрице ступить на землю Ламандии, как сердце по сей день не находит себе покоя. Будто она могла забыть нечто важное, а теперь всеми силами пытается вспомнить. Или отыскать потерянное.

– Пожелай мне удачи, Лайя, – Каталина останавливается в дверях и сжимает руку девушки.

– Если бы только все эти мужчины знали вас настоящей, – негромко вздыхает Лайя. – Удачи, Ваше Величество. Вы поразите их всех.

Каталина благодарно улыбается и распрямляет плечи. Точно, она поразит их в самое сердце. Как и всех своих врагов. Король Ламандии станет очередным трофеем в ее большой коллекции. Или все же не станет?

В коридоре ее уже поджидают два молчаливых стражника, готовые отвести гостью в нужный зал. И Каталина позволяет им увести себя вперед по длинным коридорам, погрузившись в собственные мысли. За окном сквозь плотные грозовые тучи пробиваются редкие лучи солнца. Зима совсем близко. Еще несколько дней и пойдет снег. Холодные ветра атакуют дворец со всех сторон, пытаясь пробиться внутрь. Императрица усмехается. Как иронично. Зима придет в Ламандию вслед за Снежной королевой.

Они быстро достигают нужных дверей, которые выглядят совершенно одинаково во всем дворце. Каталина уже знает, что здесь находится малый обеденный зал. Стражники занимают свои места по обе стороны от дверей. Словно игрушечные оловянные солдатики. Их пустые взгляды упираются в стену напротив. Императрица делает глубокий вдох. Она ведь проходила через многое за свою недолгую жизнь, но почему именно завтрак в компании придворных короля так ее пугает? Чем он отличается от десятка других, с которыми ей приходилось иметь дело? Каталина коротко кивает, и стражники распахивают перед ней двери. Женщина делает шаг вперед, ожидая увидеть все тех же верных советников короля, от которых ее уже тошнит. Впервые за три дня императрица решила почтить их своим присутствием за завтраком. Раньше бы просто не осмелилась… только вот за столом ее ждет один король Ламандский. Вилка застывает возле рта мужчины. Глаза расширяются от удивления, а правая бровь выгибается. Каталина оглядывает зал, и лишь через пару мгновений понимает, что они будут только вдвоем.

– А где же ваша вездесущая свита? – спрашивает женщина, совладав со своими чувствами.

– А вы предпочитаете завтракать под прицелом любопытных глаз, заглядывающих вам в рот? Не боитесь однажды подавиться?

Каталина невольно смеется, чувствуя, как расслабляется тело. Эмиль встает ей навстречу и отодвигает стул справа от себя. Так близко? Слишком смело для первого совместного завтрака. В следующую секунду обеденный зал заполняют молчаливые слуги. Они так быстро накрывают для Каталины на стол, что она не успевает даже рта раскрыть. Женщина едва слышно выдыхает, силясь успокоить собственное сердце. Приятный аромат свежеприготовленных яиц, посыпанных сыром и специями, вызывает аппетит. Императрица делает глоток свежевыжатого апельсинового сока и бросает взгляд на вазу с фруктами. Никакой роскоши, все просто и безумно вкусно. Когда в последний раз она так наслаждалась едой? Каталина прикрывает глаза от удовольствия и не успевает подавить в себе порыв к разговорам:

– Значит, вы любитель яиц на завтрак, Ваше Величество?

Король выгибает другую бровь, медленно пережевывая еду. Он выглядит таким непринужденным и расслабленным, словно не находится наедине с ядовитой змеей, что способна убить его одним укусом. И почему-то это привлекает Каталину сильней, чем его напускной лоск и уверенность. Никто уже давно не чувствовал себя рядом с ней так спокойно.

– Почему бы и нет? Я люблю простоту и одиночество во время трапезы. Ни к чему портить себе настроение с самого утра, вы так не считаете?

Каталина с наслаждением разрезает яйцо, наблюдая, как желток вытекает наружу.

– Когда женщина правит целой империей, то ни о каком уединении речи и не идет. Каждый день я должна показывать, что достаточно сильна и упряма, чтобы держать в своих руках такую власть. Что способна повести за собой многотысячную армию и не отсиживаться в стороне. Уже и не помню, когда в последний раз оставалась одна.

Такое откровение удивляет Эмиля. Он, конечно, знал, что женщинам на троне сложнее удержаться, чем мужчинам. Но услышать подобное от Каталина Алистер, той, кто удерживает власть уже около десяти лет, было… неожиданно. Король Ламандии продолжает задумчиво есть, стараясь не выдать своих противоречивых чувств. Один неверный шаг, и он спугнет ее, будто молодую лань. И добиться доверия станет намного сложней.

– Зачем вы вообще взяли на себя такую ответственность? Править столь огромной империей не просто.

Эмиль на мгновение напрягается, подумав, что вопрос покажется женщине слишком бестактным. Он и сам дал бы себе по лбу за подобное любопытство. Но Каталина просто откладывает вилку и задумывается над его вопросом.

– Никто раньше не спрашивал меня об этом. Наверное, это все воспитание. Брать свое и идти только вперед, это жизненная позиция моего рода. Сколько себя помню, власть была со мной. Я построила Аурию с нуля и просто не могу бросить ее теперь, когда почти довела свое дело до конца. А вы?

– Я унаследовал трон от родителей. Как и все правители в этом мире.

Остальную часть трапезы Каталина проводит в молчании. Брови нахмурены, взгляд направлен в тарелку. Она задумчиво ковыряет яичницу и медленно допивает сок. И Эмиль не решается прервать эту тишину. То, что они спокойно сидят рядом и не перекидываются острыми фразами, уже само по себе удивительно. Каталина не пытается убить его одним взглядом. А он не готовит ответный удар. Но видно, своими вопросами король заставляет женщину глубоко задуматься. К лучшему это или совсем наоборот? Эмиль даже не имеет понятия, но очень надеется, что ничего не испортил.

* * *

– Что эта женщина о себе возомнила? Насколько нужно быть бестактной, чтобы опаздывать на совет, на котором решается судьба нашего королевства!

Миростас сегодня особенно взволнован и разгневан. Сколько времени они ждут появления Каталины? Полчаса? Час? А она даже не думает приходить. Эмиль удобно устраивается в своем кресле и с легкой улыбкой наблюдает за перепалкой советников. Он вовсе не видит причины для беспокойства. Каталина их гостья, и ей все равно не избежать этого совета. Она делает то, что хочет, но все пути в этом дворце ведут в комнату совета. Не даром Эмиль Кавана так долго правит Ламандией.

– Правильно, не ее же судьба решается, – отвечает Даррен, молодой советник, любитель вставить палки в колеса Миростасу. – Прошу вас, успокойтесь. От этого мельтешения перед нашими глазами ничего не изменится.

– Успокоиться? – вскидывает голову мужчина. – Да как здесь можно оставаться спокойным? Как Ваше Величество может реагировать на подобное неуважение с таким равнодушием?

Эмиль делает глубокий вдох. Действительно, почему же он так спокоен? Ведь еще вчера он реагировал на каждое движение Каталины, словно испуганная лошадь. Может, причиной тому стал совместный завтрак с императрицей, на котором он посмотрел на нее другими глазами? Или внутреннее чутье, что слишком уверенно в женщине, которая угрожала его жизни? Уж не влюбился ли он в Снежную королеву? Да, она красива и умна. Привлекает взгляды и умеет заинтересовать мужчин. Она одна сплошная тайна, скрытая за семью печатями. Да нет, бред какой-то, о чем он только думает?

Старшему советнику вовсе не требуется ответ короля. Он самозабвенно продолжает высказывать вслух свои умные мысли, даже не обращая внимания на отсутствие слушателей. Никто не пытается вновь остановить Миростаса. Потому что никому это не под силу, даже королю.

– Может, она просто водит нас всех за нос! А сама даже не думает о мире! Может, мы зря стараемся и ставим на кон собственные жизни!

– Вы, правда, так думаете?

Холодный и властный женский голос за спиной Миростаса заставляет всех присутствующих вздрогнуть. Всех, кроме короля. Эмиль усмехается и обращает свой взгляд на ту, кто с легкостью приводит его советников в замешательство. Щеки Миростаса покрываются румянцем от смущения, взгляд упирается в пол. Он кланяется и негромко бормочет:

– Ваше Величество…

– Никогда не встречал того, кто смог бы заставить Миростаса смутиться, – громко произносит Эмиль. – Браво, Ваше Величество.

Он не успевает даже подумать, как слова уже рвутся на свободу. Советники молчаливо переводят взгляды со своего короля на императрицу. Со стороны она кажется такой холодной и неприступной. На ней надето все то же платье, что и с утра. Серебряная массивная корона с алыми камнями добавляет величественности ее образу. Взгляд направлен прямо на Эмиля. Но он не отворачивается, внимательно изучая женщину в ответ. Тревожит ли ее что-то? Что она чувствует прямо сейчас? И чувствует ли вообще? Но одно то, что Каталина терпит их общество, многое значит. Императрица окидывает взглядом комнату и проходит к большому столу. Садится в кресло напротив короля. По другую сторону стола.

– Простите, я опоздала, Ваше Величество, – приторно-сладкий голос Каталины заставляет советников разом насторожиться. – Может, начнем?

– Вы пришли одни?

– Нет, что вы, – императрица пальцами касается открытой ключицы, открывая взору несколько изящных колец и одно на безымянном пальце, тонкое и неприметное. Прямо там, где его носят замужние женщины. – За дверью стоят трое моих солдат. Если вы не против, конечно. Хотя я и одна справлюсь со всеми вами.

Эмиль пропускает мимо ушей ее угрозу, сосредоточившись на новой детали. Так она замужем? Но почему нигде об этом не сказано? Почему сама Каталина не потрудилась сообщить ему о подобном? Если ей не нужен муж для упрочнения своего положения на троне, то чего она хочет? Что Ламандия может ей предложить? Миростас берет инициативу в свои руки. Он что-то говорит императрице, склоняя голову в почтительном поклоне, но Эмиль его не слушает. Почему этот факт так его расстроил? Каталина задумчиво барабанит пальцами по столешнице. Обдумывает предложения его советника? Эмиль не знает, да и не хочет. Мысли лихорадочно крутят вокруг ее кольца. Как же так? Никто никогда не упоминал об избраннике Каталины. Кто он? Почему императрица так тщательно скрывает его существование?

В какой-то момент все голоса в зале замолкают. Взгляды присутствующих обращаются на короля. Даже Каталина терпеливо ждет его слов. Эмиль непонимающе выгибает бровь и смотрит на Миростаса. О чем они говорят? Старший советник откашливается и произносит:

– Мы только что предложили императрице от лица Ламандии лучших скакунов, которые славятся на весь континент, оружие и обмундирование из самой крепкой стали в мире. Как вы и хотели, сир.

– И что она сказала? – спрашивает Эмиль, наблюдая за женщиной, сидящей перед ним.

– Нет.

Ее алые губы изгибаются в хитрой улыбке. Конечно, она что-то задумала. Что-то, о чем всем им придется догадаться самим. И Каталина сделает все, чтобы получить то, чего хочет. Даже если им придется провести всю жизнь в переговорах.

– Что ж, это было ожидаемо, – после недолгой паузы произносит Эмиль. – Тогда чего же вы хотите? Может, людей для своих великих планов?

Каталина притворно задумывается. Губы приоткрываются, придавая императрице невинный вид. Но, если советники и поведутся на подобный трюк, то сам Эмиль прекрасно осознает, с кем имеет дело. И это вызывает в нем лишь глухое раздражение. Что за детские игры? У них нет времени на эти представления. Они на пороге войны, которую не выиграть, а вражеский главнокомандующий оттягивает момент все дальше. Словно для нее это кажется забавным.

– Нет.

– Может, земли?

– Нет, – милая улыбочка.

Краем глаза Эмиль улавливает движение советников. Они дружно отстраняются к дальней стене, настороженно переводя взгляды между двумя правителями. Но его это совсем не волнует. Он полностью поглощен разгоревшимся спором с Каталиной. Ее глаза словно гипнотизируют, затягивают его в свой омут с каждой секундой все глубже. Раздражение сменяется злостью. Злостью на самого себя за то, что не может заставить эту женщину признать поражение!

– Тогда золото? Вашей большой империи наверняка нужны средства на существование.

Каталина медленно облизывает губы, стирая яркую помаду. Сердце Эмиля с каждым мгновение бьется все быстрей. Становится сложней сдерживать эмоции внутри себя. Его буквально распирает от злости. Почему эта женщина действует на него так неоднозначно? Почему словно специально вызывает противоречивые мысли, не позволяя даже подумать о себе в хорошем ключе? Ведь Эмиль вовсе не тот, кто будет применять силу, чтобы склонить ее на свою сторону. Он спокойный, уравновешенный. Всегда выслушает предложения, прежде чем принять решение.

– Нет, Эмиль, ваше золото мне не нужно.

Это становится последней каплей. Мужчина резко поднимается, опрокидывая кресло на пол. Жилка на виске пульсирует от злости так сильно, что советники невольно сглатывают. Комнату наполняют удивленные вздохи и шепот. Каталина лишь шире улыбается, довольная реакцией короля.

– Пошли все прочь! Сейчас же!

Мужчины кланяются и поспешно покидают комнату, плотно закрывая за собой дверь. Каталина поднимается на ноги, оправляет юбку и встает напротив короля на расстоянии вытянутой руки. Такая раздражающая и… красивая. И так близко, только наедине с ним. Эмиля настолько ошеломляет эта мысль, что гнев отступает на второй план. Но он не дает ему отступить, напротив, решает воспользоваться для большей сговорчивости Каталины. Король делает решительный шаг вперед и обхватывает запястье женщины своей рукой. Она смотрит на него снизу-вверх без тени страха. Храбрая императрица, готовая умереть за свои взгляды.

– Этого вы добивались? – шипит Эмиль. – Хотели вывести меня из себя, чтобы без свидетелей прикончить с помощью своей проклятой магии?

Каталина прикусывает губу и усмехается. Тепло ее дыхания буквально обжигает его шею.

– А вы этого боитесь? Или тоже не верите, что она существует?

– Переводите тему, Каталина.

– А что еще остается? Вы же не контролируете себя, Эмиль. Еще немного и наброситесь на хрупкую женщину с кулаками.

На мгновение король крепче сжимает ее запястье. Но императрица даже не морщится. Что-то глубокого внутри настойчиво требует обхватить ее стройную талию и крепко прижать к себе. Ощутить ее голову на своем плече. Сердце отчаянно рвется в руки женщины. Но это вовсе не его чувства. Сам он испытывает лишь злость и отчаяние. Страх перед Каталиной Алистер. Одно ее слово, и Ламандия будет стерта с лица земли. Эмиль трясет головой, отгоняя наваждение, ослабляет хватку и отходит на несколько шагов назад. Садится обратно в кресло и подпирает лоб рукой. Голова кажется такой тяжелой. Мысли атакуют со всех сторон, и от них некуда спрятаться. Каталина остается на своем месте и молча наблюдает за мужчиной. Тишина окутывает их обоих. Его тяжелое дыхание и стук ее сердца буквально оглушают.

– Так вы хотите знать, действительно ли существует моя магия или нет?

Эмиль поднимает голову и устало смотрит на женщину.

– Для чего?

Каталина непринужденно пожимает плечами, отводя взгляд в сторону.

– Я хочу честных переговоров. Мне нужно знать, что из себя представляет потенциальный союзник. Я должна была увидеть вас настоящего. И увидела. Теперь моя очередь показать, что из себя представляет императрица Аурии.

Король нервно смеется и откидывается на спинку кресла.

– У вас весьма нестандартные методы, Каталина.

– Зато действенные.

– Значит, – произносит Эмиль, растягивая слова, – вы не собираетесь уничтожать мое королевство?

Каталина улыбается и качает головой. Король оказывается совершенно сбит с толку. И даже не представляет, чего еще ожидать от своей собеседницы. Сегодняшний день показал, что Эмиль слишком самоуверен. Следует всегда оставаться настороже. Потому что Каталина здесь единственная, кто владеет положением. И этого ему не под силу изменить.

– Не сегодня. Я жду, когда вы предложите нечто стоящее моего внимания, – Эмиль открывает рот, но Каталина поднимает руку, заставляя его замолчать. – И я не собираюсь облегчать вам задачу. Со временем вы сами все поймете. Ну так что?

– Хорошо, я готов.

Каталина раскрывает ладонь. Делает глубокий вдох и призывает магию из самых глубин. Глаза женщины вспыхивают ярким и красивым голубым светом. А затем на ладони появляется небольшой шар белого света, который тут же превращается в множество снежинок разных размеров. Императрица довольно улыбается. Она так давно не использовала магию! Эмиль завороженно следит за действиями императрицы. Он так увлечен зрелищем, что не замечает, в какой момент поднимается со своего места и вплотную подходит к Каталине. Его рука осторожно обхватывает запястье женщины, чтобы поближе рассмотреть снежинки. Императрица вздрагивает. Сердце стучит так сильно, что, кажется, Эмиль вот-вот заметит. Неужели, оно еще живо? Король Ламандии внимательно рассматривает магию, сотворенную женщиной, потерявшись в омуте восторга и любопытства.

– Вы даже не удивлены? – спрашивает Каталина.

– Мне кажется, – негромко произносит Эмиль, – что ваша магия встречалась и раньше. Такое знакомое ощущение холода, кожу покалывает от энергии. И она вовсе не пугает меня.

Императрица шевелит пальцами и отстраняется. Снежинки с ее ладони исчезают. Эмиль разочарованно выдыхает и оглядывает комнату. Какого черта? Его восторг только усиливается. Воздух заполняют сотни тех же снежинок, мягко опускаясь на пол с самого потолка. Король смеется, словно ребенок, и ловит снежинки ладонью. На ощупь как настоящие! Каталина внимательно следит за каждым жестом Эмиля. Мысли в голове оживают, атакуя ее со всех сторон. С каждой секундой она лишь больше убеждается в том, что Эмиль Кавана вовсе не заурядный правитель. Он не стоит в одном ряду с теми, кого она видела прежде. В чем же его секрет? Как он завоевал такую преданность своего народа? И почему так зацепил ее саму?

– Моя семья владеет магией льда уже несколько столетий. – Каталина опускает руку и садится в кресло. – Сила передается по женской линии. От матери к дочери. Но способ передачи не из приятных, предыдущий носитель должен умереть, чтобы магия перешла к преемнику. Раньше маги долго не жили. Вечные войны, поддержание порядка в мире, все это укорачивало жизнь аристократок. Сейчас же нет необходимости в охране королевств от внешних угроз, и я почти не использую магию.

– Почему же?

– Люди ее боятся. Меня плотным коконом окружают слухи и страшные легенды, Эмиль, – женщина невесело усмехается. – Одного имени достаточно, чтобы навести панику.

Эмиль понимающе кивает и подходит ближе к Каталине, опираясь на деревянный стол и взирая на нее сверху вниз.

– Но я не боюсь. И эти слухи не заставят меня отступить.

Императрица невольно улыбается.

– Если вы найдете, что мне предложить, то мы поладим.

* * *

Императрица Аурии задумчиво разглядывает собственное отражение в большом зеркале над туалетным столиком в выделенной ей спальне. И видит в нем лишь уставшую женщину с синяками под глазами от недосыпания. Но сегодня она замечает и новую деталь. Глаза горят радостью, руки подрагивают от остаточной магии. Как приятно вновь использовать силу! Лайя за ее спиной осторожно расчесывает длинные волосы госпожи и заплетает их в простую косу. Тепло разливается по венам, заставляя напряженные мышцы расслабиться. Глаза закрываются сами собой. День оказался насыщенным событиями и бесконечно длинным. Пора и отдохнуть.

– Значит, все прошло хорошо, Ваше Величество?

Мягкий голос Лайи заставляет сон отойти на второй план. Каталина протирает глаза и смотрит на служанку в отражении зеркала.

– Не совсем. Но начала положено, и, если все пойдет по плану, совсем скоро мы сможем вернуться домой.

Каталина встает на ноги, и Лайя ловко расшнуровывает платье на ее спине. Пальцы девушки делают это быстро и почти незаметно. Каталина задумчиво смотрит в окно, которое служанка предусмотрительно не завесила. Высоко в небе восседает почти полная Луна. Холодная и неприступная, как и она сама. Белый свет проникает сквозь окно в комнату. Какой-то внезапный порыв заставляет Каталину вновь заговорить.

– Сегодня я показала Эмилю свою магию.

Руки девушки на краткое мгновение замирают, а затем так же быстро заканчивают со шнуровкой. Бордовое платье императрицы мягко падает к ее ногам. Легкое льняное белье приятно облегает тело, но все же заставляет поежиться от холода. Лайя продолжает шуршать за спиной Каталины, но все же спрашивает:

– Значит, вы решили заключить мир с Ламандией? Ведь обычно никто не уходит живым, если увидит свет в ваших глазах.

Каталина делает глубокий вдох и помогает служанке надеть на себя ночную рубашку. Руки Лайи так дрожат, что проще было бы одеться самой. Девушка относит платье в другую комнату и возвращается со свечами и подносом с горячим травяным чаем, без которого обычно Каталина не представляет свой сон.

– Сегодня это не нужно, Лайя. Я так сильно устала, что прямо сейчас и засну.

Девушка кивает и послушно уносит поднос прочь. А затем вновь возвращается и завешивает окно плотными шторами, что скрывают из виду Луну и белый свет. Каталина лениво наблюдает за ее действиями и произносит:

– Отчего-то мне вовсе не хочется уничтожать это королевство. Эмиль хороший правитель, и он заслужил любовь большинства своих подданных. Мне просто хочется беседовать с ним часами напролет. Особенно, когда он злится. Но они предлагают мне самые банальные вещи! Армию, золото, земли… А, к чему оно мне?

– Тогда чего вы ждете от них?

Лайя присаживается на край кровати. Каталина плотнее закутывается в одеяло и с наслаждение выдыхает. Как же мягко и тепло! Она весь день ждала этого момента!

– Знаешь, я подумываю о замужестве. – Служанка удивленно распахивает глаза, а Каталина продолжает. – Чтобы упрочить свое положение в мире, конечно же. На женщин всегда смотрят с недоверием. Ведь мы такие мягкие и эмоциональные, что не можем принимать верные решения в критический момент и бла-бла-бла. Но если у меня будет муж, который разделит мои взгляды…

– И вы выбираете на эту роль Эмиля Кавана? – недоверчиво спрашивает Лайя. – Вы же толком не знаете друг друга!

Каталина вытаскивает руку из-под одеяла и обхватывает теплую ладонь служанки.

– Милая Лайя, посмотри на его внешность. Какими красивыми должны быть дети! Потом он достаточно умен, уравновешен и упрям. У меня такое чувство, что я знаю его тысячу лет! К тому же я не говорю тебе уверенно о своем решении. Но думаю, что мыслить в этом направлении стоит. Кто знает, что выйдет из нашего союза?

– И то верно. – Служанка улыбается своей госпоже и поднимается с кровати. – Приятных снов, Ваше Величество.

Лайя бесшумно скрывается за большими дверями. Каталина остается одна в полной темноте наедине со своими мыслями. Но даже они отступают, стоит женщине удобней устроить голову на мягкой подушке.

* * *

– Все прошло не так уж плохо, а? Могло быть и хуже.

Эмиль чокается бокалом с полупустой бутылкой вина и улыбается собственным мыслям. Откидывается на спинку кресла и делает большой глоток. Огонь в камине негромко потрескивает дровами, но этот звук заполняет комнату целиком, поглощая тишину. В гостиной так тепло, что королю вовсе не хочется возвращаться в холодную постель. Он готов просидеть здесь всю ночь, не сомкнув глаз. Лишь бы не сталкиваться с мыслями о своих чувствах и странных совпадениях.

Как же так вышло, что он позволил себе прийти в ярость в присутствии Каталины? В какой момент он настолько перестал ее бояться, что так легко рискует перемирием? И почему место страха занимают те эмоции, которых не должно быть? Столько вопросов и ни одного ответа. Все началось еще с ее приезда. Каталина с каждым днем кажется ему все более знакомой. Словно в прошлой жизни они были достаточно близки, чтобы узнать друг друга и в этой.

Все, что происходит здесь и сейчас, когда-то уже случалось.

И чем же все закончилось в прошлый раз? Было бы неплохо подготовиться.

Дверь в покои короля с негромким хлопком закрывается. Не нужно быть провидцем, чтобы понять, кто так рискует собственной головой, решая потревожить правителя в столь поздний час. Эмиль тяжело вздыхает и делает еще один большой глоток вина.

– Я не звал тебя, Рикки.

Девушка бесшумно проходит в комнату и садится на свое привычное место рядом с королем. Темные волосы распущены по плечам, взгляд смиренно опущен вниз, губы едва приоткрыты. Сама невинность. Но Эмиль не из тех, кого можно провести. Король Ламандии лучше, чем кто-либо знает, что означает подобный спектакль. Его служанка умеет играть с чувствами людей не хуже самой императрицы Аурии.

– Я хочу побыть один.

Девушка вскидывает голову и пристально вглядывается в короля. От смиренности не остается и следа. Перед ним теперь хищница, оскорбленная пренебрежением до глубины души. Женщина, что вцепится в него всеми своими зубками, лишь бы не потерять статус.

– Почему? Все дело в императрице, да? – негромко спрашивает Рикки.

– Она здесь ни при чем.

– Тогда почему? Ты стал прогонять меня, когда узнал о ее приезде в Ламандию!

Девушка резко вскакивает на ноги и сжимает ладони в кулаки, силясь сдержать эмоции внутри. Глаза буквально мечут молнии. Но Эмиль тяжело вздыхает и устало потирает виски. Почему с этими женщинами столько проблем? Неужели, так сложно понять, что он просто устал от нее? Что она больше не привлекает его, как женщина.

– Разве для этого нужна веская причина, Рикки? Разве не понятно, что ты мне больше не нравишься?

– Неправда! Этого не может быть! Я же была так нужна тебе все это время! Я единственная, кто понимает тебя в этом чертовом дворце!

– Не забывай, с кем разговариваешь, женщина. Я никогда ничего тебе не обещал. И никогда не давал ложных надежд. Я король Ламандии, и не стал бы связывать с тобой свою жизнь, даже если бы безумно любил.

Конечно, тут Эмиль откровенно блефовал. Подобные мысли уже приходили в его голову. И он собирался свернуть горы, чтобы девушка, стоящая перед ним, надела кольцо на безымянный палец правой руки. Но, к счастью, не успел сделать опрометчивых шагов. Вся страсть и пылкие чувства в один момент просто испарились. Значит, никакой любви никогда и не было?

– Но ты не можешь меня бросить!

Эмиль раздраженно ставит бокал на стол и сжимает подлокотники кресла, заставляя себя оставаться на месте и сохранять спокойствие. Ведь именно бури эмоций Рикки и добивается. Она знает, что так с ним легче справиться.

– И почему же, интересно мне узнать?!

Рикки вздрагивает и в одно мгновение обмякает, опускаясь обратно на кушетку. К глазам подкатывают слезы, а губы мелко дрожат. Она выглядит так, словно он только что ударил ее, а не просто поставил на место словами.

– Потому что я беременна, – рука девушки осторожно опускается на плоский живот.

Эти слова проникают в самую душу. Словно ему на голову падает тяжелый камень. Сердце болезненно сжимается, и где-то внутри расцветает паника, подобно экзотическому цветку. Эмиль нервно смеется и не может остановить это. Беременна? От него? Что за вздор! Он король Ламандии! У него должен быть наследник королевских кровей, а не от уличной дворняжки, которая даже ему не нравится! Рикки сжимается, словно ожидая нового удара. Неужели, она думает, что сумеет удержать его таким способом? Где доказательства, что девушка говорит правду? Действительно ли он отец несуществующего ребенка?

Остановись. Какие доказательства? Один ее затравленный вид говорит сам за себя. Эмиль подается вперед и обхватывает голову руками, сжимая виски. Когда он свернул не туда? Мужчина ведь так стремился стать образцовым правителем! А теперь что? Поползут слухи. Никто не станет винить Рикки, ведь против воли короля не пойдешь. А что скажут о нем самом? Кто теперь захочет сотрудничать с королевством, прогнившем изнутри?

– Эмиль…

– Уйди, – хрипло произносит мужчина, а затем срывается на крик. – Пошла вон!

Воцаряется тишина. Несколько долгих мгновений ничего не происходит. Эмилю кажется, что она все еще нависает над ним, протягивая свои крючковатые пальцы к его шее. Тянется к сердцу, чтобы вырвать его с корнем. Но потом слышит, как поворачивается дверная ручка. Мужчина облегченно вздыхает и расслабляется. Бокал с вином летит в ближайшую стену и разбивается на множество осколков. Алая жидкость медленно стекает вниз. Точно так же его сердце обливается кровью. Эмиль дышит тяжело и громко. В груди клокочет ярость, к которой примешивается отчаяние. Он наивно полагал, что нападение Аурии положит конец его жизни. Какая глупость! Внебрачный ребенок расправится с ним намного лучше любой женщины!

Эмиль снова смеется, не в силах сдержаться. Какой же крутой поворот уготовила ему судьба. Мужчина берет со стола бутылку и жадным глотками осушает ее до дна. Знакомое и такое желанное тепло разливается по венам. Голова начинает кружиться. Король Ламандии делает глубокий и медленно вдох, откидываясь в кресле.

Действительно ли это конец?

* * *

«Яркое летнее солнце с интересом заглядывает во дворец сквозь распахнутые настежь окна. Солнечные зайчики прыгают по стенам. Каталина смеется и бежит за ними, силясь поймать хоть одного. Останавливается у окна и прикрывает глаза от наслаждения, прислушиваясь к окружающим звукам. Пустыня, вот ее дом. Родное гнездо. Дом ее матери.

Каталина легкой походкой идет по светлому коридору. Откуда-то снизу до нее доносится лязг металла и громкие выкрики командира дворцовых стражников. Где-то там должны быть и ее старшие братья. Совсем скоро они пройдут посвящение и станут одними из тех сильных мужчин, которые защищают их с матерью. Девочка улыбается собственным мыслям, испытывая гордость за братьев. Но в душе все равно надеется, что они заработают себе пару лишних синяков. Из конюшен под окнами пахнет лошадьми и сеном. Мимо проходит служанка с большим букетом цветов, оставляя за собой приятный аромат.

Каталина вновь останавливается и с любопытством разглядывает свои детские гладкие ручки. Брови девочки сходятся на переносице, внутри растет какое-то смутное беспокойство. Ноги несут юную принцессу к окну, в котором она старательно всматривается в собственное отражение. Маленькое точеное лицо, черные волосы, собранные в косы. Все точно так же, как и всегда. Но что же тогда заставило ее задуматься? Что за странное чувство живет в ее груди?

Внезапно девочка вздрагивает и бежит со всех ног вперед. Да, леди не пристало бегать по коридорам, но ведь мама совсем ее заждалась! Нельзя заставлять ждать саму королеву! Ведь этот день они обе ждали с большим нетерпением. Сегодня Каталина вновь посетит свой город. Переодетые в невзрачные одежды, скрывающие истинную личность, королева и наследная принцесса будут ходить по рядам прилавков, за которыми торгуют самые обычные жители столицы. Будут вдыхать ароматы специй, свежей рыбы, горячей выпечки. Слушать разговоры горожан и молча переглядываться. Мама купит ей любимую яблочную пастилу и поведет к морю, туда, где отдыхают корабли перед отправкой на далекие берега.

Каталина вбегает в комнаты матери, сама распахивая большие двери. И тут же останавливается, отмечая необычайную тишину. Ни одной служанки или придворной дамы, что так любят осаждать королеву по утрам. Девочка прислушивается. Это что же, мама ушла без нее? Из-за двери спальни до принцессы доносится громкий всхлип. Девочка облегченно выдыхает и входит в спальню, где царит полумрак. Шторы плотно завешаны, скрывая летнее солнце из виду. Королева сидит у туалетного столика. Такая красивая и грациозная. Каталина всматривается в ее лицо, но видит лишь плотную белую дымку. Словно кто-то стер самое дорогое лицо из памяти девочки. Длинные белые волосы беспорядочно рассыпаны по плечам, поверх ночной рубашки накинут только легкий халат. Почему мама девочки выглядит совсем как она сама? Каталина снова хмурится и берет в руки одну из своих кос. Да нет же, волосы у нее черные. Тогда откуда в голове подобные мысли?

Каталина осторожно подходит ближе и кладет ладонь на плечо женщины. Та снова всхлипывает и поднимает лицо вверх. Девочка не видит, но точно знает, что на щеках мамы слезы. Маленькая принцесса чувствует, что королева грустно улыбается, а затем крепко прижимает дочь к себе. Ее руки теплые и такие знакомые. В душе Каталины поднимается буря противоречивых эмоций.

– О, моя маленькая Лина, – горячо шепчет мама. – Когда-нибудь бремя силы коснется и тебя. Я очень хочу, чтобы это случилось не скоро. Хочу, чтобы ты прожила счастливую и беззаботную жизнь. Но мы не в силах выбирать свою судьбу.

Сердце девочки начинает биться быстро-быстро. Но что такое? Почему мама говорит ей такие вещи? И почему сама Каталина будто бы знает, о чем идет речь?

– Что случилось, мамочка?

– Ничего, дорогая. Пока ничего. – Теплая рука женщины нежно гладит волосы дочери, пока та тщетно силится рассмотреть лицо матери. – Мне так жаль, что ты не родилась в другой семье. Что я не могу дать тебе то, что ты заслуживаешь.

Каталина пытается вырваться, обуреваемая смутной тревогой и множеством иных чувств. Но руки женщины держат крепко. Она берет лицо дочери в свои ладони и будто всматривается в нее так пристально, что по коже принцессы пробегают мурашки.

– Запомни навсегда, дитя мое. Силу, что течет по нашим венам нельзя забрать вопреки нашей воле. И отдать ее сами мы не можем. Наш род обречен служить Созидательнице до конца жизни, даже если не хотим этого. От богини не сбежать, она найдет тебя в любой точке этого мира. Но если ты бросила вызов судьбе, то будь готова идти до самого конца.»

Каталина медленно открывает глаза. Перед взором предстает приятный цвет балдахина, накинутого на резные деревянные колонны. В комнате царит полнейшая тишина. Никого, кроме нее самой. Императрица делает глубокий вдох, пытаясь успокоить сердце. В какой момент ей начали сниться такие реалистичные и яркие сны? Даже не так. Это не просто сны. Воспоминания. Женщина ни на секунду не сомневалась, что увиденное ночью было ее собственной жизнью. Но почему сама она ничего не помнит? Почему за двадцать семь лет жизни она ни разу не вспомнила о семье? Ведь помимо тети, двоюродного брата, его дочери и дяди у нее должны быть родственники ближе. Где они все? И как выглядят те самые братья, о которых во сне она думала с такой теплотой?

Каталина изо всех сил пытается вспомнить хоть что-то, но стоит подобраться слишком близко к темной завесе, как сознание отталкивает ее обратно и отвечает головной болью. Что за туман царит в голове? Будто кто-то специально забрал все воспоминания о прошлой, счастливой жизни. Каталина раздраженно рычит и бьет кулаком по матрасу. Вот же черт! Легко создавать внешний образ холодной и жестокой правительницы, которую все боятся. Но когда дело доходит до глубин собственной души, все усложняется.

Негромкий стук в дверь прерывает самобичевание императрицы. На пороге появляется Лайя со стаканом воды.

– Доброе утро, Ваше Величество. Не спится?

– Как видишь, – со вздохом отвечает Каталина, поднимаясь с постели.

Служанка мягко скользит по полу, оставляя стакан на прикроватной тумбочке. А затем начинает хлопотать по комнате. Каталина пьет воду маленькими глотками, задумчиво глядя в окно. Перед мысленным взором раз за разом прокручивается сон. Где находится тот замок, в котором она росла? Это точно не Аурия, иначе императрица бы знала. Она построила свою империю с нуля. Она знает в ней каждый уголок. И значит, пропустить подобное мимо глаз она не могла. Каталина встает с постели, оставляя Лайю прибрать в комнате. Женщина даже не замечает, как механически умывается и чистит зубы. Как мягкое полотенце касается ее лица. Так же незаметно она возвращается в комнату и садится за туалетный столик. Лайя тут же принимается распутывать косу.

– Вы сегодня задумчивы, госпожа.

– И правда, – отвечает Каталина, отрешенно глядя в зеркало. – Ночью мне приснился сон… В нем была моя мать.

– Вы никогда не рассказывали о своей семье.

– Потому что я ее не помню. Не помню ни единой детали из детства. Особенно маму. – Каталина осторожно прикасается пальцами к щекам, проводит ими вниз до подбородка. – Интересно, насколько сильно я на нее похожа?

Лайя поджимает губы и отводит взгляд в сторону, чтобы не выказать жалости к своей госпоже. Девушка всегда находится рядом с императрицей, и единственная знает подробности ее жизни, выслушивает и поддерживает в нужные моменты. Но стоит лишь появиться намеку на жалость, Каталина приходит в ярость. И потому Лайя научилась вовремя замолкать и предоставлять госпоже возможность подумать.

– Думаю, она бы точно вами гордилась. Вы построили целую империю. Как хотите заплести волосы сегодня?

– Оставь их распущенными. Пойдет ли мне белый цвет, как думаешь, Лайя? Или лучше сделать свадебное платье красным? А может, черным, в честь траура по моей одинокой жизни?

Лайя не сдерживается и фыркает. Каталина улыбается в ответ. Вот и все, напряжения в воздухе, как и не было. Императрице ужасно не нравится, когда Лайя грустит, ведь тогда и она сама уходит в мрачные размышления о своей жизни. А если такое случается, то лучше держаться подальше от правительницы Аурии. Ведь чья-то голова может слететь с плеч.

– Какой цвет предпочтете этим днем, Ваше Величество?

Каталина на мгновение задумывается.

– Темно-зеленый, пожалуй.

Лайя быстро и ловко помогает императрице одеться, щебеча о каких-то незначительных вещах и рассказывая дворцовые сплетни. Женщина улыбается, чувствуя, как ночное видение отпускает ее и уходит прочь. Прошлое должно оставаться в прошлом. У нее есть дела куда важней. Каталина бросает на себя взгляд в зеркало. Властная, красивая женщина с бледным лицом и волосами белыми, словно снег. Темное платье плавно обтягивает фигуру, резко контрастируя с цветом кожи. Будь она мужчиной, точно бы влюбилась с первого взгляда. Каталина усмехается собственным мыслям. Так ли нужна эта красота, если тебя воспринимают, как фарфоровую куклу? Может, она была бы счастливей, если бы не магия в крови?

– Ну что ж, пора.

Лайя желает госпоже удачи. Каталина делает глубокий вдох и выходит из комнат. Ее вновь сопровождают стражники. За прошедшее время они стали ее личными тенями, что безмолвно следуют впереди или позади императрицы. Их присутствие больше не заботит мысли женщины. Напротив, позволяет расслабиться и подумать о более важных вещах.

Обеденный зал оказывается совсем пуст. Каталина неуверенно обходит стол по кругу. Почему Эмиля все еще нет? Может, случилось нечто важное? Или после вчерашнего совета он не желает больше иметь с ней дел? Не успевает императрица обдумать этот вариант, как неприметная дверь в углу открывается, и комнату заполняют слуги с подносами еды. Их руки мелькают так быстро, что Каталина даже не пытается уследить за ними. Сколько нужно тренировок, чтобы научиться так бесшумно прислуживать королю за столом?

Лишь чудом Каталина успевает схватить за руку молодого парня, который от неожиданности едва не роняет серебряный поднос на пол. Юноша вздрагивает и тут же опускает взгляд в пол. И на мгновение императрицу охватывает жалость к нему. Насколько сильно нужно запугать ребенка, чтобы он боялся посмотреть в глаза? Или его пугает она сама?

– Где король? Может, ты знаешь, передавал он что-нибудь для меня?

– Простите, Ваше Величество, я всего лишь слуга… – юноша оглядывается и негромко добавляет. – Но краем уха слышал, что король сегодня не появится. Он передал метрдотелю, чтобы вам предоставили все необходимое.

Юноша кланяется и быстро исчезает за дверью. Каталина судорожно выдыхает и садится на свое уже привычное место. Этим утром перед ней стоит горячая овсяная каша с кусочками фруктов, от которой все еще исходит пар, поджаренный хрустящий хлеб с ароматными травами и апельсиновый сок. Снова. Женщина с энтузиазмом берет в руки ложку и отправляет кашу в рот. Интересно, почему ее так волнует, что случилось с королем? Почему именно этот вопрос занимает все мысли, а в душе растет волнение?

Каталина раздраженно выдыхает, откладывает ложку и переводит взгляд на окно, за которым солнце настойчиво пытается пробиться внутрь, пока еще есть время. Раз уж сегодня она предоставлена сама себе, то можно никуда не спешить, так? Женщина делает маленький глоток сока, ощущая, как прохлада разливается по телу после горячей каши. Ламандия не такое уж и плохое королевство. Ей бы понравилось здесь жить. Пусть слуги и боятся ее, но они просто не знают, какой правительницей может быть Каталина Алистер. Она найдет к ним подход. И сделает все, чтобы стать достойной королевой. Женщина усмехается и качает головой. Рассуждает так, словно это уже решенный вопрос. Как будто Эмиль Кавана уже сделал ей предложение.

Но ведь мечтать не вредно.

Перед глазами императрицы вновь предстают обрывки ночного видения. Никто из оставшихся родственников не рассказывал ей о семье. О маме, папе и братьях. Где все они теперь? Живы или давно уже нет? И что случилось, если она осталась одна в этом жестоком мире? Все эти вопросы вызывают в душе лишь смутную тревогу. Стоит наведаться в родовое гнездо, чтобы расспросить тетю Шарлотту обо всем. Возможно, она уже достаточно взрослая, чтобы знать правду.

– Какого черта в этом замке все такие нерасторопные?! Король голоден и хочет вина!

Каталина замирает и во все глаза смотрит на Эмиля, застывшего в дверях от неожиданности. Она буквально кожей ощущает его ярость и отчаяние. Словно сама испытывает те же эмоции. Но стоит королю войти в столовую и встретиться взглядом с императрицей, как все это в мгновение испаряется. Эмиль вдруг ощущает, как на него опускается ледяное спокойствие и усталость. И он уже может не бояться, что разнесет добрую половину дворца в приступе ярости.

– Каталина? – хрипло произносит мужчина.

– Доброе утро, Ваше Величество, – женщина изо всех сил пытается сохранить бесстрастное лицо, но один вид короля приводит ее в замешательство. – Мне сказали, что вы очень заняты и не придете.

– А я думал, что вы уже ушли.

Эмиль стремительно проходит внутрь и садится на стул во главе стола. Он тяжело дышит и сжимает ладони в кулаки. Жилка на шее бьется так сильно, что трудно не заметить. Все это не ускользает от внимания Каталины, пусть с виду она и кажется равнодушной.

– Значит, вы хотите побыть один? – спрашивает женщина, поднося стакан с соком ко рту.

Тут же перед мужчиной на столе появляется еда и желанный им бокал красного вина. В компании с внушительных размеров графином. Каталина вопросительно выгибает бровь. Лицо женщины красноречивей всех слов дает понять, о чем она думает в этот момент. Эмиль раздраженно выдыхает и залпом осушает бокал, с громким стуком возвращая его на место.

– Не хочу. Почему-то в вашей компании моя ярость не грозит опуститься на плечи советников. Удивительно.

Каталина в ответ лишь много значительно усмехается и продолжает есть уже остывшую кашу. Она молчит, ожидая, пока плотина из слов прорвется сама. И ее ожидание оправдается. Почему-то императрица уверена, что ей он расскажет обо всем. Что так тревожит короля Ламандии с самого утра. Что может вывести этого сдержанного мужчину из равновесия.

– Я просто ужасно спал этой ночью. Меня мучает дикое желание напиться прямо сейчас.

В подтверждение своих слов Эмиль наполняет бокал и делает большой глоток. Каталина наблюдает за каждым его движением, не в силах и дальше держать любопытство внутри. Ведь он изведет ее этими туманными намеками на нечто важное! Как же ей хочется узнать, что его так разозлило!

– Не в моих правилах интересоваться чьей-то жизнью, но… – Каталина наигранно вздыхает, словно подобное ей в тягость. – Что-то случилось?

Эмиль откидывается на спинку стула и трет глаза руками.

– Случилось. Самое ужасное, что может произойти с правителем любого королевства, борющегося за жизнь. Самое страшное, что могло произойти со мной.

– Вряд ли это ужасней меня, – смеется императрица.

– О нет, с вами можно попробовать договориться, а это уже никак не исправишь.

Императрица нетерпеливо крутит в руках ложку и исподлобья наблюдает за Эмилем. Таким нервным ей еще не приходилось его видеть. Казалось, в любой момент он может потерять контроль над собственными эмоциями и тогда даже ее лед не сможет противостоять пламени внутри него. Король резко встает на ноги и принимается ходить из угла в угол, нервно сжимая ладони в кулаки. Словно зверь, загнанный в ловушку и не видящий из нее выхода.

– В последнее время все катится куда-то не туда. Сначала вы угрожаете моему королевству расправой, а теперь… – Мужчина на мгновение останавливается и тяжело вздыхает. – У меня есть любовница, личная служанка. Ее отец лидер движения сопротивления. Его люди считают, что я не прямой потомок предыдущих правителей Ламандии и всячески пытаются меня дискредитировать. Связь с этой девушкой обеспечивала хоть какую-то безопасность и заполняла пустоту в моей душе. Раньше. А теперь я ее ненавижу. Меня раздражает каждый ее вздох, взгляд в мою сторону. Я мог бы просто отослать ее прочь без объяснений, ведь король может все. Но… вчера она сообщила о своей беременности.

Каталина замирает, глядя прямо в глаза королю Ламандии. Он что, сейчас шутит? Как он мог допустить, чтобы какая-то безродная девчонка забеременела от него, правителя целого королевства? И если это правда, то что теперь делать ей самой? Как дальше строить мир с этим человеком? Эмиль уверенно встречает взгляд женщины, даже не сомневаясь, о чем все ее мысли. Хриплый смех короля заполняет обеденный зал.

– Вас это волнует? Вы же сами замужем, должны понимать, как происходит подобное.

– С чего вы взяли, что я замужем?

– Кольцо на вашем пальчике говорит само за себя.

Каталина невольно смотрит на собственные руки. Ах да, то самое кольцо, которое она носит на безымянном пальце правой руки. Где его носят замужние женщины. Простой золотой обруч, не привлекающий внимания с гравировкой на внутренней стороне. Откуда оно взялось, она бы и сама не сказала. Каталина носит его столько, сколько себя помнит. А это уже лет десять, не меньше. Разве подобное должно значить, что у нее кто-то есть? Вообще-то да, но…

– Это ничего не значит. – Резко отвечает императрица, пряча руки под стол. – Я ношу кольцо именно на этом пальце, чтобы не привлекать внимание нежелательных людей. В любом случае мы говорим не обо мне, а о вас, Эмиль. Почему вас так пугает этот ребенок? Должны быть причины, почему вы переживаете настолько сильно, что не можете себя контролировать.

Какое-то время Эмиль просто молчит. Задумчиво смотрит в глаза императрице, которая еще несколько дней назад была настроена враждебно, а сейчас спокойно выслушивает его поток мыслей. Может, он сошел с ума? Это просто горячечный бред? Все может быть, но ведь эта самая женщина вчера открыла ему существование своей магии. Доверила то, о чем знает далеко не каждый.

– Потому что он внебрачный. – Эмиль судорожно выдыхает и складывает руки на груди. – И вы должны прекрасно понимать, что это значит для правителя. Я не для того десять лет старался завоевать доверие своего народа, чтобы в один миг все испортить. Я искренне хотел закончить с ней по-хорошему. Рикки долгое время была для меня единственным другом. И вот что я получил! Нож в спину! Она знает, что мне нужна жена с хорошей родословной, а не дворняжка! Да и когда я успел зачать ей ребенка?! Это нужно было быть в бреду, чтобы не запомнить подобное. Я не звал ее в свою постель уже несколько месяцев, а ее живот все еще не выпирает.

– Подождите, – обрывает стенания Эмиля императрица. – Так вы не уверены, что этот ребенок ваш?

– Я ни в чем уже не уверен. Но сильно сомневаюсь, что он вообще существует. Только как это проверить? Она сама ни за что не скажет правду, а лекарь не проведет осмотр без ее согласия.

Каталина задумчиво потирает подбородок. Конечно, в ее голове уже возник план, как все это провернуть. Почему-то переживания Эмиля задевают ее за душу. Сердце бьется сильней с каждым его словом, а внутри все съеживается от одной мысли, что она могла опоздать. Снежная королева могла бы просто встать и уйти, наплевав на чувства чужого ей человека. Но Каталина Алистер никогда так не поступит. Ламандия нужна ей для обеспечения безопасности империи, а сам король может стать отличным спутником жизни, который поддержит все начинания своей супруги. Значит, она должна помочь ему раскрыть обман любовницы? Звучит странно, но похоже, что так.

– Что ж, – Каталина усмехается собственным мыслям и отставляет пустую тарелку в сторону. – Я могла бы просто встать и уйти, ведь меня не интересуют чужие проблемы. Но… если мы хотим заключить мирный договор, то должны идти на уступки, верно?

Эмиль удивленно смотрит на свою собеседницу. Что это она такое говорит? Неужели, Каталина Алистер только что согласилась помочь с решением его проблемы? Он что, спит?

– Я вам помогу. Прямо сейчас.

– Сейчас?

– Мы застанем вашу любовницу врасплох. Ей будет сложней отрицать правду без подготовки. И тогда я пойму, действительно ли вам есть, о чем волноваться.

Эмиль согласно кивает и отходит от окна, у которого все это время стоял. Каталина складывает столовые приборы на тарелку и следует за королем. Они в молчании идут по коридорам в другое крыло, где живет сам правитель Ламандии и его дорогая гостья. Каталина с интересом вглядывается в пейзаж за окном. Отсюда ей открывается вид на тренировочную площадку, где проходит занятие молодых стражников. Их обнаженные тела блестят от пота даже в такой холод. Руки императрицы невольно сжимаются в кулаки. Как же ей хочется вновь ощутить вес клинка в своей руке, а не разбираться с чужими проблемами!

Эмиль ведет свою спутницу вниз, ловко лавируя между многочисленными слугами, которые не ожидали прихода правителя в свои чертоги. Он движется уверенно и плавно, мысленно пребывая далеко-далеко. Каталина обращает взгляд на его широкую спину. Эмиль Кавана кажется действительно хорошим правителем. Она ни разу не заметила, чтобы он пренебрегал своими обязанностями или плохо обращался со слугами. Пусть и получил своем место так же, как и все правители – по наследству. Значит ли это, что она сделала правильный выбор?

Вскоре они останавливаются перед одной из множества дверей в этом коридоре. Эмиль сжимает ладони в кулаки и делает глубокий вдох. Каталина тут же понимает, что они пришли. Здесь живет его бывшая любовница. Женщина распрямляет плечи и мысленно пробуждает силу внутри себя. Привычный холод растекается по венам, запирая эмоции под замок. Глаза вспыхивают голубым светом.

– Я войду сама. Ждите здесь.

Каталина резко открывает дверь и входит внутрь. Ни единого шанса, чтобы передумать и уйти. Комната служанки оказывается слишком маленькой и темной. Единственное окно плотно закрыто шторами. Тишину нарушает женский вскрик, приковывающий к себе внимание императрицы. Каталина натыкается на испуганный взгляд девушки со смуглой кожей и темными, как сама ночь, волосами. И Рикки не нужно знать, как выглядит императрица Аурии, чтобы понять, что это именно она. Служанка тяжело сглатывает и присаживается в кривом реверансе, по привычке утыкая взгляд в пол.

– Как тебя зовут? – требовательно спрашивает Каталина.

Женщина медленно проходит внутрь и останавливается на расстоянии ладони от служанки. Разум тут же начинает сравнивать эту простушку с самой собой. Что он в ней нашел? Красивое личико, не скрывающее под ложной скромностью истинный характер. В том, как девушка стоит перед императрицей явно читается упрямство и чувство собственного превосходства.

– Рикки, Ваше Величество.

– Догадываешься, зачем я здесь?

– Нет, Ваше Величество.

Каталина поддевает указательным пальцем подбородок служанки, заставляя ее смотреть себе в глаза, которые ярко горят голубым светом в полной темноте.

– Расскажи мне про своего будущего ребенка, Рикки.

Девушка вздрагивает, не в силах отвести глаз, скованная магией императрицы. Каталина чувствует панику служанки и удовлетворенно улыбается. Вот что ей и требовалось. Стоит лишь запугать девчонку, и ей уже не удастся солгать.

– Не понимаю, о чем вы…

– Не лги мне, – женщина сжимает подбородок Рикки пальцами, заставляя ту поморщиться. – Я знаю, что ты сказала королю. Мне не стоило никаких усилий понять, что ты просто пытаешься удержать его любым способом. Потому что вместе с Эмилем ты потеряешь и свое место, и статус среди слуг. Женская гордость не дает тебе достойно уйти, да?

– Нет, не так.

– Ты же не любишь его.

Рикки громко всхлипывает. К глазам подступают непрошенные слезы. Она едва сдерживается, чтобы не упасть на пол и не разреветься в голос. Но Каталина не ослабляет хватку. Ее не трогают чужие слезы. Тем более той, кто обманывает ее будущего союзника.

– Зачем он вам? – едва слышно шепчет служанка. – Почему вы так интересуетесь Эмилем? Хотите уничтожить Ламандию? Так вперед. Но только не трогайте короля!

Каталина удивленно выгибает бровь. На краткое мгновение слова Рикки пробивают брешь в ее броне. Чувства грозят вырваться наружу, а голову заполняют сомнения. И правда, почему она вообще решила, что вправе лезть в чужую жизнь? Почему ее так расстраивает связь короля с этой девушкой? И зачем ей заботиться о ком-то, кроме себя? Каталина качает головой, отгоняя мысли прочь. Нет, она должна довести все до конца. Должна помочь.

Императрица поднимает свободную ладонь вверх, чтобы служанка видела, как в ней вспыхивает белый шар света. А затем медленно подносит ее к животу девушки.

– Сейчас мы узнаем, правду ли ты говоришь.

Рикки вздрагивает всем телом и пытается вырваться из крепко хватки Каталины, но магия прочно удерживает девушку на месте. И именно это выдает ее с головой. Императрице даже не нужно продолжать, все и так ясно. Но она все равно доводит начатое до конца. Женщина вплотную прижимает ладонь к животу Рикки. И ждет. Тепло ребенка внутри девушки должно оттолкнуть ее холод. Проходит несколько секунд, но Каталина не получает никакого отпора. Не чувствует ничего. Совершенно.

Императрица отходит назад, позволяя служанке обессиленно упасть на пол. Рикки снова всхлипывает и закрывает лицо руками. Ее плечи трясутся в такт слезам.

– Что и требовалось доказать, – безжалостно произносит Каталина. – Все твои слова ложь, Рикки. В тебе нет жизни. И никакого ребенка тоже нет.

Служанка не сдерживается и открыто плачет в голос. Ее рыдания сотрясают напряженную тишину в комнате. Все тело содрогается. Каталина вздыхает и отпускает магию, позволяя ей вновь скрыться в глубинах души. Холод исчезает, выпуская эмоции на свободу. Женщина хватает ртом воздух и неспешно шагает к выходу.

– Ненавижу! – кричит ей вслед Рикки. – Вы разрушили мою жизнь! А я могла бы стать королевой Ламандии и утереть нос всем, кто мне не верил! Без вас я была бы счастлива!

Каталина резко разворачивается в порыве чувств и пристально всматривается в лицо служанки. Рикки вздрагивает и на мгновение жалеет, что вообще раскрыла рот. Жесткий взгляд императрицы буквально прожигает девушку насквозь. Внутри разгорается пламя ярости, которое ей с большим трудом удается сдержать. Не она должна разбираться с ней. Это сделает Эмиль.

– А ты хоть раз задумывалась о счастье кого-то еще? Что насчет самого Эмиля? Думала ли ты, какую боль причиняешь ему своими выходками? Ты искренне веришь, что после этого он возьмет тебя замуж? Разве король не достоин лучшей жены, чем ты?

– А разве вы подходите на эту роль? – парирует Рикки.

– Следи за языком, девочка. И лучше не становись на пути Снежной королевы. Кто знает, может в один прекрасный день я стану твоей королевой.

Каталина выходит из комнаты. Король стоит возле двери в нерешительности и смятении. Он даже не пытается скрыть свои эмоции.

– Теперь ваш черед, Эмиль.

Императрица проходит мимо мужчины, не сомневаясь, что он слышал каждое слово из их разговора и сделал правильные выводы. Позади Каталины с негромким звуком закрывается дверь, и она позволяет себе облегченно выдохнуть. Эта беседа выжала из нее все силы. Она чувствует себя безумно уставшей. Женщина забирается с ногами на широкий подоконник и отворачивается к большому окну. Делает несколько глубоких вдохов, силясь успокоить собственные чувства. Почему буквально все в этом проклятом королевстве выводит ее из равновесия?

Каталина облокачивается на стену и задумчиво смотрит в окно. На далекий и большой город, полный счастливых и ничего не подозревающих людей. Лабиринты похожих друг на друга домов плавно превращаются в большие особняки знатных семей. Все здесь гармонично и естественно. Вид кажется таким знакомым, что пробуждает в ее душе волнение. Где-то на задворках сознания мечутся воспоминания, которые она никак не может ухватит. Смогла бы она одним щелчком пальцев уничтожить Ламандию и присоединить эти земли к Аурии? Могла бы, но не станет.

Чья-то теплая рука накрывает ее холодную ладонь. Каталина вздрагивает и отдергивает руку, во все глаза смотря на внезапно появившегося Эмиля. Его каштановые волосы растрепаны, взгляд блуждает по ее лицу, словно силясь что-то в нем отыскать. Он так рассеян, что Каталина не осмеливается даже сказать слова против.

– Простите, я просто…

Эмиль вздыхает и садится на другой конец подоконника. Каталина наблюдает за каждым его движением, размышляя над тем, как же закончился непростой разговор со служанкой.

– У вас довольно удобные подоконники, я заметила. Нужно взять себе на заметку. Хочу такой же в собственной спальне, чтобы по вечерам пить горячий чай с видом на столицу.

– Вы это серьезно? – удивляется Эмиль.

Каталина усмехается. Что ж, хотя бы она смогла отвлечь его от собственных мрачных мыслей.

– Как все прошло?

– Скверно, – отвечает мужчина, расстегивая верхние пуговицы рубашки. – Ненавижу женские слезы, просто не представляю, что с ними делать. А Рикки оказалась не из тех, кто принимает свое поражение. Но вы ее сильно напугали. А с остальным я справлюсь сам.

– Я знаю, как действовать в таких случаях. Так что в следующий раз у вас будет тот, к кому можно обратиться.

– Спасибо, – серьезным тоном произносит Эмиль, заставив Каталину обратить на него внимание. – Не знаю, зачем вы это делаете, но спасибо.

Каталина просто кивает и переводит взгляд в окно. Обычная жизнь без магии кажется такой привлекательной. Изо дня в день тебя тревожит лишь наличие золотых монет и как бы продать больше рыбы на рынке. Женщину так и тянет пройтись по этим улочкам среди простых крестьян и почувствовать себя одной из них. Только вот что-то внутри все время гасит такие человеческие порывы, заставляя оставаться на месте. Разве так должно быть? Почему Каталину вообще интересует бедная жизнь? Ведь у нее есть все, чего душа пожелает. Золото, магия, огромный роскошный дворец, власть. Нет, какая-то далекая часть все равно тянется к этому миру. Хочет ощутить его воочию.

– Так красиво.

– То есть теперь вам нравится?

Каталина замечается загадочную улыбку на губах Эмиля. А затем встречается взглядом с его зелеными пронзительными глазами, которые кажутся ей до боли знакомыми. Почему у них обоих возникает такое странное чувство, будто они знают друг друга бесконечно долго? Словно раньше их тесно связывала одна нить судьбы. Эти отношения кажутся такими странными. В один миг Каталина открыто угрожает Эмилю расправой, а в другой уже доверяет свои тайны.

– Вам обязательно портить момент?

Эмиль разводит руки в стороны.

– Простите, но это вы угрожаете моему королевству, а потом наслаждаетесь видами, открывающимися из этого окна. Я вас совсем не понимаю.

Каталина негромко смеется и чувствует, как расслабляется тело. Все напряжение в один миг испаряется, стоит ей сосредоточить внимание на короле. Остаются лишь легкость и спокойствие.

– Если хотите откровенно, то я не собираюсь уничтожать ваше королевство. Пока. Я терпеливо жду действительно стоящих предложений с вашей стороны. Думаю, вы можете стать ценным союзником для Аурии.

Эмиль облегченно выдыхает и усмехается.

– Даже не представляете, насколько я рад это слышать.

* * *

– Ваше Величество, лорд Алистер просит аудиенции.

Эмиль Кавана негромко стонет и возносит глаза к потолку. Когда этот длинный день закончится? Может ли правитель целого королевства отдохнуть хотя бы одну минутку?

– Попросите лорда подождать в тронном зале, я скоро подойду.

– Как прикажете, сир.

Дверь за слугой беззвучно закрывается, и Эмиль вновь остается наедине с собой. Он устало трет лицо и поднимается с кресла. В ванной комнате умывает лицо холодной водой, силясь принять пристойный вид. Как же он устал! Столько событий за один день, а теперь еще и лорд пожаловал. Мужчина вытирает лицо полотенцем, застегивает пуговицы на белоснежной рубашке и причесывает растрепанные волосы. Делает глубокий вдох и решительно выходит в коридор.

Лорд Викторий Алистер владеет многими территориями вокруг дворца Эмиля. И он же один из самых значимых землевладельцев Ламандии. Викторий контролирует поставку и продажу леса и ценных ресурсов в другие королевства. Как мужчина в возрасте с полностью седыми волосами лорд может противопоставить королю не только свое богатство, но и рабочих, которые не рискнут пойти против. Портить отношения с этим человеком было бы самой глупой ошибкой за всю жизнь Эмиля. Если против него восстанет еще и лорд Алистер, это будет катастрофа для всей Ламандии.

Лорд терпеливо ожидает своего правителя в тронном зале. Бордовый плащ мужчины колышется в такт его шагам. Он медленно проходит от одной картины, развешанной по стенам зала, к другой. Его взгляд блуждает по произведениям искусства, но не видит их. Эмиль останавливается за спиной лорда и негромко откашливается.

– Лорд Алистер, всегда рад видеть вас в своем доме, но какими судьбами на этот раз?

Седовласый мужчина грациозно разворачивается на каблуках и расплывается в улыбке. Эмиль мельком отмечает, что в прошлый раз он был гладко выбрит, а сейчас перед ним стоит словно другой человек. Викторий стремительно преодолевает разделявшее их расстояние и крепко обнимает короля. Эмиль мысленно стонет, но подыгрывает мужчине. Стоит пользоваться его хорошим настроением, пока оно еще есть.

– Ваше Величество, вы совсем не изменились с нашей последней встречи! – восклицает мужчина, разводя руки в стороны.

– Так прошло всего два месяца, Викторий.

Эмиль вежливо улыбается, даже не пытаясь уловить курс мыслей лорда. Этот мужчина всегда производил впечатление хорошего хозяина и доброго соседа. Но кто знает, так ли это на самом деле. Все может оказаться совсем иначе, и Эмилю вовсе не хотелось проверять это. Советники настойчиво рекомендуют не испытывать терпение лорда и потакать его прихотям. До них слухи о реальных положениях дел доходят быстрей, чем до короля. Так почему бы ему не прислушаться к ним, верно?

– Точно-точно, память моя уже не та, Ваше Величество, – почтительно кланяется лорд. – Я отправился к вам, как только услышал о прекрасной гостье из Аурии.

Эмилю не нужно было пояснять, о ком идет речь. Все понятно без лишних слов. Король невольно усмехается. Слухи расходятся настолько быстро? Сколько же внимания привлекла к себе Каталина по пути в столицу?

– И кто же поведал вам об этом?

– Одна любезная птичка принесла новости на своем очаровательном хвостике. Она очень хотела, чтобы я помог вам добиться успеха в этом нелегком деле. Это правда, что Снежная королева согласилась на перемирие?

Эмиль невольно морщится от упоминания прозвища Каталины.

– Да, но я должен найти что-то, что могу ей предложить. Иначе никакого мира.

– Позволит ли мне Ваше Величество присутствовать на следующем совете?

Король хмурится и внимательно всматривается в бесстрастное лицо Виктория. Что задумал этот хитрый лис?

– У вас есть личный интерес к ситуации?

– Нет, что вы. Возможно, вам нужна свежая голова, которая сможет предложить что-то новое.

– Что ж, – Эмиль тяжело вздыхает, – отказать вам я не могу. Тогда встретимся завтра на этом же месте.

* * *

В этот раз Каталина приходит даже раньше назначенного времени. Она привычно садится в кресло напротив места короля и принимает расслабленную позу. Словно прождала мужчин здесь целую вечность. Взгляд лениво скользит по стенам и потолку, по советникам, по одному наполняющим комнату. Со стороны она выглядит благосклонной и готовой на уступки. Но никто из них до сих пор не знает, в чем заключается план императрицы. Последним в зал входит Эмиль. Он облегченно выдыхает, надеясь, что в этот раз совет пройдет без происшествий.

Но его надеждам не суждено сбыться. Взгляд Каталины натыкается на мужчину за спиной короля. Голубые глаза женщины опасно сужаются, а сердце заходится в бешеном ритме. Ладони невольно сжимаются в кулаки, и женщина уже не чувствует себя так же расслабленно, как и минуту назад.

Лорд Алистер садится по левую руку от короля и вольготно откидывается в кресле. На губах играет легкая улыбка, глаза не упускают ни единой детали. Он заинтересованно окидывает взглядом Каталину и усмехается каким-то своим мыслям. Сама императрица едва сдерживается, чтобы не выбежать из зала. Она ежится и обхватывает подлокотники кресла руками.

– Что ж, – Миростас откашливается и встает со своего места, – думаю, мы готовы начать.

Никто не произносит и слова. Воздух в комнате становится на несколько градусов холодней. Советники переглядываются и незаметно отходят подальше от троих аристократов. Кажется, Каталина так глубоко погружена в свои мысли, что даже не замечает, что происходит вокруг. Ее взгляд прочно прикован к лорду Алистеру, и все мысли крутятся вокруг него.

– В прошлый раз мы предложили Ее Величеству все, что могли: золото, оружие и обмундирование из лучшей стали, людей, и даже собственные земли.

– И что, она ни на что из этого не согласилась? – насмешливо интересуется лорд Алистер.

Эмиль молча наблюдает за происходящим, словно не до конца понимая, что происходит. Он не решается мешать лорду в его беседе с Миростасом. Возможно, тот действительно поможет быстрей решить этот вопрос.

– Нет, милорд.

Викторий громко выдыхает и подается вперед, облокачиваясь локтями на стол. Его изучающий взгляд упирается в императрицу. Каталина не отводит глаза, но держится из последних сил. Этот человек пробуждает в ней давно забытые эмоции: страх, отчаяние, злость на саму себя за слабость. Чувство опасности, желание бежать без оглядки. От него буквально веет неприятностями для самой императрицы.

– Тогда чего же вы хотите от нас, Каталина?

Женщина упорно молчит. Ее лицо совершенно непроницаемо. По телу Эмиля проходит дрожь, он удивленно выдыхает в воздух облачко пара. Кажется, еще немного и в комнате пойдет снег. Что происходит? Почему она сегодня не в настроении? Эмиль вглядывается в лицо Каталины, силясь отыскать подсказку. Неужели, ей тоже не нравится лорд Алистер? Встречались ли они раньше, чтобы успеть возненавидеть друг друга?

– Вы не хотите отвечать на мой вопрос? – продолжает допытываться Викторий. – Тогда как мы должны понять, что вам нужно от Ламандии?

Каталина слегка поворачивает голову в сторону. Ее взгляд упирается прямо в Эмиля. Король тяжело сглатывает, ощущая нечто неладное. Чего именно она от него хочет?

– Этому человеку обязательно присутствовать на совете, Ваше Величество? – голос Каталины режет по ушам холодом.

Эмиль успевает заметить, как на мгновение вспыхивают глаза императрицы. Его взгляд мечется между ней и лордом. Да что здесь вообще происходит? Какие у нее причины так враждебно относиться к лорду Алистеру, которого она даже не знает? Женская интуиция или что-то большее?

Эмиль открывает рот, но не успевает вставить и слова, как в разговор вновь вступает Викторий.

– А может, вам нужен выход к морю?

Каталина вздрагивает и снова переводит внимание на мужчину.

– Или достойный муж, которого вы увидели в нашем короле? Вам нужен защитник. Тот, кто разделит ваши идеалы и покажет силу общим заморским врагам.

Эмиль удивленно выгибает бровь, с интересом глядя на Виктория. В таком ключе он даже и не думал. Действительно, зачем еще приехала Каталина, если отказалась от всего, что они могли ей предложить? Зачем вообще нужно женщине, имевшей в своих руках такие обширные земли, договариваться о мире с маленьким королевством?

– Я не стану обсуждать эти вопросы с вами, – напряженно произносит Каталина.

– Тогда с кем же? Зачем вы водите за нос короля и его советников? Понятное дело, что женщины представляют из себя одну сплошную загадку. Но вы, Каталина, правительница и должны знать, что время дорого.

Императрица выдыхает и резко встает на ноги. Она взирает на лорда сверху вниз таким взглядом, словно готова придушить его собственными руками. Глаза отчетливо вспыхивают ярким голубым пламенем, а пальцы приходят в движение. Эмиль реагирует удивительно быстро и подскакивает к женщине, перехватывая ее запястья. Глаза императрицы удивленно расширяются, а свет исчезает. Она беспомощно открывает рот, не в силах произнести и слова. Но теперь в игру вступает сам король.

– Даме нужен воздух, господа.

Он уверенно ведет императрицу к выходу. Мягко выталкивает из зала и плотно закрывает за собой дверь. Чтобы никто не рискнул подслушать разговор двух правителей. Каталина устало отходит к противоположной стене и облокачивается на нее в поисках поддержки. Все напряжение уходит так же быстро, как и появилось. Теперь она не грозит никого убить.

– Спасибо, – шепчет Каталина.

– Услуга за услугу, – пожимает плечами Эмиль. – Вам легче?

Императрица кивает и быстро трет щеки руками. Мужчина молча наблюдает за ее действиями, а потом решается продолжить:

– Что произошло? Почему вы так отреагировали на появление лорда Алистера?

– Если вы не против, я бы хотела пойти к себе.

Эмиль делает шаг вперед и останавливается. Что он делает? Какой-то внезапный порыв на мгновение заставил его потянуться к Каталине. Поддержать, прижать к себе и защитить от всего мира. Ведь она всего лишь женщина, которая тоже может быть слабой. Но она справится и без него. Кто Эмиль такой, чтобы так бесцеремонно пересекать границы?

– Хорошо, на сегодня мы закончим. И будьте осторожней, Каталина.

Эмиль исчезает в зале, оставив после себя аромат сожалений. Каталина еще какое-то время смотрит на дверь, закрывшуюся за королем. Но все же решает уйти, чтобы вновь не встретиться с лордом у всех на глазах. Сейчас ей хочется лишь одного: спрятаться в собственных покоях и провести весь день в компании Лайи. Совсем как раньше, в Аурии. Просто спрятаться, чтобы все проблемы решились сами собой. Каталина неспешно идет по пустым коридорам, ощущая, как слабость все больше овладевает телом. Она останавливается и лбом прислоняется к холодной стене. Что такое? Почему она чувствует себя такой раздавленной? Ведь он даже не прикасался к ней.

– Глупая девчонка, какого черта ты здесь забыла?

Каталина вздрагивает всем телом и разворачивается, облокачиваясь о стену. Ей не нужно даже видеть этого человека, чтобы узнать его. Голос своего злейшего врага и главного кошмара всей жизни она узнает из тысячи.

– Дядя Викторий, – выдыхает женщина.

На краткое мгновение она снова видит себя маленькой семнадцатилетней девочкой. Каталина сидит в своей комнате и трясется от страха, что он придет. Вот-вот откроется дверь, и он снова окинет ее плотоядным взглядом. Дядя не станет кричать, принуждать. Ему это и не нужно, ведь он намного сильнее ее… Нет, теперь она может за себя постоять! У нее есть сила, целая армия, есть… Насмешливый взгляд мужчины снова наводит на Каталину панический страх. Она опускает глаза в пол и тяжело сглатывает.

– Я жду объяснений, Каталина Алистер.

– Я не должна перед вами отчитываться, дядя. Я императрица.

Его негромкий смех заставляет Каталину сжаться еще сильней.

–Ты, кажется, забыла, кто здесь хозяин.

Палец лорда ловко подцепляет свободные пряди ее волос и лениво накручивает их. Императрица едва подавляет новый приступ отвращения и заставляет себя не двигаться. Может, если она не будет подавать признаков жизни, он уйдет?

– Так чего ты на самом деле хочешь от Ламандии? Уничтожить я тебе ее не дам, это все еще весьма ценный источник доходов. Захотелось выйти замуж, Лина? Этого я тебе, увы, тоже не дам. Ты нужна мне самому. – Лорд нарочито грустно вздыхает. – А я так давно не навещал свою любимую племянницу, что она и забыла, как себя вести.

Мужчина наклоняется вперед, оказываясь так близко, что Каталина ощущает его горячее дыхание на своей коже. Ногти с силой впиваются в ладони, заставляя женщину держаться из последних сил. большим пальцем лорд Алистер подцепляет подбородок племянницы и встречается с ней взглядом. А затем глаза его опускаются ниже, на полные девичьи губы. Императрица передергивается, замечая знакомые искорки во взгляде лорда.

– Жди, моя дорогая, я скоро приду.

Его губы слишком близко. Каталина задерживает дыхание и с замиранием сердца считает каждую секунду. Ей приходится вытерпеть этот отвратительный поцелуй в щеку и оставаться на месте до тех пор, пока дядя не исчезает за поворотом, самодовольно улыбнувшись ей напоследок.

Только после этого Каталина вновь начинает дышать. Она не помнит, как добирается до собственных комнат. Мир перед глазами скрывает пелена слез. Лайя привычно встречает госпожу на пороге. Девушка встревоженно всматривается в лицо императрицы и едва успевает поддержать ее, когда Каталина обессиленно падает на пол. Женщины опускаются на теплый ковер, и Каталина заходится в истерике. Рыдания сдавливают горло. Женщина хватает ртом воздух и не может надышаться. Руки дрожат и судорожно цепляются за Лайю, ее верную служанку и единственную подругу. Девушка ласково поглаживает волосы госпожи, силясь помочь хоть чем-то. Лайя даже не представляет, что такого могло случиться, но сердце болезненно сжимается от тревоги.

И в этот момент Каталину вовсе не волнует, услышат ли ее стенания кто-то из слуг или придворных. Сейчас значение имеет лишь буря эмоций внутри. Она так долго держалась, чтобы не сдаться. Но теперь чувства взяли ее под свой контроль, и они не собираются прятаться. Страх, какого она не испытывала много лет, сковал сердце императрицы. Отчаяние и злость на саму себя заполняют все ее мысли. Что она может сделать? Как ей справиться с дядей, который одним своим видом наводит на нее ужас? Все подростковые страхи накрывают ее с головой. Ненависть к Викторию с новой силой обрушивается на голову Каталины. Если бы только она могла преодолеть себя и заморозить этого ублюдка! Если бы Каталина знала, что он осел в Ламандии, то никогда даже не ступила бы в эти земли

– Кэт, что случилось? – шепчет Лайя, переходя на личное обращение.

Каталина всхлипывает и лишь крепче сжимает в объятиях свою подругу. Словно до дрожи боится ее потерять. Но так и есть. Лайя ее личный якорь в этой жизни. Та, кто всегда рядом и не даст упасть во тьму. Императрица пытается сосредоточиться на ровном сердцебиении девушки, но не может.

– Вик…торий, – выдавливает из себя женщина.

Лайя невольно вздрагивает и в ответ сжимает Каталину руками. Конечно, она знает эту историю во всех подробностях. Девушка буквально вместе со своей госпожой прожила все эти ужасы. И больше имя дяди Каталины не приносило ей ничего, кроме страха за подругу и жгучей ненависти. Она никогда его не видела, но с удовольствием убила бы собственными руками, если бы могла. Никогда в жизни Лайя не слышала, чтобы кому-то из правителей приходилось пережить подобное. Потому что никто из них не был женщиной и не подвергался насилию. И никто так не боялся своего дядю, как Каталина.

– Тише-тише, все будет хорошо. У тебя есть Эмиль, может, он согласится помочь?

Каталина так сильно качает головой, что Лайе приходится обхватить ее лицо своими руками.

– Послушай, пора поступиться своими принципами и довериться мужчине. Хотя бы раз в жизни. Ты должна попросить о помощи короля. Ведь ты сама не справишься, и Викторий не отступит. Нужно бороться за свою свободу, Каталина.

Женщина громко всхлипывает и судорожно выдыхает. Медленно стирает слезы со щек.

– Ты знаешь, насколько сильно я люблю тебя, Лайя?

– Знаю, – улыбается девушка. – Потому что я люблю тебя не меньше. Так что прислушайся к моим словам. Это лучший выход из ситуации.

Каталина кивает и снова заливается слезами. Лайя нежно притягивает женщину к себе и заводит детскую колыбельную. Песню, которая всегда успокаивала императрицу в трудные моменты. Ведь у Лайи такой красивый голос. Служанка улыбается, чувствуя, как женщина постепенно успокаивается. Кому как не ей понимать, что даже правителям важно чувствовать себя любимыми?

* * *

Шаги Каталины эхом пролетают по коридору. Она идет медленно и тяжело. От привычной плавности движений не остается и следа. Мысли императрицы необычайно мрачны и беспросветны. Руки едва заметно дрожат, сердце бьется слишком быстро, отзываясь неприятной болью в груди. Дыхание рваное и громкое, словно она вот-вот сорвется в истерику. Лайя умело скрыла темные круги под глазами Каталины и сделала все возможное, чтобы та выглядела так же прекрасно, как и всегда. Но если с придворными подобный фокус может пройти, то с королем Ламандии нет.

Стражники без лишних слов распахивают перед императрицей двери в тронный зал. Каталина расправляет плечи и с гордо поднятой головой проходит внутрь, тут же оказавшись под прицелом множества любопытных глаз. Конечно, как может король остаться наедине? И в этот раз ей стоило больших усилий держать лицо бесстрастным. Эмоции внутри все еще бушевали даже после вчерашнего выплеска. С непривычным волнением женщина осматривает зал в поисках знакомых зеленых глаз. И с облегчением выдыхает, когда находит.

Каталина встречается взглядом с Эмилем. Но даже с такого расстояния король не может не заметить, что с ней что-то не так. Он едва заметно сжимает подлокотники своего трона в волнении. Хватает одного взгляда, чтобы передать все то, что нельзя произнести вслух. Король медленно поднимается на ноги и оглядывает зал.

– Оставьте нас одних.

Придворные удивленно переглядываются и начинают шептаться, но послушно исполняют приказ правителя. Один за другим мужчины и женщины выходят в коридор. Каталина отчетливо ощущает на себе каждый любопытный, презрительный и сочувствующий взор. Слышит шепот сплетниц и их негромкий смех. Из последних сил императрица заставляет себя не обращать на них внимания. Она неспешно идет навстречу королю, который быстро спускается по каменным ступеням вниз. В этот момент ее сердце сильней обычного желает сбежать от нее прямо ему в руки. И она едва не срывается на бег, чтобы как можно скорей оказаться рядом с Эмилем.

– Как вы себя чувствуете, Каталина? – спрашивает мужчина, оказавшись достаточно близко к своей гостье, чтобы никто не смог подслушать их за дверями зала.

Конечно же, от него не ускользнул ее более бледный цвет кожи. Блуждающий взгляд и задумчивое выражение лица. Губы плотно сжаты, а руки постоянно сжимаются в кулаки.

– Уже лучше, спасибо, – отвечает Каталина. – Почему лорд Алистер находится здесь, Ваше Величество?

– Он сам решил приехать, я его не приглашал.

– Нет, почему он находится здесь, в Ламандии?

Эмиль на мгновение задумывается.

– Не знаю, что и ответить. Сколько себя помню, Викторий владеет большими землями в этом королевстве. А что вас в нем так заинтересовало?

– Он владеет здесь землями? – переспрашивает Каталина и судорожно выдыхает. – Насколько большими?

– Боюсь, что очень. Он почти полностью окружает столицу. Если я вдруг решусь разорвать отношения с этим человеком, то город окажется в осаде. И далеко не факт, что выстоит.

Каталина нервно смеется и запускает руку в волосы, перекидывая передние пряди с одной стороны на другую. Значит, он поджидал ее здесь? Занял крайне выгодную позицию. Опять! Когда же Викторий оставит ее в покое?

– В чем дело, Каталина?

Эмиль осторожно берет ее за руку и заставляет женщину замереть. От встревоженного взгляда короля Каталина невольно вздрагивает. Может, Лайя права, и ей стоит ему довериться? Вообще-то только ему Каталина и хочет довериться. Он сможет ей помочь.

– Я знаю лорда Алистера намного лучше, чем вы можете себе представить. Он… мой дядя.

Эмиль удивленно выгибает бровь. Его рука крепче сжимает ладонь Каталины. Она буквально может видеть, как лихорадочно мечутся мысли в голове короля. Множество вопросов, на которые она не готова ответить.

– Точно, вы ведь тоже Алистер… Как я мог этого не заметить? Но в чем же тогда проблема? Вам наоборот, должно быть легче от присутствия родственника в чужом королевстве, разве нет?

– Нет, – женщина резко качает головой. Ее голос переходит на шепот, и Эмилю приходится сделать еще шаг вперед. Слишком близко для людей, которые должны ненавидеть друг друга. – Это ужасный человек. Вы даже не представляете, как на самом деле он ведет свои дела. Не знаете… что мне пришлось пережить из-за него.

Каталина судорожно хватает ртом воздух, и Эмиль, не задумываясь, притягивает ее к себе, нежно поглаживая по волосам. Никому из них даже в голову не приходит в тот момент, что они переступили все возможные рамки. Что такое поведение недопустимо в их ситуации. Но Каталина так была поглощена своими чувствами, а Эмиль стремился помочь ей, что все вокруг потеряло значение.

– Вы расскажете мне, чтобы я мог помочь? – в ответ шепчет Эмиль.

Каталина кивает и крепче сжимает пальцами его рубашку.

– Расскажу, но не сейчас. Я просто хочу, чтобы вы пообещали мне защиту. Чтобы он больше не участвовал в переговорах. И не появлялся на моем пути.

– Конечно, Кэт, я обещаю.

Каталина облегченно выдыхает и кладет голову ему на плечо. Так тепло и спокойно. Она даже не замечает, что Эмиль только что переступил еще одну черту и назвал ее коротким именем. Таким личным и до боли знакомым. Но из его уст оно звучит как-то правильно и к месту, будто так и должно быть. В душе Каталины медленно расцветает уверенность в завтрашнем дне. Эмиль Кавана сможет защитить ее.

* * *

– Обещания короля не могут исполниться в одно мгновение. На это потребуется время. – Произносит Каталина, в задумчивости наблюдая за действиями своей служанки. – Я чувствую, что он скоро придет. И мы должны быть к этому готовы, Лайя.

– Конечно, моя госпожа, я сделаю все, что потребуется.

Каталина кивает и прячет лицо в ладонях, силясь скрыть свое волнение от девушки. Почему это происходит именно с ней? Спустя столько лет она надеялась обрести свободу и счастье. Но даже здесь, в чужом королевстве, Викторий ее нашел. Как должна была согрешить в прошлой жизни Каталина, чтобы в этой проходить через подобное?

Громкий и настойчивый стук в дверь заставляет императрицу Аурии вздрогнуть. Все мысли разом исчезают, оставляя после себя лишь панику. Каталина встречается взглядом с Лайей, которая взволнованно сжимает ладони в кулаки. Неужели, прямо сейчас? Не думала Каталина, что это случится настолько скоро. Значит, дядя очень сильно соскучился по своей племяннице.

– Ты знаешь, что делать, подруга.

Лайя кивает и выходит в гостиную. Вдыхает прохладный воздух полной грудью и открывает дверь, лишь мельком успевая рассмотреть лорда, прежде чем привычно опустить взгляд в пол. Значит, предположения Каталины оправдались. Лорд Алистер не посчитал нужным соблюсти самые простые приличия и нагло вторгся в покои гостьи короля. Хотя о каких приличиях здесь можно говорить?

– Добрый вечер, милорд.

Девушка отчетливо ощущает на себе пристальный взгляд мужчины, и лишь усилием воли остается в том же положении.

– Императрица у себя?

– Да, милорд.

– Отлично.

Служанка отходит в сторону и пропускает незваного гостя внутрь. Хотя была бы ее воля, Лайя сделала бы все, чтобы не допустить его к Каталине. Как жаль, что она простая служанка! Каждый неспешный шаг лорда болезненно отзывается в сердце девушки. Кажется, она перестает дышать, когда мужчина останавливается возле двери в спальню и оборачивается.

– Проследи, чтобы нам никто не помешал.

Лорд Алистер исчезает в спальне императрицы, а Лайя судорожно выдыхает и бросается прочь из комнат. Бежит по пустым коридорам дворца так быстро, как только может. За помощью для своей лучшей и единственной подруги.

Каталина уже готова к встрече со своим дядей. Лицо выражает лишь равнодушие, плечи гордо расправлены, взгляд направлен на дверь, туда, где и появляется Викторий. Она лишь надеется, что Лайя успеет отыскать короля и привести сюда. Но и про свои собственные силы забывать не стоит. Когда лорд Алистер заходит в комнату, императрица вздрагивает, но внешне ничем себя не выдает. Теперь она готова.

– Не ждала, дорогая племянница? – усмехается Викторий, развязывая шелковый шейный платок.

Женщина тяжело сглатывает и следит за каждым движением лорда.

– Почему же, дядя, напротив, чувствовала, что вы придете именно сегодня и не заставите себя долго ждать.

В голосе Каталины проскальзывают нотки презрения, заставившие Виктория замереть на месте. Мужчина прищуривается и острым взглядом осматривает покои императрицы. Словно ищет кого-то, кого здесь быть не может.

– А ты осмелела, Лина. Думаешь, какая-то жалкая империя может спасти тебя от меня? – мужчина смеется и отбрасывает китель на пол. – И когда ты вообще успела обзавестись властью, милая? Да еще и назвать империю в честь матери. Аурия, ха!

Каталина сжимает ладони в кулаки. Ей стоит больших усилий не ударить этого человека в лицо. Да посильней. Значит, вот как звали ее мать? Аурия. Тогда становится понятно, почему это слово всегда вызывало в ней смешанные чувства. Где-то в глубине просыпается холод. Он настойчиво требует вонзить ледяной осколок Викторию в самое сердце. И безжалостно прокрутить, чтобы наверняка. Пусть женщина и не помнит собственной матери. Не помнит ее лица. Не помнит даже имени. Но она не позволит этому человеку, называющему себя ее родственником, упоминать самого дорогого человека в жизни Каталины.

– Чего сидишь, как изваяние? – спрашивает Викторий, расстегивая манжеты белоснежной рубашки. – Не знаешь, что делать? Или притворяешься, что все забыла?

Каталина делает медленный вздох и старается сохранить хрупкое спокойствие.

– Я не стану больше с вами спать, дядя. Вы мне отвратительны.

Громкий мужской смех на мгновение сбивает ее с толку. Но этого стоило ожидать. Она должна быть готовой к тому, что сопротивление покажется ему очень смешной шуткой. Ведь она всего лишь слабая женщина, годная только для постели. Так чего ему бояться? Викторий преодолевает разделявшее их расстояние и хватает императрицу за руку, сильно сжимая запястье. Каталина вдыхает носом воздух, но заставляет себя не морщиться.

– Что ты сказала? – шепчет лорд Алистер. – Хватит ли у тебя сил противостоять мне, девочка?

– Хватит.

Каталина поднимает свободную руку и призывает магию из глубин своей души. Но… не чувствует привычного отклика. Ни холода, сковывающего сердце, ни привычной ясности разума. Ничего. Какого черта происходит? Викторий смеется в ответ на ее замешательство и поваливает племянницу на кровать, нависая сверху всем своим телом.

– Я живу в этой проклятой семейке достаточно долго. Неужели, ты думаешь, что мне не известно, на что вы способны? Я не настолько глуп, чтобы не обзавестись защитой. Одно простенькое антимагическое кольцо, и ты в моей власти.

Каталина дергается, силясь вырваться из его хватки, но оказывается лишь сильней прижата к матрасу тяжелым телом дяди.

– Я тебя ненавижу, – шипит императрица. – Ненавижу всей душой. Будь моя воля, я бы…

Последние ее слова тонут в страстном дядином поцелуе. Каталина содрогается всем телом и громко всхлипывает, не в силах больше держаться. Нет, она не сможет этого вынести. Только не теперь. Слезы сплошным потоком стекают по щекам, а дядя жадно покрывает лицо Каталины влажными поцелуями, постепенно переходя все ниже. Привычный страх одерживает победу над разумом. Каталина не может даже пошевелиться, эмоции накрывают с головой, тело тяжелеет, словно под действием заклинания. Отчаяние застилает взор, не оставляя ничего, кроме ощущения горячих дядиных рук и собственных мыслей.

Лайя не смогла бы точно сказать, сколько прошло времени. Она бежит так быстро, что не различает ничего вокруг. Не замечает недовольных взглядов придворных, оказавшихся на ее пути. И удивляется, как чудом не сбивает людей с ног. Минуты бегут слишком быстро. Каждая секунда промедления может стоить ее госпоже и подруге жизни. И потому девушка не жалеет сил. перед мысленным взором лишь одна цель – королевские покои.

Настойчивый стук в дверь заставляет Эмиля Кавана поднять голову от письменного стола, на котором расположилась внушительная стопка бумаг. Мужчина тяжело вздыхает и откладывает перо в сторону. И какого же его удивление, когда в комнату буквально вваливается служанка Каталины!

– Ваше Величество… пожалуйста… – Лайя падает на колени, не в силах больше стоять. Ее грудь тяжело вздымается и опадает. Она хватает ртом воздух, и никак не может отдышаться.

Эмиль чувствует, как внутри нарастает волнение. Пару мгновений он непонимающе смотрит на девушку. В голове возникает множество самых ужасных слов, которые она может произнести. Что-то случилось с Каталиной? Иначе зачем ее личной служанке нестись к нему так быстро, что теперь она не может вымолвить и слова? Король садится рядом с Лайей на пол и осторожно берет ее за плечи, заставляя обратить на себя внимание.

– Милая девушка, собери все свои силы в кулак и скажи мне, что случилось? Твоей госпоже нужна помощь?

Лайя быстро кивает.

– Лорд Алистер, ее дядя… помогите Каталине… пожалуйста.

Эмиль встает на ноги и приносит девушке стакан воды, который та с большой благодарностью принимает.

– Сиди здесь и не беспокойся, твоя госпожа будет в безопасности.

Лайя облегченно вздыхает и позволяет себе расслабиться. Потому что знает, этот мужчина слов на ветер не бросает. Он сможет защитить Каталину. А Эмиль уже бежит по коридорам туда, откуда к нему пришла служанка. Сердце бьется так быстро, словно готово вырваться из груди и само броситься на помощь гостье. В голове невольно всплывает последний разговор с Каталиной в тронном зале. Теперь это не кажется простым капризом племянницы, повздорившей с дядей. Лорд Викторий оказался действительно опасен для императрицы Аурии. Но почему? Ведь они одна семья. С каждой секундой сердце короля все сильней сжимается от страха. Он так боится не успеть. Впервые в жизни опасения Эмиля оказались не беспочвенны. Лорд Алистер действительно хранит в своем шкафу страшные скелеты. И он должен был понять это еще при первой встрече Каталины и Виктория.

Эмиль добегает до знакомых дверей и с ноги распахивает их, не теряя времени на церемонии. В гостиной оказывается слишком тихо. Король проходит внутрь и останавливается, переводя дыхание. Где же они? Из-за закрытой двери спальни до мужчины доносятся негромкие голоса и какие-то шорохи. Что ж, пора показать, какую власть имеет король Ламандии в своем собственном дворце. Эмиль хрустит пальцами и делает глубокий вдох, а затем неожиданно для всех врывается в спальню Каталины.

Не узнать в госте императрицы лорда Алистера просто невозможно. Седовласый мужчина на мгновение замирает на постели, а затем выпрямляется и оглядывается на короля с вежливой улыбкой. Женщина под ним негромко всхлипывает и обхватывает себя руками, силясь остановить дрожь. В душе Эмиля стремительно разгорается пламя ярости. Король чувствует, как она разливается по венам, а мир перед глазами подергивается пеленой.

– Ваше Величество, – произносит Викторий, даже не пытаясь прикрыть свой живот, – простите за мой неприглядный вид, но мы с племянницей немного заняты.

Эмиль удивленно выгибает бровь. Каков наглец! Он даже не пытается оправдать свои действия! На мгновение в голове мелькает здравая мысль, что лорд Алистер является угрозой в какой-то степени даже большей, чем сама Каталина. Если сейчас он сделает шаг вперед, то все может закончиться плачевно для столицы. Но потом он встречается взглядом с женщиной, которая помогла ему разоблачить обман служанки. Просто слабой женщиной, которой нужна его защита. Эмиль открывает рот, едва не задохнувшись от нахлынувших чувств. Никогда еще он не видел Каталину такой беспомощной и сломленной. Такой беззащитной. Как он может бросить ее в такой момент? Оставить на растерзание чудовищу, которое называет себя ее дядей? Нет, он так не поступит. Не бросит прекрасную даму в беде.

– Нет, это вы простите, лорд Алистер, но я пришел испортить вам праздник.

Мужчина не успевает даже моргнуть, как король оказывает рядом и буквально выдергивает его за воротник рубашки с кровати. Лорд Алистер падает на пол, больно ударившись головой. Каталина судорожно хватает ртом воздух и плачет уже от облегчения. Викторий громко ругается и пытается встать, но Эмиль оказывается быстрей. Ярость накрывает короля Ламандии с головой, управляя его действиями. Весь мир теряет значение. Остается лишь Каталина, которую он должен защитить, и лорд Алистер, который никогда ему не нравился.

Король рычит, словно зверь, и набрасывается на лорда с кулаками. Его движения молниеносны и точны. Викторий едва успевает прикрыть лицо руками. Боль пронзает правую щеку, а затем растекается по всему телу. Эмиль безжалостно поражает соперника, наслаждаясь видом синяков и темной тягучей крови, стекающей по подбородку лорда. Каким-то чудом Викторию удается ударить короля кулаком в живот и отбросить в сторону. Мужчина с трудом поднимается на ноги, едва удерживая равновесие. Эмиль улыбается сквозь боль и выпрямляется. Ярость в крови не даст ему сдаться. Она двигает его вперед, не оставляя в нем и капли сострадания.

Король бросается вперед, но его противник уже готов. Двое мужчин сходятся в рукопашном бою. Каталина приподнимается в кровати и с замиранием сердце наблюдает за Эмилем. Она вздрагивает, когда король получает один удар за другим и облегченно выдыхает, когда он одерживает верх. Лорд оказывается сильным противником, но даже он не может противостоять молодости и рвению короля. И в итоге он вновь оказывается прижат к полу тяжелым телом Эмиля. Мужчина заносит руку для очередного удара, но тут в игру ступает сама Каталина:

– Эмиль, прошу, хватит!

Мужчина вздрагивает и оборачивается, не обращая внимания на поверженного противника. Умоляющий взгляд Каталины приводит его в чувства. Эмиль тяжело дышит и вытирает пот со лба, встряхивая головой, чтобы отогнать наваждение. Лорд под ним молчалив и недвижим.

– Каталина… Вы в порядке?

Женщина кивает, но не успевает и рта раскрыть, как в комнату врываются закованные в латы стражники, а за ними взволнованно маячит знакомое лицо Лайи. Каталина смеется от облегчения, радуясь, что она успела. Эмиль встает с пола и указывает на бессознательного лорда.

– Бросьте его в темницу. Заприте на самый прочный замок и усильте охрану. Я сам приду за ним.

Мужчины поднимают лорда за руки и ноги и выносят из комнат. Лайя провожает стражников и закрывает за ними дверь, но не возвращается в спальню, давая возможность правителям остаться наедине. Эмиль тяжело садится на кровать рядом с Каталиной. Его рука находит ее маленькую ладошку в складках одеяла и крепко сжимает. Императрица смотрит на их сцепленные руки, но не спешит отстраняться. Ей приятно тепло его тела. Почему-то в этот момент все кажется естественным и правильным, словно совсем недавно они не были врагами.

– Простите, что пришел так поздно.

Каталина едва заметно улыбается и ощущает, как напряжение постепенно покидает ее тело, а страх ослабляет хватку на сердце. Тело все еще сотрясает дрожь, но холод отступает. И все благодаря Эмилю. Скоро произошедшее будет казаться ей страшным сном. Сном, который оставит след на всю жизнь.

– После такого, думаю, можно перейти и на «ты».

Мужчина усмехается и поднимает взгляд к потолку. Пару мгновений они оба молчат, наслаждаясь приятной тишиной. Она такая спокойная и уютная, что никому не хочется нарушать столь хрупкий момент.

– Теперь ты расскажешь мне?

Каталина встречается взглядом с Эмилем и кивает. Да, теперь она может посвятить его в часть своей истории. Самую неприятную часть. Она должна это сделать хотя бы в знак благодарности. Даже если горло до сих пор сдавливает от воспоминаний.

– Викторий Алистер, моя дядя, как я и говорила, – Каталина судорожно выдыхает, собираясь с силами. – Когда я жила в родовом замке Алистер, он превратил мое существование в ад. Мне не посчастливилось привлечь его внимание к себе. Он пугал меня до дрожи в коленках. Я ненавидела его и хотела покончить с этой жизнью. У меня была сила, но страх перед дядей даже не позволял мне задуматься о защите. Да и что я могла бы сделать? У него всегда был при себе козырь в рукаве.

Каталина прерывается и невидящим взором смотрит в стену. Ее ладонь в руке Эмиля дрожит. Мужчина крепче стискивает пальцы императрицы.

– Он приходил ко мне едва ли не каждую ночь. Не знаю, какое удовольствие может получить мужчина, когда девушка под ним трясется и без конца плачет, но дяде это удавалось. Потому что он приходил снова и снова. Смеялся над моей слабостью, моей силой. Делал отвратительные комплименты, от которых меня выворачивало наизнанку. Это было самое ужасное время в моей жизни. – Каталина вновь хватает ртом воздух, словно никак не может надышаться. – Но в один день я сбежала. Просто вышла из дворца, вывела из конюшни свою любимую кобылу и поскакала так быстро, как только могла. Я строила свою империю и работала собственными силами. А магия стала для меня болезненным воспоминанием, потому что не смогла никак помочь. Все, что я имею сейчас, когда-то стоило больших усилий. Мне ничего не достается просто так.

По лицу женщины снова текут слезы. Каталина поджимает губы и прикрывает глаза, не в силах больше сказать и слова. Эмиль нежно прижимает императрицу к себе, позволяя ей намочить свою дорогую рубашку. История жизни Каталины интересовала его еще до их личного знакомства. Король Ламандии всегда задавался вопросом, что движет этой женщиной. Что заставляет ее захватывать одно королевство за другим, безжалостно лишая наследников крови их земель. Но он и не предполагал, что в этой истории будет столько мрачных пятен. Но теперь мужчина с уверенностью может сказать, что за каждым шагом Каталины стоит определенный период жизни. Каждое слово имеет свою цель. Она делает неверные шаги, потому что не знает, как поступить иначе. И просто предпочла закрыть свое сердце от всего мира. Сердце Эмиля болезненно сжимается от сочувствия. Почему эта несносная женщина заставляет его испытывать подобные эмоции? Разве она не должна быть его главным врагом?

Эмиль судорожно выдыхает, силясь совладать с собственными чувствами. Каталина беззвучно плачет на его плече, а рубашка с каждой секундой становится все мокрей. Но он продолжает молчать, предоставляя женщине немного времени для себя. Для того, чтобы выплеснуть все, что копилось долгие годы.

– Как ты хочешь поступить с ним?

Каталина поднимает голову и сквозь пелену слез смотрит на Эмиля.

– Казнь.

Мужчина невольно усмехается, представив голову лорда Алистера на деревянном помосте и улюлюкающую толпу.

– Выход интересный. Но действительно ли он стоит того, чтобы пачкать свои руки кровью?

– Наверное нет, – императрица отстраняется и поправляет растрепавшиеся волосы. – Я просто не хочу больше видеть его. Ни слышать, ни знать, что он жив.

– Тогда сошлем его на самый край земли. Не переживай, я позабочусь об этом.

* * *

Темницы под дворцом встречают Эмиля Кавана полумраком, сыростью и отвратительным запахом пота, страха и разложений. Где-то медленно капает вода, кто-то дышит тяжело и громко, раздражая соседей по несчастью. Факелы на стенах едва разгоняют тьму под ногами, отбрасывая оранжевый свет на серый камень. Эхо шагов короля разносится далеко вперед. Руки мужчины невольно сжимаются в кулаки, а тело напрягается, будто готовясь к атаке. Гиблое место, которое он предпочел бы никогда не посещать. Но сегодня особенный случай. И узник, к которому пришел король, в самом скором времени покинет это место.

Мужчина поворачивает за угол и обнаруживает двух безмолвных стражников, охраняющих именно ту камеру, которая ему нужна. Эмиль на мгновение останавливается и переводит дыхание. Главное, не дать эмоциям одержать верх. Не поддаться на провокации и не позволить лорду сказать что-то, что выведет из себя. Король кивает стражникам, и те отпирают тяжелый скрипучий замок, отодвигая прочную решетку в сторону. Правитель Ламандии заходит в камеру, в которой нет ни единого источника света. Возможно, оно и к лучшему.

Мужчина напрягает зрение и находит лорда Алистера в углу камеры на полу. Викторий хрипло смеется и заходится в болезненном кашле. Эмиль уверен, что после их встречи каждое движение должно быть для него мучительным. Король не позволил лекарю даже осмотреть лорда. Даже если бы он умер за эти несколько дней, никто бы не расстроился.

– Ваше Величество пришли отдать дань уважения главному землевладельцу своего королевства?

Эмиль презрительно фыркает и проходит к противоположной стене. Подальше от лорда, но так, чтобы смотреть на него сверху вниз. И как он мог все это время бояться столь жалкого и бесчестного мужчину? Викторий всего лишь человек. Без магии и целой армии за плечами. Как мог Эмиль полагать, что лорд страшней своей племянницы?

– Нет, пришел послать вас далеко и надолго. В ссылку.

На мгновение в камере становится слишком тихо. Кажется, что лорд перестал даже дышать от подобных новостей. Значит ли это, что он испугался? Или уже подумывает, как сбежать из темницы и скрыться в другом королевстве?

– Значит, теперь у вас хватит сил, чтобы сделать это? Раньше вы вели себя, как щенок. Заглядывали мне в рот и угождали, как только могли, лишь бы не злить.

      Эмиль дергается, но вовремя успевает взять себя в руки. Какое счастье, что в камере настолько темно, и он не видит, куда бить!

– Пришел конец вашей власти, лорд Алистер. Я пытался наладить отношения, чтобы обезопасить столицу от вас. Можно стерпеть все, но не когда в твоем собственном доме пытаются изнасиловать женщину. Женщину, на волю которой я поставил собственную жизнь. Которая не заслуживает подобного обращения. Да и кто бы мог подумать, что это будет ее же дядя!

– Просто признайте, что вы тоже думаете о ней не просто как о Снежной королеве, – голос Виктория буквально пропитан насмешкой. – Да каждый в этом проклятом дворце готов сделать то же самое, что и я!

Эмиль крепче сжимает кулаки и едва слышно выдыхает. Только спокойствие. Конструктивного диалога с этим человеком не получится. И не стоит ждать ответов на множество своих вопросов. Скорее король выйдет из себя и закончит начатое в комнате Каталины. Но именно этого и добивается лорд Алистер. Если Эмиль убьет мужчину в этой камере, пойдут ненужные слухи. Это испортит его репутацию хорошего правителя. А подобного допустить нельзя.

– Ее мать была не такой умной, – продолжает Викторий, не дождавшись ответа. – Она предпочла избежать меня свой смертью. На большее ума не хватило. А вот Лина оказалась изворотливей.

Эмиль глухо рычит и бросается на лорда. Ярость одерживает верх, управляя действиями короля. Пламя разгорается в груди Эмиля. Почему-то его сильно задевают все слова Алистера в сторону Каталины. И он просто не может остаться в стороне. Король рывком поднимает лорда на ноги и прижимает к стене.

– Еще одно слово, и я стану твоим палачом, Алистер.

Мужчина в ответ лишь довольно улыбается.

– Знал бы ты, щенок, какого это, жить в семье проклятых женщин. От этой магии никакого покоя. Разве желал я когда-либо лично встречаться с Созидательницей? Нет, но кто меня спрашивал! Нужно уметь развлекаться, чтобы не сойти с ума. А рядом такие хорошенькие девочки…

Кулак Эмиля встречается с челюстью лорда с громким треском. Викторий морщится и негромко стонет, а король брезгливо отпускает его, делая несколько шагов назад. Следующий удар приходится на холодный и грубый камень. Костяшки пальцев горят, но Эмиль этого не замечает. В нем горит ярость. И она ужасно хочет уничтожить лорда за всего его слова.

– Я предупреждал, Викторий, – шипит король. – И долго терпел все твои капризы, потому что не видел истинной сущности. Слухи не могут быть единственным доказательством. Но теперь у меня есть полное право выбросить тебя за борт. Отправить в самое ужасное место.

– Лучше уж сразу смерть, – выплевывает лорд, морщась при каждом звуке.

– Нет, это слишком просто. Твоя дорогая племянница очень хочет увидеть голову дяди на плахе. Она хочет твоих страданий. И я ей в этом не откажу.

– Зачем? Зачем ты защищаешь эту девчонку? Она ведь хочет уничтожить Ламандию! Ты понятия не имеешь, какие темные секреты скрывает моя дорогая племянница!

Эмиль нависает над распростертым на полу лордом. Его нога оказывается на его груди, не позволяя мужчине даже шевельнуться. Король наклоняется вниз, силясь рассмотреть ненавистное лицо в темноте.

– Я не позволю тебе даже смотреть в ее сторону, Алистер! Эта встреча станет последней. Я не стану больше терпеть твоих издевательств над Каталиной. С меня хватит столетия несправедливости!

На мгновение собственные слова пугают даже самого Эмиля. Викторий удивленно распахивает глаза, всматриваясь в лицо короля. Неужели, правитель узнал его? В душе лорда шевелится страх, медленно подбирающийся к сердцу. Эмиль встряхивает головой, словно отгоняя наваждение, а сказанное тут же исчезает из головы. Будто это произнес вовсе не он.

– Ты отправишься в Ортон, королевство изгнанников. Сестры монахини присмотрят за тобой и твоим поведением. Они позаботятся, чтобы время не было потрачено в пустую.

– Нет, нет, нет. Ты не посмеешь!

Эмиль выпрямляется и медленно идет к выходу, оставляя лорда наедине со своим страхом. Даже такого человека, как Викторий Алистер, можно напугать. И королю это удалось.

– Каталина погубит и тебя, Эмиль! Ты пожалеешь, что позволил ей ступить на свою землю! История циклична, она всегда повторяется.

Король останавливается и оборачивается через плечо туда, где должен лежать на холодном полу некогда могущественный лорд Ламандии. Теперь он не представляет никакой угрозы. Ни для него самого, ни для королевства.

– Это уже не твои заботы, Викторий.

Король уверенно выходит из камеры, и стражники запирают ее на замок. Завтра на рассвете никто и не вспомнит о лорде Алистере. Он будет уже далеко за пределами Ламандии, на пути в свое новое жилище. Эмиль уверен, что в Ортоне о нем позаботятся. А он организует лорду теплый прием.

* * *

Следующим утром Эмиль находит Каталину в столовой. Она приходит раньше его и терпеливо ожидает хозяина дворца на своем привычном месте. Прошло не так много времени, но она уже выглядит намного лучше. Нет синяков под глазами, взгляд кажется не таким затравленным. Или она хорошо скрывает свое состояние.

Сегодня на Каталине надето белое платье из полупрозрачной ткани с длинным подолом. Значит, перед ним этим утром Снежная королева? В ушах женщины сверкают голубые камни под цвет глаз. На голове вопреки обыкновению нет короны, белые волосы свободно ниспадают на плечи, выгодно обрамляя точеное лицо.

Каталина вздрагивает и оборачивается к двери. Ее взгляд становится осмысленным, стоит заметить на пороге Эмиля. От задумчивости не остается и следа, а на губах расцветает улыбка.

– Доброе утро, Ваше Величество.

– Доброе, – Эмиль проходит к своему месту во главе стола. – Ты все же решила почтить меня своим присутствием. А почему не ешь?

Каталина усмехается, отмечая непривычную оживленность короля.

– Решила дождаться тебя.

– Ты знала, что я приду?

– Но ты же завтракаешь каждое утро, разве нет? Как король Ламандии может прожить хотя бы день без своих любимых жареных яиц?

Эмиль улыбается, радуясь, что Каталина идет на поправку. И про себя удивляется, как поменялся сам ее голос вместе с отношением к нему. Значит, она может быть и просто дружелюбной женщиной? В молчании они принимаются за еду. Каталина ест медленно, тщательно пережевывая каждый кусок, словно хочет растянуть этот момент. А Эмиль ловит себя на мысли, что бесцеремонно разглядывает ее уже несколько минут. Будто впитывает в себя ее образ после долгой разлуки.

– Ждешь, чтобы я подавилась? – спрашивает Каталина.

Эмиль опускает глаза в тарелку и негромко смеется.

– Прости, просто задумался. Я все это время ел в одиночестве и теперь жду, когда ты скажешь какую-нибудь колкость.

Каталина демонстративно медленно отправляет в рот кусок сочного красного яблока и задумчиво жует.

– Если нужно, я могу.

Какое-то время они молча едят. Эмиль обдумывает, как лучше преподнести информацию, где оставшуюся жизнь проведет ее дядя. Да и нужно ли? Ведь Каталина четко сказала ему, что не желает даже слышать о нем. Эмиль и сам с радостью забыл бы о существовании Алистера, как о страшном сне.

– Каталина! – восклицает король, отбросив вилку на стол.

Совершенно неожиданно в его голове появляется гениальная идея, которую ему очень хотелось бы воплотить в жизнь. Им обоим нужна краткая передышка от дворца, больше напоминающего муравейник. К тому же Каталине так понравился вид из окна, что мужчина просто не может это проигнорировать! Императрица вздрагивает от неожиданности и едва не роняет кусочек фрукта на пол. Она вопросительно смотрит на Эмиля в ожидании. Что заставило его так напугать ее?

– Почему бы нам не провести этот холодный осенний день за пределами дворца?

– Что?

Каталина раскрывает рот, но не может больше вымолвить и слова. Что он только что ей предложил? Это приглашение на свидание или просто дружеский жест? И почему сам король выглядит таким воодушевленным от этой идеи?

– Я предлагаю тебе посмотреть столицу Ламандии, – Эмиль пожимает плечами, словно вовсе не собирается провести экскурсию для своего врага. – Тебе ведь понравился вид на город, верно? Так почему бы нам лично не прогуляться в этих лабиринтах?

– Звучит соблазнительно, но я буду привлекать слишком много внимания.

– Неужели, Каталина Алистер только что сказала, что боится выйти на улицу? – с вызовом произносит Эмиль, довольно улыбаясь.

Женщина прищуривается, едва сдерживая колкие замечания внутри себя. Он что же, пытается вывести ее из себя? Это искусная месть? В какой момент их отношения дошли до таких дружеских перепалок? Но предложение короля действительно заинтересовало Каталину. Она ни за что не простит себя, если упустит такую возможность.

– Хорошо, ты меня убедил, – с тяжелым вздохом отвечает Каталина. – И куда именно мы отправимся?

– Увидишь. Через пятнадцать минут жду во дворе.

Эмиль поднимается с места и быстро покидает столовую, чтобы Каталина не успела задать больше ни одного вопроса. А она задумчиво смотрит ему вслед. Почему их столь легкое и неформальное общение вовсе не вызывает в ней негативных чувств? Почему все складывается так просто? И поможет ли это им обоим быстрей прийти к заключению мира? Слишком много вопросов, оставшихся без ответа. Мысли атакуют Каталину буквально со всех сторон. Сны о прошлом тревожат ее душу, бередят пустоту внутри, словно играя с ней. Она перестала понимать саму себя. Все стало казаться таким запутанным, что временами Каталина жалеет о своем приезде в Ламандию. Единственное, что она знала, так это то, что нужно попасть в родовое гнездо как можно скорее. Тетя Шарлотта точно поможет ей развеять туман в голове. И откроет хоть что-то, что прольет свет на пустоту в душе.

Императрица неспешно выходит из обеденного зала и идет к себе в комнату. В этот раз стражники безмолвно следуют позади. Им больше нет нужды показывать ей дорогу. Лайя уже ждет свою госпожу. Девушка встречает Каталину довольной улыбкой, радуясь, что женщина постепенно приходит в себя. Теперь их обеих связывает еще более прочная нить. Ведь они вместе пережили лорда Алистера и сумели противостоять ему.

– Ну что? – прямо с порога спрашивает Лайя.

Каталина закрывает за собой дверь и садится на мягкий диван в гостиной. Складывает руки на коленях и смотрит на служанку, сгоравшую от нетерпения.

– Он пригласил меня на прогулку.

– Что? – глаза девушки раскрываются от удивления.

– Что ты там себе надумала, Лайя? – нарочито недовольно спрашивает Каталина. – Это всего лишь небольшая экскурсия по столице. Ничего больше.

– Но разве не к этому вы шли, Ваше Величество? – невинно хлопая глазами, продолжает девушка. – Ведь вы все так же хотите его себе в мужья, да?

– Конечно. Но все идет как-то слишком гладко… Я такого не ожидала, признаюсь.

Лайя осторожно садится рядом и прижимается своим теплым плечом к Каталине.

– Что-то не так?

Императрица вздыхает и медленно качает головой.

– Нет, просто я немного растерялась. Все происходит так стремительно. Сначала это дурацкое письмо, потом приезд в Ламандию, а затем…

– Что ж, это вполне понятно, вам просто нужно время, – Лайя решительно встает на ноги и широко улыбается Каталине. – Что наденете на прогулку, Ваше Величество?

– Алый плащ с подкладкой. Сегодня холодно.

Девушка тут же исчезает в гардеробной. Каталина судорожно выдыхает и встряхивает головой, силясь избавиться от навязчивых воспоминаний о своих прошлых встречах с дядей. По телу проходит дрожь, а сердце на мгновение болезненно сжимается. Но этот камень сброшен с ее плеч. Благодаря Эмилю и Лайе. Двум людям, которым она может доверить свою жизнь.

Лайя возвращается с плащом госпожи в обнимку. На лице служанки сияет довольная улыбка. Кажется, она рада этой прогулке даже больше, чем сама Каталина. Девушка помогает госпоже одеться и критически оглядывает ее с ног до головы в поисках малейших изъянов. Словно собирает женщину на свидание, а не на простую экскурсию по столице.

– Он точно не сможет перед вами устоять.

Каталина невольно усмехается. Скорее уж она сама не сумеет устоять перед Эмилем Кавана и раскроет ему все свои секреты. Все так резко закрутилось, что никто и не удивится, если правитель Ламандии вдруг сделает ей предложение. Сердце Каталины забилось быстрей от подобных мыслей. Да нет же, что за бред. Он так не поступит. Возможно, между ними и есть симпатия, но этого недостаточно.

Каталина прощается с Лайей и спешит выйти из комнат, пока девушка не заметила ее смятения. Бессменные стражники отводят ее во двор, продуваемый всеми ветрами. Придворные провожают императрицу оценивающими взглядами, как и всегда. Интересно, знают ли они о том, что происходит на самом деле? Каталина ежится на ветру и призывает магию, чувствуя, как знакомый холод разливается по венам. Сила откликается на ее зов, глаза женщины вспыхивают едва заметным голубым светом. Каталина выдыхает и расслабляется, больше не чувствуя пронизывающего насквозь холода. Эмиль ждет ее у запряженной лошадьми кареты и выдыхает в воздух облачка пара. Он вовсе не выглядит так, словно на улице почти зима. Меховая накидка так удивительно ему идет, что Каталина не замечает, что откровенно любуется им.

– Так значит, Снежная королева на самом деле не любит холода?

Каталина останавливается рядом с королем, фыркая в ответ на его довольную улыбку.

– С чего ты взял?

– Твои глаза светятся голубым. Мне почему-то казалось, что ты должна чувствовать себя в холоде, как рыба в воде. Но потом я вспоминаю, что Аурия теплая страна, и эти два факта не сходятся в моей голове.

Каталина негромко смеется и отводит взгляд в сторону. Щеки женщины краснеют от смущения, и она быстро прикладывает к ним холодные ладони. Почему императрица чувствует себя так неловко, словно впервые идет гулять с мальчиком за ручку?

– Моя сила не означает, что я должна жить в ледяном дворце среди снежных великанов. Это всего лишь сказки для маленьких девочек. Я люблю тепло и яркое солнце. А еще ездить верхом и вырезать сердца у слишком любопытных королей. Так что предлагаю сесть в эту карету, пока я не решила показать тебе свое последнее увлечение.

Эмиль притворно вздыхает и распахивает для нее двери самой неприметной кареты из тех, что имеются во дворце. Сам король не часто ей пользуется, но сегодня особый случай. Каталина устраивается у окна, чтобы иметь хороший обзор на окружающие их пейзажи. Эмиль садится напротив, расслабленно откидываясь на спинку сидения. Кучер громко отдает команду лошадям, и те неспешно двигаются вперед, минуя мощеный камнями двор и выезжая в город. Каталина едва ли не вываливается из окна, завороженно рассматривая улицу, по которой она недавно въехала во дворец. Король Ламандии пользуется моментом и с интересом разглядывает свою гостью. Какие разительные перемены произошли в ней за столь короткое время. Еще несколько дней назад она угрожала уничтожить королевство, если ему не удастся предложить что-то стоящее. А теперь перед ним женщина, которая не стесняется улыбаться и проявлять любопытство к жизни. Боже, неужели, он влюбился?

– Куда мы направляемся? – спрашивает Каталина, удостоив мужчину взглядом.

– Ты когда-нибудь слышала легенду об Алой невесте?

Женщина отстраняется от окна и полностью сосредотачивает свое внимание на короле. Вид за окном кареты в ту же секунду забывается и уже не кажется таким интересным.

– Краем уха слышала что-то от своего посла. Но тогда это не сильно меня интересовало.

– Алая невеста – это большое дерево, которое растет на окраине столицы, где раньше не было ничего, кроме безжизненной равнины. Каждый год в середине декабря оно распускает листья, которые словно истекают кровью. Дерево служит напоминанием всем нам о событиях магической войны, ведь оно выросло именно в том месте, где произошла последняя битва. Круглый год мы видим лишь голые ветви, но в ночь, когда устраивается праздник Сердец, дерево распускает листья. Многие думают, что листья дерева окрашены под цвет сердец, которые бесконечно любят друг друга. В эту ночь вокруг него водят хороводы и поют песни. – Эмиль усмехается и качает головой. – Но история королевства не пестрит такими светлыми пятнами. У нас в Ламандии существует старая легенда, которую рассказывают на ночь детям. Когда-то на этом месте в один день погибли двое влюбленных. Для многих они олицетворяли саму любовь в этом мире. Принц и принцесса, любившие друг друга вопреки вражде их семей. Принц умер первым от подлого удара в спину. Принцесса обладала магией, и она успела отомстить за любимого перед смертью.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.