Ольга Левонович
Тайна мистера Вильяма

Тайна мистера Вильяма

Глава первая. Письмо

Сэр Джон стоял у окна и смотрел на дождь. Хмуро топорщились деревья, в свете фонарей блестела мостовая. Изредка, словно сказочные грибы, проплывали фигуры под зонтами. Проезжали тихие автомобили, и фары высвечивали сетку дождя.

Джон видел, как загораются далёкие огни в домах, сквозь дождевую пелену они светились медузами в толще воды.

Зазвонил колокольчик на первом этаже, послышался стук каблучков старой экономки, и скоро Джон держал в руке влажный конверт. Бумага слабо пахла жасмином.

Почерк был ровным, и всё-таки некоторые буквы слегка выбивались из общего ряда. Автор послания явно нервничал, хотя пытался это скрыть.

«Приезжайте завтра в девять вечера на виллу в Олд-Трее 20. Дворецкому покажите это письмо. Вас встретят и проводят».

Не было нужды говорить о том, что встреча была строго конфиденциальной.

Судя по тонкому аромату, письмо могла написать дама. Хотя…

Глава вторая. Визит

На следующий день сэр Джон тщательно подобрал костюм, и без четверти девять вечера был у старинного дома, который, словно дряхлый филин, возвышался на холме, раскинув два крыла, в которых слабо светились полукруглые оконца.

Дворецкий, едва взглянув на письмо, поспешил провести Джона в уютную гостиную. Потрескивал камин, озаряя всё охристо-рыжим светом. Поблескивало серебро в стеклянных шкафах, золотое шитьё на креслах, перламутровые блики гуляли по огромному ковру – шкуре белого медведя.

Дверь неслышно отворилась, и перед Джоном явилась тонкая фигура в чёрном. Женщина прошла к огню, прямая, худощавая. Лица он не разглядел, на незнакомке была шляпа с вуалью. Пальцы в чёрных ажурных перчатках не могли успокоиться, нервно подрагивали. Незнакомка то обхватывала свои плечи, то складывала руки на груди. Чуть глуховатым голосом она сказала:

– Рада Вас видеть, сэр. Прошу садиться.

И сама опустилась в одно из кресел.

– Очень странная история, сэр Джон, которую я не хотела бы предавать огласке. Около месяца назад умер мой муж. Он утонул. Нашли его не сразу. Да, я не представилась. Леди Камилла. Простите мою забывчивость и сумбурность речи и мыслей. Опознали сэра Вильяма, мужа моего, только по часам на руке. Похоронили, да… А несколько дней назад я провожала свою племянницу, мисс Луизу. До каюты. На корабле, в толпе пассажиров, я вдруг увидела… своего покойного мужа! Это можно было бы списать на суету, волнение, нервы. Мало ли что привидится женщине, пережившей утрату супруга… Но Луиза воскликнула: «Дядя Вилли?», и тут же муж затерялся в толпе. Мне стало дурно, а когда я пришла в себя, нужно было срочно покидать корабль, спешно уходили последние провожающие.

– Как я понял, – задумчиво промолвил Джон, – Вы хотите нанять меня для того, чтобы разобраться в этой странной истории?

– Вы правы, – леди Камилла обессиленно уронила руки на подлокотники кресла.

Она встала, вышла из комнаты и вскоре вернулась.

– Я оплачу Вам билет на корабль, – леди Камилла протянула Джону увесистый свёрток, – здесь часть Вашего гонорара, за успех дела обещаю заплатить вдвое больше.

– Мы же понимаем, – ответствовал Джон, принимая свёрток, – что найти человека на огромном континенте – дело практически нереальное. К тому же, скорее всего, бегство Вашего мужа в Америку – только вершина айсберга, а основная часть сокрыта здесь, в Англии. Нужно основательно изучить подробности непростого дела.

– Думаю, – вздохнула леди Камилла, – что недели на сборы Вам хватит. А потом – в путь! Вот адрес миссис Эмилии, сестры моего мужа, матери Луизы.

Она вручила детективу лист. От бумаги шёл слабый запах жасмина.

Не одна, а две недели ушли у сэра Джона, чтобы подготовиться к путешествию в Америку. Мало было приготовить необходимые вещи, но важно было опросить, стараясь не привлекать особого внимания, огромный круг людей. Сэр Джон записал множество показаний. Поэтому в число предметов, что были подняты на корабль, вошёл и дорожный саквояж Джона, набитый бумагами. Его хозяин решил разобраться с ними в долгом пути, пока будет пересекать океан.

Глава третья. Бумаги

За круглым иллюминатором колыхался океан. Он был всегда разным. То искристо-бирюзовым, то иссиня-чёрным с мерцающими в глубине звёздочками, то сине-серым, то рыже-лиловым, то голубым с белоснежной пеной за бортами. И всегда – живым. Он вздыхал, ворочался, резвился, гневался, ласково качал корабль на своих ладонях. В его бездонном брюхе обитали всякие рыбы, киты, осьминоги и невероятные чудовища.

Сэр Джон разглядывал своё отражение в круглом зеркале. За несколько дней пути он осунулся. Мучила качка, его светлые волосы поблёкли, но голубые глаза были полны жизни. Иногда в них читалась досада.

Давно у него не было такого запутанного дела. Он перечитывал бумаги раз за разом, пытаясь выстроить образ сэра Вильяма, но всё рассыпалось. Так бывало, когда в дело вмешивалась Ложь. Кое-кто из тех, с кем беседовал Джон, нагло и расчётливо лгал. Леди Камилла описала покойного, а теперь, выходит, живого мужа, как безвольное, равнодушное существо. Да, она искренне скорбела о его уходе, но сейчас не знает, что думать и чувствовать. Дворецкий был крайне немногословен, сказал только, что сэр Вильям был решительным и великодушным человеком.

Сэр Джон перебирал исписанные бисерным почерком листы, хмурил светлые брови. «Фабрика при нём работала, как часы. Собрал команду, которая разрабатывала оригинальные упаковки для печенья»; «Душевный и милый человек»; «Скупердяй и зануда»; «Душа компании»; «Сухарь»…

Устав от раздвоенности, Джон просто разложил бумаги на две пачки. В одну собрались те свидетельства, которые подтверждали добросердечность сэра Вильяма, во вторую – где о нём говорили не слишком лестно. Очень интересная картина вырисовывалась. Вернее, две картины.

Поначалу Джонс допустил мысль, что за описаниями скрывается не один, а два человека, два брата-близнеца. Но, поразмыслив, и перечитав ещё раз, решил, что, всё-таки, один. И обратил свой взор на тех, кто собрался в команду «врагов» и «друзей» таинственного сэра Вильяма. «Врагов», кстати, было немного. Жена, её горничная, кухарка, некий сэр Райт, он же друг семьи, ещё шофер и адвокат леди Камиллы. Далее мысли сэра Джона переключились на мнимую смерть сэра Вильяма и его бегство в Америку. От чего он бежал? Какое преступление может быть за его плечами? Убийство? Любовная связь? Деньги? Кстати, завещание ещё не оглашено, и пока неизвестно, что в нём написано.

В который раз он перечитывал описание леди Камиллой дня, когда погиб мистер Вильям. «Нас пригласил мистер Райт на своё судно, он праздновал День Рождения. Мы с мужем приехали к пяти вечера, он отправился в рубку капитана, тот его приятель. Я надолго потеряла мужа из виду. А мне мистер Райт любезно предложил показать его яхту. Собрались гости, мы отчалили от берега, была шумная вечеринка, мы танцевали, был фейерверк, потом начали расходиться по каютам, и тут обнаружилось, что Вильяма нет. Мы обыскали всё судно. Он исчез. А через неделю был найден утопленник, тело которого было сильно повреждено. Но на руке обнаружились именные часы, мой подарок, с гравировкой».

Глава четвёртая. Америка

Путь из Ливерпуля до Нью-Йорка занял около десяти дней. После того, как сэр Джон сошёл на берег, его ещё долго качало и штормило. Тем не менее, едва придя в себя в отеле, он отправился по указанному адресу.

Нью-Йорк его ошеломил. Привычный к размеренному образу жизни, Джон едва успевал уворачиваться от идущих прямо на него людей. Всех цветов кожи, в разных одеждах, люди эти, казалось, только что вывались из кинотеатра и шли, словно толпа бизонов, напролом. В городе тогда уже начинались беспорядки, особенно опасно было ездить в подземном метро.

Дом миссис Эмилии находился далеко за городом, в Статен-Айледне, который ещё многие по привычке называли Ричмондом. Добирался он на автобусе. Тогда Джон впервые увидел знакомый только по картинкам мост Верразано, грандиозный, фантастический.

Дом он нашёл не сразу, изрядно устал и, когда нажимал на кнопку звонка рядом с резными воротами, едва стоял на ногах. Ему быстро открыли, и он прошёл по каменной дорожке к желтеющему в сумерках окнами большому дому, утопающему в цветах. Дверь открыла служанка в белом переднике, и он оказался в гостиной.

Глава пятая. Луиза

Мисс Луиза оказалась необыкновенно симпатичной девушкой. В ней, вопреки ожиданиям, не оказалось ни капли английской чопорности. Сама доброжелательность и неподдельный интерес. Она весело оглядела не слишком спортивную фигуру сэра Джона (он предпочитал умственную работу физической), не остались без внимания его голубые глаза в светлых ресницах, пшеничного цвета шевелюра, прямой нос и красиво изогнутые губы, хорошо очерченный подбородок, легкий загар обветренного морским воздухом лица, измученный путешествием костюм и припыленные ботинки. И руки, которые сэр Джон не знал, куда деть.

Похоже, она осталась довольно осмотром, предложила сесть в кресло у стола, и устроилась на диване сбоку.

Джон украдкой рассмотрел девушку. Темные волосы и карие глаза. Такие глаза, в обрамлении черных ресниц, никогда не оставляли его равнодушным. Чуть вздёрнутый нос, пухлые губы, сама тоненькая, гибкая, полная чистой энергии, свежая, словно садовый цветок.

Джон коротко рассказал о цели визита. При упоминании имени миссис Камиллы по лицу девушки прошла тень.

– Я туда не вернусь. Здесь дом, который достался маме от дедушки. Дедушка давно, после смерти бабушки, уехал в Америку, здесь у него небольшой магазин. Мама больна, не может работать. Я здесь нужна.

– Простите, а где Ваш отец? – подал голос Джон.

– Отец погиб, когда я была совсем маленькой. Мы с мамой не сразу, но, в конце концов, вынуждены были перебраться жить к тёте Камилле. Это было тяжёлое сожительство, – Луиза опустила голову, – только дядя Вилли сочувствовал нам. И дворецкий Эдмонд. Но все родственники тёти Камиллы, её подруги, прислуга подчеркивали, что мы нахлебники… Пришло письмо, что дедушка скончался и оставил нам этот дом и своё дело. Мама решилась пересечь океан. Договорились, что я закончу учёбу в Лондоне и переберусь к маме. Привыкать к новому месту и нынешним нравам непросто, но в Англию я больше не вернусь.

– Придётся вернуться, Лиззи, – раздался вдруг низкий мужской голос, и в комнату, ведя под руку темноволосую бледную женщину, вошел крупный мужчина с грубоватым, но добродушным лицом, которое обрамляла рыжеватая бородка.

Глава шестая. Неожиданный поворот

– Позвольте представиться, мистер Вильям, – мужчина с интересом посмотрел на Джона.

– Джон Кросби, детектив, которого наняла Ваша жена, – слегка опешив от такого поворота дела, встал с кресла гость.

– Наслышан о Вас, как об очень порядочном сыщике, – произнёс Вильям, а затем представил гостю миссис Эмилию. Все расположились у стола, служанка подала чай и печенье.

Джон коротко рассказал о письме, визите к леди Камилле, умолчав о проведённом расследовании и своих мыслях по этому поводу. Чтобы картина сложилась, нужно было свидетельство самого главного персонажа этой истории.

– Что же произошло, мистер Вильям? – спросил, выждав паузу, Джон.

– На самом деле, мистер Вильям умер, – усмехнулся собеседник, – и теперь моё имя звучит как Винсент. Был Вилли, стал Винни. Вы, мистер Джон, остановились в отеле? Мы приглашаем Вас перебраться к нам. В Нью-Йорке сейчас неспокойно, да и зачем Вам тратить лишние деньги на проживание? Приглашаю Вас разделить с нами скромный семейный ужин, а потом Вас проведут в гостевую комнату. Не беспокойтесь, я никуда не сбегу. Завтра мы с Вами обстоятельно побеседуем.

Странно, но во время ужина в присутствии Луизы, миссис Эмилии и мистера Вильяма-Винсента Джон не испытывал на напряжения, ни микрона тревоги. Но в комнате он тщательно проверил, заперто ли окно и закрыл дверь на задвижку. Усталость дала о себе знать. Едва голова Джона коснулась подушки, он незамедлительно уснул на широкой кровати, словно провалился в темноту, и не видел снов.

На следующий день, после завтрака, мистер Вильям объявил:

– Сейчас мы с Вами пройдём в кабинет. Думаю, дамы нас простят, разговор будет нелёгким.

– Итак, – проговорил он, прикрывая дверь, – начнём потихоньку.

– Из собственности в Англии у меня был загородный дом, где Вы побывали, – голос Вильяма-Винсента был ровен, – далее квартира в Ливерпуле, пара лавок и, главное, кондитерская фабрика в пригороде.

У нас с леди Камиллой не было детей. Поначалу это очень удручало меня. Поэтому, после гибели мужа моей сестры, я настоял, чтобы Эмилия с маленькой Лиззи переехали жить к нам. Детский голосок невероятно оживил наш дом, который до этого почему-то с каждым годом становился всё более холодным и мрачным. Или мне так казалось.

Джон внимательно слушал, стараясь не пропустить ни слова. Наконец мистер Вильям замолчал, явно набираясь духа, как перед прыжком в воду.

Глава седьмая. Вечеринка

– Нам принесли пригласительные, – голос Вильяма зазвучал чуть глуше, – на День Рождения мистера Райта, на его яхту. Была пятница, я помню. Мы приехали к пяти часам, и гости ещё собирались. Я отправился на капитанский мостик. У Райта служил знакомый мне человек, который управлял судном. Мне нужно было с ним посоветоваться, я сам подумывал о покупке яхты. Но капитана на месте не оказалось, и я отправился на его поиски…

Мистер Вильям надолго замолчал. Заговорил вновь, медленно, словно пересиливая себя.

– Они были в каюте, там, внизу, Камилла и Райт. Обнимались, она хохотала, запрокидывая голову. Я даже не сразу её узнал. Почему-то они не заперли каюту. Дверь была приоткрыта.

Вильям снова замолк, перекладывая ручку в блестящем футляре с места на место на столе.

– Я смотрел на них, а они меня не замечали, так были поглощены друг другом. Думаю, у них давняя связь. Я уж и не помню, когда Камилла была такой оживлённой. Стало ясно, что всё её тепло, сияние глаз, её тело уже много лет принадлежало ему, мне доставались жалкие крохи, редко, со сдержанным раздражением. Только для того, чтобы поддерживать видимость семейной жизни.

Мистер Вильям сжал ручку и подался вперёд:

– Не знаю, почему я не распахнул дверь, не ворвался в каюту, не откинул в сторону Камиллу, не впечатал Райта в стену. Сжав кулаки, я стоял и слушал. Мысли метались, а я замер, как изваяние. Как сквозь вату услышал голос Райта:

– А Вильям? Он не передумал?

– Не знаю. По-моему, он настроен избавиться от неё.

– Тогда нам придётся избавиться от него!

Камилла отстранилась от Райта, потёрла виски руками.

– Как? Когда? – наклонив голову, спросила она

– Чем скорее, тем лучше. Иначе сорвётся дело. Несчастный случай! Авария, падение, наезд, травма на фабрике…

Вильям бросил ручку и откинулся в кресле.

– Я не до конца понял, о чём шла речь. Но дальше оставаться здесь было нельзя. На смену гневу пришёл страх – только бы они не заметили меня! Хорошо, что в коридоре была мягкая дорожка, что заглушала шаги. Я, как можно осторожнее, но слегка качаясь, словно пьяный, поднялся на палубу, спустился по трапу. Голова была – как в тумане. Отвращение, обида, гнев и страх, словно волны, накатывали на меня со всех сторон. То я видел мысленно множество людей, которые хохотали, показывали на меня пальцем, называя «рогоносцем». То вспоминал «избавиться от него», «несчастный случай»… Я чувствовал себя совершенно раздавленным.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.