Ольга Манс
(Не)серьезная академия

Глава 1

Всем привет!

Меня зовут Георг.

И да, я гоблин. Вы сразу подумаете на серого скукоженного чувака с длинным крючковатым носом, которого сжигает в пепел солнце, поэтому он прозябает где-то в сырой пещере с непонятной липкой субстанцией на дне.

Ах да!

Еще мы над златом чахнем. Некоторые так загнуть могут, что страшно за себя. Да и не чахну я вовсе. Наоборот, цвету и пахну! Двадцать три года – красавчик-мужчина! А так и есть… Подмигивающий смайлик.

Блондин с шелковистыми волосами с модным проборчиком. Кожа цвета спелой пшеницы. Глазки-омуты – невероятного зеленого цвета. Специфический продолговатый зрачок-семечка, как у дикой кошки. Р-р-р! А нос совсем не крючок безобразный. Да, длинноватый, но зато идеально ровный, точеный, словно у модели. Скульптурные скулы – и всегда гладковыбритый подбородок.

Ммм… Сам бы себя съел!

Не верите?

Вы еще моего пресса с восемью кубиками не видели. А по моим плечам девчонки плачут горькими слезами, когда я отжимаюсь. Да и как не любить заниматься спортом, когда столько горящих томных глаз с пошлой поволокой смотрят в этот момент на тебя.

Как вам такой гоблин, а?

Я уже подписывал сообщение фигуристой нимфе в этот момент – познакомились на курорте месяц назад – всегда читаю вслух, кайфую от своего голоса.

– Твой шаловливый Георг, – проговорил, пока набирал слова в сообщении.

Обожаю свое имя. Георг.

Георг!

Так громко, знаково и гордо звучит!..

– Гошан! – Оглушительный голос Ваньки, домового, моего соседа по лабораторной и комнате в общежитии.

От неожиданности телефон выскальзывает из рук, со стуком падает на стол.

«Успел отправить? Без ошибок?» – первые мои мысли.

Я закатил глаза. Знаю, это вредно, но меня так бесит, как здесь обращаются ко мне. Ко мне, сыну главного банкира! Да ко мне даже брауни королевского дворца не смеют подойти без записи, когда мы гостим у дяди в соединенных королевствах. А тут – Гошан. Это имя вообще или что?

Поколения нашей семьи живут в России уже не одну сотню лет. Вот надо было моему пра-пра-пра– и так далее деду сюда переехать. Мы же, в конце концов, гоблины! Магические существа туманного Альбиона. А в этой стране – свой пантеон, свои герои, и нам приходиться тесниться.

Но все же наше семейство смогло отлично укорениться здесь благодаря верованиям современного поколения. Как говорится, о вкусах не спорят. А вот надо бы. Бизнес отца процветает, значит, расцветаю и я. По идее, я должен поступить в этом году на службу к дяде, второму брату отца – вообще у меня много родственников – в Национальный Банк Швейцарии. Но, как назло, у них там какая-то глобальная модернизация из-за мировых событий. В общем, мое пригретое местечко, ну… не сорвалось, но значительно так отдалилось.

Вот плавно подошел к тому, как я оказался за одной партой с Ванькой.

Из-за тех же нехороших событий дядя посоветовал моему отцу отдать меня в академию, чтобы не терять зря время в ожидании уютной должности. Вот отец и выпроводил меня из дома.

Академия Магии Управления, она же – академия Низших божеств несколько оскорбляет мое самомнение. Да, я гоблин. И до высших магических существ мне как до Плутона пешком, все же я – сын банкира! А не шпана недоделанная. И все же мне пришлось здесь учиться и жить в общежитии – мама забери меня отсюда! – поскольку сама академия находится в какой-то глуши за Уральскими горами. Тут даже города поблизости нет! Приходиться мотаться за покупками в соседнее поселение.

Но зато природа здесь – что надо! От вида с верхних этажей здания аж дух захватывает! Вершины сосен и кедров словно тонут в молоке облаков. А водопад на соседних горных вершинах, где расположена академия, сияет жемчужной ниткой в свете яркого солнца. Только мало кто это замечает, почему-то. Местную шпану этим не удивить, ведь они всю жизнь прожили в удивительной природной красоте.

Кстати, о шпане.

Ванька уселся на стул и с грохотом уронил сумку на пол. Что за кирпичи он там носит, право, боюсь спросить. Повернул ко мне свое веснушчатое лицо и уставился на меня своими огромными карими глазами.

– Слышал про Марфушеньку-душеньку? – рукавом вытер сопливый нос.

Я отстранился. Не представляю, где он летом всегда простывает. Сколько нахожусь здесь, паренек всегда ходит со шмыгающим носом.

– Не знаю ни про какую Марфушеньку, – я поднял телефон, с радостью обнаружив, что сообщение отправлено.

И никаких лишних символов, падая, телефон не наставил.

– Да ты чё? Та деваха, которая поднос на себя перевернула в столовой. Ну, ты еще сфоткал ее, и мы потом всей группой ржали, как у нее макароны с ушей свисают. Вспомнил?

Я посмотрел на Ваньку. Тот смотрел на меня так, будто готов всю свою жизнь объяснять мне, кто такая эта душенька, пока я не вспомню.

Вздохнул.

– Ну и что с ней?

– Вспомнил? Ага!

На самом деле я не вспомнил. Много над кем я тут глумлюсь. Ну а как еще развлекаться в этой дыре? Предметы здесь легкие, кроме, может быть, пары штук. Но там преподы – стервы.

Ванька продолжал, не понимая, что слушаю я его вполуха, рассматривая фотки нимфы Галатеи, которые она выложила только что в соцсеть. Я говорил уже, что у нее шикарная фигура? А сейчас она, видимо, на пляже. И купальник у нее едва прикрывает все стратегические места…

– Она увлекается магией времен года. Вечно сидит в библиотеке, ее еще Ангелия без конца хвалит за это, как его, усердие. Вчера ее видел Архип. Вот чудак, никак не может смириться, что с водой не ладится. Вот и прется в библиотеку дополнительно заниматься водной магией. Пошел он, значит, за книгой, ну чтобы дожди-то вызывать. Ох уж, эти полевики, им вечно чего-то не хватает: то урожая, то дождей. Ну, он и увидел Марфушеньку за книгой. Та как зыркнет на него. Архип аж поперхнулся, убежал воду пить. Ха-ха, а если бы водой управлял, то и бегать и не пришлось. Ты-то, Гошка, водой умеешь управлять? – с открытым ртом он уставился на меня.

Очередной мой вздох.

– Не умею.

– Ну вот и тебе, значит, жаждой мучиться. А это же так просто! Вот смотри!

Если его сейчас не остановить, Ванька опять весь кабинет зальет, как было это в прошлый раз на магическом изобразительном искусстве. Воды у него, видите ли, мало было в стакане, а кисточка – сухая.

– Что с Марфушей? – вернул его на путь истинный, в упор смотря на сопливое дите, чтобы точно меня услышал.

– А, точно! Опять меня понесло, – засмеялся.

– Угу, – промычал я, вернувшись к телефону, когда парень вновь затарахтел про эту несчастную Марфушеньку.

Да, не повезло девчонке!

– Не повезло девчонке, – грустно, почти скорбно вздохнул домовой.

– Почему это? – неужели я до такой степени выпал из реальности, что прослушал все, о чем говорил Ванька?

– Да исчезла она бесследно. Говорят, что даже Могол прибудет с разбирательством.

– Да сидит где-нибудь ваша Марфушенька-душенька в шкафу, да рыдает, что на нее мальчик любимый не смотрит. Тоже мне трагедия!

Хотел еще что-то сказать, но листнул фотку, а там Галатея уже дома без купальника. Резко замолчал.

– Чё там у тебя? – Ванька вытянул шею, чуть не падая на меня, пытаясь заглянуть в телефон. – Ого, вот это си…

Я выключит экран.

– Что за дурная привычка лезть в чужой телефон? – спокойно сказал я, а внутри от ревности только что кишки не плясали.

Как она могла такое выставить? А еще клялась в верности. Тьфу ты! Бабы все одинаковые!

– Это чё, девушка твоя?

– Да ничё! Шел бы ты в уборную, просморкался!

Ванька еще раз вытер нос рукавом.

– Смешной ты, Гошан, уже столько времени у нас учишься, а тебе все «уборная», да «пардоньте».

Я закатил глаза. Ванька все-таки поднялся и вышел в коридор, в дверях столкнувшись с эльфийкой в смешной шапочке с бубенчиком. И чего они ее здесь таскают? Совсем чокнулись со своим рождеством, круглый год ходят как клоуны, в полосатых штанах да колпаках.

Я помассировал виски, чувствуя, что мигрени мне не избежать сегодня. После поднял телефон. Пока Ванька не пришел, написал Галатеи пару ласковых требовательных слов насчет ее фото.

Глава 2

Мигрени избежать не удалось.

Да и занятие прошло не без происшествий. Правда, класс сегодня чуть не затопил не Ванька – от смеха подавился своими соплями – а парочка лесных недобожков, леший и шишига. Ботаны нашей группы.

Первый, леший Демьян, носит маленькие очки на кончике острого носа с бородавкой, умничает на всех занятиях. Особенно его хвалит Еля, наш препод по Магическому растениеводству, первая из стерв, с которой у меня нелады в этой академии. Еля – самая молодая из преподавательского состава, тащится по цветам и березкам и от нас требует такого же. Я что, красная девица, разбираться, почему у березы сережки, а у ивы – слезы? По мне – это просто способ размножаться.

Кстати, о последнем. Дабы избежать незачета по предмету, после урока подошел к Еле. Одарил ее самой обворожительно-соблазнительной улыбкой, обнажив свои остренькие клыки. Девчонки дома с ума сходили, когда я их показывал, в отличие от тех же вампиров. Они – завсегдатаи ночных клубов, где тусили, всегда обдолбанные кровью мертвеца. Девчонки их боялись до мокрых трусиков. Меня же – аналогично, но по другой причине. Той самой, которой я сейчас улыбался, стоя перед столом, заваленным землей вперемешку с учебниками, хорошенькой Еле.

– Ты что-то хотел, Георг? – она разрывала кучки земли на столе в поисках чего-то по-настоящему нужного и стоящего, раз на меня даже не взглянула.

Девушка была худенькая, миленькая, с крохотным вздернутым носиком, отчего напоминала домашнего поросенка моей прошлой пассии. Та даже спала с ней, когда наши любовные игры заканчивались. Обнимала свою свинью и отворачивалась от моего восхитительного обнаженного тела. Это просто бесило меня. В общем-то, мы поэтому и расстались с ней. Поросенок однажды оставил мне на подушке кренделек. Утром я проснулся с отвратным запахом в волосах. Я три часа пытался отмыть эту вонь, даже флакон духов не помог мне перебить эту гадость. Та девочка еще два месяца за мной бегала, до конца верила, что еще вернусь к ней. Дурашка. Такие, как я, никогда не возвращаются.

– Если у тебя возникли вопросы по пройдённому материалу – уточню, опять возникли, а они не могли не возникнуть, поскольку ты проспал почти весь урок под тенью лопуха! – то сходи в библиотеку. Книг на тему корня лопуха и его магических свойств очень много. А в четверг выступишь с докладом.

Все это она сказала на одном дыхании, при этом ни разу не взглянув на меня.

Моя улыбка увяла. Я был готов поскулить, что у меня нет времени заниматься этим докладом в силу загрузки на других предметах, но вовремя вспомнил, зачем, собственно, сюда пришел.

Выдохнул.

Пора сменить тактику. Плавно скользнул вдоль стола, чтобы невзначай нежно коснуться руки Ели. Но будь он неладен, этот заваленный землей стол! Вместо бледной руки девушки я задел какой-то сук или корень. Мой сексуальный стон в итоге получился безобразным кряхтением, когда вся эта каша из земли, корней, книг и хрен пойми чего еще полетела на пол. Я, как жонглер, попытался поймать хоть что-то.

Ничего не поймал.

Еля раздраженно фыркнула. Мой план по соблазнению пошел прахом. В этот раз мне пришлось сдаться.

– Я подниму все.

– Конечно, подберешь. Не я же роняла, – и она ни на дюйм не сдвинулась, продолжая вести раскопки на своем столе.

Меня передернуло, но все же я присел на корточки, двумя вытянутыми пальцами принялся вытаскивать из рухнувшего мусора книги и корни.

Последняя книга оказалась очень тяжелой. Вырвалась из моих пальцев и разлетелась постранично, разорвав переплет. Один лист был желтее других и отлетел дальше. Я, уже закипая от негодования, потянулся за ним, мельком взглянув на схематично изображенное дерево и неизвестные символы вокруг него. Еля буквально выхватила его у меня из рук, резко поднимаясь на ноги. А я не заметил, что она хоть краем глаза за мной наблюдала. Нет чтобы сразу помочь! Перевернула лист вниз изображением, когда я поднялся с книгой в руках.

– Помог. Все, свободен. – Выхватила книгу из моих рук, с шумом отпуская на стол.

Впилась в меня своими белесыми глазами. Я неосознанно отступил.

– Все-таки придется сдавать зачет, —пробубнил себе под нос.

– Не забудь про доклад!

Я закатил глаза и поспешно вышел, чтобы еще во что-нибудь не влипнуть.

Вот лешего Демьяна Еля чуть ли по головке не гладила, а тот и светился от счастья. Его товарищ, тоже ботан, шишига Степка был попроще. Больше общался со сверстниками, чем с преподавателями. Над ним всегда смеялись из-за его нелепого одутловатого живота и тощих ручек и ножек. Поэтому он уделял больше времени книгам, чем живым людям. Вот эта сладкая парочка лесной нечисти залила весь пол лабораторного кабинета.

Вы спросите, как меня, такого мажора с английскими корнями, угораздило попасть в омут мелкой славянской нечисти? Хочу заметить, тут, помимо славянской, намешано целое оливье различных тварей со всего света. Эльфы, домовые, лешие, сатиры – этим, кстати, проще скакать по местным горным дорожкам на своих копытцах – тапио, гномы, абаасы из местной спортивной команды, громилы с железными зубами – и прочая нечисть.

Ну и я.

Ваш английский гоблин.

Такой мне сюрприз приготовили отец с дядей. Вот мне и приходится прозябать в этой академии никому не нужных низших божеств, о которых никто почти не помнит и уж, тем более, не чтит.

Благо в столовой готовили очень даже неплохо. Обычно мы обедаем вчетвером, но сегодня у Ваньки пересдача Прорицания, которое тянется у него еще с прошлого семестра. Я пришел в середине учебного года, но отец договорился с деканом, чтобы прошедшую сессию я не сдавал. Хорошо быть сыном банкира!

Вот мы и сидели за столом втроем – я, абаас Тимир и дверг Эцэль. По сравнению с домовыми – очень тихие парни. Мы спокойно жевали свое мясо, когда мимо прошла шумная женская компания.

– Здорово придумала!

– А мне жалко! Девчоночки-то только приехали, а им такое!

– Да ладно тебе, будут знать, что у нас здесь, да как!

– Вы думаете, они таким образом решат, что и с нами связываться не стоит? Подумают, что мы – такие стервы?

–Пф, конечно!

Девичий гам сместился в угол, где росла большая неофиниковая пальма, выпускной проект прошлой группы. Там всегда сидели только девчонки, потому что сладкая вонь выедала не только рецепторы носа, но и половину мозга в придачу. А им это нравилось. Совершенно не понимаю, почему дамочки так фанатеют по цветам.

– Это они про Ану, что ли? – басом прогремел Тимир.

Железные зубы выдували из его рта причудливые звуки. Поначалу мне было любопытно, даже понравился этот своеобразный голос. Но со временем я остепенился, когда узнал, что к таким эксклюзивным зубам в придачу идет каменная ипостась. Это как-то отбило у меня охоту вставить себе зубы абааса.

– Ага, к нам приехали девчонки-фейри по обмену на этот семестр. Ну, видать, наши и решили поставить их сразу в рамки, натравив на них Ану, – с сэндвича Эцэля упала жирная белая личинка.

Меня замутило. Забыл совершенно, что на еду парня лучше не смотреть.

– Что за Ана? – нужно было на что-то отвлечься, чтобы не выплюнуть весь свой вкусный обед на стол рядом с этой чертовой, пардон, двергской личинкой.

– Да это же боевой гном! – черные глазки Эцэля удивленно уставились на меня.

Его узкие губы блестели от еды, и я понял, что сегодня уже ничто аппетит мне не вернет. Все же есть толк от Ваньки. Он своей беспрерывной болтовней отвлекал меня от этого неприятного зрелища.

– Ясно. – Я встал из-за стола, поднимая поднос с недоеденной едой.

– Ты все, что ли?

– Да, я наелся.

Эцэль посмотрел на меня, потом на полупустую чашку, опять на меня.

– Ну, ладно, – отвернулся к своему недоеденному сэндвичу.

– Не забудь, сегодня игра! – в спину мне крикнул Тимир.

На соседнем столе от его голоса задрожали стаканы. Сдалась мне эта игра! Но делать здесь особо нечего по вечерам, поэтому периодически играем в настольные игры. На деньги.

Выходя из столовой, пнул дверь ногой, потому что руки местных студентов не всегда чистые и липкие. За ней послышался жалобный писк. Я вышел в коридор и наткнулся на растянувшуюся на полу эльфийку с кучей разбросанной бумаги вокруг. Да еще и грязной бумаги. Что, она ее в лесу нашла?

А-ха-ха!

Девушка хмуро покосилась на меня, но возмущаться не стала. Зазвенев колокольчиком на своем дурацком колпаке, принялась собирать листы. Меня перекосило от этого звона.

– В столовой едят еду, Грида, а не бумагу! Не было бы кучи этой макулатуры, не ползала бы сейчас, как слизень по полу!

– Может быть, это кому другому нужно научиться аккуратно открывать двери? – тихо пробубнила худая эльфийка, не поднимая глаз на меня.

– Сняла бы ты эту звенящую шапку с глаз, видела бы, куда шла! Упс! – я наступил на стопку листов. Специально. Те разъехались во все стороны. – Рождество уже давно закончилось, пора поменять лосинки!

Грида громко засопела, пыхтя от злости.

– Иди ты, Георг…

– А-а! – я покачал пальцем перед ее слишком острым, угловатым лицом, – подумай о последствиях перед тем, как это скажешь!

У нее только что новогодний карамельный пар из носа не шел. Голубые глазки дыру на мне прожигали.

– Иди ты, Георг, куда шел, с миром!

Я засмеялся, направляясь на второй этаж.

– Обязательно, Грида! Обязательно! – все еще смеясь, бросил через плечо.

Глава 3

Вечер набирал обороты. Только по этой причине я хожу на эти глупые настольные игры. Парни натащили в самую дальнюю комнату общежития столько дешевого пойла, которое покупают в вагончике старика Хелла, что можно было утопить все огромное задание академии по ее ржавые шпили. Сомневаюсь, конечно, что кто-то хватится об этой никчемной дыре. Ну, серьезно, кому нужны низшие божки? Зачем для них выстраивать академию? Для богов первого порядка – понятно, чтобы им было где работать. А мелкая нечисть? Ну, правда. Несерьезно как-то.

Как бы там ни было и чтобы там ни орали охмелевшие божки, мне было плевать. Я никогда не играл в эти игры, пил только ликёр, принесенный с собой. Мои губы сейчас были практически во рту миленькой русалки, а мои пальцы утопали в ее трусиках. Она буквально занималась сексом с моей рукой, ритмично насаживаясь на мои пальцы. Понятие не имею, куда денется рыбий хвост, но это меня очень даже радовало. Две ножки, которые с лёгкостью могут обхватить мои бедра с двух сторон, куда лучше склизкого хвоста без каких-либо нужных мне отверстий.

Мы сидели на потрепанном кожаном диванчике в самом темном углу душной комнаты. На нас уже никто не обращал внимания – все были либо пьяны, либо занимались подобными пикантными занятиями.

Русалка, имя которой я не удосужился запомнить, ибо завтра у меня будет другая девчонка, на вкус была как соленая морская вода. От свежести ее дыхания меня распаляло еще больше. Однозначно, дева с прибрежья северных морей. И мне нравилось! Сегодня мне определенно нравился холод! Потребность освободиться от тугих джинсов, что сдавливали пах, была невыносима. Я углубил поцелуй, заменяя то, что должно уже быть в глубинах этой шалуньи, языком, просовывая его глубже. Девушка застонала. Интересно, если я опрокину ее на диванчик, многие обратят внимание на наше совокупление?

Где-то поблизости послышался смех. Но мне было уже не смешно. Я хотел большего.

– О, боже! Серьезно? – брезгливый девичий голосок.

Мне, собственно, не было до них никакого дела. Но моя русалочка прервала наш поцелуй и обернулась.

– Завидуйте молча, гномики! – хихикнула она и принялась театрально вздыхать и резвее скакать на моих пальцах, наигранно, для ненужных гостей.

– Завидовать шлюхе? Пф! Да кто здесь не видел твой голой задницы, Ло?

Девицы захихикали. Мне самому стало интересно, что это за бесстрашный дерзкий гномик. Выглянул из-за плеча русалки. В нескольких шагах – три невысокие девицы с книгами в руках. Видимо, хотели позубрить в спокойном местечке комнаты. Та, что дерзила, стояла впереди. Далеко не худышка, с непонятным цветом волос. Уши заостренные, хотя здесь у каждого второго такие. Я пригляделся, пытаясь понять, что это за существо. На гнома не очень-то и похожа.

– Ты кто такая? – получилось хрипло и грубо.

Девицы притихли. Русалка лизнула меня по щеке, подумав, что я решил вступиться за нее. Но дерзкий гном закатила глаза.

– Не напрягая мозги, Георг, они явно сейчас у тебя не там, где должны быть!

Развернулась и ушла, забрав с собой хихикающих подруг.

– Не бери в голову, сладенький. Они – плесень нашего курса, – прошептала русалка, осыпая мое лицо поцелуями.

– Если только ты меня отвлечешь, дорогая, – я улыбнулся, обнажив клыки.

Девушка соблазнительно облизала губы, поднимаясь с меня.

– Идем ко мне в комнату. Соседок нет.

Русалка ошиблась. Они были. Еще две русалки. Но и они не были против такого гостя, как я. Ушел от них я почти под утро. Надо взять на заметку, что северные русалки – голодные до мужчин. У них, как оказалось, мало особей мужского пола. Но это не помешало им освоить мастерство любви.

Уставший и мечтающий о сне, я брел по пустому коридору. Солнце только едва коснулось верхушек гор, маячивших из окон. Я подошел к ним. Распахнул одно настежь. Меня окутала прохлада и свежесть раннего утра. Я поежился. Что ж, холода мне сегодня хватило. Но все же не смог отойти от окна. Чистый и невесомый воздух холодил кожу, проникал в легкие, наполняя их кислородом. И надеждой. Не знаю, почему на ум пришло такое. Но именно с этим у меня ассоциировалось это утро. Может быть, отец позвонит и скажет, чтобы собирал вещи? Проверка закончилась, и дядя ждет меня совершенно в других горах. В горах, где богатство и роскошь раскроют для меня свои объятья.

Я вдохнул еще глубже, высовываясь из окна. Оперся на руки и взглянул в даль. Ни на что конкретно, а просто в пустоту, где первые солнечные лучи рисовали мне желаемые образы. Прикрыл глаза, мечтая о горячем душе и чашке кофе. Бодрящий ветерок раздувал волосы. Мне даже послышалось, что меня кто-то зовет.

– Георг, – зазвенело в моих гоблински заостренных ушах.

Звук повторился. Я медленно открыл глаза в предвкушении чего-то приятного. Обернулся.

– Гошан!

Ванька подбежал, навалился на меня всем корпусом. От неожиданности я чуть не вывалился в окно. Нахмурился, отталкивая шумного и такого неуместного сейчас домового.

– Что опять случилось?!

А случился пожар в хранилище, где прошлой ночью дежурил Ванька. А потом так и уснул. Навалился на стол с книгами, стопка книг упала на пол, перевернув лампу с вечным огнем, который достал с полки, чтобы посмотреть поближе. Ванька бросился бежать за мной, не сумев потушить пламя, что охватило книги. Не зря же его назвали вечным огнем. Потушить его не так просто. Не то чтобы я хорошо владел магией, но знал: водой его не залить. Пришлось звать преподов. Ну а убирать бардак после пожара выпало, конечно, нам. Никто не поверил, что это не городской гоблин сотворил этот беспорядок. Может, им сказать, чем я занимался в это время? Боюсь, наказание будет тоже не из приятных. Так что в желанном душе я оказался нескоро, да и настроение теперь уже было напрочь испорчено. Наскоро помывшись, я упал на кровать, мечтая поспать до начало занятий. Благо сегодня они у меня после полудня.

Уснуть не удалось.

Ванька без конца топал по комнате и бубнил себе под нос. Пришлось сесть и выслушать его, пока он сам в слезах не накинулся на меня.

– Ну на какой черт ты вообще брал этот огонь? – не сдержался я. – Экспонаты запрещено трогать. Не для этого ли они заперты в хранилище?!

– Так про черта и хотел почитать! – шмыгал носом домовой. – Книга попалась такая. Энциклопедия про всю нечисть. Я же их никогда не видел! Говорят, вымерли они уже от издевательств смертных.

– Хоть узнал, что хотел?

– Нет, – громко высморкался в подол клетчатой рубахи. Я поморщился, но сдержался, не отвернулся от печального парня. – Наткнулся на вырванные страницы, решил узнать, что на них было.

Я вздохнул, обхватил руками голову, склонившись над коленями. Домовые все такие или мне одному не повезло?

– Узнал?

По-моему, мы вернулись к тому, с чего начали.

– Нет.

– Хорошо, сиди здесь. Сейчас налью себе кофе, расскажешь подробнее.

Глава 4

Галатея звонила раз десять и засыпала сообщениями-оправданиями. Мне, откровенно говоря, было не до нее. Опять разыгралась мигрень, да и утро не задалось. А последние занятие сегодня для меня вообще стало испытанием.

Вида, берегиня в десятом поколении, была второй стервой, с которой у меня не складывалось общение. Она преподавала защиты от нечисти. Для меня этот урок вообще был смешным и горьким одновременно. Среди всей нашей группы девяносто процентов относились к нечисти. Так что нас учили защищаться от нас самих же. Это просто полный звездец! Что-то, а защитной магии, как и скрывающей, меня обучили еще с пеленок. Это и есть магия гоблинов. Защищать и скрывать свои сокровища и самого себя.

Иной раз мне так хотелось заколдовать себя, скрыться от всех этих лиц и вернуться обратно в город. В большую и спокойную комнату с видом на вонючий смог. Но приходилось сидеть здесь, чтобы дядя оценил мои старания и желание работать в его банке.

Я набирал сообщение Галатее без особого энтузиазма после бурной ночи с русалками, вяло, поскольку мигрень не давала мне сосредоточиться. Громкий стук привлёк внимание. Я сидел на последних рядах аудитории. Сегодня была лекция, поэтому мы занимались здесь, а не в зале, когда на деле применяли то или иное заклинание. Посмотрел вниз.

Возле доски возился Тимир. Уронил старинный плакат, прибитый рейками по краям, чтобы тот не скручивался. А звук стоял, как будто пальнули из пушки. Вида, высокая серьёзная тётка с длинными черными волосами, сидела за столом и с жалостью смотрела, как огромный абаас пытается совладать с маленькими плакатами. Пока вешал второй плакат, Тимир зацепил огромной ручищей первый, удачно повешенный. Но от движения неуклюжего здоровяка он полетел на пол. Рядом со мной кто-то закричал. Вся группа заржала, как кентавры в марте. Сам однажды был свидетелем брачных игр этих магический существ. То ещё зрелище.

Вида злобно зыркнула на зачинщика шума. И эти кем-то почему-то оказался я. Хотя сегодня был самым прилежным учеником.

– Если наш высокоуважаемый господин Георг такой остроумный, то может поможет своему товарищу повесить плакаты, чтобы мы уже в этой вечности смогли продолжить урок. – С её языка только что яд не капал. Но острый взгляд прошивал меня насквозь.

Отнекиваться не было смысла, поскольку обычно я срывал урок. Просто сегодня не повезло. Тимир извиняющимся взглядом посмотрел на меня, когда я вешал последний плакат. И зачем они нужны, если есть такое хорошее изобретение, называется «проектор», но в это дыре про него, конечно же, не слышали.

Уходя на свое место, я пробубнил:

– Стерва.

Вида злобно зыркнула на меня. Прищурила тёмные глазки, но промолчала. Может быть, и не расслышала. А ведь красивая молодая женщина! А ведет себя, как тысячелетняя карга!

Когда этот кошмар под названием «защита от нечисти» закончился, я отправился в спортзал, хотя мечтал оказать на кровати – и неважно, что она твёрже моих рёбер. Но режим есть режим.

Как только я покинул аудиторию Виды, мигрень стала отступать. Я всегда знал, что у меня аллергия на злобных тёток. В спортзале, обливаясь потом на тренажерах, совсем забыл про то, что у меня болела голова. Фейри, одна из девушек, что приехали в академию по обмену, явно засмотрелась на меня. Она была миленькой и спортивной. Сегодня мне не хотелось любовных утех, а вот пообщаться с англичанкой было бы неплохо. Историческая родина всегда манила меня. К тому же до ночи ещё далеко. Усталость может пройти, как и может появиться желание оказаться в теплом важном местечке милой девушки.

Я, как истинный джентльмен, проводил фейри из своей комнаты. Так себе приключение на час со всеми прелюдиями. У девушки все еще румянились щеки от наших шалостей и блестели глаза, когда я оставил ее у двери в девчачью комнату. Не думает же она, что когда-то будет продолжение или второй дубль нашей встречи?

В окне ярко сияла луна, серебрив своим светом пол, укрытый плотным ковром. Я шагал бесшумно, как и каждый гоблин, без разницы, был покрыт пол или каменный пол под ногами. Вспоминал о своей жизни в городе и жалел, что оказался в этой бессмысленной академии. Хотел завернуть к Эцэлю, он точно не спит сейчас. Дверги обычно не спят, воплощая свои грязные помыслы. Грязным помыслом Эцэля была химия со всеми вытекающими отсюда последствиями. Мне было до чертиков скучно. И мысль посетить дверга уже казалась привлекательной. Кстати, о чертиках. Периферийным зрением заметил движение в тени мрачных сводов каменных стен. Обернулся, но никого не увидел. Но вот тихий шорох в тишине коридора звенел, словно капель весной. Не хотел идти туда. Не хотел, но любопытство пересилило.

Я быстро достиг угла. Заглянул, не таясь, и воткнулся в жесткие листья высокого растения. Что б его! Хотел выругаться, но сквозь ветки заметил тощее тельце. И это тельце было мне знакомо. Рождественский эльф Грида в этот раз была одета не как клоун, а в непривычное для нее одеяние – темная мантия с длинным капюшоном, ниспадающим почти до самого пола. Выглядела она уставшей и на грани нервного срыва, но все же вела себя осмотрительно тихо, пытаясь сдвинуть северного оленя с места. Тот был еще подростком, но все же сильнее худосочной Гриды. Животное упрямилось и медленно шагало за эльфом, трясся головой в попытке освободиться от поводьев.

Было очень заманчиво понаблюдать, как она пытается обуздать оленя. Но вот сам факт наличия животного в коридоре общежития меня, если честно, настораживал. Поэтому я решил пойти и все выяснить. Уже сделал шаг из-за растения выше меня ростом, хотя я сам довольно-таки высокий парень, как к Гриде подошел еще один человек в такой же мании. Я нырнул обратно за деревце. Лицо второго не рассмотрел – тот был в капюшоне спиной ко мне. Вдвоем они смогли справиться с оленем и скрылись за очередным поворотом коридора.

Идти или не идти?

Вот в чем вопрос!

Любопытство или лень?

Кто возьмет верх над красавчиком Георгом?

Победила Галатея, которая в очередной раз прислала мне сообщение. Это было фото. Хм, очень удачное фото с нужного ракурса. Что сказать, девушка знала, чем зацепить парня. Отвечать не собирался. Но и желания идти за оленем нет. Вернее, тремя оленями.

Я, зевая, вернулся в комнату. Ваньки все еще не было, да и отлично. Тихий спокойный сон – залог хорошего стеба над неудачниками завтра утром.

Утро начало еще лучше, чем хороший стеб над эльфами. Позвонила мама, радостно сообщив, что дела у дяди наладились до такой степени, что он готов взять меня на службу хоть завтра. Мама радовалась больше меня, оглушая меня своим звонким голосом. Так было всегда и во всем. И мне это безумно нравилось.

Ванька зашел хмурый и растрепанный. Глядя, как я безобразно упаковываю свои вещи в чемодан, спросил не сразу, чем удивил меня:

– Куда собираешься?

– Ох, Ванька-Ванька! Жизнь-то налаживается! Уезжаю я из этой дыры на свое законное место в банке Швейцарии. Я так и знал, что мучения не продлятся долго!

Настроение зашкаливало. Душа пела соловьем, а радость лилась из меня не хуже солнечных лучей. Вот оно, счастье-то!

– Ммм, – пробубнил домовой, все еще стоя возле меня, засунув руки в брюки, – поздравляю. Только академию закрыли. Никого не впускают и не высекают. Все, Гошан, прощай каникулы!

– Как? – я уставился на парня, держа в вытянутых руках комок из наушников и зарядки для телефона. Хотел бросить в сумку, но замер на месте, во все глаза уставившись на домового. – Как не выпускают?

– Молча. Ворота заперты.

Я осел прямо на чемодан, не веря своим ушам.

– Заперты ворота,– повторил я.

– Ага. Я с горя к Эцэлю завернул. Будешь?

Я посмотрел на косяк, что протянул мне Ванька. Поморщился, хотя совсем недавно сам хотел заглянуть к двергу.

– Не помог?

– Неа. – Таким печальным я своего соседа никогда не видел.

Парень сел рядом со мной на чемодан, повесив лохматую голову.

– Ты бы выбросил это, пока никто не увидел.

– А что толку! Все равно не выгонят отсюда. Ворота закрыты.

Все же поднялся и пошел прятать косяк в свой корявый горшочек, в который складывает все подряд.

Я еще несколько мгновений прокрутил в голове услышанное. Схватил телефон, принялся звонить отцу. Он-то все уладит!

Глава 5

Не уладил.

Я пошел выяснять, из-за чего вся эта паника. Мне нужно выбраться отсюда. Помахав косточкой перед носом, а затем отняв, собака кинется за тобой, пока не покусает или не заберет кость. Моя кость – отъезд в Швейцарию – уже был в кармане, но кто-то ее жестоко отнял. Отправив Ваньку в душ, отмываться, я направился в столовую. В место сплетен и интриг.

О, да!

Я не ошибся адресом. Уже на пороге мне попалась стайка остроухих девчат, которые обсуждали пропажу Марфушеньки-душеньки. Трое из них лукаво улыбнулись мне, когда я проходил мимо. Одна была красоткой, не мог не подмигнуть ей. Она захихикала, но получила локтем в бок от соседки. Иногда я не понимаю женщин! Нет чтобы радоваться за подругу! Они будут грызть друг другу руки, пока не доберутся до горла. А в итоге окажется, что ссора не стоила всей этой желчи и подколов. Парень-то прошел мимо них обеих.

Огромный зал просто ломился от количества магических существ. Еще никогда на раннем завтраке не было такого аншлага. Пусть каникулы еще только через месяц, паника началась заранее. Все как всегда. Из-за шума голосов было сложно разобрать что-то стоящее. И я пожалел, что так халатно относился к урокам магического шепота. Старый профессор, что вел этот нудный курс, учил искусству слышать неслышимое и видеть сокрытое. Мне показалось это смешным ещё на первой лекции, когда профессор знакомил нас с его магическим предметом. Когда я заметил, как неуклюже это звучит, стайка низкорослых гномиков злобно покосились на меня. Одна даже шикнула на меня, чтобы не мешал слушать лекцию. Из-за одинаковых лиц гномов я не определил, кто именно шикнул, но досталось одной из них. Ректор был не в восторге от разговора с отцом. А я вышел сухим из воды.

С нашего обычного места за столом у стены мне помахал Тимир. Но я не пошел к нему, свернув в сторону, откуда донеслась фраза «закрыли ворота». Уселся за рядомстоящий столик. Девчонки, сидевшие за ним, поперхнулись. Уголок ботанов. Пусть порадуются красивому мальчику. Одна из них пришла в чувство быстрее остальных и вежливо, заикаясь, предложила сходить за едой для меня. Я наградил ее обаятельной улыбкой, и та чуть не полетела в сторону раздачи еды. Я вернулся к своему важному занятию – подслушать, что говорят ботаны за соседним столом.

– Я вам говорю, что в хранилище была взломана дверь! – бубнил парень с бородавками. Из леших, кажись.

– Да ладно заливать! Откуда тебе знать-то!

– Это по твоей части – заливать! Ты опять уснул за столом, залив мне все записи своим раствором!

Разговор ушел не ту в сторону. Я не выдержал. Раздраженно фыркнул. Девчата за столом в испуге уставились на меня, перестав жевать и, кажется, дышать. Ситуацию спасала та, что ушла мне за завтраком. Что-то пыталась сказать, улыбалась с трясущимися руками, чуть не расплескав мне весь компот на подносе. Я молча его забрал и начал жевать, раздосадованный тем, что ничего путного не услышал. Благо, еда здесь очень вкусная. Немного отвлекла от горьких мыслей. Я уже собирался уходить, как…

– Я слышал, что приедут из Покрова разбираться.

– А я их видел! Самого Могола! Он прошел мимо меня, я чуть от страху не обделался!

Тут пошел смех и прочая ерунда. Я уже терял терпение.

– Значит, ребята, дело серьезное! чтобы ни пропало из академии, хранители Покрова не приедут просто так. А уж Могол – тем более!

– Да-а-а! Плохи дела. Лабораторию тоже закрыли.

Начались обычные ботанские разговоры об опытах и магии. Понял, что ждать от них чего-то путного мне не стоит. Я поднялся из-за стола под вздохи девчат, которые уже давно доели свои завтраки и молча протирали на мне дыры, краснея и смущаясь.

Подошел к водяному, который сказал, что повстречал Могола. Ботаны затихли, уставились на меня огромными глазами.

– Скажи-ка, мокрый, куда шел Могол, когда ты его видел?

Парень завис. Вот от слова совсем. Не хотелось трогать его вечно потное тельце, от которого даже его рубашка была липкая насквозь.

Но пришлось.

Легонько встряхнув его за плечо, я быстро отпустил, поморщившись от своей липкой ладони.

– Он шел в библиотеку… да, точно, туда… – промямлил водяной.

Я наигранно улыбнулся, похлопав его по плечу. Направился в библиотеку. Не знаю, честно, что я хотел там найти. Может быть, увидеть главное в Покрове существо. Хотя понятие не имею, что бы ему сказал. Да он даже слушать меня не стал.

Насколько я знаю, Могол – очень древнее существо. Получеловек, полуптица, он хранит наш магический мир от ненужных взоров и является связующим звеном между нижними богами и верхними. Очень могущественное существо, которое ведает многое и многое может осуществить. Покров был для этого и создан, чтобы хранить мир магических существ. То, что он общается с высшими богами, дает ему власть над нами, мелкими божками и нечистью.

Но все же вот я стою в библиотеке и, кроме пыльных книжных полок и студентов, ничего не вижу. Если здесь были служители Покрова, то наложили заклятие сокрытия. Я однажды был свидетелем этого. Красиво, но пугающе, если подумать, что это место преступления. И все же тут ничего подобного нет. Если здесь и был Могол, то его это место явно не привлекло.

Я провел рукой по волосам, думая о том, куда дальше мне идти. Запищал телефон. Если это опять Галатея, то я взорвусь прямо здесь. Телефон пикнул второй раз. Зубрилы зашептались вокруг, чтобы я не шумел. А телефон, как назло, застрял в кармане узких джинсов.

– Выключи уже свой телефон! У меня через полчаса зачет! Я не успеваю! – прошипел, в буквальном смысле этого слова, мальчик-змей.

– Заткнись! Учить надо было весь семестр!

– А сам-то!

– Ты не знаешь, когда остановиться, да?

Змей хотел съязвить, но, посмотрев на меня, тут же воткнулся носом в книгу. Я усмехнулся.

– То-то же!

Наконец достал телефон, но отключить не успел. Надо мной нависла огромная тень. С трезвонящим в руках телефоном я медленно обернулся, поднимая взгляд, чтобы рассмотреть, кому принадлежала эта тень.

– В библиотеке пользоваться телефонами запрещено! – не голос, а настоящий рык. – Выключи телефон немедленно!

Я и не знал, что библиотекарша у нас – волколак. Ее хищные золотые глаза смотрели на меня с высоты двух с половиной метров. На вид человек, но голос чудовища. Хмурое лицо обещало расправу с нарушителем тишины в зале.

– Уже, – тут же нажал отбой, улыбнувшись в тридцать два зуба.

Сейчас надеяться на обаяние моих клыков не приходилось. У библиотекарши клыки были в три раза длиннее моих. Все еще улыбаясь, как идиот, я ретировался. Только в огромных дубовых дверях библиотеки свободно выдохнул, собираясь взглянуть, кто так настойчиво мне названивал.

Мама.

Действительно, кто бы это мог еще быть.

Набирая ей ответное сообщение, чуть не подпрыгнул на месте от внезапного голоса.

– Что ты узнал?

В этот раз телефон не выпал. Сначала удивленно, потом с подозрением посмотрел на невысокую девушку в нелепой зеленой рубашке. Посмотрел на ее внимательное лицо, потом – на неопрятный пучок бордовых волос, потом опять на клетчатую зеленую рубашку.

– Ты кто вообще такая? – отвернулся от нее, продолжая свой путь, набирая по дороге сообщение матери, иначе она опять начнет звонить.

– Ты всегда такой идиот или только по четвергам?

Я повернулся. Девушка шагала рядом со мной. Ее распускающийся пучок маячил на уровне моего подбородка. Я нахмурился, стараясь припомнить ее. Ну уж точно я с ней не спал!

Или же…

Я остановился, повернувшись к надоедливой девчонке всем корпусом.

– Послушай, я не встречаюсь с девушками. Даже если мы с тобой провели одну ночь вдвоем, это не значит, что мы чем-то обязаны друг другу…

– Я и не думала, что настолько болван! – Девушка перебила меня, закатывая глаза. – Не спали мы с тобой!

– Фух, я уж испугался, что переспал с такой! – продолжил свой путь в комнату.

– Постой, что ты только что сказал? – шум быстрых шагов подсказал мне, что этот гном от меня просто так не отстанет. – С какой это «такой»?

Она одернула меня за рукав, чтобы я остановился.

– Эй, спокойнее! Только без рук, дамочка!

Она стояла передо мной, насупившись и пыхтя, как паровоз. Выглядела такой милой и смешной, что я еле сдержался.

– Прости, дорогуша, но я никогда даже не буду рассматривать гномов для своих любовных утех. А ты, видимо, из них. Так что… – Я невинно развел руки в сторону и направился к двери комнаты.

– Мудак! – донеслось мне в спину.

– Говорят!

Я зашел в комнату, застав смеющегося Ваньку с полным ртом хлеба.

– Чего ты ржешь? Смотри не подавись!

Я прошел к кровати, скидывая с нее свой несобранный и такой одинокий чемодан.

– Да, я смотрю теперь и тебе довелось столкнуться с боевым гномом!

Парень-таки подавился хлебом, закашлялся и побежал за бутылкой воды к своей тумбочке.

– Помню, когда я с ней впервые столкнулся – поставила мне фингал!

– Со мной такого не прокатит. Не на того напала.

Глава 6

Так получилось, что на практике защиты от нечисти меня поставили в пару именно с боевым гномом. Нас расставили друг против друга. Первая колдовать должна была девушка. Право, которое ей дала Вида. Стерва.

Гном, имя ее я так и не потрудился узнать, считая, что мы с ней больше не пресечёмся, так заговорщицки улыбнулась, что у меня поползли мурашки по коже. Полагаю, обиженная девушка собралась мстить. Она начертила в воздухе перед собой магический знак. Он загорелся золотым солнечным светом. Направила его в мою сторону – и ее улыбка стала еще слаще.

– Не забываем! Создаём заклятие легкой силы, чтобы оппонент мог противостоять! – напомнила Вида, даже не глядя на нас, уткнувшись в свой учебник.

– Конечно, – промурлыкала чересчур вежливо девушка, сверля меня горящим взглядом.

Даже брошенные девушки так не смотрели на меня. Что я такое ей сказал? В чем ошибся?

Гном занесла руку и…

В зал ворвалась русалка. Вида тут же подняла глаза. Русалка бежала как раз между мной и гномом, и ее могло с лёгкостью задеть заклятие. Вида изящно махнула рукой, символ заклятия рассеялся.

Гном зло прищурила глаза, все еще сверля меня взглядом. Я с облегчением выдохнул. Русалка что-то протараторила на ухо Виде. Та нахмурилась и поспешила за девушкой к выходу.

– Урок на сегодня закончен. Все свободны! – вышла из зала.

Гном встретилась со мной взглядом и провела большим пальцем себе по горлу. А что, так еще угрожают? Я послал ей воздушный поцелуй, улыбнувшись самой сладкой улыбочкой из своего арсенала. Ни к чему ей знать, что я немного испугался. Надо уточнить у Ваньки, на что она способна. Явно неадекватная дамочка.

Все разбежались, как мыши с тонущего корабля. С толпой смешалась и буйная гномиха. Но когда я заметил Гриду в своем колпачке с бубенчиками, меня заинтересовало ее поведение. Боязливо оглядываясь по сторонам, хотя ребятам, у которых сорвался урок, никакого не было бы дела до нее, девушка подошла к столу Виды. Этот зал был лишь тренировочным местом для отработки заклятий, и преподавательский стол стоял чисто формально, чтобы Вида могла отдохнуть от бездарных учеников, не глядя на их бестолковые потуги сотворить магию. Все же эльфа явно что-то там интересовало. Мне вспомнилась Грида ночью в странном облачении с северным оленем в коридоре академии. Этот вздёрнутый нос явно в чем-то замешан. И уж точно не так прост, как я всегда считал.

Я направился к ней, огибая шумных студентов. В какой-то момент кто-то сильно толкнул меня в спину, я недовольно обернулся, готовый накричать на неуклюжего. Но неожиданно для себя встретился с заплаканными девичьими глазами. Девушка наскочила на меня спиной, но тут же обернулась, в панике уставившись на меня. Темноволосая, с прямым греческим носом, она чем-то напомнила мне Галатею. Незнакомка выглядела испуганной. Я замялся, но орать не стал, поворачиваясь к Гриде. Девушка резко схватила меня за руку. Вцепилась мертвой хваткой. Вот теперь я уже молчать не буду.

– Помоги мне!

Я ошарашенно уставился на нее.

– Что, прости?

– Ты же Георг, у тебя большие связи! – тараторила девушка.

Видя мою негативную реакцию, она без раздумий буквально накинулась на меня, повиснув на шее. Ее соленые от слез губы впились в мои, крепко сжатые, в отчаянном поцелуе. Не получив ответа, она тут же отпряла от меня.

– Тебе же такое нравится, – пробормотала она.

Схватив за руку, силком вывела нас обоих из зала. Я, беспомощный и все еще охреневший от происходящего, обернулся. Но Гриды уже и след простыл. Одинокий стол по-прежнему стоял на своем месте. Отойдя на приличное расстояние от аудитории, я вырвал руку из удивительно крепкой хватки заплаканной девушки.

– В чем дело? Кто ты такая? И что все это значит?

Мне меньше всего хотелось стоять здесь и разбираться с заплаканной незнакомкой. Нужно было выведать хоть что-то о причинах закрытия ворот. Мне до безумия нужно было вырваться отсюда!

Девушка поправила свои черные волосы. Улыбнулась. Уже не испуганная, и да слезы давно высохли, будто их и не было.

– Прости, так получилось. Спасибо, что помог!

Она развернулась и поспешила скрыться за углом.

– Не понял. – Я потянулся, чтобы схватить ее за руку.

Девушка обернулась. Улыбнулась.

– Ты очень приятный на вкус, Георг. Впрочем, как и на вид. Почему я раньше не замечала?

Подмигнула мне, собираясь уйти. Но мне нужны были ответы.

– Постой!

– Ох, я бы осталась с тобой! Вот честное слово!

Я нахмурился, понимая, что мы друг друга не понимаем. Вот такая ирония!

– Глупая!

– Я знаю. Спасибо, что помог!

И скрылась за углом. Я выдохнул, проведя рукой по волосам – как-то день сегодня не заладился! – и пошел к декану.

Тот, с кислой миной, с явным нежеланием выслушал мою мольбу о таком необходимом моем отъезде из академии. Только ради влияния моего отца он позволил себе послушать нытье его богатенького сыночка. Так обидно… После выдворил из кабинета, скинув всю ответственность на указ Покрова никого не выпускать.

Я стоял под резными дверями темнее тучи, судорожно соображая, как мне выбраться из этой дыры.

Могол?

Найти самого Могола?

– Пойду найду его, – вслух пробормотал я.

– Ну что, красавчик, не все можно купить?

Я покосился в сторону. Не знаю, как долго стоит здесь этот гном. Но уже от ее вида меня передернуло.

– Твоя обольстительная улыбочка тоже не работает?

Я прищурился.

– Что тебе вообще нужно от меня?

Девушка, та, что угрожала мне часом ранее, смотрела на меня хитрым взглядом, беззаботно перебирая в руках карандаш.

– Все-таки это стереотип – красивый, значит, тупой.

Я закатил глаза, закипая от злости.

– Может, хватит уже меня оскорблять? Сама же сказала, что я могу купить все. Твои страдания – тоже.

– Угрожаешь?

– Не больше, чем ты мне.

Она усмехнулась, отлепляясь от стенки.

– Значит, угрожаешь. Не самый лучший вариант, но все же…

– Послушай, – я шумно выдохнул, рассудив, что дать волю злости лучше в решении насущней проблемы, чем на этого гнома. – Мне вот честно, все равно, кто ты. И я даже…

– Послушай меня, гоблин… – спокойным, но достаточно внушительным голосом произнесла девушка.

Откинув прядь с лица – боже, неужели кто-то еще красится в «красное дерево»? – подняла на меня глаза. Она была гораздо ниже меня, а складывалось ощущение, что это она, а не я на нее смотрю сверху-вниз.

– Мне тоже крайне неприятно, что помочь, похоже, можешь только ты один. И все же я надеялась, что ты не такой мерзавец, как о тебе говорят, – она откинула карандаш за спину.

Я проследил за его полетом, думая о том, почему же я стою как истукан и слушаю этого наглого гнома.

– Я хотела спокойно с тобой поговорить, но ты начал грубить первым. Проблема в том, что ты хочешь выйти за ворота академии.

– И?– я наконец-то взял себя в руки, понимая, что здесь наклевывается что-то интересненькое.

– А чтобы ворота открыли, нужно отыскать причину их закрытия.

– Да ты просто гений! – я закатил глаза.

– Спасибо за комплемент! Но я знаю. – От одного только взгляда на ее улыбку можно отравиться. – Так вот, я знаю, в чем причина. А ты мне поможешь ее решить. Выгода тебе – выгода мне. Честная сделка.

– И в чем же причина?

– Ты согласен мне помочь? – девушка обернулась.

В нашу сторону шла группа студентов во главе с Елей.

– Ну, не тяни! – девушка выжидающе взглянула на меня.

Я посмотрел на приближающихся людей, потом – на гнома.

– Идет.

Не успел я ответить, как девушка схватила меня за руку и быстрым шагом повела в сторону библиотеки. Я, конечно, совсем не против, чтобы девушки меня водили за руку. Но почему-то складывалось такое впечатление, что меня используют. Но смысл в обратном.

На перекрёстке девушка свернула к лестнице. Она вела на третий этаж и, как оказалось, в какую-то потайную каморку. Дверь была сокрыта очередным высоким растением. Проведя меня внутрь, девушка захлопнула дверь. Включила лампу.

Яркий свет озарил небольшую комнатку без окон. Только маленький стол, стул и куча бумаги и книг вокруг.

– Что это? Твое место для разврата?

Девушка закатила глаза, разгребая на полу место, чтобы пройти к столу.

– Почему ты такой озабоченный?

– Девушка приводит меня в маленькую уединению комнату. Какие еще мысли могут у меня возникнуть?

– Ну, может быть, девушка желает уединиться.

– Так я про то же.

– Ты неисправим.

Я усмехнулся.

– А это и не входит в наш уговор. Как и секс. Так что не рассчитывай, что мы займемся им на этом ветхом столе.

Девушка фыркнула.

– На счет уговора, – дойдя до стола, она устало уселась за него, – ворота закрылись, потому что украли Земной круг.

Мысленно я пробежался по всем знаковым и крупным магическим артефактам. Он должен быть важен настолько, чтобы сам Покров прибыл его разыскивать.

– Прости меня, конечно, но что за артефакт будет храниться в этой забытой всеми академии низших божков? – я усмехнулся, присаживаясь на высокую стопку книг у двери.

– Нет-нет, не смей садиться!

Я вздохнул.

– А ты прямо-таки знаешь все артефакты в мире!

– Не все, но сильные – все. Я не дурак, каким ты меня называешь. И я уверен в своих силах. Честно говоря, мне уже кажется, что уговор заключил напрасно.

Девушка прищурилась, превращаясь вновь в злобного гнома.

– Ты заносчивый золотой сыночек с слишком высоким самомнением!

– Пф! Надо же, оскорбила! Ну, а ты кто? Боевой гном?

Девушка резко вскочила, роняя пыльную стопку книг на пол. Отчего, словно домино, начали падать все остальные книги вокруг. Мы молча наблюдали, как все пространство маленькой комнатки заваливало книжной волной. Многие страницы старых книг разъехались. Изображение на одном из листов мне показалось знакомым. Я склонился. Протянул руку. В этот же момент к нему потянулся гном. Наши пальцы соприкоснулись. Ничего особенного, но девушка тут же отдернула руку. Хотя несколько минут назад чуть ли не силком тащила меня за эту же руку.

Я поднял странницу. Схематичное изображение времен года по кругу, а в его центре – дерево, украшенное вензелями и символами.

– Земной круг. Он отвечает на смену времен года. Контролирует все процессы, оставляя неизменным законы природы.

– По-моему, природа сейчас немного вне закона. Погода-то живет своей жизнью. На юге – холод, на севере – жара не по сезону.

– В этом-то и дело. Круг похищен или даже поврежден.

Я поднял глаза на девушку.

– Круг, по твоим словам, похищен недавно, а погода шалит уже давно. И откуда про все эти нюансы знает гном?

– Я не гном! – фыркнула девушка. Ее явно это раздражало.

– Ну и кто же ты?

Мне кажется, что она врет насчет своей сущности, почему-то стесняясь своего происхождения. Вот я, например, никогда не стеснялся, что гоблин. Всегда этим гордился.

Девушка замялась.

– Я нибелунг.

Уголки моих губ и одна бровь поползли вверх.

– Я встречал нибелунгов. Ты на них непохожа.

Девушка фыркнула.

– Все же ты больше походишь, – хотел сказать на «боевого гнома», потому что она сейчас реально выглядела воинственно, да и рост был подходящим. – Слушай, как тебя зовут?

Смена темы разговора тут же смягчила черты ее лица.

– Ана.

Я улыбнулся, протягивая ей бумагу.

– Георг, – торжественно сказал я.

– В восторге от своего имени? – девушка приняла страницу, слегка улыбнулась.

– Очень. А теперь расскажи мне подробнее о Земном круге.

Глава 7

Мне очень смущало то, что я никогда и не слышал об этом таинственном Земном круге. Да и Ана, по-видимому, мне что-то не договаривала. Впрочем, как и я ей. Она была вполне сносной, когда не оскорбляла меня и не зыркала на меня своими злобными глазами.

Мне с трудом верилось в силу какого-то неведомого артефакта. На всякий случай, не в обиду Ане, поймал тапио (имя не помню, даже если он назвал мне его), лесного духа как раз из тех скандинавских краев, считаю, что парень вполне мог быть в курсе. Я над ним однажды прикололся. Не знаю уж, на сколь он зол на меня и затаил ли обиду.

Злости не было в парне. А вот обиженные, болотного цвета глазки явно помнили все. Я улыбнулся. Ведь только улыбка может выручить в любой ситуации. Парень замялся и улыбнулся в ответ. Приблизился ко мне, буквально вторгаясь в личное пространство. Он странно посмотрел на меня. Лесной запашок со вкусом тины или полыни заставил меня прослезиться, но все же я не отступил.

– Так что ты о нем знаешь?

– Он относится к скандинавскому пантеону. Как оказался здесь, не знаю точно. Вроде как один из божков ихних, – он неоднозначно кивнул куда-то в сторону, – выкрал его.

– Значит, артефакт и вправду существует?

Парень улыбнулся.

– Конечно. Его мощь сильна. Говорят, он был даже создан не нашими богами.

Я нахмурился. Парень заговорщицки улыбнулся, будто мы уже товарищи, готовые вот-вот ворваться в банк, чтобы его ограбить.

– Первосоздателем. Но это уже сплетни! Наверное.

Я задумался. Почему же я никогда не слышал об этом могущественном артефакте?

– Я могу ещё чем-нибудь помочь, Георг? – парень все еще странно смотрел на меня, приблизились ещё на шаг, едва не касаясь моей руки.

Мой слух порадовало, что меня назвали по имени и правильно. Но вот это пугающая близость…

– Гошан!

Я повернулся к подбегавшему Ваньке.

– Георг! Меня зовут Георг! – рявкнул я.

Домовой удивительно уставился на меня. Потом выражение его лица сменилось на обиду.

– Я думал, мы друзья!

Я закатил глаза. Я никогда ему такого не говорил, но все же мы с ним неплохо ладим и делим одну комнату в общежитии.

– Что ты хотел мне сказать?

Ванька покосился на тапио, который чуть ли не тёрся об меня.

– Декан сказал всем собраться в актовом зале. Покров будет что-то говорить нам.

Я навострил уши.

– Покров?

Отошёл от чудного лесного духа. Тот чуть не рухнул на пол, когда потерял точку опоры в виде меня.

– А ты чего это? На парней потянуло? – спросил Ванька, сморкаясь в подол пестрой рубашки.

– В смысле?

– Ну, тот парнишка любит мальчиков. Я подумал…

Теперь понятно, что за улыбочки и намёки он мне посылал. А я действительно болван! Не понял!

– Нет, спи спокойно, я не по этим делам.

– Фуф, – от души выдохнул парень, – честно, меня это даже напугало! Ты такой парень классный, жаль, если сменишь полюс.

Я закатил глаза, хотя был польщен, что домовой так хорошо обо мне отзывается. И стало немного тошно за самого себя. Если честно, о Ваньке я в таком ключе даже не думал.

Всех собрали в огромном актовом зале. Наша группа стояла слева от кафедры, где возвышалось пятеро существ в строгом черном одеянии. Они не выглядели как люди. Они ими никогда и не были, как не было в них ничего божественного. Это были могущественные магические существа с головами животных. Но их создали боги Египта специально по заказу человека-птицы Могола. Пять существ – волк, змея, сокол, кошка, лошадь – стояли неподвижно, но их сияющие серебряные глаза пронзали все пространство вокруг. Разглядывали каждого студента, отмечая любую мелочь.

Я стоял за спиной абааса, который о чем-то спорил с Ванькой. Рядом накуренный дверг с трудом сдерживал смех, глядя на пугающих стражей Полога. Это не сказка и не сон. Эти жестокие существа – здесь, и они не уйдут, пока не достигнут своей цели. Затаившись от пронзительного взгляда стражей за спиной громилы, я внимательно рассматривал толпу, сам не зная, что ожидал увидеть. В первых рядах заметил Ану. Сложив руки на груди, девушка выглядела воинственно и прожигала взглядом Полог. Это заставило меня улыбнуться. Вряд ли грозный гном, пардон, нибелунг сможет напугать монстров. Я отвернулся, поднял взгляд на верхний ярус зала, опоясывающий его, словно кольцо. Там стояли преподаватели. Еля выглядела слегка дерганной, постоянно расчесывая себе руки. Ее отдёрнула Вида, с хмурым видом что-то ей сказав. Еля выпучила на нее глаза. Опустила голову, словно провинившаяся ученица.

Вида заметила меня. Из сотни студентов она смотрел на меня. От ее жесткого взгляда опять разболелась голова. Массируя виски, я отвел взгляд, ища взглядом того, кто так и не появился перед нами. Вышел декан с речью, разглагольствуя о том, чтобы не паниковали. Эцэль уже зажимал обеими руками рот, чтобы не загоготать в голос. Из его темных глаз текли слезы, расширенные зрачки видели только объект смеха.

– Ты ищешь новую девочку для утех? – вырвалось у дверга вместе с подозрительным хихиканьем, он тут же сильнее зажал рот.

Но на него успела покоситься рядом стоящая нечисть.

Я проигнорировал Эцэля, продолжая рассматривать присутствующих. В это время декан закончил свою пламенную речь и его сменил человек-сокол. Монстр вышел вперед, возвысившись над деканом, словно статуя-исполин. Голос звучал грубо, но достаточно громко, чтобы его смогли услышать даже последние ряды, которые были заняты явно не речью стража.

– Из хранилища была похищена редкая книга, – вещал страж. – Возможно, кто-то видел что-то необычное, подозрительное…

Говорил ли он правду? Похищена книга? Земной круг не похож на книгу, как ни крути, это предмет. Кто из них лгал? Полог или Ана?

– …все в стенах академии, включая преподавательский состав…

Эцэль уже рыдал от еле сдерживаемого смеха.

– …будут опрошены нами.

Я поперхнулся. Толпа загудела. Декан вскинул руки, успокаивала своих подопечных. Пока я сгибался в кашле, посмотрел на Ану. Она молча глядела на стража. Потом наши взгляды встретились. Она покачала головой, хмурясь еще больше. Непонятно, реагировала так на мой кашель или же на слова Полога. Я больше склонялся к первому варианту. Она почему-то катастрофически меня недолюбливает. Я хотел удержать ее взгляд, но тут заметил его. Высокий мужчина в сером неприметном одеянии скромно стоял у колонны, совершенно затерявшись в тени. Вокруг него стояли люди, но, видимо, никто не догадывался, в компании какого существа они сейчас находятся.

Могол.

Человек-птица. Связующее звено между мирами, хранитель и создатель Полога. Его внешность была не ярче, не хуже других, но поэтому он и терялся в толпе обычных людей. Но однажды я был свидетелем его мощи, его настоящего облика. Желание лицезреть это еще раз у меня основательно пропало. Но печаль в том, что он не приходит, если игра не стоит свеч. Он не занимается мелкими магическими делишками. Будь украдена книга или же это все же Земной круг, все определённо важно.

Получиться ли мне с ним поговорить?

Договориться, чтобы я смог убраться из академии?

Определенно стоит попробовать.

Я начал пробираться к Моголу. Все были недовольны движением, созданным мною в толпе близкостоящих ребят, но мало кто язвил мне в спину. Когда я практически добрался до колонны, неприметного мужчину заслонило лицо тролля.

– Георг, придешь на вечеринку?

– И-и-и…

Все, что вырвалось из меня, пока я пытался выглянуть из-за плеча широкого парня.

– Не понял? Это ты на каком наречии говоришь?

– А-а-а, дай же пройти!

Я не хожу к нему на вечеринки, потому что они играют в карты. На деньги. Я все еще пытался обойти тролля, но толпа студентов не очень-то мне в этом помогала.

– Так придешь или нет? Будет много горячих девчонок!

Я закатил глаза, одновременно злясь, что не могу обойти этого тупого парня и отчасти оттого, что все поголовно считают, что мне нужны только девушки и их мокрые трусики. В конце концов я сдался, потому что страж закончил свое скорее запугивание, нежели речь, и скоро вся эта масса людей снесет с ног или в лучшем случае оттеснит меня к выходу из зала. Но мне нужно было поговорить с Моголом. Смогу ли я позже отыскать его в академии?

– Ладно! Ладно, уговорил! Приду! Дай же мне пройти! – отчаянно пробормотал я.

Тролль наконец сместился, и я, чуть ли не падая, юркнул вперед. Но, конечно же, Могола там уже не было.

Ну, что за проклятая академия?!

Глава 8

Проклиная эту вонючую вечеринку, я старался держаться подальше от карточного стола. Вернее, от составленных вместе двух облупленных общежитских столов. Парни с горящими от азарта и выпивки глазами смотрели на свои карты, пытаясь срубить выигрыш. А на кону сегодня ни много ни мало – несколько тысяч. Но самое главное, что терзало меня, и одновременно тянуло к столу – это браслет Афродиты. Понятие не имею, как он оказался у этих забытых всеми существ, но он реально был настоящим. Хотя многие не верили в его достоверность. Но я-то знал наверняка. Галатея в свое время мне прожужжала все уши о нем. Но каким бы джентльменом с ней я ни был, искать артефакт отказался наотрез.

Полумрак комнаты скрывал лица девушек, что стайками плавали вокруг игроков. Они искали ночных приключений и утех, смешивая свои женские флюиды с облаком сигаретного дыма и запахам дешевого пойла. Многие подкатывали ко мне, хлопая накрашенными ресницами, словно крыльями. Но мигрень не позволяла мне обратить хоть на одну из них внимание. В углу мрака я заметил ту девушку, что поцеловала меня в тренировочном зале. Она заметила меня. Скромно улыбнулась, неловко помахав рукой. Вообще она вела себя странно, забившись в углу с книгой в разгар вечеринки.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.