Таисия Афинская
Женские истории

Экскурсия в прошлое…

Ночной Белград встретил меня проливным дождем. Выйдя из здания аэропорта, я увидела только мигающие в темноте желтым светом глаза такси.

– Такси, такси! – крикнула я в безбрежную пустоту.

Между мной и машиной – стена дождя. Я протянула руку и, открыв дверцу, постаралась скорее забраться в салон. И только, когда захлопнулась дверь автомобиля, я ощутила себя в полной безопасности.

– Куда едем? – спросил таксист на сербском языке.

Я не знала сербский язык, но интуитивно поняла вопрос, так как в тот момент другого просто не могло возникнуть.

– В Старый Белград, отель «Палас".

  Всю дорогу я смотрела в окно. Мелькающие огни и размытые дождем силуэты домов вызывали во мне неописуемые чувства восторга и радости.

Вот ты, Белград! Сколько долгих лет я мечтала о тебе…

Осенний гром. Молния, выхватившая часть города над рекой. Высотка, взмывающая над горизонтом. Это всё, что можно было разглядеть в ночном мракобесии стихии.

Гостиница располагалась в старой части Белграда. Вымощенные булыжником узкие улочки. Красивые дома в стиле модерн. Многое здесь своей архитектурой напоминало центр Москвы, и в то же время было понятно, что я нахожусь в одном из самых древних городов Европы.

Небольшой номер с окном во внутренний дворик отеля вызвал некоторое чувство одиночества и грусти.

Я села на кровать и закурила.

– Боже, зачем я приехала сюда? Ведь всё давно уже в прошлом и нужно ли его поднимать из глубины своего сердца? –  я курила и смотрела в окно. Дождь не прекращался, а только лишь временами становился тише. Капли дождя, моими слезами, ползли медленно вниз по стеклу…

Я распахнула окно. Легкий шум дождя наполнил маленькую комнатку своей ночной свежестью и прохладой. Выключив свет, я прилегла на кровать и, прикрыв ноги одеялом, закрыла глаза. Утром меня разбудил всё тот же стук дождя в подоконник. Казалось, что этому осеннему ненастью не будет конца! Серое небо, серые дома, серый заброшенный дворик гостиницы – все это было серо-скучным и вызывало тоску. На память почему-то сразу пришли рассказы Эмиля Золя. Как и в этом утре, в них тоже была какая-то безысходность…

– Надо что-то менять! – подумала я, и в голове тут же возникло решение: – Всё отлично, девочка!  Серое небо ещё не повод для грусти!

Я взяла зонтик и пошла бродить по тихим улочкам просыпающегося Белграда.

Выходной день, бесконечный дождь и восемь часов утра – это, конечно, не повод для горожан выползать на улицы. И тем самым это было привлекательным для меня, одинокой путешественницы в прошлое…

   ***

Прошлое…

Оно следовало за ней неотступно все эти тридцать лет. Правда, иногда надолго выпадало из её жизни. Иногда обозначалось какими-то короткими вспышками воспоминаний. Но оно всегда было при ней, как короткое приложение к ней самой, к её жизни, к её мироощущению.

Человек так устроен, что всё, о чём хочется поскорее забыть, забивается им в самый далекий угол своего сознания, своей памяти, своей души. Но, время от времени, оно всё же потихоньку выползает из глубины тоненькой змейкой и напоминает о себе короткими картинками прошлой жизни.

Когда ей предложили путевку в Белград на три дня, она, не раздумывая, согласилась поехать. Ей вдруг захотелось подышать тем воздухом, которым дышал Он. Пожить в том городе, в котором жил Он. Ей захотелось вновь почувствовать себя частичкой Его жизни. В её памяти Он остался таким же веселым, жизнерадостным, обаятельным и самым лучшим мужчиной из всех мужчин, которых она встречала после.

Три года, которые они провели вместе, было для неё короткой сказкой. Сказкой, которая, казалось, будет длиться всю жизнь.

Но всему когда-то приходит конец. И вот однажды, по всем законам драматургии,  Он сообщил ей, что его переводят работать в Иран. И что Он, конечно, постарается вернуться. Он, конечно, будет ей писать, звонить, и будет всегда любить только её, одну её…

И были звонки. И были письма. Но постепенно, год за годом, они возникали в её жизни все реже и реже… А затем прекратились и вовсе.

***

Я махнула рукой:

– Такси!

Машина остановилась.

– Новый Белград, пожалуйста, – попросила я, садясь в машину.

– О! Россия, Москва? – восторженно произнес таксист на ломанном русском.

– Да, Москва. А вы знаете русский? – я даже немного удивилась, услышав коверканные знакомые слова. Ведь, когда в отеле или в кафе я пыталась обратиться на русском языке, то на меня обращали холодный взгляд и переспрашивали только на английском…

– О, мало-мало! Русский турист часто едет. Выучил! Новый Белград, куда? – решил он уточнить адрес.

В моей памяти как-то сразу всплыл его адрес, по которому Он проживал еще тогда, тридцать лет назад…

-Я ищу человека… Вернее, я знаю адрес, но не уверенна живет ли он там? – я с безнадежностью посмотрела на таксиста.

– Я плохо понимать! Английский? – таксист взглянул на меня через лобовое зеркало машины.

– I badly know English*, – кое-как вспомнила я уроки английского: – I search for the person*.

Запас знаний на этом истощался:

– I wish to find a phone number to the address of? You to me could to help?*

– О! ОК! Name the address and a surname!* – ошарашил он своим желанием помочь.

Я назвала адрес и фамилию адресата, всё еще не веря в происходящее.

Таксист набрал адресную службу  и на клочке бумаги записал мне номер телефона, который ему любезно предоставила оператор.

– To call awake, madam!* –  он улыбнулся: -So where we go?*

– По адресу! – ответила я.

 Подъезжая к указанному дому, я заметила рядом большой супермаркет.

– Остановите здесь! – неожиданно для себя прокричала я. И поблагодарив водителя за участие, быстрым шагом направилась в сторону торгового центра.

Мне надо было прийти в себя. Необходимо было упорядочить свои мысли. Да и вообще, такой шквал событий вызвал в моей душе маленький переполох…

В небольшом кафе я с трудом отыскала пустой столик. Сигарета и чашка эспрессо дали мне возможность расслабиться и понять, что отступать нельзя. Просто невозможно!  Иначе всю оставшуюся жизнь я не прощу себе этой трусости.

Я взяла мобильный и набрала номер телефона, написанный рукой таксиста.

– Алло? – произнес милый женский голосок.

Осипшим растерянным голосом я назвала имя. Трубку положили рядом с аппаратом. Тишина. Мне казалась, что прошло миллион лет!

– Алло! – услышала я мужской баритон.

Это был его голос! Я узнала бы его среди тысячи голосов! Я назвала свое имя. Тишина остановила мое дыхание.

– Ты где? – спросили на другом конце, – Я сейчас буду. Жди!

Три дня мы провели вместе. Утром он заезжал на своём автомобиле за мной в отель и до вечера мы ездили по всему Белграду. Сидели в кафе. Гуляли по городу. Он рассказывал о себе, о своей жизни, о своей семье. Семь лет назад, во время бомбардировки Белграда американцами, у него от разрыва сердца умерла жена.

Глядя на него и слушая его историю, я вдруг подумала, что судьба правильно распорядилась, разведя нас по разные стороны жизни… Три года мы были вместе. Три года мы любили друг друга. Три года мы дарили друг другу радость, счастье, надежды… Но… к сожалению, наша память не делает поправки на время. В нашем сознании все события и все лица запечатлеваются только в том промежутке времени, когда мы сталкивались с ними… Когда мы проходили через их, а они через нашу судьбу…

***

Находясь уже в салоне самолета, я поняла, что для того, чтобы исчез замучивший меня сюжет, необходимо было сделать шаг к этому завершению.

Надо проститься со всеми тяготами, обещаниями и надеждами прошлого.

Этот сюжет  для меня  закончился. Всё ушло и уже ничего не мешало мне жить. Я рассталась с прошлым и позволила себе начать новую жизнь!

В Шереметьево меня встречал сын…

***

*I badly know English – Я плохо знаю английский

*I search for the person – Я ищу одного человека

* Name the address and a surname – Назовите адрес и фамилию

*I wish to find a phone number to the address of?. You to me could to help? – я могу узнать по адресу номер телефона? Вы можете мне помочь?

*To call awake, madam! – звоните сами, мадам!

*So where we go? – теперь куда?

Валька

Валька работала дворничихой. Не молодая, не старая… Никто из жильцов не знал, сколько ей лет. Работала отменно. Круглый год во дворе была чистота. Летом-осенью всё подметено, а зимой-весной тротуары вычищены до асфальта. А дворов у неё было целых четыре! Валя трудилась «на славу». И никакие сегодняшние дворники –гастарбайтеры, машущие, иногда, по утрам лопатами не годятся ей и в подмётки!

Была Валька простой деревенской теткой, приехавшей из глубинки.

Колхоз, где жила она с мамкой, зарплату выдавал трудоднями, зерном и мукой. Пенсию мамка в колхозе получала мизерную. А деньги, хоть и зло, как говорили в советские времена, но необходимость в них была. И большая! То крыша потечёт, то забор завалится, то то, то сё. Короче, за всё платить надо. И не всегда бутылкой можно было расплатиться. Требовались и деревянные!

Вот и решила Валька податься в город. Всё же какая-никакая, а живая копеечка будет… Да ни в какой-нибудь город, а в самый что ни на есть большой и столичный город на свете – в Москву!

Помыкалась она по вокзалам, по рынкам и пристроил её один добрый человек в домоуправление дворничихой. Здесь и комнатушку ей дали небольшую. Комнатушкой, конечно, этот чуланчик назвать было сложно. В нём хранился рабочий инвентарь. Но кровать тут стояла и тумбочка была с зеркалом. В углу умывальник. А если ещё и работать будет хорошо, то через пять лет обещали комнату дать. «Может и мамку перевезу…» – мечтала она.

Счастлива Валентина была безмерно! А что ещё надо было этой испуганной деревенской бабе, попавшей в неуёмный, безбашенный, но такой величественный и большой город. Девка она рукастая, ногастая, работать не ленилась. Летом вставала чуть рассвет забрезжит, по деревенской привычке. А зимой, в кромешной тьме, с пяти утра уже расчищала тропинки и тротуары, чтобы жильцам домов было удобно спешить на работу, в школу или детский сад.

Вот и в это зимнее студеное утро она, вооружившись своей заскорузлой фанерной лопатой, вышла чуть свет на работу. Снега насыпало много. Весь снег, который бывает зимой, казалось, высыпался на город этой ночью. Но Валентину никогда не пугали трудности, она всегда умела их преодолевать.

Жильцы домов стали только просыпаться от звона будильников, а Валька уже усиленно сбрасывала на газоны снег, расчищая дорогу. Раскрасневшаяся и с выбившимися из-под платка прядями светлых волос она напоминала русскую красавицу. Но не ту, кустодиевскую русскую красавицу, которая рыхлая и изнеженная с напомаженными румяными щеками восседает на кроватях, а ту, которая  « и коня остановит, и в избу войдет». Крепкая, сильная и твердо стоящая на этой русской земле.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.