Тени чужих грёз
Григорий Ермолаев

© Григорий Ермолаев, 2022

ISBN 978-5-0056-0969-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ТЕНИ ЧУЖИХ ГРЁЗ
ГЛАВА 1

Первая мысль была: «Где я?». Как отзыв на неё с ударом сердца пришло: «Похоже, в морге».

Полминуты назад я установил, что лежу на твёрдой поверхности, с головой накрытый белой простынёй. Это покрывало мешало мне дышать, и пришлось его снять с лица. Сразу же стало легче, и часть моего тела, заведовавшая мыслительными процессами, заработала быстрее.

Сейчас я лежал на какой-то высокой каталке и осматривался, водя головой из стороны в сторону. Просторное помещение с низким белым потолком, со стенами, выложенными голубым кафелем. Глаза режет свет от ярких ламп на потолке. Со стороны моих ног находится широкая двустворчатая дверь. Слева от меня длинный стол с какими-то, разложенными на его поверхности, инструментами. Рядом со столом такая же каталка, и на ней ещё одно тело, накрытое простынёй, с проступившими на ней тёмными красными пятнами.

Но это были ещё не все открытия. В процессе осмотра я сделал интересное наблюдение: эта обстановка была чужда для меня. То есть так чужда, как будто я очутился совершенно в другом мире и в другой реальности, которые так отличаются от моих собственных, что я ощущал себя как новорожденный ребёнок, для которого всё вокруг внове. Но, несмотря на такое состояние неопределённости, я абсолютно понимал всю окружающую меня обстановку. Как так? На удивление просто: как только я останавливал взгляд на каком-либо предмете, или задавался каким-либо вопросом, ответ приходил незамедлительно откуда-то из глубины моего мозга. Впечатление было, что в моей голове поселился некий мудрец-справочник, передававший мне нужную информацию. Так я выяснил, что на мне потёртые синие джинсы с чёрными кроссовками Найк и чёрная рубашка с длинными рукавами. И лежу я на каталке и, возможно, в морге. И чем дальше, тем больше терминов и определений мной осмысливалось.

Как результат моих исследований, в мозгу закономерно сформировался вопрос: «Кто я?». Ожидание продлилось несколько секунд, но мой таинственный подсказчик молчал. Подобный сбой произошёл впервые. Это меня одновременно и удивило и раззадорило. Я скинул с себя простыню, поднялся и сел на каталке. Картина комнаты поплыла перед глазами. Я ощутил внезапно нахлынувшую слабость.

– Смахивает на сотрясение мозга, – мой внутренний собеседник опять включился.

Я инстинктивно приложил руку к голове и пощупал затылок. Действительно, большая шишка. Что-то это всё мне переставало нравиться. Почему я оказался в морге? Ошибка врачей? Меня стукнули, пока везли сюда? Мудрец молчал, будто не замечая моих вопросов. Или же потому, что сам не знал ответов.

Наконец, после нескольких бесплодных попыток хоть как-то прояснить ситуацию, я решил, что лучше будет, если я уберусь отсюда как можно быстрее. Мой скрытый собеседник молчал, но у меня было ощущение, что он тоже всемерно поддерживает такое решение.

Опустившись на ноги, на каменный пол, я двинулся к двери. Оказавшись рядом с её створками, осторожно толкнул одну из них. Дверь не была заперта и легко приоткрылась. Я прислушался – где-то капала вода, но удары её капель только подчёркивали тишину, царившую в коридоре. Посмотрел в щёлку между половинками двери, затем ещё больше приоткрыл створку и высунул наружу голову – коридор был пуст. Коридор шириной метра три, длиной метров двадцать пять-тридцать. По стенам, под самым потолком, тянутся трубы. Тусклый свет от плафонов на потолке позволял скапливаться многочисленным теням на всём обозреваемом мной пространстве. Однако, нельзя было не заметить, что через определённые промежутки, по обе стороны коридора, расположены обитые металлом двери.

– Подвальный этаж, – высказал догадку мой неутомимый помощник.

А я и не стал спорить. Всё настойчивее мной овладевало ощущение, что надо как можно быстрее выбираться отсюда.

Стараясь не шуметь, я вышел в коридор, прикрыл дверь и быстро двинулся к дальнему концу коридора, держась области тени рядом со стенкой. С каждым шагом прислушивался, но по-прежнему ничто не покушалось на царящую тишину. Так я прошёл почти половину намеченного расстояния, когда впереди послышался шум шагов. Скорее всего коридор там поворачивал к лестнице, так как звук сначала шёл немного сверху.

Я постарался быстро юркнуть за ближайшую дверь, и это мне удалось. Снова мне повезло.

– Удачка прямо в тебя влюбилась, – прокомментировал ситуацию мой внутренний собеседник.

Вообще, я всё меньше стал его замечать – он всё больше становился каким-то фрагментом меня самого, а его голос всё больше воспринимался как мои собственные мысленные рассуждения.

Но сейчас не стоило отвлекаться. Шаги приближались. Явно шёл не один человек. Я оставил небольшую щёлку для наблюдения и затаился.

Слух меня не подвёл, мимо прошли двое. Один – низенький толстяк с двойным подбородком и носом картошкой. Другой – более высокий и плотный мужичина, лицо которого я не мог разглядеть. Оба были одеты в спецодежду врача, с шапочкой на голове, а низенький поверх всего ещё нёс клеёнчатый фартук и нарукавники.

– Что-то я проголодался, – донеслись до меня слова толстяка, произнесённые каким-то шипящим фальцетом, – пошли подкрепимся перед делом.

– А дело как же? – возразил ему высокий хриплым басом. – Босс по головке не погладит, если не справимся.

– Расслабься, никуда наш контингент не убежит. Один уже с перерезанным горлом, а другому я самолично лошадиную дозу снотворного влил, так что не удивлюсь, если ничего больше не понадобится.

После этих слов низенький расхохотался, будто отпустил отличную шутку, и снова обратился к приятелю:

– Пошли, у меня тут коньячок припасён и жареная курочка со специями. Пойдём, займёмся настоящим делом перед этой тупой работёнкой.

Высокий ещё что-то проворчал, но его слова заглушили щелчки ключа в замке и скрип отпираемой двери. Минута, и разговоры смолкли – оба незнакомца вошли в помещение и закрыли за собой дверь.

Я ещё подождал, не выйдут ли они обратно, но всё было спокойно, и я решил осмотреться, куда попал. В скромном свете из-за приоткрытой двери неясно вырисовывались столб вешалки и висящий на нём врачебный халат. В глубине помещения виднелись объёмные пластиковые мешки. Похоже, здесь было какое-то хранилище или склад. Мне подумалось, что нелишним будет надеть какой-нибудь халат, чтобы выглядеть менее заметным. Что я и сделал. Халат явно был не новым, так как от него пахло каким-то лекарством, но меня это не остановило. Маскировка иногда требует жертв. Вместе с этим соображением что-то мелькнуло в моём мозгу, какое-то неуловимое воспоминание о прошлой жизни, но только мелькнуло и сразу же пропало. Я не стал над этим ломать голову. Время поджимало.

Чуть более приоткрыв дверь, я прислушался. В коридоре снова царила тишина. Дверь, за которой скрылись двое незнакомцев, хорошо скрывала звуки. Что ж, еда потребует некоторое время, так что, думаю, минут двадцать у меня есть. И не стоит их терять.

Я решительно вышел в коридор, тихонько закрыл дверь и почти бегом, на цыпочках, потрусил к повороту коридора.

Достигнув цели, я остановился и осмотрелся. Коридор здесь поворачивал к каменной лестнице с металлическими перилами, ведущей вверх. На перилах лежал слой зелёного пластика, довольно старого и испорченного многочисленными порезами. Я, соблюдая максимальную осторожность, двинулся вверх по ступеням. Через два пролёта ступени закончились, и моему взору предстала ещё одна дверь. На этот раз двустворчатая деревянная и cо стеклянными окошками. В этих окошках хорошо просматривался ещё один коридор. Такой же пустой, как тот, который я покинул, и также насыщенный дверями. Но сейчас каждая из них имела какую-то табличку, а к стенам коридора во многих местах прислонялись деревянные лавки, выкрашенные в белый цвет. Похоже я попал в некую больницу или поликлинику. И, скорее всего, сейчас ночь на дворе. Ну что ж, придётся прикидываться сотрудником этого учреждения.

Я открыл створку двери, опять незапертой, что внушало оптимизм! Помянув персонал хорошими словами за их радушие и гостеприимность, я решительно зашагал по коридору. Дойдя до первого кабинета, я попытался открыть дверь. Ради любопытства. Но она не поддалась, что подтвердило всемирный закон – любому радушию есть предел.

Усмехнувшись, я продолжил своё путешествие. Так, бесцельно блуждая в коридоре, я постепенно вышел в просторный холл. Справа от меня находилась длинная стойка с какой-то документацией и монитором компьютера. За монитором, положив голову на стопку бумаг, спала дежурная медсестра.

Слева же находился вход в больницу с двумя стеклянными стенами и встроенными в них металлическими створками дверей. За стеклом стен было видно, что ночь вступила в свои права, и полная Луна катается среди звёзд. Внутренняя дверь была нараспашку, но вот наружная…

Я подошёл к ней и попытался открыть, но похоже моя удача здесь не работала. Нужен был ключ. Пришлось вернуться и подойти к стойке. Действительно, на стойке лежала связка ключей. А эту связку держала рукой спящая медсестра. Я попробовал потянуть связку за один из ключей, но рука женщины её сжимала крепко.

Перебрав в уме варианты завладения ключами, я решил действовать жёстко, нагло, но гуманно. Протянув руку, я побарабанил пальцами по монитору. Видно спящая владелица ключей услышала мой призыв проснуться и подняла голову.

– Нужны ключи. Надо открыть дверь и принести оставшиеся мешки, – громко брякнул я первое, что пришло на ум и протянул руку.

Красавица лет двадцати трёх вероятно ещё не отошла ото сна, так как просто посмотрела на меня и вяло произнесла:

– Не забудь закрыть дверь.

После этого наставления она отдала мне ключи и снова положила голову на бумаги. Я не стал мешкать, а быстро приблизился к преграде, отделяющей меня от свободы, и открыл дверь. За спиной послышалось какое-то движение и возглас:

– Стой, а что за мешки?!

Я не стал уточнять, а бросился со всех ног прочь.

Я долго бежал через какую-то рощу, пока не выбежал на широкое шоссе. В ночное время дорога была пустынной, а мой внутренний советчик помалкивал, поэтому я наобум выбрал направление и медленно побрёл к неизвестной цели. Однако долго мне шагать не пришлось, за спиной послышался шум мотора. Решив, что вряд ли мои захватчики смогли так быстро организовать погоню, я вышел почти на середину дороги и поднял обе руки.

Через несколько секунд передо мной выскочили два горящих глаза огромного зверя. Раздался скрип, и мощный зверь встал, практически ослепив меня своим сиянием.

Я прикрыл глаза рукой и разглядел силуэт авто – невысокий пикап, как вежливо подсказал мне мой всезнайка.

– Что-то случилось, доктор? – пока я пытался разглядеть машину, водитель открыл дверь кабины и высунулся наружу.

– Да, – я решил врать напролом. – Много вызовов, так что машины закончились, придётся идти пешком. Не подбросите меня?

– Вот это да! – водитель даже присвистнул от удивления. – Конечно, доктор, садитесь.

Мужчина скрылся в кабине, и я услышал, как противоположная дверь кабины открылась. Пройти к ней, влезть внутрь и захлопнуть за собой дверь, было делом мгновений. Я взглянул на водителя. Молодой, но уже тёртый парень, лет двадцати шести. В кепке, кожаной куртке, серых брюках и коричневых ботинках.

– Благодарю вас, очень мне помогли, – я решил быть вежливым и этим попробовать избежать ненужных расспросов.

– Да ладно, возможно и вы мне когда подмогнёте, – ответил парень, трогая машину с места. – Вас куда подбросить?

Я ожидал этот вопрос, поэтому выдал заготовленный адрес. Это название я запомнил, когда смотрел на стопку листов на стойке в больнице.

Водитель снова присвистнул:

– Ну и район вам достался! Теперь понятно, почему столько вызовов. Там что ни день, то драка, а то и похуже бывает.

Несмотря на такую характеристику пункта назначения, я внутренне облегчённо вздохнул: моя идея себя оправдала.

Оказавшись на месте, я понял, почему водитель так недоумевал, услышав мой ответ. Передо мной предстала неширокая улица с фонарными столбами, многие из которых не работали. По обеим сторонам от меня высились старые двух и трёхэтажные дома. Даже в условиях скудного освещения можно было заметить обшарпанные стены с различными надписями и рисунками уличных художников-острословов. Правда, надо отметить, что метрах в десяти от меня виднелся хорошо освещённый вход в подвальное помещение, над которым висела переливающаяся разноцветными огнями надпись: «Пивной бар У Светлячка». Дома через два, далее, виднелась похожая надпись, но уже над дверью, контуры которой обозначала гирлянда огней. Вывеска гласила: «Ресторан-бар Снежинка».

При виде этих названий ко мне пришло осознание, что в желудке у меня давно чувствуется абсолютная пустота. Мне тут же подумалось, что хорошо бы спуститься в бар и чем-нибудь подкрепиться. На халяву, так как карманы у меня были также пусты. Но я поразмыслил, что можно сначала успеть что-то перекусить, прежде чем мне намнут бока.

Но не успел я начать приводить в исполнение свой коварный план, как моё внимание привлекло примечательное событие.

Дверь ресторана-бара широко распахнулась, и оттуда вывалились трое парней, толкавшие перед собой девушку. Девушка явно плакала и умоляла своих спутников отпустить её:

– Ну, Гера, ну послушай, я ни в чём не виновата. Я больше не могу. Он убьёт меня. Я не хочу умирать. Ну я прошу тебя…

– Вот сама ему это и расскажешь, – вероятно это упомянутый Гера отвечал ей, – а потом и обслужишь как надо.

Гера расхохотался своей, видно очень смешной шутке, его смех поддержали его дружки. Девушка попыталась в это время вырваться и убежать, но ей это не удалось. Гера, разозлённый её непокорностью, с силой встряхнул её, отчего у неё голова заболталась как у тряпичной куклы.

В это время у меня в голове мелькнуло какое-то смутное воспоминание. Что-то связанное со смехом, я бы сказал даже с громоподобным хохотом. Мелькнуло и спряталось в глубины моего сознания. И как я ни пытался подобрать ключ к его чертогам, у меня ничего не вышло.

Между тем наблюдаемая компашка уже поравнялась со мной. Гера остановился и стал вызывать по мобильному телефону ещё одного своего дружка, который, по всей видимости, где-то задерживался, хотя давно должен был бы подогнать к ресторану авто и забрать всю компанию. Остальные парни всё внимание теперь сосредоточили на Гере и его переговорах, ослабив наблюдение за девушкой. Та, воспользовавшись ситуацией, сумела вырваться из рук своих сопровождающих и бросилась в мою сторону.

– Помогите, помогите мне! – с отчаянием в голосе закричала она, подбегая ко мне. – Они ведут меня на смерть, он убьёт меня!

Вначале я решил не вмешиваться в чужие разборки, ведь я не знал всей предыстории. Мало ли какие разборки могут быть среди давних знакомых. Да и не тянуло меня после морга ввязываться в какую-то историю. Но… Но когда ко мне так, со слезами на глазах, незнакомка обратилась за помощью, внутри меня обрушилась какая-то стена. Какая-то башня, до сих пор удерживавшая меня от безрассудства, дала трещину. И я пошёл навстречу мольбам незнакомки.

– Эй, парни, зачем вы девушку обижаете? – смело обратился я к трём друзьям.

Гера, от удивления, опустил руку с мобильником и уставился на меня. Только сейчас я обратил внимание на его мощную мускулистую фигуру. Он был одет в футболку и джинсовую куртку без рукавов поверх неё. Отчего я мог беспрепятственно наблюдать бугры мышц его рук. Джинсы и кроссовки дополняли его спортивный образ.

Его два товарища, хоть и были немного ниже его ростом, но по силе, на мой взгляд, Гере не уступали. Поэтому, когда первое оцепенение от моего нахального выступления прошло, я услышал дружный рёв:

– Да ты на кого рот раззявил, стручок-переросток?!

– Ловите эту тварь, пацаны, – показывая на девушку, обратился Гера к своим дружкам, – а я пока покажу её защитничку дорогу к звёздам.

Его пацаны заухмылялись и, поигрывая мускулами, стали меня окружать, пытаясь добраться до девушки, которая в этот момент укрывалась за моей, не особо широкой спиной. Гера же, разминаясь, наклонил голову в одну и другую сторону, а затем двинулся прямо на меня, выразительно ударяя внушительным кулаком правой руки в раскрытую ладонь левой.

Несмотря на такое впечатляющее наступление, колени у меня не подогнулись и даже не задрожали. Скорее наоборот: какое-то веселье выползло из глубин моего сознания и полностью овладело мной. Я сжал кулаки, поднял руки, защищая голову, и выставил вперёд ногу. На мой взгляд это должно было означать очень эффективную боевую стойку.

В этой стойке я и пропустил первый удар Геры. Его кулак мелькнул перед моими глазами, и я, красиво взлетев вверх, быстро приземлился на мостовую. Секунды четыре я ловил ртом воздух, но когда пришёл в себя и попытался встать на ноги, новый удар ногой в бок вновь опрокинул меня на спину. Мне был слышен смех, точнее ржание дружков Геры, которые остановились поглазеть на весёлую расправу над каким-то болваном, рискнувшим высказаться перед ними. Ещё один удар ногой, ещё один… Но следующего удара не последовало. Я из последних сил изловчился и поймал ногу Геры. Что-то заставило меня сильно сжать пальцы немного выше щиколотки. И тут…

И тут я ощутил, как поток энергии начал вливаться в моё тело. Моя рука служила неким проводником, по которому энергия шла от источника, то есть от тела внезапно замершего Геры, к аккумулятору. То есть ко мне. Несколько секунд, и всё закончилось. Тело резко преобразившегося Геры, сильно похудевшего и как-то жутко сморщившегося, снопом сена повалилось на землю. Меня же, будто на пружинках, рывком подбросило вверх. Боль от ударов совершенно исчезла. Теперь я твёрдо стоял на широко расставленных ногах и чувствовал себя ярко светящейся лампочкой. Время как-то замедлилось, а ночь превратилась в день. Я, как в кино, видел постепенное преображение лиц дружков Геры: улыбки сползали с их лиц, уступая выражению страха и недоумения. Наконец до меня донеслись первые слова:

– Ты чо?.. Ты чо с Герой сделал? – это, тупо уставившись на поверженное тело, произнёс один из двоих оставшихся. Невысокий, но крепко сбитый парень, эдакий шкафчик, одетый в тренировочный костюм, кроссовки и кепку. – Ах, ты ж гад! Да я тебя…

Но более он ничего произнести или сделать не смог. Я одним прыжком переместился к нему и сжал пальцами своей руки его шею. То же чувство насыщения энергией, излечения всех ран и запредельного повышения всех способностей. Теперь всё действо заняло лишь пару мгновений. Как выжатый лимон, сморщенное тело товарища Геры шлёпнулось о землю. Но я не стал ждать, пока оно упадёт, а сразу же обернулся к другому весельчаку, который уже добрался до девушки и теперь держал её за руку. Под моим взглядом он отпустил руку своей пленницы, медленно попятился, повернулся и бросился бежать. Правда далеко убежать ему не удалось. Я всё также, почти без усилий, настиг его и сжал пальцами шею. Миг, и его тело упало на мостовую.

Я же обернулся и подошёл к девушке. На её лице было написано ошеломление всем произошедшим. У меня же, на удивление, не было никакого чувства, кроме безграничной эйфории.

– Они тебя не поранили? – спросил просто потому, что надо было что-то сказать.

– О-о, а-а! Как ты… – это была первая реакция девушки на мои слова, но очень быстро она очнулась и уже заговорила более осознанно. – Быстрее, нам надо уходить. Их могут найти, и нам не поздоровится.

Она схватила меня за руку и потянула за собой. Я и не сопротивлялся, так как мысль, что нас могут обнаружить, была весьма разумна. К тому же мне надо было как-то потратить тот огромный объём энергии, который я получил от трёх жертв. Каким образом у меня оказались такие способности, мне не было известно, а мой таинственный советник-подсказчик, как всегда в экстренных случаях, предпочёл отмалчиваться.

Мы бежали около получаса, пока не оказались в каком-то переулке с редкими мигающими фонарями и двухэтажными домами. Моя спутница открыла дверь одного из них, и мы сначала прошли по обшарпанному коридору, а потом поднялись по каменной лестнице, со ступенями с отколотыми краями, на второй этаж. Там мой гид остановилась перед зелёной металлической дверью и достала из-за дверного косяка длинный ключ. После несложных манипуляций с ключом, мы попали внутрь квартиры. Щелкнув тумблером на стене, девушка включила свет. Перед моим взором предстала комната с розовыми обоями с крупными красными цветами, большим зеркалом и широким диваном, укрытым тёмно-бордовым покрывалом. Окно было закрыто плотными зелёными шторами. По всей квартире витал запах каких-то цветочных духов.

– Это квартира одной моей знакомой, о ней никто не знает, а знакомой ещё недели две дома не будет. Переночуем здесь, а утром рванём из города. Ты располагайся, а я пока в душ. – моя спутница выпалила эту инструкцию почти скороговоркой и быстро скрылась в ванной комнате.

Меня сразу же заинтересовало зеркало. Точнее мой вид в нём. Я подошёл к зеркалу и остановился. На меня глядел худой юноша лет двадцати трёх-двадцати пяти. C копной чёрных волос, немного не доходящих до плеч и скрывающих высокий лоб. На полноватом лице серые, с голубоватым оттенком, глаза, густые брови и острый нос с небольшой горбинкой, под которым широкий рот с крепко сжатыми тонкими губами. Одежда на этом пареньке имела не лучший вид. Мой медицинский халат был весь в пыли и порвался в нескольких местах, что являлось следствием моих интенсивных валяний по мостовой. Хотя, благодаря ему, рубаха и джинсы почти не пострадали. Во всяком случае, дырок на них мне обнаружить не удалось.

Удовлетворённый своим знакомством с самим собой, я снял халат и положил его на спинку стула, который, вместе с небольшим столиком, стоял перед висевшим на стене зеркалом. На столике находились различные баночки, пузырьки, флакончики и иные сосуды для наведения красоты и создания привлекательного образа. Сев на стул, я автоматически принялся рассматривать их, в то же время размышляя о прошедших событиях. До сих пор было неизвестно, каким образом я появился в морге, откуда я взялся, как меня зовут… Рассеется ли тьма неизвестности? Ответа не было. Что мне делать, чтобы получить необходимые знания, или к кому обратиться? Ответа не было.

Что ж, будем принимать естественный ход вещей, надеясь наткнуться на какие-либо зацепки. У меня появилось чувство, что мой внутренний помощник, советы или объяснения которого я всё больше стал воспринимать, как часть своего мыслительного процесса, согласен с этим выводом.

Приняв решение, я поднялся со стула и обернулся. И сразу же лицом к лицу столкнулся с моей спасённой. Она стояла передо мной в розовом халатике, и от неё шёл какой-то особый аромат. Только сейчас я смог разглядеть её. Шатенка ростом около метра шестидесяти восьми, скорее полная, чем худая, с ясно очерченной грудью. Лицо скорее маленькой удивлённой девочки, чем взрослой женщины: приподнятые тонкие чёрные брови, зелёные глаза под длинными ресницами, курносый нос и маленький ротик с выразительными красными губами.

– Меня зовут Ася, а тебя? – она подошла ко мне вплотную, и очарование её тела стало действовать сильнее.

Но, несмотря на её притяжение, заданный вопрос несколько вывел меня из колеи. Действительно, должен же я как-то называться. На несколько секунд я выпал из реальности, пытаясь найти подсказку. Наконец мне попалась на глаза открытка, стоящая на прибитой к стене полке. «Валентинка» – гласила на ней надпись. Почему бы и нет.

– Вал, – хрипло, от какой-то охватившей меня дрожи, проговорил я.

– Валь? Какое интересное имя, – она, похоже, сама додумала последнюю букву. – Наверно это большая удача, что я встретила тебя.

Она осторожно положила свою правую руку мне на грудь.

– Я ещё не встречала такого рыцаря, как ты, – её левая рука быстро расстегнула пару больших перламутровых пуговиц на её халате, и Ася каким-то одним неуловимым движением освободилась от него.

Розовый халатик упал на пол, обнажив её тело. Что-то взорвалось во мне. Внезапно украденная мной энергия напомнила о себе, переполнив меня и требуя высвобождения. Я рванулся к Асе, поднял её на руки и перенёс на диван.

После нашего бурного слияния, первой пришла в себя моя спутница.

– Тебе надо принять душ. – произнесла она улыбаясь и гладя рукой меня по щеке.

Моя новая знакомая была права – мне было необходимо умыться и привести себя в порядок. Я быстро прошёл в ванную и принял душ, затем вышел и встретил Асю, снова надевшую свой халатик.

– Вот, – показала она на поднос, находившийся на диване. На подносе стояли чашки, наполненные чаем, и одна тарелка с бутербродами с колбасой. – Думаю, ты голоден.

Мы присели на диван и стали поглощать бутерброды и запивать их горячим сладким чаем. Несмотря на мою наполненность энергией, которой не особенно убавилось в ходе наших умопомрачительных упражнений, мой желудок требовал какую-то твёрдую пищу. Ещё одна смешная загадка, о которой мне лень сейчас было думать. Вместо этого, я поинтересовался у Аси, почему её конвоировали трое парней, и кем были эти здоровяки.

– Они состоят… Состояли в группировке Вади Малого, – начала девушка свой рассказ.

Постепенно передо мной предстала вся история Аси, в результате которой судьба привела её, вместе с тремя бандитами, к встрече со мной. Оказалось, что моя подруга раньше жила в пригороде вместе со своей матерью. На работу там устроиться было очень сложно. Её мать подрабатывала шитьём и гаданием на картах. Когда Ася подросла, мать её отдала в служанки, в поместье Вади Малого. И так бы Ася и служила неприметной уборщицей, и терпела домогательства охранников низшего звена, если бы не случай. К тому времени у неё открылся дар предвидения. Видно это было наследственным. И однажды так случилось, что она рассказала одному из охранников Вади о своём видении неудачной поездки его шефа. Охранник пересказал её слова Ваде Малому. Тот удивился, но решил не ехать. Впоследствии оказалось, что на него тогда готовила покушение конкурирующая бандитская группировка. После этого Вадя стал часто пользоваться способностями Аси и приблизил её к себе, сделав официальной ясновидящей. А она, не будь дурой, стала использовать своё новое привилегированное положение для своей учёбы.

– А вообще, много в городе таких группировок? – на этом месте прервал я рассказ девушки. – Бандитских, в смысле.

– Всего было три, – ответила Ася. – Группировка Саши Смелого, Вади Малого и Красавчика Марка. Правда, у Красавчика только называется группировкой, так, небольшая банда, прикрывающая один из таксопарков. А вот Саша и Вадя имели каждый очень большое количество боевиков и фактически ранее поделили город между собой.

– А почему «было»?

– Так, Вадя Малой недавно расправился с боевиками Смелого, убив самого Сашу и всю его семью. У Саши, кстати, сын был – очень похож на тебя.

– Что ж ты тогда от него убежала? Он же сильнее стал.

– Так вот я же тебе и рассказывала…

Оказалось, что в последнее время Вадя сильно изменился. Стал более жестоким, угрюмым и очень подозрительным. За любую провинность его охранники могли лишиться жизни. Он стал потихоньку избавляться от своих давних товарищей. От него не убегали ещё только потому, что Малой хорошо платил, да и бежать особенно было некуда – последний конкурент его был уничтожен. Ася тоже некоторое время терпела, но когда пропала бывшая любовница Вади, и пошли слухи об её убийстве, а сам шеф как-то нехорошо стал поглядывать в сторону своей ясновидящей, она решила бежать. Договорилась с одним водителем, но вместо него пришли Гера с дружками.

– А остальное ты сам всё видел, – закончила Ася, глотнув чаю из чашки.

Так мы проговорили ещё некоторое время, затем моя подруга унесла поднос.

А когда она вернулась, мы, как околдованные, снова бросились в омут всецело завладевшей нашими сердцами страсти.

Поспать нам не удалось, так как уже занималось раннее утро, торопившее нас собираться для спасения своих жизней. В городе нам, как заявила Ася, оставаться было нельзя. Она много раз видела, как быстро находили бандиты отступников, решивших «залечь на дно» в каком-либо городском квартале. Мы быстро собрали пару старых спортивных сумок, которых нашлось достаточно в небольшой кладовке. Уложив в них продукты, некоторую одежду и мой халат, чтобы не оставлять никаких следов, мы сами замаскировались, как могли, и вышли из дома.

На мне, кроме моих шмоток, в которых я обнаружил себя в морге, был одет лёгкий коричневый плащ, который с трудом нашёлся в квартире и который был мне несколько тесноват. Переодеться Асе было гораздо проще. Теперь она была одета в одежды тёмных цветов, а глаза прикрывали толстые солнцезащитные очки. Создавалось впечатление, что у неё траур.

Утро встретило нас затянутым в серое покрывало небом и изредка набегающим прохладным ветерком. Мы шли быстрым шагом и вскоре подходили к стоянке грузовых машин, на которых Ася думала добраться до одного из пунктов пересадки. Конечной целью нашей экспедиции являлось отдалённое село, где жила дальняя родственница моей подруги. Так как ни одна дорога до села не вела, поэтому надо было добираться с несколькими пересадками.

Мы уже огибали первый на нашем пути грузовик, к сожалению без водителя, когда шедшая впереди Ася, быстро отпрянула ко мне.

– Там один из боевиков Малого, я даже не думала, что они так быстро всё перекроют. – пояснила она свой поступок.

Я поставил обе сумки, которые нёс как любящий брат скорбящей родственницы, на землю и осторожно выглянул из-за грузовика. Действительно, прямо посреди площадки для стоянки авто, будто столб, торчал высокий парень в красной спортивной форме. Уперев руки в бока, словно хозяин всей окружающей местности, он оглядывал окрестности.

У меня мелькнула мысль, что можно его обезвредить, но я отогнал её, так как боевик мог оказаться не один, и можно поднять ненужную нам тревогу. Однако, если такие же дежурные и на других стоянках транспорта, то оставался единственный выход – пешком выйти из города и ловить машину где-то на дороге. Я поделился своим соображением с Асей, и, после некоторых колебаний, она согласилась с моими доводами.

Часа через два мы вышли из города и далее направились по шоссейной дороге. Машин было много, и мы без труда поймали попутную.

ГЛАВА 2

К селу мы приближались уже ближе к вечеру, дорога заняла около десяти часов. Несколько переходов и несколько попутных машин, и вот мы идём, довольно бодро, по тропинке среди хвойного леса. Этот последний рывок, от шоссейной дороги, до первых сельских домиков, составлял около трёх с половиной километров. Возможно общее спокойствие величественных стройных елей, в свете клонившегося к закату светила, настолько подействовало на меня, что я не заметил, как мы прибыли на место.

Внезапно ели разошлись в стороны и перед нами на широкой поляне предстала настоящая деревянная избушка. Окружённая дощатым забором, высотой метра в полтора, к которому во многих местах льнули высокие кусты боярышника, она казалась неким осколком древности, затерявшимся на просторах этого бескрайнего леса.

Мы обошли забор кругом и наконец обнаружили калитку. На моё удивление, она не была заперта. Ася толкнула калитку и прошла внутрь живописной ограды. Пройдя следом, я оказался перед старинной деревянной постройкой с высоким резным крыльцом и коньком на крыше. Мы поднялись по ступенькам, и Ася уже было взялась за ручку входной двери, когда та отворилась, и перед нами предстала женщина лет сорока пяти. Невысокая, около метра шестидесяти пяти, или чуть более, и плотного телосложения. Серый платок, из-под которого видны были длинные чёрные волосы, тёмно-синее платье с мелкими голубыми цветочками и поверх него чёрная телогрейка без рукавов. В правой руке женщина держала толстую длинную клюку.

– Что ищете здесь, гости незваные? – произнесла она глубоким грудным голосом и слегка пристукнула клюкой об пол.

– Это я, Дарья Тихоновна! – радостно воскликнула Ася. – Ася, ваша племянница! Не узнали?

– Уж не дочка ли Полины? – произнесла хозяйка дома после нескольких секунд разглядывания девушки.

– Да, это моя мама. – также радостно подтвердила моя спутница. – Вот, вам мама привет передаёт и небольшой подарок.

Ася повернулась ко мне, порылась в одной из сумок и вытащила небольшой плоский свёрток.

– Ну, раз так, благодарствую, – кивнула Дарья Тихоновна, взяв свёрток, и глазами показала на меня. – А это кто с тобой?

– Муж мой, Валь, – немного неожиданно для меня заявила Ася, но я счёл неуместным сейчас как-то прояснять наши отношения. – Я с ним к вам в гости нацелилась.

– Вот оно как, – протянула хозяйка и посторонилась, открыв проход а дом. – Ну что ж, проходите в дом, устали, небось, с дороги то.

– Есть немножко, – весело кивнула Ася.

Мы гуськом, минуя хозяйку, втянулись в дом.

Переступая высокий порог, я вдруг ощутил некое давление на спину. Подобно тому, что появляется, когда чувствуешь чей-то взгляд. Не закончив движение, я резко обернулся. Возможно это мне померещилось, но какое-то мгновение я наблюдал два горящих жёлтых глаза, смотрящих на меня из-за высоких кустов. Кроме глаз невозможно было ничего разглядеть. Глаз, похожих на человеческие, если бы не это жёлтое пламя, посреди которого находились почти чёрные зрачки. Эти смотрины длились лишь краткий миг, потом огонь разом погас, и на том месте снова красовались лишь ничем не примечательные ветви кустов. Как я ни вглядывался, ничего более заметить не удалось.

– Что-то забыл? – вернул меня к реальности голос хозяйки дома.

– А… Нет, нет, – торопливо проговорил я, поворачиваясь и входя в дом, – просто подумал, не надо ли калитку закрыть.

– Не стоит, милок. Места здесь тихие, так что она у меня только на ночь запирается. Так что проходи, сейчас я вам на стол соберу, на пустой живот трудно отдыхается.

Против такой постановки вопроса я не возражал.

Пройдя довольно широкие сени, я оказался в просторной комнате, в которой на себя в первую очередь обращала внимание старинная печь с некогда красочными, но истёршимися от времени, росписями. У противоположной от печи стены стоял длинный обеденный стол с толстыми ножками. Наверно человек восемь могли бы спокойно разместиться за этим столом, хотя сейчас, рялом с ним, стояли только четыре стула. По обеим сторонам стола, в стене, находились невысокие окна с занавесками в цветочек. Свет от окон и включённой яркой лампочки под потолком не позволял поселиться теням на всём этом пространстве. В его глубине виднелась дверь в другую комнату. Хозяйка провела меня к этой двери, и я вступил в не менее просторное помещение с двумя кроватями, таким же невысоким окном между их изголовьями, старым шкафом c зеркалом и небольшим круглым столом посредине. Здесь такая же яркая лампочка под потолком была уже включена Асей, которая начала освоение территории. Все сумки уместились в нижней части шкафа, в этом же шкафу я оставил висеть свой плащ.

Покончив со своей кладью, я вернулся в комнату с печью, оставив Асю извлекать на свет нужные ей вещи из своей сумки. Рядом со столом уже суетилась моя новая родственница. Я присел на стул и принял участие в подготовке нашего пиршества – хозяйка дома доверила мне почистить картошку. Не знаю, приходилось ли мне это делать раньше, но нож всё время норовил снять стружку с моих пальцев. С большими усилиями, но мне всё же удалось почти наполнить котелок чистенькими картофелинами. Кладя свой очередной очищенный шедевр в воду, я поднял глаза на печку и неожиданно встретился взглядом с больщим чёрным котярой, лежашим на кромке печи и с интересом следящим за моими движениями. Небольшой белый треугольник над правым глазом животного придавал ему какой-то аристократический вид. Я дружески кивнул коту, он в ответ прищурил левый глаз. Впечатление создавалось такое, что он мне подмигивает, как старому приятелю.

– А-а, Маркиз, – проговорила родственница Аси. – Это он учуял наши приготовления к столу. А где Фара?

Последнее она спросила непосредственно у кота. Тот мяукнул, сделал вид, что его больше ничего не интересует и повернул голову, внимательно разглядывая какое-то пятнышко над дверным косяком.

– Опять что-то не поделили, – прокомментировала ситуацию хозяйка дома. – А вы сами-то, давно с Асей женаты.

– Да, собственно, не так давно, – не стал я уточнять, и тут же попытался потихоньку увести разговор от скользкой темы. – Вот, можно сказать, приехали к вам, Дарья Тихоновна, на медовый месяц. Ася мне много рассказывала о прекрасной природе в ваших местах.

– Да зови меня просто, тётка Дарья, меня здесь все так зовут, – уточнила хозяйка. – А вот насчёт природы… Леса дремучие и болота – вот и вся природа. Было бы ещё что в селе глядеть, так из двадцати изб едва в трети ещё народ проживает.

– А что ж такое случилось?

– Так кто на заработки в город подался, а кто сейчас в поместье служит – здесь-то работы нет. А кто и просто помер… От старости. Не едут сейчас к нам молодые. – тётка Дарья улыбнулась какому-то своему воспоминанию.

– Это что же за поместье такое у вас?

– Так нынешнему мэру принадлежит. В пяти километрах от нашего села стоит. Он вот тоже, как вы, любит дремучие леса. Да ещё охоту.

Возможно мы бы так говорили ещё долго, но тут вышла Ася в новом синем платье с жёлтыми цветочками, и в чёрных туфлях на высоком каблуке, и включилась в наш разговор, а заодно и в трудовую деятельность на благо наших желудков. Так время постепенно шло, и вот уже из печки вытащен горшочек с кусочками свинины, картошечкой и специями. А на столе его уже ожидали стопочки с домашней наливочкой, свежие огурчики с укропчиком и кувшинчик домашнего ядрёного кваса.

Управившись со всеми этими вкусностями, мы, между делом, ещё успели выпить по чашечке ароматного чая из местных трав. Напоследок, как лучшие постояльцы, мы вымыли посуду и отправились на покой.

Я заснул сразу же, как только моя голова коснулась подушки.

ГЛАВА 3

Утром я проснулся и сам удивился, насколько рано. Настенные часы с кукушкой, повешенные хозяйкой в нашей комнате, показывали четыре часа и двенадцать минут утра. Сон больше не шёл, хотя один его фрагмент снова и снова отчётливо воспроизводился у меня в памяти. Это была пустынная местность, простирающаяся почти до горизонта, и лишь на горизонте виднелись высокие тёмные скалы с какими-то нелепыми угловатыми строениями на их вершинах. Тёмные, почти чёрные, скалы под серым, или даже под серо-красным небом. А над скалами летали то ли существа, то ли некие летательные аппараты – я не мог разглядеть, сколько ни вглядывался. Стоило мне повернуться, как под моими ногами хрустел тёмно-красный, почти бордовый песок. Однажды обернувшись, я узрел слева от себя длинную вереницу существ, похожих на людей, но со странными вытянутыми головами и длинными ушами. Они по двое, по трое в ряд двигались к скалам, и их цепь тянулась от горизонта до горизонта. А над ними изредка пролетали существа с такими же, как у идущих, телами, но с кожистыми крыльями, смахивающими на крылья небольших драконов.

Так, целиком поглощённый воспоминаниями и размышлениями о сне, я не заметил, как машинально проделал все утренние процедуры и очнулся только, когда меня окликнула тётка Дарья.

– Милок, а что ж так рано? Не спится?

– Да вот подумал, что хорошо бы рыбки на обед наловить, – привёл я первое, что постучалось мне в голову.

– И то дело. – согласилась хозяйка. – Если удочки будут нужны, так сходи к деду Северину. Он всегда приезжим удочки в аренду даёт. Принесёшь ему пару рыбёшек – вот и плата. Да постой, не спеши. Сейчас я тебе что-нибудь на завтрак приготовлю, да в дорогу соберу.

Позавтракав парочкой яиц вкрутую и хлебом с маслом и получив небольшую котомку с продуктами, я быстро допил свой чай, поблагодарил женщину и выбежал на природу. Идея наловить рыбы и заодно исследовать окрестности начала казаться не такой уж и плохой.

Тётка Дарья подробно мне объяснила, как найти деда, поэтому я довольно быстро дошёл до его старой избы. Хотя небо было всё ещё серым, но свет уже вступил в свои права, и все тени спрятались в свои подземные обиталища. По обе стороны от главной сельской дороги, по которой мне пришлось продвигаться к своей цели, царило всеобщее запустение. Многие дома производили впечатления покинутых, их деревянные заборы давно нуждались в починке, а сквозь щели в ограде любопытно высовывались наружу колючие сорняки. Не видно было и собак и какой-либо иной живности. Правда, за оградой некоторых домов всё же можно было разглядеть хозяев, копающихся в земле или занимающихся делами по хозяйству.

Дед жил в избе, окружённой покосившейся изгородью вместе с разросшимися лопухами. Правда, внутри этого природного периметра существовал в очень даже приличном виде огород, о котором явно заботились. Сама же изба производила впечатление когда-то добротного, но в настоящее время обветшавшего строения, сохранявшего внешний вид только по долгу службы. После моего стука в дверь дома, она через некоторое время с жалобным скрипом отворилась. Передо мной предстал мужчина лет сорока семи. Из-под чёрной кепки-бейсболки с эмблемой какого-то яхт-клуба, выбивались кудри ещё тёмных, но уже тронутых сединою волос. На полном лице множество морщин под глазами, почти не видимыми под козырьком. Мясистый нос и плотно сжатые губы. Из одежды клетчатая рубаха и поверх неё телогрейка с заплатками на локтях. Серые потёртые толстые штаны заправлены в старые сапоги.

– Приезжий? – скрипучим натужным голосом задал вопрос вышедший из дома.

– Угу, – не стал вдаваться я в подробности. – За удочкой вот пришёл.

Дед Северин, скорее всего это был он, окинул меня внимательным взглядом с ног до головы.

– Ну, заходи, – кивнул он мне, и сам посторонился, придерживая дверь.

В этот момент под его рубашкой более явственно обозначился заботливо выращиваемый живот.

Я вошёл в дом и попал в комнату, заставленную шкафами и сундуками. В дополнение к ним там находились стол и три стула. Свет от небольшого окошка в стене лишь частично вырывал из темноты всё это нагромождение мебели. Но самым примечательным здесь был запах. Что-то вроде смеси из нескольких очень резких ароматов, главным из которых являлся аромат недавно употребляемого самогона.

Хозяин вошёл следом и подошёл к одному из шкафов. Открыл дверцу и показал рукой на что-то внутри.

– Выбирай.

Я приблизился и встал рядом с дедом. В специально сделанных металлических кольцах на задней стенке стояли разнообразные удочки. Мне почему-то именно сейчас пришло в голову, что я никогда не ловил рыбу, и никак сейчас не смогу осознанно выбрать себе орудие труда на этом поприще. Поразительно, но все внутренние голоса со мной молча согласились, никто из них даже не попытался что-то мне подсказать. Но играть, так уж играть. Я выбрал не очень длинную, но прочную и прямую удочку с катушкой.

– Значит, на щучку нацелился? Одобряю. – хозяин уважительно покивал. – Сам бы пошёл, сейчас у нас их много развелось. Но вот никак не соберусь.

Он чуть сдвинулся в сторону, и мне стал виден прямоугольник наполовину початой бутылки с мутным самогоном, стоявшей на крышке сундука. Про себя я предположил, что это и являлось причиной занятости хозяина удочек.

Мы ещё немного поторговались насчёт платы за орудие труда и сошлись на одной большой щуке, что подразумевало, что мне нужно поймать по меньшей мере две огромных рыбины. Дед заметно повеселел и даже присовокупил мне к удочке ещё и коробочку с чудодейственной, по его словам, блесной. Он подробно объяснил мне, где лучше всего ловится хищная рыба и открыл некоторые секреты действий лучших рыболовов.

Таким образом вооружённый знаниями, я поблагодарил хозяина, распрощался с ним и вышел на улицу. Свежий утренний ветерок сразу же наполнил мой нос запахами травы, цветов и деревьев. С самыми твёрдыми намерениями преуспеть в деле освоения мастерства рыболова, я двинулся в путь.

Где-то минут через сорок пешего похода я стал приближаться к рыбным местам. В то время моя дорожка, скорее даже тропинка, уже вела меня по обрывистому берегу реки, поросшему травой и невысокими кустами. Берег возвышался над водой на метр или полтора. Если слева меня приветствовала река, то справа высокие кусты и лиственные деревья с толстыми стволами и мощной кроной поочерёдно сменяли друг друга. Лучи солнца, пробивающие небесную серость, часто запутывались в кронах этих богатырей. Ещё минут восемь, и я вышел к берегу озера, где и должен был охотиться на хищных рыб, пока ничего не подозревавших о цели моего прихода.

Я уже подходил к понравившемуся мне месту для рыбалки, когда моё внимание привлекло необычное событие. Справа от меня, среди деревьев, открылась небольшая полянка. На ней я с удивлением узрел трёх человек в куртках, джинсах, заправленных в сапоги и… С прочной рыболовной сетью с крупными ячейками. Конечно, сама по себе сеть не являлась чем-то необычным рядом с озером. Необычным было то, что эти люди делали с сетью. А они набросили её на животное, которое со своего места я определил, как некрупного белого коня, и пытались его свалить на землю. Конь, низко склонив голову к земле, тем не менее изо всех сил упирался этим попыткам, и похоже сил у него было достаточно, чтобы противостоять напавшим на него охотникам.

– Подержите-ка его! – заорал в это время своим товарищам один из троицы, выделявшийся среди всех красной рубахой и красной спортивной шапочкой. – Я ему ща все рога пообрубаю.

Он метнулся к ближайшему дереву, и в руке у него очутился топор. Видно в это время усилия оставшихся двоих ловцов ослабли, и конь смог поднять голову. Я обомлел. На меня взглянул настоящий единорог. То есть единорогов я, конечно, до сих пор не встречал, но на эмблемах некоторых машин видел, и теперь действительно смотрел в глаза такому зверю. И эти глаза выражали смесь отчаяния, мольбы о помощи, решимости бороться до конца и, возможно, умереть. И не смог я не откликнуться на этот безмолвный призыв.

В это время я достаточно близко подошёл к сражающимся, но люди были слишком заняты своей жертвой и до сих пор меня не заметили.

– Уважаемые, а зачем вы животинку мучаете? – мой вопрос застал их врасплох. Парень с топором первым перевёл на меня взгляд, двое его дружков немного задержались, но также обернулись. Этим мигом, когда внимание охотников было отвлечено, воспользовался единорог. Он рванулся, вырвал сеть из рук своих обидчиков, отскочил в сторону, бросился в лес и… И исчез. Именно исчез, то есть в одно мгновение он был виден, а в следующее уже нет.

Секунду стояла тишина – все осознавали новую действительность.

– А-а-а! Убью гада! – первым очнулся охотник с топором. Он размахнулся и метнул своё оружие в меня.

Несмотря на всё удивление последними событиями, от моего внимания не ускользнули его агрессивные действия в моём направлении, и я успел уклониться прежде, чем топор расколол мне голову. Быстро оценив ситуацию, я счёл за лучшее спасаться бегством. Не стоит постоянно ввязываться в драки, а в моём случае и со смертельным исходом. Обязательно возникнет множество вопросов. Да и здоровяки, что охотятся на сказочных существ, могли преподнести неприятный сюрприз. Тем более, что я успел разглядеть на поясе одного из нападавших кобуру пистолета. Все эти доводы я ещё формулировал, когда ноги несли меня прочь, в гущу деревьев.

Я не пробежал и ста метров, когда передо мной появилась какая-то колеблющаяся полоска серого света. Что-то вроде широкой прозрачной тряпки, что полощется на ветру. Я было хотел затормозить и обогнуть это загадочное свечение, но сзади грохнул выстрел, и мне пришлось наоборот, припустить со всех ног и прямо воткнуться в это нечто.

По инерции я ещё пробежал несколько метров, когда осознал, что нахожусь совершенно в другом месте. Я остановился и оглянулся. Преследователей нигде не было видно. Более того, местность совершенно изменилась. Здесь преобладали ели и сосны, а кустов практически не наблюдалось. Хотя вся земля под ногами была покрыта травой, но в стороне, в метрах четырёх от меня, трава явно была кем-то примята и образовывала чётко видимую дорожку. Так как никаких колебаний отдельных полосок воздуха рядом не наблюдалось, то я решил попробовать идти по этой дорожке, авось выйду к какому-либо населённому пункту.

Солнце, иногда прятавшееся за тучки, всё же хорошо освещало окрестности, и настроение у меня, несмотря на блуждания по незнакомому лесу, было приподнятое. В резиновых сапогах, которые мне одолжила тётка Дарья, было легко преодолевать неглубокие лужи и пробираться сквозь траву. Так я шёл минуты три или четыре, когда почувствовал чей-то взгляд. Попробовав попетлять между деревьями, я от этого чувства не только не отделался, но стал ощущать чужое давление ещё отчётливее. Я попробовал сделать вид, что ничего не замечаю и, держась в тени деревьев, двинулся далее, держась поблизости от протоптанной дорожки. Но далеко мне продвинуться не пришлось. Послышался приглушённый свист, затем громкий вздох и передо мной появился зверь. В первое мгновение на меня напало какое-то оцепенение – передо мной стоял волк не просто больших, но прямо-таки гигантских размеров. Его голова находилась на одном уровне с моей шеей, массивные бока вздымались, и видно было как под серой шерстью перекатываются мощные мускулы.

Волк оскалил зубы и издал яростный рык. Этот звук привёл меня в чувство, и я быстро отпрыгнул в сторону. И вовремя. Волк прыгнул, но промахнулся. Он по инерции проехался на лапах по земле, но быстро развернулся. Это действо очень мне не понравилось: иду по лесу, никого не трогаю, сугубо мирный человек, а меня на каждом шагу стремятся либо зарубить, либо пристрелить, либо скушать в сыром виде. Последнее меня особенно разозлило.

«Вы хотите войну, вы её получите», – мелькнуло у меня в голове.

Я снял свою котомку и удочку, отбросил их в сторону, и, издав не менее впечатляющий рык, изготовился к бою. В красных налитых глазах волка мелькнула некоторая неуверенность, он пошёл кругом, рассчитывая опередить меня и прыгнуть на спину. Однако этот маневр ему не удался. Я притворился, что не успеваю за его движениями, но когда зверь прыгнул, я отклонился и хлопнул его ладонью по шее. Моё тело будто взорвалось – водопад энергии хлынул, насыщая меня силой и увеличивая все мои жизненные показатели. Краем глаза я увидел, как волк в полёте стал съёживаться, и уже безжизненной, сильно похудевшей тушей рухнул на землю. Более зверь не двигался. Но мне сейчас было не до него. Все мои чувства разом обострились, теперь я мог видеть практически сквозь деревья и слышать на огромном расстоянии как паук плетёт паутину. Казалось, когда я концентрировал взгляд на каком-либо предмете, мне была видна вся его суть.

Потребовалось несколько минут, чтобы я обуздал рвущуюся из меня энергию, немного пришёл в себя и стал разумно размышлять. И одна вещь способствовала восстановлению у меня ясности мысли – широкий серый шарф, который опоясывал туловище зверя, и который, в пылу схватки, я выпустил из виду. Нагнувшись и перевернув поверженное чудовище на другой бок, я увидел серую сумку, закреплённую на поясе-шарфе. Каким образом всё это оказалось на шкуре волка, для меня представляло загадку. Пока суть да дело, мне пришло в голову, что не худо бы прихватить с собой этот шарф с сумкой, чтобы потом, в спокойной обстановке, решить эту головоломку. Так я и поступил – снял пояс и повесил его на плечо вместе со своей котомкой и удочкой.

Вдобавок, я не отказал себе в удовольствии собрать трофеи от поверженного врага. Я наклонился и руками вырвал передние клыки зверя, обтёр их о траву и положил в свою котомку. Возможно, в моём нынешнем состоянии, мне бы пришло в голову взять всю тушу зверя, но я трезво рассудил, что не знаю, как к этому отнесутся местные жители. Поэтому мне просто пришлось удовольствоваться клыками и продолжить свою дорогу к населённому пункту. Обострившееся чутьё вело меня в определёном направлении.

То, что чутьё меня не подводит, я убедился, выйдя к дороге, мощёной прямоугольными красными плитами. Передо мной простиралось поросшее травой поле, за которым, с левой стороны, также виднелся лес. А дорога пересекала это поле. Я решил продолжить свой путь, идя по дороге, и быстрым шагом двинулся вперёд.

Через некоторое время вдали замаячило какое-то строение. Подойдя ближе, я увидел двухэтажное деревянное здание с вывеской над крыльцом. На вывеске были изображены кружка с пенным напитком и тарелка с поджаренной тушкой птицы. Сообразив, что это скорее всего местный трактир или придорожный ресторанчик, я решил зайти. Почему-то мне не пришло в голову, что, в случае чего, расплатиться за заказ будет нечем.

Закрыв за собой массивную деревянную дверь, я оказался в просторном зале с шестью столиками и барной стойкой. За одним из столиков сидели четверо людей в коричневых балахонах с откинутыми на спину капюшонами. Судя по их головам, это были представители разных рас. У некоторых была зелёная кожа и причёски с длинными волосами, как у панков, некоторые выделялись своими длинными остроконечными ушами, а у одного на лысой голове явно выделялся костяной гребень.

При моём приходе громко звякнул внушительных размеров колокол, подвешенный над входной дверью. Посетители из четвёрки за столом не показали никакого интереса, только по их позам можно было понять, что они явно насторожились.

Рядом с барной стойкой открылась дверь, и из неё вышел ещё один персонаж. Это был весьма упитанный человек с хорошо заметным брюшком и короткими ногами. Одет он был в белую рубаху с надетым на неё фартуком, синие штаны и чёрные невысокие сапоги. Рыжие волосы на голове стягивались широкой жёлтой лентой с какими-то надписями. По всему чувствовалось, что это хозяин заведения.

– Чего изволите, господин рыбак? – произнёс он, подойдя ко мне и вытирая руки о свой фартук.

Я ещё раз окинул взглядом залу, и мой взгляд остановился на столе четвёрки существ. У них стояло длинное блюдо с какой-то рыбой – я упоминал, что не знаток их видов, хотя и смело решился пойти на рыбалку – и восемь высоких стаканов, похоже с пивом.

– Того же, что и у них, – кивнул я на упомянутый мной столик.

– Прекрасный выбор, – заметил хозяин заведения и крикнул кому-то в другом помещении. – Грувни, ещё одну Большую Шашрыбу и Красного пива.

После этого он опять повернулся ко мне:

– Может хотите пропустить рюмочку Зелёнодара, пока Грувни сервирует для вас стол?

– Пожалуй, да, – согласился я, подумав о новых впечатлениях.

Мы прошли к стойке, где хозяин взял одну из множества бутылок, стоящих на полках у стены, с громким хлопком вытащил толстую пробку и налил зеленоватой жидкости в широкий бокал для коктейлей. Этот бокал он и поставил на стойку передо мной.

Я протянул руку и взял предложенную мне «рюмочку». От моего внимания не укрылось, как хозяин заведения посмотрел на мои часы – дешёвые часики на кожаном ремешке, которые мне дала Ася, когда мы покидали нашу квартиру-укрытие в городе.

– Господин, этот предмет с той стороны Ки. – заметил он подозрительно громким голосом во внезапно наступившей тишине. – Вы Проникатель?

Я неторопливо отхлебнул из бокала. И еле удержался, чтобы не подпрыгнуть и не схватиться за горло – все внутренности ожгло так, будто в меня влили кружку чистого спирта. Несколько секунд я стоял и молчал, затем, вероятно, зелье начало действовать. Мне вдруг всё показалось не стоящим моего высокого внимания.

– Ну а если так, то что? – также громко произнёс я хриплым голосом.

– То, что это называется контрабанда, и вы должны сдаться властям. – пояснил хозяин трактира зловещим голосом, выхватывая откуда-то из-за стойки длинный широкий нож и направляясь ко мне.

Доселе молчавшие зрители из пировавшей четвёрки также повскакали с мест и стали заходить со всех сторон, беря меня в кольцо.

– Выворачивай карманы, Проник, – пробасил лысый с гребнем на голове, – а то мы тебе их сами вывернем. Вместе с ногами.

Каждый из нападающих держал в руках какое-либо оружие: кинжалы, дубинки и даже один жезл с крупным сиреневым камнем, вставленным в навершие. Враги откровенно показывали, что уверены в победе при таком численном перевесе. Но со мной они здорово просчитались. Энергия всё ещё переполняла меня, и всё действо для меня замедлилось. Я мог трезво оценивать ситуацию и имел время для её обдумывания, даже несмотря на принятое спиртное. По некотором размышлении, я пришёл к выводу, что стоит попробовать комбинированную атаку для каждого из врагов: сначала прикасаюсь к нему рукой и выкачиваю часть энергии, чтобы он ослаб, а затем бью его чем под руку подвернётся. Такая тактика позволит мне скрыть мои возможности, и в то же время до трупов дело не дойдёт. Так что, если кто-то из здешних властей будет чинить разбор, то решит, что я просто применял какие-то хитрые приёмы борьбы.

Настало время действовать. Я сбросил на стойку свои сумки, вместе с удочкой, и приготовился. Ближе всего ко мне подошёл загорелый худой длинноухий парень с кинжалом в руке. Я мгновенно переместился в сторону врага и схватил его за запястье. Лицо парня с кинжалом тотчас обрело аристократическую бледность, а я пинком ноги отправил его в аут. Вторым, а точнее вторыми, в очереди были двое упитанных зелёнокожих здоровяков, каждый на голову выше меня и у каждого в правой руке по толстой дубинке. Я прыгнул им за спины и прикоснулся сразу к обоим молодчикам. Затем быстро выхватил дубинку из рук одного и огрел ею по очереди всех зелёнокожих. Они осели на пол, как будто ноги их разом онемели, и так и остались сидеть, опёршись лбами о ближайшие стулья. Я вовремя обернулся, чтобы увидеть, что лысый парень нацеливает на меня свой жезл. Предчувствие опасности резануло меня в грудную клетку. Я бросил дубинку в жезл, а сам метнулся в сторону. На моё счастье дубинка попала по оружию. Cиняя молния сорвалась с его навершия, в щепы развалив попавшую в цель мою метательную дубинку, но прошла высоко над моей головой. Один миг, и нападавший лежит, прислонившись к крышке ближайшего, опрокинутого на бок, стола. А я держу, присвоенный по праву победителя, жезл врага. Затем медленно поворачиваюсь, нацеливая свой лучемёт на хозяина гостиницы. Тот, быстро бледнея, роняет свой нож на пол, а сам поднимает руки вверх, изо всех сил желая сдаться.

Я, не выпуская его из виду, прошёл к своим вещам, оставленным на стойке, и схватил сумки и удочку. Видно сумка, которая была снята с туши волка, приоткрылась, так как из неё показался рукав серой рубахи с какой-то яркой эмблемой, изображающей треугольный щит, разбитый на четыре сектора с нарисованными в каждом неизвестными мне символами. У хозяина трактира, при виде этой эмблемы, прямо-таки отвалилась челюсть, он, как мешок рухнул на колени и сложил руки в мольбе:

– Прошу вас, господин Страж, я не ведал, что творю. Я очень виноват, но вы не назвались сразу. Возможно господин Страж не хотел раскрывать себя, а я маленький человек – не сразу понял, кто передо мной…

Сначала меня ошарашил этот безостановочный поток слов, но потом в голове у меня мелькнула мысль, что хорошо бы воспользоваться этим паническим состоянием и кое-что прояснить для себя.

– Так говоришь, не признал сразу? – начал я закидывать информационную удочку. – Тогда ответь мне на следующие вопросы.

– Клянусь, господин Страж, не признал. Со всем старанием отвечу… – интенсивно закивал головой мой собеседник.

– Ты давно здесь?

– Давно, господин. Почитай уж двадцать зим прошло. Как вот прежнего владельца обвинили в контрабанде и арестовали, так мы с женой это здание и выкупили. Так, стало быть, приехали мы сюда и с тех пор держим заведение. Строго соблюдаем закон, какую пошлину надо заплатить – всегда платим…

– Хорошо, хорошо, – прервал я его, – тогда скажи мне, куда эта дорога рядом с трактиром ведёт.

– Это большой тракт, соединяющий Храмовую Гору Повелителя и большой торговый город Скляд, господин, – охотно ответил хозяин трактира, – а дальше я не ездил, но люди говорят, что после Скляда дорога делится на две – одна идёт к городам Кристаллов, а другая к владениям Трёх Скорпионов.

– Прекрасно, – отметил я для себя, хотя ничего хорошего в этом для меня не было, так как нисколько не указывало на моё местоположение. – Мне также необходимо знать, откуда здесь появляется вот эта контрабанда?

Я снова показал, теперь уже осознанно, свои часики.

– О-о-о, значит я был прав: господин действительно охотится на Проникателей, – мой информатор заулыбался и, почувствовав себя увереннее, кряхтя поднялся с колен.

– Всё возможно, – ответил я уклончиво, – так куда мне стоит направиться.

– Увы, господин, я не знаю, где логово контрабандистов, – развёл руками информатор, но видя мои нахмуренные брови, быстро добавил, – но здесь есть два Гибких прохода, где их можно схватить.

– Что такое Гибкие проходы?

– Это проходы, которые через некоторое время меняются местами, так что их легко можно перепутать, если не знать правил замены.

– И где ж проход из мира Ки? – спросил я уже чувствуя, что на правильном пути.

– А вот, господин Страж, смотрите… – хозяин трактира пустился в объяснения, активно жестикулируя руками и симулируя мне местность с помощью бутылок, стаканов и ложек.

Когда он замолк, я молча кивнул, хотя душа моя ликовала, так как я получил надежду благополучно вернуться в ставший уже родным дом. В дом к моей Асе и её тётке Дарье.

– Что ж, мне пора, – отметил я, взял свой недопитый бокал Зелёнодара, выдохнул и медленно его осушил. Затем втянул носом полную грудь воздуха и вновь выдохнул. Мой собеседник молчал, выпучив на меня глаза.

– Может ещё рюмочку Зелёнодара, господин Страж? – спросил он меня, спустя несколько секунд, когда очнулся от изумления.

– Нет, служба, – произнёс я внушительно, но как бы с сожалением смотря на бутылку.

– Тогда, возможно, господин Страж не откажется принять от меня несколько бутылочек в подарок? Возможно, господин Страж замолвит за меня словечко в департаменте? – хозяин смотрел на меня с самым умильным выражением лица.

Я сделал вид, что меня терзают сомнения, но потом, будто решившись, многозначительно произнёс:

– Бутылок – нет, но вот парочку Шашрыбин вполне.

Хозяин заулыбался, опять крикнул Грувни, оповестив её о желании «господина Стража» и наказав хорошенько упаковать подарок. Ожидание продлилось совсем недолго. Очень быстро перед нами появилась высокая и сильная служанка в белом чепце и коричневом платье с белым передником. Она принесла длинный и тяжёлый свёрток, который и положила передо мной. У меня закралось подозрение, что она всё время подслушивала нас, стоя за дверью. Но развить свою мысль я не успел, так как служанка также быстро удалилась, а хозяин заведения опять рассыпался в извинениях и изъявлениях желания услужить. Я решительно отмёл все его новые попытки, взял всю свою поклажу и быстро выбежал вон. Моему намерению как можно скорее покинуть заведение способствовали неловкие движения ранее вырубленных мной членов четвёрки – похоже они стали приходить в себя.

ГЛАВА 4

Обратная дорога прошла без происшествий. Не без труда, но я нашёл проход в свой мир Ки. Проход оказался далеко от места, где мне повстречался единорог, но я вышел к реке и далее уже знакомая дорога повела меня к селению, где у нас с Асей теперь был кров.

Так как наш дом был ближе, то я решил вначале добраться до избы тётки Дарьи, оставить свои сильно разросшиеся пожитки, а потом уже пройти к деду Северину. Так и сделал.

Меня встретила Ася.

– А мы уж беспокоиться начали. Столько времени тебя нет, я уж было собралась тебя пойти искать.

– Да куда я денусь, что беспокоиться, – ответил я смущённо.

– Так ты на время посмотри, – вмешалась подошедшая хозяйка.

Я кинул взгляд на настенные часы и обомлел – третий час дня. Однако ж я попутешествовал!

– Зато какую добычу я вам принёс, – произнёс я в своё оправдание и начал разворачивать свёрток с подарками с той стороны.

На бумагу, развёрнутую на столе, легла огромная рыбина, думаю килограммов на десять. За спиной мне было приятно слышать одобрительные и удивлённые вздохи и возгласы. Вторая рыба оказалась чуть меньше, но такого же внушительного вида. Отодвинув ворох бумаг, я увидел, что внутри большого свёртка содержался ещё свёрточек поменьше. Я начал разворачивать, но бумага сама быстро развернулась в моих руках, и на стол с грохотом упали две бутылки того самого Зелёнодара, который я отказался принять в дар от хозяина придорожного трактира.

– Ох-ти мне, – всплеснула руками тётка Дарья, – да где ж ты такое выловил?

– Добрые рыболовы подарили, – скромно пояснил я.

– Куда ж ты рыбу ходил ловить? – ещё раз спросила хозяйка дома, видно чисто для порядка, так как не ожидая ответа обратилась к Асе. – Вот что, племяшка. Иди, приглашай деда Северина. Скажи, его роскошный ужин с наливочкой здесь ожидает, вместе с платой за удочку.

Ася только кивнула и вышла на улицу.

В ожидании гостей хозяйка дала мне большой нож для потрошения рыбины, а сама стала готовить приправу. Через несколько минут рыбка на длинном металлическом блюде готовилась в печи. А ещё несколько минут спустя в дом тётки Дарьи пожаловал сам дед Северин, сопровождаемый Асей. В той же кепке и одежде, что в мою встречу с ним, только запах горячительного различался менее явственно.

– Доброго здоровья тебе, Дарья Тихоновна. – поклонился он хозяйке, снял кепку и пригладил волосы.

– И ты здоров будь, Северин Емельяныч, – отозвалась хозяйка дома, вытирая руки о висевший на стуле передник. – Проходи, садись за стол, скоро всё будет готово. А ты, милок, пока покажи деду его улов, чтоб он не заскучал.

– Благодарствую, хозяйка, – проговорил дед Северин, повесил свою бейсболку на вешалку, прошёл и сел за стол.

Я ещё раз раскрыл свёрток с рыбой, которая предназначалась ему в качестве платы.

– Знатный улов, – одобрительно кивнул Северин, пристально разглядывая рыбину. – Помнится, таких щучек лет пятьдесят уж никто в наших краях не вылавливал. Очень мягкая и вкусная рыба, только вот давно её всю перевели.

– Ну, значит не всю, – включилась в разговор Ася, которая помогала хозяйке накрывать на стол. – Раз Валь таких две выловил.

– Так, так, дочка, – согласился дед Северин и покивал головой, всё ещё не сводя глаз с рыбы.

– Так ты, Валь, покажи, что тебе вместе с рыбой досталось, – продолжила Ася, явно намереваясь поразить деда роскошными подарками.

Я молча взял одну из бутылок, которые стояли на полу, ожидая подобающей для них сервировки стола, и поставил перед дедом. Тот повертел в руках сосуд с огненной водой и вдруг очень заинтересовался этикеткой. Близко поднеся к глазам бутыль, он с минуту тщательно разглядывал её края и даже шевелил губами, читая надписи. Затем медленно поднял голову и глянул прямо мне в глаза:

– Кто тебе это дал, парень? – он стал будто выше, а голос его гремел.

Что-то мне подсказало, что лучше не пытаться хитрить, поэтому я подробно рассказал про своё путешествие на речку. Про странного единорога и погоню, про вхождение в какое-то пространство, не сильно отличающееся от нашего, и про трактир у дороги. Умолчал я только о том, каким образом я побеждал своих врагов, упомянув только, что применил специальные приёмы борьбы.

После моего рассказа на мгновение наступила звенящая тишина. И первой её нарушила Ася.

– Объясните, пожалуйста, что здесь происходит? Что это за единороги и какие-то волки? И что здесь делают придорожные трактиры со странными рыбами?

Хозяйка вздохнула и переглянулась с Северином. Дед едва видимо покачал головой – мол, ничего не поделаешь, но с непроницаемым видом предложил:

– Правильные вопросы задаёшь, девонька, но разговор предстоит долгий, поэтому давайте выпьем и закусим, а то у вас рыбка сгорит, пока разговоры разговаривать будем.

Он невозмутимо открыл бутылку Зелёнодара и разлил жидкость по поставленным на стол стопкам. Затем всё также невозмутимо поднял свою стопку и со словами: «Пусть все будут здоровы», – мигом осушил её. Дарья Тихоновна, до этого молча наблюдавшая за этим действом, всплеснула руками и быстро стала вынимать рыбу из печи, а Ася стала ей помогать. На показавшемся из печи блюде уютно разместилась запечёная в остром соусе, аппетитно поблёскивавшая поджаристыми боками и прямо просящаяся в рот царских размеров рыбка. Когда блюдо было поставлено на стол, и кусочки туши разложены по тарелкам, дед Северин ещё раз наполнил свою рюмку и все дружно выпили. Женщины отпили всего по маленькому глоточку, но по их лицам сразу стало видно, что они прочувствовали крепость напитка. Я, как уже опытный потребитель этого вина, быстро опрокинул стопку в рот, зажмурился и шумно выдохнул, чувствуя как раскалённый металл разливается по телу. Только дед Северин не выказывал никаких эмоций, а невозмутимо выпил свою порцию вина, крякнул и «освежил» напиток во всех стопках. После этого все надолго замолчали, так как занялись делом смакования нежных рыбьих кусочков.

По мере насыщения все откидывались на спинки своих стульев, и взоры обращались на главного ведущего нашей программы в сегодняшний вечер – деда Северина. Тот пока не торопился закончить трапезу, а раз за разом подливал в свою стопку из бутылки, планомерно понижая уровень вина в ёмкости.

Наконец даже он, решительно вздохнув, заткнул пробкой бутылку, теперь имевшую только треть от первоначального содержимого, поставил её подальше от себя и откинулся на спинку стула.

– Так, как же, насчёт… – подстегнула его к разговору Ася.

– Это случилось давным-давно, – начал рассказ Северин, при этих словах его взгляд устремился куда-то вдаль, возможно в далёкую старину, – четырнадцать тысяч лет назад, когда у Земли ещё было две Луны.

– Это что, сказка? – перебила деда Ася.

– Не перебивай, племяшка, – строго одёрнула её тётка Дарья.

– Тогда началась великая война – в Солнечную систему вторглись орды пустынников – войска правителей так называемых Железных миров Пустошей одного из рукавов нашей Галактики, – как ни в чём не бывало продолжил дед Северин. – С ними вступили в бой наши Города Пути со своими межпланетными Странниками, которые всегда сопровождают города в их перемещениях по Вселенной. Начались кровопролитные бои. Враг был очень силён, наши летающие города гибли один за другим, но нам удалось в решающей битве остановить и разбить орды захватчиков. Эта битва произошла на орбите Первого мира, которого теперь называют Марсом. Остатки вражеской армии успели укрыться на земной Луне Фатаххе, и наши защитники решили их оттуда не изгонять. Уцелевшие Города Пути переместились к обратной стороне Солнца для ремонта и зарядки, перед этим высадив часть людей на Землю.

На этом дед Северин замолчал, и его рука потянулась к бутылке. Но тётка Дарья его опередила: первая схватила бутылку и переставила её как можно дальше от деда.

– Ну а потом-то что? – произнесла хозяйка, невинно глядя на Северина.

Рука деда ещё несколько мгновений повисела в воздухе, но потом дала задний ход и упокоилась, вместе со своей товаркой, на животе деда Северина. Сам Северин тихо вздохнул и с видом смирившегося с несправедливостью мира философа продолжил:

– После этих событий прошло около двухсот лет. Люди, высадившиеся на Землю, освоились, их города разрослись и стали процветать. Но враг не дремал. Укрывшиеся на Луне остатки армии вторжения стали искать пути вербовки земных жителей.

Тут уже я не выдержал и спросил:

– Так зачем им было вербовать землян? Взяли бы просто, да улетели.

– Техника у них стала ломаться, на Луне для них много чего не хватало, так что поняли они, что скоро сгинут на этом спутнике. Ну а силёнок, чтобы силой всё, что нужно, взять, недоставало. Вот и стали они хитрить, обещать землянам кому-что: власть, тайные знания, наслаждения запретные, ну и много чего ещё. Некоторые на эти посулы поддались, и начали готовить Путь Вызова, по которому враги должны были в города на Земле прибыть.

– Вы всё про каких-то давно сгнивших врагов рассказываете. При чём здесь наши события? – снова нетерпеливо вмешалась Ася.

– Потерпи чуток, девонька, я как раз к ответу на твои вопросы подошёл. – невозмутимо ответил дед Северин. – В общем не вышло ничего у врага, вовремя тревогу подняли. Но Путь уже работал, и, чтобы переброску вражеских сил предотвратить, просто ударили по Луне. Небесное тело не выдержало удара и раскололось, а его куски упали на Землю. Само пространство, при ударах о Землю этих осколков, исказилось. Возникло множество переходов между нашим миром и до тех пор укрытыми от нашего взора мирами. Вот и в нашей области есть такие же проходы в другие, чуждые землянам, пространства.

Дед Северин на некоторое время умолк и задумался, но теперь никто из собравшихся не торопился нарушить его молчание. Затем он встрепенулся и обратился ко мне:

– Ты, парень, похоже прошёл в мир Шойсан. Там, по слухам, правит один из наследников тех правителей, что когда-то напали на нас. А единорог, скорее всего, пришёл из мира Миригор. У нас они редко появляются, и всё к каким-нибудь значительным событиям.

– А откуда у вас эти знания? Ведь миры скрыты, а всё началось, как вы говорите, много тысяч лет назад.

– Дело в том, – вздохнул Северин, и теперь совершенно не чувствовалось, что он выпил столько спиртного, – что мне это с детства рассказывали. Мы – Наблюдатели. Живём здесь, чтобы следить за границей и соблюдением давних договорённостей. За время своей жизни много чего познать успеваешь, а Наблюдатели живут до двухсот лет, а то и больше. Мне вот, например, уже восьмой десяток пошёл. Так что много чего довелось повидать, а ещё больше придётся. Если, конечно, раньше не прибьют. Вот Дарья Тихоновна об этом подробнее может рассказать.

– И ты тётя? Тоже Наблюдатель? – спросила Ася удивлённо.

– Нет, племяшка, – усмехнулась тётка Дарья, – Это Северин Емельяныч у нас чести такой удостоился, а наше семейство всегда ведуньями славилось. Вот и мать твоя очень способная, да и ты, вижу, тоже силы имеешь, только учиться всему надо, да способности развивать.

Наши разговоры прервало появление Маркиза. Он вышел из другой комнаты, подошёл к столу и, запрыгнув на него, стал обнюхивать свёрток с рыбой для деда Северина. Хозяйка засуетилась, отрезала кусочек для кота от приготовленного угощения и положила на блюдечко. Кот выразил недовольство тем, что кусочек слишком мал, но покорно спрыгнул на пол к своему блюдечку. Ася также встала со своего места и стала баловать Маркиза сметанкой. Тот довольно замурлыкал и погрузился в смакование своих угощений.

– Надо скрыться тебе, парень. – вывел меня из состояния наблюдения за домашним питомцем голос деда Северина.

– Что это? – недоумённо спросил я.

– А то, что Стражи эти, одежду которых ты заполучил, не просто существа. Это оборотни. И нюх у них замечательно развит. Да и упорства в расследовании, кто посетил их территорию, им не занимать. Скоро они возьмут след, твой след, и нагрянут сюда. И лучше тебе в это время находиться где-нибудь далеко.

– И куда ж мне деваться? Я ж здесь человек новый, ничего ещё не знаю.

– Есть у меня мысль, что можно тебе в Миригор попробовать пройти. Всё же ты единорогу помог, а там это могут учесть. Да и Стражей они очень не любят. Так что шанс укрыться там есть.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.