# Файролл. Край холодных ветров

Андрей Александрович Васильев

Нет покоя журналисту, которого судьба занесла в игру под названием «Файролл». На этот раз его дорога пролегает по Северу – древней и мрачной земле, где в курганах спит древнее зло, в Железном лесу плетет свои интриги бессмертная ведьма и где так сильна власть таинственного Великого Фомора. Сможет ли наш герой собрать все рати Севера, чтобы победить зло на этих землях? И что в результате его ждет в конце пути как в игре, так и в реальной жизни?

## Глава первая. в которой речь пойдет о сведении счетов

– Ну, что поделаешь солнышко, так оно всегда и бывает – я чмокнул Вику в щеку – Умирают всегда молодые, талантливые и умные, а старые, бездарные и глупые коптят небо до ста лет. Таковы законы жизни.

– Я не хочу, чтобы ты умирал – надула губы Вика – Мне с тобой хорошо.

– Да кабы меня кто спрашивал – печально сообщил ей я – Придет гражданка с косой, стукнет в дверь «Кто тут Никифоров? Выходи». И все. И привет. Но – спасибо за комплимент.

– Дурак – Вика убрала подбородок с моего плеча – Не накаркай. Некролог сам писать будешь?

– А у тебя есть желание его написать? – удивился я.

– Ни малейшего. Я вообще таких вещей боюсь – Вика передернула плечиками – Напиши сам, а?

– Напишу – покладисто кивнул я – Только сначала надо съездить кое-куда.

– Куда? – нахмурилась Вика и шутливо уперла руки в бока – Куда это ты намылился, а?

– Эй-эй-эй! Все только для тебя. Посмотри в окно, видишь машинку у входа? – я ткнул пальцем в «Импалу»

– Ага, прикольная. Ретро.

– Ретро – засмеялся я – Эх ты, дитя джипов. Это Шевроле «Импала», легенда на четырех колесах. И с сегодняшнего дня наш верный спутник, от дома до работы и обратно. Ну, и, если еще куда ехать придется.

– Ааааа! – завизжала Вика негромко – Ты купил машинку!

– Ну, как купил? – потупился я – Подарили. За верную и беспорочную службу!

– Эти? – Вика ткнула указательным пальцем в потолок.

Я кивнул.

– Круто. И сколько такая стоит?

– Хренову тучу нулей – более точного ответа у меня не было – Ручная сборка, индивидуальный заказ. Серьезно – даже не представляю.

– Ты чего такое сделал для них? – вытаращила глаза Вика – Убил что ли кого?

– А то – сказал я, иронизируя над самим собой – Конечно. Тыщу людей!

– Шеф – бесцеремонно влез в наш разговор Юшков. Столь тесное общение меня и Вики парней уже не смущало, они поняли суть наших отношений, смирились с тем, что Вика теперь уж точно мой зам до скончания веков, и перестали по этому поводу загоняться – С передовицей что-то будем делать? Первым листом теперь, я так понимаю, пойдет некролог?

– Оставим на следующий номер. Там сейчас фотки придут, отберите такую, где покойный повеселее, чтобы улыбался. Все, я ушел, буду через пару часов – распорядился я, накинул куртку и пошел вниз.

Человек у машины оказался бойким пареньком из породы «те, что всех знают». Он экспрессом провел меня по всем необходимым инстанциям – от ГИБДД до страховой, время от времени задавая вопросы типа —

– Номерок желаем какой? Пафосный или попроще?

– Страховочку у кого делать будем, предпочтения есть?

Я вяло ему отвечал, что номерок мне по барабану, какой дадут – такой и дадут, но лучше конечно такой, чтобы было ясно, что с владельцем этой машины лучше не шутить, только это поди дорого? А, это входит в стоимость? Страховая? Страховая мне тоже по барабану какая – такая машина если бьется, то ни одна страховая не возместит ее стоимость в полной мере.

Пройдя все круги постановки машины на учет, мы отправились обратно в редакцию. Паренек молчал, а я размышлял.

Мысли мои, конечно же, в основном крутились возле сегодняшней новости о кончине бедолаги Ставроса. Ну, как бедолаги – он явно был крысой, царствие ему небесное, а потому понес хотя и чрезмерно суровое, но явно заслуженное наказание. Не думаю, что ему платили в корпорации так уж мало, чтобы еще и приторговывать их секретами на сторону. Если я, малая, по сути, сошка, получаю такие деньги, то он, сильно не последняя фигура, наверняка имел доход, сопоставимый с годовым бюджетом средней африканской республики. А может, и какой из республик бывшего СССР, например – Молдавии.

Прозвучит не очень красиво, но я не испытывал совершенно никаких нравственных мучений по поводу того, что был одной из причин подписания ему смертного приговора. Да и причиной я не был, так, небольшим катализатором. Не считайте меня совсем уж нравственным уродом, который абсолютно безразличен к человеческой жизни, просто род моих занятий не предполагает излишней рефлексии, к тому же я точно знаю, что платить надо за все, что ты делаешь в этой жизни. Вот он и рассчитался полной мерой за сделанное.

Что же до подаренной машины – мне четко указали на мое место. Вот ты, Никифоров, честно нам служишь – и ты имеешь все – деньги, должность и новую машинку. Что, тебе еще и красивая девочка нравится? Так пусть будет твоим замом, не вопрос. Я так думаю, если скажу, что мне шале нужно где-нибудь в предгорьях Альп, так мне и его подарят.

И еще мне четко дали понять, что если я начну с нами крутить, то тоже получу сердечный приступ, а то и чего попроще, поскольку не того я калибра персоналия. Как вариант – пулю в затылок или удавку на шею. Так сказать – в ассортименте

И я особо не собираюсь думать о том, что выберу. Потому что быть сытым и здоровым – это всегда лучше, чем бедным и больным. Тем более, что от меня не требуется заниматься чем-то противозаконным, от меня требуется исключительно честность во всем ее многообразии. Честно делать свою работу, честно докладывать о ее результатах и так далее.

В редакцию я прибыл почти полностью убедившим себя в том, что все нормально, и идет так, как и должно идти.

В редакции меня поджидал очередной сюрприз – дама из «Рэйдиона», которая терпеливо ждала меня почти час. Оказывается, что грянул день зарплаты, и она привезла нам причитающееся жалование. Ощутив и оценив плотность врученного мне конверта, я окончательно уверился в правильности сделанного выбора.

– А чего в конвертах дают зарплату? Чего не на пластик кидают? – удивился Самошников.

Я, было, открыл рот, но меня опередила Вика —

– Самошников, ты странный человек. Мы где официально числимся?

– В «Столичном Вестнике» – ответил ей Самошников

– Правильно – похвалила его Вика – И зарплату мы получаем тут, в кассе, в ведомости за нее расписываемся. Так с какого тогда «Рэйдион» будет нам что-то куда-то перечислять? Нет, если ты недоволен, что тебе дают денежку в конверте – ты позвони в «Рэйдион», скажи об этом…

– И будет еще один некролог – закончил ее фразу Юшков.

– Думай, чего говоришь! – тут же пресек его я, радуясь, что дама-зарплатница уже ушла, и не слышала этого идиота – Ты знаешь, слово – оно не воробей. Оно если выскочит, то сильно нагадить может.

– Я чего? – струхнул Юшков – Я пошутил, не подумав.

– Так в следующий раз думай, с кем и о чем шутишь – веско сказала Вика и посмотрела на меня.

– Правильно – подтвердил я – Вообще, мозги включай иногда. Это ко всем относится. Работать идите, хорош языками молоть.

Я быстренько набросал некролог, доработав присланный текст и разбавив его стандартными штампами, просмотрел статьи моих человекоподобных, отметив что от стадии «головоногие» они плавно приближаются к стадии «прямоходящие», и отправился домой на новой машине.

Ну, что сказать про шевроле «Импала»? Это шевроле «Импала». Боюсь, что так же будут рассуждать и лихие угонщики, которых не остановит ни навороченная сигнализация, ни блатной номер, ни страх уголовного наказания. Поэтому выбросив Вику у своего дома, я рванул в сторону недавно открывшейся парковки, где, уплатив по прейскуранту, я получил место за номером «101» и чрезвычайно довольный отправился домой пешком. Понимаю, что это не самый козырный вариант, но за неимением гербовой бумаги, пишут на простой.

Осень уже вступила в свои права, а коммунальные службы еще нет, поэтому хотя уже давным-давно стемнело и почти наступила ночь, фонари у подъезда так не зажглись. Может именно по этой причине я заметил трех парней, стоящих у моего подъезда, только тогда, когда подошел к нему.

– Ты Никифоров? – спросил один из них

– Ну и? – ответил ему я, и тут же получил удар в солнечное сплетение. Я не успел даже хватануть ртом воздух, как в глазах вспыхнули искры – это мне саданули коленом в лицо и снова пробили в живот.

Дальше все было просто и незамысловато – меня били со всем старанием, усердием и прилежанием. Сначала бодро попинали ногами, потом двое подняли меня, чтобы тот, который интересовался – я это или не я – со всей дури саданул мне ногой по причинному месту. Слава Богу, что он немного промахнулся, надо будет сказать маме, чтобы она свечку за это дело в храме поставила. Чуть левее – и не видать бы ей внуков. После этого серия коротких ударов по лицу показалась мне легкой щекоткой. Под конец кто-то из них пару раз пнул меня, снова упавшего, ногой по почкам, и я услышал —

– Это тебе паскуда, за сестру мою. Я говорил ей – не хороводься ты с русским, но она разве меня слушает?

– Опа, Равиль, гляди чего у него из кармана выпало!

Мне стало интересно, что же у меня выпало из кармана, но глаза не спешили открываться – у кого-то из этих орлов на пальце был перстень, и это украшение сорвало мне кожу со лба, из-за этого кровь лилась мне прямо на лицо, полностью закрывая обзор.

– Бабки, Равиль – оживленно тараторил один из нападавших – Реально, бабки. И много.

– Берем, считай компенсация за сестру – вальяжно заявил Равиль и явно наклонися ко мне, голос его зазвучал громче – А ты помни – это только начало.

– Слушай – раздался голос третьего отбойщика – Одно дело ему люлей отвесить, другое бабки прибрать. Это уже статья, нахрен такое нужно?

– Да он ведь никому не скажет – успокоил его Равиль, после чего мою голову взяли за волосы и приподняли вверх – Ты же никому не скажешь? Ты же все понимаешь, да?

Я предпочел промолчать.

– А что я вам говорил? Он умный и бздливый. Чего сестра в тебе нашла?

Мою многострадальную голову отпустили, я снова оказался на асфальте.

– Ну, мы еще встретимся, как эти лавэ кончатся – Равиль хохотнул – Пошли, парни.

И мститель за честь сестры, весело хохоча и обсуждая свою удачно проведенную акцию возмездия, удалился вместе с соратниками.

Я еще немного полежал и предпринял попытку встать. Не сразу, но все-таки получилось. Пятная кровью всё, что попадалось мне на пути, на гудящих ногах, я добрел до лифта, ввалился в него и нажал кнопку своего этажа.

Вика в очередной раз меня удивила. Увидев меня, всего в кровище и с начинающим синеть лицом, она не стала метаться по квартире, кричать о том, что надо позвонить в милицию, издавать вопли вроде «Да что же это такое!». Она быстро и деловито подперла меня плечом, после чего повела в ванную комнату, где пустила холодную воду, сунула под нее мою многострадальную голову и сказала —

– Аккуратно умойся, руками не три ничего особо, чтобы заразу не занести. Где у тебя аптечка лежит?

– В кладовке была старая автомобильная, лекарства дома особо не держу – прогнусавил я.

Говорить мне было трудно и больно – рожу мне раскроили по полной.

Вика издала звук, похожий на тот, что производит Мардж Симпсон в момент раздражения, и вышла из ванной.

К ее возвращению я уже умылся, и, видимо, перестал производить впечатление человека, который вот-вот откинет коньки.

– Сейчас будет больно – честно предупредила меня Вика – Я у тебя перекись водорода нашла, так что терпи. Садись вон на табуретку, мне так удобней будет.

Я честно терпел, пока она обрабатывала мои многочисленные ссадины, шипя при этом сильнее, чем сам препарат.

– Хорошо тебя отделали, от души – заметила она в конце процедуры – Кто хоть, ты запомнил? Надо же ментов вызывать.

– Каких ментов? – спросил у нее я – И что значит запомнил? Я попросту знаю кто это, потому и ментов вызывать не буду.

– Я ничего не понимаю – сказала Вика – Ты знаешь кто это, они тебя измудохали так, что на тебе живого места нет, и ты ничего не будешь делать?

– И еще деньги отобрали – уточнил я.

– Вдобавок еще и ограбили. Ты прямо какой-то Иисусик всепрощающий. Может в следующий раз ты на них квартиру перепишешь? – в голосе Вики звучала нескрываемая злоба пополам с сарказмом.

– Да не галди ты – поморщился я – Сказал ведь – ментов не надо. Но я не говорил, что я ничего не буду делать и все это на тормозах спущу. Сейчас оклемаюсь за пару дней, а там посмотрим, чьи в лесу шишки.

Я попытался встать, но только охнул – мышцы начали разносить боль по телу. К тому же заныли почки.

– Вот мать их так, по почкам-то зачем было лупить? – охнул я, схватившись рукой за спину – И так с ними фигня…

– Какая фигня? – присела передо мной на корточки Вика

– Обычная для служившего в армии человека – пояснил ей я – Вода у меня по месту службы хреновая была, а кипятить ее не всякий раз удавалось. Вот и подсадил почки маленько. А эти храпоидолы по ним еще и раза два-три берцами прошлись.

– Вот же твари – сузила глаза Вика – Так кто это был-то?

– Да Элькин брат это был, с друзьями своими, потому я и в ментовку не хочу обращаться. Если я его посажу, в следующий раз пулю разрывную в голову получу, Эльвира может, она КМС по пулевой стрельбе, а родня для нее святое, она же татарка. Хотя, конечно, и так это оставлять нельзя, знаю я этот молодняк – если один раз погрелись на чужом кармане, теперь не остановятся, пока им шею не свернешь. Молодые они все, безбашенные, жизнь их еще не обломала. Но это потом, ладно. Пойду лягу.

– Конечно – ответила Вика, о чем-то задумавшись – Я сейчас тебе йодовую сетку сделаю. И ночью меня буди, если что. Хотя я теперь вряд ли вообще засну.

Утром у меня болело все, даже то, что болеть не может. Особое опасение накануне вечером мне внушали две части моего тела. Но обошлось – и одна функционировала исправно, и крови при утреннем, кхм, ну вы поняли, тоже не увидел, что говорило о том, что почки мне не отбили. Хотя из дома мне выходить было противопоказано – с такой рожей все встречные милицейские мои. Да и народ в редакции пугать (а кого-то и радовать) не стоило. Я себя в зеркало не видел, но был уверен, что похож на морского зверя спрута или на покойного Флинта – вся рожа синяя и распухшая.

– Ты не надумал в милицию обратиться? – спросила меня Вика, одеваясь – А еще лучше было бы обратиться к кое-кому другому. Я тоже таких шакалов видела, твоя правда – они всегда возвращаются. А ты мне стал как-то дорог, не хотелось бы цветочки за твоим гробом нести.

– Ой, Вик, не парь себе мозги, я решу эту проблему – сказал ей я, морщась от боли в губах.

– Ну да, ну да. Видел бы ты себя со стороны – облачко набежало на ее лицо – Дома сиди, никуда не ходи.

– Смешно. Куда я пойду, в таком-то виде? – даже удивился я.

– Вот-вот. А если эти твари повадятся тебя так каждую неделю…

– Вик, все, иди – попросил я девушка – Мне бы баиньки.

Вика нахмурившись вышла из комнаты и через секунду хлопнул замок входной двери.

Конечно я не планировал так просто спускать с рук этим поганцам ни мое избиение, ни тиснутые ими у меня деньги. Но надо было понять, с кем мне начинать на них охоту, благо выбор был – и из старых друзей еще по школе, и из новых, благоприобретенных за последние несколько лет. Когда вращаешься в клубной жизни выполняя профессиональные обязанности, то волей-неволей обрастаешь самыми разными связями. Мечтая о мести и расправе, я незаметно для себя самого и вправду уснул.

Разбудил меня телефонный звонок. Телефон, уцелевший при вчерашнем происшествии, лежал на журнальном столике и я, охая и подстанывая, отправился в нелегкое путешествие к нему. На экране светилось «Зимин».

– Але, Киф это ты? – услышал я в трубке голос Зимина.

– Да, Максим Андрасович, я – кого угодно ожидал услышать – но его?

– Скажи мне, Киф, хорошо ли ты помнишь мой разговор с тобой в кабинете у твоего шефа? Ну, тот, когда мы с тобой познакомились? – голос его не предвещал мне ничего доброго

– Более-менее – промямлил я, пытаясь понять, куда он клонит.

– Может быть в раздел «более» отложились мои слова про то, что ты теперь под защитой корпорации?

– Да я не подумал… – интересно, откуда он узнал. Хотя, чего тут гадать-то…

– А вот мне это ясно, причем ясно предельно – в голосе Зимина прорезалась явная сталь, и он перешел со мной на «вы», что, наверное, было не самым благоприятным признаком – Если бы вы подумали, то вы бы позвонили мне еще вчера. Ну, или хотя бы сегодня. Сами позвонили – это было бы проще и быстрее. Хорошо хоть, ваша гражданская жена умнее вас оказалась, в нашу службу безопасности позвонила, а те уже мне доложили. В результате именно от них я и узнал, что вас избили и ограбили. От них, – а не от вас.

– Кто оказался умнее? – я подумал, что ослышался.

– Ну, так она представилась – Зимин посопел в трубку – Мне сказали, что она так представилась.

Ай да Вика. Хотя… Может, и не самый поганый вариант. По крайней мере решения принимать умеет, а после их реализовывать.

– Все вводные она по этим лиходеям дала, наши люди уже вовсю действуют. Может заедут к тебе, если что не пугайся, дверь открывай.

– Конечно – ф-фу, он снова на «ты» сошел – Вы простите, что я не позвонил. Мозги совсем набекрень были.

– И о мозгах – было слышно, как он щелкнул пальцами – Через часок приедет наш врач, посмотрит тебя.

– Да нормально все – начал я свою песню.

– Вот он это мне и подтвердит – даже не стал меня слушать Зимин – Тебе спокойней – и нам спокойней.

– Спасибо – я в самом деле был тронут. Нет, понятно, что о барашке тоже заботятся, прежде чем на шашлык пустить, но все равно – приятно.

– И помни – ты под защитой. Вика твоя кстати тоже, ты дай ей мой телефон, чую в вопросах твоей безопасности и быта ей доверия будет больше чем тебе. И это – на свадьбу не забудь пригласить.

– Мне смеяться больно – сказал я Зимину, тот коротко хохотнул и отключился.

Врач приехал, причем явно непростой врач, а очень знающий, не поликлиничного типа, осмотрел меня, а после сообщил, что все нормально, ребра не сломаны, все раны и ранки обработаны грамотно, абсцессов не предвидится. Сон и хорошо бы еще витаминчиков попить, хотя это никогда не лишнее. Отказался от тысячи рублей и покинул меня.

А еще через час пожаловали безопасники. Не одни. С собой они приперли трех порядком измочаленных молодых людей, которых особо не заморачиваясь, положили на пол в моей прихожей.

– Ну, вот они – кивнул головой крепкий парень, представившийся мне Евгением – Это они вас вчера отбуцкали.

– Надо же, совсем молодые ребята. Еще моложе, чем я думал – удивился я – В темноте-то непонятно было, а потом я уже и не разглядел бы.

На вид им всем было лет по восемнадцать-двадцать.

– Да вот такие молодые самые опасные и есть – подключился к беседе второй безопасник, невысокий крепыш, который не представился – Таким железкой под ребро вам ткнуть – как нечего делать. В голове то пузырьки, и гадость всякая – коктейли да энергетики.

– Ладно, делать с ними чего будем? – спросил у меня Евгений.

– А чего с ними делать? – на автомате пожал плечами я, охнув от боли – В лес, лопаты в зубы, по пуле в затылок и привет. Только пусть деньги вернут.

– Ага, понятно. Деньги, правда, мы у них уже забрали – Евгений протянул мне мой же конверт, правда уже порядком замусоленный и не такой плотный, как был – Ну, те что были в наличии. Все тогда, мы пошли?

И он пнул одного из налетчиков

– Пошли, погань, у вас выезд за город – сказал покорно сидящим на полу юношам крепыш – Правда билет у вас всех только в один конец.

И я понял – елки, они их реально в расход собираются пустить. Я-то пошутил, а вот они – нет. Однако дисциплина в «Рэйдионе» какая!

– Стоп – сказал я Евгению. Тот остановился, на лице было написано: «Чего, пожалел?»

– А деньги-то сильно не все – сказал я ему возмущенно – Тут три раза по столько было.

Этих орлов надо было спасать, а то их и вправду того и гляди прибьют. Жалости особой у меня к ним не было, но и три души на свою совесть, и без того не сильно чистую, мне было цеплять не надо.

– Мы отдадим – вдруг горячо заговорил один из них – Мы все отдадим, мы больше отдадим, только не убивайте.

– Больше не надо – сказал я ему – Мое отдайте.

– И вот, просто так их отпустить? – жестко сказал Евгений

– Ну, зачем же так – ответил ему я и присел на корточки, немного поморщившись, около молодого парня, с до боли знакомыми резкими чертами лица – С чего бы так? Поучим, само собой. Привет, Равиль.

Парень смерил меня взглядом и промолчал.

– Да ты не дури, сам во всем виноват. Если бы ты вчера не коллективом меня метелил, а так, по-людски, один на один предложил помахаться за сеструхину честь, то и претензий бы не было. Если бы после этого ты не угрожал бы мне, не глумился, не обобрал. А теперь – отвечать надо. Ты же мужик?

Парень молчал.

– Молчишь? Правильно молчишь, говорить тебе один хрен нечего.

– Не убивай пацанов – сказал Равиль – Все отдадут, слово даю.

Безопасники засмеялись.

– Само собой отдадут. Куда им деваться? – сказал крепыш.

Не совсем парень гнилой. Про ребят сказал, про себя нет – подумал я

– Ну, как решим с ними? – спросил Евгений.

– Так, а чего тут решать – ответил я – Деньги пусть отдадут и шабаш.

– Штраф брать будете? – деловито поинтересовался крепыш

– А как же! – хмыкнул я и мрачным голосом Очень Серьезного Злодея, не оставляющим сомнений, что это шутка добавил – По конечности каждому сломайте, какой именно – это на ваш выбор. И этому вот, Равилю – все пальцы переломайте. И личная просьба – хребтины их не трогайте, на инвалидность не переводите.

– Понятно – засмеялся крепыш – Пошли, клоуны.

Закрыв за ними дверь, я ощутил не страх, нет. Ко мне пришло то неприятное липкое чувство, что я впутался во что-то такое, что выше моего понимания и больше моих возможностей.

Мне стало ясно, что если я сделаю неверный шаг или приму неверное решение, то за мной придет вот такой Евгений, которому пустить мне пулю в затылок ничего совершенно не стоит. Без каких-либо эмоций, просто потому, что это его работа. Да, сейчас я под их защитой, но это только потому, что я им нужен. А когда я им стану не нужен, что будет тогда? Скорее всего, наградят и отпустят с миром, а может и предложат непыльную работенку в корпорации. Вон, дальше газету редактировать. Но это при условии, что я не наделаю ошибок. А значит надо быть в десять, в двадцать раз внимательней в словах и поступках. Это в моих интересах.

Одно только непонятно – как вообще не допускать ошибок?

## Глава вторая. в которой герой наконец отправляется на Север

Спокойно отдохнуть мне не дали. Вслед за ушедшими безопасниками позвонила Вика, явно опасавшаяся, что я начну ее ругать за проявленную инициативу. Поняв, что расправы над ней не будет, она доложилась по текущей работе, и сбросила мне мастер-макет номера, по которому я позже дал ей несколько рекомендаций и советов.

Потом звонили мои гамадрилы, выражали сочувствие. Они, разумеется, не были в курсе того, что произошло на самом деле, а потому располагали официальной версией, придуманной и изложенной Викой, по ней у меня произошло растяжение ноги. Растут мальчуки, начинают понимать с какой стороны масло на бутерброде.

Через пару часов снова появился Евгений, правда в этот раз в одиночестве, отдал мне стопку денег и попросил, чтобы я их тщательно пересчитал, и, если там чего не хватает, непременно позвонил ему. Я пообещал, что так и сделаю, на этом мы распрощались.

Вечером приехала уставшая Вика, долго осматривала меня, цокая языком, успокоено кивнула, узнав, что приходил врач, и врач не простой.

– Слушай, но ты же не в претензии, что я позвонила в «Рэйдион»? – через пару часов она наконец решила выяснить, не злюсь ли я на нее за допущенное самоуправство. Её явно это тяготило.

– Вик, ты сделала то, что сочла нужным. Почему я должен злиться? – сказал я нейтральным тоном – Зимин просил тебя поблагодарить за это, и дать тебе его прямой номер, чтобы ты позвонила ему, если я опять чего выкину.

– Прямой номер Зимина? Мне? – удивленно сказала Вика – Ничего себе.

– Ну да, ты сегодня набрала свои сто очков репутации – подтвердил я – Судя по всему, тебе доверяют больше чем мне. Ты, как и любая женщина, более рассудительна, чем наш брат мужчина, а значит и доверия к тебе больше.

– Мне кажется, что ты все-таки меня осуждаешь – немного обиженно буркнула Вика.

– Золотко, давай не будем говорить фразами из дамских романов – попросил ее я – Ты сделала, то что сделала. Я бы решил эту проблемы немного по-другому, но уже есть то, что есть. При этом надо признать, что способы «Рэйдиона» более эффективны, чем те, к которым бы прибег я. И все, и мы закрыли эту тему.

Вика успокоено вздохнула, а я подумал, что надо перевести разговор вообще в другую плоскость.

– Ты мне другое скажи, прелестное дитя. Тебя твоя сестра не потеряет? Я понимаю, что ты совершеннолетняя и половозрелая особь, но все-таки?

– Сестра? – брови Вики приняли положение «домиком» – Нет, не потеряет. Я ей сказала, что переезжаю жить к своему мужчине.

О как. Она сказала, потому как она это для себя решила. Как всегда, мнение второй стороны не слишком учитывается. Приятное отличие нашего эмансипированного времени – не жди инициативы от сильного пола, проявляй ее сама.

– И как твоя сестра на подобное отреагировала? – поинтересовался я.

– Да ничего нового. «Вы же практически незнакомы? Надо же сначала узнать друг друга!» – приложив руки к щекам, Вика, судя по всему, передразнила свою родственницу.

– Ну, в этом есть некое рациональное зерно – лояльно отметил я – И что ты ей на это сказала?

– Я? – Вика хихикнула – Сказала, что в отличии от нее я живу и сплю с нормальным и живым мужиком, тогда как все, что у нее есть, это только какие-то цифровые дятлы в ее игре. В тридцать-то лет!

– Жестко ты с ней… – отметил я.

– Нормально. Она правда заявила, что и у нее появился кто-то, я так поняла – из этой ее игры.

– Такое бывает. Познакомились в онлайне, перенесли отношения в реал.

– Да кому она нужна – Вика фыркнула – Всю жизнь была такой, сколько ее помню. Тихоня, ботаничка и зануда.

– Высокие у вас отношения.

– Да ну ее. Скажи мне лучше…

Тут речь Вики перебил городской телефонный звонок. Я, было, стал подниматься, но она остановила меня – мол, сниму трубку сама. Через полминуты она выглянула из прихожей, где еще с дедовых времен стоял допотопный дисковый телефон (кому сейчас нужен городской номер, в век цифровых технологий? Вот я аппарат не менял) и с каким-то странным выражением лица сказала —

– Это тебя.

Я подошел, взял трубку и чуть не оглох.

– Никифоров, скотина. Ты знаешь, что я с тобой за Равиля сделаю? Ты пожалеешь, что вообще на свет родился! Ты…

– Эля, ты бы помолчала и меня послушала – пресек я достаточно громко и жестко ее словоизлияния. Если это делать мягко и интеллигентно, она не замолчит никогда.

– Что? Ты мне рот затыкать будешь? – визг в трубке меня чуть не оглушил – Неудачник, рохля…

– Слушай! – я начал выходить из себя. Ей-ей, семейство Гинматулиных за последние два дня выпило из меня слишком много крови – Если ты прямо сейчас не залепишь свое дуло, то клянусь матерью, я сделаю так, что ты будешь жалеть о своих словах, причем делать ты это будешь искренне и долго.

– Что ты сделаешь? – тон никуда не делся. Но голос стал потише – Натравишь на меня своих бандитов, как на Равиля?

– Я на Равиля кого-то натравил? – мальчонка-то оказался гнилее, чем я думал – Эва как. Слушай, а что он тебе рассказал? Какую версию происшествия? Ну так, для справки, без протокола?

– Ничего он мне не говорит. Но я так думаю, что он пришел с тобой поговорить, по-людски, как положено. Уж не знаюЮ зачем ему это надо было, я его об этом не просила. А вот ты не стал с ним даже разговаривать, и напустил на него каких-то уголовников, которые и сломали ему руку. Да что руку – они ему все пальцы разможжили, молотком!

– О как – я чуть не сел на пол от удивления. Во-первых, меня крайне удивила ее версия. Нет, Эля всегда страда болезненными фантазиями, но, чтобы так…. Во-вторых, я был уверен, что на этот раз Евгений с товарищами таки поняли, что я шучу. Но, по всему видать, не угадал. Не поняли они шутки, на несчастье этих трех обалдуев – Да ты чего? Так и было? Серьезно?

– Я в этом уверена – торжественно сказала Эля – Я тебя знаю, козла.

– И зря ты своей интуиции веришь – ответил ей я – Все было с точностью наоборот. Он вчера с двумя своими дружками меня у подъезда встретил и разделал, как Бог черепаху. А на сладкое он у меня деньги из кармана вытащил и пообещал часто ходить в гости, за данью. Меня это не устроили, поэтому я попросил помощи у своего нового работодателя, а он пошел мне навстречу. Как результат – служба безопасности сегодня и объяснила твоему брату сотоварищи, что чужое брать нехорошо, и бить людей тоже. Поверь – что твой брат, что его друзья еще очень легко отделались. Я вообще-то не думал, что им что-то сломают, но, видать, нет чувства юмора у наших безопасников.

– Ты врешь, как всегда – убежденно сказал Эля.

– О, боги. Дорогая, дай мой мобильный телефон – попросил я Вику.

– Ишь ты, у тебя там «дорогая» завелась? – язвительно сказала Эля – Ты еще на ней не женился?

– Еще нет – ответил я, глядя на Вику, протягивающую мне мой телефон – Мы пока живем гражданским браком, но думаю скоро и до загса доберемся. Ты представляешь, оказывается есть женщины, которые не только орут, бесятся и дурят, но еще и готовят, стирают и гладят. Офигеть, да? И как на такой не жениться? Как выяснилось – сытым и чистым быть лучше чем голодным и грязным.

В глазах Вики вспыхнули торжествующе-радостные искры – слова сказаны, да еще и бывшую унизили – день-то задался!

Эля ничего не сказала.

– Дорогая, фоткни меня, по пояс. Погоди, майку сниму – я положил трубку на полочку и стянул майку. Вика щелкнула вспышкой.

– Лови подтверждение – сказал я Гинматуллиной, отправляя с телефона сообщение – Посмотри, как твой брат порезвился.

– Не думаю, что фото твоего тела меня заинтересует.

– Смотри, я говорю – добавил я в голос холода – Тебя не заинтересует – милицию заинтересует наверняка.

В трубке установилась тишина, через пару минут в ней раздался голос Эли, снизивший шумы до нормального значения. Она, конечно, сука, каких поискать, но не дура – это уж я точно знаю.

– Это действительно сделал Равиль? – через минуту в трубке снова зазвучал ее голос.

– Натурально, он – подтвердил я – И деньги на самом деле у меня забрал.

– Откуда у тебя деньги? – скептически хмыкнула Эля – Или я чего-то не знаю?

– Не знаешь – ответил ей я – Я с недавнего времени работаю не только в газете. Меня взяла на службу одна из крупных корпораций, обойдемся без названий, и потому я получаю довольно крупные жалование. Сама понимаешь – серьезная компания, серьезные зарплаты…

– Не врешь, похоже – протянула Эля – Больно Равиля хорошо отделали, и дядя Анас сказал, что тебя лучше не трогать.

– Повторю тебе – твой братец легко отделался – заверил я ее – Тебе мне «спасибо» надо говорить, что он вообще е попал в категорию «ушел и не вернулся».

– Вы теперь думайте, как вам отделаться – резко заявила Эля – Я завтра всех на уши поставлю, я….

– Головка от подводной мины, вот кто ты. Правду тебе дядя Анас сказал. А ты в курсе, что я прямо сейчас могу отправить твоего брата на нары за грабеж? Да еще и с отягчающими, поскольку он был с группой лиц, плюс по предварительному сговору, и вдобавок с нанесением тяжких телесных повреждений. И свидетели найдутся, смею тебя заверить. Думаю, что от пяти до семи лет как с куста ему отвесят. Но у меня есть другое предложение. Я не хочу, чтобы кто-то на кого-то держал зло. Я даже готов махнуть рукой на те деньги, которые остались у твоего брата, черт с ними. Я вообще забуду всю эту историю. Но ты должна мне пообещать, что я больше никогда ни тебя, ни твоего брата ни увижу и ни услышу. У вас своя жизнь, у меня своя. Давай не будем их друг другу портить.

– А ты сволочь – услышал я в ответ – Я даже не догадывалась, какая.

– Что посеяла, то и сжала. Или пожала? – ответил я ей – Ты думала, что я так и буду держать язык в заднице, когда на меня орут, меня бьют, меня грабят? Я не услышал ответа, женщина – мы договорились?

– Да – сказала Эля и повесила трубку.

Я выдохнул и прислонился к косяку и пожаловался Вике —

– Сведет меня в гроб это семейство.

Та, стоя с довольной улыбкой, подмигнула мне и спросила

– Стало быть, в ЗАГС скоро пойдем?

– Я есть хочу – решил уклониться я от ответа на подобный вопрос – Пошли, пиццу закажем? С колбасой, с ветчиной такую, понажористее?

Треволнения начала недели уходили в прошлое, четверг я провел вообще замечательно. Играть пока не мог – тело все-таки ныло. Зато телевизора насмотрелся за все прошедшие годы. Слушайте, сколько всего интересного по будням днем показывают, куда там вечерним эфирам или эфирам выходного дня! Такое ощущение, что «прайм-тайм» – это всего лишь уловка телебоссов.

Вечером я изучил третий выпуск «Вестника Файролла», и остался очень доволен – у газеты появлялось свое лицо, узнаваемый стиль и почерк. Это хорошо, это наработка традиций.

В пятницу, проводив Вику на работу, я с чувством какой-то просто тихой радости направился к капсуле – все-таки в Файролле не так плохо. Там как-то уютней, спокойней. Вроде верчусь там как уж на сковородке, никогда не знаю, с какой стороны прилетит, – а поди ж ты… Или просто там ты больше на себя самого рассчитываешь и от других не зависишь? Поди знай…

В Файролле все было без изменений. Солнышко светило, птички пели, по улицам ходили НПС и изредка пробегали игроки.

Впрочем – Кройцен, похоже, не самый популярный город в игре, а тут еще и будний день. Хотя – какая мне разница, мне главное не опоздать к сбору группы. До встречи осталось полчаса, вроде бы и не мало, но мне надо бы кое-какие дела еще поделать.

Первым делом я отправился к почтовому ящику-конвертик на интерфейсе показывал, что мне пришли от кого-то письма. Полагаю, это денежки с аукциона капать начали.

Помимо аукционных писем, я с удивлением обнаружил в почтовом ящике два совершенно неожиданных письма. Одно было от Элины, моего любимого кланлидера, второе же от Милли Ре.

Еще больше меня удивило, что письма практически не различались по смыслу. Он сводился к одному – обе дамы за каким-то лешим непременно хотели видеть меня в ближайшее время для некоего крайне важного разговора. И по этой причине я должен, да что там должен, просто-таки обязан был им просигнализировать сразу же после своего появления в игре. И непременно терпеливо ждать, пока они ответят. Боги, им то что от меня надо? Как же хорошо было в самом начале. Никто меня не знает, никому я ничего не должен… Только Эуыыху на дороге не попадайся, а в остальном – живи себе спокойно… Может плюнуть на все и уйти ко всем чертям в болото, тем более, что у меня там невеста есть.

Однако ответ написать надо было – я все-таки человек воспитанный, культурный. Поэтому я заготовил один ответ на двоих —


Дорогая имярек

Я был бы рад встретиться с вами, но не имею такой возможности, поскольку сегодня, в пятницу, в десять часов утра, отбываю с группой товарищей в длительный переход по горам, который приведет меня в Северную часть континента.

По прибытию на место я непременно свяжусь с вами, и мы договоримся о встрече.

Искренне Ваш,

Хейген.


А что? Вежливо и понятно – не могу, дорогой ты мой человек, бреду по перевалу, уворачиваясь от камнепадов и думаю о тебе. Романтика.

После эпистолярных забав, я посетил торговца, прикупив у него вяленого мяса. В принципе в Файролле вопрос с питанием обстоял не так остро, как в других играх. Единственный прок от еды – более-менее ускоренная регенерация жизненной энергии. В ряде игр употребив какого-нибудь, к примеру, жареного поросенка на определенный отрезок времени можно неплохо поднять статы. У нас такого нет, и даже если ты вовсе не будешь есть, то у тебя не снизятся жизнь и характеристики. Но вот если есть желание поскорее восстановиться после тяжелого боя – съешь чего-нибудь и будет тебе счастье.

Забежав на секунду в гостиницу и скинув там излишек денег, я рысью потрусил к воротам – время выхода из города в составе отряда особого назначения стремительно приближалось.

У ворот уже стояло человек пять, над всеми был значок, ясно дающий понять всем окружающим, что это члены клана «Гончие Смерти». Видимо это был тот самый молодняк, который вели на Север. Ну как молодняк – никого с уровнем ниже пятидесяти там не было.

Там же стоял и знакомый мне по кабинету Седой Ведьмы бравый служака Фитц. В данный момент он орал на одного из моих будущих спутников, надо думать в воспитательных целях —

– Ах ты думал? Ты хочешь сказать, что вот этот кочан капусты, сидящий на твоих плечах, это то, чем ты думаешь? То есть процесс гниения, который в нем происходит, это на самом деле мыслительный процесс? Так я тебя расстрою – слово «мыслительный» к тебе вообще не относится.

Я подошел к кричащему Фитцу и громко доложился —

– Хейген, один из участников похода на Север. Представляюсь по поводу прибытия.

Фитц повернулся ко мне, повращал глазами, пошевелил бровями, вспомная, кто я такой, и прорычал —

– Встать к остальным. Да, вон к тому стаду парнокопытных баранов. Пусть среди них будет хотя бы один человек, для статистики.

– Ох, Фитц, все бы тебе орать – раздался голос с какими-то барственно-ленивыми нотками.

Я обернулся. Обладателем голоса оказался эльф-воин 98 уровня, носящий имя «Мюрат». Видимо, это его придали нам в усиление.

– Да? Ты, как известно из любой переделки вылезешь, а мне этих долбоящеров доставить на ту сторону гор надо, причем желательно всех – проорал Фитц. Сдается мне, что он так все время разговаривает, криком.

– Ну, что значит, что я из любой переделки вылезу? – вальяжно ответил ему Мюрат – Я иду с вами, разделяю с тобой ответственность за этих ребят, и если что-то пойдет не так, как и ты буду решать, что нам делать.

– Ну да, как тогда, в Мирроне? – зло рявкнул Фитц

– Ты говори, говори, да не заговаривайся – довольно зло, моментально сбросив с себя некую жантильность, сказал Мюрат – Тебя там не было, ты не можешь судить о произошедшем.

– Ладно, согласен, занесло – немедленно ответил ему Фитц – Так, все тут?

– Все – ответила девушка-лучник с труднопроизносимым именем Тирнувинуэль, обладательница пятьдесят первого уровня – Нас же пятеро должно быть?

– Все верно – подтвердил Мюрат – С нашим другом из клана «Буревестники» – шестеро. С нами – восьмеро. По идее должны пройти.

– А чего это с нами «Буревестник» идет? – поинтересовался воин-гном по Фраг.

– Потому что потому – насупил брови Фитц – «Буревестники» наши союзники, друзья клана. Вы все зелены еще, не видели, как они недавно под стенами цитадели «Диких Сердец» воевали. И этот, хотя внешне вроде и дрищ, но успел там отличиться – Фитц ткнул своей рукой в мою сторону – Он на среднем «Мышонке» был, на верхней площадке. И выжил, между прочим, один из немногих. Так-то.

– Да ты что? – поднял брови Мюрат – Так это ты? Мне про тебя Валент рассказывал, ты вроде даже ему жизнь спас?

Взгляды моих спутников сделались достаточно уважительными, Фитц и Мюрат сделали мне хорошую рекламу.

– Да прям, спас. Так, подстраховал немного – скромно сказал я.

– Ладно, потом пообщаемся. На привале – сказал мне Мюрат и встал рядом с Фитцем.

– Так, бойцы! – заревел во всю ивановскую Фитц – Все ли взяли все, что следует, проверьте в последний раз. Зелья, еда, оружие, исправность снаряжения? На все про все у вас есть десять минут и выходим. Кто не уложится в срок, может дальше ковыряться в носу.

Блин! Снаряжение! Я его лет сто не чинил. Вот позорище-то!

Я завертел головой, высматривая кузнеца. На мое счастье, он был совсем недалеко и я, соблюдая неспешность, (ну, не портить же созданную репутацию) подошел к нему.

Слава богу, ремонт вещей в Файролле скор по времени, хотя и дорог по деньгам. Я уложился в поставленное время, и в результате вскоре, после криков «Ну, все?» и «Да чтоб вас!» мы покинули спокойный и тихий Кройцен. Впереди были горы.

Выходя из города, я почувствовал легкий мандраж – ради правды, я ввязывался в одно из своих самых рискованных приключений в Файролле. Нельзя сказать, что моя жизнь в этой игре хоть когда-то была спокойной, но раньше я орудовал хотя бы в пределах своего уровня, или за моей спиной было надежное прикрытие. Тут же – локация, которая требует уровней на семь больше, чем меня есть, при этом еще и обладающая какой-то нехорошей славой, группа таких же, как и я игроков, с несильно высокими уровнями, бравый вояка-сержант с ухватками строевика и довольно мутный пижон-эльф. Не расклад – сказка.

Погруженный в свои мысли, я как-то незаметно переместился в конец отряда, и стал его замыкающим. А нет, вот нас еще Мюрат догоняет.

– Не волнуйся – сказал он, поравнявшись со мной – Не так страшен черт. Шахты, конечно место хреновое, но я, например, их проходил три раза – и туда, и оттуда. Да и Фитц там бывал. Ну и потом – неужели мы не прикроем личного друга Седой Ведьмы, а?

Он подмигнул мне и двинулся вперед, догоняя Фитца.


Из третьего номера газеты «Вестник Файролла»

«…по уверениям коллег был прекрасным человеком и отличным профессионалом. Файролл, в том виде, в котором мы его знаем, во многом его детище, и даже не верится, что с его уходом не исчезнет жизнь в этом мире, мире, который он прошел из края в край.»

Из рубрики «Классы – кого выбрать». Статья «Маги. Часть третья»

«… и иные заклинания. Также для мага на начальных уровнях крайне важен выбор школы, которую он будет практиковать. Это – школа воздуха, школа огня, школа воды или школа земли. Именно это будет определять, насколько действенными будут заклинания в той или иной области и сфере применения…»

Из рубрики «История мира от его сотворения»

«Приход Богов в пределы Файролла был неожиданностью для всех. Драконы восприняли их приход как вызов своему могуществу, светлые расы как приход защитников и покровителей, темные расы как приход тех, перед кем можно преклоняться. Истинной же целью прихода богов было абсолютное владычество над миром Файролла»

Из рубрики «Объявления»

«Дорогие читатели. Как вы понимаете, мы не в состоянии, как бы нам того не хотелось, отслеживать все события, происходящие в пределах Файролла. Поэтому мы предлагаем вам присылать нам краткие отзывы о тех событиях, которые по вашему разумению достойны того, чтобы об них рассказали.»

Выдержки из рубрики «Хроники Файролла. Новостная лента»

«В Пограничье был проведен ежегодный турнир „Серебряная стрела“. Сотни лучших лучников со всех сторон света съехались в Ноттсбург, где в течении двух дней и трех туров они и состязались в меткой стрельбе из лука. Победителем стал Эллан с Равнины, стрелок из клана „Левиафаны“. Ему была вручена традиционная серебряная стрела и двадцать тысяч золотых призового фонда»

«Клан „Глаза зверя“ отправился в пещеру Оук, в рейд на эпического монстра Клаторнаха. В пещеру зашел весь клан, из пещеры не вышел никто. И так бывает…»

«Смертью отважного экстремала закончилась попытка спуска с водопада Набия, что в Южных пределах. Гном ТурДал, известный путешественник и любитель адреналина в жилах решил покорить огромный и практически вертикальный водопад Набия, для чего распорядился засунуть себя в бочку и кинуть его в реку, неподалеку от водопада. Когда бочка закончила падение и ее выловили из воды, в ней обнаружили только вещи смелого гнома. ТурДал не теряет оптимизма и раздумывает над другими способами обуздания водной стихии»

Из рубрики «Забавное в Файролле»

«Сегодня мы ещё раз убедились, что в мире Файролла возможно многое. Недавно в городке Ансельм, на южном побережье трое игроков-алхимиков заключили пари. Каждый из них, в течение недели, попробует создать из алхимических ингредиентов самую настоящую гранату. Результаты спора ошарашивают – одно сгоревшее здание, частично растворённая мостовая и десять ошпаренных жителей тихого до спора городка. Администрация города эвакуировала часть городского населения за пределы города. Мы будем следить за дальнейшим развитиями событий».

«Читайте в следующем номере»

«Интервью с Гарри Глазом, главой самого сильного клана Ривенхольма»

## Глава третья. в которой герой в очередной раз лезет под землю

Горы были огромны. Я, признаться, таких серьезных гор в жизни и не видел никогда – ну, не считать же Пиренеи или Кордильеры серьезными горами по сравнению с вот этим. Стоя у подножия таких гор как Ринейские, ты понимаешь свою незначительность и сиюминутность. Горы как бы тебе говорят —

– А, это ты, букашка. Сейчас под нами поползешь? Ну ползи, ползи. Вся твоя жизнь – для нас это только миг, небольшое дуновение ветерка над нашими вершинами.

Впрочем, это только мы, нубы, на горы глазели. Наших ветеранов вся эта красота не трогала, поскольку была для них не в новинку. При этом и Фитц, и Мюрат понимали наши чувства, а потому даже дали нам пару минут, чтобы поглазеть на всю эту величественную красоту. Увидев же, что с снежных вершин наши взгляды переползли на мрачный вход в пресловутые шахты, представленный ощерившимся обломками камней темным и страшным проемом, они начали свой первый и, надо думать, последний инструктаж.

– Так, молодежь – Фитц был крайне лаконичен – Нас ждут Ринейские шахты – место гиблое, неприятное и нехорошее.

Я зашевелился, собираясь задать вопрос, мое движение уловил Мюрат и успокаивающе махнул мне ладонью – мол, все вопросы потом. Тем временем Фитц продолжал.

– Ваша задача проста – выжить. Ну, а, чтобы выжить в этих шахтах, надо действовать как один организм – слаженно, четко и уверенно. Если этого не будет, то с той стороны гор выйдут только двое – я и Мюрат. Впрочем, может и только я. Из этого будет следовать, что амбиции ваши ни о чем, ничего вы из себя не представляете и на Севере вам делать пока нечего. У меня все. Вопросы?

Фитц встопорщил усы, откашлялся, сплюнул и обвел всех грозным взглядом, как бы уведомляя нас, что если будут вопросы, то с огромной долей вероятности он затолкает их обратно нам же в глотку. У молодого поколения Гончих явно вопросы были, но они так испуганно смотрели на своего мастера-наставника, что мне стало ясно – эти не рискнут. Мне же с Фитцем детей было не крестить, по этой причине я не стал слишком скромничать.

– У меня пара вопросов – я поднял руку.

– Ну? – грозно сдвинул брови вояка.

– Что значит нехорошее место? Такое, как, не к ночи будь помянут, Снейквилль? Или что-то другое?

– Что там в Сейквилле, этого никто не знает, а кто знает – тот про это не рассказывает – ответил мне вместо Фитца Мюрат – Тут же все просто. Эти шахты – альтернативный путь на Север. Короткий, быстрый, удобный и не холодно там, в шахтах, не то что на перевале. Но за удобства надо платить. Поэтому этот путь очень опасный и ментально усложненный.

– Ментально? – переспросил я.

– Ну да – Мюрат заложил руки за спину, как преподаватель на лекции – Там, под землей, в шахтах, всем, даже представь себе гномам, жутко неуютно, ты все время находишься под неустанным психологическим прессингом. Тебе мерещатся души сгоревших рудокопов, ты слышишь шаги, стоны, крики, темнота что-то в уши нашептывает. Даже иногда кусочки битвы видишь. Да и недавно упокоенные тоже не прочь тебя постращать – один мой приятель там свою знакомую по клану встретил. Сильное впечатление на него эта встреча произвела, особенно с учетом того, что за час до этого он ее живую видел.

– А что за сгоревшие рудокопы? – с любопытством спросил я.

– Это интересная история – оживился Мюрат – Дело было…

– В Пенькове! – рявкнул Фитц. Его усы встали дыбом – Потом лясы будете точить. Нам сегодня хорошо бы дойти до Девятого Зала, это часов восемь пути, да с привалами, да еще и мечами придется помахать наверняка.

– Ладно – негромко сказал мне Мюрат – По дороге расскажу. И вообще – держись всегда близ меня. Ты как, к героизму склонен вообще?

– В каком смысле? – не понял его я.

– В прямом, в прямом – Мюрат заулыбался – Ну, вот эти все дела – «один за всех, все за одного», «на миру и смерть красна», «сам погибай, а товарища выручай». Ты как, герой по жизни?

– Я-то? Нет, это не из моей сказки – честно ответил я – Конечно, я не сбегу от опасности, группу не брошу и буду честно драться, но на рожон доброй волей не полезу.

– Вот и славно – сказал Мюрат – Уверен – мы поладим.

– Согласен – кивнул я – Два умных человека всегда друг с другом общий язык найдут.

– Так, бойцы, еще раз напоминаю – разливался соловьем Фитц – Самое главное в шахтах – дисциплина. Расслабился, оторвался от группы – все, считай пропал. Одиночка в шахтах не выживет, это проверено неоднократно, причем игроками куда выше уровнем чем вы. И еще – коли тут сгинул, так простись со своими вещичками, поскольку свитки порталов в этих местах не действуют. Да что свитки порталов – тут даже почта не работает. Это понятно?

– Понятно – нестройно ответили мы.

– Идем таким порядком – Фитц замахал руками – Впереди я, за мной Фраг и Морис.

Гном и человек, оба воины кивнули. Фитц увидел их кивки, и продолжил —

– Потом Тринувинуэль – усач мотнул головой, будто отгоняя муху – Язык сломаешь, будешь Трина. С тобой в паре идет Флорес.

Эльфийка-лучница и девушка-маг так же кивнули, принимая информацию к исполнению.

– Так, потом ты, Хейген и Энгис (стоящий рядом со мной парень-хилер коротко глянул на меня). И замыкающим идет Мюрат. Вопросы?

На этот раз никто не сказал ни слова.

– Вот и славно. Давай, Флорес, бафни нас чем можешь и пошли. Мы уже час как в шахтах должны уже быть.

Флорес махнула посохом, выпалила что-то неразборчивое, и у меня появилась ускоренная 25-ти процентная регенерация жизненной энергии сроком на два часа.

– Ага – удовлетворенно порычал Фитц – Вот и славно. И еще, чуть не забыл. Там часто бывают заманухи, в виде валяющихся доспехов, оружия и всего такого. Не дай вам Бог к ним сунуться! Даже на выручку не пойду, шансов уцелеть – ноль. Жадин в Ринеях не любят.

– Жаааль – протянул Фраг. Гномья жадная душа, еще даже не увидев валяющихся бесхозных предметов, уже по ним плакала.

Фитц свирепо на него глянул и скомандовал —

– Все, двинулись.

И отряд вошел в наводящий уныние провал, служащий входом.


Вы вошли в заброшенные шахты Ринейских гор. Когда-то именно здесь трудолюбивые гномы разрабатывали жилы, богатые золотом и драгоценными камнями, пока в Последнюю войну не произошло столкновение между…


Мне было бы очень интересно почитать, что же там случилось, но Фитц подгонял нас, и я закрыл сообщение.

Внутри было мрачно. Вообще в подземельях, на мой взгляд, редко бывает весело – что тут, что в реальной жизни – простора нет, воздух спертый – чего же тут забавного? Здесь же на душу давили не только стены и потолок, но сама атмосфера. Создавалось впечатление что из нас начали по каплям, по крохам высасывать жизнь.

– Что, пробирать начало? – не слишком громко спросил Фитц.

Мы синхронно кивнули, все, кроме Мюрата.

– То ли еще будет – обрадовал нас старый служака – Но это еще ничего. Вы молитесь всем богам, чтобы маршевый отряд темных дворфов на нашем пути не встретить, вот где жуть-то будет! Все, не стоим, пошли.

Отряд двинулся вперед. В тусклом свете, озарявшем дорогу, мы, наверное, выглядели достаточно инфернально.

А свет этот давали грибы, обильно покрывавшие стены. По всей видимости, они успешно заменяли осветительную плесень, которую я видел в подземельях разрушенной цитадели.

– А что за отряд темных дворфов? – негромко поинтересовался я у Мюрата, идущего за мной.

– Темные дворфы? – переспросил он – Э, брат, это длинная история.

И Мюрат рассказал мне историю шахт. К ней прислушивался и идущий рядом со мной Энгис, судя по всему, он полностью ее не слышал.

Оказывается, некогда эти шахты были крупнейшим поставщиком золота и бриллиантов для целого континента. Впрочем, иными драгоценными камнями они Раттермарк тоже снабжали. Жили тут мастеровые-гномы, жили-не тужили, махали кайлом, шуровали иным инструментом, гранили добытые камушки и вставляли их в разные украшения, которые сами и творили. Благополучно пересидели здесь почти все войны, не ввязываясь в них, поскольку в отличии от многих иных своих сородичей были абсолютно не агрессивны, но вот с последней заварушкой, той, что звалась Второй войной Ненависти, вышла неудача. Именно в эти шахты нагрянули остатки темной армии, которую загоняли как волков не сдержавшие данного ими слова представители Светлой стороны, исповедующие принцип «Чтобы победить зло, надо всем хорошим расам собраться вместе и поубивать все плохие».

Группа, завалившаяся в шахты, состояла из пары полков темных дворфов – немногочисленной расы невероятно сильных и фанатично преданных Темной стороне коротышек. В отличие от гномов, которые в промежутках между войнами, в которые они ввязывались по необходимости, обычно мастерили что-то высокохудожественное, темные дворфы всегда были готовы воевать, частенько наемничали, а ковали исключительно оружие или доспехи. Тьме они были верны всей душой, поскольку по слухам были созданы самим Техошем, богом Мрака.

Именно этих славных парней занесло в шахты, по которым сейчас мы идем. Тут они быстренько перебили большинство местных представителей, заняли оборону, с немалым мастерством понастроили защитных сооружений и приготовились отражать нападение светлых.

Тем времени какие-то гномы, умудрившиеся слинять из шахт через тайные ходы, добрались до ставки этих самых светлых и наябедничали, что их злые сородичи занимаются под горами убийствами и насилием, в связи с чем их конечно надо уничтожать.

Светлым очень не хотелось лезть в узкие и тесные подземные ходы, где все преимущества были на стороне защищающихся, тем более что это была их природная среда. Немного посовещавшись, они не стали мудрить и приняли простое, в общем-то решение. Они попросту запустили в шахты Огненного Червя – порождение светлой магии, требующее безумного количества магической энергии, но зато безотказного, как винтовка системы «винчестер». Этот гигантский червь, пока не выжжет все живое, из помещения, в которое его запустили, не уйдет.

Для ускорения же процесса и в гуманных целях (сжигать заживо – это ведь так жестоко, так больно, не правда ли?) Светлые маги подпустили туда еще и пару «Ядовитых цветков». Тоже то еще заклинание, типичное оружие массового поражения – по факту иприт, зато с приятным запахом.

В результате кто не сгорел, тот отравился. Причем это коснулось не только темных дворфов, но и остатков гномов и еще кучи разумных и неразумных существ, обитающих в шахтах, таких как ледяные черти, феллинги и йети. Там же сгинули в никуда и остатки племени плывунов – странного народца, живущего на берегах подземных озер, тихих, безобидных и миролюбивых рыбоедов, мухи сроду не обижающих, у которых в жизни было только две безобидных страсти – коллекционирование украшений да загадывание загадок.

Кто из погибших кинул посмертное проклятие – никто теперь не знает. Но кто-то его шандарахнул. И души всех, кто принял смерть от рук светлых рас в шахтах, тут и остались, не получив упокоения. Причем миролюбия им это не добавило, хотя, по большому счету, прямо уж все к смертоубийству не стремились, больше жуть нагоняли. Впрочем, отдельные представители сгинувших в шахтах народностей стали еще теми кровопускателями.

Гномы не раз и не два пытались снова закрепиться здесь, они организовывали отряды и упорно шли под землю, при этом уходили тысячами, а возвращались десятками. Те же, кто возвращались, в большинстве своем не слишком любили вспоминать, и тем более рассказывать о том, что здесь видели.

Со временем гномы махнули на шахты рукой, сказав, что такого добра им больше не надо – нерентабельно выходит.

С тех пор прошли века, зло из шахт не исчезло, но и внимания на него особо не обращают – наружу оно не лезет, ни днем ни ночью. Стоит сделать только шаг от входа или выхода из шахт – и оно не причинит тебе вреда. Но вот внутри…

Чего здесь только за это время не добавилось. Появились новые тоннели, невесть когда и кем пробитые, море ловушек, кровожадные призраки, поселившиеся в пещерах представители местной фауны – те же ледяные черти, зловредные и клыкастые твари, абсолютно не страшные поодиночке и неимоверно опасные в стае, обвалы, происходящие в самый неподходящий момент и самое неприятное – страх, постоянно тянущий душу и ослабляющий внимание, без которого тут не выжить.

Поэтому большинство путников предпочитает несколько дней карабкаться на перевал, в снег и мороз, только бы не соваться сюда, на короткие, но жуткие пути заброшенных шахт.

– Вот так – закончил свой рассказ Мюрат.

– Однако – уважительно покачал я головой – Внушает.

– А ты как думал? – согласился со мной Мюрат – Ладно, потом доболтаем, вон вход в Первый зал уже виден.

Идущий впереди Фитц поднял вверх правую руку, давая недвусмысленное указание остановиться. Даже при тусклом свете было заметно, что остановился он у выхода из тоннеля, по которому мы все шли.

Я не особо видел, что там происходит, в этом самом первом зале – из-за спин впереди стоящих обзор был невелик. Но явно творилось там что-то нехорошее.

Фитц помахал ладонью, подзывая всех к себе. Мы все подошли к нему, и осторожно стали выглядывать из проема. Не знаю, как остальные, мне было сильно не по себе, и, если бы не осознание того, что отсюда по-другому не смоешься и не возможность потери имущества навсегда, я бы точно теперь предпочел прогулку с контрабандистами.

Увиденное не добавило мне оптимизма. В не слишком большом, но и не в маленьком зале, в самом его центре, активно махали инструментами с полдюжины гномов, по видимости разрабатывая золотую жилу. Бороды топорщились, они переговаривались друг с другом, время от времени нагибаясь, а после складывая что-то в напоясные кошели. Нормальная такая картина, с работающими коротышками. Портило ее только одно. Все эти гномы были призраками. Синими, полупрозрачными и отвратными донельзя. Причем если одежда была визуально целая, то сами гномы были в том виде, в котором судя по всему, и скончались. Синюшные обгоревшие лица, опаленные бороды, изъеденные ожогами руки. Сказать, что картина мерзопакостная – это вообще ничего не сказать.

– Так – шепотом сказал Фитц – Идем по правой стене, один за одним, к следующему проходу. Что значит к какому? Вон, видите, с той стороны зала?

Мы кивнули. Мы видели.

– Не громыхаем, смотрим куда ступаем. Если пройти тихо – есть шанс, что они не нападут, даже если и заметят. Если нашумим – то придется драться. Вы не смотрите, что соотношение у нас больше чем один к одному, они очень сильные, да еще и дебафы могут вешать.

– И на помощь своих позвать могут – добавил Мюрат.

– Я иду первым, дальше в установленном порядке – отдавал шепотом команды Фитц – Расстояние – пять шагов друг от друга. Дойдем до того прохода – все, уже не страшно.

И Фитц скользящим, невесомым шагом двинулся вперед. Было странно видеть у этого гиганта какую-то просто кошачую пластику.

Мюрат толкнул засмотревшегося на нежить Фрага.

– Давай, не спи. И – тихо.

Так, потихоньку, дошла очередь и до меня. Я двинулся в путь по стеночке, внимательно смотря под ноги и опасаясь задеть какой-нибудь камушек. На призраков я не глядел – уж больно они были страхолюдные.

В это время Трина, почти уже достигнувшая желанного прохода в следующий тоннель, задела луком стену. Раздался негромкий скрежет и одновременно с ним шепот Фитца —

– Стоять всем! Замрите!

Мы застыли. Против своей воли я посмотрел на центр зала. Гномы-призраки отвлеклись от своих праведных трудов и глядели в нашу сторону.

Клянусь небесами, один из них посмотрел на меня. На секунду мы встретились глазами, и я понял, что такое, когда на тебя глядит бездна. В его глазах было бушующее безумие.

Время застыло, я был готов к тому, что сейчас эти шестеро кинутся на нас. Если бы кто-нибудь из нас пошевелился, наверное, так и было бы, но мы не двигались. Еще раз посмотрев на нас, один из гномов, видимо старший, погрозил нам пальцем и махнул своим коллегам – мол, давайте, работайте, чего встали.

– Пошли – снова раздался шепот Фитца и мы двинулись.

Если до этого мы старались идти тихо, выполняя приказ, то теперь мы шли практически невесомо, понимая, что второй раз они нам не пальцем грозить будут, а просто на лоскуты нас порвут.

Когда Мюрат вошел в проход, Фитц уже минуты три как шепотом орал на Трину. Та стояла ни жива, ни мертва, опустив глаза в пол и шмыгая носом. Прооравшись, Фитц скомандовал —

– Вперед, тем же порядком. И смотрите у меня!

Мы были готовы смотреть, лишь бы выбраться отсюда.

Надо отметить, что шахты не отличались разнообразием. Одинаковые стены, тоннели, время от времени открывавшиеся по сторонам, грибы на стенах, типовые залы, которые мы то и дело проходили и в которых, слава богу, больше не встречали местных жителей. Через час мы впервые позвенели оружием, наткнувшись в одном из тоннелей на двух иети – здоровенных и агрессивных, но крайне тупых животин. В одиночку и даже вдвоем мы вряд ли уделали бы их, а вот коллективом – запросто.

Часа через три пути Фитц снова поднял руку вверх —

– Ну что, дошли до первой достопримечательности – Пятого зала. Смотрим по сторонам, зал большой, неожиданности бывают всякие. Бывает, группа пройдет и никого не встретит, а случается, что каждый сантиметр клинками брать приходится. Сейчас проверим, какая у вас удача и насколько она сильна. Держитесь близко друг к другу, но не локтями не толкайтесь.

Мы с опасением вошли в огромный зал, окончание которого терялась где-то во тьме. Я ожидал колонн и иного антуража в стиле Мории – но нет. Ничего такого не было. Просто зал, с разбросанными там и сям кучами мусора. На одной из этих куч я увидел кокон, видимо оставшийся после какого-то бедолаги и толкнул в бок Энгиса —

– Смотри, хабар лежит.

– Ага – кивнул тот – А прикинь сколько тут всего?

– Много – сказал сзади Мюрат, вертящий головой так, что создавалось ощущение, что она у него на шарнирах – И все это только и ждет, чтобы вы за ним нагнулись.

Мы с Энгисом переглянулись и поняли друг друга без слов – ну его нафиг. Как бы себе дороже не вышло.

Зал был очень велик. Мы шли мимо каких-то темных пятен, какие бывают на местах кострищ, нас до жути перепугали огни пламени, вырвавшиеся из-под пола в тот момент, когда мы проходили мимо какого-то провала в стене. Нам казалось, что темнота у стен движется и вот-вот бросится на нас.

Тут и там лежали коконы наших предшественников. Даже мы услышали цоканье языка Фрага, увидевшего алебарду с изукрашенной рукоятью, которая торчала из пола, загнанная лезвием в камни пола.

– Почти пришли – услышал я голос Мюрата и обрадовался – тесный тоннель мне был приятнее и уютнее этого огромного зала, в котором я чувствовал себя незащищенным.

– Е! – услышал я голос Фрага, в том момент, когда фигура Фитца миновала проход, отделяющий Пятый зал от тоннеля – Да это же сетовый молот!

Фигурка гнома метнулась от прохода, не реагируя на крик Фитца —

– Стой, балбес!

Я увидел, как рука гнома сомкнулась на рукояти молота и потянула его из кучи мусора, в которой он лежал.

«Может, обойдется» – подумал я.

Не обошлось. Рукоять молота растаяла у нас на глазах, а после ниоткуда появилась белесая пелена, которая начала окутывать Фрага. Она делала это настолько быстро, что фигура нашего брата по оружию скрылась под ней за секунды.

– Аааа – раздался его вопль – Братцы!!!

Больше до нас не донеслось ни звука, кроме рыка Фитца —

– Всем стоять. Ни шагу не делать!

Мог бы и не говорить. Мы бы и сами не пошли, и так было понятно, что гному конец.

Белая пелена несколько раз содрогнулась, как будто сделала пару вдохов-выдохов, повисела с минуту и опала.

Перед нами была все та же рукоять молота, рядом с ней лежал кокон. Это было все что осталось от Фрага.

– Сам виноват – констатировал стоящий за нами Мюрат – Жадность гнома сгубила. Пошли помаленьку.

Дальше все было одинаково – тоннели, залы, переходы. Мы брели по этим однообразным местам, все более ощущая их безнадёжность, и понимая, что мы тут чужие, и, наверное, теперь обречены скитаться до тех пор, пока сами не станем частью местного пейзажа, найдя в этих тоннелях свое упокоение. Возникало ощущение, что кто-то шепчет нам в уши —

– Ты не выберешься от сюда. Не мучь себя, умри. Так проще. Так легче.

Но мы шли. Боковых ответвлений стало больше, а вот свет от грибов наоборот, становился все тусклее и тусклее.

– Ну вот и славно, на сегодня почти все – сказал мне Мюрат через какое-то время и ускорив шаг, ушел к Фитцу, что-то говоря ему на ходу. Фитц кивнул головой и показал нам рукой – мол, давайте, поворачивайте направо, что мы и сделали.

Потом мы снова и снова поворачивали, пока вскоре не стали видны какие-то яркие отблески. Через пять минут мы вышли в небольшой зал с холмиком в середине. В центре этой возвышенности ярко горел костер.

– Место привала – сказал Мюрат в полный голос – В этих шахтах таких пять. Да в каждом большом подземелье такие есть, сюда не придут монстры и призраки, тут не действует ментальное давление и нет ловушек. Здесь мы и заночуем.

И впрямь – с души спал гнет последних часов, задышалось как-то веселее, полной грудью.

– Энгис – обратился я своему напарнику. Тот не ответил. Я завертел головой. Энгиса в зале не было.

– Фитц – окликнул я тихо нашего вожака, предчувствуя неладное – Энгиса нет.

– В какой момент ты его видел в последний раз? – спросил меня Фитц

– Когда ты рукой махал, потом я за тобой шел, по сторонам не глядел.

– Сколько было поворотов, не меньше пяти? – спросил Фитц у Мюрата

Мюрат кивнул.

– Все, нет больше с нами Энгиса – спокойно констатировал этот факт Фитц – Пошли спать устраиваться.

Я посмотрел в темноту тоннеля, из которого мы вышли и пошел укладываться на боковую.

## Глава четвертая. в которой герой выходит из тоннелей на свет

Когда все вскарабкались на холм, Фитц сообщил —

– Так, воинство, на сегодня все, разбегаемся. Завтра в девять утра все должны быть здесь, опаздывать не в ваших интересах, поскольку всех, кто проспал, ждать мы точно не будем. Так и будете здесь куковать до конца времен.

Воинство прониклось этим сообщением, поскольку после сегодняшнего дня все отчетливо понимали, что в этом заповедном месте шутить никто не будет – не располагает оно к подобному.

Я устроился рядом с костром, с минуту задумчиво посмотрел в его пламя и вышел из игры.

Было довольно странно ощущать себя вне подземелья. Пробыл я там всего ничего, но видать голова не могла перестроиться быстро, поскольку контраст между привычным мне домом в реальной жизни и синевато-мрачным подземельем в игре был уж слишком силен. Как у резко всплывающего с глубины аквалангиста начинает кипеть в жилах кровь, так и у меня начал закипать мозг.

Для снятия напряжения я принял рюмочку текилы, без всяких этих кинематографических приблуд, вроде соли и лимона, и поймал слегка укоризненный взгляд Вики, видимо давно уже пришедшей из редакции.

– Чего? – немного раздраженно спросил я.

– Ничего – спокойно ответила она – Так-то текилу хлестать зачем? Я вон борщ сварила, под него бы и выпил. С горячей закуской крепкое всегда лучше идет. И экзотично получится – текила с борщом.

Мне стало немного совестно – она ведь как лучше хотела, а я на нее чуть собак не спустил. Нехорошо.

– Ну да – улыбнулся я – Хотя профессор Преображенский супом закусывать не рекомендовал.

– Ой, надо тебе всяких слушать – махнула рукой Вика – Ты не думай, я не обижаюсь. Эльмирка иногда из игры еще не такая выходила. Она недавно какую-то крепость брала, так вылезла из капсулы среди ночи злая как черт, ругалась так, что меня разбудила и еще утром к какой-то мелочи прицепилась и наорала. Уж не знаю, что там у неё произошло, но я даже отвечать ей не стала, она вообще неадекватная была.

– Кто вылез из капсулы? – уточнил я.

– Сестра моя, Эльмира. Я тебе про неё не рассказывала, она тоже в «Файролл» играет.

Забавно. Эльмира. Сестра. Крепость и недавно. Я ее часом не знаю?

Впрочем, я все эти вещи быстро выкинул из головы и начал поглощать борщ – организм восстанавливался и требовал своего – душистого, горячего, круто перченого и с картошечкой. Ну и еще пару… Аааа – тройку рюмочек. И в люлю.

Вика еще спала, когда я, выкурив пару сигарет… Да, сразу пару. Думаете так охота снова лезть в эти шахты? Мне после них такая чушь всю ночь снилась, что просто хоть всех святых из дома выноси. Так вот, выкурив пару сигарет и повздыхав, я снова расположился в капсуле – что делать, назвался груздем, полезай в кузов.

Как выяснилось, я пришел одним из первых. Фитц и Мюрат уже были здесь, и стоя у костра, о чем-то спорили. Увидев меня, Фитц улыбнулся в усы и помахал рукой.

– Молодец, парень. Вот у «Буревестников» дисциплина, я понимаю. Не то что у наших тють.

На своих он наговаривал почти зря – в последующие пять минут пришли все, кроме Трины. В результате она так и не появилась.

– Все, время. Отряд, готовиться к выходу – рявкнул Фитц.

– Точно ждать не будем? – тихо спросил у него Мюрат

– Нет, я предупреждал всех – опоздавших не ждем, пусть выбираются сами.

Мюрат хотел что-то сказать, но только покачал головой. Понятное дело, отсюда в одиночку один выход – вперед ногами.

– Поскольку нас стало почти вдвое меньше, порядок следования такой – Фитц окинул нас взглядом – Впереди я, за мной Флорес, за ней Хейген и Морис, замыкающим идет Мюрат. Если придется драться – строим кольцо вокруг Флорес. Вопросы?

– Да какие тут вопросы? – уныло сказала магичка – Есть шансы что сегодня дойдем до выхода?

– Не знаю – честно сказал ей Фитц – Как пойдет. По всему – должны. А уж что там будет – так это одни боги знают. Давай, бафни нас, как вчера и пошли.

Выходя из пещеры, я оглянулся – у костра так никто и не появился. Трина, как я полагаю, допустила серьезную ошибку, это опоздание ей скорее всего встанет дорого – и сейчас, и потом. Но это ее проблемы, мне бы самому до выхода дойти.

И снова пошли тоннели, ответвления и все то, что мне надоело еще вчера. И снова появилось это чувство безнадежности и беспросветного отчаяния, выматывающее и обессиливающее. Ко многим вещам в этой жизни можно привыкнуть, но вот к этому, наверное, привыкнуть невозможно. Кажется, проще умереть, чем это терпеть. Кстати – недурственная идея, может это выход? Взять, да и ткнуть в себя железкой – и все, и на волю. «Правильно» – раздался голос у меня в голове – «Не мучь себя, смерть – это всего лишь миг, так же, как и жизнь».

Моя рука стиснула рукоять меча и это движение уловил Мюрат.

– Э, ты давай это брось – сказал он мне и скинул мою ладонь с навершия рукояти – Фитц, мы с тобой все гадали, кто суицидальником будет – так вон, нашему союзнику карта выпала.

– А я думал, что Флорес сломается – прогудел в усы Фитц.

– Не понял? – посмотрел я на Мюрата.

– Шахты всегда выбирают кого-то одного из группы, кого-то, кому начинают внушать желание убить себя – пояснил он – Вот такие у них забавы. Если не успеть этого самоубийцу остановить, то раньше или позже он себя прикончит. Это хорошо ещё, что ты мечник и я твое движение заметил. А вот с ворами да магами беда – успевают кинжал достать и себе его в горло сунуть.

– Зато такой поступок очень небесполезен для остальных – отметил Фитц – Потом два часа можно вообще ничего не бояться – ничего с группой не произойдет, проверено. Такой вот вариант жертвоприношения.

– Ну да – с скрытой иронией отозвалась на это сообщение Флорес – «Кровь одного лишь нужна».

– Что поделаешь? – грустно развел руками Мюрат – Ну ты как, передумал с собой кончать?

Пока они вели свой диалог, к гнусавенькому голосу, который советовал мне незамедлительно отправиться в страну вечной охоты, прибавился второй, суровый и хриплый, который сразу же начал на меня орать.

– Что такое? – вопил второй голос – Ты воин или тряпка? Что это за мысли о легкой смерти. Суть воина – смерть на поле боя от вражеского клинка, только так, и никак иначе должны умирать бойцы!

Мюрат посмотрел на меня.

– Ну да – буркнул я – Больше не хочу, отпустило.

Тем временем голоса в голове и впрямь исчезли, оба, как и желание пустить себе кровь. Рассказывать о перебранке голосов в моей голове я понятное дело никому не стал, поэтому просто убрал руку с рукояти меча и посмотрел на ветеранов «Гончих смерти» взглядом человека, который не стремится на тот свет.

– Ну, коли отпустило, тогда идем дальше – скомандовал Фитц – До Девятого зала рукой подать, пройдем его и полдороги будет позади. Главное Девятый пройти, дальше проще.

– А что там, в Девятом зале? – тихо спросил я у Мюрата.

– Да как и везде тут – неизвестность. В этих шахтах рассчитывать на какую-то предсказуемость это самое глупое дело. А если в частностях – я лично в Девятом зале был два раза. В первый мы прошли его за десять минут из края в край и не встретили никого и ничего. Тишина, пыль и полумрак.

– А во второй?

– А во второй раз я в нем и остался. И еще половина группы осталась там же. Ближе к середине на нас из ниоткуда, как они это умеют, навалилась стая ледяных чертей и ополовинила наш отряд. Вылетели и покрошили нас на мелкий ливер.

– Тихо – шикнул на нас Фитц – Пришли.

Мы встали у входа в огромный зал. Что он огромен, можно было понять даже по тому виду, который открывался из проема.

– Так, идем как всегда – тихо и по возможности незаметно – скомандовал Фитц – И помните – все неприятности в шахтах происходят с теми, кто шумит и с теми, кто приказы начальства не выполняет.

Он вышел из проема, держа наготове свою секиру. Повертел головой, видимо не обнаружил прямой и явной угрозы и мотнул подбородком, давая нам понять, что нужно идти.


Вами открыто деяние «В глубинах».

Для его получения вам необходимо побывать в десяти огромных пещерах, которые находятся в различных подземельях Файролла.

Награды:

Титул «Прошедший сквозь тьму»;

+ 2 единицы к мудрости;

Подробные комментарии можно посмотреть в окне характеристик в разделе «Деяния»


Ух ты. Хотя какая-то польза от этих подземелий. Хотя вероятность закрыть это деяние стремится к нулю. Я после этих шахт еще долго от любой дыры в земле шарахаться буду.

Но зал и впрямь был огромен. Причем синеватое грибное освещение здесь перемешивалось с солнечным светом, мелкими пучками сочащимся из трещин в потолке пещеры – видимо над нами был один из склонов Рипейских гор. Это световое смешение создавало причудливую и забавную игру теней, которая просто завораживала. Было видно, что гномы не стали трогать природную красоту этого зала, и их инструменты не касались его стен

Мы шли по Девятому залу тихо и молча, уж не знаю, какие чувства возникали у моих спутников, лично я, как и у входа в шахты, осознавал свою ничтожность в сравнении с этим великолепием и величественностью.

Кроме нас и теней в зале больше никого не было, и похоже это не на шутку встревожило Фитца, который все сильнее и сильнее ускорял шаг.

Дневной свет по мере приближения к выходу начал меркнуть, уступая дорогу привычной синеве и наконец пропал вовсе. Зато синий свет становился все ярче, а за выходом из зала, к которому мы подошли было просто какое-то буйство ультрафиолета.

– А чего это… – открыл я рот, чтобы задать вопрос, но Фитц, вытаращив глаза, шепотом проорал (надо же, никогда не предполагал, что шепотом можно орать) —

– В угол! Все в угол! Живо!

– Так вроде ты сам говорил… – начал возражать ему Морис, но Фитц, вообще его не слушая уже, рванул в угол зала, прочь от выхода.

Я не понял, что случилось, но рассудив, что понапрасну Фитц, не склонный к рефлексии и нервозности, паниковать не будет, потрусил за ним.

В углу Фитц уже подыскал место за какими-то кучами мусора, залег на пол и махал нам рукой, приказывая сделать то же самое. Мы рухнули рядом с ним и похоже, что вовремя.

Синее сияние из коридора переместилось в Девятый зал и вслед за ним из прохода стали выходить призраки гномов, только каких-то странных. Отличие этих гномов от обычных было не в том, что они были чуть выше и не с такими длинными бородами, оно было в выражении их призрачных лиц. Даже лица тех обгоревших гномов, которые перепугали меня насмерть, сохраняли остатки свойственной этой расе миролюбивости. Лица же этих существ были полны ненависти и злобы ко всему живому. Они шли рядами, образуя колонну и чеканя шаг, одетые в одинаковые доспехи и с секирами, положенными на плечи.

Ряд за рядом они выходили из прохода, окружающее их сияние разгоняло мрак по обе стороны зала и нагоняло на нас очередную порцию страха. Я вообще не знаю – есть тут, в этих шахтах, существа, которые не источают из себя эти эманации ужаса? Давешние йети показались мне близкими и родными, они по крайней мере, хотя бы были теплокровные.

Колонна темных дворфов – а кто бы это еще мог быть? – наконец вышла из тоннеля целиком и стала удаляться в глубину Девятого зала. Фитц приподнял голову и стал внимательно смотреть ей в хвост, удостоверяясь, что все они точно ушли, и не оставили дозора.

Когда сияние, источаемое темными дворфами, окончательно погасло, Фитц встал, отряхнулся и сообщил нам —

– Фартовые вы, однако. Куча народу ни разу парада не видала, а вам прямо в первый раз его посмотреть удалось.

– Парада? – удивился Морис.

– Ну, так это называют – объяснил Фитц – Это же призраки темных дворфов маршировали, тех, которых тут сожгли и потравили. Они все здесь и остались, вышагивают вот, оружием бряцают, и не дай Бог попадешься им на дороге – тут тебе и конец. И не убежишь от них – догонят, как зверя травить будут. А самое паршивое – они единственные в этом подземелье, а может и в Файролле, кто не убивает нашего брата игрока сразу. Сначала мучают.

– Да ладно? – не поверил я – А игровые ограничения? А цензура?

– Не знаю, так говорят бывалые люди – нахмурился Фитц – На себе не проверял, тьфу-тьфу-тьфу.

– Я тоже про это слышал – подключился к беседе Мюрат – Мне рассказывали. Еще говорят, что темные дворфы тут, в шахтах, ждут возрождения Темного Властелина и когда он займет свой трон, они будут его личной гвардией. Именно поэтому они убивают всех встречных на своем пути – чтобы те не выдали тайну их местонахождения.

– А вот это точно байки – хмыкнул Фитц – Откуда вообще взяться Темному Властелину? Чушь это все. Ладно, пошли. После прохода дворфов все пути еще с час пустые будут, а то и поболе. Их даже местная нечисть и та боится.

Мы подошли к выходу, отряхиваясь от мусора – пол был совершенно нестерилен. Идущая рядом со мной Флорес, тряся своей хламидой, бурчала —

– И дома-то полы не подметаю, а тут…

Я даже не успел сказать о том, что бардак дома – это явно не повод для гордости, как с противоположной от нас стороны зала метнулась черная и большая тень и нанесла Флорес ужасной силы удар своими когтистыми лапами, выбивая из нее жизнь. Флорес с воплем упала, я выхватил меч, а Фитц заорал —

– Пещерник, твою мать! Что ж за день такой! Тут от дворфов прятался, как и мы!

Выхватив свою секиру, он попытался в прыжке достать эту тень быстрым ударом, но не преуспел.

В это время все оставшиеся попытались достать этого самого пещерника своими клинками, но он вывернулся из-под ударов, и длинными прыжками убежал вслед за отрядом темных дворфов.

Когда мы повернулись в сторону лежащей на земле Флорес, то увидели лишь кокон с вещами, которые Фитц забрал себе, сказав —

– Передам ей, само собой. Все, в колонну по двое, Морис со мной, пошли отсюда.

Шагая рядом с Мюратом, я спросил у него —

– А это что была за тварь?

– Пещерник-то? О, брат, это та еще тварь. Он условно разумен, невероятно силен, очень ловок и вдобавок обладает великолепным слухом и зрением, поэтому драться с ним один на один в Файролле рискнут может не так уж много народа, и все они из самых сильных игроков. Пещерники прекрасно ориентируются в ситуации и умело рассчитывают баланс сил. Поверь, если бы с нами не было Фитца, то пещерник от боя не стал бы уклоняться и с огромной долей вероятности нас перерезал.

– Ну ничего себе – оглянулся я – И много тут таких?

– Один, от силы два. Это его подземелье, они не делятся с себе подобными ни едой, ни территорией. И слава Богу, что их таких, мало. А еще я очень надеюсь на то, что он за нами не увяжется.

Мы двигались дальше, все прямо и прямо, час за часом. И снова были залы и переходы, в одном месте нам пришлось преодолевать завал, причем совсем свежий, что очень напрягло Фитца. Мы без происшествий миновали Десятый и Одиннадцатый залы, перед последним, Двенадцатым, Фитц сказал нам —

– Ну что, парни. Почти дошли, за залом тоннель, потом еще один, после совсем маленький зальчик, небольшой проход, поворот – и все, мы на свежем воздухе. Морис, ты молодец, хорошо себя показал. О тебе, Хейген, напишу твоей лидерше.

– Фитц, не торопись награды раздавать, хреновая примета – осадил его Мюрат.

– Ой, ладно, я в приметы не верю – коротко хохотнул Фитц – Ладно, двинули.

Мы вошли в зал, который был велик, но не чрезмерно, а на фоне Девятого можно сказать, что он был совсем уж небольшой. Мы шли как всегда, по центру, по едва заметной дороге, прошли примерно половину, все было как всегда и в первый момент я даже не понял, что случилось. Мелькнуло что-то белое и Морис с криком исчез из моего поля зрения, через секунду я услышал его удаляющийся вопль.

– Бегом! – раздался рев Фитца, он похоже оставил всякую маскировку – Бегом в тоннель, это ледяные черти!

Мюрат толкнул меня, ускоряясь и я помчался за ним, обернувшись на ходу. Все, что я увидел, это какую-то черную дыру посреди дороги, в которую то ли свалился бедолага Морис, то ли его столкнули, и что-то белое, находящееся еще далеко, но очень быстро приближающееся. Я понял, что никакая это не просто «что-то», а ледяные черти, мчащиеся в виде однородной толпы. Это совершенно не добавило мне оптимизма, но помогло мне набрать скорость, поскольку быть растерзанным недалеко от выхода, после всего того что я пережил в этих чертовых шахтах – это даже не обидно, это просто эпик фейл какой-то.

Ледяные черти выскакивали из трещин в стенах, из дыр в потолках, присоединяясь к толпе, мчащейся за нами и жаждущей нашей крови, они издавали протяжные вопли и сотрясали пол топотом огромного количества лап.

Мы влетели в тоннель под вопль Мюрата —

– Фитц, это ты сволочь накаркал!

Я врезался в остановившегося Фитца и заорал —

– Ты чего тормозишь?

– Беги давай – быстро скомандовал он мне – Я накаркал, есть такое дело. Минуту – другую я их придержу, бегите. И ждите меня на площадке!

Он встал у входа в зал и занял оборонительную стойку. Чтобы было дальше я не видел, поскольку Мюрат потащил меня дальше по тоннелю, приговаривая —

– Давай, давай, время не ждет.

Мы пробежали этот тоннель и почти весь следующий, когда совсем рядом, за спиной, снова послышался топот множества ног.

– Не успели – охнул Мюрат – Вот блин! И осталось-то!

Мы влетели в зал, действительно совсем небольшой, шагов в двадцать в поперечнике.

– Дальше сам – скомандовал мне Мюрат, обнажая клинок – Тут всего-ничего, давай, давай. Встретимся снаружи.

– Я тебя дождусь – крикнул я, вбегая в проход.

Не знаю, услышал меня Мюрат или нет, поскольку последний переход погасил все звуки. «Переход и поворот» – вспомнились мне всего несколько минут назад услышанные слова Фитца. Я проскочил переход, повернул и увидел выход, до которого было шагов двадцать, из которого струился мягкий вечерний свет – там, снаружи, похоже уже был вечер, и судя по всему, садилось солнце.

И в это время меня сбили с ног, я покатился по каменному полу, вскочил и развернулся, обнажая меч.

В узком проходе, шагах в трех от меня стояло десятка два мерзких тварей, покрытых белой свалявшейся шерстью, с витыми рогами на голове (за которые они и получили название «ледяные черти») и с зубастыми пастями. За счет узости прохода они могли меня атаковать только по трое, но за счет их количества шансов выжить у меня не было. Я никак не успел бы преодолеть эти оставшиеся несчастные шаги, даже побежав очень быстро – они бы просто свалили меня. Все что мне оставалось – это героически погибнуть в бою, а потом просить Мюрата забрать мои вещи и отдать их мне. И идти через перевал с контрабандистами, если Фитц с Мюратом уже смылись из Кройцена Эх, чего ж я зелий не прикупил, чего пожадничал…

Черт, стоявший чуть впереди остальных, довольно рокотнул и приготовился к прыжку, я выставил меч перед собой и прикрылся щитом. И в это время вспомнил про ту хрень, что мне дал Странник. Как он сказал – разломи, когда будет совсем худо? Куда уж хуже, чем сейчас?

Я сдал влево и мгновенно перекинув щит за спину, сунул руку в сумку и достал тот хрустальный предмет, который так и лежал там, с того момента, как Странник мне его отдал и сжал его в руке. Он хрустнул и в это время черт сиганул на меня. Я поймал его на меч, сбросил с него, встретил второго прямым ударом, рубанул и не устоял на ногах – по инерции меня крутануло на противоположную стену, открыв мою спину для удара.

Я сжался, ожидая его, но вместо этого услышал хрусткие звуки, которые издают топоры, рубящие плоть.

Обернувшись, я был готов увидеть что угодно, только не то что увидел.

Ледяных чертей рубили в капусту призрачные темные дворфы. Пять дворфов, пользуясь тем, что они меньше чертей, перегородили проход и лихо орудовали одноручными секирами. За их спинами стояло еще две пятерки дворфов, готовые к бою и даже какой-то командир. У меня возникло ощущение, что я схожу с ума – самые жуткие из существующих в шахтах существ защищают меня! Ледяные черти явно тоже почувствовали некий дискомфорт, поскольку часть из них потихоньку начала убегать в темноту перехода.

В это время командир дварфов повернулся, посмотрел на меня и сделал рукой жест, который можно было трактовать однозначно «Давай, вали отсюда». Дав мне это указание, он снова повернулся к своим бойцам.

Я решил не испытывать судьбу и подумать обо всем этом уже там, на воздухе и очень быстро выбежал из прохода на волю. Я оказался на небольшой каменной площадке, вырубленной в горе, с каменной же узкой тропинкой, ведущей вниз.

Меня встретило огромное красное солнце, садящиеся в небольшую тучку и озарявшее бескрайнюю зеленую равнину, с башенками какого-то городка на горизонте.

Господи, я все-таки дошел сюда! Я прошел эти чертовы шахты и скорее разругаюсь со всеми работодателями на свете, чем снова вернусь туда!

Я сел на край площадки и стал смотреть на солнце и размышлять. Мне есть, о чем подумать, пока я буду ждать Мюрата и Фитца.

## Глава пятая. в которой действие происходит на маленькой каменной площадке

Вопросов у меня в голове было пока явно больше чем ответов. Что это за ерунда с темными дворфами, откуда они вообще взялись? Нет, откуда они взялись, я более-менее представляю – должно быть из стены вылезли, но с какого перепугу они меня спасать надумали? Насколько я помню, даже сам отчаюга Фитц в кучу мусора залег, лишь бы с ними не встречаться и любой представитель светлых рас для них, это как красная тряпка для быка. Кто вообще этот Странник? Нет, я прекрасно понимаю, что он невероятно странный тип, но не настолько же? И самое главное – как он заставил темных дварфов прийти мне на помощь? Почему Мюрат так явно спровоцировал прямодушного Фитца на то, чтобы он нас прикрыл, ради чего? Ради какой-то своей цели или ради того, чтобы вывести меня из-под удара? И почему потом этот хитрюга пожертвовал собой, он меньше всего похож на того, кто с радостью гибнет за други своя.

Поломав над этими вопросами голову еще пару минут, я забросил это дело – все равно ничего путного я не придумаю, а мозги окончательно взорвутся. Всему свое время, авось информации со временем прибавится, тогда можно будет вернутся к этим темам.

Я сидел на краешке площадки и болтал ногами над пустотой – расстояние до земли здесь было порядочное, но это меня больше не пугало, после этих шахт было бы странно бояться таких пустяков. По моим прикидкам Фитц с Мюратом должны были появиться довольно скоро, что там делов – дойти до гостиницы, приодеться да портануть сюда. Кстати, интересно – можно использовать свиток прямо здесь, на этой площадке, или все-таки только у подножия горы? Попробовать конечно можно, но уж больно свиток жалко.

Я было собрался занять себя чем-нибудь полезным – а именно разобрать накопившиеся у меня квесты и отказаться от выполнения некоторых из них, как снизу, с лестницы, раздались голоса. Я встал, полагая что это пришли мои спутники, но с секундой позже увидел, что это два совершенно незнакомых мне игрока, люди-воины, с именами Дэмиан и Мирро. Интересно, что они тут забыли? Впрочем, вроде на вид нормальные ребята, значков агров над ними нет.

– Привет – я поднял руку и помахал ей.

– Привет – ответил мне Мирро, а Дэмиан проделал ответный жест рукой – Ты никак оттуда?

И Мирро кивнул подбородком на темный зев шахты.

– Ага – подтвердил я – Оттуда. Ох, и натерпелся страху, если честно. Очень нехорошее место. И вдвоем там делать нечего, поверьте, парни, мы вон ввосьмером не прошли, я один выбрался.

– Стало быть – везучий – поддержал разговор Дэмиан – Если один из восьмерых выжил. Остальные-то поди еще в середине пути полегли?

Вопрос был задан нейтрально-сочувственным тоном, но мне это как-то не понравилось.

– Да по-разному – уклончиво ответил я – А что?

– Просто интересно. А ты тут-то чего сидишь, чего в бург не идешь? – поинтересовался Мирро.

– Ну, значит надо так – уверенно сказал я – Нервы вот успокаиваю после похождений.

– Нервы – это да. Все болезни от нервов – покивал головой Мирро – Да еще поди и спутников своих ждешь?

– А если и так? – мне эти ребята нравились все меньше и меньше – Может и жду, что здесь такого. Нормальная командная игра.

– Стало быть недалеко от входа полегли-то – нехорошо улыбнулся Дэмиан – Высокого уровня были?

– Это уж совсем не ваше дело – добавил стали в голос я – Какого были – такого и были. Вы, ребята, с какой целью интересуетесь?

– Да цель простая – продолжал улыбаться Дэмиан – Это наш бизнес. Мы время от времени сюда наведываемся, проверяем местность в шахтах недалеко от входа и частенько всякие хорошие вещички находим, бесхозные – там ведь в основном серьезные игроки ходят. Причем смерть часто именно у входа находят, что примечательно. Вроде всего ничего до выхода, они расслабляются и зря это делают, поскольку тамошние обитатели только того и ждут. И, что примечательно – жители шахт как игроков прибьют, так обратно в глубины от входа и уходит, они света не любят. А здесь и мы – тут как тут.

Надо отметить что свой резон в этом был, хотя вряд ли наша компания полегла из-за расслабухи – ледяные черти нас прищучили бы в любом случае. Но Фитц расслабился – это было. И Морис тоже.

– Ну, парни, ни в этот раз – решил я попробовать все-таки не обострять ситуацию – Скоро придут мои друзья и сами заберут свои вещи, так что бесхозными их никак не назовешь.

– Почему не назовешь? – удивился Мирро – Они же не твои? Если твои – так иди и возьми. А если ты не пойдешь, так мы пойдем. Кто поспел – тот и съел.

– Ребята, зачем вам этот головняк? – драться мне не хотелось, причем сильно – оба этих черта с уровнями шестьдесят плюс. Если с одним я бы может и справился, что, конечно, не факт, то с двумя не совладаю наверняка – Это были бойцы из «Гончих Смерти», ветераны, ближники Седой Ведьмы. Оно вам надо?

– Ой, ладно гнать – фыркнул Мирро, окончательно сбрасывая личину воспитанного человека – С чего ветеранам Гончих брать с собой нубёнка из каких-то «Буревестников»? Сам себя послушай – ветераны топ-клана в шахтах слились, а какой-то заморыш из них вышел. Разве не бред? Скажи еще, что они полегли, тебя прикрывая! Самому не смешно?

Я невольно улыбнулся – рейдер был прав. И впрямь – правда, истинная правда, звучала как откровенный бред. В такое и впрямь трудно поверить.

– Верить или не верить – это ваше дело. Я сказал, как оно было и есть на самом деле. И на всякий случай – я достал меч, перекинул на спину щит и встал спиной к выходу из шахт – Пока я жив и пока не придут мои друзья, я вас туда не пущу. А уж нужен вам подарочный комплект из значка агра и мест в черном списке сразу двух кланов или нет – это вы решайте сами.

Парочка переглянулась и тоже потянула мечи из ножен – Дэмиан гладиус, с вычурно отделанной рукоятью, а Мирро здоровенный двуручник, что меня немного успокоило. Драться двуручником – это серьезная наука и для такого боя нужен простор, которого тут толком и не было, площадка была невелика, а нас тут толклось трое.

– Думаю мы как-нибудь переживем сию печаль – витиевато ответил мне Дэмиан – Да ты и сам подумай – ну кто ты такой, чтобы из-за тебя двух человек в черный список ставили? А и поставят – переживем. Да и клан наш посильнее твоих «Буревестников» будет, так что ваш кланлидер еще десять раз подумает – стоит ей с нами связываться или нет.

Над рейдерами был значок клана «Сыны Тараниса». Я слышал об них, это был сильный и амбициозный клан, собиравший под свои знамена в первую очередь физовиков. Я так понимаю их лозунгом было высказывание одного киногероя, утверждавшего что «на любого доктора, приходится всего девять граммов свинца, будь он даже доктором философии». Так что да, будь все так, как говорили они, невелика была бы вероятность того, что Элина бы за меня впряглась. Но вряд ли то же можно будет сказать о Седой Ведьме. А что будет, когда Мюрат узнает, что его обнесли… И что будет, когда про это узнает Фитц!!!

Поэтому я не слишком и волновался. Даже если они меня тут положат и оберут (а в этом-то я не сомневался) быстро продать они все не смогут – такие вещи вендору не сдают, такие вещи на аукцион ставят, и это еще при условии, что они вообще успеют отсюда уйти. Кавалерия-то будет с минуты на минуту, и так уж припаздывает. Вот опыта благоприобретенного маленько жаль…

– В последний раз добром предлагаем – уйди с дороги – медленно и с угрозой процедил Мирро.

– По-хорошему в последний раз предлагаю – шли бы вы с миром – ответил ему я.

– Ты сам выбрал – лениво сказал Дэмиан и двинулся ко мне.

Не удалось мне уйти от боя, и скорее всего от смерти. Досадно. А если сюда нельзя телепортировать?

– «Душа волка» – выкрикнул я – вот и подвернулся повод проверить, что же это за соратника я могу вызвать?

Из ниоткуда, буквально из воздуха, выскочил серый волчище приличных размеров и встал передо мной, оскалившись на подходящих противников.

«Интересно, а как им руководить?» – подумал я и крикнул –

– Куси вон того, с коротким мечом – и указал своим клинком на Дэмиана.

Волк немедленно прыгнул на него, огласив площадку рычанием. Жаль, вот только надолго его не хватит – расстроился я. Этот Дэмиан тертый калач, его таким зверем не испугаешь. Впрочем, полминуты, а то и минуту, я себе отвоевал. А там видно будет, в бою это немеряная бездна времени.

Мирро довольно лихо вертел двуручником, подходя ко мне и если бы я имел глупость попасть под него, то скорее всего одного-двух ударов мне бы для перерождения хватило, да и на щит такие удары принимать не рекомендовалось, но я под них попадать и не стремился, поэтому увернувшись от пары ударов, при третьем замахе я попросту присел и плавно перетек Мирро за спину, в которую и ударил, не забыв сопроводить это «Памятью о Боге». И на редкость удачно выбил из него процентов двадцать жизни.

Жалобный визг волка сообщил мне, что скорее всего мне пришло время умирать и урон, нанесенный Мирро, это скорее всего моя единственная удача в этом поединке. Я поднял меч и…

– Ого, да здесь убивают – раздался веселый голос Мюрата – Вы кто, ребята? Вроде вы не с нашего двора?

– Да они даже и не с нашей улицы – в тон ему отозвался незнакомый мне голос.

– Ты тут жив более-менее, а то мне ведь обидно будет, что я за просто так помер – Мюрат, растолкав плечами Дэмиана и Мирро, подошел ко мне – Что у тебя с этими орлами за разборки?

Я убрал меч в ножны и закинул щит за спину.

– Да ничего. Они испытывали желание прибрать к рукам твои вещички и вещички Фитца – без зазрения совести заложил я этих двух жадюг – Я сказал им, что это плохая идея, что это вещи серьезных людей из клана Гончих Смерти, что они могут рассердиться и их наказать за такие дела. Эти двое мне не поверили и сказали, что им класть с прибором на владельцев этих вещей, потому как их бизнес – обирать трупы и мешать им в этом никому не стоит. И на их клан – тоже. Ну, а дальше мы махаться начали.

– Ну, вообще-то все было не совсем так – хмуро начал оправдываться Мирро.

– Мюрат, разбираться, выяснять и наказывать – это по твоей части – рявкнул Фитц – Вещи мои они не тиснули на свое счастье, потому я за ними сам пошел. Но ты эту погань взгрей как следует, от души, чтобы до них дошло, до всего их ливера чтобы дошло, что крысятничать – это плохо. Твои вещички я прихвачу, ты в зале ведь полег?

Мюрат кивнул.

– Пошли – скомандовал Фитц и первым нырнул в темноту проема, за ним последовали человек восемь ветеранов, обвешанных железом. Один из них мне показался знакомым, тем более что, заходя в шахту, он махнул мне рукой. По-моему, это был Турок. Хотя, может и Нокс.

– Ну-с – Мюрат потянулся как кот, приблизился к мародерам и вкрадчивым голосом продолжил – Так в чем же врет мой друг? Он вам говорил, что у вещей хозяева есть? Отвечать! – он резко сменил тон на агрессивный.

Дэмиан и Мирро синхронно кивнули.

– Говорил – Мюрат явно был в своей стихии – А что эти вещи ветеранов из серьезного клана – говорил?

Они снова кивнули.

– Вы его послушали? Нет. По лицам вижу, что нет, и по мечам, что не в ножнах лежат тоже вижу.

Неудачливые грабители стали, суетясь, убирать клинки в ножны.

– Да теперь-то уж чего – сочувственно сказал Мюрат – Вы уже в этом самом по самые ноздри. Нападение на союзника клана «Гончие Смерти», более того – на личного друга его лидера, крысятничество, грабеж, хула на клан и его лидера… Беда. Что с вами Глен сделает, я вообще боюсь представить. Чтобы в его клане, да крысы… А с учетом его принципов, нам, Гончим и делать-то ничего не надо будет.

– Может без этого обойдемся? – неуверенно сказал Мирро.

– Без чего «без этого»? – непонимающе-издевательски спросил Мюрат.

– Без Глена – ответил Мирро.

– Ну был бы тут только я да Хейген – может и обошлись бы. Заплатили бы вы отступного, да и все тут. Но здесь же был Фитц, он не успокоится, пока вы кровавыми соплями не умоетесь. Он очень упорный, просто до невозможности. Да? – Мюрат посмотрел на меня.

Я поджал губы и потряс головой вверх-вниз – мол, таки да, это такой упорный человек, что прямо не человек даже, а просто какой-то жук-древоточец. Пока своего не добьется – не успокоится.

Зачем им знать, что дядюшка Фитц уже скорее всего про них уже вообще забыл? Оно им надо?

Парочка стояла понурившись, но, когда на лестнице раздались шаги, а потом и чей-то голос, они ощутимо вздрогнули.

– Мюрат, старый ты хрен – донеслось до меня – Не дай Бог ты меня дернул не по делу, я тебя тогда на британский флаг порву. И сразу говорю – я в твои аферы не полезу.

На площадку вышел мужчина в зеленом плаще, с шотландским мечом у пояса (страшно представить, сколько денег он в него вложил, поскольку это была точная копия горского меча, явно купленная за живые деньги) и с аккуратной бородкой. Судя по нику, это и был Глен, глава клана «Сыны Тараниса».

По-дружески обнявшись с Мюратом (похоже они были старые знакомцы), Глен приветливо кивнул мне и с легким недоумением посмотрел на своих сокланов.

– Мюрат, дружище – произнес он задумчиво – Я не знаю чего-то, что мне надо знать?

– Думаю, что да – дружелюбно ответил ему Мюрат – Позволь я расскажу тебе о небольшом доходном предприятии, которое создали себе твои подопечные.

И Мюрат поведал Глену всю историю, которая была довольно далека от той, что ему рассказал я, и уже совсем не была похожа на то, что имело место быть на самом деле. Зато это было остроумно, я пару раз еле удержался от того, чтобы не захохотать – рассказчиком Мюрат был чудо каким, я это еще в шахтах подметил.

– Ну что – констатировал Глен – Половину ты конечно придумал, зато вторая половина – правда. И этой половины достаточный повод для того, чтобы вас, твари, гонять по всему Раттермарку не менее полгода, да так, чтобы у вас под сапогами поверхность планеты горела.

Он свирепо посмотрел на Демиана и Мирро.

– Ну погодите, мы сейчас в клановый замок отправимся, там Большой Совет решит, что с вами делать.

Глен еще раз смерил их горящим взглядом и подошел ко мне.

– А ты молодец. Один против двух и по делу, не с куража или психа. Уважаю – лидер «Сынов Тараниса» протянул мне руку – Глен.

– Хейген – протянул я ему свою – Воин клана «Буревестники».

– Повезло Элине, хорошего бойца к себе заманила. А чего с этим делаешь? – Глен кивнул подбородком в сторону Мюрата – Ты от него держись подальше, тот еще жук.

Мюрат скрестил руки на груди и принял обиженный вид.

– Ладно, говори, какую контрибуцию за этих долбоклюев хочешь – широко улыбнулся Глен – Если золотом – то сколько?

– Да никакой не хочу – пожал я плечами – Все закончилось нормально – и слава Богу. А день рождения ежа вы им и без меня устроите!

– День рождения ежа? – поднял брови Глен

– Ну, я так полагаю, что они его сегодня против шерсти точно родят – подмигнул я ему.

Глен захохотал.

– Мне по душе этот парень – сказал он Мюрату – Наш человек.

– Или – кивнул Мюрат.

– Все равно, не по мне это, без извинений такой косяк моего клана оставить – обратился снова ко мне Глен – О, придумал!

И он скинул свой плащ и протянул мне —

– Держи. По-братски дарю, не в обиду, не с барского плеча и не как компенсацию. Просто – от бойца – бойцу.

Я взял его в руки и рассмотрел.


Плащ сэра Бержа

Этот плащ принадлежал великому воину и поэту, пожертвовавшего всем ради счастья своей возлюбленной.

Защита 280–346 единиц

+ 22 к силе;

+ 16 % к возможности парировать удар;

+ 12 % к шансу увернуться от удара;

+ 7 % к защите от холода;

+ 3 % к шансу получить скрытое задание;

Поднимает пассивное умение «Достойная награда» до второго уровня (Действует при наличии данного умения первого уровня. Использование способности разовое, эффект умения-постоянный)

Ограничения к классовому использованию предмета – только воины.

Прочность 378 из 440

Минимальный уровень для использования – 48


– Ух ты – только и сказал я – Это очень дорогой подарок.

– Не до безумия же? – пожал плечами Глен – Все справедливо. И вот еще до кучи.

Он вынул из сумки кольцо и дал его мне.


Перстень друга клана «Сыны Тараниса»

+ 22 к выносливости

+ 18 к ловкости

+ 18 % к защите от огня

+9 % к защите от урона любым видом оружия

Прочность 232 из 260

Минимальный уровень для использования – 45.

Украсть, потерять, передать – невозможно.

При смерти владельца не остается на месте его смерти.


– Я всегда ношу такое кольцо с собой, но очень редко его кто-либо получает – заметил Глен – В данном случае я считаю, что награда нашла героя. Я так полагаю, что между тобой и моим кланом не осталось вражды?

– Да ее и не было – абсолютно искренне сказал я, убирая плащ в сумку и надевая кольцо – С чего бы? Идиотов, думаю в любом клане хватает, их не сеют и не пашут, они сами на земле произрастают.

Глен улыбнулся —

– Это да. Крепость нашего клана находится тут, на Севере, недалеко от бурга Хольфстриг. Если будешь рядом – заходи, будешь желанным гостем. На воротах покажешь перстень, этого достаточно.

– Обязательно загляну, сдается мне, что я на Севере задержусь – не стал кокетничать я.

А что – может и заверну.

Глен пожал мне руку, кивнул, повернулся к Дэмиану и Мирро, молча стоящим в сторонке и смотрящим себе под ноги.

– Ну что, паразиты, пошли на разбор полетов – он ткнул пальцем в сторону лестницы – Мюрат, бывай.

В это время из шахт вышел довольный Фитц в уже привычном для меня своем доспехе.

– Эй, Мюрат, забирай свои манатки – проревел он – О, Глен, здорово. За своими засранцами пожаловал? Мало ты их гоняешь, мало. Вон они чего творят, честных воинов обирают, по могилам их шарятся, паскудники.

– Привет, старый медведь – Глен махнул Фитцу рукой – Да уж в курсе, вот думаю, что с ними делать. А ты все молодняк по шахтам таскаешь? Ох смотри, изведешь молодую поросль клана напрочь. Ты бы чего попроще придумал.

– А нечего! – рявкнул Фитц – Пусть сразу знают, что у Гончих Смерти не в бирюльки играют, а выживают. Пусть готовы ко всему будут. Тем более что после шахт им любой бой за рай сойдет. А, Хейген, разве не так?

– Так точно! – вытянувшись, рявкнул я.

– Вот – ткнул латной дланью в мою сторону Фитц – Вот, каких молодцов растим!

Глен кашлянул, скрывая улыбку.

– Вообще-то он Элинин молодец – медовым голосом сказал Мюрат

– Ыыэмм! – издал горловой звук Фитц – Сегодня Элинин, завтра наш! Все, бери свое тряпье.

Мюрат подошел к Фитцу, Герд помахал всем рукой и повел друзей-грабителей вниз, причем Дэмиан, обернувшись, обжег меня взглядом, полным такой ненависти, что я понял – не знаю, как друга, а вот врага я точно заполучил.

– Вот и славно – Мюрат облачился в свои доспехи и стал еще веселее – Все хорошо, что хорошо кончается.

– Здоров, Хейген – в плечо мне прилетел удар, снесший мне с ходу процентов пять жизни. Это был Нокс, не ошибся я.

– Привет, Нокс – я боднул рукой в плечо башню, закованную в железо – Как там, внутри, черти разбежались?

Черти меня интересовали мало. Мне было интересно другое – остались ли там темные дварфы? Мимо такой темы этот недалекий гигант не пройдет.

– Ну да, они же после того как перебьют всех или не догонят, всегда в глубину уходят – Нокс засмеялся непонятно чему – Пещерника вот мы завалили, он около вещей Фитца ошивался. Крепкий был, черт такой. Сам посуди – нас восемь рыл, все здоровые, как сарай у бабки и все равно – минут пять его долбили. Как он вас не завалил, почему – не знаю. Фитц сказал, что вы его встречали при переходе, он у вас вроде магичку убил.

– Ага – немного погрустнел я, вспомнив глупую смерть Флорес – Убил, паскуда.

– Ну и чего? – захохотал гигант – Отомстили же! И вещи ее целы, это мне тоже Фитц сказал.

– Да все равно – искренне пожалел юную магичку я – Она почти до конца дошла. Жалко.

– Да ладно тебе!

– Вы когда познакомились? – подошел к нам Мюрат – Я то думал, что ты у нас кроме руководства и не знаешь никого, а у тебя знакомых полклана!

Я на секунду задумался, поскольку уж очень Мюрат был любознателен, но простодушный Нокс сразу вывалил всю правду.

– Так мы недавно с Хейгеном, Милли и еще парой наших парней Хисса выносили. По «Экстре».

– Да ты что! – удивился Мюрат – По «Экстре»? А квест на ком был?

– Так на нем – ткнул в меня Нокс – Красавец!

– Ну да – качнул головой Мюрат и быстро спросил у меня – А чего со своими не пошел?

– Да не успел даже предложить – немедленно ответил ему я – Только квест получил – Милли Ре тут как тут. От добра добра не ищут, вот я с ней и пошел. А потом – красивая она.

– Это да – причмокнул Нокс.

– Не то слово – протянул Мюрат – Собственно – это же хорошо. Дружба между кланами – великое дело!

– Вы там не наговорились еще? – раздался рык Фитца – Мы уходим в замок. Ты с нами?

– Фитц, ты иди – сказал ему Мюрат – А я Хейгена в бург отведу, а то у него есть великолепная особенность – он лихо находит неприятности на свое мягкое место. И Нокса мне оставь на всякий случай.

– Нокс тебе накой? – грозно спросил Фитц.

– Если ты не забыл, то тут полно разбойников, а он их разгонит одним своим внешним видом. И потом – если его не будет, то нам драться придется, а мне сегодня заниматься этим уже лень.

– Трутень – припечатал его Фитц – Нокс, проводишь их куда скажут. Хейген, поди сюда.

Я подошел к усатому вояке.

– Ты молодец, воин – пошевелил усами бравый вояка – Из тебя будет толк. Если надумаешь – приходи к нам, всегда тебе место в своей сотне найду.

Он похлопал меня по плечу, неожиданно нагнулся и гулко прошептал мне прямо в ухо —

– Особо Мюрату не верь, у нас про него всякое говорят. Понял?

Я кивнул. Фитц развернулся и пошел вниз по лестнице, за ним, громыхая пошли его воины.

Мюрат подошел ко мне, посмотрел на удаляющихся бойцов, на почти севшее солнце и сказал мне —

– Пошли и мы, скоро стемнеет совсем, а нам еще с час идти, а то и дольше. Нокс, догоняй.

Я еще раз кинул взгляд на вход в шахты и пошел вниз по лестнице.

## Глава шестая. в которой герой понимает, что не Севере не все так просто

Солнце совсем уже село, когда мы спустились вниз. С лестницы мы видели, как сверкнули два портала – один отправил в замок Гончих Смерти Фитца с его группой быстрого реагирования, второй Глена, с неудачливыми любителями чужого добра.

– Нокс, идешь перед нами – скомандовал Мюрат и закованный в броню великан двинулся в заданном направлении – Если чего – свисти.

Нокс, громыхая железом потопал вперед, мы последовали за ним, на расстоянии шагов эдак десяти.

– Мюрат – решил я задать несколько интересующих меня вопросов, идущему рядом и благодушно насвистывающему что-то ветерану – Можно я спрошу кое-что?

– Валяй – разрешил Мюрат – Я даже знаю приблизительно, что ты спросишь. Первый вопрос – что будет с теми, кто отсеялся по дороге, угадал?

– Ага – соврал я.

Вообще-то меня больше интересовало мироустройство Севера, а вот судьба моих спутников практически не интересовала вовсе. Чего мне о них думать? И так все понятно. Но если человеку приятно думать, что он знает про все, что творится в моей голове, то зачем его разочаровывать?

– Прежде чем объяснить, что с ними будет, надо рассказать зачем все это делалось – поход в шахты, экстрим и так далее. Догадки есть?

Простодушным выглядеть можно, а вот тупым не следует. Это может выйти боком.

– Тоже мне бином Ньютона – сообщил я Мюрату – Аттестат боевой зрелости, я такое уже видел. Ну, не такое конечно, но что-то подобное, в «Буревестниках» тоже кадры просеивают. Хотя у нас все было попроще, что говорить.

– Многие кланы проводят подобные тесты своего молодняка, но не во всех кланах есть Фитц – признал Мюрат – Точнее такого Фитца нет нигде, кроме как у нас. Он всегда самых перспективных тащит в шахты.

– А они все были перспективные? – удивился я вполне искренне.

Вот не подумал бы, что кто-то из нашей группы блистал талантами.

– Ну, раз их поперли в шахты, стало быть какие-то таланты были – мой спутник хмыкнул – Поверь мне, что из всего нашего молодняка до середины шахт едва ли добрались бы четверо из пяти, а ведь тут целых двое перевалили аж за Девятый зал. А уж как ты меня удивил!

– Это чем же?

– Стойкостью к ментальному воздействию, при том, что у тебя вещей на защиту от него нет. Как ты смог суициду не только сопротивляться, но еще и так быстро его сбросить? До сих пор гадаю.

– Сам не в курсе – развел руками я – Кабы знал, так честное слово рассказал бы.

Впереди раздался рев Нокса, звон стали и какие-то крики. Я было кинулся ему на помощь, но Мюрат поймал меня за рукав.

– Да ладно тебе – мягко успокоил он меня – Нокс мальчик большой, лоб и кулаки у него стальные, он их сам всех поубивает, поверь мне. Да вон, уже и поубивал. Нокс, дружище, что там было? Или кто?

– Так это, разбойники, в количестве пяти штук. Я их того, перебил всех – довольно проревел Нокс.

– Ну и зря. Зря так быстро перебил! – сообщил ему Мюрат – Они же на тебя не агрились?

– Нет – растерянно потер Нокс затылок, прикрытый шлемом – А чего не так-то?

– Был бы поумнее, так подошел к нам, да группу Хейгену кинул – назидательно произнес Мюрат – Ты бы их всех штабелями уложил, а нашему общему другу экспы бы капнуло. И тебе развлечение – и человеку польза.

– Ааа! – протянул Нокс – Не сообразил! И верно ведь!


Игрок Нокс предлагает вам присоединиться к группе. Принять предложение?


Я не думая согласился – это вообще чит какой-то выходит, свезло так свезло.

– На чем мы остановились? – спросил меня Мюрат

– На том, что я тебя удивил – ответил я честно, хотя эта тема меня не грела. Ментальную защиту я получил бонусом, в виде умения, за вступление в легион Света, но рассказывать об этом Мюрату, которому я не доверял все больше и больше, причем скорее интуитивно, чем опираясь на какие-то факты, это было бы верхом глупости. Об этом вообще никто знать не должен.

– Ну да – согласился Мюрат – Вот и остальные имели какие-то способности, отличающие их от остальных новичков в клане. Какие – не скажу. Не потому что не хочу, а потому что сам не знаю. Но ты прав – шахты были тестом, определяющим их дальнейшую судьбу в клане. Могу предположить, что Флорес и Морис этот тест сдали успешно, несмотря на свою смерть, а вот трое других – точно нет. Гном из-за несдержанности и жадности, да и еще, пожалуй, до кучи и невыполнения приказа – Фитц ему говорил не лазать за халявой, а он полез. И вот теперь быть ему рядовым членом клана до скончания веков.

– А двое остальных?

– Ну, того что заблудился, может до повторного захода в шахты допустят, если он сам того захочет. А лучницу, пожалуй, что и выгонят.

– Да ладно? – не поверил я.

– А ты сам подумай – посмотрел на меня Мюрат – Она не просто не явилась на место сбора. Она сознательно ослабила группу, находящуюся в боевом поиске. Это, знаешь, такое дело, у нас с таким строго. Подводить клан – ни-ни, за это сразу разжалование, изгнание, а то и черный список. Вот недавно был случай – один игрок получил скрытый квест, да и утаил это и от кланлидера, и от Совета. Знал бы ты, как мы его по всему Файроллу гоняли.

Мюрат мечтательно прикрыл глаза, видимо вспоминая.

– Он аж в самые джунгли Аль-Караха залез, чуть ли не к Обезьяньему Храму. Поверь, даже шахты по сравнению с этим храмом и прилегающими к нему территориями – санаторий или пансионат. Все одно нашли его и там. Ну, и соответственно…

Мюрат сделал движение руками, из которого следовало, что моему коллеге по скрытию тайн от родного клана, похоже сломали шею. Или свернули…

– Если есть что рассказать клану, это всегда лучше рассказывать сразу и самому – очень серьезно сказал Мюрат – Это тебе совет на будущее. А лучнице теперь точно изгнание. Но без эциха с гвоздями, просто выгонят и все.

– И правильно сделают – согласился я с ним – За дело!

Впереди снова раздались какие-то звуки, чье-то повизгивание и ругань Нокса —

– Я тебе покусаюсь, поганка хвостатая!


Вами открыто деяние «Человек волку-волк» первого уровня.

Для его получения вам необходимо уничтожить еще девяносто девять матерых северных волков

Награды:

+ 4 % к ориентированию в лесу

Титул «Волчья погибель»

Подробные комментарии можно посмотреть в окне характеристик в разделе «Деяния».


– Ты чего? – заметил Мюрат, что я застыл на месте.

– Деяние открылось – радостно сообщил ему я – На волков.

– Волки – кивнул Мюрат головой – Ну да. Там третья часть хороший бонус дает. Не эпик, но хороший. Умение волка призывать, его только по этому деянию получить можно, больше его в игре нигде нет. Правда, для этого тысячу волков придется перебить, такое дело не любой сдюжит.

У меня чуть не сорвалось с языка, что у меня волк уже есть, но я себя остановил, а во второй половине фразы Мюрата за эту остановку мысленно погладил по голове.

– Вещь! – сказал я – Надо будет этот деяние до ума довести, волк мне нужен.

Проходя мимо мертвых хищников, я обобрал их тушки, обогатившись на три шкуры и пару клыков.

– Нокс, тебе с этих трупов чего надо? – окликнул я нашего танка.

– Нах не надо – донесся до меня из темноты его лаконичный ответ.

– Ну, ты получил ответ на первый вопрос? – спросил у меня Мюрат.

– Абсолютно. И еще вдобавок и на второй.

– Вот и славно. Я так понимаю есть и третий? – прищурился мой спутник.

– И четвертый тоже.

– Валяй, спрашивай – благодушно разрешил Мюрат – Только давай так. Я отвечу на все твои вопросы, а потом ты на один мой, только честно. Идет?

– Само собой, хоть на два – жизнерадостно сказал ему я, а сам подумал о том, что вряд ли этот хитрец спросит у меня о том, как пройти в библиотеку. Тем более уже почти час ночи…

– Ну и что тебе еще рассказать? – Мюрат наклонился, сорвал травинку, которую невесть как разглядел в сгустившейся темноте и засунул ее в рот.

Кстати, темнота тут упала на землю, как мешок на голову, как только скрылось солнце. Вообще такие вещи обычно происходят на юге, на севере я такого не видал, но тут не наш мир, может так и надо. Нет, темноты класса «хоть шилом глаз коли» тоже не было – вскарабкавшаяся на небо луна давала достаточно света для того, чтобы видеть Нокса, темной глыбой идущего впереди, но вот чтобы травинку углядеть…

Мне очень хотелось спросить, с каких это кренделей он проявлял и проявляет обо мне такую трогательную заботу, но спросил я другое.

– Мюрат, а расскажи мне о Севере. Как оно тут, что надо знать, куда стоит сходить.

– А гайд почитать в лом? – хмыкнул Мюрат – Экая ты ленища!

– Ну, гайд это гайд, а ветеран-профи – это таки ветеран-профи – подольстил я немного Мюрату.

– Ладно, слушай – и Мюрат начал мне рассказывать, что тут на Севере происходит.

Север, как выяснилось, это совершенно обособленная локация из всех четырех сторон света Раттермарка. Если остальные три худо-бедно похожи какими-то общими принципами существования, то Север предъявляет к игроку свои собственные, индивидуальные требования.

На Востоке, Западе и Юге понятие зарабатывания игроком репутации у неигровых персонажей является весьма относительным, она, репутация, там толком ни на что не влияет. Так, по мелочам дает какие-то плюсы, вроде квестов или игровой информации, но это не критично.

– Не скажи – перебил я Мюрата в этом месте – А плавание по Крисне? Без репутации такие деньжищи надо выкладывать!

– И чего? – возразил Мюрат – Деньги можно заработать или, на худой конец, пешком пойти. А тут без репутации ты в иной бург даже и не войдешь – стража тебя не пустит, да и все. Не нужен ты в бурге – и шабаш. И ты это давай, не перебивай меня. Слушай, да мотай на ус. Нет усов? Тогда мотай на уши, вырастут усы – перемотаешь.

Нокс тем временем впереди пришиб еще трех волков, Мюрат крикнул ему —

– Экий ты живодер! Гринписа на тебя нет.

И он продолжил свой рассказ.

Репутацию у северян заработать было непросто, но вполне реально. Можно было идти обычным классическим путем – выполняя квесты и овладевая ремеслами. А можно было выбрать более сложный и очень затратный по времени способ – вступить в армию одного из риксов.

Тут Мюрат приостановил свой рассказ о репутации и поведал мне о социальном укладе и геополитике северян.

На всей немалой территории Севера оказывается было всего восемь городов и одна столица. Города эти назывались бургами, столица носила только имя собственное – Хольмстаг и формально вроде как руководила этими самыми бургами. Вот только правители бургов, которые звались риксами, не сильно задумывались о том, что они подчиняются федеральному центру и все больше руководили своими территориями без оглядки на него и не заморачиваясь на уплату налогов.

Все это не очень нравилось восседавшему в Хольмстаге кенигу (именно так назывался представитель высшей власти на Севере), и именно по этой причине он периодически ходил в небольшие походы на особо зарвавшиеся бурги, устраивал под их стенами миниатюрные осады, грозился вырезать все население, но слово свое не держал, поскольку риксы, для вида пару-тройку дней продемонстрировав сопротивление, раскрывали ворота городов и сдавались на милость победителя.

Кениг, убедившись в том, что он силен и могуч, а также немного пограбив бург, отправлялся домой, в столицу, приговаривая «То-то сукины дети, запомните этот день и глядите у меня».

Риксы, убедившись, что на них никто не смотрит и плюнув кенигу вслед, бормотали себе под нос «Запомним, запомним, умоешься ты еще кровавыми слезами, самодержец хренов».

На объединиться и насыпать соли кенигу под хвост коллективно у восьми риксов никак не получалось – то ли не хватало ума, то ли был излишек амбиций, то ли программа такого не предусматривала – тут можно только гадать.

Такова была власть на суше. Но Север был представлен не только твердью, но и водой. Причем соленой.

Берега Севера омывали Северное море и Студеный океан. Как это так получилось, что море и океан соседствовали вместе, а не сливались в определённой географической точке, было никому не ясно. Но так было.

На Северном море владычествовали Морские короли. Это были веселые и слегка сумасшедшие ребята, в блестящих кольчугах и рогатых шлемах, они не имели своего дома на суше, его им заменяла палуба их кораблей класса «драккар», как водится, украшенных драконьими и змеиными головами, вырезанными из дерева. Экипаж такого корабля называл себя «хирд»

Они таскались по морям, по волнам и вели обычный для бродяг образ жизни – когда грабили, когда нанимались на воинскую службу к риксам, и говорят, время от времени даже оказывали какие-то услуги кенигу.

Власти над собой они не признавали никакой, единственной управой на них был выбранный ими же самими вожак, которого они называли ярлом. Выборы ярла обычно носили стихийный характер, причиной перевыборов могло быть что угодно – смерть прежнего ярла, совершенный им неблаговидный поступок или просто отсутствие пива.

При этом Морские короли всегда держали данное ими слово, нанимаясь, весь срок службы они честно выполняли свои обязанности, даже если при этом погибал весь хирд, и их невозможно было перекупить или переманить на другую сторону. Впрочем, когда заканчивался срок службы, они незамедлительно покидали бывшего нанимателя, если тот, конечно, не продлевал контракт и запросто могли наняться к его врагу, в случае если им предлагали выгодные условия.

Еще по Северу была разбросана масса мелких селений вроде хуторов, как правило они были под протекторатом того или иного бурга.

Кроме этих представителей власти человеческой, было еще одно существо, так же обладавшее властью и даже очень большой.

На самом краю Севера, там, где кончалась земля и начинался Студеный океан, там, куда никогда не заплывали даже драккары безбашенных Морских королей, стояла огромная Ледяная Стена, в которой находился дворец Великого Фомора, существа непонятного и крайне опасного. Расу, к которой относился этот Фомор, определить никто не мог, откуда он пришел на земли Севера никто не знал и убивать его никто и никогда не пытался, по одной простой причине – не было смысла. Дело в том, что Великий Фомор не являлся ни эпическим монстром, ни просто даже противником – он был НПС. А убийство НПС, как известно, пользы игрокам не приносит, а очень даже наоборот – сильно вредит. Нет, находились горячие головы, которые просто из любопытства, в поисках скрытых квестов добирались до его дворца. Некоторых выносила охрана Фомора, но кто-то все-таки умудрился добраться до тронного зала этого персонажа и с ним пообщаться. Квестов тот никаких не дал и посоветовал этому игроку к нему больше не таскаться в гости, поскольку род людской он не любит, дел с ним не имеет, и вообще он лелеет планы по порабощению всего Севера, а он, приключенец, мешает его фоМирровой умственной деятельности, поэтому – кыш отсюда. После чего этого игрока стража Фомора под белы рученьки вывела из ледяного замка, дала ему сопроводительный пендель и отправила головой в сугроб.

На этом игровой народ убедился, что Великий Фомор в плане каких-либо плюшек бесперспективен и больше туда никто не ходит, ибо смысла нет.

При этом определенное влияние на расклады власти на Севере у товарища Фомора есть и по слухам некоторые риксы находятся под его рукой.

Тут Мюрат остановил свои речи и посмотрел на Нокса, подошедшего к нам.

– Чего такое? – спросил он у великана

– Это, мне спать надо. Режим – смущённо, как ребенок, пробасил воин.

– Н-да – почесал затылок Мюрат – Да ладно тебе, идти минут двадцать осталось. Доведешь до стен – и иди себе баиньки. Вон, бург уже виден.

Нокс согласно качнул головой и снова ушел вперед. Мюрат же продолжил свой рассказ.

– Итак, репутация. Квестами, конечно, поднять ее можно и даже очень, тем более что почти в каждом бурге есть задания-цепочки, за которые отсыпают конфеты в обе руки, но раскачаться до предела только на них – не получится. Этого мало. И вот тут большинство игроков, которые хотят двигаться дальше идут на службу к риксам. А позднее, при достаточном трудолюбии – то и к кенигу.

– А если сразу рвануть к кенигу? – уточнил я.

Мюрат ухмыльнулся и поведал мне следующее.

Оказывается, репутация в землях Севера это не только насущная необходимость, но и очень тонкая материя. Изначально в ней нет разных «дружелюбие» или «почитание». Есть четкая шкала, от нуля до ста единиц. Если ты для конкретного бурга никто – то значит репутации у тебя ноль. Если доберешься до ста единиц репутации, то можешь открывать с пинка ноги дверь в дом рикса, и там тебе нальют чарку и даже дадут ее закусить чем-нибудь солененьким.

Но следует учитывать, что полностью прокачанная репутация в одном бурге, совершенно ничего не значит в другом и все, что она тебе дает – это возможность в него войти. И еще шанс на то, что с тобой будут говорить местные жители, но не более того. Там, на новом месте ты снова все начнешь с нуля и будешь бегать как подорванный, выполняя задания, или демонстрировать упражнения с мечом в качестве хирдманна на воинском дворе около дома рикса.

Мало того – вся твоя репутация среди восьми бургов не слишком много значит для кенига, это так, семечки. В лучшем случае он снизойдет до разговора с тобой и то только после того, как ты минимум в шести бургах своим станешь. Правда, в саму столицу вход свободный – ну оно и понятно, там аукцион, и все такое.

А кениг – он куда как непрост. У него своя шкала для твоей оценки, и там сотней баллов не обойдешься, там надо полные триста набрать. Она называется «Уважение народов Севера» и складывается она понемножку от всего, что ты сделал. Стал своим в одном бурге – пара единиц пойдет на твой общий счет. Выполнил цепочку квестов – получи какие-то десятые балла. Но вот если ты ее доведешь до абсолюта, то будет тебе почет и уважение по всей территории Северных земель, есть шанс что откроются скрытые и даже эпические квесты – но это рандомно. Тем не менее такие прецеденты были. Хотя прокачать подобное очень тяжело и очень долго.

Так что моя задача, как игрока, набирать первичную репутацию, без этого здесь никуда.

– А в тот бург хоть пустят? – опасливо посмотрел я на уже близкие стены поселения.

– В Хексбург? – ткнул в сторону стен Мюрат – Конечно, он же первый от перевала, считай стартовый на этих землях, тут все просто. Но вот в следующий – уже не факт, если конечно тут репутацию не наберешь.

– Как все запутано здесь – покачал я головой – Вот на Западе – ходи где хочешь, твори что хочешь…

– А ты как думал? – прищурившись, спросил Мюрат – Потому там и ошивается в основном народ, который напрягаться не любит. А тут игроки посерьезней. Ролеплейщиков много, у меня знакомец на викингах помешан, так он на все забил и полгода уже кормчим на каком-то драккаре ходит с Морскими королями. Бороду отпустил, эль бочонками пьет и ругается по-шведски. Потеха!

– Прикольно – оценил и я подвижничество этого человека.

– Хардкорщики есть – здесь с полдюжины инстансов серьезных присутствует. На Мирового Змея, пещера йотунов, еще какие-то… Там такой «хард», что я даже не суюсь туда. Хотя, вон Нокс небось ходил. Но тебе это без разницы должно быть – там уровень нужен сто плюс, так что …

– Согласен, но конечно на Мирового Змея я бы посмотрел – протянул я.

– Ролик в сети глянь – посоветовал Мюрат – Ну что, я на твои вопросы все ответил?

– Да вроде как – кивнул я – Давай свой.

– Седая Ведьма дала тебе билеты на флагманский корабль, идущий до Ривенхольма? – Мюрат опять прищурился.

– Дала – ответил ему я, поразившись нелепости вопроса. Я-то думал…

В это время Мюрат кинул в меня горсть порошка, от которого я расчихался. Запах был мне знаком – это был порошок правды.

– Блин, ну зачем? – разнылся я – У меня на него аллергия! Чего мне тебе врать?

– Доверяй да проверяй – ответил мне Мюрат – Не буду извиняться, ты взрослый мальчик, все сам понимаешь.

Насчет взрослого я конечно согласен, а вот насчет «все понимаешь» это нет. Это сомнительно. Уж очень странный вопрос, к чему он?

Мы подошли к воротам бурга, где уже переминался с ноги на ногу Нокс.

– Ты чего танцуешь? – спросил его Мюрат – Пи-пи хочешь?

– Я пошел, а? Меня тренер убьет! – жалобно сказал Нокс.

– Да иди, иди – махнул рукой Мюрат – Молодец, свой долг исполнил

– Спасибо, Нокс – успел сказать я, до того, как гигант, помахав нам рукой исчез.

Мюрат начал долбить рукой по закрытым воротам и орать —

– Сова, открывай, медведь пришел!

Сверху, видимо с площадки над воротами, свесилась голова стражника и сонно спросила —

– Вам чего?

– Нам внутрь – ответил ему Мюрат – В общий дом и спать. Путники мы.

И он глянул на меня. Я кивнул и подтвердил —

– Натурально, калики перехожие.

– Кто там пожаловал? Не гонец? – раздалось из-за стены.

– Нет – ответил стражник, внимательно смотревший на нас – Путники, иноземцы видать. Уж больно непонятно говорят.

– Ну так пусти их, не дело даже иноземцев в ночи за воротами держать.

Стражник скрылся за забором, через пару минут скрипнули ворота, и я вошел в бург Хексбург.


Вами открыто деяние «Города Севера».

Для его получения вам необходимо посетить все восемь бургов Севера (один посещен) и побывать в Хольмстаге

Награды:

Титул «Знаток Севера»;

+ 5 % к защите от холода;

+1 единица к уважению народов Севера

Подробные комментарии можно посмотреть в окне характеристик в разделе «Деяния»


– Деяние на бурги получил? – понимающе кивнул Мюрат.

– Ага.

– Несложное деяние, реально выполнимое. Ну ладно, тебе в общий дом – тут так гостиница называется, вон она, а я пошел. Если что – пиши, звони, будут деньги – высылай, будут новости – вызывай.


Мюрат хочет добавить вас в друзья.

Согласиться?


– Почту за честь – ответил ему я.

– И еще. Чуть не забыл – щелкнул пальцами Мюрат – Репутация не только зарабатывается. Если ты совершишь что-то компрометирующее тебя в глазах северян, ну, не знаю… Тебя поймают на воровстве, ты побьешь женщину, предашь кого-нибудь, и так далее, плюс будут свидетели, которые это подтвердят, то репутация будет снижаться. Так что думай над каждым словом и каждым делом. Хотя это стоит делать всегда, а не только здесь.

Мюрат шутливо отдал мне честь, прикрыв голову ладонью и сиганул в открытый им портал.

Я из последних сил добрел до замеченного мной надгробия, от него дотащился до общего дома, где разбудил хмурого мужика по имени Хольм, спящего за стойкой консьержа.

– Чего не спится? – заворчал Хольм – Все приличные люди давно уже седьмые сны видят, а это шляется. Тем более что еще и номер не оплачен.

– Как не оплачен? – удивился я

– Вот так. Плати или выметайся – рявкнул Хольм.

Наверное, те деньги, что я тогда отдал той милой девчушке в городке… Как бишь его… Ну, неважно. Видимо они подошли к концу, обычное дело.

– Вот сотня золотом и давай ключ – устало сказал я Хольму.

Тот, что-то бурча под нос сгреб деньги, дал мне ключ такого размера, что любой порядочный Пиноккио удавился бы от зависти и снова улегся спать.

Я поднялся в номер, рухнул на кровать и вышел из игры.

В Москве тоже была ночь, Вика безмятежно спала, тихонько сопя. Я лег на диван и в полной уверенности, что сейчас выключусь как телевизор.

## Глава седьмая. в которой герой сначала думает, что ему просто не повезло, но вскоре убеждается что все совсем уж плохо

Находясь в игре, я думал о том, что как только я окажусь дома, тогда я сразу бухнусь на подушку и усну как бревно. Да вот фигу! Сон вообще не шел ко мне. Я крутился, менял конфигурацию подушки, чуть не разбудил Вику, которая сонно пробормотала —

– Чего ты все вертишься? Спи давай.

Но сон не шел. Виной ли тому было море адреналина, которое сегодня впитала моя кровь или накопившаяся за последние дни усталость, (и так бывает. Когда градус усталости преодолевает допустимую планку, то количество утомления переходит в качество, и я уже ни есть ни спать не хочу) или что-то еще – я не знаю. Но факт есть факт. Сна ни в одном глазу.

Поизводив себя таким образом с полчаса, я еще повертелся и собрался было идти курить, а после поковыряться на форуме Файролла. И, приняв такое решение, я сразу же благополучно заснул.

Воскресенье я решил сделать разгрузочным днем, поскольку последние дни были слишком плотно забиты похождениями в виртуальном мире, ну не до такой степени конечно, чтобы реал и виртуал смешались в моей голове, но все равно – всего должно быть в меру. Ну, и в конце концов – сегодня выходной или где?

Осень в Москве уверенно брала права в свои дождливые руки, но сегодня был славный солнечный денек, который оттеняла уже вовсю начавшая желтеть листва. Я вообще люблю осень – дышится легко и глазам отдохновение. И очень приятно гулять в это время года по каким-нибудь припорошенным листвой дорожкам, в каком-нибудь уютном парке.

Именно этим мы и занялись с Викой в воскресенье. Мы отправились в «Кусково», одну из самых симпатичных московских усадьб-музеев, в которой можно было погулять среди аллей, повосхищаться высотой и толщиной дубов, по слухам посаженных еще чуть ли не Петром Алексеевичем (как известно, он питал слабость к дубам и даже велел всем вельможам сажать их повсеместно. Возможно по этой причине у нас такая традиционно дубовая политика?) и даже посетить музей-экспозицию в доме Шереметьева.

Вика это место никогда не посещала, и было видно, что ей здесь все очень нравится – и эта тишина, и покой, и шелест листвы под ногами и даже желуди, которых здесь было великое множество. Мы подбирали их, и Вика подхихикивала над моими шутками по поводу того, что —

– Когда желудь спелый – его любая свинья съест.

Скажу вам честно, давненько у меня не было такого спокойного и умиротворяющего дня, очень давно. В принципе, так ли много надо человеку для счастья? Нет, конечно надо много чего, но по большому счету, я был сегодня счастлив.

Я не знаю почему это было так – то ли у меня запросы невелики, то ли амбиции малы, то ли я так примитивен в своих желаниях, правда не знаю. Хорошая погода, девушка, которая не вызывает у меня желания пробормотать себе под нос «Когда ж ты уймешься-то» (что само по себе немало, по крайней мере для меня) и с которой так приятно идти рядом, отсутствие дефицита денег и кое-какая уверенность в будущем. Этого для меня вполне достаточно, чтобы ощущать полноту жизни. И видит Бог, я очень не хотел, чтобы этот день заканчивался.

Но всему приходит финал и утром понедельника Вика отбыла в редакцию, а я, часика через два после ее ухода, ближе к полудню, полез в капсулу, совершенно без какого-либо желания, убеждая себя, что по большому счету, что это же не ассенизатором работать или там газетами в переходе торговать. Бывают работы и похуже, и потяжелее и уж точно куда ниже оплачиваемые…

Надо отметить, что жизнь в бурге ничем не отличалась от той, что была в Фладридже, например. Тот же колодец, те же молодки с ведрами, только разве что покрупнее маленько. Крепко сбитые такие молодки, кровь с молоком и размах плечей будь здоров какой. Северянки, чего там. Белокурые бестии, однако.

Кузнец так же, как и в остальных городах Файролла, лупил молотом по железу и именно к нему я и направил свои стопы.

– Добрый день, коваль – обратился я к нему, выбрав момент между ударами по стальной полосе, которой, судя по всему, в ближайшем будущем суждено было стать мечом.

Тот окинул меня взглядом и начал снова лупить по железке, не удостоив меня даже приветствием.

Нет, я понимаю, репутация там на нуле, и все такое. Но не до такой же степени?

– Кузнец – снова улучил я момент, когда молот перестал долбить по железке – Понимаю, что я тут человек новый, но тем не менее я не делал ни только тебе, но и никому в этих землях зла. Почему же ты не хочешь просто выслушать меня? По меньшей мере это недостойно доброго человека.

Кузнец опустил свой инструмент и уставился на меня, видимо ожидая, что же я такое ему скажу. Ну, уже что-то.

– Мне хотелось бы починить мои доспехи, они немного повреждены, после путешествия – ткнул я пальцем себе в грудь.

Здесь я немного кривил душой – не так они и сильно повредились, тем более что чинил я их всего три дня назад, в Кройцене. Но это повод зацепиться за разговор с местным жителем – это раз, и потом мне надо начинать качать соответствующее пассивное умение, которое в будущем может мне сэкономить немало денег. Курочка, знаете ли, по зернышку клюет.

– Я не выполняю работу невесть для кого – наконец сказал хоть что-то кузнец – Не имею такой привычки.

– В чем же дело? – пожал плечами я – Меня зовут Хейген, Хейген из Тронье. Я вольный лэрд, искатель приключений.

Вот ведь. За это время у меня появилась и малая родина с звучным названием, вылезшая из моего подсознания сто лет назад, и титул, который невесть почему мне присвоил один старый, но достойный рыцарь. Ну, а «вольный» прилепился сейчас черт его знает откуда. Но звучит-то как красиво – «вольный лэрд».

– А мое имя тебе без надобности – пробурчал кузнец – Вот что, лэрд. Если тебе надо, чтобы я что-то для тебя сделал, так сначала окажи-ка мне услугу. Такой вариант тебя устроит?

– Почему нет? – пожал плечами я – Чем помочь?

– Добудь мне двадцать обломков могильного железа из старых курганов – как мне показалось немного ехидно сказал кузнец.


Вам предложено принять задание «Могильное железо»

Условие – добыть двадцать обломков могильного железа.

Могильное железо встречается у старых могильных курганов, это могут быть обломки оружия и доспехов воинов, умерших в древние времена.

Награды:

600 опыта;

+10 % скидки у кузнеца Хексбурга

+3 единицы к уважению общины Хексбурга

Дополнительная информация – данный квест является повторяемым. Вы сможете выполнить его еще четыре раза, но не более одного раза в день. При этом возможны изменения в задании и награде.

Принять?


Ага. Значит некая лазейка все же есть. Если тут таких квестов много, то набирай их каждый день, да выполняй. Здесь единица, там единица – так и наберешь репутации для этого бурга, да и в остальных поселениях такие квесты должны быть. Вот интересно только – какие-такие изменения в них возможны?

– По рукам, кузнец. Будет тебе твое железо – твердо, как и подобает воину, сказал я.

– Тогда и познакомимся – хмыкнул он и снова начал долбить своим молотом по стали.

Ну что, почин положен. Пойду, поброжу по бургу, может еще чего надыбаю. Чего из-за одного квеста бегать?

Увы, но единственным, кто пожелал по доброй воле со мной хоть сколько-то охотно общаться оказался местный торговец, да и тот за мой товар предложил пару медяков, зато за свой хотел гору золота. По идее со мной скорее всего еще пообщался бы местный рикс, но он как назло уехал в гости к владетелю соседнего бурга под названием Фьодаль. Это мне неохотно сообщил охранник, стоящий около ворот дома рикса, да и то только потому, что это входило в его обязанности.

Я понял, что без хоть какой-то стартовой репутации ловить тут нечего и пошел к воротам, ведущим на равнину, при этом попутно открыл карту, чтобы посмотреть – где там эти курганы с железом? Надо туда днем идти, прямо сейчас, поскольку вечером и ночью там наверняка будь здоров чего творится. Плавали – знаем.

На карте неподалеку от бурга были отчетливо видны два красных пятна, обозначающих зоны квестов. Недалеко, совсем недалеко – отметил я про себя, свернул карту и остановился.

Чего за фигня? Почему пятна два? Может эти курганы не в одном месте стоят, может в разных?

Я снова открыл карту и посмотрел, к каким квестам относятся пятна. Одно обозначало курганы и могильное железо. А второе, которое немного левее курганов – и вот тут я чуть не сел прямо на землю от удивления – показывало, что буквально в менее чем в полудне ходу отсюда квартирует местная дриада. Сказать, что меня это удивило и обрадовало – это вообще ничего не сказать. Обычно эти зашуганные замарашки жили где-то на задворках и добраться до них было серьезной проблемой. А тут – посмотри-ка ты… Что тоже подозрительно, с другой стороны. Как бы какую свинью не подложили разработчики, с них станется… Хотя если гадость и есть, мне ее все равно не избежать, так что какая разница?

Поскольку решение было принято, я еще разок забежал к торговцу и купил у него пару яблок, поскольку помнил, что эти замызганные чуды их уважали, а мой запасец фруктов подошел к концу и маленько вяленого мяса – хоть особого прока в еде и нет, но пусть будет – фиг его знает, куда меня занесет и что со мной станется?

Выйдя из бурга, я средним шагом двинулся в избранном направлении. Если карта не врала, (а с чего бы ей врать?), то двигаясь все время прямо, я должен был раньше или позже добраться до заданной точки.

Местный ландшафт не слишком поражал воображение. Небольшие рощицы чередовались с равнинным пейзажем, где-то слева поблескивало небольшое озеро. То и дело из-под ног прыскала какая-то мелкая живность, бить которую я не собирался – прошли времена, когда я огуливал оружием по головам змей и сусликов. А смысл? Мне за них сейчас экспу не дадут, так чего ради мне их убивать? Пускай себе бегают. Вот то, что курганы эти могильные в стороне немного остаются – вот это жаль. Были бы по дороге – я бы порадовался. Или все-таки заложить петлю? Потом все равно придется идти, еще раз ноги глушить. Ну, если я даже дойду к дриаде вечером, то все равно ничего не изменится, их места обитания места довольно спокойные, как правило. На край там и заночую. Хотя, конечно, надо было свиток портала взять с собой, не выкладывать его в сундук. Всегда его с собой иметь надо, обсохатился я тут конечно. Сгубит меня жадность когда-нибудь, точно сгубит.

И я стал забирать вправо, решив все-таки наведаться в места, богатые могильным железом. Если честно, я даже и не слишком торопился. После пыльно-песчаного и одноцветного Востока зеленый и свеже-воздушный Север был мне очень по душе. И этот путь не портили неприятности, вроде время от времени выскакивающих на дорогу одиноких волков. Поодиночке давить их было несложно, главное, чтобы стаей не набежали. Опять же деяние выполняется.

Часа через два пути на горизонте появились некие холмы, которые скорее всего и были теми самыми курганами. Ну уж не знаю, почему их так назвали, издалека они были похожи на кучи песка и щебенки, которые у нас так любят насыпать при строительстве дорог – насыпали и забыли, причем как про них, так и про дорогу, поскольку финансирование кончилось. Эти только были побольше. Хотя… Может курганы так и выглядят, я их никогда и не видел.

Но что точно я мог сказать – места это были нехорошие, с шахтами конечно не сравнить, но в воздухе летало что-то такое, неуловимо-опасное. Плюс под ногами время времени можно было увидеть то человеческие кости, то обрывки и обломки доспехов, чуть позже на глаза начали попадаться черепа. Причем если одна часть их была человеческая, то другая с трудом идентифицировалась на принадлежность к каким-либо расам. Я же не антрополог?

В результате я совершенно не удивился, услышав знакомый трескучий звук сбирающихся в одно целое костей. Повернувшись влево я увидел скелета обыкновенного, восставшего, агрессивного. Он, по хорошей скелетьей традиции, потрясал ржавым мечом и стремился уничтожить меня.

– Привет, ходячий – дружелюбно поприветствовал я его – Ну чего, иди сюда. Знакомиться будем.

Скелет, как будто поняв эти слова, побежал, скрипя суставами и стремясь лишить меня жизни. Я был в корне против этого, и в подтверждение встретил его косым ударом, нацеленным этой нежити в ноги. Меч был хорош, замах тоже, скелет такой подлянки от меня не ожидал, к тому же был он 45 уровня, и после совпадения этих фактов он из прямоходящего превратился в слабо ползающего. Добить его не составило большого труда. Причем его смерть совпала с приятным сюрпризом


Вами открыто деяние «Неупокоенные Севера» первого уровня.

Для его получения вам необходимо уничтожить в северных землях еще сорок девять скелетов-воинов, призраков-воинов или призраков-магов

Награды:

0,4 % к ментальной защите;

+1 единица к уважению народов Севера

Титул «Победитель немертвых»

Подробные комментарии можно посмотреть в окне характеристик в разделе «Деяния».


Странно, в свое время вроде на скелетов деяние давали, лет сто еще назад. Надо будет покопаться в разделе и посмотреть – местные в общий зачет идут или нет?

В луте, доставшемся мне от дважды покойного, я без особого удивления увидел могильное железо, о чем меня любезно известила система. Она же сообщила мне что:


Для выполнения задания вам осталось собрать еще 19 кусков могильного железа


Стало быть, пошли, погоняем скелетов. Хорошее дело, богоугодное.

Через некоторое время, прибив по дороге еще пару ходячих мертвецов, я подошел к подножию курганов. Ну да, как я и думал. Курганы, курганы. Обычные насыпные холмы, здоровенные, высотой, наверное, с девятиэтажный дом, в количестве двух штук, изрытые какими-то норами. И с историей.


Курганы павших воинов.

В старые времена на этом месте, в долине Свельтьяттир, произошла великая битва двух племен северян, окончившаяся гибелью одного из них. После победы победители, похоронив павших, насыпали два кургана – один над телами своих сородичей, другой над телами неприятеля, проявив тем самым свое к ним уважение, поскольку сражались те отважно и бесстрашно, а именно это северяне ценят более всего.

После прихода тьмы с Запада, во время второй войны Ненависти, тени погибших в битве были потревожены Злом, и с тех пор горе ждет неосторожного путника, забредшего в эти места днем. Того же, кто попал сюда ночью ждет верная смерть, а если он встретится с Повелителем Курганов – то и жуткое посмертие.


Вот такая вот фигня. Повелитель Курганов. Не пойду сюда ночью, ну его к лешему. Сейчас добью еще семнадцать скелетов и вообще отсюда свалю, тем более что день вовсю клонится на вторую половину, а мне еще ноги сколько глушить. Да и солнышко вон скрылось за облаком, холодком по ногам потянуло. О, а вот и знакомый звук. Эхо что ли, чего так громко-то?