Анна Туровская
Аптечка

Предисловие

Дорогой читатель!

Аптечка есть в каждом доме. В ней всегда найдутся средства для оказания экстренной медицинской помощи, если порежешь палец или внезапно разболится голова.

Иногда бывает и так, что экстренная помощь нужна нашему настроению. Бывает совершенно необходимо отвлечься от своих повседневных забот, посмеяться или посочувствовать чьим-то чужим, пусть и выдуманным, переживаниям. Часто после этого свои проблемы решаются легче, беспокойства уходят или теряют актуальность. Отвлекаясь от них, уже смотришь на всё по-другому.

Именно поэтому мой сборник рассказов называется «Аптечка». Создавая эти истории, я нередко улучшала настроение самой себе. Надеюсь, предлагаемые мной «лекарственные средства» помогут и Вам – разобраться с застарелыми проблемами, избавиться от надоевших комплексов или просто доставят удовольствие. И пусть у Вас всегда будет прекрасное настроение – с «Аптечкой» или без неё!

Должна предупредить Вас, что все описанные события, персонажи, места, географические названия, в общем, всё, что Вы прочитаете на страницах «Аптечки», является выдумкой автора. Если же что-то и покажется Вам знакомым – это всего лишь случайное совпадение.

Искренне Ваша,

АТ

Мой друг Василий

Он пришёл и остался. Как-то раз в летний день к нам на дачный участок забрёл порядочно побитый несчастного вида кот. Я, огромная любительница кошачьих всех видов и подвидов, тем не менее, поразилась, подумав: «До чего ж он страшный!». Кота было жалко до слёз: длинная шерсть висела клочьями на его костлявом теле, шея была оголена как у грифа. Он хромал на одну лапу, но главное – у него были измождённые страдальческие глаза. Такие глаза бывают, наверное, у узников, которых долго пытали самыми жестокими способами. Мои сердобольные родственники постелили ему половичок под лавкой на крыльце, налили в мисочку молока и дали какой-то еды. Нарекли кота одним из традиционных кошачьих имен – Васька.

Кот ел всё, что давали – гречневую кашу, колбасу, борщ, остатки обедов и ужинов, пил молоко в огромном количестве, подолгу беспробудно спал на своём половичке на крыльце. К концу лета Васька превратился в Василия. Его длинная шерсть выровнялась и заблестела, глаза приобрели гордую невозмутимость, от хромоты не осталось и следа. Да и в еде кот стал более избирателен. При взгляде на это великолепное царственное животное ни у кого и язык бы не повернулся бы назвать его Васькой. Или даже Васей.

Производные его имени уже изобретались от Василия – Басилевс, Базилио, Васисубани (иногда после приема горячительного), Васисуалий (однажды, при недостойном поведении) или Василёк, Василёчек-Голубчик. Под определённым углом падения искусственного освещения – например, лампы дневного света или вспышки фотоаппарата, его светло-зелёные глаза иногда отливали васильковой синевой.

Естественно, Василий уехал в город вместе с моими родителями. Я к тому моменту уже жила отдельно, но недалеко от них. Почти каждые выходные я бывала в их доме и общалась с Василием. Если перевести кошачьи годы в человеческие, то он получался чуть старше меня, поэтому я и считала его своим старшим братом, о котором всегда мечтала.

Когда родители уезжали в отпуск, заботу о Василии брала на себя я. При этом Я переезжала к НЕМУ, а не наоборот. Как сказал предыдущий глава фирмы, где я работаю, это Вы должны переезжать к коту, когда заботитесь о нём. Август для меня был священным сезоном – сезоном Василия. Восемь лет каждый август мы проводили вместе три недели, что было абсолютно особым временем в моей жизни. Все хлопоты, связанные с кошачьим бытом, доставляли мне огромное удовольствие. Я очень гордилась тем, что у меня есть кот! Делая покупки в супермаркете, я выставляла пакеты с его кормом на самое видное место в тележке. А если замечала кошачью еду в тележках других покупателей, то старалась встретиться с ними взглядом и понимающе улыбнуться.

По вечерам Василий встречал меня после работы – я ещё только отпирала дверь снаружи, а уже слышала его приветствия. Если я приходила поздно (задержавшись в гостях или на свидании), он довольно долго меня «отчитывал»: «Мяяу! Мяяу! Мяяяуу!». Будто бы говорил мне: «Где ты шатаешься? Уже поздно! Я волновался!». Честно говоря, мне было очень приятно, что меня кто-то ждёт дома. Я чувствовала ответственность за него, понимала, что без меня он пропадет, поэтому и на машине аккуратнее ездила, и старалась долго не задерживаться. Придя домой, я сбрасывала «рабочую одежду» (как правило, туфли на «шпильках» и деловой костюм) и мчалась готовить ужин для Василия – сырое мясо, размороженное в горячей воде из-под крана. Он не признавал ничего другого, но уважал сухой корм определенной марки. Только покормив кота, я могла заниматься своими делами.

Как все кошачьи, Василий любил играть по ночам, особенно подышать воздухом на балконе. Мама его слишком разбаловала – она не работала, поэтому могла позволить себе встать попозже. Она-то и позволяла ему ночные прогулки. Но со мной этот номер не прошёл. Как-то раз, когда я уже легла спать, Василий начал бродить вокруг моей кровати, звонко и требовательно мяукая. Сначала я пыталась уговорить его лечь спать.

– Дорогой Василий! – ласково начала я. – Мне завтра на работу. Я должна рано вставать. Пока я не легла – пожалуйста, делай, что хочешь. Но как только я приняла горизонтальное положение – я не встану! Даже при всей моей любви к тебе. Давай-ка и ты, дружочек, залегай у меня в ногах, сворачивайся клубочком и спи. А завтра погуляешь.

Дружочек все не унимался: он встал лапами на край кровати и мяукал мне прямо в лицо. Но я не поддалась – я долго терпела, а потом приказным тоном произнесла:

– Васисуалий! Извольте лечь спать!

После чего я легла на живот и накрыла голову одеялом, показав ему, что все его мяуканья отныне будут тщетны. Немного побродив, Васисуалий угомонился. Пожалуй, это был единственный случай его недостойного поведения, снискавшего ему обращение по имени героя Ильфа и Петрова.

Василий ужасно не любил, когда я уходила из дома. На работу он меня, конечно, скрепя сердце, отпускал. В один из вечеров я пораньше вернулась домой. Переодевшись, я собралась в банк, находившийся в нашем же доме, оплатить какие-то квитанции. Увидев, что я снова собираюсь уходить, Василий встал у двери и перекрыл мне проход. Он смотрел мне прямо в глаза и жалобно мяукал, как бы говоря, почти со слезами на глазах: «Не уходи! Не уходи!»… Моё сердце дрогнуло! Я сняла туфли, села в кресло и сказала:

– Все, никуда не иду! Только не плачь!

В ту же минуту Василий гордо распушил хвост и, успокоенный, удалился на одну из своих лежанок. Я так и не попала в банк в тот вечер.

Почти каждый раз во время проживания в родительской квартире в «сезон Василия» со мной происходили бытовые неурядицы: то свет выключится в части квартиры, то кран протечёт, то ещё что-нибудь случится. Для решения этих проблем я обращалась к охранникам в подъезде – одним из наших соседей был федеральный министр, которого они и охраняли 24 часа в сутки.

Думаю, что эти ребята несказанно радовались каждому моему появлению в доме. Оно вносило разнообразие в их размеренную службу. Моя двоюродная сестра Карина как-то изобразила их в лицах, радостно потирая руки: «Так, Полянские уехали? Лена уже здесь? Отлично! Наше представление начинается!».

Одним из номеров «представления» была захлопнувшаяся в комнате дверь. В период летней жары, находясь дома, я оставляла оба балкона открытыми. Не столько для прохлады, сколько для беспрепятственных прогулок Василия на свежем воздухе. В результате этого в коридоре образовывался довольно сильный сквозняк. И вот однажды от порыва ветра с кошмарным грохотом захлопнулась дверь родительской спальни. Я попыталась её открыть, но у меня ничего не получилось. Я подумала, что Василий был на том балконе. И, конечно же, ужасно разнервничалась. С криком «Я спасу тебя, Василёчек!» я принеслась к злополучной двери с молотком и отверткой. Чертыхаясь, я долго колотила молотком около замка, пытаясь просунуть отвертку между косяком и дверью в надежде отодвинуть защелку и открыть дверь. В какой-то момент из соседней комнаты появился совершенно невозмутимый Василий и чинно продефилировал мимо меня, мельком глянув на мои слесарные экзерсизы. Его чуть заметный поворот головы выразил всё, что он обо мне подумал в ту секунду: «Наградил же меня Господь хозяйкой! То бегает по квартире и орёт что-то о моём спасении, теперь вот зачем-то дверь ломает. Ну ладно, хоть кормить не забывает. Что же мне делать, раз так мне с ней повезло. Придётся терпеть». Вызванный на помощь охранник ювелирно открыл дверь, так что родители совсем даже и не ругались – дверь-то я поцарапала.

В последнее лето перед родительской командировкой Василий заболел. Ему пришлось делать операцию, после которой я его выхаживала. Я возила его в клинику, кормила с рук мясом. Даже купила детскую бутылочку, чтобы поить через сосочку. То ли соска была очень жесткая, то ли что-то с моими руками (скорее всего), короче, ничего из этой затеи не получилось…

Я потеряла сон, постоянно переживала, плакала. Лежа в кровати бессонной ночью, я размышляла о том, как же мне напоить кота, как же ему самому есть свой сухой корм. После операции на Василия пришлось надеть специальный воротник, чтобы он не разлизывал наложенный шов, пока тот не зажил. Этот воротник не позволял ему опустить мордочку в миску, чтобы поесть или попить. И вот меня осенило! В два часа ночи я подскочила с кровати, помчалась на кухню и поставила кошачьи миски с водой и кормом на консервные банки! Примерно через час, уже засыпая тяжёлым сном, я услышала хруст «зёрнышек» (так мы ласково называли сухой корм Василия). Как же я была рада своему изобретению!

Мне очень помог мамин брат, дядя Сергей, и его жена, как и я, Елена. У них всегда были кошки. Лена и Сергей давали мне ценные советы, помогали делать уколы и перевязки, не говоря уже о моральной поддержке! Они сами вызвались мне помочь – не представляю себе, как бы я без них смогла пережить эти две недели! При этом у них шёл ремонт в новой квартире, за которым надзирала Лена. А ремонт, как известно, требует полной занятости в рабочие дни (и в нерабочие тоже). Лена несколько раз сидела с Василием, когда мне позарез надо было на работу. Мы боялись надолго оставить его одного, чтобы он не сорвал свой «испанский воротник» или, не приведи Бог, не навредил себе. К счастью, было лето, основная «страда» ещё не началась, и я могла работать из дома.

Один раз мне даже пришлось обратиться к исчезнувшему ухажёру – «настоящему полковнику» Виталию Витальевичу Царёву. Виталик и в самом деле был полковником ракетных войск, правда, в отставке. Он работал на каком-то предприятии в системе Министерства обороны. Когда девушке немного за 30, она не замужем и не имеет постоянного «бойфренда» (терпеть не могу это слово, но оно как-то прижилось в нашем языке), все родные и близкие пытаются устроить её личную жизнь. Виталик приходился родственником одному из родительских друзей. Уже много лет он был в разводе. Естественно, нас познакомили. У нас случился короткий и весьма приятный платонический роман. Роман внезапно закончился, не по моей инициативе, за пару месяцев до болезни Василия. Как девушка гордая, я не выясняла причин исчезновения Виталия из моей жизни. Но, по правде говоря, переживала.

В один из дней, когда за Василием нужен был присмотр, я должна была обязательно метнуться в офис подписать документы. Лена не могла меня подменить в тот день из-за её ремонтных дел. Забыв гордость, накануне вечером я позвонила Виталику. Самое интересное, что он согласился мне помочь и приехал на следующий день! Он посвятил два часа моему подопечному несмотря на то, что мы расстались! Мои подруги бурно аплодировали полковнику, а меня подвергли полному остракизму.

– Ну, ты, Полянская, даёшь! – отчитывала меня Олеся на Лериной даче после пары бутылок вина и хорошего шашлыка, когда девчонки начинают обсуждать кавалеров. – Ты позвонила мужику и сказала: «Посиди с моей кошкой!», а он тебя не послал! И ведь посидел! Может, он не так и плох! Заслуживает ещё одного шанса?

Виталик не воспользовался ни этим, ни другими шансами, которые я ему предоставляла впоследствии. Очевидно, им двигало лишь сострадание к больному коту, а не чувства ко мне. Всё же я всегда буду безмерно благодарна Виталику за помощь в такой трудный для меня момент. Родители, понятно, ничего не знали о болезни Василия. Они каждый день звонили, справлялись о нём, я радостным голосом врала: «Всё хорошо, прекрасная Маркиза! Всё хорошо, всё хорошо!». Когда родители вернулись, Василий (скорее, Базилио) уже активно шёл на поправку. В день приезда родителей он вышел их встречать в своем шикарном жабо. А через пару дней ему сняли швы и «испанский карнавал» закончился.

Следующей весной родители уехали в длительную командировку в Северную Страну. И Василий поехал с ними. Он идеально вел себя всю ночь в поезде, не ел и не пил (хотя все было для него заготовлено). Он понимал, что происходит нечто экстраординарное, но поскольку свои рядом, то всё нормально.

В Северной Стране, у него появился друг – сиамский котик Тимоша, питомец пары, смотревшей за виллой, где жили родители. Коты ходили друг к другу в гости, гуляли на лужайке перед домом, грелись на солнышке. Василий очень любил смотреть на Залив, на берегу которого находилась вилла. Он часто подолгу лежал у окна, выходившего на Залив. Или же приходил к папе на пирс и сидел рядом, пока папа удил рыбу. По вечерам он с мамой смотрел телевизор. У нас есть фотография, где Василий сидит в кресле прямо напротив экрана, на котором идёт новостная программа.

Это великолепное прекрасное счастье продолжалось почти три года. А потом его не стало. Василий ушёл от нас на радугу прохладным весенним утром. Его уход добавил грустных дней месяцу, который наша семья вполне могла бы выбросить из календаря. Слишком много в нём печальных дат невосполнимых потерь. Мамины родители, которые меня вырастили, вторая бабушка моей двоюродной сестры Карины и любимый кот Василий.

Время идёт и притупляет боль утрат. Но каждый раз, когда я бываю в родительской квартире в Москве или на вилле в Северной Стране, меня не покидает мысль, что сейчас откуда-нибудь появится замечательная усатая мордочка или мелькнёт кончик пушистого хвоста.

Когда-то давно я купила магнитик, на котором написано «Кошки оставляют следы своих лапок в наших сердцах». И это абсолютная истина. Следы изящных кошачьих лапок остаются в наших сердцах. Навсегда.

Интервью

– Илюш, где же мне взять девушку для интервью? Чтобы из известной семьи и с интересной карьерой? – заместитель главного редактора журнала «Бизнес-вестник» Дмитрий Разумовский уже полдня переживал, создавая новую рубрику журнала «Женщина с карьерой». Он искал героиню для первого выхода.

– Вокруг сплошь хозяйки салонов красоты и фитнес клубов, открытых на деньги богатеньких и влиятельных мужей, надоели уже! Или же теледивы со связями! Во всех журналах, на всех вечеринках одни и те же, всё одинаково! Хочется увидеть новое лицо, непримелькавшееся…

– Желательно, из хорошей московской семьи, ну это уж мое личное пожелание, – Митя откинулся в своем кресле.

– Слушай, а может, мою подругу детства – Лерку Кардаш, в девичестве Полунину? – предложил Илья. – Она, правда, совсем немного «теледива со связями», но за кадром – генеральный директор канала «Отечество».

– В родстве с Леонидом Кардашем, который этот канал создал? – загорелся Митя.

– Жена, точнее, вдова. Кстати, канал они создавали вместе. Лера закончила ИСАА ¹, свободный арабский, английский и французский. Вроде сейчас немецкий учит, правда не знаю зачем. Возможно, в качестве аспирина… Воспитывает дочь, первоклассницу. А Лерин папа – Вадим Михайлович Полунин, заместитель министра иностранных дел Российской Федерации, – пояснил Илья.

– Спасибо, старик! – благодарно воскликнул Митя. – Звучит очень даже привлекательно! Предложу на редколлегии – вдруг прокатит! Реально спасибище, друг! До вечера!

– Обращайтесь! – с достоинством ответил Илья. – Для этого друзья и существуют.

Он отключился и мечтательно посмотрел в окно. Лера Полунина, теперь Калерия Кардаш – сколько же лет он её знал? Их отцы познакомились сразу после института. Выяснилось, что живут в одном доме, в соседних подъездах. Потом вместе были в командировках. Илья и Лера почти всегда учились в одном классе в посольских школах во время родительских командировок. Они закончили одну и ту же английскую спецшколу в Москве, только в параллельных классах. После школы Илья поступил в МГИМО² , Лера – в ИСАА. Они всегда были друзьями – почему-то между ними не возникло любовных отношений, о чём мечтали их мамы, да, наверное, и папы, и все остальные родственники. Очень симпатичных, хорошо воспитанных и прекрасно образованных ребят связала та редкая дружба мужчины и женщины, в которую никто никогда не верит. Исключение, подтверждающее правило.

Ещё в университете Лера устроилась работать в московский коррпункт одного из арабских телеканалов в качестве помощника шефа бюро. Он-то и познакомил Леру с известным продюсером Леонидом Кардашем. В тот момент Леонид только что развелся с очередной женой и вновь был в поиске счастья. Он был на 20 лет старше Леры, но эта разница в возрасте не помешала сильному и серьёзному чувству. Как оказалось, последнему в жизни Леонида.

Примерно год Лера и Леонид встречались, потом поженились. Через несколько лет у них родилась девочка Лидочка. Рождение дочери, казалось, связало Леонида и Леру ещё крепче. Они прожили вместе 10 лет, но выглядели и общались как молодожёны. Разница в возрасте совсем не ощущалась и не бросалась в глаза внешне. Лёня всегда очень следил за собой, регулярно занимался спортом, катался на горных лыжах, на коньках, в том числе, на роликовых. Очень любил велосипед и приучил к этому своих, как он говорил, «любимых женщин» – жену и дочь.

Леонид при поддержке Леры создал новый канал «Отечество». В его эфире демонстрировались старые патриотические фильмы, по заказу канала создавались передачи, освещавшие самые различные аспекты российской жизни – от живописных туристических достопримечательностей до проблем современной армии. Через год успешной работы канала Леонид и Лера начали переговоры с известной зарубежной вещательной корпорацией о размещении программ «Отечества» в их сетке, для начала на английском языке. Российские власти очень поддерживали эту идею, чтобы зарубежный зритель мог увидеть другую Россию, больше узнать о её природе, культуре, истории, о современной жизни страны.

Почти четыре года назад Леонид скоропостижно скончался – прямо на руках у Леры. В тот вечер он думал, что перезанимался в спортзале, поэтому и не придал значения тупой боли в груди, нараставшей с каждым часом. Он долго отказывался вызвать врача, которого Лера все же тайком вызвала, выйдя на балкон. Когда Леонид потерял сознание, Лера пыталась сама спасти его, делала искусственное дыхание до самого приезда «скорой». Она до сих пор так и не поверила, что Лёня умер сразу, как только отключился. И до сих пор так и не простила себя за его смерть. Врачи долго уверяли её, что она ничего, абсолютно ничего не могла сделать. Никто не мог ничего сделать – просто для Леонида Кардаша пришел тот самый час…

С уходом Леонида Лера сильно изменилась. Она не начала беспробудно пить, не рыдала сутками напролёт. Стиснув волю в кулак, Лера с головой окунулась в работу. Леонид был трудоголиком, и Лера теперь работала за двоих, возглавив канал после его смерти. Она по-прежнему дружила с Ильей, встречалась со своими подругами, безумно любила Лидочку и проводила с ней всё свободное время. Тем не менее, близко знавшие ее люди заметили, насколько разными были «Лера ДО» и «Лера ПОСЛЕ». В её глазах потух тот огонь, от которого можно прикуривать, как говорила Олеся Русакова, ближайшая подруга Леры. Теперь Лерины глаза светились, как зимние звёзды, яркие и красивые, и в то же время далёкие и холодные.

После смерти мужа Лера продолжала любить его и абсолютно исключила для себя возможность каких-либо отношений, хотя мужчины постоянно оказывали ей знаки внимания. Родные и близкие, естественно, деликатно выждали какое-то время. Потом же начали намекать, что не надо уходить в монастырь в 38 лет. Что жизнь не кончается, что Лёня всегда хотел видеть её счастливой и при таком раскладе был бы рад… «Я счастлива! – с лучезарной улыбкой отвечала Лера. – У меня есть прекрасная дочь, любимая работа, молодые и здоровые родители, друзья. У меня была восхитительная волшебная любовь, которой мне хватает до сих пор. Другой мне не надо». Постепенно все близкие Леры прекратили свои попытки поменять свет Лериных глаз, предоставив это силам судьбы.

Вечером того же дня Илья и Митя встретились в кафе.

– Порядок! – воскликнул Митя после приветствия. – Леру твою утвердили. На самом деле наш главный давно положил на неё глаз. И сам на интервью рвётся. Только его мне там и не хватает! Как начнёт свои «понты кидать» – так и не получится нормального разговора.

– Передай своему главному, что только зря потеряет время, – сказал Илья. – Лера до сих пор любит Леонида, и ей никто не интересен. Я как-то случайно услышал, как её маман с моей это обсуждали. Абсолютно бесполезное занятие уговорить Леру Кардаш даже просто пойти выпить кофе с мужчиной – если это не по делу, разумеется. По делам-то она постоянно с кем-то обедает и кофе пьёт. Но в момент «раскалывает», если кто-то выходит за деловые рамки. И так виртуозно вставляет обратно в рамки, что, как говорят французы «chapeau³ ».

– Чего? Что за шапо? – не понял Митя.

– Ну, это «шапка» по-французски. Так говорят, когда хотят выразить восхищение, – с улыбкой объяснил Илья.

– Понятно, спасибо! Дашке скажу – она вдруг начала французский учить. На курорте в горах с каким-то парижским доктором познакомилась, теперь в интернете переписывается, короче, почтовый лямур⁴ , – друзья громко рассмеялись.

– А ты сможешь меня представить Лере? – спросил Митя.

– Да запросто. Хочешь, сейчас позвоним?

– Нет, сейчас не надо. Поздновато уже, да и голова гудит, – ответил Митя и проводил взглядом двух стройных блондинок, вальяжно прошедших мимо стола.

– ОК, тогда позвоню завтра с утра. Только ты учти, что она КА-лерия, а не ВА-лерия. Она очень гордится своим редким именем. Не возражает, когда называют Лерой, да и как ещё сократить, чтобы было прилично, – ответил Илья.

– Не то слово, – усмехнулся Митя. – А как у тебя с твоей Марией?

– Ты знаешь, я, наконец, решился, – Илья отпил кофе и продолжил. – В прошедшие выходные сделал ей предложение. С кольцом, розами, как положено. И она согласилась. Сегодня мы подали заявление, через два месяца свадьба. Надеюсь, будешь свидетелем.

– Илюша, поздравляю! – воскликнул Митя. – Чёрт, как я рад за тебя! Ты молодец, а Маша – отличная девушка. Достойный выбор! Эх, жалко выпить нельзя, ты ведь тоже за рулём?

– За ним, – улыбнулся в ответ Илья. – Конечно, пора было определиться. Когда мы познакомились, я о женитьбе не думал. А потом влюбился, реально. Понял, что другого мне и не надо.

– А как родители? Они что сказали? – спросил Митя.

– А что скажешь? Я уже большой мальчик, – гордо произнес Илья. – Живу отдельно, на полном самообеспечении. Маман, конечно, засуетилась, что из Подмосковья, не наш круг. Но когда я их познакомил, она в Машеньку просто влюбилась. Все придыхала, ах, какая девочка чудесная, такая воспитанная и образованная! Удивлялась, что в подмосковных семьях такие девочки вырастают.

Илья почти год встречался с офис-менеджером фирмы, располагавшейся в том же бизнес-центре, что и банк, где он работал ведущим аналитиком. Девушка Маша совсем не комплексовала по поводу своей должности. Наоборот, гордилась тем, что делает и любила свою работу. Профессионалы нужны в любом деле, и очень непросто найти того, кто с радостью занимался бы обеспечением фирмы канцтоварами, кофе, чаем и прочим необходимым в современном офисе.

Маша была активной и яркой, её даже побаивались, полагая, что она из тех самых хищниц, охотящихся за золотом во имя своего благосостояния. Но все эти сомнения рассеивались после более близкого знакомства с Машей. Так что в искренности чувств Маши и Ильи сомневаться не стоило. Они прекрасно дополняли друг друга – искрящаяся оптимизмом и жизнелюбием Маша и сдержанный, кажущийся замкнутым Илья. Который на самом деле был безмерно добрым и отзывчивым человеком, прекрасным другом для тех немногих, кто были его друзьями.

– Так что, жди официального приглашения, друг, – сказал Илья. – Тебе приглашение на одно лицо или на два?

Митя немного напрягся. Уже года полтора он жил вместе с молодой красавицей, начинающей актрисой, которая никак не могла начать играть. Она снималась в эпизодических ролях в сериалах, в рекламных роликах, но на главные роли её так и не приглашали. То ли не везло, то ли не хватало таланта, а может быть, комбинация обоих. Митя, как мог, помогал ей, используя свои связи в теле- и киномире, даже устроил её на один из каналов вести программу о моде, но ни большое кино, ни большая сцена так и не принимали барышню по имени Диана. Она активно тусовалась, не пропускала премьеры, водила дружбу с известными режиссерами, надеясь «выстрелить», как она говорила.

С Митей Диана познакомилась в одном из модных клубов, где он тоже частенько бывал. Диана была красавицей по всем канонам, и её присутствие в жизни Мити, обожающего все красивое и блестящее, поначалу очень даже ему нравилось. Только со временем вскрылись разные интересы и увлечения. При всей любви к гламуру и публичности, Митя был глубоким интеллектуалом. Он обожал фильмы Кубрика и фон Триера, прекрасно знал произведения Марселя Пруста и Оруэлла, а любимым художником был Шагал. Диана, конечно, сопровождала его на сеансы нестандартного кино, где не стесняясь, скучала, совершенно не желая вникать в суть этих вещей, «заморачиваться», по её собственному выражению. В последнее время она просто превратилась в шикарный аксессуар успешного и известного журналиста Дмитрия Разумовского. Это очень угнетало Митю. Не таких отношений с женщиной он искал. Ему хотелось большего, хотелось, чтобы рядом была верная подруга, с которой можно до утра проговорить на кухне, причём обо всём, которая способна просто выслушать, не призывая «не запариваться из-за всякой ерунды». Самой Диане тоже несколько поднадоел Митин, как она говорила, «ботанизм», и она активно поглядывала по сторонам в поисках нового спутника в походах по клубам и презентациям, способного оплачивать счета из дорогих бутиков. Диана ещё пока жила у Мити в квартире, но оба чувствовали, что расставание не за горами.

– Не знаю, Илюш. Конечно, прийти на свадьбу с Динкой будет очень красиво, но только внешне. А я так устал от блеска. Уже глаза болят. Официально мы пока пара, но что будет через два месяца… – Митя грустно посмотрел на свой новый очень дорогой телефон. – Надо найти в себе силы и решиться, как ты. Ведь есть же где-то нормальные девушки, как твоя Маша…

– Есть, конечно. Надо просто поискать, – ответил Илья. – Наверняка у вас в редакции работают хорошие девушки, присмотрись к ним. Я же Мусю встретил в столовой бизнес-центра. Просто решил сходить пообедать не в ресторан. Я даже не знал, как себя в столовой вести, представляешь? Забыл со студенческих времён. А она стояла за мной в очереди, подсказала, что делать, когда я растерялся у раздачи… Так всё и началось.

– Путь к сердцу мужчины всё же лежит через желудок, – глубокомысленно изрёк Митя азбучную истину.

Друзья завершили ужин и разошлись по домам. Один полетел на крыльях любви, а второй – с чувством, «когда некуда больше идти».

По пути к стоянке у своего дома Митя долго чертыхался, ювелирно объезжая огромный джип, припаркованный прямо у Митиного подъезда так, что было непросто даже пройти, а тем более, проехать. Последней модели, отметил про себя Митя. Он поставил машину за шлагбаум на обычное место и поднялся в квартиру. Ему навстречу вышла Диана, несмотря на поздний час, совсем не в домашней одежде.

– Ой, Митюша, привет! – гламурно замяукала красавица. – Хорошо, что ты приехал. Я как раз отдам тебе ключи от квартиры. Я встретила новую любовь своей жизни и ухожу от тебя. Надеюсь, ты не будешь устраивать мне скандал с разборкой. Ты должен меня понять.

Дианино мяуканье приостановил вышедший из комнаты довольно интересный мужчина. Он был явно чуть помоложе Митиных родителей. Наверное, это и была её «новая любовь».

– Познакомься, это Стасик. Стасик, это Митя.

Мужчины пожали друг другу руки, явно борясь со смущением и недоумением. Митя даже не знал, что сказать: настолько он не ожидал такого поворота событий.

– Стасик, возьми оставшиеся чемоданы и пойдем. А то уже поздно, нам ведь завтра улетать, – мурлыкала Диана. Мы со Стасиком завтра летим отдыхать на Гавайи, – пояснила она для Мити.

– Ну что ж, желаю счастья, – наконец нашелся Митя. – И хорошего отдыха.

– Ой, спасибо, милый! – защебетала уже бывшая подруга. – Как мы интеллигентно расстались! Просто супер! Никаких скандалов. Ну, пока-пока!

Диана чмокнула Митю в щёку, положила ключи на трюмо в прихожей и покинула дом и жизнь Дмитрия Разумовского в сопровождении героя своего нового романа. Митя искренне понадеялся, что у романа окажется счастливый конец.

Машинально Митя направился в кухню. Он встал у окна и закурил. Окна выходили во двор, и он мог наблюдать, как его бывшая возлюбленная и её

новая любовь Стасик загружали вещи в машину, тот самый джип последней модели, мешавший Мите проехать. Одновременно с Митиной сигаретой завершился процесс погрузки Дианиных чемоданов. Митя проводил взглядом удалявшуюся машину. Он сам поразился отсутствию какого-либо сожаления. После всего пережитого за день спать совсем не хотелось, и Митя решил отметить свою так нежданно свалившуюся свободу. Он сделал себе порцию виски со льдом.

Диана всё же лёгкая девушка. С ней было легко жить, и ушла она легко. Без ненужных объяснений и разговоров. Какая же она умница, подумал Митя, что избавила меня от необходимости разрывать с ней отношения. Просто молодчина! Всегда буду ей за это благодарен, думал он, отпивая прохладный и одновременно обжигавший напиток.

Монотонное верещание будильника разорвало тишину спальни. Просыпаясь, Лера почувствовала слёзы в глазах. Она поняла, что всё было сном. Впервые за долгое время ей приснился Леонид. Картинка была настолько реальной, что с трудом верилось в её нереальность. Лёня присел на край кровати и, ласково глядя на Леру, спросил: «Ну, что, Котейка, хреново тебе без меня?». За миндалевидные глаза, отливавшие цветом аквамарин, Леонид иногда называл Леру Котейкой.

– Еще как хреново, Лёнчик! – с готовностью выпалила Лера, наконец-то вербализировав свой девиз, под которым жила после кончины мужа. – Ты себе даже не представляешь…

– Очень хорошо представляю, – грустно произнес Лёня и продолжил – Мне ведь тоже несладко без тебя. Но на самом деле я навеки с тобой, а ты со мной.

– Как же ты со мной, когда тебя нет!? – то ли спросила, то ли возразила Лера.

– А очень просто, – согревая Леру особенным нежным взглядом, которым каждый мужчина по-своему смотрит на любимую, тем самым бархатным голосом, всегда сводившим Леру с ума, Лёня начал терпеливо объяснять. – Ты постоянно думаешь обо мне, ты продолжаешь начатое мной дело, и продолжаешь прекрасно.

– Ты воспитываешь нашу дочь, живое продолжение нашей с тобой любви, – говорил Лёня. – А родишь сына – в нем тоже будет частичка меня.

– Лёнчик, я…, – Лера попыталась возразить, рассказать ему о добровольном целибате, в котором собиралась прожить всю оставшуюся жизнь.

– Родишь, родишь, – не дав ей сказать, продолжил Леонид. – Помнишь тот вечер, когда мы с тобой познакомились? Ты после пары бокалов вина раскраснелась и в ответ на какой-то мой намек относительно интимной близости, ты вдруг разразилась лекцией о значении индивидуализации половой жизни, о том, как любые связи оставляют свой след, который проявляется у потомства. В качестве примера ты привела эксперимент с зебрами и лошадями. От скрещивания лошади с зеброй не родился никто, зато потом после того, как лошадь скрестили с лошадью, у неё родились полосатые жеребята. Ты абсолютно очаровательно убедила меня, что я должен подождать с соблазнением тебя, хотя захотел с той минуты, как увидел. А потом влюбился по уши и в прямом смысле на всю жизнь… После стольких лет, которые мы были вместе, у тебя в организме наверняка остались мои гены. Так что вполне можешь родить маленького Лёньку, правда, вот отчество…..

Лёнины слова потонули в верещании будильника, звучавшего как набат.

Лера смахнула набежавшие слёзы и какое-то время лежала в постели и, не мигая, смотрела в потолок.

– Что за чушь! – воскликнула Лера вслух. – Как любила Лёню, так и буду любить. Конечно, родила бы ему сына, если бы..….

От болезненного осознания невозможности этого слёзы снова навернулись на Лерины глаза. Всё утро, до самого приезда в офис, сон так и не шёл у неё из головы.

Лера любила приезжать на работу пораньше, хотя жизнь на телеканалах обычно начинается к полудню. Её секретарь Марина Воронцова знала привычку начальницы, поэтому приходила ещё раньше. И в это утро Марина была уже на месте.

– Доброе утро, Калерия Вадимовна! – радостно улыбнулась Марина. – Сегодня я сварила кофе нового сорта. Хотите?

– Доброе утро, Мариночка! Спасибо, хочу! – приветливо ответила Лера.

Леру на канале обожали все. Марина взяла на себя особую заботу о Лере, всегда приносила ей кофе и чай, контролировала, чтобы у неё всегда было всё необходимое для работы. Свои служебные обязанности Марина выполняла безупречно. Лера видела в ней огромный потенциал, и уже раздумывала о переводе её в одну из творческих дирекций, чтобы девушка могла лучше реализоваться. Марина обладала великолепными организаторскими способностями, могла что угодно достать, причём в кратчайшие сроки, запросто могла «построить» кого угодно, даже старых теле-мэтров. Самое интересное, что все с удовольствием «строились» по Марининой команде. Поэтому Лера планировала в ближайшее время предложить ей должность продюсера. Конечно, ей было жаль терять великолепного помощника, но Лера видела, что её приемная слишком мала для умной и способной Марины. Приснившийся накануне сон окончательно укрепил Леру в принятии решения.

Марина вошла в кабинет с подносом и чашечкой кофе нового сорта, приятный аромат которого сразу же заполнил всё помещение.

– Мариночка, спасибо! Пожалуйста, поставьте на столик у дивана и принесите себе чашечку. Попьём кофейку вместе и поговорим, – доброжелательно предложила Лера.

Марина не заставила себя ждать и тут же вернулась со своей чашкой. Лера жестом пригласила девушку сесть. Марина немного напряглась, ибо начальница никогда раньше не приглашала её пить вместе кофе.

– Кофе действительно чудесный, – Лера заметила напряжение и попыталась снять его. – Что за сорт?

– «Сливочное печенье». Правда, необычное название?

– Необычное, – согласилась Лера, а затем продолжила:

– Марина, Вы у меня работаете уже два года. За это время успели закончить институт, получить диплом. Как Вы видите дальше свою карьеру на телевидении?

Марина обомлела от вопроса. Она просто потеряла дар речи, ибо всю жизнь мечтала участвовать в творческом процессе. Должность секретаря она поначалу рассматривала лишь как шаг к своей мечте. Но Марина совсем не предполагала, что у неё будет начальница, от которой не захочется уходить. Дрожащей рукой девушка поставила на стол свою чашку.

– Я готова к любой работе, – медленно произнесла Марина. Но работать лично с Вами мне так нравится, что даже не знаю, – Марина опустила голову.

– Мариночка, я безумно ценю Вас и просто не представляю себе свою приёмную со всем хозяйством без Вас. Но я не хочу быть эгоисткой, я вижу, что Вы переросли мою приёмную и Вам надо идти дальше. Я хочу назначить Вас продюсером в дирекции игрового кино, для начала младшим, а там уже посмотрим, – сказала Лера.

– Калерочка Вадимовна, спасибо! – Марина бросилась к Лере и обняла её. – Ой, даже не верится! Спасибо, спасибо огромное!

– Но я без Вас буду так скучать, – грустным голосом сказала Марина, на её глаза навернулись слёзы.

Лера погладила Марину по руке и сказала:

– Во-первых, Вы пока работаете со мной. Во-вторых, я с радостью буду наблюдать за Вашей карьерой. Буду рада чем-то помочь, посоветовать, если сочтёте нужным меня спросить. А, в третьих, как своему ассистенту, даю Вам задание помочь отделу кадров в подборе кандидатов Вам на замену. Мои требования Вы знаете, а директора по персоналу я тоже проинструктирую.

– Конечно, Калерия Вадимовна! Обязательно! У меня девчонки в очереди стоят, хотят к нам на работу! Они очень, очень хорошие, вот увидите! – радостно воскликнула Марина.

Дамы допили кофе в прекрасном настроении, которое обещало сохраниться на весь день. Марина как на крыльях вылетела из кабинета начальницы выполнять порученное, параллельно с ещё существующей работой.

Лера тоже очень обрадовалась. В луче солнечного света, лившегося из окна, ей показалось лицо Леонида, который счастливо улыбался.

«Не поехать бы крышей», иронично подумала Лера и села за рабочий стол разбирать бумаги и почту.

Через некоторое время зазвонил её сотовый телефон. На дисплее мигал номер Ильи Стишова.

– Илюша, доброе утро! – ответила Лера. – Банкирам тоже не спится?

– Приветики! Какой уж тут сон! – бодро сказал Илья. – Море новостей.

– Расскажи.

– Во-первых, я женюсь! На небезызвестной тебе Марии, – гордо начал Илья. – Надеюсь видеть тебя в списке почётных гостей на свадьбе. И, конечно же, родителей, непременно вместе с Лидочкой. Свадьба через два месяца. Надеюсь, ты не умотаешь в отпуск в это время?

– Илюшенька, поздравляю! Как я за тебя рада! И за Машеньку тоже! – воскликнула Лера в ответ. – А насчёт отпуска еще не думала, но теперь уж точно спланирую так, чтобы не пропустить твой важный день. – Лера улыбнулась в трубку.

– А, во-вторых, на правах твоего близкого друга я взял на себя роль твоего пресс-агента.

– То есть? – переспросила Лера.

– То есть журнал «Бизнес-вестник» в лице заместителя главного редактора Дмитрия Разумовского, и одновременно моего близкого друга, открывает рубрику «Женщина с карьерой». Я рекомендовал ему тебя в качестве первого персонажа.

Лера задумалась. Естественно, она знала о журнале, часто читала его. Статьи Разумовского ей особенно нравились. В них чувствовались талант и мастерство, незаурядная личность автора. У неё даже были мысли о приглашении его на канал для ведения передачи, но она пока не придумала какой. Предложение об интервью ей польстило и одновременно испугало. После смерти мужа журналисты всех изданий обрывали ей телефон. Все бывшие жёны Леонида с удовольствием беседовали с ними, делились своими воспоминаниями. Только Лера молчала. Она категорически не могла говорить о Лёне на публику, да и не только. Издания «пожелтее» сначала позволяли себе едкие фразочки, типа «поговорить с последней женой нам не удалось» или «последняя жена как обычно отмолчалась». Потом тема забылась, Леру оставили в покое. И вот теперь это интервью.

– Почему меня? – медленно спросила Лера.

– А кого же, как не тебя? У тебя блестящая карьера, ты умна и талантлива, интересный и образованный человек. Сколько можно читать о салонах красоты, ресторанах и фитнес-клубах во главе с жёнами богатых мужей? Наконец, ты потрясающе красивая женщина. Украсишь собой страницы делового журнала, – горячо убеждал её Илья.

– Только этого мне и не хватает, – усмехнулась Лера. – Собой журналы украшать.

Друзья хором рассмеялись. Затем Илья продолжил:

– Может, тебе именно этого и не хватает! Соглашайся, Лерк! Знаешь, как нам всем будет приятно! Не говоря уже о непосредственном пиаре для канала.

– Для этого у меня пресс-служба есть, – неуверенно ответила Лера. – А над предложением подумаю. Я тебе перезвоню.

– Надеюсь, скоро! – ответил Илья. – Маме с папой привет. И Лидуше тоже.

– Спасибо, и ты своим. Обнимаю, – Лера отключилась и посмотрела в окно.

А почему бы и нет, подумала она. Ведь Илья прав – сколько умных и красивых девчонок целыми днями работают, добиваются успеха, а в прессе о них не пишут… Почему бы не начать хорошую традицию. Глядишь, и девчонок своих как-то продвину. Взять хотя бы Олесю Русакову. Глава представительства шведского автоконцерна, у них скоро завод открывается в одном из регионов. Олеся пашет, как вол, а в прессе о ней самой ни слова. Только шведские начальники да российские чиновники.

Выдержав паузу в несколько часов, Лера набрала номер Ильи и сообщила о своём согласии. Друг детства очень обрадовался и сказал, чтобы Лера ждала звонка от Разумовского.

Илья тут же перезвонил Мите.

– Привет, Митяй! С тебя часть гонорара за статью, – радостно начал Илья. – Калерия Вадимовна согласна!

– Илюха, реальное спасибо! А то я уж заволновался, – ответил Митя. – После статьи проставлюсь! Ты чем берёшь – вискарём или борзыми щенками?

– Пирожками с мясом, – засмеялся Илья, – желательно, из «Пушкина».

– Лады, – ответил Митя. – Кстати, о «Пушкине». От меня вчера Диана ушла.

– Сочувствую, – опешил Илья. – Ты сильно переживаешь?

– Как это ни парадоксально, – начал Митя, – совершенно нет. Даже не ожидал, что мне будет так легко. – Почти уже дожил до момента, когда можно будет идти в редакционную столовую искать девушку своей мечты, – припомнил Митя давешний разговор с другом.

– Ну и молодец. Я, честно говоря, всегда считал, что вы с Дианой не пара. Точнее, внешне вы были просто потрясающей парой, но я слишком хорошо тебя знаю и не желал бы тебе такой спутницы, хотя и очень красивой, – сказал Илья. – Значит, высшие силы все расставили правильно, и твоя судьба тебя где-то ждёт.

– Наверное, – Митя вдруг загрустил. – Дашь телефон своей Леры-Валеры?

– Она КА-лерия, – Илья сделал ударение на первом слоге. – Смотри, не перепутай. А то может и обидеться.

– Ладно, не перепутаю. Давай телефон.

Митя записал телефон, потом зашёл на сайт канала в интернете. В разделе «Руководство» он нажал на ссылку «Калерия Вадимовна Кардаш, Генеральный директор», и на экране появилась фотография с краткой биографией рядом. Митя застыл перед своим компьютером и долго не мог оторвать глаз от фото. Прямо на него бездонными синими глазами смотрела очень привлекательная молодая женщина с довольно стильной причёской – что-то вроде короткой стрижки в комбинации с классическим каре. Небольшие прядки волос, выпущенные под висками, делали причёску немного кокетливой. Широковатые скулы придавали лицу женщины сходство с Жаклин Кеннеди. Сходство усиливала со вкусом подобранная одежда, что было заметно даже на маленьком фото. Митя прочитал справку, полазил по сайту канала, уже размышляя, какие вопросы он будет задавать. Затем он набрал номер, данный Ильей.

У Калерии оказался довольно приятный голос и очень интеллигентная манера общения. В ответ на приветствие и представление она поблагодарила за интерес и сказала, что с удовольствием читала Митины статьи, похвалила недавнее интервью с одним из известных нефтяных магнатов. Калерия добавила, что будет рада лично познакомиться с автором. Они назначили дату встречи через день, и Калерия дала телефон своего секретаря и пресс-службы для необходимой организации.

Накануне интервью Лера долго выбирала костюм. Работая на телевидении, она знала, что синее в кадре смотрится не очень хорошо. Надевать что-то яркое не хотелось, всё-таки деловое издание. После долгих раздумий она остановилась на коричневом костюме в тонкую полоску цвета морской волны и блузке в тон полоскам. Она очень выгодно подчеркивала её необыкновенные глаза, придавая им тот самый аквамариновый оттенок, за который Лёня и называл её Котейкой.

Как обычно, Лера появилась в офисе рано утром. Марина уже была на месте и разбирала бумаги. Она просто светилась от радости. Как от предстоящей перспективной работы, так и от гордости, что сегодня деловой журнал будет проводить интервью с её начальницей. Марина заранее навела идеальный порядок во всех уголках приёмной, включая кабинет Леры, а также проинструктировала всех сотрудников, чтобы во время интервью не мешались. Почти с материнской нежностью Лера взирала на хлопоты своей помощницы и даже немного подыгрывала ей, видя, как серьёзно Марина относится к организации интервью.

Когда приехал Дмитрий с фотокорреспондентом Игнатом, Марина лично встретила их на проходной и повела наверх. Она оставила гостей в приёмной и вошла в кабинет.

– Калерия Вадимовна, журналисты прибыли, – торжественно сообщила Марина. – А можно я помогу при фотосъёмке?

– Я не возражаю. Надеюсь, фотокорреспондент тоже, – мягко сказала Лера и торжественно добавила:

– Просите!

Через минуту на пороге кабинета появился Дмитрий Разумовский, за ним с огромной сумкой стоял фотограф. Лера поднялась из-за стола поприветствовать их.

– Добрый день, Дмитрий! – Лера протянула руку для приветствия. – Добро пожаловать! Очень рада личному знакомству.

В жизни Лера оказалась ещё красивее, чем на впечатлившем Митю фото. «Совершенно не похожа на вдову», – подумал Митя, пожимая Лерину руку.

– Здравствуйте, Валерия! – смущенно произнёс он.

– Мне тоже очень приятно, – тут же Митя чертыхнулся про себя. «Она же КА-лерия, а я КО-зёл!».

Приветственное рукопожатие длилось на долю секунды дольше положенного. В эту самую долю секунды в Лере промелькнуло странное подобие электрического разряда, который бывает при возникновении чувства. А Митя моментально утонул в бездонных глазах, отливавших цветом аквамарин.

– Пожалуйста, располагайтесь, – обратилась Лера к журналистам, указывая на кресла возле журнального столика. – Там кофе, чай, вода, печенье. Похоже, Лера не заметила оплошность Мити. Конечно же, сделала вид, что не заметила. «Шапо», вспомнил Митя слова Ильи. Вот что значит хорошее воспитание!

– Калерия, большое спасибо! – Митя подчеркнул первый слог. Мы с Вами можем попить кофе, пока Игнат настраивает свет.

– С удовольствием, Дмитрий! У Марины совершенно необыкновенный кофе, сорт «Сливочное печенье». Вы о таком слышали? – продолжала Лера тоном светской гостеприимной хозяйки.

«Слава Богу, не обиделась», подумал Митя, а вслух сказал:

– Никогда не пробовал, но название и в правду необыкновенное.

Митя и Лера присели у журнального столика. Собравшись с мыслями, Митя приступил к делу:

– Калерия, если позволите, Игнат будет снимать Вас во время нашей беседы, а потом сделает несколько кадров за рабочим столом и в приёмной. Не возражаете?

– Не возражаю, – любезно ответила Лера. – Начнём?

– Начнём, – кивнул Митя и включил диктофон. – Калерия, Вы закончили Институт стран Азии и Африки, специалист по арабской литературе. А теперь российское телевидение, с патриотическим уклоном. Расскажите, пожалуйста, как Вы к этому пришли?

Улыбнувшись, Лера немного задумалась.

– По любви, – неожиданно начала она. – Сначала к телевидению. По правде говоря, в университете я планировала заниматься научной работой, но телевидение всегда было моей тайной страстью. Ещё в детстве мне особенно нравилось смотреть новостные репортажи с места событий. Мы с родителями жили за границей во время их командировки, к нам в гости приходили корреспонденты тогда советского телевидения. Я обожала их расспрашивать о работе, о том, как готовятся передачи, как репортажи доходят до Москвы. Я гордилась, что могла разговаривать с этими людьми. Мне самой безумно хотелось стоять в кадре с микрофоном, на фоне какого-нибудь события и рассказывать о нём. Прямой эфир я всегда считала верхом профессионализма. На тебя смотрят тысячи глаз, слушают тысячи ушей, и ты не имеешь права на ошибку. На факультет журналистики в МГУ я бы не попала – не было тогда обязательных к поступлению публикаций в прессе, поэтому выбрала институт рядом, в соседнем здании. Я надеялась, что смогу перевестись со временем. Ведь были случаи перехода с одного факультета на другой. Во время учёбы заинтересовалась арабской историей и литературой, стало жалко уходить. Надеялась, после окончания устроиться диктором телевидения, которое транслировало наши передачи на арабском языке. На последнем курсе мне посчастливилось попасть на практику в московское бюро одного арабского телеканала. Сначала помогала шефу бюро и корреспондентам с переводами. А по окончании университета канал предложил мне постоянную работу. Вы же помните наши 90-е… Хотелось самостоятельности, финансовой независимости. Параллельно поступила в аспирантуру, планируя написать диссертацию по специальности. Но это пришлось отложить. К диссертации я вернулась во время декретного отпуска. Муж все шутил, что ребёнок будет суперумный… Так и получилось. – Лера нежно улыбнулась. – Иногда я думаю, как же по-восточному мудра моя дочь! Наверное, мое образование повлияло.

Лера с Митей тепло рассмеялись.

– Любовь к мужу привела меня на российское телевидение, – продолжила Лера. – Он с нуля создал наш канал. Я ему помогала, потом втянулась, – голос Леры дрогнул.

– А когда его не стало, наши акционеры решили, что канал должна возглавить я. Вот и получилась почти история любви.

Митя долго расспрашивал Леру о процессе работы канала, о родителях, об их отношениях, в детстве, в юности и сейчас. Они говорили о совмещении полноценной карьеры с семейной жизнью, с воспитанием детей, конечно же, о Лидочке и её отношении к маминой работе, о том, как Лера проводит свободное время, о её пристрастиях в литературе и кино. Точнее, говорила в основном Лера, а Митя слушал, неустанно благодаря изобретателя диктофона, ибо ему всё сложнее было выныривать из глубины Лериных глаз, чтобы задать очередной вопрос.

Они проговорили почти два часа, совершенно не заметив. Когда Митя выключил диктофон, а Игнат начал собирать аппаратуру, Лера удивилась своей мысли о том, что ей не хочется отпускать Дмитрия. «Он очень приятный собеседник, – охладила Лера саму себя. – А тебя ждёт гора работы».

Лера проводила журналистов до двери, а Марина, ещё более гордая собой от того, что её сфотографировали в качестве иллюстрации к интервью (рассказывая о работе, Лера отметила, что Марина – её бесценный помощник), вызвалась проводить их до выхода из здания.

Рабочий день подходил к концу. Лера подписала документы, уже потихоньку начала собираться домой. К счастью, офис находился не очень далеко от дома, минут за 30 можно было дойти пешком, а на машине, если без «пробок», так и вовсе минут десять. В этот день Лера приехала на машине, поскольку с утра шёл дождь. К вечеру он закончился, и снова выглянуло солнце. Лера решила оставить машину на стоянке канала и прогуляться. Погода в тот вечер была великолепная. Заканчивался май, на открытых верандах ресторанов сидели люди, активно отдыхая после работы и совершенно не думая о предстоящем утре.

Лера ещё находилась под впечатлением интервью и необходимости делиться воспоминаниями. Как же изменилась Москва за последние годы! В нынешней Москве можно увидеть стильность Лондона и романтику Парижа, кипящие эмоции Рима и размеренность Берлина, особенно в «спальных» районах. И всё же, у Москвы есть свое неповторимое лицо, свой характер. Наслаждаясь чудесным вечером, Лера медленно дошла до дома. Когда она отперла квартиру, ей на встречу выскочила Лидочка с радостным криком «Мама пришла!». Прямо на пороге Лера присела на корточки и раскрыла объятия. Прижимая дочь к себе, ощущая её волосики на своей щеке, взволнованный ритм маленького сердца, которое, казалось, билось во всем хрупком тельце, Лера в который раз подумала, что ради таких минут стоит жить.

Из комнаты вышла Александра Борисовна, Лидочкина няня.

– Калерия Вадимовна, добрый вечер! Лидочка очень ждала Вас, чтобы показать свой номер для праздника, – сказала она. – В субботу в школе будет праздник Последнего звонка, и первоклассники по старой традиции готовят представление выпускникам.

Няня, вышедшая на пенсию учительница одной из центральных спецшкол, была, пожалуй, постарше Лериных родителей. Дама старой закалки неукоснительно соблюдала ритуал общения с родителями своих воспитанников. Лера её даже немного побаивалась и одновременно радовалась, что может иногда чуть-чуть ощущать себя школьницей.

– Добрый вечер, Александра Борисовна! – поздоровалась Лера в ответ и добавила:

– Сейчас и начнём генеральную репетицию.

Лидочка побежала обратно в комнату переодеваться для выступления.

С ранних лет Лида занималась в балетной школе, где делала большие успехи. Педагоги поговаривали о серьёзной карьере, видя, как пластична и артистична девочка. Занятия балетом нравились Лидочке, они очень дисциплинировали её, способствовали безупречной осанке и грациозности движений. Лера сомневалась в необходимости посвящения дочери балету, но к счастью, ещё оставалось время для принятия окончательного решения.

На школьном празднике Лиде доверили сольную танцевальную композицию под старую песню «Школьные годы». Специально для выступления сшили белое платье в пол с множеством оборок, в которое Лида и облачилась, пока мама не вошла в комнату. Девочка стояла посередине, уже готовая к танцу. Александра Борисовна поставила диск, зазвучала музыка и номер начался. Это был самый настоящий театральный этюд, безупречно исполненный и с хореографической точки зрения. На последних аккордах в свете люстры Лере вновь померещилось лицо Леонида, который счастливо улыбался. Когда музыка закончилась, Лида присела в низком реверансе под аплодисменты мамы и няни.

– Мамочка, ты ведь придёшь на праздник? В субботу ведь не надо работать! – быстро заговорила Лидочка.

– Никакие рабочие дела не заставят меня пропустить твое выступление! – с уверенностью ответила ей Лера. – Конечно, приду! А после праздника будем обедать в ресторане и кататься на кораблике.

– Ураааа! На кораблике кататься!!!! – обрадовалась Лидочка и вновь закружилась по комнате, распевая собственный импровизированный мотив.

После интервью с Лерой Дмитрий поехал в редакцию. Всю дорогу он думал о своей собеседнице, о её волшебном голосе, о том, что она на три года старше, что у неё есть дочь, и что, по словам Ильи, она до сих пор любит покойного мужа, и что у него, Мити, скорее всего, нет никаких шансов. И всё-таки попробовать стоит, подумал Митя.

Через день ему принесли расшифровку записи интервью. Он перечитал текст, который почти не надо было поправлять, настолько грамотно и интересно говорила Лера. Он вставил свои вопросы, чтобы интервью выглядело как интервью, и задумался над названием статьи. Ничего путного на ум не приходило. В какой-то момент его взгляд упал на конверт на столе. Это были приглашения на показ коллекции его знакомой, дизайнера женской одежды. Митя даже подпрыгнул на стуле от радости и схватил телефон, чтобы набрать номер Калерии. Она ответила почти сразу.

– Калерия, добрый день! Можете ли говорить? – Митя чудовищно волновался, он сделал паузу, чтобы унять дрожь в голосе. Услышав положительный ответ, он продолжил:

– У меня почти готова статья, могу выслать текст, правда, пока без названия. Возможно ли будет ещё раз с Вами встретиться? Я покажу Вам фото, сможете выбрать. Вы уже подобрали фото с дочерью? – от волнения Митя сразу выдал все заготовленные заранее реплики.

– Даже не знаю, что и выбрать – вздохнула в ответ Лера. – В минувшую субботу был праздник Последнего звонка. Лида там выступала, а я снимала. Получились прекрасные кадры. А потом мы гуляли по Москве, и там тоже масса отличных снимков. И ей, и мне нравятся все. А статья – сюрприз для неё, поэтому не могу спрашивать её совета.

– Готов Вам помочь, – сообразил Митя. – Я могу приехать к Вам, и мы вместе выберем. Согласны?

– Большое спасибо, конечно. А когда?

– Хоть сегодня, если Вы свободны.

– Можно лучше завтра? Вам удобно с утра? – предложила Лера.

– Конечно, удобно! – обрадовался Митя. – До завтра! А текст пришлю сейчас, заодно завтра обсудим.

Митя почти запрыгал от счастья. Как правило, он не встречался с интервьюируемыми, но здесь был особый случай. Он отправил сообщение с текстом Лере, а потом помчался к Игнату за фотографиями.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

ИСАА – Институт Стран Азии и Африки при МГУ им. М.В. Ломоносова (здесь и далее – прим. автора. Другие источники указаны)

Вернуться

2

МГИМО – Московский Государственный Институт Международных Отношений

Вернуться

3

Chapeau (фр.) – шапка, головной убор. Выражение, обозначающее «Снимаю шляпу».

Вернуться

4

L’amour (фр.) – любовь

Вернуться