Гюзель Ахунова
Разговор с великолепным Босфором

Солнце и жара, или снова туда, где тебя ждут

– Алла-а-а-а-а-а-аху акбар! Алла-а-а-а-ху акбар!

Призыв муэдзина, казалось, заполнил все улицы, дав команду правоверным мусульманам собираться на полуденную молитву. К воротам мечети устремился живой поток людей. Небольшое столпотворение создалось у невысокого фонтана, расположенного в самом центре двора мечети, который был окружен небольшими стульчиками для удобства. Некоторые особо проворные уже заканчивали омовение, другие терпеливо ждали своей очереди. Все происходило без лишней суеты. Люди проходили внутрь мечети и занимали места для молитвы: мужчины – в центре мечети, а женщины поднимались на балкон второго этажа, куда вела узкая лестница, покрытая ковром с мягким ворсом.

Электрического света внутри мечети было мало. Его с лихвой компенсировали лучи солнца, струящиеся из множество окошек. Словно рука Всевышнего заботливо обнимала всех прихожан, стремясь каждому дать тепло и защиту. Свет отражался от огромного ковра, покрывающего весь пол мечети, и поднимался ввысь, под самый купол, зрительно делая его еще выше. В этом безграничном пространстве люди казались небольшими песчинками, которые выстраивались в ровные ряды согласно разметке на ковре.

Меня всегда интересовало, почему в мечети женщины молятся отдельно от мужчин, ведь в церквях нет такого. Воистину, когда ты задаешься вопросом, то тебе посылают ответ. Вот и я прочитала на одном из исламских сайтов, что во время намаза ничто не должно отвлекать от молитвы. Представьте, что будет твориться в голове мужчины, когда он будет созерцать впереди себя женщину, сгибающуюся в довольно соблазнительной позе. Тут не до молитвы, мысли этого мужчины будут течь совершенно в другом направлении. Поэтому, предвидя это, ислам оберегает мужской пол от посторонних дум. Для них будет лучше, если женщины будут молиться вдали от вожделенных взглядов. Да и женщинам так спокойней.

Я снова в Стамбуле, мечеть Сулеймание – мое излюбленное место – приняла меня в свои объятия, словно долгожданную гостью. Даже чайки, кажется, приветствуют меня своими громкими гортанными криками. А солнце ощупывает мое лицо своими лучами, заставляя щуриться, будто проверяет, все ли на месте, ничего не изменилось ли.

Судьба постоянно посылает нам разных людей, мы стремимся найти счастье с каждым из них, но иногда разочаровываемся и не понимаем, что было не так, почему обстоятельства так сложились, что при всех радужных перспективах вдруг происходит расставание. Проходит время, и порой довольно много, прежде чем вы осознаете, что этот посланный судьбою урок усвоен. Что так, как случилось – неминуемый вариант, и есть лишь попытки спорить с судьбой, предугадывать ее, то есть не проходить этот урок, а отягощать теорию практикой, но так или иначе – все равно это случится. Из вашей жизни уйдет нечто важное. Уйдёт вместе с тем, кто это важное принес. А затем, когда-нибудь, вы поймете, что так и должно было быть, поймете, почему и… согласитесь. Потому что вслед за этим приходит другое, гораздо более нужное и близкое. Приходит и остается надолго, на всю жизнь, даря ежедневное наслаждение и осознание того, что вы все сделали верно. И по-другому просто быть не могло.

И все же, как это чудесно, когда тебя ждут. Когда тебя любят, даже если у тебя в голове тысячи видов тараканов, шествующих хаотично и не всегда логично. Ведь любят просто так. За то, что ты есть. За то, что вместе всегда тепло и уютно. Сидеть рядом, прихлебывая горячий чай из стаканов-тюльпанов. Разговаривать обо всем на свете и одновременно ни о чем. Смеяться. И находиться на самой вершине блаженства. И даже молчать вместе есть о чем.

Истинная Любовь тем и велика, что она либо не приходит, либо приходит навсегда. Это верность друг другу за пределами жизни и смерти. Никто её не может отнять, и никто и ничто не в силах её разрушить. Любящие могут чувствовать друг друга на расстоянии, наяву или во сне. Они несут друг друга в сердце и не просто любят, а живут друг другом. Присутствие одного всегда подразумевает присутствие другого, даже если физически они находятся очень далеко друг от друга. Благо сейчас расстояние можно свести к абсолютному нулю благодаря интернету.

Однако вырваться из повседневной суеты в реальности, пусть даже на очень короткое время, для того, чтобы напитаться солнцем и теплом, намного приятней. Когда ты можешь прижаться, вдохнуть запах, почувствовать прикосновения того, кого любишь – что может быть прекрасней?

Я выхожу из мечети и спускаюсь по извилистым улочкам к берегу Босфора, который уже ждет меня нетерпеливо всплескивая своими волнами, гребешки которых окрашены в белый цвет, словно выражая недовольство моим долгим отсутствием. Я выбираю камень побольше, такой, чтобы на нем можно было комфортно разместиться, кладу свой рюкзачок на край, сама усаживаюсь рядом.

– Я тоже скучала по тебе, мой великолепный Босфор. Прости, что долго не приезжала, так получилось. Но теперь я здесь и никуда не тороплюсь, и наш разговор может быть очень длинным. О чем ты поведаешь мне на этот раз?

Кюнефе, или волосы с сыром в сиропе

Турция – удивительная страна, где превосходно сочетаются совершенно несочетаемые между собой вещи. А уж про кухню я вообще не говорю. Удивительные блюда, умопомрачительные ароматы, красивая сервировка, огромные порции – поразительно, как туркам удается быть стройными.

Я много раз приезжала в Турцию, последние шесть лет прилетаю в Стамбул, пробовала много разных блюд. Видела этот удивительную румяную запеканку с горсткой измельченных фисташек в середине, но так и не удосужилась попробовать. Видимо, всему свое время.

В одну из вечерних прогулок мы забрели в кафе, и Акын предложил к чаю взять кюнефе.

– Что это такое – кюнефе? – удивленно спросила я, мне всегда интересно что-то новое.

– Это тесто с сыром, запеченное на огне, – Акын очень старался объяснить мне, что это такое, но, увы, это невозможно объяснить, надо видеть.

– Ничего не поняла, – я пожала плечами.

– Сейчас принесут, и увидишь своими глазами, а потом попробуешь, – Акын умел создать интригу. – Это очень вкусно.

В том, что это вкусно, я не сомневалась, однако гораздо интересней мне было увидеть.

Принесли два стаканчика чая. Потом официант принес алюминиевую тарелку, в небольшом углублении которой лежал сверкающий румяный блин с шкворчащим сиропом по периметру и щедро посыпанный дроблеными фисташками.

– Попробуй. Но сначала надо загадать желание. Когда ты что-то пробуешь впервые, надо обязательно загадать что-нибудь сокровенное. И только после этого можно пробовать, – как любой восточный человек, Акын очень суеверен.

Я взяла десертную вилку и зацепила кусочек кюнефе. К моему удивлению за зубьями вилки потянулся шлейф белых нитей. Я положила этот кусочек в рот. Прекрасное сочетание сладкой вермишели и несладкого сыра растеклось по моему языку. Это божественно! Наслаждение каждым кусочком, томно прикрытые глаза, стремление растянуть это удовольствие как можно дольше. Если можно почувствовать экстаз, то это оно, несомненно.

– О, çok güzel (прекрасно), – от моих слов Акын расплылся в довольной улыбке.

– Я был уверен, что тебе понравится.

В этот момент я уже знала, что обязательно найду рецепт кюнефе в интернете и попробую приготовить дома. И как оказалось, что все не так сложно.

Говорят, что кюнефе пришел из Антакьи. Есть легенда о происхождении этого лакомства, которая гласит о том, что одна женщина пекла лепешки, а ее дочь случайно уронила кусочек сыра в тесто. Женщина раскатала лепешку вместе с сыром и запекла в печи. А когда угостила этими лепешками соседей, все пришли в полнейший восторг. Вот так зародился король десертов – кюнефе.

Итак, начнем.

Для начала скажу, что кюнефе – это один из самых популярных десертов в Турции. Готовят его из специального теста, кадаиф. Это тесто похоже на тонко нарезанную вермишель. Несоленый сыр кладут между двух слоев теста кадаиф и пропитывают сладким сиропом. Все предельно просто. Правда, сейчас кадаиф можно купить в магазинах, а раньше его готовили вручную, поэтому кюнефе был гостем только на праздничных или свадебных столах, ибо приготовление теста кадаф – процесс очень долгий и непростой.

Вторая сложность – сыр для начинки. В Турции используют несоленый козий сыр. В России такой сыр сложно купить, поэтому можно использовать любой сыр, который быстро плавится. Самое лучшее – использовать моцареллу, ту, которая продается без рассола, она наиболее близка по свойствам.

Кюнефе готовят в сковороде, я беру сковороду диаметром 30 см.

450 г теста кадаиф, 250 г моцареллы, 120 г сливочного масла, 2,5 стакана воды, 2 стакана сахара, 1 ч.л. сока лимона.

Для начала надо распаковать тесто и оставить размораживаться. Это процесс не сложный, полностью описан на упаковке теста.

Затем надо сварить сироп из воды и сахара. После растворения сахара добавить сок лимона и убрать сироп с огня.

Тем временем разобрать размороженное тесто на отдельные ниточки и смешать с растопленным сливочным маслом, пропитывая каждую ниточку теста. Разделить тесто на две части.

Смазать поверхность сковороды (я беру тефлоновую, чтобы кюнефе не прилипало ко дну) тонким слоем сливочного масла. Уложить одну часть кадаиф в сковородку, стараясь равномерно распределить его по всей поверхности дна, и хорошенько примять волокна теста, с силой утрамбовывая его о дно. Тесто должно быть хорошо примято – это одно из главных условий вкусного десерта. Поверх теста разложить кусочки сыра, нарезанного нетолстыми пластами. Поверх сыра выложить остатки теста и снова хорошенько примять. Можно даже использовать подходящую по диаметру кастрюлю или тарелку.

Поставить сковороду на средний огонь и поджарить до равномерной золотистой корочки, двигая сковороду по огню для равномерной прожарки середины и краев. В процессе готовки периодически проводить лопаткой между тестом и краем сковороды, чтобы тесто не прилипло. Этот процесс занимает около 10 минут. Затем взять крышку сковороды, накрыть ею кюнефе и перевернуть. Уложить на сковороду другой стороной и жарить до готовности.

Как только кюнефе будет готово, влить сироп и сразу же выключить огонь. Не бойтесь, если сироп начнет шкворчать и пениться – так и должно быть. Дать постоять минут пять для пропитки. Выложить в красивое блюдо и щедро посыпать верх дробленными фисташками.

Самое вкусное – есть кюнефе теплым, с пылу с жару. Можно положить сверху шарик мороженого, это даст дополнительный вкус. Тающее холодное мороженое с горячим кюнефе – это просто восторг!

Этот десерт настолько чудесен, что неудивительно, что я стала фанаткой кюнефе. И иначе просто быть не может. Попробуйте, и вы убедитесь в правдивости моих слов.

Акведук Валента, или величественный страж Константинополя

В Стамбуле есть удивительное сооружение, которое является одним из символом современного Стамбула наравне с Голубой мечетью и Девичьей башней. Это акведук Валента. Он был построен в IV веке и прослужил верой и правдой жителям Константинополя вплоть до середины XIX столетия. Акведук Валента является частью грандиозной системы водоснабжения города, которая растянулась более чем на 550 км, а это почти в три раза больше, чем подобная римская водопроводная система.

Летом, когда стояла жара под 50 градусов, источники воды пересыхали, и город испытывал большие сложности с питьевой водой. Стамбул со всех сторон окружен водой, но она не была пригодна для питья. Многочисленные колодцы не могли решить эти трудности. В Константинополе строили огромные цистерны, в которых хранилась дождевая вода, но этого было недостаточно. Проблема с нехваткой питьевой воды всегда была очень актуальна, и каждый правитель старался приложить все усилия для устранения этой проблемы, строя различные коммуникации.

Крупный источник пресной воды располагался в Белградском лесу и был самым близким к городу – всего 20 км. Вставал вопрос о том, как доставить воду из леса в город. Величайшие инженерные умы по приказу императора Константина I предложили построить гидросистему, одной из частей которой и стал акведук Валента, его еще называют Боздоган Кемери (Bozdoğan Kemeri). Название свое акведук получил от имени правителя, во время которого и была завершена стройка – Валента.

Кстати говоря, Белградский лес получил свое название от поселения близ леса, которое основали пленные сербы. От источников, расположенных в Белградском лесу, зависела жизнь всего Константинополя, поэтому лес и земли близ него на 5–6 км строго охранялись императорскими законами и войсками.

Двухъярусная конструкция имеет вид эстакады. Для построек того времени акведук был грандиознейшим и сложнейшим инженерным сооружением, который соединял два холма города. Акведук раскинулся на 1 км, а максимальная его высота достигала 28 метров. Для его строительства были использованы камни из стен, обрамляющих греческий город Халкидон. Вода, которая текла по свинцовым трубам акведука, попадала в большую цистерну, размещавшуюся на нынешней площади перед военным министерством, а уже оттуда поступала в императорский дворец. Отравления свинцом случались довольно часто, но альтернативы этому металлу в те времена не было.

Водопровод был спроектирован и запущен довольно быстро, однако его продолжали достраивать и совершенствовать еще на протяжении десяти лет.

Ранее на месте акведука Валенты был другой акведук, построенный еще императором Андрианом. Однако с течением лет он пришел в абсолютную негодность и перестал функционировать. Именно на месте этого старого акведука заложили новый.

Есть легенда, что при извлечении камней из стены рабочие обнаружили старую плиту, на которой были начертаны слова предсказания, что император умрет сей же момент, когда работы по строительству водопровода будут закончены. Самое интересное, что предсказание сбылось. Император Валент погиб в битве в готами близ Андианополя, к этому моменту работа водопроводной системы была четко отлажена.

Акведук начал разрушаться еще во времена правления императора Юстиниана из-за многочисленных землетрясений, однако для его реставрации ничего не было предпринято. Местами части водопровода были полностью разрушены, что сводило назначение акведука на «нет».

Реставрация началась при правлении султана Сулеймана Великолепного, по приказу которого строители отремонтировали разрушенные части, тем самым снова сомкнув арки водопровода в единую цепь. Руководил работами придворный архитектор и блестящий инженер Мимар Синан. Он создал проект, способный обеспечить город водой. Система Синана состояла из 40 фонтанов, которые вкупе с восстановленным акведуком решала проблему доставки питьевой воды. Во времена Османской империи вода по акведуку попадала и во дворец Топкапы.

В начале XX столетия часть водопроводной системы, которая располагалась близ мечети Фатих, снесли, однако через 100 лет вновь восстановили по инициативе ЮНЕСКО.

Первоначально структура водопровода была прямой, однако рядом с мечетью Фатих прямая линия изгибается, словно обнимает святыню. Акведук построен из камней, но местами каменные кирпичи чередуются с деревянными блоками из кедра. Второй ряд арок укреплен железными скобами для большей прочности сооружения.

Поскольку снабжение водой для города было очень важной задачей, акведук регулярно ремонтировали, именно поэтому водопровод хорошо сохранился. Сейчас можно увидеть акведук длиной всего около 800 метров. Былой высоты уже нет, средняя высота пролета сейчас около 20 метров. Это произошло за счет активного строительства близ водопровода, а также естественной просадки опор и поднятия уровня земли.

По большей части акведук одноэтажный, а под арками простираются извилистые улочки Стамбула. Наиболее красив акведук Валента на пересечении с бульваром Ататюрка, именно здесь располагаются двухэтажные пролеты водопровода. Ночью акведук искусно подсвечивается системой ламп, которые создают чудесную атмосферу, полную таинства.

Адрес: Dülgeroğlu Sok., 25B, Fatih / İstanbul, Turkey.

Как добраться: на трамвае Т1 от площади Султанахмет до станции «Аксарай».

Пророческий сон, или сбежавшая невеста

Этот мой приезд был особенным. После всех ссор и выяснения отношений наступило примирение. Насколько оно будет длительным, я не знала. Но хрупкий мир лучше прочной вражды. Поэтому я радовалась общению, хотя все же недоверие было.

Особенным было и то, что между нами произошла близость, та близость, которая соединяет любящих мужчину и женщину. Близость, заставляющая сердца биться чаще, а тела покрываться бесчисленным количеством мурашек. Когда одно только прикосновение позволяет переместиться в другой мир.

Акын – глубоко верующий мусульманин, соблюдающий законы ислама. Человек, читающий намаз пять раз в день. И для него близость между нами, которая произошла, была грехом. Потому что перед Всевышним мы были друг для друга чужими людьми, а это значит, что близость была прелюбодейством. А это смертный грех, за который в Судный день придется отвечать по всей строгости закона.

Я родилась и всю жизнь прожила в России. Да, я стараюсь соблюдать законы исламской веры, но все же не так строго. Я не очень страдала от того, что мы переспали. Но для Акына это был серьезный проступок.

– Теперь, как честный мужчина, ты должен на мне жениться, – произнеся эти слова, я улыбалась.

– Теперь я обязательно должен взять тебя в жены, – Акын был настроен очень серьезно.

Честно сказать, меня его слова немного напугали. Учитывая опыт общения с этим турецким мужчиной на протяжении всего прошедшего года, я вовсе не была уверена, что хочу провести с ним остаток своей жизни. Слишком экстремальными были некоторые его поступки, во всяком случае, для меня уж точно.

– Я подумаю, – отшутилась я, как обычно.

– Думать нет времени, – Акын не принял мою шутку. – Надо читать никах. Обязательно, иначе никак нельзя. Грех.

Мы гуляли, пили чай, шутили, дурачились. Но временами его глаза становились очень серьезными, а в моей голове постоянно крутилась мысль: «Выходить замуж? Не выходить замуж?» Самое главное, что тут не попросишь помощь зала, только сама можешь решить эту дилемму.

А может быть, попробовать звонок другу?

Я позвонила своей подруге, поделилась своими размышлениями. Она мне сказала:

– Слушай, что ты все усложняешь? Прочитайте никах, раз для него это важно. А потом ты скажешь три раза «Талак. Талак. Талак». И все – проблема решена, вы разведены.

Я лишь отрыла рот от такого совета. Как все просто, до безобразия. Для тех, кто не знает, сообщаю, что слово «талак» с арабского переводится, как «развод» или «отказ».

– Ты знаешь, моя дорогая, я не хочу так. Это же не игра. Это моя жизнь. И никах – это религиозный брак, то есть брак перед Всевышним. Брак, заключенный на небесах. И тут простым «талак» не отделаешься. Это нечто большее, чем брак, заключенный в загсе и подписанный на бумаге.

Окончательно и бесповоротно стало понятно, что я только сама могу разрешить этот вопрос.

– Все, времени нет. Послезавтра ты уезжаешь. Значит, завтра идем в мечеть. Я договорился с муллой, и свидетели тоже придут, – Акын был настроен очень серьезно.

А у меня началась настоящая паника. Мне казалось, что меня заарканили и ведут туда, куда я не хочу идти. Причем сопротивляться тоже вроде бы как неудобно. «Что делать?» – с этой мыслью я легла спать, завернувшись в руки Акына, спящего глубоким сном младенца, которому завтра купят новую игрушку.

– Не делай этого, – маленькая старушка в ситцевом платке и крупными серьгами с янтарем в ушах строго смотрела на меня. – Не делай этого, – повторила она снова, затем повернулась спиной и пошла прочь от меня неспешной походкой.

– Нанейка, почему? – я побежала за ней, но никак не могла ее догнать. Она все время оказывалась далеко впереди меня. А я, как ни старалась, не могла идти быстрей, словно на ноги мне повесили пудовые гири и еще перевязали их между собой. В отчаянии я закричала ей вслед:

– Почему-у-у?

Эхо унесло мой голос. Но ответа не было. Да и нанейки уже не было. Лишь туман, который поглотил все вокруг. Никого не было рядом со мной.

Я проснулась от шума воды. Акын делал тахарат (омовение) перед молитвой. А я лежала в кровати, ошеломленная от сна. Обычно я не помню свои сны, но тут был совершенно иной случай. Мне дали ответ на мой вопрос. И я не знала, как сказать об этом Акыну.

Весь день я была очень задумчива, и это было совершенно не похоже на мое обычное поведение, что Акын сразу же заподозрил что-то неладное.

– У тебя что-то болит?

– Нет, canım (дорогой), ничего не болит.

– Что-то случилось? – в своем стремлении докопаться до истины Акын был очень настойчив.

– Нет, все хорошо, ничего не случилось.

– Я точно знаю, что что-то случилось, просто по какой-то причине ты не хочешь мне говорить. Хорошо, скажешь, когда захочешь.

Акын отправил меня в душевую комнату для полного омовения перед никахом. А я на автомате делала то, что он мне говорил, и никак не могла озвучить ему, что я не готова читать никах.

Мы пришли в мечеть. Это небольшая мечеть рядом с домом Акына, в которой он часто читает намаз. Конечно же, все прихожане мечети и мулла прекрасно знакомы друг с другом. Акын проводил меня за шторку, которой была отделена от основного зала женская половина, а сам ушел еще раз поговорить с муллой и шахидами (свидетелями), которые будут свидетельствовать факт нашего бракосочетания. Я начала читать намаз, в конце молитвы попросила Всевышнего: «Дай мне силы обо всем рассказать Акыну, я боюсь его гнева».

Однако ничто не может длиться вечно. Шторка открылась, заглянул Акын.

– Ты готова?

– Нет еще, – мой язык стал деревянным.

– Сколько времени тебе понадобиться?

– Акын, я не могу сейчас читать никах, – наконец-то мои губы смогли произнести эти слова признания.

– Как? Почему ты сразу мне не сказала? Я держу людей, у них ведь есть свои дела, – Акын старался быть спокойным, но у него это плохо получалось. – Что случилось? – мой пока еще не состоявшийся муж был в полной растерянности.

А меня будто парализовало, причем все части тела одновременно.

– Сейчас я скажу им, что все отменяется, – Акын опустил ткань, скрывающую женскую половинку от нескромных глаз.

Я молча вышла из-за шторки, взяла свою обувь, начала одевать ее. Мои глаза были полны слез. Я вышла из мечети и пошла к выходу. Акын догнал меня и быстро прошел вперед. Перед мечетью было небольшое кафе.

– Давай посидим здесь, чай попьем, поговорим, – он не мог скрыть своего раздражения и некоторой злости.

– Хорошо, – я старалась не смотреть на него. Почему-то мне было стыдно. Но стыдно не перед ним, а перед самой собой. За свою трусость. За свое малодушие. За свой страх.

– Что-то случилось? – он повторил свой вопрос. Конечно же, без разборок не обойтись, Акын хочет узнать причины моего поступка. И это его право.

Естественно, как человек, умудренный жизненным опытом, он прекрасно понимал, что что-то произошло. Ибо я так устроена, что не умею притворяться. Мое внутреннее состояние моментально отражается на моем поведении. И если меня что-то гложет, то это сразу же становится заметно.

Я подключила все свои скрытые ресурсы в знании турецкого языка и постаралась объяснить Акыну, почему я отказалась сейчас читать никах. Я рассказала про сон, про нанейку, про ее слова.

– Почему ты решила, что ее слова были про никах? – для Акына были непонятны мои пространные объяснения. Что-то из области фантастики: сон, нанейка, какие-то слова.

– Я не уверена, но лучше подстраховаться. Она меня очень любила и пришла в ночь перед никахом не просто так. Она о чем-то хотела меня предупредить, – я старалась максимально доходчиво объяснить причины моего отказа.

– Ты знаешь, любая турецкая женщина, если бы я предложил ей читать никах, побежала бы в мечеть впереди меня, а ты отказываешься, – он искренне не понимал меня, а я никак не могла донести до него мою позицию.

– Что ж, хорошо. Давай, женись на турецкой женщине, раз уж ты так хочешь, – в отчаянии выпалила я.

– Ты что? – Акын опешил от моей реакции. – Мне не нужная турецкая женщина. Мне нужна ты.

– Раз так, значит, подождем. Завтра я уезжаю. Приеду через месяц-два, тогда и посмотрим. Ты меня любишь, я тебя тоже люблю. Небольшое промедление ничего не изменит.

Он не принял мои слова, но, тем не менее, согласился с ними. Ибо деваться было некуда. Не может же он меня, в конце концов, силой потащить под венец.

Мама Акына расстроилась больше всех. Она спросила меня:

– Дочка, может быть, ты хотела дома читать никах, а не в мечети? Мы можем все устроить.

– Нет, Тюркан-ханум, я отказалась не поэтому, – и снова рассказ про сон, про слова нанейки.

– Но ведь это всего лишь сон, не больше. И ты даже не уверена, что нанейка твоя сказала, чтобы ты не читала никах.

– Да, не уверена. Но лучше подождать.

Все родственники и знакомые были в полнейшем недоумении от моего поступка. А у меня в душе было четкое осознание того, что я все сделала правильно. Просто жаль, что не призналась сразу. Хотя Акын, как мудрый мужчина, понял, что что-то идет не так, ибо мое настроение в этот день было совершенно другим, не таким, как обычно. Но для него было совершенно неожиданным мой отказ читать никах.

Однако для меня самым главным было то, что я была совершенно спокойна. От осознания того, что все же смогла признаться в своем нежелании читать никах сейчас. Все встало на свои места.

Идеальный атрибут завтрака, или «не открывай»

Любой, кто отдыхал в Турции, несомненно, пробовал эти удивительно вкусные булочки. Название булочек – ачма, что переводится с турецкого, как «не открывай» (açma). Странное название для булочек. Вероятно, имеется в виду, что не надо разламывать булочку, чтобы посмотреть ее начинку, а надо сразу есть ее, чтобы насладиться этой чудесной выпечкой, мягкой, как пух, и сладкой, как мед.

Мои дети часто едят ачму на завтрак вкупе с медом, маслом или джемом. Я беру булочки на работу, чтобы попить с коллегами ароматный чай, приправляя ее неспешной беседой, словно и нет рабочего дня в самом разгаре. Иногда хочется остановить свой сумасшедший бег, чтобы насладиться нежнейшим вкусом, чтобы затем продолжить свой марафон дальше.

Готовятся эти булочки очень просто.

Для теста: полстакана теплого молока, полстакана теплой воды, полстакана растительного масла, около 4 стаканов муки, 3 столовой ложки сахара, 2 яйца, 1 столовая ложка сливочного масла, 5–6 г дрожжей (примерно полпачки), 1 чайная ложка соли.

Для начинки: кунжут, черный тмин, суджук, сыр, оливки, маслины.

Приготовить опару, для чего смешать молоко, воду и дрожжи. Затем добавить сахар и 1 стакан муки. Хорошо перемешать и оставить на расстойку. В поднявшуюся опару добавить соль и растительное масло. Замесить тесто, постепенно добавляя муку. Тщательно все вымесить, тесто должно быть достаточно мягким, часто говорят «как мочка уха». Оставить тесто, чтобы поднялось, обычно оно увеличивается раза в два.

Готовое тесто разделить на шарики, из этого количества получается около 10 шариков размером с небольшой мандарин. Каждый шарик раскатать в тонкую лепешку, смазать растопленным сливочным маслом. И теперь простор для фантазии. Можно раскидать по всей поверхности лепешки мелко нарезанные оливки, маслины, суджук, натертый сыр. Можно просто посыпать сахаром. Скрутить лепешку в длинную трубочку, слегка растягивая ее и немного перекручивая, как веревку, и соединить оба конца. Получается кольцо с симпатичной дырочкой посередине. Впрочем, при выпечке эта дырочка исчезнет.

Выложить готовые булочки на противень, смазанный маслом или застеленный пекарской бумагой, и оставить минут на 20 на расстойку. Отдохнувшую ачму смазать молоком или яйцом (кому как нравится), посыпать черным тмином или кунжутом и отправить в предварительно разогретую до 180°С духовку. Выпекать 20–25 минут.

Заварите для себя душистый чай, положите на красивую тарелку ачму, откусите кусочек булочки, глотните чай. Почувствуйте, как тепло разливается по всему телу, а аромат пушистой выпечки заполняет все клетки, и просто кайфуйте.

Кстати говоря, ачма не подойдет тем, кто сидит на диете и подсчитывает каждый калорий съеденного. Но ведь иногда можно и расслабиться, чтобы побаловать себя чем-то вкусненьким и вредненьким. Не правда ли?

Леблеби, или как похрустеть губками вместо попкорна

Леблеби. Удивительные горошины нута бежевого цвета. Эдакий турецкий попкорн. Жареному на медленном огне лакомству более 600 лет. Он распространен в странах Востока, где и взрослые, и дети охотно хрустят этими горошинами. Можно отведать нут с добавлением кунжута, меда, различных пряностей, его часто жарят с сахаром или солью. Жареный нут в Турции даже более популярен, чем семечки подсолнуха в России.

Впервые леблеби я попробовала, когда сестры Акына, Нурджан и Севги, привезли мне подарочную коробку из Чорума. Только там можно полакомиться самым свежим и самым вкусным леблеби. Это было нечто удивительное на вкус. Раньше я никогда не пробовала нут в сахаре или кунжуте, хотя много раз видела, как продают его на базаре. Попробовав, восхитилась его уникальным вкусом. Турция умеет удивлять и очаровывать, каждый раз убеждаюсь в этом.

Кстати говоря, в этой поездке у Севги и Нурджан случились интересные приключения, причем в самом начале путешествия, и мы до сих пор смеемся, вспоминая об этом. Впрочем, обо всем по порядку.

Накануне они приехали к своей матери в гости и за чашечкой чая говорили о предстоящей поездке. Девочки же сделали себе кофе, и каждый закурили по сигарете. Акын, делая маленькие глотки чая, сказал:

– Kızlar (девочки), не упустите свой самолет, вы столько курите, что можете заболтаться и забыть про время.

– Ты что, abi (брат), разве возможно такое????

На следующий день Акын звонил мне по видеосвязи и рассказывал историю о том, как эти две красавицы заранее приехали в аэропорт, зарегистрировались на свой рейс и зашли в кафе, которое находилось прямо рядом с их выходом на посадку, выпить по чашке кофе. Закурив сигареты, обе забылись в душевном разговоре. И вдруг одна из них видит, как их самолет, который стоял как раз напротив их столика, начинает отъезжать от трапа. Они бросаются к служащим аэропорта, но ничего сделать уже нельзя, самолет начал рулежку. В результате им поменяли билет на более поздний рейс, но уже в другой город, от которого надо было добираться до места на автобусе несколько часов. В общем, дорога, которая должна была занять всего пару часов, в результате удлинилась почти до половины суток.

И Акын, очень эмоционально жестикулируя в камере, горячо возмущался:

– Как так можно?! Я же их предупреждал! А все сигареты, будь они неладны!

Все, конечно же, завершилось благополучно. Самое главное, все живы и здоровы. А в мою копилку попала еще одна интересная история. Впрочем, я немного отвлеклась.

По-турецки «leblebi» значит "губка к губке". Структура горошины и в самом деле далека от совершенства: с одной стороны его окаймляет углубление, придающее горошине нута сходство с губами человека.

Сегодня столицей леблеби является провинциальный город Чорум, где он продается на каждом углу. Местные жители утверждают, что их горох вкуснее и полезнее всех прочих сортов и жуют его постоянно. Леблеби прекрасно утоляет голод. Его можно употреблять вегетарианцам. Очень часто жареный нут употребляют, когда хотят снизить уровень холестерина в крови.

А еще леблеби хорошо сочетается с пивом вкупе с просмотром любимого фильма. Детям обычно предлагают сладкие леблеби. Если измельчить нут в муку, то из него можно испечь различные печенья, а также сделать халву. Нутовую муку даже добавляют в кофе.

Немного о самом городе Чоруме. Чорум расположен в 600 км от Стамбула в Северной Турции, среди величественных холмов, усыпанных густыми лесами, рядом течет небольшая река Чорум Чайы. Здесь изготавливают замечательные изделия из пряжи и кожи, великолепен чорумский текстиль. Множество мелких мастерских занимаются изготовлением медной утвари. Близ Чорума великое множество фермерских хозяйств, занимающихся сельским хозяйством. Плодородная почва региона позволяет выращивать разнообразные овощи и фрукты.

Долгое время Чорум считался городом с самым чистым воздухом во всей Турции.

Во всем мире Чорум знают, как город, близ которого были найдены остатки хеттских поселений. Каждые три года в Чоруме проходит конгресс ученых-археологов, посвященный цивилизации хеттов.

Недалеко от города Чорум расположен термальный источник Чайкёй, температура воды в котором 32–33 градуса. Вода эта помогает в лечении многих болезней, прежде всего ревматизма.

Великолепный век, или может ли кухарка управлять государством?

Наверное, самым долгожданным для меня был сериал «Великолепный век», реклама которого началась по нашему телевидению задолго до его показа. Я уверена, что вы его смотрели. Он невообразимо длинный и затянутый, полный интриг и загадок. Но меня привлекало в этом сериале не это. Я была в полнейшем восторге от обстановки, от нарядов, от украшений. Красивые туалеты султанш и наложниц, изысканные украшения, переливающиеся блеском драгоценных камней, простая и одновременно богатая обстановка комнат дворца, витиеватые речи людей, перемежающиеся бесконечными «иншааллах», что в переводе означает «как пожелает Аллах», и «машааллах», что можно перевести, как «что пожелал Аллах». Немного отступая в сторону и дабы предотвратить вопросы, сразу поясню, что слово «иншааллах» обычно употребляется по поводу события, которое произойдет в будущем, а «машааллах» – по поводу уже свершившегося.

Я была во дворце Топкапы в Стамбуле, но без людей обстановка абсолютно неживая. А в сериале показана жизнь, которая проходила в интерьерах этого дворца. Загадочный восток всегда манил европейцев, вероятно, именно поэтому в нашей стране, как и во всем мире, этот сериал имел ошеломительный успех. И народ потянулся в Стамбул, чтобы своими глазами увидеть те места, которые были показаны в сериале. И это действительно интересно. Давайте и я расскажу вам немного об этих местах и людях.

Думаю, что начать надо с самой знаменитой наложницы всех времен и народов – Хюррем-султан. Это именно тот случай, когда женщина сама себя сделала. Но не буду забегать вперед – обо всем по порядку.

Славянская колдунья, или как привлечь внимание султана и остаться живой

Давным-давно, на территории Галицкого княжества, в славном городе Рогатин жила-была девушка по имени Анастасия. От роду ей было лет пятнадцать. Отец ее, Гаврила Лисовский, служил священником в местном православном храме. Девушка ничем особенным не отличалась, и жизнь ее вполне могла бы протекать, как тысячи других ничем не примечательных. Однако все сложилось иначе.

Пыль приднестровских дорог оседала на копытах сильных коней, несущих в своих седлах османских воинов, поднимались клубы дыма над сожженными селами галицкими, кровь текла рекой, протяжные стоны неслись над разоренными землями. К Рогатину приближалось войско суровых янычар, не знающих пощады. Они разоряли города и села, громили торговые лавки, забирая товары, сдирали дорогие убранства церквей и не брезговали даже скудным имуществом горожан. Но самое главное для янычар – живой товар, который можно было продать на невольничьих рынках и заработать целое состояние, если повезет. Здесь чрезвычайно ценились красивые девушки, за которых охотно платили богатые османы. Не менее высоко оценивались и сильные юноши, которых покупали, как рабов.

Всех пленников сажали на фелюги, которые гнали в Стамбул, на знаменитый базар Бедестан. Стройную девушку с ярко-рыжими волосами, обрамляющими ее красивое лицо, охотно показывали всем, кто хотел купить еще одну наложницу для своего гарема, ибо она была молода и прекрасна. Хозяин немедленно выставил ей самую высокую цену.

Анастасия привлекла внимание визиря султана Сулеймана Ибрагима-паши, который как раз подыскивал достойный подарок для своего повелителя в честь его восхождения на престол. Визирь торговался с хозяином, но хозяин не уступал ни куруша. Так продолжалось до тех пор, пока Ибрагим-паша не обмолвился, что покупает подарок для султана Сулеймана. Тогда торговец наотрез отказался брать деньги, ибо для его дела это послужило бы отличной рекламой. Да и услужение самому султану было особой честью. Тут надо особо отметить, что таким образом Анастасия не была куплена за деньги, она была подарена. И именно этот факт позволил ей стать законной женой султана Сулеймана спустя несколько лет. Ибо султан мог официально жениться только на свободной женщине.

Ибрагим-паша, увидев «товар», был обескуражен. Красавица с золотыми волосами смеялась! Вместо слез отчаяния и проклятий она смеялась! И визирь еще раз убедился в том, что он принял верное решение, решив преподнести ее в дар султану, ибо эту жизнерадостную девушку, безусловно, заметят среди ленивых и изнеженных обитательниц султанского гарема. А уж тогда и он не будет обделен милостью своего Повелителя.

В 1521 году Анастасии было всего 15 лет, когда за ней навсегда закрылись тяжелые двери гарема. За свой острый язычок и веселый смех она получила прозвище «Хюррем», что переводится, как «смеющаяся». Больше никто и никогда не называл ее Анастасия. Теперь она была Хюррем, и ее раскатистый смех звонко перекатывался по комнатам и коридорам гарема.

Есть легенда о том, как султан увидел Хюррем. В один прекрасный вечер, когда султану были представлены новые рабыни, которые в стремлении понравиться Сулейману старались удивить его своими танцевальными навыками, в круг танцующих стремительно влетела небольшая фигурка. Она оттолкнула центральную девушку и раскатисто рассмеялась, а потом запела. Султан Сулейман был немало удивлен и заинтригован.

Евнухи ждали знака от Повелителя: казнить или наградить? Приготовить для наглой девушки шнурок для удавки либо одеть ее для ночи с султаном? Дворец султана, частью которого был и гарем, всегда жил по довольно жестоким законам, и поступок Хюррем нарушал многие из них, ибо был смел и дерзок. Известен случай, когда наложница, заснувшая в постели султана, невольно дернула рукой во сне. Ей приснился страшный сон. Султан Сулейман, полный подозрений, решив, что она хочет убить ее, сразу же задушил девушку. Она даже не успела проснуться и понять, в чем ее вина.

Но в тот же вечер султан прислал шелковый платок Хюррем. Это был условный знак, что вечером султан ожидает ее в своей опочивальне. И она пришла к нему, и поразила его своей молчаливостью. Это было полнейшей противоположностью того, что султан увидел при первой встрече. А на вопрос, чего бы она хотела, Хюррем лишь попросила позволения посещать библиотеку дворца, чем еще больше шокировала Повелителя. Обычно просили золото или деньги. Высочайшее разрешение было получено. Вскоре султан отправился в военный поход, а когда вернулся, обнаружил, что Хюррем свободно разговаривает на турецком, персидском и арабском языках.

Повелитель обширной империи с удовольствием проводил время с Хюррем, каждый раз поражаясь многогранности ее ума, на ее смеющееся лицо было приятно смотреть, с ней было комфортно находиться. В ее обществе султан отдыхал от своих обязанностей.

В записках современников можно прочитать, что султан Сулейман был настолько очарован Хюррем, что с того времени был только с ней. Она не была красива, скорей просто мила. Да и идеалу женщины она вовсе не соответствовала – рыжие волосы, жгучие глаза, довольно пышная фигура, вздернутый носик. Но у ней было то, чего не было у восточных женщин: ее красота была стойкой и долгое время не подвергалась увяданию, а восточные женщины рано старели и переставали привлекать внимание мужчин.

Однако даже не это было главным. Я сама неоднократно разговаривала с мужчинами на эту тему. И практически каждый говорил, что красота важна только при первой встрече. А после интимной близости хочется о чем-то и поговорить, а для этого нужно быть не только красивой, но и обладать хорошими умственными способностями. Так и Хюррем – ее достоинства не заканчивались на особенной внешности. Она была умна, с ней можно было обсудить разные вопросы, вплоть до государственных дел. Она умела отвлечь султана от проблем империи.

Она была настоящей женщиной: умной, хитрой, целеустремленной, умела быть мягкой и податливой при необходимости – это именно та дьявольски взрывоопасная смесь, которая помогла ей выжить в гареме, полном зависти, интриг и заговоров.

Венецианец Наваджеро писал: «Его Величество султан так сильно любит Роксолану, что в османской династии еще не было женщины, которая пользовалась бы таким уважением. Говорят, что у нее милый, скромный вид, и она очень хорошо знает натуру Великого властителя». Могу добавить, что Хюррем действительно хорошо знала натуру султана Сулеймана и умело ею управляла.

Хюррем писала книги и посвящала любимому султану стихи. Но это вызывало у людей не уважение, а страх, потому что для того времени было очень необычно и непривычно. Султан Сулейман проводил с ней все свои ночи. Она много читала и наблюдала, постоянно развивалась. Все эти качества создали Хюррем славу колдуньи. Все вокруг говорили о том, что она опутала чарами султана, прибегнув к помощи нечистой силы. Несмотря на то, что Хюррем не привораживала султана, он был всецело пленен ею.

Девушка с жадностью училась всему новому, всему тому, чему учили ее во дворце, как губка впитывала все, что преподносила ей жизнь. Она оставалась после уроков для дополнительных занятий. Изучала языки, танцевать, но самое главное – каждый день она училась играть по жестким правилам чужой для нее страны, той страны, которая станет для нее родным домом. И прошла пятилетний курс обучения за два года! Хюррем приняла исламскую веру. Веру, которую исповедовал ее любимый мужчина.

Законы гарема очень жестоки, во дворце постоянно нужно было быть начеку. И чем выше ты поднимаешься по гаремной лестнице, тем больше опасностей тебя подстерегало. На долю Хюррем досталось немало интриг, что, впрочем, помогло ей разбираться в людях и развили в ней способности психолога. Она неустанно изучала поведение людей и в конце концов научилась определять кому что нужно, как действовать в отношении того или иного человека. Ведь там, где она жила, действовал закон джунглей: либо ты съедаешь, либо съедают тебя. Все довольно жестко.

Все эти усилия не пропали даром. Ее острый ум был способен дать лучший совет в любых государственных вопросах, чем охотно пользовался султан Сулейман. Но оценив ум своей наложницы, султан Сулейман также восхищался красотой и веселым нравом Хюррем. И вскоре их накрыла романтическая любовь. А через несколько лет, в 1530 году, султан заключает с Хюррем никах – брак по исламским законам. Это был очень неожиданный поступок, который султан совершил во имя любви к своей рыжеволосой красавице. Вопреки всем обычаям. Вопреки законам Османской империи. Вопреки всем уговорам и разговорам. Теперь Хюррем стала Хасеки Хюррем-султан. Номинально в султанском дворце был большой гарем, но фактически Хюррем была самой любимой, а главное – единственной женой.

Английский посол Джорж Янг писал своей королеве в 1530 году: «На этой неделе здесь произошло событие, какого не знает вся история здешних султанов. Великий повелитель Сулейман в качестве императрицы взял рабыню по имени Роксолана, что было отмечено празднеством великим. Церемония бракосочетания проводилась в серале, чему посвящались пиршества размаха невиданного. Улицы города по ночам залиты светом, и всюду веселятся люди. Дома увешаны гирляндами цветов, всюду установлены качели, и народ качается на них часами. На старом ипподроме построили большие трибуны с местами за позолоченной решеткой для императрицы и ее придворных. Роксолана с приближенными дамами наблюдала оттуда за турниром, в котором участвовали христианские и мусульманские рыцари; пред трибуной проходили выступления музыкантов, проводили диких зверей, включая диковинных жирафов с такими длинными шеями, что они доставали до неба… Об этой свадьбе много ходит разных толков, но никто не может объяснить, что все это может значить.»

Положение Хюррем при османском дворе стало весьма прочным. И гарантом этого была искренняя любовь султана Сулеймана. Для него Хюррем стала воплощением всего, что он приветствовал в женщинах: она была не только превосходной любовницей, но и умной собеседницей, которая ценила искусство и отлично разбиралась в политике, она великолепно танцевала. Но главным ее отличием от других наложниц было то, что Хасеки умела любить и быть любимой. Долгими часами она могли говорить о политике, искусстве, любви, писали друг другу стихи. Высшей наградой для двух влюбленных было побыть друг с другом наедине, что удавалось нечасто. Султан Сулейман часто уходил в походы, которые длились годами. Всего он совершил 13 военных походов, многократно увеличив территорию Османской империи. В разлуке они писали друг другу письма, наполняя их витиеватыми стихами на арабском и персидском языках.

”Мой султан, – писала Хюррем своему любимому мужу, – какая безграничная и жгучая боль расставания. Спасай меня, несчастную, и не задерживай своих прекрасных писем. Пусть душа моя получит хоть каплю радости от твоих посланий. Когда нам их читают, твой слуга и сын Мехмед и твоя рабыня и дочка Михримах плачут, тоскуя по тобе. Их слезы сводят меня с ума”.

”Моя дорогая богиня, моя удивительная красота, – писал ей в ответ султан, – госпожа моего сердца, мой самый яркий месяц, моих желаний глубинных спутница, моя единственная, ты мне милее всех красавиц мира!”

Султан Сулейман настолько доверял своей Хасеки и столь высоко ценил ее, что разрешал ей принимать иностранных послов и отвечать на письма иноземных правителей и влиятельных вельмож. И правители других государств признавали ее, султаншу с блестящим умом и дипломатическим талантом.

Вся Европа сгорала от любопытства в своем стремлении узнать об этой необычной женщине, которая на приемах в Топкапы была рядом с султаном и не скрывала своего лица. Все хотели знать о той, которая заставила Повелителя Османской империи забыть о существовании других женщин. Очень часто в письмах, которые отправляли в Европу купцы и дипломаты, жившие в ту эпоху, встречалось имя Хюррем-султан. Так, например, один из венецианских купцов в 30-е года XVI века писал: «Я знаю нескольких надежных людей… Это старухи, торгующие притираниями и ведовскими снадобьями, чтобы разжечь любовь… Вы ведь знаете, как суеверны эти женщины! Непонятно лишь, какая надежда может существовать в Топкапы сейчас: давно прошли те времена, когда к ложу султана по коридорам гарема приводили робких красавиц. Теперь опустели залы, по султанским коврам ползают гадюки и скорпионы… Нежные ноги не ступают больше по коридорам гарема. Ходит лишь поганая красноволосая ведьма да ее недоноски… В последнем письме вы спрашивали о том, что нового я сумел узнать об этой женщине. Все то же. Она единственная женщина в султанском гареме, имеющая официальный титул. Она – султанша Хасеки, и султан Сулейман разделяет с ней свою власть. Но в Европе она известна больше под именем Роксолана. Роксолана – от племени, из которого она произошла. В последнее время многое говорится о роксоланах с Украины. Роксоланы – дикие славянские племена, живущие где-то в степи. Все, что известно о них здесь, – это казаки, бич султанского трона, да проклятая ведьма, которую все ненавидят еще больше, чем этих пресловутых казаков…»

Все удивлялись, как рабыня смогла выжить в таких суровых условиях, когда жизнь женщины стоит не больше, чем жизнь бродячей собаки. Как она смогла победить и занять такое положение, когда самые великие мужи мира склоняли перед ней колени. Как она смогла занять место рядом с султаном Сулейманом и встать во главе Османской империи наравне с ним. Она вызывала зависть и ненависть, ее боялись. Но она всегда – и тогда, и теперь – вызывала восхищение!

Посланник габсбургского двора в Стамбуле докладывал своему королю: «О Сулеймане стали говорить как о первом султане, полностью попавшем под влияние женщины. Единственным изъяном в характере Сулеймана является его чрезмерная преданность жене. Эта прелестная и своенравная женщина руководила Сулейманом тридцать два года до самой своей смерти».

Как истинная женщина, Хюррем превосходно знала, когда нужно промолчать, а когда заговорить, когда погрустить, а когда смеяться.

Несмотря на то, что она появлялась в обществе с открытым лицом, видные деятели ислама почитали ее образцовой правоверной мусульманкой. Даже дворцовая стража боготворила эту женщину с рыжими волосами, которую никогда не видели без очаровательной улыбки. И Хюррем-султан отвечала им тем же. Она увеличила янычарам ежегодное жалование, строила для них новые казармы и дала им множество привилегий.

Султан Сулейман опустошил свою казну, забрав все до последнего куруша, и отправился завоевывать персидские земли. На управлении он оставил Хюррем-султан, которая должна была придумать, как заработать деньги, ибо надо было на что-то жить и содержать государство.

Но не зря ее называли колдуньей. Она наполнила казну деньгами буквально из воздуха. Немало не смутившись, Хюррем-султан разрешила открыть винные лавки в портовых районах Стамбула, а также в квартале, где жили европейцы. И в султанскую казну рекой потекли деньги. Но Хюррем-султан на этом не остановилась. Она отдала приказ углубить бухту Золотой Рог, отремонтировать причалы в Галате. И в Стамбул стали приходить не только легкие фелюги, но и крупные суда, которые привозили тонны товаров со всего света. Торговые базары Стамбула росли, как грибы после дождя.

Теперь казна регулярно пополнялась, и у Хасеки-султан было достаточно денег для постройки новых мечетей, лечебниц, медресе, бань, домов престарелых и других объектов. Когда Сулейман вернулся из похода, он не узнал свой дворец – настолько его перестроили. И средства для этого были добыты его умной женой, которая оказалась еще и прекрасным бизнесменом.

В качестве султанши Хюррем накопила огромные богатства, которые использовала для строительства и реставрации строений в Стамбуле, Эдирне и Анкаре. На ее деньги были построены архитектурные комплексы в Иерусалиме и в Мекке.

Вакф (благотворительный фонд), созданный Хюррем-султан отчитывался перед ней за каждый израсходованный куруш: в документах можно найти зарплаты персонала, затраты на их питание и обслуживание зданий. Эта модель документа даже сегодня является актуальной для благотворительных организаций.

Несмотря на ее высокое положение, ибо фактически она была вторым человеком в государстве после султана Сулеймана, неприятные воспоминания о тех унижениях, которые она пережила, неотступно преследовали Хюррем. И как только в казне появились деньги, Хасеки-султан тотчас же приказал сравнять с землей невольничий рынок, где она была продана, и возвести на этом месте большой комплекс, включающий в себя мечеть, медресе и больницу. Мечеть и больница до сих пор действуют, находятся в районе Хасеки и носят имя султанши, которая построила эти здания.

В самом сердце Стамбула, на площади Султанахмет, есть большая баня, построенная на деньги Хюррем-султан и также носящее ее имя. Хасеки поставила непременное условие: все доходы от хамама должны идти на содержание Айя-Софии. Может быть, в глубине души, будучи дочерью священника, она надеялась, что на стенах бывшего храма, а ныне мечети, вновь можно будет увидеть лики святых.

Султан Сулейман не был развратным человеком, скорее он был замкнут, меланхоличен и суров. Он любил читать, сочинять стихи, которые подписывал псевдонимом Мухибби. В Хюрем он увидел родственную душу и влюбился в ее ум, всем сердцем ощущая эту духовную близость с ней.

Еще в молодости, как и полагалось по обычаям, он женился на дочери черкесского хана по имени Гульбахар, во дворец ей дали имя Махидевран. Она была очень красива, но не могла вызвать любви султана, это был просто династический брак. Черкешенка родила ему первенца – сына Мустафу, который и считался главным претендентом на османский престол.

Хюррем родила ему четырех сыновей и красавицу-дочь. Это был своего рода рекорд. Ибо роды в то время были невероятно сложными и выматывающими. Двое ее сыновей умерли по естественным причинам, один был удавлен шелковым шнуром по приказу самого султана. А еще один сын остался в живых и стал султаном после смерти отца – султаном Селимом II. Он был похож на свою мать рыжими волосами и цветом лица. Но о нем я расскажу немного позже.

Хюррем отлично осознавала, что пока один из ее сыновей не станет султаном, ее положение при дворе будет очень шатким. Несмотря на то, что султан очень любил и ценил свою Хасеки, все же в любой момент он мог увлечься другой наложницей, более молодой и красивой, и не дай Аллах, сделать ее законной женой. И тогда была опасность, что старую жену могут казнить. В гареме ходило много баек про то, как неугодных наложниц сажали в мешок, зашивали его и по специальной трубе сбрасывали в Босфор. Удавка шелковым шнурком была бы в этом случае счастьем быстрой смерти. Опасаясь измен со стороны султана, Хюррем предпринимала предупредительные меры.

Ее жизнь постоянно была опутана сетью наговоров, интриг, сплетен придворных и вымыслов завистников. Но мудрые люди говорят, что нет дыма без огня. Кто знает, как оно было на самом деле. Законы дворца были довольно жестокими и, чтобы выжить, надо было достаточно активно и в то же время жестко действовать. По прошествии почти пяти столетий образ Хюррем-султан покрылся множественными слухами и плотной паутиной легенд. Сейчас уже невозможно доподлинно сказать, насколько сплетни были правдой, ибо судьба ее была и впрямь очень необычной.

Именно Хюррем-султан настояла на своем переезде во дворец Топкапы, который в то время был административным центром империи. Гарем располагался в Старом дворце. Но однажды там внезапно вспыхнул пожар, и Хюррем-султан с домочадцами вынуждена была переехать в Топкапы. Надо ли говорить о том, что пожар был очень своевременен? Она умела добиваться того, чего хотела.

Посол Австрии писал в своих письмах, что Сулейман находится под сильным влиянием султанши, которая может заставить его сделать все, что она захочет. Есть те, кто был абсолютно уверен в том, что Хюррем-султан применяет колдовские зелья и использует славянские чары.

Первенец султана Сулеймана и Хюррем-султан по имени Мехмет был любимым сыном правителя. И он всерьез рассматривал его, как претендента на трон. Но, к великому сожалению, Мехмед умер в возрасте 22 лет от оспы. Хотя ходили упорные слухи, что к его смерти причастна Махидевран-султан.

Нельзя забывать о том, что жестокий закон о престолонаследии, который установил еще султан Мехмет-Завовеватель, обязывал каждого взошедшего на трон султана умертвить всех своих братьев, дабы не было междоусобных войн. Так называемый «закон Фатиха» заставлял каждую мать думать лишь о том, как возвести на престол своего сына, а это значило, что сын оставался жив, а мать при этом приобретала обширные права Валиде-султан. Хюррем-султан не была исключением, все ее поступки были направлены на выживание и сохранение жизни своим детям.

За время брака, а это почти сорок лет, Хюррем султан сделала все возможное и невозможное. Жертвой номер один стал визирь Османской империи Ибрагим-паша, который был очень близок с султаном, и тот ему всецело доверял. Султану представили достаточно убедительные доказательства того, что Ибрагим-паша сговорился с королем Франции и готовил заговор против Сулейман-султана. Правитель отдал приказ задушить своего визиря. И освободившееся место тот час же занял Рустем-паша, который на тот момент был зятем султана – мужем Михримах-султан.

Говорят, что именно Хасеки-султан и Рустем-паша приложили руку к казни первого сына Сулеймана – Мустафы. Так это или нет, сейчас невозможно доподлинно установить. Султана убедили в том, что Мустафа готовить дворцовый переворот, заручившись поддержкой сербов. Это звучало достаточно правдоподобно – в те времена заговоры были довольно обычным делом. По османским законам было запрещено проливать кровь султанов и членов их семей, именно поэтому в большинстве случаев их душили шнурком из шелка. Был задушен не только сам Мустафа, но и его сыновья.

Путь был очищен. Хюррем-султан стала первой женой, а шехзаде Селима провозгласили наследником. При этом были убиты шехзаде Баязед и его дети, впрочем, это произошло уже после смерти Хюрем-султан.

Однако она не увидела и восхождения Селима на трон, ибо скончалась от скоротечной болезни. Ей было всего 56 лет. Есть разные версии этого. Одна гласит, что ее отравили, так как за столько лет она обрела множество врагов и недоброжелателей. Другая предполагает, что она умерла от болезни сердца. Еще одна версия – она умерла от воздействия хронической болезни, которая дала тяжелейшие осложнения. Как известно, медицина в те времена была не столь прогрессивна, поэтому продолжительность жизни была довольно низкой.

Смерть Хюрем-султан очень опечалила Сулеймана, он оплакивал свое одиночество, выражая скорбь в стихах. Он потерял близкого человека, который был для него наложницей, другом, любовницей, а самое главное – она была его соратником во всех делах и начинаниях. Смерть Хюррем-султан была очень неожиданной для султана, место ее захоронения не было готово. Гроб с телом Хасеки почти год стоял в мечети Сулеймание, пока строилась ее гробница.

Усыпальница Хюррем-султан построена архитектором Мимаром Синаном на кладбище комплекса Сулеймание в Стамбуле. Это восьмиугольный мавзолей, декорированный изразцами из Изника, покрытыми изображениями райских садов и отрывками стихов Мухибби. Как вы помните, именно под таким псевдонимом творил султан Сулейман. Таким образом, он всегда рядом со своей любимой султаншей и шепчет ей слова любви. Под сенью резной оградки, больше похожей на хрупкую шкатулку, укрытая золотым покрывалом, схожим по цвету с цветом ее волос, упокоилась та, что была наречена при рождении христианским именем Анастасия, а похоронена по исламским обычаям под мусульманским именем Хюррем.

Незадолго до смерти Хюррем султан Сулейман привел ее к мечети Сулеймание и сказал, что эта мечеть, как его сердце, будет биться вечно. Именно в этот момент Хюррем попросила своего мужа похоронить ее здесь, ибо она всегда хотела быть похороненной в сердце любимого и остаться там навсегда. И раз уж сердце султана в этом мечети, то и могила ее тоже должна быть здесь.

Напоследок расскажу одну легенду, которая очень долго гуляет в народных массах. Легенда про сорок наследников Сулеймана, гласящая о том, что когда Хюррем-султан приняла решение о назначении наследника, всех остальных детей должны были умертвить. Она смогла убедить в этом Сулеймана. Шехзаде Баязида предупредил верный человек, и он смог сбежать и укрылся в Иране. Хюррем-султан отдала приказ отыскать в гареме, а также на всей территории Османской империи сыновей султана, рожденных другими наложницами, и задушить всех. Оказалось, что таких отпрысков было около сорока человек. Все они были лишены жизни.

Но на самом деле это мало похоже на правду. Ибо каждый шаг султанской семьи тщательно учитывался. Каждое рождение и каждая смерть подлежала четкому контролю и учету. Особенно, когда это касалось семьи правителя. Учет велся в гаремных и иных документах. Здесь тщательно записывалось все: начиная от того, сколько продуктов ушло на изготовление десерта в честь рождения шехзаде и заканчивая всеми тратами на его содержание. Все члены семьи жили во дворце, дабы оказаться рядом в случае смерти одного из претендентов на трон. По причине несовершенной медицины детская смертность была очень высока. Более того, члены династии находились под пристальным вниманием не только исламского Востока, а также христианской Европы. Многочисленные купцы и послы доносили своим правителям о рождении ребенка у того или иного султана, ибо по обычаям вежливости полагалось послать подарок и письмо с поздравлением. Все эти послания хранятся в архивах, и по ним можно восстановить количество наследников любого султана, в том числе и султана Сулеймана, ибо имя каждого тщательно записано в документах. У султана Сулеймана всего было 8 сыновей – один от наложницы Фюлане, один – от Махидевран-султан, один – от Гюльфем-хатун, пять сыновей родила Хюррем-султан – и одна дочь, Михримах-султан.

В документах упомянуто, что не Хюррем, а султан Сулейман казнил своих сыновей – Мустафу и Баязида. Тем более, что Баязид был лишен жизни через четыре года после смерти матери. Скорей всего, легенда о смерти сорока потомков султана Сулеймана – еще один миф. Один из тысяч и одного мифов Османской империи.

Хюррем-султан было личностью очень противоречивой. До сих пор ее жизнь является загадкой для историков.

Одни утверждают, что она была очень щедрой женщиной, которая поддерживала бедных, строя больницы, медресе и мечети. Для паломников, отправляющихся в священную Мекку, она построила места отдыха на всем протяжении пути из Стамбула. Самый известный ее благотворительный проект – вакф Иерусалима, созданный в 1541 году, который представлял огромную кухню, где могли получить пищу все бедные и нуждающиеся.

Другие утверждают, что она была безжалостным человеком, который жестоко устранял все и всех на своем пути.

Как бы там ни было, она была поистине уникальной женщиной, которая смогла покорить Повелителя мира и стать ему равным партнером по жизни.

Стать свободной, или как слезы заменить молитвами

Как я уже писала в предыдущей главе, Хюррем-султан стала первой женщиной, которая достигла столь невероятных высот в управлении государством, что ей было разрешено построить мечеть в центре Стамбуле. Ранее жены и матери сыновей тоже строили мечети, но это были небольшие мечети в тех провинциях, куда они уезжали после совершеннолетия своих детей. В столице же строили только султаны и приближенные к ним сановники.

Мечеть Хюррем-султан является редким исключением, как и вся ее жизнь, ибо не многие мечети возводились с целью увековечить память любимой женщины, а уж строить целый комплекс и вовсе не дозволялось никакой султанше. Эта мечеть и прилегающий к ней комплекс особенный, уступающий по своим размерам только комплексам Фатих и Сулеймание.

Дабы стереть из памяти и с земной поверхности все неприятные воспоминания о своем первом появлении в Стамбуле и связанном с ним унижениями, Хюррем-султан выбрала местом для строительства своей мечети территорию невольничьего рынка. Именно отсюда она была подарена торговцем живым товаров Ибрагиму-паше. Район назывался Аврат Пазары, что в переводе с турецкого означает «женский рынок».

Получив высочайшее разрешение своего мужа на строительство, Хюррем-султан создает фонд своего имени и дает поручение архитектору Мимару Синану создать проект мечети, медресе, больницы и столовой для бедных, фонтана. В 1538 году строительство было начато, мечеть была построена уже через год, а сам комплекс строился почти 13 лет. Все строительство финансировалось из денег созданного фонда.

Изначально мечеть имела один купол, диаметр которого был всего 11 метров. Мечеть была настолько мала, что в 1612 году управляющий фондом Хасан-бей снес заднюю стену и пристроил еще одно такое же здание со сводчатым потолком. Так там, где раньше была стена, появились своды, которые опирались на круглые колонны из темного мрамора, а сама мечеть стала двухкупольной. В процессе строительства камни были столь плотно подогнаны друг к другу, что швов между ними практически незаметно.

Когда я посещала эту мечеть, а это было еще во времена, когда турецкий язык я почти не знала, служитель на смеси английского и турецкого рассказывал и показывал мне, какая часть старая, а какая новая. Разница между ними, конечно же, есть. Но это только, если знать об этом. А если не присматриваться, то, кажется, будто мечеть изначально была построена с двумя залами, отделанными в разных художественных стилях.

Восьмиугольная форма мечети с двумя рядами арочных окон, которые создают превосходную освещенность внутреннего пространства мечети. У этой мечети всего один невысокий минарет, который пристроен сбоку здания. Как и во всех мечетях во дворе есть небольшой фонтан для омовений.

Кафедра минбара украшена резьбой по дереву. Ниша михраба в стене отделана в стиле барокко и заполнена традиционными сталактитами. Стены покрыты фарфоровой плиткой в бирюзовых и синих тонах, Квадратное пространство зала оформлено цветными изразцами в темно-синих и бирюзовых тонах, большая часть которых содержит стихи о любви к Хюррем. Уникальна огромная люстра, которая свисает с потолка всего в трех метрах над полом.

Мечеть Хюррем-султан довольно уникальна. Несмотря на весьма скромные размеры, она была в то время третьей по вместимости мечети в Стамбуле. Здесь одновременно могли молиться до пяти тысяч человек, хотя снаружи мечеть выглядит довольно небольшой.

По сравнению со скромной мечетью остальная часть комплекса, на строительство которой была затрачена огромная сумма, восхищает своими размерами. Здания построены в северной части кюллие (комплекса). Вид их очень необычен за счет большого количества малых и больших куполов. Сюда входит больница, в которой лечили от всех болезней, медресе, библиотека, столовая для бедных людей. В больнице работали врачи, фармацевты, медсестры, помощники. Персонал насчитывал 28 человек, жалованье которым платили из фонда Хюррем-султан. Тем, кто не мог или не хотел лечиться в больнице, два раза в неделю выдавались лекарства, стоимость которых тоже покрывалась из денег фонда. Здание больницы и сейчас используется по прямому назначению.

Здания несколько раз страдали от землетрясений и пожаров. Одно из самых сильных землетрясений было в 1894 году. Однако каждый раз их восстанавливали в прежнем виде. Интерьер самой мечети был обновлен в 1969–1970 годах. Во время этой реставрации несколько изразцовых плиток были переданы в Археологический музей Стамбула и сейчас выставлены в Изразцовом павильоне музея. Во время этой же реставрации узкой улочкой отделили мечеть от остального благотворительного комплекса.

Строительство медресе было завершено в 1540 году. Оно выдержано в классическом османском стиле, по периметру находятся купольные галереи, а в центре – внутренний дворик. Частью комплекса является один из самых больших действующих хамамов, который был недавно отреставрирован. Сюда можно прийти и смыть с себя груз забот и проблем, выйдя отсюда буквально заново родившейся и красивой, как и та, чьим именем назван весь район.

Для Турции Хюррем-султан является настоящей легендой, образ которой за пять веков оброс многочисленными мифами. Она сумела построить комплекс, который по своим размерам уступал только комплексам Фатиха и Сулеймание, что еще раз доказывает, какой высокое положение занимала она, что было практически невероятным для женщин того времени.

Адрес: Haseki Mah., Haseki Cad., 35, Fatih, Istanbul / Turkey.

Как добраться: на трамвае T1 до остановки «Юсуф-паша», затем перейти улицу Миллет джаддеси и по легкому воздушному мостику выйти на улицу Хасеки. Затем двигаться прямо по улице, пока слева не увидите мечеть Хасеки. Также можно добраться автобусами 73, 80Т, 90Т до той же остановки.

Чудо жизни, или как научиться «феячить»

За стеклом проплывают причудливых форм облака – бесконечная вереница белоснежных перин. Мерно гудит двигатель. Периодически легонько потряхивает в кресле. В наушниках о нескончаемом дожде, нахмуренном небе и неизбежном расставании поёт Доминик Джокер. Его сменяет мелодичный Сами Юсуф, который призывает оставить все на всесильного Аллаха. Ибо только он может все решить наилучшим для нас образом.

Мне близки слова обеих песен. Как научиться дышать без тебя? Как жить вдали друг от друга? Расстояние – наш главный враг. Я понимаю, что нужно время для разрешения всех препятствий, коих множество. Время и наши совместные усилия являются нашими преданными союзниками. А пока молюсь Всевышнему с просьбой о помощи. И часто-часто приезжаю домой, в Стамбул.

«Senden ayrlmak mumkun degil («Невозможно с тобой расстаться»). Seni ozlemek kolay degil («нелегко скучать по тебе»)». В наушниках снова сменился исполнитель. Теперь Таркан поёт о любви, похожей на нашу. Иншааллах все закончится happy end. Ибо по-другому быть просто не может. Я верю. Да будет так! Амин.

Грустно, что приходится расставаться с человеком, с которым тебе легко и комфортно. Но без разлук не было бы встреч. И это обстоятельство примиряет с тем, что приходится покидать родные объятия и дом, где тебе уютно и тепло, где тебя любят и всегда ждут.

Сверху земля кажется маленькой. Все дома становятся игрушечными, а магистрали дорог превращаются в тонкие ниточки. И даже широкие реки сверху кажутся небольшими ручейками. Это ли не чудо?

Ты поднимаешься на высоту в несколько тысяч метров. Хочется раскинуть руки и разбежаться в стремлении взлететь. Но ничего не нужно делать – достаточно купить билет на самолёт. И вуаля – ты взлетаешь выше птиц. Всего несколько минут полёта. И внезапно все вокруг озаряет солнце. С земли его не видно, ибо оно скрыто за толщей туч. Это ли не чудо?

Вот так и в жизни. Для того, чтобы в твоей жизни появилось чудо, иногда достаточно сделать что-то очень простое: встать раньше на полчаса или пойти на работу другой дорогой. Или сделать еще что-нибудь, совершенно непривычное для вас.

В нашей жизни много чудес, к которым мы относимся как к чему-то самому обычному. Главное чудо – мы сами. Проснуться утром, самостоятельно сходить в туалет, умыться, приготовить завтрак… это великое чудо, за которое мы должны быть благодарны Всевышнему. Уметь быть благодарным – важное качество. Моя нанашка говорила: «Довольствуйся малым, будь благодарен тому, что имеешь, и Аллах даст тебе больше».

Прямо сейчас подойдите к зеркалу, улыбнитесь своему отражению и скажите самой себе: «Ты самая лучшая! Ты самая красивая!» Почувствуйте, как изменилось настроение. Как в глазах появились огоньки. Как выпрямилась осанка. Пронесите это состояние через весь день. Поделитесь благоденствием с окружающими. Пусть они «заразятся» вашим счастьем. А вечером поблагодарите за самое драгоценное, что у нас есть – нашу жизнь! Не ждите, пока кто-то ворвётся в вашу жизнь с намерением «нафеячить» в ней. Чудите сами.

Прошу прощения за такое внезапное отступление. Но иногда мне кажется, что я и Акын похожи на Хюррем и султана Сулеймана. Большая часть их семейной жизни прошла в разлуке, но несмотря на это они были очень близки, обменивались письмами, которые не в пример сегодняшнему скоростному интернету, мгновенно доставляющему любой сообщение, шли месяцами. Однако они смогли пронести свою любовь сквозь все испытания и не утратить ни малейшего атома этого великого чувства. Чувства, которое может сподвигнуть человека на самые немыслимые подвиги.

Повелитель мира, или счастливое число «десять»

Наверное, в мире нет человека, который не слышал про султана Сулеймана – десятого правителя Османской империи, который правил в XVI столетии. Число десять стало для него счастливым числом. Эта цифра в исламе олицетворяет счастье, ибо в священной книге мусульман Коране 10 частей, именно столько частей в Пятикнижии, у Пророка, с.а.с., было десять учеников, ровно десять духов охраняют десять небес в исламском раю. В Европе Сулеймана называли Великолепный, в историю Османской империи он вошел под именем Сулейман Кануни (Законодатель).

6 ноября 1494 года в турецком городе Трабзон в семье великого османского правителя родился мальчик, которому дали имя Сулейман. Отцом его был шехзаде Селим, будущий султан Селим I, а матерью – Айше Хафса, дочь крымского хана Менги Гирея. Впрочем, историки расходятся в точной дате рождения правителя. Так, на табличке в гробнице Сулеймана указана иная дата – 27 апреля 1495 года.

Когда умер его отец, Селим I, шехзаде Сулейман был наместником в Манисе. Обычно в эту область отправляли тех шехзаде, которых прочили на трон.

По закону Фатиха, как только очередной султан восходил на трон, он казнил всех возможных претендентов, которых могло быть достаточно много. Обычно султанский гарем был довольно большим, и сын любой наложницы мог считаться возможным соперником. Дабы обеспечить спокойное правление, новый султан не знал пощады. Умертвляли даже младенцев мужского пола. При дворце даже было особое кладбище для маленьких шехзаде, которые стали жертвами кровавого закона.

Султану Сулейману в этом смысле повезло, все его братья умерли в младенческом возрасте из-за болезней. Будущему султану не пришлось бороться за власть, а его отец был уверен в продолжении династии. Имея опыт правления в трех османских провинциях, а также проводя много времени за чтением книг и занимаясь административными делами, на трон будущий Правитель мира вступил уже подготовленным. Отец видел в сыне прекрасные перспективы, и его надежды оправдались. Сулеймана признавали и почитали задолго до его вступления на престол. Ему было 26 лет.

Итак, 22 сентября 1520 года на престол взошел султан Сулейман. Он был умен и справедлив, покровительствовал искусству и сам писал прекрасные стихи, изучил кузнечное дело и, говорят, даже лично принимал участие в отливе боевых пушек. Более того, он был искусным ювелиром.

Как и любой человек, султан все же не был лишен недостатков и противоречий. Воспевая в своих стихах любовь и преданность, отдал приказ о лишении жизни своего сына Мустафы. Заботился о своем народе и бескомпромиссно боролся со взяточничеством, вместе с тем тратил огромные суммы на ведение войн и завоевания территория. Будучи довольно принципиальным человеком, следуя букве закона и неуклонно соблюдая заповеди Корана, женился на своей наложнице и распустил свой обширный гарем. Даже когда Хюррем-султан умерла, он хранил ей верность до самой своей смерти.

Посол Венеции Бартоломео Контарини описывал султана Сулеймана так: «Высокий, крепкий, с приятным выражением лица. Его шея немного длиннее обычной, лицо тонкое, нос орлиный. Кожа имеет тенденцию к чрезмерной бледности. О нем говорят, что он мудрый повелитель, и все люди надеются на его хорошее правление». Это описание вошло в известную книгу английского лорда Кинросса «Рассвет и упадок Османской империи».

Другой венецианец Брагадин спустя несколько лет, в 1526 году, в своем письме пишет про султана так: «Ему тридцать два года, у него смертельно бледный цвет кожи, орлиный нос и длинная шея; с виду он не слишком сильный, однако рука у него очень сильная, что я заметил, когда целовал ее, и говорят, что он может согнуть лук, как никто больше. По своему характеру он меланхоличен, очень неравнодушен к женщинам, великодушен, горд, вспыльчив и вместе с тем иногда очень нежный».

Хорошего правления от него ждали все: и народ Османского государства и государства Европы. И новый султан оправдал их надежды. Но так было лишь поначалу. Он начал свое правление с гуманного жеста – он освободил сотни членов знатных семей из разных государств, некогда плененных его отцом. Это был важный шаг к началу восстановления торговых отношений со многими странами. Европейцы очень радовались, ожидая долговременного мира, однако радость их была преждевременной.

Султан Сулейман, справедливый и уравновешенный на первый взгляд, был отличным стратегом и вынашивал планы о безраздельном владении и военной славе. Шаг за шагом он претворял свои планы в жизнь.

За время своего правления, (а это на минуточку целых 46 лет!) Сулейман-султан лично принял участие в 13 крупнейших военных походах, большая часть которых пришлась на европейские территории. Были бесчисленные небольшие набеги, главной целью которых было максимальное расширение границ Османского государства. И Османская империя действительно стала обширной и могущественной: она простиралась от Ирана до Алжира, от Вены до Египта. Историки подсчитали, что султан Сулейман провел в военных походах, в полевых лагерях и верхом на коне почти десять лет. Османов боялись все, а их правителя часто сравнивали с Антихристом.

В историю султан Сулейман вошел, как один из немногих, которые лично участвовали в военных походах и возглавляли свое войско. Первый поход он предпринял уже через год после начала своего правления. Его влекли венгерские земли. Султан отправляет посла к королю Чехии и Венгрии Лайошу и требует уплаты дани. Однако молодой король, доверившись своим советникам, арестовывает посла и отправляет его в свою тюрьму. Это было расценено Сулейманом, как неуважение, и он объявляет войну Венгрии. Превосходно укрепленная крепость Шабац быстро пала под натиском османских войск. В результате этого военного похода обширные земли по левому берегу Дуная отошли к османам. Затем были Тунис и Алжир, Ирак и Тебриз.

Именно султану Сулейману Мальтийский орден обязан своему появлению. В 1522 году султан повел свои войска на греческий остров Родос, где прочно обосновались рыцари-госпитальеры, которые пиратствовали на Средиземном море и создавали большие проблемы для торговых отношений Османской империи и Египта. Помогали янычарам 400 кораблей. Перед штурмом султан послал ультиматум с предложением мира, но магистр рыцарей решительно отверг его.

Осада острова длилась несколько месяцев: корабельные пушки поливали ядрами с моря, а янычары делали подкопы и устанавливали мины. В ответ рыцари рыли многочисленные туннели и также закладывали мины. В конце концов Сулейман предложил рыцарям мир. Переговоры были успешными: султан гарантировал сохранить жизнь рыцарям, дать им возможность покинуть остров со своим имуществом. Если кто-то не захочет уезжать, то они смогут сохранить свои хозяйства, смогут свободно исповедовать христианскую веру. Султан также гарантировал освобождение от налога на протяжении пяти лет. Предложение было воистину очень щедрым, и рыцари согласились принять его, основавшись впоследствии на острове Мальта. Там позднее и был образован Мальтийский орден.

Укрепив свои позиции в восточном средиземноморье, султан Сулейман направился покорять побережье Красного моря, в котором господствовали португальцы. В 1524 году османский флот вошел в Красное море в районе порта Джидда, сейчас это территория Саудовской Аравии, и разбил португальский флот.

Алжир был захвачен через год. Алжирский флот под предводительством известного пирата Хайреддина Барбароссы стал грозным оружием османов, используемый во всех морских походах.

В 1526 году была знаменитая битва при городе Мохач, где венгерские войска получили сокрушительное поражение. Пленных не брали, но в честь победы у шатра султана была сооружена большая пирамида из отрубленных голов венгерских аристократов. Таков был приказ повелителя, который умел не только делать щедрые предложения, но и быть очень жестоким. Мохач называли «могилой венгерской нации», а любые неприятности считали незначительными, ибо ничто не могло сравниться с трагедией Мочаха. Из этого похода султан доставил в Стамбул две огромные пушки, которые были оставлены еще его прадедом – Мехмедом Завоевателем – при неудачной попытки захвата Белграда.

Победы сыпались на султана, как из рога изобилия. Красное море было полностью под контролем османов. Следом покорились страны черноморского и средиземноморского побережий. Османскими войсками были завоеваны Трансильвания, Босния, Венгрия, Герцоговина. Разорялись города, разрушались крепости, тысячи людей угонялись в рабство. Власть османского султана признала Австрия, которая взяла на себя обязательство ежегодно платить дань в казну Османского государства.

Тугра (личная подпись) султана Сулеймана содержала в себе его титул и собственное имя, имя его отца, а также очень короткую емкую фразу – «Вечно победоносный».

Однако судьба не всегда была благосклонна к султану Сулейману. Его настигали и неудачи и поражения. В 1529 году султан повел свое сто двадцатитысячное войско на австрийские и венгерские земли. Была покорена столица Венгрии город Буда. Войска двинулись к столице Австрии. Перед началом захвата Вены Сулейман заявил, что ровно через три дня он позавтракает в городе, а потом уничтожит всех жителей, не оставив от города камня на камне. Однако сопротивление было отчаянным. В довершение ко всему погода начала портиться, что также не способствовало быстрой победе. Султану была прислана записка от жителей города, где говорилось, что завтрак для султана давным-давно остыл, но они могут организовать доставку пищи для него при помощи пушек со стен города.

Сулейман отчаянно пытался захватить город, предпринимая различные шаги, дабы ускорить победу. Солдатам раздавались золотые монеты за каждого пленного, в город посылались богатые дары и щедрые предложения, но город стоял. Погода становилась все холодней, солдаты начали болеть, и султан вынужденно отступил.

Дабы не упасть в глазах своих подданных, султан Сулейман организовал большие торжества в Стамбуле, где рассказывал, что не очень-то и хотел захватить город. Невольно ему помогли австрийские послы, которые предложили выгодные условия мира и уплаты налогов.

Вся Европа опасалась вторжения османских войск, поэтому летом 1532 года в Нюрнберге был заключен мир между католиками и протестантами, который на некоторое время оставил войну религий в Европе.

Через три года после первого неудачного вторжения, в 1532 году, султан снова повел свои войска на Вену и осадил приграничную крепость Кёсег. Австрийцам помогали солдаты испанской армии, и этот поход опять не был успешным, ибо храбрый гарнизон небольшой крепости сумел задержать османские войска почти на полгода, до зимних холодов. Султан опять вернулся ни с чем и снова устроил грандиозные гулянья в Стамбуле. Историки пишут, что дабы узнать мнения жителей города, султан часто одевался простолюдином и посещал базары. Было объявлено, что османские войска не понесли потери, ибо император Австрии испугался воевать. Однако правители государств Европы и в самом деле были сильно напуганы активностью турецкого султана и предложили заключить договор, в результате которого были разделены территории Венгрии.

В следующем году Сулейман решил ослабить силовое давление на Европу и двинулся в поход против сефевидской Персии и его столицы Тебриз, сейчас это территория Азербайджана. Покорив сефевидов, султан направил свои войска на Багдад, который был захвачен в 1534 году. Князья Бахрейна, Басры и прочих стран Персидского залива и Междуречья присягнули на верность султану Сулейману. Крупные города Азии – Багдад, Медина, Мекка, Дамаск – располагались внутри границ Османского государства. В 1538 году султану Сулейману предложили принять титул халифа, дабы стать не только главой государства, но и духовным лидером мусульман. И он принял этот титул.

На русские земли султан Сулейман серьезно не смотрел. Он не считал их достойными своих усилий и финансовых затрат, ибо для него они были глухими провинциями. Лишь изредка устраивались единичные набеги на русские владения, как-то раз крымский хан даже дошел до столицы, но крупных операций никто не совершал.

Именно за многочисленные завоевания султан получил звание «Правитель мира». Конечно же, султан Сулейман существенно расширил границы Османского государства, превратив его в самую могущественную империю того времени. Однако каждый поход требовал внушительных затрат, как временных и физических, так и финансовых. Содержание армии съедало две трети бюджета империи. И это были огромные суммы. Казна была сильно истощена. Богатства, полученные в результате военных походов, а также налоги, собираемые с населения огромной Османской империи, и дань, которую платили завоеванные государства, в основном расходовались на строительство мечетей, дворцов и караван-сараев.

Султан Сулейман не проводил все свое время в военных походах, он занимался и внутренними делами империи, причем так же весьма успешно, именно поэтому ему дали прозвище «Кануни» («Законодатель»). Еще на заре своего правления он проявил себя, как мудрый политик, подавив мятеж янычар в Стамбуле. Часть офицеров была казнена, часть уволена, а янычарам было повышено содержание.

По его указу было проведено обновление законов, новый законодательный свод, получивший название «Мультека-уль-усер» («Слияние морей»), действовал вплоть до конца XX века. При этом преступления, за которые были предусмотрены увечья и смертная казнь, были значительно сокращены. Однако преступления, связанные с взятками и воровством, лжесвидетельством и подделками денег и документов, карались по прежнему жестоко – провинившимся отрубалась кисть правой руки. Причем взятки и расхищение казны считались очень тяжкими преступлениями, которые сурово карались. Преступника ничто не могло спасти – ни высокие связи, ни богатые родственники.

Известный немецкий историк Георг Вебер писал о султане Сулеймане так: «Он был безжалостный тиран: ни заслуги, ни родство не спасали от его подозрительности и жестокости».

Новые законы затронули жизнь всех слоев населения. Слои населения, ранее находившиеся вне закона, получили право наследовать имущество умерших родственников, улучшилась жизнь христианского населения завоеванных государств, появилась возможность обучаться в светских учебных заведениях.

Один из современников султана писал: «Многие венгерские крестьяне сжигали свои жилища, собирали своих детей, жён, инструменты и скот, и бежали в земли, захваченные османцами. Там они были уверены, что отдав десятую часть выращенного, не подвергнутся дополнительным поборам и налогам».

Султан назначал чиновников дивана (совета) из христиан, дабы организовать эффективное управление государством. Бывшие рабы, а теперь свободные жители, были бесконечно преданы султану. Однако должности священников, профессоров, богословов и судей могли занимать исключительно правоверные мусульмане, которые неустанно следили за соблюдением традиций.

Мудрый глава обширной империи, где жили люди разных религий, принял решение ослабить законы шариата, создав кодекс светских законов. Однако внедрить этот кодекс так и не удалось, хотя часть светских законов все же прижилась.

Европейские арендодатели платили лишь фиксированную плату и этим отличались от прочего христианского населения Стамбула. Султан решил исправить это и повысил налоги для подданных христиан, одновременно освободив их от прочих обязанностей.

Система образования также была улучшена. Начальные школы стали доступны почти всем. Если выпускник хотел совершенствовать свои знания, он мог учиться в колледже.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.