Лилиан Лит
Ангел Милосердия

Встреча.

«Осторожно, двери закрываются, следующая станция «Сокольники». Уважаемые пассажиры, при выходе из поезда не забывайте свои вещи.» Нина плохо спала этой ночью, поэтому задремала и не услышала объявления. Рыжеволосая девочка десяти лет, ездила в школу одна. Ее мать работала в две смены, что бы, после потери отца, дочь ни в чем не нуждалась. Отец погиб, когда Нине было шесть лет. Пришло время, идти в первый класс и оказалось, что в прилегающих к дому школах, нет мест. Ее матери пришлось искать ближайшую к месту проживания. Когда школа была определена, мать всего месяц водила дочь, чтобы она смогла запомнить маршрут. Нина ездила каждый день, строго по одному пути следования, чтобы не заблудиться.

Кто-то случайно задел колено девочки. Она открыла глаза в полудреме и услышала объявление: «Осторожно, двери закрываются, следующая станция Красные ворота. Уважаемые пассажиры, при выходе из поезда не забывайте свои вещи». Двери закрылись. У Нины начало учащенно колотится сердце. Она вскочила на ноги, и сквозь толпу начала пробираться к выходу, но было уже слишком поздно, поезд тронулся. Девочка попыталась успокоиться. На следующей станции она сошла с электрички. «Ни чего страшного, сейчас позвоню маме, и она скажет что делать», – подумала она про себя. В момент, когда девочка потянулась к телефону, ее осенило. Она вспомнила наставления матери: «Если вдруг потеряешься, подойди к любому сотруднику метро и спроси выход». Нина сразу оживилась, и сердце вернулось к ровному пульсу. Впереди она увидела расхаживающего взад, вперёд, полицейского. Минуту постояв, в размышлениях, Нина уверенно пошла в сторону огромного мужчины в форме.

– Товарищ полицейский, – обратилась к светловолосому мужчине девочка. Он обернулся и прямо посмотрел на неё сверху вниз. Взгляд у него был серьезный и твёрдый. Но увидев перед собой худенькую, маленькую девчушку, он сразу расплылся в улыбке.

– Да, девочка. Чего тебе? – спросил рядовой. Он постарался сделать басистый голос, как можно мягче.

– Я потерялась, – ответила девочка, – немного задремала в вагоне, и проспала свою станцию. Теперь я не знаю, где нахожусь, и как доехать домой. Ее голос дрожал. Она застенчиво теребила в руках шапку. – Пожалуйста, вы могли бы помочь мне найти выход?

– Конечно, малышка. Не беспокойся, я помогу тебе, – он мягко улыбнулся и протянул ей руку.

– Спасибо большое, – Нина почувствовала облегчение и повеселела.

Они вместе медленно зашагали к нужной стороне платформы. Проходя мимо скамеек для ожидания пассажиров, Нина заметила старушку. Ей показалось, что ее взгляд очень печальный и даже в какой-то степени скорбный. На вид ей было, лет семьдесят пять. Одежда была старая, изношенная. Всю голову покрывала седина, волосы уложены в пучок, как и у многих бабушек. На коленях она держала такую же потрепанную коричневую сумку из кожи, стертую во многих местах.

Пока они с полицейским стояли в ожидании поезда, девочка не отрывала взгляда от старушки. Ее будто заворожило выражение лица бабушки. Нина рассматривала ее в упор с ног до головы, стараясь не пропустить ни одной детали. Мимо проходили люди, разных возрастов, в ярких одеяниях. Вот прошла женщина на высоких каблуках в красном кашемировом пальто. В другую сторону прошла группа подростков, похожих на попугаев. Они все были с разноцветными волосами, окрашенными во все цвета радуги, пирсингами, выполненных под кожу штанах и куртках, а на ногах берцы. А вот прошел мужчина в черной шляпе, перчатках и тростью, прихрамывая на левую ногу. Обычные люди, спешащие по своим делам. Но Нина ни на секунду не отвела глаз от этой ни чем, не примечательной старушки.

– Где ты живешь? – спросил рядовой. Девочка отреагировала не сразу. Она очень была увлечена разглядыванием старушки. «Почему она такая грустная? И совсем одна. Наверное, кого-то ждёт? А может просто устала и присела отдохнуть? А вдруг она тоже заблудилась и не может вспомнить дорогу домой?».

– Где ты живешь? – снова повторил мужчина-полицейский, вернув ее к реальности от мыслей. – Какой твой адрес?

– Улица Бабаевскская, дом 1/8, – ответила девочка неуверенным голосом.

– Хорошо, до нужной станции тебе нужно проехать две остановки, а дальше будет твоя. Там сориентируешься? Я к сожалению не могу покинуть свой пост, – спросил, улыбнувшись, рядовой.

– Да, дальше я дорогу знаю.

Наконец подошёл поезд. Девочка вошла в вагон, дверь закрылась, и поезд медленно задвигался. Нина развернулась лицом к платформе и продолжала смотреть на старушку, пока та, не скрылась из виду в темноте.

Знакомство.

На следующий день после школы, Нина решила съездить снова на эту станцию и повидать старушку. На обратном пути с полицейским, она внимательно слушала станции и запоминала дорогу. На уроках Нина была рассеяна. Учителя не могли понять, что с ней происходит.

– Полякова! Что-то ты сегодня не внимательная. Повтори, что я сейчас сказала, – обратилась к ней учитель литературы.

– Простите, Галина Андреевна, я не запомнила.

– Повнимательнее пожалуйста, завтра по теме писать сочинение.

И так продолжалось весь день на каждом уроке. После школы она написала маме сообщение, что сегодня немного задержится и поиграет с друзьями. Друзей у неё не было. Поэтому мать была рада это слышать и разрешила ей задержаться. Нина быстро собралась. Обычно она ждала, пока большая часть детей разберёт свои вещи в гардеробе. Но сегодня она быстро протиснулась через толпу, оделась и пошла обычным маршрутом к метро.

На улице лил дождь. Люди шли быстрее, что бы попасть в помещения и не промокнуть. Нина не любила зонты. Она искренне не понимала, почему все боятся дождя? Это же просто вода. Тот же душ, как и дома, только с небес. Ведь ни кто же не стоит под душем с зонтом или в дождевике. С этими мыслями она и подошла к метро.

Там она как всегда купила жетон, прошла на платформу и уселась на свободное место для ожиданий. Мысли о печальной старушки не выходили у неё из головы. Подошел поезд. Она вошла в вагон и осмотрелась. Свободных мест не было. Нина не стала проходить в глубь вагона, а осталась стоять у дверей, что бы точно не пропустить нужную станцию. Включилась запись объявления, двери закрылись и поезд тронулся. И тут девочке пришла в голову мысль о том, что этой бабушки, уже может и не оказаться на этой станции. Ее это встревожило. «Может и не стоит туда ехать? Почему я решила, что она снова там будет? Ведь она могла оказаться там случайно или проездом. А может она там бывает в определённые дни и часы».

Нина пыталась сама себе ответить на эти вопросы.

Пока она размышляла, поезд подъехал к нужной станции. Она не уверенно вышла из вагона и огляделась. Народу было много. Пройдя на середину платформы, Нина сняла портфель и положила в него шапочку, чтобы не потерять ее. На ней была сиреневая курточка, серая расклешенная юбочка с карманом-обманкой, теплые чёрные колготки и сапожки на низком каблучке. Она была в меру симпатичной. Рыжие волосы до поясницы, заплетены в две тугие косички. Мама заплетала их с самого утра, даже по выходным, когда уходила на работу.

С северной стороны перрона Нина заметила потасовку. Группа подростков из четырёх человек чего-то не поделили. К ним поспешил полицейский. Этот был ниже вчерашнего и значительно шире в объемах живота. Она немного понаблюдала за этой ситуацией, и снова начала взглядом искать старушку. Подошёл следующий поезд. Большинство людей зашло в него, а вышло совсем немного. Это облегчило поиск. Наконец с южной стороны, она заметила похожую бабушку. Нина сразу двинулась в ее сторону. Подойдя поближе, она хорошо разглядела старушку, убедившись, что эта та самая. Нина дождалась, когда освободится место и присела рядом с ней.

– Здравствуйте. Как Вас зовут? – обратилась девочка к старушке.

Бабуля повернула голову и внимательно посмотрела на девочку.

– Надежда, – ответила тихим голосом старушка.

– А отчество?

– Николаевна, – старушка обвела девочку взглядом с ног до головы. – А тебя как зовут, внучка?

– Нина. А сколько вам лет, Надежда Николаевна?

– Семьдесят пять, –ответила старушка.

На станцию прибыл поезд, и грохот заглушил голоса. Снова повалил народ из вагонов. Из-за вечной спешки, все сталкивались и натыкались друг на друга. Кто-то, налетев, извинялся. Кто-то, отдавив, другому ногу, начинал возмущаться. Нина со старушкой сидели и смотрели по сторонам, разглядывая вновь прибывших пассажиров.

– Как много людей, – Прервала молчание Надежда. – Целый мир. У всех свои заботы, семьи. Вот у тебя, Ниночка, есть семья?

– Да, Надежда Николаевна. Мама и я, – ответила девочка.

– Можешь называть меня, баба Надя, внучка, – улыбнулась старушка. Но ее глаза были все такими же потухшими. А как же папа, братья, сёстры? – спросила она.

– Мы с мамой одни. Папа умер, когда мне было шесть лет. У него случился инфаркт на работе. А братьев и сестёр у меня нет. Бабушки и дедушки тоже давно умерли. У нас с мамой ни кого нет.

Старушка заглянула девочке в лицо и посмотрела на неё, полным сочувствия взглядом. Она заметила в глазах девочки блеск. Они наполнились слезами.

– Я скучаю по папе, – дрожащим голосом произнесла Нина. Она опустила голову, что бы, не было видно слез, и вытерла их рукавом куртки, шмыгнув носом. Старушка погладила девочку по голове. Поезд отъехал, и стало немного тише, только общий шум от разговоров пассажиров.

– Знаешь?! Я в детстве, в твоём возрасте, тоже всегда была одна. Меня не любили мои одноклассники. Не было друзей и подруг. И мне приходилось развлекать себя самой. И вот я ставила доску для пельменей, расставляла игрушки на диване и начинала уроки, как в школе. Читала им книги, писала примеры, диктанты. И мне это помогало отвлечься от переживаний, что я одна. Когда тебе будет одиноко, просто так и сделай.

Пока Надежда рассказывала историю, Нина перестала плакать и внимательно ее слушала. Она смотрела на старушку, как заворожённая.

– А я всегда плачу, когда мне грустно, или долго смотрю в окно, – сказала Нина. – Я часто просыпаюсь по ночам на пару часов и на кухне пью чай. Вспоминаю, как было хорошо, когда папа был живой, – она снова плаксиво поджала губы.

– А ещё, – начала старушка, – когда мне было грустно, я включала музыку и танцевала. Долго и много. Прыгала, скакала, двигалась, как мне хотелось, и как я чувствовала. Из меня выходила вся негативная энергия. Потом я уставала и ложилась спать. Это очень помогало мне. – Надежда развернулась к девочке лицом чуть сильнее.

– Баба Надя, а что вы делали, если вас обижали в школе? – спросила Нина.

По началу, я обращала внимание, плакала и злилась. Но потом, когда поняла, что их это только раззадоривает и веселит, перестала реагировать. Знаешь, как сильно они начали злиться? – старушка немного рассмеялась.

Тогда, Нина заметила, что старушка оживилась, и повеселела. Она была этому очень рада. Ведь ей ещё ни разу не удавалось кого-то развеселить. Она почувствовала, как и в ней нарастает чувство легкости. Нина взглянула на детские часы. Они показывали пятнадцать минут четвёртого.

– Баба Надя, к сожалению, мне пора домой, а то мама будет волноваться. Но завтра, я обязательно снова приду сюда к вам. Вы расскажите мне ещё истории?

– Конечно, внучка. Спасибо тебе. Беги домой, уже поздно.

Нина встала с лавочки и направилась ожидать поезда. По дороге домой, она все думала о том, что ей рассказала старушка. «Интересно, а может и мне попробовать поиграть в школу с игрушками?», – подумала она. Нина пришла домой. Пошла на кухню что бы немного перекусить. В холодильнике стояла сковорода с макаронами по-флотски. Нина скривила мордочку. Макарон ей не хотелось. Она сделала себе бутерброд с чаем.

Затем расставила игрушки перед собой. Коричневый медвежонок, которого она в детстве, зачем-то надушила мамиными духами. Говорящая обезьяна, которая пела странную, непонятную песенку: «Чампень-Чампень, аудио, чампень, аудио чампень, чампень туки тэ». Розовая собачка, с которой Нина спала до сих пор. Кукла «Бэби-бон», в которую она поиграла две недели, стирая, ей подгузники и кормила специальной смесью. И другие мягкие игрушки, которые она выиграла в игровых автоматах за пять рублей. Доски под пельмени у неё не оказалось, поэтому она просто решила рисовать мелом, на дверцах темно-коричневого шкафа. Она взяла учебники, и начала как на уроке рассказывать материал, прошедший за день.

За этой игрой она провела часа три. Как раз хватило, что бы сделать параллельно уроки. Как ни странно материал усвоился гораздо лучше, чем за простым зубрением. Нине эта игра очень понравилась. Делать уроки в такой форме намного интереснее и быстрее. С этих пор она решила делать так всегда.

После этого, Нина включила музыку на центре и стала танцевать. Она прыгала, крутилась, мотала головой, виляла попой. Все это, больше смахивало на сатанинский ритуал с бубнами. Ей стало скучно танцевать просто так, и она решила взять мамины шарфы, и переодеться в восточную царицу. За всеми этими занятиями, она не заметила, как устала. Положив все на свои места, она легла в постель и уснула. Мать приходила поздно с работы, часов в одиннадцать. Поэтому когда она заходила в спальню, дочка уже спала.

Совет.

Утром Нина, собираясь, в школу, решила взять контейнер с едой для старушки. Она заметила, что бабушка была худовата. Когда Нина начала накладывать в контейнер макароны по-флотски, мать изумленно посмотрела на нее.

– Зачем ты берешь еду в школу? Вас же там кормят, мы платим за обеды, – спросила Кристина.

– Мне не нравится, как там готовят. Все комом стоит, совершенно не вкусно, – ответила Нина.

– Почему же ты раньше мне об этом ни чего не сказала?

– Не хотела тебя расстраивать. И тебе бы пришлось больше готовить и чаще. А ты и так много работаешь и устаешь.

– Ты же моя заботливая глупышка, – нежно обняв дочь, проговорила Кристина.

После этого, они обе собрались и пошли каждая в свою сторону. Погода на улице была прекрасная. Ярко светило солнце. Оно будто бы пронзало каждого прохожего своими меткими лучами насквозь, вонзая свои острые мечи в тела. Дул теплый свежий ветерок. Он тоже заглядывал в души людей, проходя через них, как будто считывал, что же там внутри. Деревья, освещенные ярким светом, шелестели листьями, будто перешептывались между собой и обсуждали предстоящую зиму. Особенно красивые, стояли березы. Цвета осени были настоящей сказкой. Стоило только взглянуть чуть выше головы. Бело-черные стволы берез, необычайно сочетались с их насыщенными, ярко-желтыми листьями. А под солнечным светом они сверкали настоящим янтарем. На нежно-голубом небе не было ни одного облачка. Не было даже намека на белую воздушную полоску. Было сухо и свежо.

По дороге в школу, Нина уже придумывала вопросы, которые задаст своей новой знакомой. Как только она зашла в класс, сразу достала блокнот. В нем она обычно рисовала на переменах. Блокнот был потрепанный и на половину исписанный. Она начала писать список тем, которые можно было обсудить с новой знакомой. Прозвенел звонок. Нина достала учебник по русскому языку, рабочую тетрадь и словарик. На каждой перемене она вписывала в блокнот по одной теме.

После уроков ее маршрут повторился. Она вновь доехала до нужной станции. Пока она ехала в вагоне, ей на глаза попался факт, которыми были обклеены все вагоны, разной тематикой. Надпись гласила: «ПРОЖЕКТОРНЫЙ ЗАВОД № 644 им. Кагановича. «ЭЛЕКТРОАГРЕГАТ». Осенью 1941 года Московский прожекторный завод прибыл в Новосибирск на ст. Ельцовка. Оборудование устанавливали в разных местах – на территории трамвайного парка, на заводе «Красный литейщик», на Трикотажной фабрике и даже в цоколе оперного театра. Основная продукция – противосамолетные автомобильные зенитные прожекторные станции (луч достигал 20 км и доходил до стратосферы)». Дочитав надпись, она встала к двери поближе. Она была очень рада, обнаружив старушку на том же месте. Теперь Нина подошла к ней уверенным шагом.

– Здравствуйте, –громко поздоровалась Нина. Надежда от неожиданности вздрогнула, оторвавшись, от своих раздумий и повернула голову в сторону девочки. Признав знакомое лицо, она улыбнулась. В глазах вспыхнули огоньки любопытства.

– Здравствуй! Нина? Верно? – спросила она.

– Да.

Старушка похлопала рукой по свободному рядом месту, предлагая присесть. Нина села рядом. Она достала из портфеля контейнер с едой.

– Вот! Это вам. Покушайте. Мама готовила. Надеюсь, вы любите макароны по-флотски? – протягивая старушке контейнер сказала Нина. Надежда взяла контейнер, открыла его и потихоньку начала пробовать холодные макароны. Она ела не спеша, будто у нее вся жизнь впереди. Руки у нее тряслись. Казалось, она вот-вот выронит вилку и все содержимое на пол. Нина наблюдала за тем, как старушка ест, и ее переполняло чувство окрыленности. Она была счаслива, что смогла помочь хоть чем-то бедному человеку. Наконец Надежда доела последнюю крошку и поблагодарила девочку за вкусное угощение.

– Вы всегда сидите здесь в одно и то же время и каждый день? – складывая контейнер обратно в портфель, спросила Нина.

– Да, всегда, – вздохнула Надежда.

– А вы кого-то ждете?

– Сначала ждала.

– Кого?

– Мужа.

– А что с ним случилось?

– Однажды он ушел утром на работу и не вернулся, – голос Надежды дрогнул. Она вытащила платок из старой сумки и вытерла намокшие от слез глаза.

– Он что, потерялся? – с грустью спросила Нина.

– Да. Просто исчез.

– А вы его искали? Обращались в полицию?

– Конечно, искала, – Надежда высморкалась. – Куда я только не обращалась. Сначала обзвонила всех друзей, потом больницы, морги, – она замолчала. Девочка смотрела на старушку с таким сожалением, как будто у нее украли любимую игрушку. Так в безмолвии они просидели минут десять.

– Вы так и не выяснили где он? – прервала молчание Нина.

– Нет. Его не нашли. С того самого утра, я его больше ни когда не видела. Моей дочери было всего десять лет, когда он пропал. Она как-то смогла смириться с потерей отца, а вот я с потерей мужа нет, –Надежда снова начала тереть платком лицо.

– Когда папа умер, я тоже не могла в это поверить, – девочка ковыряла ногти, опустив голову. – Наверное, я все еще не привыкла к этому, потому что часто плачу по ночам, – Нина усмехнулась. – Очень интересно, что вас зовут именно Надежда, и вы повстречались именно мне. Имя Надежда говорит само за себя. Ведь не зря говорят: "Надежда умирает последней". Значит у вас, еще есть надежда.

Старушка с недоумением посмотрела на девочку. Ей стало любопытно ее рассуждение, хотя и не совсем понятно, что она хотела этим сказать. Рядом с ними присел мужчина лет сорока. Он был одет скромно, но прилично. У него были наглаженные черные брюки, кожаные ботинки, вельветовая куртка с множеством карманов (половина из них обманщики) и вельветовая кепка. Они обе обернулись в его сторону. Он внимательно осмотрел обеих и заговорил бархатным, приятным голосом,

– Очень интересное и мудрое для твоих лет высказывание, – сказал он. – Что ты этим хотела сказать, этой пожилой даме? – он поднял как бы удивленно брови вверх.

Сначала Нина и Надежда, молча, смотрели на него, не понимая, какая ему разница, о чем они тут разговаривают. Но потом девочка внимательно обвела мужчину взглядом. Он показался ей весьма приятным и совсем не пугал ее.

– Я хотела сказать, что ее муж еще может вернуться, если в это сильно-сильно верить и ждать. Бог смилостивится над ней и вернет ей любимого.

– Ну а ты? Для тебя тоже надежда не умерла? – спросил мужчина.

– Как же не умерла? Если мой отец уже точно не вернется, – немного с раздражением в голосе ответила Нина. – Он же умер и похоронен в земле. Оттуда не возвращаются ни при какой надежде.

– Ну, это как посмотреть, – поправил попаху мужчина.

– А как на это еще можно смотреть? – с укором отрезала девочка.

– Ну, тебе ведь не обязательно забывать о том, как он любил тебя, во что ты любила играть с ним. О чем вы разговаривали, где гуляли. Можно смириться с потерей телесного ухода человека, но духовного ни как нельзя, – он смотрел на девочку с такой нежностью, будто увидел маленького, бездомного щенка на улице.

– Зачем вы даете ребенку такие советы? Она же еще маленькая и не понимает этого, – вмешалась старушка.

– Это не совет! Это размышления, которые могут помочь справиться с тоской, – ответил мужчина.

– И как же это поможет? – спросила старушка, глядя в упор на мужчину, повернувшись к нему корпусом.

– Эффект плацебо.

– Эффект чего? – переспросила Нина.

– Плацебо – это когда ты внушаешь себе то, чего нет, и оно помогает, – мужчина замахал руками. – Например! У тебя что-то болит. Ты внушаешь себе, что ни чего у тебя не болит, силой мысли. Практически – это настоящее волшебство.

– Но как это возможно? – заинтересовавшись, спросила девочка. Ее глаза заблестели от такой интересной беседы. Она тоже повернулась всем телом в сторону мужчины.

– Все зависит от твоего разума. Какие импульсы он тебе подает, такие организм и исполняет функции. Не обязательно что-то видеть и трогать. Достаточно просто очень сильно в это поверить, и мозг будет уверен, что так и есть. А затем подаст сигнал и тело, органы чувств, мышцы и все остальное начнут это исполнять, будто это есть на самом деле. Выделять природные обезболивающие, которые заложены в нас. Точно так же работает и психология. Если внушить себе, что отец все еще с тобой рядом и представлять это отчетливо, свято веря в это, то ты начнешь ощущать его присутствие. Это и заполнит твою пустоту в сердце.

Мужчина, посмотрел на часы. Они показывали половина пятого. Все собеседники так увлеклись беседой, что забыли про время. Поезда ехали один за другим. Народа становилось все больше. Многие уже ехали с работ. Посмотрев на свои часы, Нина распрощалась со своими друзьями. Да, они стали для нее таковыми всего за пару дней и часов, из-за нехватки общения со сверстниками. Старушка поблагодарила девочку за вкусный обед, хоть он и был холодным. Мужчина посоветовал девочке прислушаться к его словам и попробовать новую технику. Так они и расстались.

Только после того, как Нина пришла домой, она вдруг поняла, что даже не спросила имя мужчины. Это было ей не свойственно. Она всегда опасалась незнакомцев, и уж тем более заводя с кем-то беседу, интересовалась его именем. Но она не сильно огорчилась по этому поводу и решила узнать имя потом, если встретит его еще раз. Она быстро переоделась в домашнюю меховую пижаму, теплые меховые тапочки енотики и пошла на кухню, что бы помыть руки, и чего-нибудь перекусить. Заглянув в холодильник, чтобы сделать себе, бутерброд с сыром, она обнаружила, что там было пусто. В магазин идти не хотелось, она была жутко уставшая. Тем более ее переполняли эмоции от общения с мужчиной и старушкой. Ей хотелось поскорее испробовать новый метод плацебо на себе. Пришлось попить чай с сушками, что бы перебить голод.

После этого Нина пошла в свою комнату, сделала уроки, причем довольно быстро. Затем она приняла ванну с пенкой "Маленькая принцесса" и приготовилась ко сну. Лежа на своей кровати, она вспомнила все, что говорил незнакомый мужчина. Нина подошла к окну. На улице лил дождь. Он был такой черный и беспросветный, что ей стало немного жутковато. Ей даже стали мерещится летающие фигуры. Что еще можно ожидать от маленькой девочки, сидящей дома в одиночестве. Но мысли об отце поглотили ее целиком и фигуры растворились в темноте. Некоторое время спустя, Нина лежала в своей кровати, окутанная сном. Ей снился отец.

Страшная правда.

Нина ходила на эту станцию каждый день. Она обязательно брала что-нибудь из дома покушать, что бы угостить старушку. Загадочного мужчину в вельветовом плаще, который дал ей совет, она больше не видела. Со старушкой они разговаривали часами, иногда совершенно забывая о времени. Общались они на разные темы: детство, философия жизни, тоска по родным и многое другое.

Так прошла неделя, другая, а за ней тянулись месяцы. Пол года мать не знала с кем каждый день общается дочь, задерживаясь после школы. Кристина была совершенно уверенна, что это были одноклассники и ее ни чего не тревожило. Но она стала замечать, как из дома начали пропадать теплые вещи, еда, которую Нина не любила и некоторые мелочи. Кристину это за беспокоило. Несколько раз она пыталась поговорить с дочерью. Спрашивала, может кто-то из сверстников ее шантажирует? Или просто нуждается в помощи? Но Нина технично уворачивалась от ответов или быстро придумывала причину. Например, в последний раз, когда она вытащила старый мамин свитер, (который Кристина купила на распродаже и не угадала с размером), она ответила, что это для щенков, которых они с подружками нашли на улице. Кристина конечно верила дочери, но все равно что-то ее беспокоило и настораживало.

– Доча, а куда девалось мыло и шампунь? – спросила Кристина. – Я ведь только три дня назад покупала их.

– Мы с подругами все взяли из дома, что смогли, что бы помыть щенков. – ответила Нина.

– Милая, на улице мороз, 28 градусов. Где вы собрались мыть щенят? – спросила Кристина. Она приподняла правую бровь. На ее лице читалось явное не доверие, и подозрительность.

– Так у Марины дома, – быстро ответила Нина. – Мы их заберем из укрытия, помоем, и передадим в приют для животных, что бы им нашли дом. – Нина слегка запиналась от волнения.

– Дорогая, щенят можно было помыть и дешевым хозяйственным мылом, а не хорошим шампунем, – сказала недовольно Кристина.

– Извини мамочка, в следующий раз, я об этом подумаю. И девочкам скажу.

Они собрались, как обычно и вышли на улицу. Нина пошла в школу своей дорогой, а мать своей. Но Кристина решила, что пора познакомиться с загадочными подругами дочери. В это день Кристина отпросилась с работы пораньше, ссылаясь на сильную тошноту.

– Простите пожалуйста, – обратилась она к директору завода. – У меня очень болит и живот и сильно тошнит. Наверное, что-то не свежее было в магазине, вот и отравилась. Можно я уйду пораньше, отлежаться? Можете вычесть эти часы из моей зарплаты, но мне очень плохо.

– Конечно, конечно, Кристиночка! Идите домой, полечитесь, и если до завтра не пройдет, тоже оставайтесь дома и вызовите врача. Вдруг это серьезно, – ответил директор. Он был хорошим человеком и добрым, понимающим начальником, каких мало. И не смотря на это, его уважали и не пользовались чрезмерной добротой. Коллектив на заводе был на редкость сплоченный, как при Советском Союзе. Ни кто не разносил сплетен, и не плел интриг. Конечно в семье не без урода, и там была пара тройка человек, не из сахарной пудры. Но на них уже привыкли не обращать внимания.

Кристина поблагодарила начальника и вышла из кабинета. Она посмотрела на часы: "Скоро закончатся уроки. Надо поспешить", подумала про себя Кристина. Она очень волновалась за дочь. Ее беспокойство начало обостряться. Кристина накинула белый пуховик, надела бежевые замшевые сапоги на длинном каблуке, взяла бежевую замшевую сумочку и поспешила на автобус. На улице был февраль месяц. Ночью выпало много свежего снега. Идти по заснеженным тропинкам было тяжело. Но Кристина совершенно этого не замечала. Все ее мысли были далеко, рядом с дочерью.

Внезапно что-то стукнулось о ногу Кристины, оторвав ее от своих мыслей. Она посмотрела вниз. В снегу, весь мокрый и продрогший от мороза, прыгал маленький пушистый щенок. Он был совершенно белого цвета, и абсолютно сливался с красками зимы. Кристина даже не сразу разглядела его, пока он не тявкнул.

– Ой, какой ты хорошенький, – она подняла щенка на руки. – Ты наверное насквозь промерз? – она говорила ласковым и тонким голосом, что бы, не напугать его. – Я тебя согрею, – она сунула маленькое пушистое тельце за пазуху. Но от своих планов, познакомиться с друзьями дочери, Кристина не отказалась. Она доехала до школы, вместе со щенком в за пазухе.

Там она встала сбоку от зеленого забора, чтобы ее не было видно, и при этом был обзор на крыльцо. Она постояла минут десять. Ноги уже начали замерзать. Кристина переминалась с ноги на ногу. Она огляделась вокруг, в поисках лавочки или хотя бы пенька. Ни чего подобного она не нашла, поэтому осталась стоять на месте. Судьба дочери была ей дороже отмороженных ног. Щенок уснул. Он отогрелся и уткнулся в мягкий теплый свитер. Кристина начала подозревать, что ошиблась с расписанием звонков и дочь уже ушла. Но секунду спустя она увидела знакомый пуховик и шапку с помпонами.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.