# Дорога на Лагарт. Третья книга цикла «Обмен мирами»

Елена Черткова

Когда мы представляем то, чего боимся, или вспоминаем уже случившееся, ум обманывает нас неторопливыми чувствами, рассуждениями и предположениями. В реальности же выпадает лишь несколько секунд бешеной карусели, не успеваешь не только подумать, но даже испугаться. Воображаемая доблесть и крики в духе протяжного «Не-е-ет» приходят позже. А в сам тот миг ты – это прыжок, ты – сгруппировавшееся тело. В это время жизнь просто сдает карты. И от того, осознал ты их уже или нет, они не изменятся.

Редактор Татьяна Шарая

Дизайнер обложки Hekkil (Тамара Мартинова)


© Елена Черткова, 2022

© Hekkil (Тамара Мартинова), дизайн обложки, 2022


ISBN 978-5-0056-0914-4 (т. 3)

ISBN 978-5-4496-4551-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

– Мне сюда! – сказала я, протягивая чашку-полусферу. То была половинка какого-то ореха, а руки неизвестного мастера, пусть и без особой аккуратности, пустили вдоль ее края незатейливый узор из светлых зарубок.

Я сидела на краю стола. За моей спиной полыхал закат – редкое для Сакарин зрелище. Можно сказать, уникальное. Небо, расписанное округлыми, похожими на чешую облачками, уже в который раз меняло цвет, становясь все более насыщенным. Как же я соскучилась по этим краскам!

Андре в теле модификанта расположился рядом. Теперь ему не особо требовались стулья. Во-первых, он сбросил полтора десятка лет, а во-вторых, обзавелся механическими лапами, которые не уставали и не ныли под вечер, даже если провести на них целый день.

Друзья же устроились вокруг, кто на мягком диване, придвинутом к перилам верхней палубы-террасы, кто на плетеных из лозы низких пуфах, украшенных забавными разноцветными помпонами. Летающий дом секретов прибыл в порт Лагарта почти сразу после нашего возвращения в цитадель. Мы с Марко были безумно рады снова увидеть столь доброе к нам семейство майши. И кажется, вполне взаимно. Однако путешествие это было не только прогулкой.

Посреди стола в хороводе тарелочек с угощениями красовался изящный букет, сорванный в стеклянных теплицах сада, а мой возлюбленный открывал уже не первую бутылку вкуснейшего вина из сокровищницы коллекционера. Одну из них он как раз держал в руке. В горлышко залетел вечерний ветер, и сосуд протяжно завыл, вторя моему сердцу. Все это изобилие навязчиво контрастировало с моими воспоминаниями. Я вздохнула и отвернулась от стола.

– Что это? – спросила Айлин, подаваясь вперед. Она сидела ко мне ближе всех, но нервный смешок Марко при виде возникшей в моей руке посудины вызвал интерес и у остальных.

– Трофей, – ухмыльнулась я. – Из того мира, куда нас забросила Диана.

Хозяин Дома секретов заинтересованно приподнял брови, а его дочь Ратиша не замедлила возникнуть рядом: ее острый носик уже смотрел из-за моего плеча.

– Этой чашке впору писать автобиографию, столько приключений выпало на ее долю, – невесело усмехнулся Марко, наливая своей белокурой спутнице теплого ягодного компота в винный бокал.

Было очень мило, что Митра больше не затягивает корсеты так, что от вида ее талии любого знатока анатомии бросает в дрожь. А еще на ее мертвенно-бледном лице все чаще гостил приятный румянец.

– Может быть, уже поделитесь с нами вашими приключениями? – отозвалась Цен.

– Да, – подхватил Андре, принял у меня из рук чашку, рассмотрел ее и наполнил вином. – Должны же мы наконец узнать, что ждет нас там, куда мы направляемся. Умираю от любопытства со дня вашего возвращения. А хозяин этого тела не очень-то терпелив, я вам скажу.

Пожалуй, прошло уже достаточно времени, чтобы я смогла примириться с произошедшим с нами, но все еще слишком мало, чтобы вспоминать эти приключения с улыбкой. Поэтому мой рассказ сначала лился тяжело, но по мере того, как образы прошлого оживали в памяти, я погружалась в случившееся все сильнее и уводила с собой затихших вокруг друзей…


…В мгновение ока пол будто стал мягким, поддаваясь способностям Дианы. Ковер и куски комнаты свернулись в просторную трубу, стремительно засасывая нас в себя. Прыжок и падение вытянулись в долгую и мучительную дугу, по которой мой крик размазался, словно раздавленная ягода. Но было что-то еще. То ли все происходило слишком быстро, то ли модификантка оказалась настолько ослеплена злостью, но она заметила Марко, уцепившегося за ее ногу, только когда молодой маг всадил посох ей под ребра. Рев асфира и ее собственный вопль боли слились в один дребезжащий звук, с которым нас выбросило в другую вселенную.

Все произошло так быстро… Когда мы представляем то, чего боимся, или вспоминаем уже случившееся, ум обманывает нас неторопливыми чувствами, рассуждениями, описаниями и предположениями. В реальности же порой выпадает лишь несколько секунд бешеной карусели, не успеваешь не только подумать о чем-то, но даже испугаться. Воображаемая доблесть и крики в духе протяжного «Не-е-ет» приходят позже. А в сам тот миг ты – это прыжок, ты – сгруппировавшееся тело, которое закрывает руками голову, чтобы защититься от удара. В это время жизнь просто сдает карты. И от того, осознал ты их уже или нет, они не изменятся.

Я проехалась по земле, поднимая облако пыли. Кажется, взвыла, врезавшись во что-то твердое. И тут в меня ударил крик Марко. Крик боли. Его ни с чем не спутать.

В полете асфир задел о ствол дерева слишком длинным и тяжелым для него посохом, выпустив его. Попытался уцепиться за Диану другой рукой, но модификантка с такой силой пнула его по запястью, что оно хрустнуло. Взорвавшаяся болью кисть невольно разжалась, и похитительница исчезла, отвесив магу на прощание еще один удар механической лапой. Марко повалился на спину и замер. Еще не совсем понимая, где верх, где низ, после полета сквозь вселенные, я приподнялась на локтях и, отплевывая песок, огляделась. В лицо мне смотрело навершие посоха с красным кристаллом, а за ним на спине лежал его хозяин. Марко обхватил левой рукой запястье правой. Его стон, почти плач, нарушал тишину и неподвижность места, где мы оказались.

Я попыталась встать, но покачнулась и снова приземлилась на коленки. Не тратя время на следующую попытку, я поползла к другу на четвереньках, зовя его по имени.

Он был в сознании, но не отвечал. Ужас жуткой маской проступал на его лице все сильнее, и даже боль не могла затмить его. Карие глаза кричали. Беззащитная Митра. Чужая вселенная. Неполный переход.

Пару мгновений я пыталась ощупать его руку и кровоточащий, судя по пятну на рубахе, бок. Но асфир не давался, а только стонал:

– Маяки…

Речь шла о горстке камней, которые оставил ему Андре. Их при необходимости можно было использовать как координаты возврата. И конечно, Марко не стал таскать их в кармане, а бережно хранил в укромном месте.

Теперь же его абсолютно беспомощная возлюбленная осталась в иной вселенной. И только Диане известно, насколько они далеко. Возможно, сейчас разъяренная модификантка выволакивала спрятанное тело защитницы из-под кровати, а в центре Лагарта Альхан в компании непобедимого Миара отправлял к праотцам всех, кого мы любили, одного за другим.

Последнее обстоятельство лично меня к сантиментам не располагало. Поэтому я и сама не заметила, как перепачканными в сероватой пыли пальцами схватила Марко за отворот мантии и как следует встряхнула. Мое плечо, на которое пришелся удар, заныло, но до наших с асфиром сердец ему было далеко.

– Плевать, Марко! Слышишь! Мы используем что-то другое!

– И куда они нас забросят? – карие глаза молодого мага наконец сфокусировались на моем лице. – Ведь она там осталась… Совсем одна! Они все! Там!

Он зажмурился и попытался встать, но закашлялся и для начала перекатился на уцелевший бок.

– Не важно, куда, главное поскорее выбраться отсюда, пока неполный переход не высосал из нас всю жизнь. Надо оказаться на Сакарин, а дальше я знаю, как добраться на Лагарт.

– Но может быть поздно!

– Тогда не будем тратить время!

Я уселась рядом и потянула его руку к себе за предплечье. Было очевидно, что она сломана. И с учетом того, что у моего друга не получалось даже встать, возможно, ребра тоже. Я огляделась по сторонам, судорожно вспоминая правила оказания первой помощи. Мы сидели на небольшой полянке в окружении поросших лишайником валунов и колючего кустарника. Однако дальше возвышался небольшой холм, на склонах которого в закатном солнце различались кривые стволы высохших деревьев. Нужно было найти что-то пригодное для наложения шины, пока поврежденная рука не начала опухать.

Выкрикнув «Жди здесь!», будто Марко мог куда-то сейчас уйти, я поторопилась в сторону холма. Через минуту ветер принес легкий запах костра. Множество дней и ночей, проведенных в северных землях с Андре и Филиппом, научили меня тому, что огонь означал встречу. А вот с кем – это лотерея, в которую выигрываешь не всегда. Поэтому дальше я скорее кралась, стараясь скрыть свое присутствие за мелколистным кустарником, доходившим мне примерно до груди. Вскоре я увидела повозку в виде домика на высоких деревянных колесах с резными спицами. Выделанная кожа и грубая ткань тента, давно выгоревшего на солнце, были натянуты на аркообразный каркас. Его ребра крепились на что-то вроде комода с множеством разноразмерных ящиков. На их ручки, выполненные в форме крючков, была прицеплена куча всякого скарба: котелки, пыльные мешки, мотки веревки и инструменты, о назначении которых оставалось только догадываться.

Повозка стояла так, что я с трудом могла рассмотреть тех, кто в нее запряжен, и расположившихся неподалеку… вероятно, хозяев. Практически не дыша, я прислушалась. С минуту назад оттуда доносился женский голос, но сейчас кроме потрескивания костра ничего не было слышно. Я осторожно начала обходить повозку… и застыла: в нее был запряжен гигантских размеров кузнечик. Точнее, это было первое, что пришло в голову, когда я увидела длинные, согнутые вдвое задние лапы, огромные округлые глаза без зрачков и впечатляющие острые жвалы. Существо не двигалось, только зеленоватые пластины панциря поднимались и опускались при дыхании. Я немного наклонилась и между передними лапами, ворсистыми сверху и усеянными острыми резцами снизу, увидела сидящую у огня девушку. Рыжую и кудрявую, как я сама. Только из огненных спиралек торчали вверх длинные перистые усики, которые подошли бы жуку, но не человеку. На всякий случай осмотрев задумчивую незнакомку на предмет хвоста, я поспешно накинула на голову капюшон и постаралась собраться с мыслями, подбирая слова для приветствия и призыва о помощи. Однако они мне не пригодились.

– На воровку вроде не похожа, – прозвучал за спиной мужской голос.

Я резко развернулась и взвыла от боли в плече.

Передо мной стоял парень лет двадцати пяти, длинный и худощавый. Черные волосы его были собраны сзади в десяток жгутов, перехваченных серебряными украшениями. Сверху красовалась шапка густых прядей, вольно спадающих на брови и острые уши, а еще тянулись к небу две гладкие антеннки! Сердце мое неприятно екнуло от того, что глаза незнакомца горели розоватым огнем, напоминая о лагартских магах. К тому же в одной руке он держал посох, хоть и не боевой с виду. В другой же что-то слегка светилось, и мне очень не хотелось выяснять, что.

Было очевидно, что это не бродяга или какой-нибудь бандит. Его чернильного цвета рубашку, пусть и не новую, на воротнике и манжетах украшало изящное шелковое шитье. К тому же, расстегнутая до середины груди, она демонстрировала десяток шнурков и разной толщины цепочек, на которых кое-где поблескивали драгоценные камни.

– Простите, что я подкралась. Никогда не знаешь, кого можно встретить, – начала оправдываться я. – Мой друг серьезно пострадал. Если у вас есть что-то, чем можно обработать раны, или хотя бы пара толстых веток, чтобы зафиксировать сломанную руку… Умоляю! Помогите!

Девушка, сидевшая у костра, подошла к нам. Она молча глянула на своего спутника, будто ожидая его решения. Не получив возражений, незнакомка выбрала пару более-менее толстых и прямых веток из того, что, по-видимому, предполагалось скормить сегодня очагу. Затем, ловко вспрыгнув на лапу гигантского кузнечика, нырнула под полог вагончика и через минуту возникла снова с матерчатым мешочком в руках. Сняла с крюка булькающий бурдюк и подошла ближе. Изучающий взгляд прошелся по мне и остановился на плече, где сквозь рваный рукав виднелась грязная ссадина. А потом вспорхнул к магу и, готова поспорить, в этом взгляде снова читалась просьба. Парень вздохнул, взъерошил густую черную челку и обратился ко мне:

– Показывай!

Возвращаясь назад, я поглядывала на усики, плавно покачивающиеся при ходьбе над головами моих спутников, и судорожно соображала, как объяснить их отсутствие у меня и лежащего на поляне Марко.

– Только это… – запинаясь, протянула я. – Не спрашивайте, пожалуйста, что случилось с… – и поводила пальцами у себя над капюшоном, понятия не имея, как иномирцы могут называть этот орган. Если это вообще орган… – Это очень личная и болезненная история!

Парочка снова переглянулась, но ничего не ответила. Когда они увидели стонущего взъерошенного асфира, готова поклясться – глаза их округлились. Незнакомка, помогая мне промывать раны и накладывать повязки, откровенно таращилась на темные спутанные кудри моего друга, вероятно, в поисках обрубков. Парня же куда больше интересовал посох Марко, чем его хозяин. Он пару раз прошелся рядом, пристально рассматривая черное каменное древко, потом присел, но прикоснуться не успел: рыжая девушка окликнула его, попросив о помощи.

Надвигалась ночь, и вслед за темнотой все ярче разгорались неоновым светом небольшие пузырьки с жидкостями и порошками, гроздью привязанные к посоху иномирского мага. Незнакомец снял один флакон, мерцающий зелеными искрами, и насыпал немного содержимого в центр ладони. Попросил свою спутницу добавить воды, и получившаяся субстанция засияла еще ярче. Взяв ее и потерев между подушечками пальцев, маг начал рисовать линии и фигуры на коже моего друга. Вспыхивающая зелеными искрами мазь быстро застывала, частично впитываясь в кожу. Отеки и воспаление начали спадать буквально на глазах, хотя раны все еще сильно мучили Марко. Впрочем, наверняка не так, как мысли о происходящем на Лагарте. И пусть сейчас мы ничем не могли помочь, все равно нужно было спешить. Иначе неизвестный, пусть и достаточно дружелюбный к нам мир сожрет нас заживо. э

Закончив с целебными знаками, парень со светящимися глазами достал из принесенного девушкой мешка чашку. Ту самую, из половинки ореха, с незатейливым орнаментом по краю. Налил в нее воды и размешал там содержимое еще каких-то пузырьков и пакетиков. Ингредиенты частично растворились, а частично плавали на поверхности, отражавшей теперь целый ряд незнакомых лун.

– Это должно сильно ускорить процесс восстановления. К утру будешь уже на ногах, – протягивая лекарство Марко, произнес маг медленно и странно, чуть жеманно растягивая слова. То ли это был не его родной язык и он говорил с акцентом, подыскивая правильные слова, то ли противоречивая смесь любопытства, настороженности и некоторого вполне читавшегося высокомерия накладывала подобный отпечаток. – Только не рекомендую пить прямо здесь, ибо через пару часов ты уснешь мертвецким сном.

– Может быть, вам стоит расположиться у нашего костра? – предложила девушка, всерьез обеспокоившись. – Винсера, мы же не торопимся? Можем остановиться на одну ночь. Города не станут от нас дальше за это время.

Становилось понятно, кто тут главный. Впрочем, молодой человек хоть и неохотно, но согласился. Да только мы сами не могли принять это предложение.

Асфир замотал головой и выставил руку.

– Благодарю, но я не могу сейчас уснуть, – прохрипел он, стараясь сесть поудобнее. – Всем сердцем благодарю вас и за помощь, и за это щедрое предложение, но нам нужно во чтобы то ни стало двинуться дальше…

Недоумение проявилось на лицах наших случайных спасителей.

– …Я бы хотела что-то вам объяснить, но не смогу. И дело не в какой-то опасности или тайне, просто не смогу. И прошу простить нас за это, – пыталась объяснить необъяснимое я. – Но уверена, что ваша доброта к вам вернется.

Тогда парень поставил чашку около руки Марко и начал складывать принесенный ими скарб в матерчатый мешок.

– Этот оазис почти вымер, здесь довольно безопасно, за остальное не ручаюсь. Впрочем, вам и не интересно, что там дальше? Не так ли? – в глазах нашего собеседника блеснула хитрая искорка.

Я было хотела что-то придумать, какую-то правдоподобную историю ни о чем, которые всегда спасали меня на Адаламене, но мысли о Лагарте заливали голову ледяной водой. Она мешала думать, уничтожала все желания, а в груди колола игла нетерпения. И я просто кивнула, выдержав пристальный взгляд светящихся розовых глаз.

– Лис, задавай свой вопрос… Тот самый… Я буду ждать тебя у костра, – сказал он, обращаясь к своей рыжеволосой спутнице. Поднял посох, до этого прислоненный к валуну, и зашагал обратно к фургончику.

Светло-голубые глаза девушки сначала отразили непонимание и замешательство, а потом резко расширились. Наша спасительница застыла, словно добравшаяся до нее мысль ошеломила хозяйку. Мы с Марко притихли, ожидая, что же будет дальше. Она покосилась сначала на меня, потом на Марко, будто только что увидела нас в совершенно новом свете, и явно оробевшим голосом спросила, что еще может сделать для нас. Получив в ответ лишь очередные благодарности, девушка попрощалась и направилась к фургону.

– А что за вопрос? – окликнула я ее, не в силах совладать с любопытством.

– Где мне искать правду? – буквально выкрикнула она, обернувшись. И эти слова сорвались не с губ, они вылетели из самого сердца. Выстраданные и оплаканные…

Теперь переглянулись мы.

– В книгах?.. – неуверенно ответил Марко.

– Спасибо… – прошептала девушка и ушла, больше не оборачиваясь.

– Как ты думаешь, за кого она нас приняла? – взволновался асфир.

– Не знаю и не узнаю, – вздохнула я, – да и, пожалуй, не хочу знать. Давай выбираться отсюда! У меня есть кое-что, что, возможно, отправит нас прямиком на Лагарт. – Даже в плотных сумерках я заметила надежду, вспыхнувшую в глазах моего друга. – Филипп в последнюю нашу встречу передал мне подарок от Грида. Его не выпускали с острова, а значит, вот это, – я, торопясь, расстегнула пару верхних пуговиц платья и вытянула наружу кожаный шнурок, на котором болтались камень с дырочкой и совсем истрепавшееся перо, – он нашел где-то в цитадели. Или недалеко от нее. Вряд ли Грид оставил бы Филиппа там и полетел исследовать материк в одиночку.

– Отличная новость… – асфир засуетился в поисках веточки, которой можно было бы рисовать на земле. – Но мне потребуется твоя помощь… Как мага…

Последние слова прозвучали то ли с волнением, то ли с сожалением. Но его можно было понять. Маг из меня был как из леща кувалда. Хотя на что-то я все же годилась.

Мне впервые довелось обращаться к магическому посоху, который десятилетиями передавался от глав боевых магов преемникам. Кристалл на нем оказался столь мощным, что прикосновение к нему сошло за хорошую затрещину. От последующего головокружения и легкой тошноты я не сразу рассчитала силы, и поляну залило светом так, что мы чуть не ослепли. И только немного позже я смогла отрегулировать свечение и установить посох над Марко. Лежа на боку и тяжело дыша, длинным прутиком он выводил переплетения букв магического алфавита. Несколько раз асфир просил помочь ему передвинуться. Трижды стирал некоторые места и рисовал заново. Каждую минуту мне хотелось спрашивать несчастного друга, как скоро тот закончит. Его периодическая задумчивость, аккуратные движения и постоянный пересчет составляющих каждой фигуры раздражали так, что тянуло зарычать. А ночная тишина и плотная темнота, опустившиеся на незнакомую землю, только подливали масла в огонь. Казалось, что время спешит как никогда. Да что там, оно просто неслось, сломя голову!!! С каждой минутой вырывая и унося прочь частицы наших жизней… Но самое главное, что где-то там горстка тех, кого мы любили, поставив на карту все, рискуя жизнями, пытались совершить невозможное. Любое мгновение могло стать для кого-то из них последним. Или для всех сразу… А может быть, даже для целого мира. Возможно, пока Марко строит этот чертов портал, нам уже некуда станет возвращаться!!!

– Как ты справляешься с мыслью о том, что может оказаться уже поздно? Может, все это уже зря… – сказал он, прервавшись, чтобы вытереть пот со лба и сделать глоток воды из оставленной нам фляги. Его явно бил озноб, но асфир наотрез отказывался тратить силы кристалла на восстановление до тех пор, пока не откроет портал.

– Никак! – призналась я. – При том, что я в принципе ничем больше не занята! Только этим!

Молодой маг вздохнул. Нарисовал еще несколько фигур и заговорил снова:

– Вот эти и вот эти, повтори здесь и здесь. Первые – это так называемые разделители, они отделяют одно от другого. Причем в данном случае это направленные разделители. То есть нам нужно отделить правую часть от левой. Не наоборот. С логической точки зрения может звучать странно, но для конструкции магического заклинания это обычное дело. Страх в этом случае будет отличным наполнением для склейки символа с его энергетическим содержанием.

– Ты что, решил провести для меня урок? – вскинулась я. – Самое время!

– Если у тебя есть другой способ не сойти с ума и сделать то, что мы должны сделать, то я готов тебя выслушать! – осек меня асфир, не поднимая головы и продолжая размечать на рыхлой земле точки, где еще не хватает магических слогов.

Я закрыла рот поплотнее и сорвала с ближайшего колючего кустарника более или менее подходящую веточку.

– Соединители, – объяснял дальше Марко. – Фактически это полярная конструкция. То, что присоединяет одно к другому. Или, скорее, притягивает, как магнит. Их будет удобно строить из нашего желания вернуться.

Мне не приходилось раньше иметь дело с многосоставными заклинаниями. По крайней мере с теми, конструкции которых собираются, как приборы, из отдельных деталей, а потом оживают, словно подключенные в электросеть. Я принялась за работу, но чувствовала, как дрожат руки, то ли от волнения, то ли от холода, то ли от сил, покидающих тело. А вероятнее, от всего сразу.

– А если у меня не получится? – густая тишина ночи, тяжелым одеялом висевшая над нами, словно содрогнулась от моего голоса. Я держала крошечный огонек над пальцем и переводила его то к фигуре, построенной молодым магом, то к своей. Все вроде было одинаково, но общая форма не казалась похожей.

– А если у меня? – охрипшим голосом спросил он вместо ответа, в очередной раз стер что-то и начал заново.

Ночь показалась до смешного короткой. Полоска над горизонтом уже начинала менять цвет. Время убегало так быстро, будто кто-то крал его вместе с нашими силами. Мы были измотаны, хотя пару раз все же прикладывались к посоху, чтобы немного восстановиться.

– Почти готово, – выдохнул асфир и поднял на меня глаза. Его обычно смуглая кожа сейчас казалась серой даже несмотря на разгорающуюся зарю. – Помоги встать.

Хотя правильнее было бы сказать «будь моими ногами», ибо самостоятельно стоять он не мог. Точнее, сначала опирался на посох, но, установив его в специально приготовленный круг, буквально повис на моих плечах. Жмурясь от боли, Марко поднял руки вверх и выпустил стайку мерцающих символов. Та, проплыв по воздуху не более метра, впиталась в ближайший магический рисунок, и тут же вся сложная схема налилась светом и запульсировала. В самом центре, чуть левее воткнутого в землю посоха, задрожало марево портала. Кажется, впервые за прошедшие сутки мой друг улыбнулся.

Я протянула ему камень, который уже давно сняла с кожаного шнурка. Если у нас и имелся с собой билет на Лагарт, то это был он. Асфир на мгновение закрыл глаза. Вряд ли он молился. С другой стороны, несмотря на все, что мы теперь знали о богах, это желание уже не первый раз посещало меня саму…

Марко легко бросил камешек в трепещущее световое марево, будто кусок хлеба голодным птицам. Секунду ничего не происходило, а затем раздался резкий хлопок и короткий, но мощный порыв ветра, ударив в нас, отбросил назад. Повалившись на спины, мы видели, как алая полоса прокатилась из центра к краям портала, а потом весь свет мгновенно свернулся обратно в середину. Все замерло и погасло. Пожалуй, впервые на моей памяти Марко выругался столь грязно.

Он с новым усердием принялся перепроверять схему. Следующим в ход пошло перо, и оставалось лишь надеяться, что его хозяин вылупился на свет где-то в саду Лагарта. Но вторая попытка тоже оказалась неудачной.

Молодой маг снова впился глазами в магическую схему. Молча. Уже не стирая испарину, выступившую на лбу. Лицо его выражало такой ужасный коктейль напряжения и смятения, что, казалось, еще один провал – и асфир просто закричит.

– Никто в этом мире не справится лучше. Если бы не ты, я не протянула бы и столько. – Моя рука опустилась ему на плечо. – Да, может быть, мы не попадем на Лагарт так быстро, как нам бы того хотелось. Но… Прошло уже слишком много времени… Если у них не получилось, то все, чего мы боимся, уже произошло… – Я задыхалась от собственных слов. Они казались сухими, шершавыми и будто скребли по горлу, пока я пересиливала себя, чтобы произнести их. – У нас полно маяков, чтобы отправиться на Сакарин. Теперь уже не столь важно, куда. А дальше мы найдем способ… Связаться с теми… Кто остался…

– Кристалл иссякает!!! – выкрикнул асфир, поднимая на меня покрасневшие глаза, казалось, в них вот-вот появятся слезы. – Если бы я строил портал на своих силах, то, сворачиваясь, он бы уже сожрал меня вместе с сапогами! Я не знаю, на сколько еще хватит энергии. На одну. Может, на пару попыток, но не больше…

Он снова вдохнул в магический чертеж жизнь, но на этот раз отправлять маяк в призрачное марево не спешил. Марко снова внимательно изучил светящийся рисунок. И тут его глаза просияли. Несколько сухих листьев, свернувшихся крошечной трубочкой, легли в начерченную схему, словно часть букв. Судя по всему, это чуть подправило их значение. Теперь, в последний раз проверив конструкцию и окончательно избавившись от сомнений, Марко сам забросил в волшебное марево оставшийся кожаный шнурок. И как только мутноватый свет проглотил его, алый вихрь заставил портал вспыхнуть и налиться плотным туманом.

– Жаль, что посох придется оставить здесь. Он бы очень нам пригодился, – вздохнул друг. – Давай возьмем хотя бы это лекарство, – он указал на оставленную незнакомцами посудину. – Мне нужно восстановиться как можно скорее.

– Боюсь, до обратной стороны мы донесем пустую чашку.

– Тогда я выпью лекарство сейчас.

– Но мы понятия не имеем, что ждет нас на Сакарин! – возразила я. – Может быть, мы упадем в море. Или, того хуже, прямо на загривок какому-нибудь голодному хищнику.

– И в том, и в другом случае я буду для тебя скорее обузой, чем помощью. Так что будь что будет, мы все равно в руках судьбы.

И не успела я возразить, как Марко, морщась, начал делать один поспешный глоток за другим.

Я вздохнула, понимая, что асфир, скорее всего, прав, взвалила его себе на плечо, и мы провалились в призрачную дверь между мирами.


Портал выплюнул нас в холодный и влажный лес стопы. В том же составе – изрядно потрепанная иномирка из одной вселенной, еле живой маг из другой и незатейливая чашка-путешественница из третьей. Мы приземлились в хлюпающую траву, шумно выдохнули, не сговариваясь, и огляделись. Пока мой друг еще оставался в сознании, необходимо было найти место, где тот мог наконец поспать. Непростая задачка, учитывая, что окружала нас в основном жесткая трава по пояс с таким острым краем, что ее можно было бы использовать в качестве ножа, да невысокие крючковатые деревья.

Какое-то время мы пробирались по жадно чавкающим кочкам, пока не присмотрели, удачно изогнутый массивный ствол. Он нависал над глубокой лужей, и самая широкая часть как раз шла почти параллельно земле. Хотя на стопе можно было смело сказать «параллельно воде»… Доживавший свои дни древесный гигант (в сравнении с остальной местной растительностью) давно лишился листьев и большинства веток. Поэтому кора его, влажная, подгнившая, заросшая густым мхом, показалась Марко чуть ли не периной. А голова удачно легла в небольшое дупло из которого, правда, пришлось сначала выселить пару испуганных жуков. И буквально через пару минут этого странного покоя мой измученный друг глубоко заснул. Так глубоко, что я начала опасаться, не упадет ли он с дерева.

Моя же задача состояла в том, чтобы найти еды, хоть какой-то. И я с ней справилась. Ну, почти… С таким же «удовольствием» я могла бы обнаружить пачку макарон быстрого приготовления посреди пустыни. Дело в том, что условный бог (вряд ли Альхан, конечно) послал мне те самые плоды, которыми мы ужинали с Вилдьером после спасения из лап контроля крови. Да-да, те самые, кожура которых в сыром виде может поддаться разве что лезвию с алмазным напылением. У нас его с собой, конечно, не было, а значит, их требовалось запечь. Только вот вокруг, сколько видели глаза, простирались мокрые насквозь болота.

Вскарабкавшись по относительно подходящей для этого скале, я оказалась на небольшом плато, чуть более сухом, чем самый нижний ярус стопы. Там я поживилась давно отломившимися ветвями колючего кустарника. Сложила из нескольких камней крошечную печурку, наломала веточек и натравила на них небольшой, но прожорливый магический огонек. Голова закружилась так, что я осела на землю и некоторое время приходила в себя. Впрочем, уютные потрескивания и сухое тепло, к которому можно поднести хотя бы ладони, того стоили. Пока запекались плоды, я думала о том, что Марко лучше было бы расположиться здесь, но вряд ли он смог бы сейчас лазить по скалам. Поэтому оставалось только надеяться, что никто, пока я занята, моего друга не сожрет.

И нам повезло. Когда я вернулась назад, пусть и с полусырыми, но все же вскрытыми овощами, мой друг по-прежнему спал, устроившись на древесном стволе. Только одна рука теперь свисала к самой воде. «Видимо, спать на деревьях – это какая-то базовая функция, доступная всем асфирам», – подумала я, оценивая его позу, которая и в первый раз не показалась мне удобной.

Попытки позвать Марко по имени, потрепать по плечу и даже пригрозить тем, что я съем его еду, никакого результата не дали. Видимо, иномирский маг насчет мертвецкого сна не слукавил. Тогда я положила оставшийся плод в прихваченную нами чашку, засунула ее асфиру во внутренний карман короткого кафтана и, устроившись рядом на дереве, принялась есть. Пресное содержимое овоща хрустело на зубах. Но мне вполне хватало того, что оно было съедобным.