# Семь мистических историй про неопознанное

Соня Ярошевич

Подобные истории могут произойти с каждым из нас, если себя накручивать разной мистикой. Если постоянно крутить в голове страшные мысли, страх обязательно поселится и в вашей душе. И тогда неопознанное начнёт поглощать ваш разум, заслоняя собой действительность. Поэтому, не увлекайтесь мистикой и сохраняйте ясность ума.

> Такие истории могут случиться с каждым из нас, если накручивать себя разной мистикой. Поэтому, не увлекайтесь.

© Соня Ярошевич, 2024

ISBN 978-5-0056-0880-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero


## Кот бегемот, который хотел только поиграть

Я всегда жила с кем-то, с родителями, с бывшим мужем, опять с родителями, я никогда не жила одна. Пока была жива мама, я себя отдельно от неё не представляла, даже идея уйти на съёмную не обсуждалась, мама бы меня не поняла. Но после её смерти, разделив с сестрой наследство, я наконец- то купила свою собственную квартиру. Я буду жить одна!! Эта мысль так меня воодушевляла, что я даже слышать не хотела никаких рассуждений на тему, что женщина должна если не выйти замуж официально, то хотя бы жить вместе с мужчиной. Замужем я уже была и знала распрекрасно, что не штамп в паспорте делает женщину счастливой. Да и перспектива возможного развода, учитывая память прошлого, который дался мне с большим трудом, мой бывший, даже живя с другой женщиной, отказывался давать мне развод, нагнетала дурные мысли. Я буду жить одна, ни с кем, пока не надоест.

И вот эта мечта сбылась. Я обустраивалась в своей новенькой однушке «с ремонтом от застройщика», расставляла мебель и новую посуду. У меня даже посуды своей не было, как оказалось, потому что я всегда жила с кем-то и всё было общее, общие кастрюльки, общий холодильник, общая стиральная машина и других, нужных в хозяйстве мелочей, о которых даже не задумываешься. Просто привыкаешь к общему быту и общему распорядку посещения санузлов. А теперь я смогу ходить хоть голой по квартире, в конце концов, не заботясь о том, что в ней ещё кто-то есть.

Не сказать, что я была абсолютно довольна своей квартирой, всё-таки панелька, хоть и новая, а технологии строительства остались всё те же.

Это наспех построенное жильё эконом-класса ни в чём не уступало по качеству жилью, построенному силами военно-строительных войск для отставных офицеров в 90-е годы, в которое когда-то заселилась и наша семья. Построено было намертво, но требовало доработки. Под плинтусами также была пакля, которой затыкивали щели между бетонными плитами. Но на носу было уже лето и утепление жилища монтажной пеной вместо пакли по всему периметру я отложила до осени. Даже бумажные обои в кладовке несказанно удивили точно таким же дизайном, какой был в родительской квартире, построенной стройбатом. Интересно, где прячут этот засекреченный обойный заводик, который уже несколько десятков лет штампует одни и те же рулоны обоев?

А вот мебель и бытовая техника у меня были новые. Во-первых, вообще хотелось нового, зачем тащить в новую квартиру старый диван со старыми клопами? Если есть деньги на покупку самой квартиры, то должны быть и на необходимую мебель. А крупногабаритной техники собственного пользования у меня так и вовсе не было, как и кухонной посуды, а делить стиралку и ложки-поварежки с сестрой как-то было унизительно. Да и как бы я это всё перевозила?

А так стиралку и холодильник мне установили мастера из магазина бытовой техники, что практически входило в стоимость вместе с доставкой. Тем самым я получала не только гарантийное обслуживание в сервисном центре, но и отсутствие риска платить мастеру за ремонт этой самой техники, как случилось с моими родителями после новоселья. Купленный заранее для новой долгожданной квартиры холодильник, собранный на секретных заводах того же Министерства обороны в постсоветское время, работал при любых обстоятельствах как космический корабль. При переезде задели какой-то провод и холодильник перестал автоматически отключаться, мама всё время подбегала и отключала его вручную кругленьким тумблером внутри холодильной камеры. Мастер по ремонту сказал, что там что-то повредилось и начал вытекать фреон. Поэтому, я максимально учла все возможные неудобства и наслаждалась одиночеством в своих 42-метровых апартаментах.

Как есть минусы в совместном проживании, также они есть и в одиночном. Помимо того, что у меня не было некоторых вещей общего пользования, эта проблема легко решалась покупкой необходимого в ближайшем хозмаге, не всё мне удавалось сделать самостоятельно. Например, передвинуть самой диван чуточку правее, потому что так будет лучше, уже было проблематично. А двигать его назад, потому что так стало еще хуже, вообще уже не хотелось. Замена лампочек в люстре тоже была отложена как-нибудь на потом, потому что лазить на стремянке, когда никого рядом нет, чтобы подстраховать на всякий случай, вызывала некие опасения. Телевизора, который бы тарахтел в квартире «для фона», создавая видимость присутствия, у меня не было, потому что у меня вообще давно уже не было телевизора. Он мне не нужен как вещь. У меня есть ноутбук, безлимитный интернет и все новости и фильмы я при желании смотрю онлайн.

В общем, я наслаждалась своим маленьким счастьем, отмахиваясь от назойливых шуточек подруг по поводу отсутствия в моём доме мужских рук. Держать в руках отвёртку я неплохо умею и сама, отец за неимением сына, научил старшую дочь, а вот делится личным пространством, да ещё и стирать чьи-то портки за то, что он прикрутит мне очередную полочку, мне вовсе не хотелось. Дешевле купить перфоратор, ему не надо стирать и он не жрёт так много, как любят поесть эти самые «мужские руки».

Дни проходили как обычно, возня с обустройством первое время отнимала много сил, спать иногда ложилась заполночь, уставшая и без сил.

Через месяц я уже начала привыкать, первоначальная эйфория понемногу выветрилась, личный график труда и отдыха нормализовался.

И тут началось самое интересное. Сначала я не могла уснуть, вздрагивая от непонятных звуков в санузле. Я же знаю, что я в квартире одна. А как будто кто-то пользуется. Нет, это соседям по ночам не спится, вот и слышимость с непривычки. Потом, также ночью, стали слышны некие постукивания. Прислушиваюсь, холодильник мой, как обычно, тихо урчит. А на этом фоне еле слышимые глухие и монотонные тук-тук-тук.. Может, холодильник попался бракованный? Встала, проверила, нормально работает мой новенький холодильничек, мотор работает как положено, не подпрыгивает. А вот звуки постукивания слышны даже в комнате. Потом всё затихает.

Днём всё как обычно, под окнами ходят и разговаривают люди, на деревьях чирикают птички, пиликает домофон, хлопают входные двери. К ночи всё затихает и начинается это глухое тук-тук-тук…

Это я просто не привыкла ещё жить одна, вот и мерещится. Ночью вообще все посторонние звуки слышны гораздо сильнее. Нет привычных шумов улицы, выключаются соседские телевизоры, поэтому слышно даже как соседи сверху пользуются канализацией. Да и вообще, какие привидения могут быть в новом доме? Ладно бы старый какой, с историей про нехорошую квартиру как у Булгакова. Абсолютно всё новое, в этой квартире никто до меня не жил, дом только недавно заселили. Даже построили его не на месте старых развалин, а на обычном пустыре.

Но глухие монотонные стуки продолжались.

Может, я вселилась как-то не так? Надо было кота сначала пустить, чтобы с домовым подружился. А я так торопилась заехать, что даже не соблюла эту забавную и весёлую традицию. Надо одолжить кота у сестры, пусть всё будет по правилам.

Сказано, сделано. Тем более, что сестра уезжала по делам на несколько дней и кота действительно оставить было не с кем. Обычно она берёт его с собой, когда едет на выходные за город, кот к транспортировке в котовозке привычный. Но у меня ему резко не понравилось. Ещё в коридоре милый котик начал царапаться и отказываться вылезать из своей кошачей сумки. Пришлось вытряхнуть.

Заходить в комнату этот трусливый котэ также отказался, начал щемиться к входной двери и жалобно мяукать. Ну нет уж, иди, заводи дружбу с местным Нафаней. Но кот не хотел, не нравилось ему у меня. Ни его подстилка, привезённая из дома, ни его мисочки с привычным кошачьим кормом не исправили казуса положения. Спать в одной квартире с этим несносным животным тоже оказалось нереально. Кот всю ночь шарохался туда-сюда, жалобно и тихо мяукая, куда-то меня звал, что-то мне пытался показать, запрыгивал на комод, роняя лежащие там вещи, пугался и убегал на кухню, где я его в итоге и закрыла до утра, чтобы дал поспать. Весь последующий день милый котик также не хотел привыкать, прижимался ко мне и смотрел таким тоскливым взглядом…. Когда я увозила кота обратно к сестре, он так радостно запрыгнул в свою котовозку, чего за ним никогда не замечали, обычно приходилось отлавливать его под диваном, что мысли о «нехорошей квартире» стали несколько навязчивыми.

Вернувшись домой, я принялась за уборку, потому что котяра от перенесённого стресса налинял повсюду столько своей рыжей шерсти, причем, даже в самых труднодуступных местах, что пылесосить надо было всё.

Доставая из-под стола очередной пучок кошачьей шерсти, я вдруг почувствовала мягкое и тёплое прикосновение сзади. Как будто меня кто-то ткнул лапкой. Я вздрогнула и огляделась. Никого нет, только молчаливый пылесос, отключенный на время моего ползанья под столом, тихо лежал на полу. Но мне же не почудилось! Меня только что кто-то тронул, игриво так, как будто приглашая поиграть. Господи, я не верю в домовых! Но мысли были именно об этом. С комода шлёпнулась расческа. В другое время я бы решила, что это мой рыжий гость, лазивший там вчера, навёл там свой порядок. Но это в другое время. Сейчас же присутствие кого-то ещё в квартире казалось вполне реальным. Быстро закончив пылесосить и нервно перекурив, я перемыла всю посуду, перепроверила все вещи, лежащие на комоде, столе, тумбочке в ванной, чтобы ничего просто так не падало.

Вечерний просмотр интернета не вдохновил, пишут всякую ерунду для хайпа, как будто свецкие сплетни про бомонд нашей современной эстрады делают кого-то счастливее. На их изыски имиджа насмотришься, не дай бог во сне такое приснится. А вот старый добрый советский фильм отвлёк от навязчивых мыслей. Вообще, люблю советский кинематограф за то, что всё, о чём бы не снимали те же Эльдар Рязанов или Георгий Данелия, даже комедия положений или фантастика, имело смысл и логику. Все их экранные истории были выдумками, но сняты так, как это могло быть на самом деле. И на волне впечатлений от приятного кино я улеглась спать.

В сладкой полудрёме пронеслись образы детства, мама ещё живая, которая мне иногда снится совсем молодой, жалобное мяуканье глупого котэ, недавшего мне выспаться предыдущую ночь, какие-то переполохи и неясные картины переплелись с тихим и монотонным тук-тук-тук.. Я распахнула глаза и увидела его. Он сидел на моей постели сбоку от меня и улыбался. Такой большой, с полметра, чёрный и толстый. Это был именно он, мужского рода, я в этом не сомневалась, и игриво так улыбался той улыбкой булгаковского кота Бегемота. Мне показалось, что я даже увидела в нём черты артиста, сыгравшего роль Бегемота в последней экранизации «Мастера и Маргариты». Меня охватил дичайший ужас. Была бы я дурно воспитана, я бы, наверное, уписалась со страху в прямом смысле слова. Но моё воспитание не позвляло мне обдудолиться в постели, если там был кто-то ещё. Но пошевелиться я не могла, только смотрела на это улыбающееся создание, невесть откуда взявшееся на моём диване среди ночи. А он сидел и мигал крохотными светящимися глазками, как будто заигрывал со мной, эй, давай поиграем. Я попыталась закричать, но голоса не было. Рот открывался, я отчаянно кричала, а звука не было. Сердце начало так бешено колотиться, что казалось, пробъёт грудину. А вот звук бешено бьющегося сердца я услышала, и открыв глаза ещё раз, поняла, что проснулась окончательно. На постели, разумеется, никого не было, только глухие и монотонные тук-тук-тук раздавались в темноте пустой квартиры. На лбу холодный пот до такой степени, что наволочка на подушке влажная. Осознание, что это был всего лишь сон успокоило сердцебиение, я включила настольную лампу и, поворочавшись, всё же нашла в себе силы спать дальше.

Утро началось как обычно звуком будильника, но ночное сновидение не забылось, хотя уже и не было таким чётким и эмоциональным. Нам свойственно забывать свои сны, даже кошмарные, ночные страхи обычно уходят с рассветом. Также было и со мной, но осадочек неприятный всё равно где-то глубоко внутри осел.

День также выдался ничем непримечательным, спать я решила с включённой ночной лампой, так спокойнее, только улеглась, закутавшись в тёплое двухспальное одеяло, расслабилась и размечталась, как на меня упало несколько капель жидкости. Чёрт! Я вскочила и начала бешено искать источник этих капель, благо, лампа достаточно освещала комнату. Капало с потолка, мокрое пятно ползло из щели между бетонных плит потолка и смежной с соседской квартирой стены. Меня заливают. Слава богу, ещё не так поздно, около одиннадцати. Одевшись, вышла на лестничную клетку и позвонила в квартиру соседям. О начавшемся потопе они ещё не знали, сидели в комнате, смотрели телевизор. Как оказалось, по дурацкому проекту этого дома, моя жилая комната граничила с кухней соседской квартиры. Видимо, конъюнктура рынка недвижимости, где большим спросом пользуются однушки, а не трёшки, сподвигла боссов строительного рынка изменять серии домов так, чтобы вместо одной трёхкомнатной квартиры получалось две однокомнатных, дополнительный стояк и вуаля! стриги бабло.

Осмотр своей кухни соседями вызвал ещё более бурную реакцию, чем у меня, ибо их заливало гораздо больше, так как над их кухней тоже находилась чья-то кухня. Пока сосед метнулся наверх устранять причину потопа, а соседка что-то щебетала про эту ситуацию, я огляделась. Звук её голоса перерос в какое-то фоновое сопровождение, я уже не очень понимала, что именно она там щебечет. У протекавшей стены стоял холодильник, допотопный такой, наверное, ещё их бабушки. Холодильник гудел, гудел, а потом вдруг затарахтел и начал биться о стену глухими и монотонными тук-тук-тук… Соседка на секунду перестала щебетать, открыла дверцу холодильника, что-то покрутила и продолжила свой щебет о нерадивых соседях сверху. У меня был только один вопрос:

– Что вы сейчас сделали с холодильником? Вы сейчас открыли его и что-то в нём покрутили?

Соседка опять на секунду отвлеклась от своего эмоционального щебетания про заливающих нас соседей:

– Да это холодильник у нас барахлит, не отключается сам. Хороший такой холодильник, не то, что сейчас делают, не успеешь купить, как ломается. Этот агрегат еще детям нашим послужит. Я просто вручную его отключаю, когда он сам заедает.

Если бы она была внимательней и не тарахтела как заведённая, она бы видела моё выражение лица и прочитала бы по нему мои мысли. Но эта женщина, казалось, не видит и не слышит ничего вокруг.

Я просто молча подошла к холодильнику и выключила его из розетки. Соседка замолчала и уставилась на меня непонимающим взглядом. Ледяным голосом, не терпящим пререканий, я очень убедительно ей объяснила:

– У вашего холодильника потёк фреон. Это такая специальная жидкость, которую закачивают в холодильники, чтобы они морозили. Наверное, вы при переезде зацепили какую-то трубку этого агрегата. Надо вызвать мастера, чтобы починил. А ПОКА МАСТЕР НЕ ПОЧИНИТ, ВКЛЮЧАТЬ ХОЛОДИЛЬНИК В СЕТЬ НЕЛЬЗЯ. У фреона очень ядовитые испарения.

Соседка посмотрела на меня ещё более ошарашенным взглядом, закивала головой, залепетав какие-то маловразумительные уже слова благодарности.

А моих эмоций хватило только на то, чтобы молча уйти к себе домой.

Закрыв за собой входную дверь, я смогла лишь тихо проорать:

– Чёрт!! Чёрт!! Чёрт!!!! Из-за этой курицы, не соображающей, что у неё сломался холодильник, я чуть не заработала ночной энурез, тахикардию, ранние седины и нервный тик!


## Складской учет при полтергейсте

Когда работаешь в маленьком офисе где-нибудь в центре города, когда кругом люди в любое время суток, то привыкаешь к этой городской суете. Рабочее время плавно перетекает во внерабочее, кто-то спешит побыстрей убежать с работы, чтобы успеть забрать ребёнка из детского садика, кто-то торопиться вовсе не домой, а по своим делам или встречам, кто-то засиживается допоздна, двигая теорию про трудоголиков, хотя все знают, что дообеденное и послеобеденное полуторачасовое чаепитие за обсуждением всех офисных новостей и есть первопричина этого трудоголизма.

Работа на оптовом овощном складе практически за чертой города имела свою специфику. Во-первых, рабочий день начинался на час раньше установленного не потому, что этого требовали злые начальники, а потому, что рынок, откуда были многие мелкооптовые покупатели, работал с раннего утра. Как шутили кладовщики, этим торгашам рыночным дай волю, так они и в пять утра заявятся. Помимо рыночников, были еще продуктовые сети, которые тоже отгружались всегда с утра. В общем, до обеда жизнь кипела, а после медленно уходила в сон. Начальство не требовало от струдников высиживать положенные восемь часов, все уходили тогда, когда отгружался последний на сегодня клиент. В принципе, так работали все соседи-оптовики. К вечеру территория складского комплекса превращалась в пустошь, по которой бегали стаи местных складских собак. Соответственно, и ощущения нахождения в этом месте на окраине города делились на до и после.

Человек ко всему привыкает, привыкают и к такой работе, даже со временем нравится и удобно, но трудоголиков в таких местах нет. Есть что-то унылое и настораживающее в пустых и безлюдных помещениях складов, в завывании ветра на улице, какая-то безысходность в мрачном бетонном заборе, который по началу кажется бесконечным. Байки про привидения и разные ужасы, от нападения собак или вовсе криминальных историй травят в курилке постоянно.

А когда пропадают, а потом через неделю мистически находятся чайные ложки, истории про полтергейст в таких местах уже неизбежны. А ложки пропадали регулярно. Причем у всех, и в офисе, и на складе. Надоело уже приносить из дома. Потом, когда уже про эти конкретные ложки все забыли, они вдруг появлялись в полуторалитровой банке в шкафчике комнаты отдыха. Чистые такие, помытые, и даже не только наши. Как будто кто-то тырил наши ложечки, пользовался ими, а потом тихонечко подбрасывал в офис. Все находились в легком недоумении, слегка следили друг за другом по этому поводу, а складские даже шутили, что они свои ложки в карманах носят как солдаты пехоты во время Великой Отечественной войны, чтобы не пропадали.