Израиль: сегодня и думы
Исраэль Дацковский

Корректор Анастасия Казакова

Дизайнер обложки Клавдия Шильденко

© Исраэль Дацковский, 2022

© Клавдия Шильденко, дизайн обложки, 2022

ISBN 978-5-0056-0721-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие

Данная книга, по сути, является продолжением нашей предыдущей книги «Политический иудаизм». Часть статей, собранных в этот сборник, была написана в качестве обсуждения будущего, еще не наступившего события. Сегодня мы иногда уже находимся на большом временно́м расстоянии от того или иного события и можем post factum (иврит: бэдиава́д) его рассматривать и оценивать. Но смысл большинства статей, причины их написания и приведенный в них анализ состояния не потеряли своей актуальности, так как на фоне текущих в то время событий оценивали, анализировали общую картину и содержащиеся в ней проблемы, то есть, были аналитическими статьями. Иногда интересно посмотреть, как мы мыслили в тот период по сравнению с тем, что получилось после реализации того или иного события. Кроме этого, человек меняется. И сегодня мы отдельными комментариями укажем на изменение и уточнение наших взглядов по сравнению с нашим мыслительным состоянием в год написания той или иной статьи.

Отметим, что первые статьи в сборнике писались для бумажного издания газет с их жесткими требованиями по количеству слов в тексте. Более поздние статьи, написанные уже для сайтов в интернете, который снял жесткие требования к объему текста, гораздо подробнее излагают наши взгляды на тот момент времени. В каждом разделе статьи расположены в обратном хронологическом порядке – более поздние статьи расположены перед ранее опубликованными.

Статьи несколько подредактированы и подкорректированы для данного издания. Современные дополнения и замечания введены [в квадратных скобках] и после соответствующей статьи.

В сборник мы НЕ включили более ранних статей, посвященных двум темам, потерявшим свою актуальность обсуждения. Одна из них – активное обсуждение присоединения Израиля к США в качестве очередного заморского штата (это обсуждение велось отнюдь не только в русскоязычной прессе; мы хорошо помним год, когда на большинстве машин перед Днем независимости Израиля (!) развевались американские флаги рядом с израильскими). К нашей радости эта тема полностью сошла с повестки дня.

Второй темой, статьи по которой НЕ включены в эту книгу, является тема, очень актуальная в 1992—1995 годах, – покупать или не покупать собственную квартиру. Для покупки квартиры нужно было брать долговременную (на 30 лет) ипотечную ссуду (иврит: машка́нта), привязанную к индексу цен, а инфляция тогда была весьма заметной – до 20% в год. Это, конечно, не сотни процентов годовой инфляции в 1983—1984 годах, но все-таки очень много. Были агитаторы (и первый среди них – уже покойный Антон Носик, быстро покинувший историческую родину и вернувшийся на доисторическую), убеждавшие, что брать этой ссуды нельзя, она растет как на дрожжах из-за инфляции: возьмешь шекель – банк потребует отдать миллион. Приводились расчеты огромного роста месячного возврата ссуд при инфляционном процессе, но без учета других факторов, влияющих на трудности или на их отсутствие при возврате этих ссуд. Многие оли́м («свежие» еврейские иммигранты, поднявшиеся в Страну, в то время – в огромном большинстве из стран бывшего СССР), послушавшись тогда певцов отказа от машканты, и сегодня, уже состарившись, сидят на разоряющем их съеме без своих квартир и бесконечно долго ждут социального жилья. Мы же утверждали, что покупать квартиру и брать ссуду тем, кому еще не исполнилось 40 лет, необходимо. Культура как коренного Израиля, так и привезенная из СССР культура поднявшихся в Страну евреев подразумевала постоянное проживание в СВОЕЙ квартире. А ведь по инфляции рос не только возврат машканты, но и зарплата, поэтому трудности выплаты ссуд НЕ возрастали со временем. Также нам уже тогда было видно то, что многие увидели позже: с учетом того, что мы начинали нашу трудовую жизнь в Израиле с низких зарплат и должностей, но у многих со временем трудовое положение изменилось к лучшему и рост зарплаты обгонял инфляцию, то выплата растущих по инфляции ссуд облегчилась. Выиграли те, кто квартиру купил, за что мы тогда и агитировали. Но сегодня эта тема уже неактуальна.

Выпустить эту книгу наших статей, как и чуть ранее вышедшую книгу «Политический иудаизм», нас сподвигла книга статей Яакова Хисдая «Смутное время. (Израиль после 1973 года)» (пер. с ивр. Иерусалим: Филобиблон, 2003. 392 с.). Эта книга явилась для нас примером как по идее собрать под одной обложкой статьи разных лет, разбросанные по немереным просторам русскоязычного интернета, но в целом проявляющие единые взгляды автора на состояние Израиля, так и по общности наших взглядов с незнакомым нам Яаковом Хисдаем на многие стороны израильской жизни (хотя между нами есть и немало отличий в таких оценках). Многие наши статьи, по сути, являются продолжением анализа состояния Израиля, начатого Я. Хисдаем. Очень характерная цитата из его статьи 1987 года (до договоров Осло!) «Винтовка и флаг» (с. 279) приведена нами в статье «Достоинство государства», включенной в данную книгу. Эта цитата заканчивается словами: «А у государства Израиль сегодня достоинства нет».

А если нет достоинства государства, то трудно надеяться на уважение такого государства со стороны его граждан. Булат Шалвович Окуджава писал Б. Слуцкому в 1968 году:

Вселенский опыт говорит,
что погибают царства
не оттого, что тяжек быт
или страшны мытарства.
А погибают оттого
(и тем больней, чем дольше),
что люди царства своего
не уважают больше.

Израиль, конечно, не погибнет. Не для того он воссоздавался как единственное надежное пристанище чудом сохранившихся евреев в этом антисемитском мире после немыслимого двухтысячелетнего изгнания (рассеяния), в котором вопреки всем законам евреи сохранились как народ (без территории и государства) и сохранили свою спасшую их от исчезновения религию (насколько иудаизм можно считать религией). Но построенное здесь, на Святой земле, светское по своей сути государство (надстройка по К. Марксу), нагло присвоившее себе имя Израиля, как мы надеемся, долго не просуществует и будет заменено по-настоящему еврейским по своему построению, управлению, функционированию и проведению внутренней и внешней политики государством.

И прославляемым в молитвах религиозных сионистов ростком избавления являются отнюдь не имеющаяся сегодня сильно подгнившая надстройка и все ее нееврейские структуры (в первую очередь способ формирования правительства и Кнессета, армия, полицейско-прокурорско-судебная система и система школьного образования), хотя эта надстройка, несомненно, сыграла свою важнейшую историческую, но временную роль в построении этого государства и в обеспечении его существования и расцвета в страшном, агрессивном окружении; но теперь она стала тормозом, стала препятствием на пути прогресса еврейского государства.

К сожалению, пока еще не созрели силы и структуры, способные взять на себя функции нарождающегося еврейского государства, нет нормальной, реальной и действенной карты перехода к такому государству и задачей понимающих ситуацию евреев сегодня являются усилия по эволюционному изменению прогнившей надстройки для практической отработки будущих структур еврейского государства, теоретические работы по его устройству и функционированию в условиях современного мира, введение в структуры государства еврейского понимания их необходимого функционирования.

Но уже явственно видны ростки избавления.

Ростком избавления является сбор евреев со всего мира в свою Страну из стран, в которые они были изгнаны с родины много веков назад; ростком избавления является расцвет исследований и изучения Торы; ростком избавления является существенный рост количества евреев, искренне и глубоко возвращающихся к Традиции и принимающих на себя «оль малху́т шама́им» (перевод с иврита: ярмо (власть) небесного царства) из тех, кто ранее или даже с рождения был отделен от своей Традиции.

Поэтому, несмотря на окружающий нас сегодня мрак, будущее нам представляется светлым; мы еще будем, как нам обещано, «царством священников и народом святым» (стих 19:6 недельной главы «Итро» книги Шмот), несущим свет Торы, Тв-рца, небесного царства народам мира («ор лего́им», Йешаяhу 42:6 и 49:6), хотя на пути к нему нас ждут еще очень многие и тяжкие испытания.

Да будет Его воля на это вскорости, в наши дни. Амэ́н!

В книгу включены статьи разных лет, а потому иногда встречаются повторы отдельных абзацев одного и того же текста в разных статьях. Мы не стали их убирать.

1. Политика

1.1. Арабы земли Израиля

(04.2020)

Мы представляем, какой уровень критики обрушится на нас со стороны прогрессивного читающего сообщества, как нас будут обвинять в диком, пещерном шовинизме, радикальном национализме и прочих грехах в глазах интернациональной, либеральной и демократической публики. Но все-таки мы полагаем, что этот текст должен быть опубликован, что факты должны быть выложены на стол. Может быть, у кого-то откроются глаза на реально происходящее в Стране.

Мы в наших предыдущих текстах уже писали, что в Стране могут жить только евреи («… народ отдельно живет и среди народов не числится» – слова великого ненавистника евреев гойского пророка Билъа́ма; стих 23:9 недельной главы «Балак» книги Бемидбар) с очень небольшими примесями иных народов, полностью признающих Б-га евреев и власть евреев, отказавшихся от любых видов идолопоклонства и любой политической организации. Сегодняшнее положение «лиц арабской национальности» в Стране совсем иное. Постепенно, после первой интифады, где-то с начала 90-х годов ХХ века они из достаточно униженного народа, снизу вверх смотрящего на евреев, которых он de facto считал реальными хозяевами Страны, превратились в мощное национальное движение с требованием прав на государственность внутри Страны (точнее, с требованием государственных прав на всю Страну, очищенную от евреев – знаменитый нацистский лозунг «ю́денфрай» (нем. judenfrei) или «ю́денрайн» (нем. judenrein) хотя это «национальное движение» остается безнадежно разделенным внутри себя непреодолимой семейной клановостью, огромной коррумпированностью и идеологической (партийной и религиозной) групповщиной. Мы не будем здесь обсуждать здесь происхождение «древнего палестинского народа», созданного в конце 70-х – начале 80-х годов ХХ века усилиями идеологов КГБ и собранного из различных кланов, набежавших сюда после начала возврата евреев в свою Страну арабов, но уже к сегодняшнему дню имеющего обильную «историографию», уходящую в глубины веков. Мы помним о «вкладе» Йоси Бейлина и Шимона Переса в превращение прозябающей в Тунисе и разваливающейся от безнадежности бандитской группировки Ясера Арафата под названием ООП – Организация Освобождения Палестины (от сионистских захватчиков) в легитимного партнера по переговорам. Кстати, ООП с задачей изгнания евреев из Страны была создана в 1964 году, до Шестидневной войны 1967 года, когда территории Иудеи и Самарии были под властью Иордании и никаких мыслей о палестинском государстве на этих территориях еще ни в каких головах не возникало. Их единственным лозунг был «евреев (всех) – в море!» Но наша еврейская левая банда вынудила Ицхака Рабина подписать договор Осло и начать передавать бандитам территории внутри земли Израиля и вооружать палестинскую «полицию». Тогда и «внутренние» арабы почувствовали не столько свою принадлежность к «великому» палестинскому народу, сколько равные с евреями права внутри Израиля. Существующее сегодня положение – огромный, разрушающий еврейское государство успех левых евреев, утерявших всякую связь не только с еврейством, но и с реальностью.

Далее руководители арабов земли Израиля поняли, что военным или демографическим путем победить евреев в обозримом будущем не представится возможным и «план салями» – постепенное отрезание у евреев по кусочку Страны – также не ведет к успеху. Тогда их руководители поняли, что захват Страны нужно производить иначе. Как? – несколькими путями. Один из них – захват должностей и положения в Стране через предъявление образования (другие пути: безудержное незаконное строительство с захватом огромных площадей Страны беспорядочно разбросанными малоэтажными домами на одну семью, окружение незаконными домами и незаконными оливковыми плантациями (все – на государственной земле Израиля) еврейских поселений и городов для предотвращения их роста и развития, делигитимация Израиля на международной (изначально антисемитской) арене). А наши раввины в своих йешивах безнадежно остались в пределах информации из древних книг, даже не пытаясь оглянуться вокруг на окружающую их реальность: «Сужденья черпают из забытых газет времен очаковских и покоренья Крыма» – цитата из комедии А. С. Грибоедова «Горе от ума» (1824, действ. 2, явл. 5, слова Чацкого). Разве что книги, от которых раввины не могут поднять головы, намного древнее и написаны большими еврейскими мудрецами столетия и тысячелетия назад. Но мир существенно поменялся, а раввины этого не заметили. И тогда они продолжают рассказывать нам то, что они видят из древних святых книг, изучаемых в закрытых от свежих ветров йешивах, – рассказывать о примитивных, неграмотных и вороватых арабах с тележкой и осликом. А тем временем арабы успешно приближаются к окончательной стадии бескровного (пока) захвата Страны.

Вдруг оглянувшись, мы видим, что большинство фармацевтов в аптеках (требуется первая академическая степень) стали арабами, большинство новых медсестер (мужского и женского пола; также требуется первая академическая степень) – арабы, большинство новых врачей – арабы (а это шесть лет сложного университетского образования, которого арабы, «успешно» закончившие (практически не учась) арабские же университеты (просто раздающие дипломы и не требующие даже минимальных знаний в профессии) в Израиле и вне его, практически не имеют), у многих строительных кабланов (подрядчиков) практически весь инженерный (а не только необразованный рабочий, как все привыкли) состав – арабы. Стало явно видно, что много докторов наук и заведующих лабораториями (особенно в Беер-Шевском и Хайфском университетах, но заметно и в других колледжах и университетах) – арабы. Так же, как среди лауреатов Нобелевских премий число евреев заметно превышает их процент в мировом населении (по крайней мере до последнего периода разгулявшегося не на шутку «интеллигентного» антисемитизма в мировой политике и науке), так и процент занявших высокие должности образованных (или «образованных», но с признаваемыми Израилем дипломами) арабов в определенных, «приговоренных» арабами к захвату областях и вытеснению из них евреев стал заметно превышать процент их населения в Стране.

Университеты и колледжи массово принимают арабских студентов, соответственно сокращая места для студентов еврейских и закрывая глаза на качество и источники арабских аттестатов зрелости, на результаты психотестов (или их отсутствие), в процессе учебы предъявляя резко заниженные требования к знанию изучаемых предметов. Для выполнения курсовых работ преподаватели «в чистоте и наивности душевной» образуют пары «еврей – араб» с полным пониманием, кто на самом деле работу выполняет, но оценки ставят обоим. И опять процент арабских студентов в Стране стал заметно превышать процент их населения в Стране, и это – при откровенно слабом арабском среднем образовании. На севере Страны большинство колледжей, включая Цфатский почти университет, по составу студентов стали почти полностью арабскими.

Идет планомерный, явно организуемый какими-то невидимыми на поверхности силами захват арабами земли Израиля академии, специальностей, требующих высшего образования (часто под видом «исправляющей дискриминации» – иврит: афлая́ метуке́нет). Достаточно массово создаются совместные арабо-еврейские школы (особенно на севере Израиля), где учат взаимной терпимости и любви (но еврейская терпимость к арабам вырабатывается, а вот обратная – скажем прямо, не очень). Совместно отмечаются и арабские и еврейские праздники (ну и христианские, конечно – куда же без такого богатого пласта мировой культуры!), идет плановое размывание и так не особенно сильной еврейской самоидентификации. О кашруте на совместных трапезах никто и не вспоминает – какой кашрут, когда арабские сладости такие вкусные!

И никаких написанных указаний на такое действо нет. Мы, выходцы из Союза, хорошо знаем, что там не было письменных указаний не принимать евреев в определенные ВУЗы и аспирантуру, не брать на работу. Но система работала отлично, все всё знали и эти ненаписанные, неясно кем даваемые инструкции достаточно хорошо выполнялись.

Приведем несколько примеров из жизни. Мой сын закончил колледж медсестер/медбратьев (первая академическая степень). Один из его лекторов, доктор (Ph. D.), по мнению сына – отличный специалист и отличный лектор, араб, частью своей ставки занимается организацией групп арабов для отправки их в Иорданию на (не контролируемую нами) учебу и возврата их сюда уже медсестрами или врачами. Дело в том, что евреи к работе медсестры относятся с презрением («попы мыть»; явно путая эту работу с работой нижнего слоя помощников в отделениях – иврит: ко́ах эзе́р, примерный перевод с иврита на реальности русского языка – санитары, но стигма сильна даже для светских, а для наших религиозных эта работа недостаточно чиста, подразумевает работу в шаббат, да еще и не отвечает требованиям скромности), а арабы считают эту работу уважаемой (и весьма высокооплачиваемой) не только для женщин, но и для мужчин. Ведь за последние 20—30 лет эта специальность преобразилась, далеко ушла от работы «сестер милосердия» и сегодня требует обильных медицинских знаний, знаний инструментов, средств и медицинской аппаратуры для выхаживания сложных больных – не даром для этой работы сегодня требуется академическая степень именно в этой области. А техническая и довольно грязная работа сместилась на отсутствовавший ранее более низкий слой работников без образования, как мы уже написали, на слой помощников в отделениях – иврит: ко́ах эзе́р.

И вот уже, по визуальной оценке сына, на государственном экзамене для получения лицензии медсестры в сентябре 2019 года в Тель-Авиве около 70% кандидатов были арабами. Подавляющее большинство новых врачей – арабы. Евреи стараются «зажать» прием своих сыновей и дочерей на медфакультеты (фактически обеспечивающие менее половины сегодняшней израильской потребности в новых врачах), предъявляя евреям нереальные вступительные требования, а часть тех, кто этим требованиям соответствует, «валят» на собеседовании (как нам это знакомо по опыту поступления в МИФИ, МФТИ и другие элитные вузы, когда через вступительные экзамены прорывалось очень мало евреев, а после экзаменов на собеседовании проваливались уже все!), вынуждая многих отправляться на дорогую учебу вдали от дома в Европу и Америку. Но большинство уехавших и закончивших там учебу сюда уже не возвращаются. Объяснение в нерасширении приема в медшколы: у наших огромных и многочисленных больниц нет ресурса на клиническую подготовку бо́льшего числа врачей. Не открываются дополнительные классы еврейских медсестер, зато массово открываются такие классы на севере Израиля, где учатся одни арабы, и среди их выпускников практически нет проваливших аттестационный госэкзамен.

Зато мы принимаем арабов-врачей из Туль-Карма, Дженина и Шхема, причем некоторые из них в порыве откровенности сообщают, что так как их семьи близки к ХАМАСу (или к ФАТХу), поэтому они поступили и успешно закончили соответствующий университет; а один арабский врач с дипломом и лицензией (проходящий специализацию в иерусалимской больнице «Шааре́й-Цедек») ляпнул, что большинство экзаменов в мединституте Харькова он «сдал» за деньги. О клинических возможностях примитивных малоквалифицированных и малочисленных арабских больниц по реальной клинической подготовке студентов-врачей никто и не вспоминает, но реально их возможности «подготовки» врачей, судя по числу выпускаемых «специалистов» оказываются безграничными. Часть арабских врачей после учебы возвращается из Иордании; раньше отличным местом такой (неконтролируемой) подготовки была интернациональная помощь великого Советского Союза (и социалистических стран Восточного блока) «братскому палестинскому народу». О медицинских знаниях (как и об их базе – качестве арабского среднего образования) ходят легенды, в качество подготовки и в объективно успешную честную сдачу лицензионных экзаменов верят только совсем уж наивные (успех арабских студентов на квалификационных госэкзаменах заметно выше успеха еврейских выпускников), но внешним фактом остается поразительно успешное преодоление таких экзаменов подавляющим большинством арабских кандидатов.

И вот уже на смене в отделении хирургии крупной университетской иерусалимской больницы «Шааре́й-Це́дек» («Врата милосердия») оказываются: ВСЕ старшие врачи – арабы, ВСЕ врачи-стажеры – арабы, ВСЕ медсестры (кроме моего сына) – арабы, ВСЕ технические помощники – арабы, ВСЕ уборщики – арабы. Обход врачей идет на иврите, так как единственный в отделении, еще не выучивший арабский язык, – мой сын. Но зато охранники, секретарши и административные начальники – сплошь евреи. А те, кто по своему естественному положению должны быть нашими впередсмотрящими, самыми мудрыми в поколении, продолжают рассказывать нам о примитивных, неграмотных и вороватых арабах с тележкой и осликом. Или случай в огромной больнице «Адасса Эйн Карем» (05.2021): В отделении кардиологии профессор (еврей) делает обход. Его сопровождают 5 интернов (будущих специалистов – старших врачей), все пять – арабы.

А если добавить, что большинство водителей тяжелых грузовиков (а Израиль – страна грузовиков в силу крайней неразвитости железнодорожной сети и огромному импорту через морские порты) – арабы (что нам совершенно непонятно: интеллигентная работа с относительно простым обучением и весьма высокой по отношению к прочим рабочим специальностям зарплатой – так где же евреи?), в центре страны в детских садах почти насильно заменяют воспитательниц-евреек воспитательницами-арабками (с педагогическими дипломами), то становится совсем грустно.

Нужно отметить всем видную, но малообсуждаемую особенность арабской ментальности, резко отличающейся от ментальности еврейской, – коллективизм по национальному признаку. Если араб-медбрат находит путь в отделение больницы, там завтра окажется много медбратьев и медсестер арабской национальности. Если араб станет заведующим лабораторией, не пройдет много времени до преобладания арабов в этой лаборатории. Повышение по должностям, реальная помощь (открытая и скрытая) в подготовке докторатов и магистерских степеней, участие в исследованиях по грантам и соавторство в публикациях будут четко определяться национальным признаком. Причем арабы, например, в отделении больницы четко скреплены национальным признаком. Старшие врачи, медсестры и технический персонал, включая уборщиков, кушают вместе, а у евреев врач не сядет кушать с медбратьями – слишком разнятся социальные статусы, а санитаров врач вообще в упор не видит. Эта особенность ментальности реально обеспечивает агрессивный захват тех областей, куда арабы поначалу скромно просочились. Сразу формируются агрессивные «группы захвата» типа целенаправленной подготовки групп медсестер в Иордании, групп студентов-врачей в Дженине, Туль-Карме и Шхеме и в той же Иордании. И почти нет в Израиле арабов-врачей, учившихся в Западной Европе и Америке, – там действительно нужно серьезно учиться и сдавать экзамены по высоким требованиям.

Если сегодня арабы в какой-то день массово не выйдут на работу, больницы опустеют, в них почти не останется персонала всех уровней, включая высшие врачебные уровни, закроется множество аптек, многие производства остановятся из-за отсутствия подвоза необходимых грузов, большой урон понесет система высшего образования. Мы в нашей еврейской стране стали существенно зависеть от арабов земли Израиля, живущих как внутри страны, так и «на территориях».

«… И наполнилась ими земля та» (стих 1:7 книги Шмот). Это было написано об относительно малочисленных тогда евреях, влияние которых в Египте стало более чем заметным, что вызвало обоснованный страх фараона и действия по возвращению основного влияния в Египте египтянам. Теперь этот стих вечной еврейской Торы хорошо описывает мирный интеллектуальный захват арабами еврейской страны.

Да, внешней причиной такого интеллектуального захвата Страны является полное внутриизраильское бездействие правительства последние два-три десятилетия, когда валяющуюся на земле власть реально захватили (просто подняли с земли) нееврейские силы при поддержке (если не сказать – при руководстве) со стороны левой еврейской, полностью потерявшей связь с еврейством и реально перешедшей на позиции ненависти к своему народу интеллигенции.

Но случаен ли такой поворот?

Откроем РАМБАНа, рабби Моше бен Нахмана, Нахманида (Берешит, пер. на рус. с избран. коммент. РАМБАНа. Пардес, 2007). Окончание его комментария на стих 2:3 (стр. 10): «И в том, что на шестой день рептилии и птицы сменились земными зверями, мне видится намек: в начале шестого тысячелетия будет, видимо, властвовать царство еще более грозное и агрессивное, но и более близкое к истине, чем предыдущие». Подстрочный комментарий к этой фразе (там же): «По мнению комментаторов, в этом провидении подразумевается „царство Ишмаэля“, которое будет властвовать над народом Израиля в последний период перед окончательным избавлением (Перушей Тора ле-РАМБАН). А в святой книге „Зоар“ сказано, что „для народа Израиля не будет более тяжелого изгнания, чем изгнание среди потомков Ишмаэля“ (Зоар, Шмот 17а) [а мы-то думали, что это предсказание относилось к арабскому Ренессансу VII—XIII веков новой эры! – И.Д.]. И еще указано: „Святой, благословен Он, отдалил сынов Ишмаэля от высших миров, но дал им надел в нижнем мире, в святой земле, – в заслугу того, что они делают обрезание. И сыны Ишмаэля будут владеть святой землей …“ (там же, Ваэра 32а). А р. Хаим Виталь, ближайший ученик Аризаля, комментирует это так: „В конце дней Израилю предстоит быть в изгнании среди сынов Ишмаэля. … И это последнее изгнание будет тяжелее всех [изгнание евреев внутри Страны Израиля! – И.Д.], … и это царство будет агрессивней, чем все другие…“ (Эц а-даат тов, Теилим 124). И это „царство“ будет „ближе к истине, чем предыдущие“, поскольку последователи ислама служат Единому Б-гу – и их религия не является идолопоклонством».

Так что сегодняшняя «случайность», безвластие при существующем еврейском (???) правительстве оказались видимыми из глубины веков.

Добавим об арабах из подстрочного комментария из той же книги (стр. 61): «Хафец Хаим [а это уже ХХ век] подчеркивал, что поскольку Тора дана на все времена, то если в ней сказано, что Ишмаэль „будет диким человеком“, значит, он навсегда останется „пэ́рэ ада́м“, [правильный перевод с иврита – не обычно принятый перевод „дикий человек“, а „человеческая дикость“]. И даже если соберутся все цивилизованные народы мира и попытаются воспитать потомков Ишмаэля, чтобы они тоже стали цивилизованными и перестали быть „пэ́рэ ада́м“, то им ничего не удастся сделать и ни при каких обстоятельствах они этого не добьются. … И если Ишмаэль получит образование и станет адвокатом, то это будет „дикий адвокат“, а если станет профессором, то – „дикий профессор“» (Ми-маамаким, Берешит, стр. 108; Телелей орот, Берешит 16:12).

А если на сказанное наложить агрессивный захват «сыновьями ислама» разжиревших, обленившихся, потерявших моральные ориентиры и саморазрушающихся стран Европы и Северной Америки (при полном попустительстве и даже всесторонней помощи тамошних властей), то пазл складывается в страшную, но достаточно полную картинку. Очередная еврейская Катастрофа – на пороге.

1.2. Извращение

(07.2016)

В эти дни проходит суд над Эльором Азарией, солдатом бригады «Кфир» (одного из элитных боевых соединений ЦАХАЛа, в котором еще недавно служил один из моих сыновей), 24 марта 2016 года застрелившим раненого и лежащего на земле террориста в Хевроне. Этот террорист пришел убивать евреев в рамках долгой и бескомпромиссной, не затихающей ни на минуту борьбы арабов против евреев за эту землю. Он пришел убивать, будучи полностью готовым умереть. Он не рассчитывал на медицинскую помощь, он рассчитывал, что сам факт попытки убийства евреев (неважно, удачной или не очень удачной попытки) и его, самого араба, гибель при столь благородном деянии приведут его в исламский рай, его деяние будет вечной гордостью его семьи и его народа и, в частности, чисто материально серьезно поможет его семье (Палестинская автономия выплачивает ежемесячные «зарплаты» семьям террористов, совершивших теракты против евреев – как погибших «при исполнении», так и сидящих в курортных израильских тюрьмах и ждущих свободы в рамках очередной сделки по «обмену пленными». «Зарплата» – в зависимости от успешности теракта, срока заключения или смерти «исполнителя», национального героя). Для него возвышенная в его понятиях и оправданная его религией героическая смерть была куда предпочтительней жизни. Погибшие «за святое дело ислама» на арабском языке называются шаhи́дами. Так, многие арабские матери мечтают, чтобы их дети стали этими самыми шаhи́дами, то есть погибли за «святое дело ислама» в молодом возрасте, не сделав ничего человеческого в этом мире. Нам просто не понять этой дикости, нам не понять их приоритета оправданной (их верованиями) смерти над продолжением (бесцветной, бессмысленной) жизни, весь смысл и цель которой – именно смерть за понятое в их категориях мышления правое дело. Мысль о прижизненном строительстве «царства ислама» живыми людьми на этой земле как-то не приходит в их начисто промытые пропагандой мозги, а о нормальной жизни: учеба, семья, дети, работа, служба их Аллаху – даже начала мысли нет. Мы можем этот факт и этот их взгляд на жизнь и смерть знать, обязаны его реально и серьезно учитывать, но понять его мы принципиально не в силах. Нам только запрещено наделять (исключительно в наших головах) наших врагов нашим типом мышления и нашей системой ценностей. Но именно это мы и делаем по нашей глупости и под давлением «прогрессивного» мирового сообщества.

Еще одним примером той же глупости является непоколебимая вера американцев в то, что весь арабский и африканский мир мечтает, просто спит и видит наслаждаться «демократией» по американскому образцу, которая и в самой-то Америке уже порядочно сгнила. И никакие глубочайшие провалы такой политики, залившие кровью сначала арабский мир, а теперь и заливающие кровью европейский и американский миры, никого ничему научить не могут – у них просто мозговой центр обучаемости из опыта, из сделанных ошибок напрочь выключен или вообще отсутствует, а потому теория, сколько бы раз она ни проваливалась, остается непоколебимой и единственно верной. Но нам-то зачем исповедовать чужую глупость?

Не связанная с общим изложением поздняя (12.2021) вставка. Известно, что арабы, выжившие после совершения ими террористического акта, сидят в израильских тюрьмах в курортных условиях: отличная еда, отличная компания (сидят по партиям: ФАТХ отдельно, ХАМАС отдельно, иначе передавят друг друга), уйма каналов по телевидению, отличная «зарплата» семье за подвиги «национальных героев» (в строгой зависимости от тяжести теракта); кто хочет, может учиться, получать аттестат зрелости или академические ученые степени вплоть до докторской (на днях (11.2021) арабский университет в Иерусалиме (Кафка отдыхает!) устроил торжественную церемонию присвоения академических степеней сидящим в израильских тюрьмах террористам. Правда, виновники торжества на самом торжестве в их честь в университете по техническим причинам не присутствовали. А служба тюрем выпустила по этому случаю краткий комментарий: «А они в тюрьмах НЕ учились…». Но Израиль признает дипломы арабских университетов, даже зная об их полной липовости (признает даже дипломы врачей, которые будут лечить евреев!). И эти признает).

Нам наши израильские СМИ и высокие должностные лица, в том числе из системы безопасности, все время пытаются продать одну из двух идей. Либо вслед за богатым опытом Европы и Америки нужно объявить террориста психически ненормальным – тогда никто не несет ответственности за теракт: ни наши службы безопасности за непредотвращение, ни палестинское руководство, ни сам террорист. Либо – террорист-одиночка, вдруг решивший убить еврея (часто из-за материальных или семейных трудностей). Он не связан с террористическими группами, поэтому он не попадал в поле зрения наших спецслужб (в первую очередь ШАБАКа) – нет инструментов и возможностей остановить такого. А ведь к каждому арабу не приставишь полицейского. Звучит правдоподобно, но является ложью. А известная всем правда состоит в том, что Палестинская автономия при полном попустительстве Израиля и с большой финансовой помощью Европы уже десятилетия воспитывает террористов-шаhи́дов прямо с детского сада, прививая им единственно правильный взгляд на жизненные ценности и цели жизни. Молодые арабы (все!) знают, что вершина жизни – погибнуть, убив еврея (а лучше – много евреев). А если не придется погибнуть – курортная жизнь в израильской тюрьме за отличную «зарплату» (какой арабу на воле не заработать) с ожиданием свободы при очередной сделке по обмену. Тогда террорист-одиночка – он совсем не одиночка, за ним стоят весь «палестинский народ» и палестинское руководство. ХАМАС и ФАТХ широко празднуют на улицах каждый исполненный теракт. Каждый молодой араб изначально готов быть террористом. И в силу этого понимания мы не можем прятаться за «одиночество» очередного террориста.

Вторая поздняя (12.2021) вставка. В иерусалимской больнице «Шааре́й-Це́дек» (в одном из возможных переводов с иврита – «Врата милосердия»), где работает мой сын, на нижних должностях санитаров (ко́ах э́зэр) в отделениях в массе работают арабы. Они без образования, часто немолодые, работают очень тяжело, много смен в неделю, за очень скромную зарплату. И раз один араб, получив «дохлую» зарплату, воскликнул: «Да лучше взять нож и зарезать еврея. И на всю оставшуюся жизнь сытая, спокойная, тихая жизнь в ореоле героя, а семье – зарплата (от Палестинской автономии за „геройский“ поступок) вчетверо большая, чем я получаю за каторжный труд». Нам нечего добавить.

Третья поздняя (12.2021) вставка. В той же иерусалимской больнице «Шааре́й-Це́дек» обсуждался вопрос о том, кем хотят работающие там матери видеть своих сыновей. У евреек было много вариантов: врач, адвокат, предприниматель и проч. А у арабов, как оказалось, была всего одна на всех мечта – чтобы сын стал шаhи́дом и погиб бы в молодом возрасте, унеся с собой как можно больше евреев. И с этими «товарищами» наши леваки собираются вместе мирно жить и продуктивно строить государство! Нам не удается понять ни арабов, ни леваков. По поводу леваков сошлемся на эссе проф. Вадима Ротенберга «Психофизиология политической левизны» (https://www.litres.ru/vadim-rotenberg/psihofiziologiya-politicheskoy-levizny).

Итак, террорист в данном случае не очень удачно попытался убить ненавистных, захвативших и оккупировавших исконно палестинскую землю евреев, нанес нашему солдату весьма несмертельное ранение, был столь же несмертельно ранен, и упал, потеряв возможность дальнейших действий. В этот момент Эльор Азария пристрелил лежащего на земле террориста просто по факту, что «пришедший убивать евреев и серьезно доказавший это свое серьезное желание должен умереть».

И началось!!!

Началась безудержная политическая истерия: и левые, и средние, и правые (те, которых левые называют правыми, иногда даже ультраправыми; нам, к сожалению, пока не удалось обнаружить в Кнессете ни серьезных правых, ни серьезных религиозных) говорили разные слова (естественно, до суда, прямо вмешиваясь в следственную процедуру и беспардонно политизируя неподкупный и независимый израильский суд), обсуждали нарушение инструкции армии о том, что открывать огонь на поражение можно только при непосредственной опасности для своей жизни (напрочь забыв, что оружие дается солдату не для защиты собственной жизни при непосредственной опасности для нее, а для защиты страны, для защиты окружающих людей), а пока террорист только идет «на дело» или после «дела» потерял возможность дальше убивать, он совсем не террорист, а мирный палестинец. В продолжение этого бреда израильский прогрессивный либеральный гуманизм (почему-то, как и всегда, по-идиотски понятый) считает, что медицинскую помощь нужно оказывать по мере тяжести поражения и если самый тяжелораненый – бандит, то медицинская помощь ему положена первому; а те евреи, которых он пришел убивать – если они еще живы, – пусть подождут, а если не смогут ждать, так пусть покорно умирают.

Солдат Эльор Азария пошел под суд, который рассматривает изначально односторонние версии, а потому принципиально не может быть справедливым в пределах еврейских ценностей. Суд рассматривает дело не в безвоздушном пространстве объективной и абсолютной справедливости (такой просто не существует в нашем подлунном мире), а в пространстве определенной парадигмы, принятой судом или навязанной ему извне. В эту парадигму не умещается взгляд на событие с той точки зрения, что солдат нашей воюющей армии даже после боя дострелил солдата другой, воюющей с нами вражеской армии (в составе которой практически все арабское население Страны и округи), пришедшего с оружием в руках убивать наших солдат или гражданских лиц – кто уж под руку подвернется. Тема о более чем столетней бескомпромиссной войне арабов против евреев за владение этой землей и о насущной, жизненной необходимости для евреев вести себя по отношению к арабам по правилам «на войне как на войне» даже не всплывает на поверхность общественной дискуссии и не рассматривается судом. А ведь именно эта мысль и вела Эльора. Такой взгляд судом даже не рассматривается, а потому суд в пределах односторонней, искривленной и искаженной парадигмы просто не может быть справедливым в глазах думающей еврейской части населения.

Корреспондент Бен Брайан сообщает, что в его руки попал секретный армейский документ на 17 страницах, содержащий вывод о том, что Эльор Азария застрелил раненого Абдула Фатаха аль-Шарифа не из страха за безопасность окружающих, а «руководствуясь извращенной идеологией». Именно эта фраза и дала название нашему тексту.

По сути, суд проверяет, имел ли Эльор Азария серьезные основания считать, что валяющийся на земле раненый террорист еще представляет опасность для окружающих, – а если нет, то Эльор виновен в убийстве. Адвокаты обвиняемого могут строить свою защиту только в рамках навязанной им парадигмы суда. Они в качестве одной из линий защиты пытались доказать, что террорист еще до выстрела Эльора получил смертельные ранения, а потому выстрел в голову террориста особо ничего не добавил (правда, судмедэкспертиза плохо эту версию приняла, несмотря на блестящие медицинские ухищрения адвокатов).

Трезвомыслящим понятно, что пока мы будем исповедовать на практике глубокую мысль из бессмертного романа «1984» Джорджа Оруэлла о том, что враг – он друг, а друг, не признающий этого античеловеческого принципа, – он враг, наши шансы не только на успех борьбы, а просто на элементарное выживание будут уменьшаться с каждым днем, что мы воочию и наблюдаем в повседневной жизни.

Представим на секундочку ситуацию, в которой советский солдат времен Великой Отечественной войны на поле боя добивает раненого фрица, только что стрелявшего по этому солдату и его товарищам. Мы видим, что и сегодня взгляды разделены. Некоторые думают, что солдату положена медаль, а современные левые – от арабо-левого края вплоть минимум до середины «правого» «Ликуда» (центристы, как они себя столь же гордо, сколь и безосновательно величают) – уверены, что такого солдата нужно отдать под суд и сурово наказать, чтоб остальные солдаты уже не вздумали стрелять в напавших на них с оружием в руках «мирных палестинцев». Присоединимся к словам министра обороны А. Либермана, который в интервью радиостанции «РЭКА» сказал, что при подозрении на неподобающее поведение солдата, особенно в условиях боевых действий, расследованием должна заниматься армия и только армия. Даже при выяснении ошибки солдата он должен получить выговор или внутриармейское наказание. И только при подозрении на злой умысел или попытку получить личную выгоду (например, мародерство) дело может передаваться в военную полицию. Заявлять сразу, до армейского расследования происшествия, о нарушении этических норм ЦАХАЛа (что сделал сразу после события теперь уже бывший министр обороны Моше Яалон) совершенно необоснованно, недопустимо и является прямым вмешательством в расследование.

Вспомним совсем недавнюю историю. Этот случай произошел уже в нашу израильскую каденцию, и, будучи всего два года в Израиле, мы тогда же отреагировали на него заметкой в газете «Новости недели».

24 мая 1992 года (еще до позора Осло) на перекрестке улиц Бен-Гуриона и Жаботинского в Бат-Яме палестинским отморозком средь бела дня была зарезана направлявшаяся в школу 15-летняя девочка Елена Рапп (да будет благословенна ее память). Террорист Фуад Абд Эль Хани Эль Омрин был схвачен живым, приговорен к пожизненному заключению в израильской курортной тюрьме (курортном образовательном центре, но не для евреев, а только для арабов, совершивших преступления в области безопасности, – отличный, почти эзопов язык для описания бандитов, пришедших нас убивать и иногда успешно достигающих своих целей и действительно убивающих наших детей, мужей, родителей) и в октябре 2011-го вышел на свободу в рамках позорной сделки по освобождению Гилада Шалита (отсидев за террористическое убийство всего-то меньше 9,5 года). Тогда, во время теракта, премьер-министром Израиля был Ицхак Шамир – похоже, единственный еврейский премьер-министр за всю современную историю Израиля, несмотря на его ошибку Мадридской конференции 1991 года и ряд личных ошибок. Тех, кто был после него и будет дальше, если ориентироваться на верхний слой политиков в существующих партиях, даже упоминать не хочется. Менахем Бегин, несмотря на героическое подпольное прошлое, с руководством Страной явно не справился, а у бывших во власти перед ним ценность пребывания у власти их политического блока явно и сильно превалировала над любыми другими ценностями, включая интересы еврейского народа. Сегодня эти предшествовавшие скатились на совсем уж крайне левые позиции (есть и такие, которые считают, что эти, гордо продолжая называть себя левоЦЕНТРИСТАМИ, вообще выкатились за еврейский политический спектр и представляют правые взгляды палестинской улицы) и называют себя лагерем (Сионистский лагерь, лагерь мира), явно намекая этим отнюдь не на пионерские, а совсем наоборот – на концентрационные лагеря для несогласных с ними, буде они доберутся до реальной «демократической, либеральной и прогрессивной» власти. Так вот, сразу после этого теракта И. Шамир заявил, что террористы должны представать перед судом, но задача граждан, оказавшихся на месте теракта, – сделать так, чтобы судить было некого.

У этого еще не закончившегося судилища уже есть печальные последствия в реальной жизни. 30 июня этого года очередной мирный палестинец, в мгновение ока превратившийся в кровавого террориста, преодолел забор безопасности и проник в дом семьи Ариэль в Кирьят-Арбе. Он запер дверь и напал на 13-летнюю Алель Яффу, спавшую в своей кровати. Нападавший нанес девочке множество ударов ножом. В результате теракта Алель Яффа Ариэль погибла, так и не проснувшись. Прибывшим на место сотрудникам службы безопасности Кирьят-Арбы пришлось взломать дверь, чтобы проникнуть в дом, но, вплотную видя перед собой террориста и имея в руках заряженное оружие, стрелять они ИСПУГАЛИСЬ. Испугались не террориста, а израильской власти. Ведь девочка-то уже зарезана, а прямая опасность жизни для них самих еще не проявилась. Пристрелишь бандита при таких обстоятельствах – так всю оставшуюся жизнь в тюрьме сидеть будешь (евреев по обменным сделкам с арабами не выпускают и «жирную» зарплату семье не платят). И только после того, как террорист нанес тяжелое ранение одному из них, у второго появилась возможность открытия огня в соответствии с действующими инструкциями. А без ранения нашего охранника стрелять – ни-ни. Террорист в данный момент никого не режет, значит, он опять мирный палестинец, а залитый еврейской кровью нож в его руке свидетельствует исключительно о его страстном желании нарезать хлеб к трапезе. Палестинские СМИ назвали имя убитого террориста: 17-летний Мухаммад Трайрэ, житель деревни Бани Наим в районе Хеврона.

До какого абсурда еще можно докатиться? Солдаты и полицейские, имея в руках заряженное оружие и хорошо умея им пользоваться, боятся стрелять в вооруженных бандитов. Солдаты когда-то доблестного ЦАХАЛа, не выпуская оружия из рук, спасаются бегством от дохленькой толпы арабских женщин и малолеток, и эти съемки нашего бесконечного позора, заботливо выполненные «случайно» оказавшимися на месте событий нашими арабскими «друзьями», видит весь мир. Да, собственно, и рассматриваемый судебный процесс начался с арабской видеосъемки происходящего на месте теракта.

Внешним и внутренним врагам евреев успешно удалось практически ликвидировать, разрушить, без единого выстрела уничтожить способность и желание солдат защищать свой народ, оставив при этом все сверхсовременное оружие армии исправным и нетронутым. Ведь всем давно известно, что любая армия побеждает не столько оружием, сколько духом солдат и всего поддерживающего армию населения (»«Не могуществом и не силой – только Духом Моим» – сказал Б-г Воинств» – Зхария 4:6). Именно против этого бесценного фактора нашей победы и было направлено в последние два десятка лет острие атаки палестинцев и «прогрессивного» мирового сообщества, активно поддержанное нашими внутренними, потерявшими еврейскую самоидентификацию политиками, интеллектуалами, учеными.

Интересно, сколько возможных будущих солдат после такого судебного действа сочтут, что лучше «косить» от службы в такой армии, чем тратить три года своей бесценной молодой жизни на позор такой бессмысленной службы?

Чтобы лучше понять ситуацию, опишем гипотетический, фантастический случай.

Допустим, что в некотором царстве, в некотором государстве «ихний» парламент (несомненно, сформированный по результатам свободного и демократического народного волеизъявления) принял справедливый закон, запрещающий пить… молоко. И «ихняя» доблестная полиция сумела поймать гражданина за ужасным преступным занятием – за питьем молока. Понятно, что их суд, самый справедливый и гуманный в мире, рассматривает это дело. Обвиняемому грозит тяжкое, но справедливое наказание. Прокурор доказывает, что питье молока было умышленным и демонстрировало преступное пренебрежение к закону, прошедшему все стадии утверждения в верховном законодательном органе и вступившему в законную силу. Адвокат обвиняемого доказывает, что обвиняемый не знал, что этот напиток – то самое запрещенное молоко. Так как доказать злой умысел преступного питья молока не удалось, прокуратура смягчила обвинение, считая, что поначалу обвиняемый не знал, что в чашке налито молоко; однако после первых глотков он должен был понять, что своим безобразным питьем из чашки он нарушает закон, но он преступно продолжил питье, а потому подлежит ответственности только за продолжение питья. Адвокат утверждает, что обвиняемый вообще не знал вкуса молока, а потому в своей чистоте и наивности просто не знал, что своим питьем он нарушает закон. Да и вообще, напиток не был молоком, а был только на него похож; но так как остатки напитка вылили, провести экспертизу уже невозможно. Обвинение приводит своих свидетелей, защита – своих, но вопроса о самой возможности и полезности питья молока даже не поднимается – ведь невозможно же сомневаться в высшей справедливости закона, принятого власть предержащими. А народ… Народ просто не понимает того, что он видит, но хорошо понимает глупость принятого закона, глупость его реализации, а потому и считает происходящее в зале суда ИЗВРАЩЕНИЕМ.

Нам пока не дано знать, чем закончится самый справедливый и гуманный в мире судебный процесс над солдатом Эльором Азарией. Но сам факт такого суда уводит нас далеко от дороги выживания. Но такова наша сегодняшняя дорога. Ведь МЫ РОЖДЕНЫ, ЧТОБ КАФКУ СДЕЛАТЬ БЫЛЬЮ.

Дополнения

(12.2021)

Из статьи в «Циклопедии» "http://cyclowiki.org/wiki/Эльор_Азария" дата обращения 12.12.2021):

Эльор Азария 4 января 2017 года был признан виновным военным судом, возглавляемым полковником Майей Элер, установившим, что раненый и обезвреженный террорист уже лежал на земле и не представлял конкретной и немедленной опасности для находящихся рядом гражданских лиц и военнослужащих, когда Эльор Азария убил его выстрелом в голову. 21 февраля 2017 года суд приговорил Азарию к полутора годам тюремного заключения. 8 мая 2018 года вышел на свободу, отбыв срок наказания в армейской тюрьме №4.

На этой неделе бойцы пограничной службы застрелили лежащего на земле араба (он упал после первого ранения, полученного им для прекращения «выполняемого» им в этот момент теракта – он прямо на пешеходном переходе пытался зарезать еврея, нанеся ему тяжелые раны, но не убив). Формальное объяснение: у солдат было сомнение, насколько у него еще сохранилась физическая возможность (желание-то и мотивация точно сохранились) продолжать резать евреев, нет ли на нем взрывного пояса смертника. Все высшие руководители государства и армии на этот раз, после урока с Эльором Азарией, сразу и бескомпромиссно поддержали застреливших лежащего араба бойцов. Один из командиров сказал: «Если есть сомнение, значит нет сомнений [как бойцам следует действовать]». Хоть чему-то власть научилась!

В качестве еще одного дополнения приведем пространную статью, опубликованную на иврите на портале «Мида́» (перевод названия портала с иврита: «Информация») и в переводе на русский язык опубликованную на сайте Девятого телеканала Израиля 05.01.2017 "http://www.9tv.co.il/news/2017/01/05/236909.html"

День, когда Армия обороны Израиля переняла этику у «Бецелема»

Осуждение Эльора Азарии за непредумышленное убийство террориста будет иметь далеко идущие тяжелые последствия и для Армии обороны Израиля, и для высшего военного руководства, и в целом для основополагающего нарратива израильской армии.

Сегодняшний приговор, осудивший Эльора Азарию в непредумышленном убийстве террориста, ляжет несмываемым пятном и на армию, и на ее высшее командование.

Однозначное решение суда, утверждающее, что убийство террориста в ходе боевых действий должно рассматриваться как уголовное преступление, станет опаснейшим прецедентом. И исправить ущерб, который оно нанесет армии, будет крайне трудно.

Сегодня судьи вынесли постановление против существовавших до сих пор в ЦАХАЛе нравственных принципов ведения боевых действий, утверждавших, что задача армии состоит в победе над врагом, в пользу новых и чуждых здравому смыслу принципов, водружающих над всем и вся абстрактное «превосходство морали».

Отношение к раненому террористу как к «человеку», чья жизнь приравнивается к жизням обычных граждан или бойцов ЦАХАЛа, неприемлемо на принципиальном уровне.

Террорист является террористом. И с того момента, как он поднял руку на солдата или гражданское лицо, он заслуживает того, чтобы умереть, даже если по тем или иным причинам устав предписывает не открывать огонь. Разумеется, нарушение этих предписаний может повлечь за собой наказание. Но ни при каких обстоятельствах стрельба по террористу, даже вопреки инструкции, не может рассматриваться как убийство, умышленное или нет, и, соответственно, как уголовное преступление.

Рассмотрение действий Азарии в контексте уголовного кодекса стало безоговорочной капитуляцией перед леворадикальным нарративом, рассматривающим солдат Армии обороны Израиля как банду потенциальных убийц, а террористов, убивающих женщин, детей и просто гражданских лиц, как «борцов за свободу», нарративом, объявляющим террор палестинских арабов законным ответом на действия Израиля. В результате армейским командирам будет куда легче смириться с потерями среди гражданских лиц и своих солдат, нежели с жертвами на стороне врага.

И вывод, следующий отсюда, для бойцов ЦАХАЛа и граждан страны звучит горько: в решающий момент армейские командиры с большей вероятностью предпочтут принять участие в похоронах, нежели, будучи запечатленными на камерах «Бецелема», предстать перед судом.

Сегодня судьи также вынесли постановление против принципа воинской дружбы и воинского братства. Приговор поддержал скандальное поведение командиров Эльора Азарии, прежде всего командира его роты Тома Неэмана, который первоначально не собирался сообщать о происшествии, спустив его на тормозах, но немедленно и резко перевел все стрелки на солдата, как только стало ясно, что дело попало в средства массовой информации.

Одного видео «Бецелема» хватило, чтобы напрочь стереть дух воинского братства в этой армейской части и заставить всю командную цепочку ускользнуть от ответственности за своего бойца и произошедшую ситуацию, выставляя солдата в качестве виновника и «козла отпущения» всей системы.

Только этим можно объяснить то, почему, вопреки здравому смыслу, обвинение солдата в непредумышленном убийстве превратилось в едва ли не главную цель всей армейской системы, высшего командования ЦАХАЛа и лично бывшего министра обороны Моше Яалона.

Вместо того чтобы, скрестив пальцы в надежде на то, что Азария действовал согласно уставу, пожелать ему быть оправданным и сделать все от них зависящее, чтобы помочь его юридической защите, высшее военное руководство, наоборот, превратилось в активного участника обвинения, добивавшегося в ходе продолжавшегося почти год суда обвинения солдата ЦАХАЛа в убийстве. И в этом заключается исключительная и главная проблема, подрывающая как моральные основы, так и основы человеческих отношений в армии.

В то время как Эльор находился под судом, командир роты Неэман получил повышение по службе. Точно так же, как и командир батальона Шапиро и командующий бригады Бен-Эзра. Идея более чем очевидна – предай своих солдат и будешь повышен.

Послание, заключенное в ней для солдат Армии обороны Израиля и израильских граждан, тоже ясно: в решающий момент армейские командиры предпочтут отвернуться от своих бойцов, отдавая их на растерзание порочной морали левых радикалов.

Сегодня судьи вынесли постановление против права солдата на справедливый суд и честное разбирательство. Как вновь и вновь становилось ясно в ходе суда, еще на этапе расследования военной полицией инцидента, командиры инструктировали своих солдат, утверждая, будто речь идет о «нравственном нарушении» и что действия Эльора не были оправданны. Многие солдаты, свидетельствуя на суде, рассказывали о том, что командиры обсуждали с ними эту тему и дали понять, будто позиция армии заключается в осуждении поступка сержанта.

Солдаты также рассказали, что на них оказывалось давление с тем, чтобы заставить их изменить свои прежние показания.

Пресс-секретарь Армии обороны Израиля, старшие командиры и бывший министр обороны М. Яалон выступали с публичными заявлениями, совершенно явно и недвусмысленно высказываясь против солдата, еще до того, как было проведено всестороннее и профессиональное расследование.

Ни министр обороны, ни начальник генштаба, ни вся остальная армейская верхушка даже не удосужились подождать, пока откроется истина, не расспросили Эльора, почему он стрелял, не установили прежде всего факты. Удовлетворившись фотографиями, приготовленными и растиражированными «Бецелемом», военное руководство не только обличило солдата, но и потрудилось распространить свою позицию вдоль и поперек всей командной цепочки, а также в средствах массовой информации.

В этой ситуации показания всех свидетелей и в ходе расследования, и на суде уже не могли быть беспристрастными. Таким образом, целый ряд посторонних соображений активно влиял на судебный процесс, очевидно искажая его результаты.

Послание, следующее отсюда, для солдат Армии обороны Израиля: в решающий момент, когда они окажутся под судом, далеким от того, чтобы быть справедливым, их товарищей проинструктируют свидетельствовать против них и потому добиться правды будет очень непросто.

Сегодня судьи вынесли постановление в пользу превращения арены боевых действий в место преступления. Таким образом, они активно поддержали ускоренную «юридизацию» армии и замену оперативных соображений, по определению субъективных, абстрактным, холодным и отстраненным анализом, снимающим ответственность с бойцов и их командиров и перекладывающим ее на юридических чиновников, действующих из соображений далеких и даже противоположных армейским и приверженных абсолютно иной повестке дня.

Процесс «юридизации» арены боевых действий, начавшийся еще до суда над Азарией, получает теперь мощный импульс. Важно осознавать, что этот процесс неумолимо ведет к выхолащиванию инициативы и ответственности бойцов, искореняет стремление атаковать, искать контакт с врагом, внедряет совершенно чуждые соображения в систему принятия решений боевыми офицерами.

Послание для солдат Армии обороны Израиля и граждан страны: в решающий момент их будут судить как злостных преступников, рассматривая ситуацию с абстрактной и отстраненной точки зрения, совершенно оторванной от реальностей боевой обстановки.

После всего вышесказанного важно подчеркнуть, что израильское общество не расколется из-за этого судебного процесса. Кроме того, за исключением, возможно, единичных случаев, на наш взгляд, массовых отказов от регулярной или резервистской службы тоже не ожидается. В конце концов, солдаты Армии обороны Израиля действуют исходя из понимания своей миссии и знают, что они идут в армию, чтобы защищать граждан страны и само государство Израиль в целом. А другой армии у нас нет.

Но невозможно избавиться от ощущения того, что этот приговор ляжет ужасающим пятном на все высшее армейское командование, а заодно и на поддерживающие его гражданские инфраструктуры. Каким будет наказание Эльора, пока неизвестно, но сам факт осуждения, клеймящий бойцов Армии обороны Израиля «убийцами», наносит колоссальный ущерб и армии, и всему израильскому обществу.

1.3. Ложь государства

(10.2015)

Начнем с очевидной и хорошо известной проблемы как романо-германской правовой семьи (континентальное право), так и англосаксонской (островное право). Системы права, относящиеся к первой или второй правовой семье, приняты в той или иной реализации с учетом особенностей права в каждой отдельной стране всем постхристианским (западным) миром и считаются для этой части мира, к которой (к сожалению) относит себя и Израиль, наиболее авторитетными и непререкаемыми системами права. Мы здесь несколько свободно объединяем романо-германское (континентальное) право, в большой мере опирающееся на записанный закон, и английское (островное) право, в большой мере опирающееся на судебный прецедент (хотя по мере роста областей права, регулируемых писаным законом, область прецедента заметно сужается). Этот вид права принят и Северной Америкой. Эти системы права, опирающиеся в своих судебных решениях в первую очередь на доказательства и свидетельства, во второй половине Средних веков (XI—XIII века) совершенно обоснованно отодвинули (читай: ликвидировали) каноническую католическую систему права, больше опиравшуюся на клятвы. Этой замене мы в первую очередь обязаны романо-германскому праву. Англосаксонское право исторически появилось позже и оперлось на уже созданный романо-германским правом фундамент приоритета доказательства и свидетельства. Но и они сами, при всей своей прогрессивности и обоснованности по сравнению с «задвинутой» системой права, оказались принципиально неспособными решать некоторые задачи. Так, их базовой, аксиоматической установкой является только и исключительно наказание уже совершившего преступление человека после однозначного доказательства вины обвиняемого (что всегда декларируется, но далеко не всегда соблюдается. Многие принципы этого права бывали в тот или иной период в той или иной стране попраны в угоду различным, в первую очередь политическим, интересам действующей в то время власти). Эта базовая установка не дала возможности именно судебной системе серьезно заниматься профилактикой и предупреждением преступлений (это две совершенно разные области действий общества).

Например, закоренелый вор, отсидевший положенное по закону за очередную кражу и очевидно собирающийся после освобождения продолжить занятие своим «ремеслом» (подняв в тюрьме свою «профессиональную» квалификацию), не может быть остановлен, пока не будет пойман на очередном преступном случае. Или муж, угрожающий убить свою жену, даже если для окружающих очевидна серьезность и осуществимость его угроз, практически не может быть остановлен (ну запретят ему пару недель появляться дома) и только после убийства будет осужден, что весьма мало поможет его убитой им жене. Или если в драке был кто-то убит, но нападавших было двое или больше, то без доказательства, кто именно нанес смертельный удар, будет ситуация, когда труп есть, а убийц – нет, даже при всех пойманных участниках драки.

Особенно рельефно ущербность этих систем права проявилась при возникновении организованной преступности. Заказные убийства оказались практически нераскрываемыми. Тот, кто стрелял, как правило не просматривается в связях жертвы, не конфликтовал с ним, не имел личных причин на убийство, чаще всего даже не был знаком с жертвой. А истинный убийца, «заказавший» противника, действительно и доказуемо не был на месте преступления, а значит, в пределах этой системы права ему практически нельзя предъявить обвинение в убийстве. Вот и хватают известных руководителей организованных банд, на совести которых немало заказных убийств, бандитов, держащих в страхе большие районы, за нож в кармане, за случайную драку, за нарушение правил дорожного движения. Мы даже не касаемся многих аспектов деятельности организованной преступности, в частности ее слияния с властными структурами.

И эта известная и явная ущербность как романо-германской, так и англосаксонской систем права, а также недоговоренности, апеллирующие к НАШЕМУ пониманию НАШЕЙ реальности и автоматически, в силу психологических механизмов нашего мышления, переносящие эти образы на вражескую сторону, широко используются сегодняшними политическими деятелями Израиля для обмана народа и оправдания собственного бессилия или откровенного нежелания остановить террор. Нужно добавить, что теория и практика пропаганды имеют в своем арсенале много весьма эффективных инструментов воздействия как на отдельного человека, так и на массу людей и эти инструменты активно и непрерывно используются властью как напрямую, так и через СМИ для формирования желаемого властью общественного мнения вне зависимости (а часто – в полном противоречии) от действительного положения дел. Один из крупнейших теоретиков политической пропаганды ХХ века (после упоминания которого евреи обычно добавляют: «Да сотрется его имя») писал: «Мы добиваемся не правды, а эффекта» (в другой редакции: «Пропаганда не обязана быть правдивой, она должна быть эффективной»).

Ситуацию с откровенной ложью власти и с манипулированием общественным сознанием в Израиле именно по теме арабского террора рассмотрим на ряде примеров.

Первый. Периодически государство сносит дома террористов. Нам предлагается думать, что семья террориста теперь, потеряв жилье, будет из милости ютиться у родственников и знакомых, жить в нищете. Об этом явно не говорится, но нам предлагается мысленно поставить себя, живущего по израильским законам, в ситуацию, как если бы нас выгнали из нашей квартиры, ее разрушили, но мы бы продолжили, уже без жилья, платить ипотечную ссуду (иврит: машка́нта): жить негде, новой квартиры не купить, снять квартиру не на что, все съедает ипотека за разрушенную квартиру – ужас, холод хватает за сердце. Но нам никогда не рассказывается о том, что на самом деле происходит на месте действительно разрушенного силами нашей армии дома. А там, быстро убрав обломки, на деньги Саудовской Аравии (всегда щедро оплачивающей террор против евреев), строится новый дом «пострадавшей» семьи, как правило, более просторный и роскошный, чем разрушенный (террор против евреев должен вознаграждаться). Мы не знаем, есть ли страховой полис, покрывающий стоимость дома после его разрушения израильской армией, но проблемы денег на строительство нового дома у семьи не существует. То есть разрушение дома террориста реально оказывается не наказанием его семье (что в применяемой нами, к сожалению, нееврейской системе права само по себе спорно, так как в этой строго исполняющейся судебной системе семья, вообще говоря, не должна отвечать за преступника), а израильский рецепт улучшения жилищных условий семей террористов в награду за удачно выполненный теракт с убийством еврея. Иными словами, имеются разговоры (ДЛЯ НАС) о жестоком, но справедливом наказании террора при реальной выдаче (ИМ) награды за террор. Во время последних арабских «волнений», стоящих жизни не столь уж малому числу евреев, в новостном интернете проскочило сообщение, что правительство обсуждает возможность запрета восстановления разрушенного жилья на старом месте. Но, во-первых, при сверхмассовом нелегальном строительстве в арабском секторе такой запрет (если бы он был принят) ничего не может вызвать, кроме сочувствия правительству, по причине его, правительства, совершенно полного непонимания реальной ситуации; во-вторых, само обсуждение такого запрета лучше всего говорит о том, что разрушенные дома восстанавливались на прежнем месте; и в-третьих, эта тема поспешно исчезла из сообщений. Даже если бы такой запрет и был декларативно принят, остались бы многочисленные вопросы о его реализации, и о реальном контроле за ней, и о тихой отмене этого запрета спустя очень короткое время без информирования о том широкой общественности.

Второй. Обстрел Израиля ракетами из сектора Газа и израильская реакция на него. Мы НЕ будем касаться нескольких вопросов. Во-первых, мы не будем даже пытаться отвечать на вопрос, как могло такое быть в любом нормальном или не очень нормальном государстве, что после первой же ракеты (выпущенной по Израилю много лет назад) у той власти еще осталась бы возможность продолжать стрелять в нас ракетами – этого не могло быть нигде и никогда. После первого запуска та власть была должна, просто была обязана потерять саму возможность (или желание) запускать по нам ракеты или перестать быть властью. А наш Юг больше десятилетия с завидной периодичностью загружается в убежища из-за массового ракетного обстрела и ждет, когда усилиями «прогрессивного» мирового сообщества наступит очередное хрупкое «успокоение», во время которого ракеты становятся всего-то единичными (бред какой-то!). Во-вторых, мы не будем ругать «Железный купол». При всем его блеске, при его просто невообразимо прекрасном ТЕХНИЧЕСКОМ успехе нам пытаются продать, что эта система защищает евреев от вражеских ракет. А на самом деле она защищает ХАМАС, позволяет именно ХАМАСу оставаться у власти. Ведь если бы не было «Железного купола», то даже нашему правительству пришлось бы реагировать на массовые ракетные обстрелы нашей территории, и реагировать жестко. А нашему «еврейскому» правительству этого ох как не хочется. А так – жертв среди евреев терпимо немного (опять бред!), ракеты в своей массе сбиваются, можно не лишать ХАМАС власти.

Но особо смешными представляются реакции Израиля на ракетные обстрелы, изображаемые как акции «возмездия». Чаще всего спустя несколько часов после обстрела, ночью, наши самолеты бомбят цели в Газе. Этими целями в большинстве случаев оказываются пустые сараи, построенные специально для тренировки наших летчиков на точность бомбометания в ночное время, но народу объявляется о «жестком израильском ответе». Иногда нам докладывают, что бомбардировке подверглись склады боеприпасов и производственные мощности ХАМАСа по производству боеприпасов. Возникает простенький вопрос: если мы так хорошо знаем эти цели, почему они все (все!) не были уничтожены во время «жесткого» ответа в прошлый раз? Мы что, их специально сохранили ХАМАСу, чтобы породить очередной обстрел нас?

А самолетная беготня именно за звеном ракетчиков (мальчишек!), выпустившим очередную ракету или готовящимся ее запустить! Не может быть, что начальству невдомек, что для предотвращения обстрелов нужно не по мальчишкам стрелять (хотя и их не жалко – они запускают по нам отнюдь не фейерверковые ракеты), а уничтожать («нейтрализовывать») их командиров, и чем выше рангом, тем эффективнее, вплоть до политического руководства. Но именно это политическое руководство пользуется широким иммунитетом, свято сохраняемым израильским правительством. Зато нам упорно докладывают об успехе поражения очередной тройки мальчишек из бесчисленного числа непрерывно формирующихся таких троек. Все (кроме нашего правительства) понимают, что при угрозе удара молотком наказывать нужно не молоток (тройки мальчишек) и даже не руку (полевых командиров), а голову, наметившую и реализующую этот удар молотком.

Третий. Наш бравый министр обороны неоднократно заявлял, что основной вид арабского террора сейчас – это террор неорганизованных и не принадлежащих ни партиям, ни бандам одиночек. А мы не можем же приставить полицейского к каждому арабу. То, что было понятно всем евреям, не было понятно министру обороны, пока, наконец, Авигдор Либерман не заговорил о том, что террор одиночек инициирован и сознательно, планово инспирирован многолетней (уже больше двух десятков лет, дольше, чем живут на свете нынешние террористы) промывкой мозгов, эффективно и открыто осуществляемой Автономией. Их газеты, радио, телевидение ежедневно и ежечасно воспевают убийц в качестве национальных героев, их система воспитания с детского сада готовит только и исключительно будущих убийц евреев. В этих условиях для любого молодого араба, даже для ребенка детсадовского возраста, идеалом и целью жизни уже давно стало убийство евреев. А мы, наблюдая два десятка лет за этим разгулом натравливания на нас всех (всех!) детей и молодежи Автономии, не прекращаем силой этот ужас, а «выражаем озабоченность» и «призываем» руководство Автономии прекратить подстрекательство. То есть мы сознательно позволили им вырастить у нас под носом, в сердце нашей Страны массовое поколение убийц евреев, которое больше ни на что в жизни не способно, и продолжаем объяснять нашему многострадальному и убиваемому в самом прямом, физическом смысле народу, что такова, мол, обстановка и сделать ничего нельзя, придется неизбежно платить жизнями ваших близких за наше многолетнее непонимание и бездействие. И мы совершенно не пытаемся воздействовать на среду, на массу населения, этих террористов готовящую. Мы делаем вид, что не понимаем, что за каждого ликвидированного террориста эта среда выпустит на нас и десять, и сто новых террористов.

Четвертый. Арабских террористов-убийц судят как обычных бытовых убийц, а потом выпускают их тысячами в обмен на одного заснувшего на боевом посту разгильдяя или десятками за право посидеть перед телекамерами с организаторами террора, условно называя (только для своего одураченного народа) этот абсурд мирными переговорами. Но ведь всем (кроме правительства и судебной системы) понятно, что террористическое убийство лежит совершенно в другой плоскости, чем бытовое и даже криминальное убийство (или покушение на него), а значит и ответ на него должен быть совершенно, принципиально другим. К нему должно быть совершенно другое отношение, другая линейка наказаний и иных воздействий. На то мир давно придумал и многократно применял законы военного времени (которые, кстати, применялись именно в войне с врагом, так как было понятно, что не победив врага, применять законы военного времени к отдельным пойманным его представителям весьма бессмысленно по отношению к системе и работает только по отношению к данному одиночному пойманному. А мы не можем объявить атакующих нас арабов врагами, не можем объявить, что мы должны вести против них войну. Кстати, еврейский Закон никогда не описывает войну армии против армии, а лишь исключительно войну народа против народа, напрочь отметая слюнявое понятие «мирного гражданского населения» во вражеском стане. А мы всеми силами еще и пытаемся отказаться от мудрости нашего же Закона). Невозможно «прогрессивно и справедливо» судить террористов только после совершения акта террора и только тех, кто этот акт совершил. Но и даже «после» суд должен быть совершенно иным, чем суд за бытовое и криминальное убийство. Террористическое убийство или покушение на него – оно другое, совершенно другое по мотивам, по своей направленности не против конкретного еврея, а против еврея вообще, по его обоснованию и оправданию (а мы еще периодически пытаемся скрыть факт теракта, объявляя происшедшее то дорожно-транспортной аварией, то несчастным случаем на работе). А в наших условиях это еще и большие, очень большие деньги, выплачиваемые Автономией семье террориста и единоразово, и помесячно. Кроме идеологии, для них террор – просто способ материально обеспечить семью. А мы делаем вид, что этого «не понимаем», и этому не препятствуем или демонстративно слабо и неэффективно препятствуем. Судебная система не имеет инструментов разделять эти убийства и, приравнивая террор к бытовухе, фактически его поощряет. А лишь недавно ограниченная возможность террористов получать заочно высшее образование вплоть до докторских степеней без отрыва от отсидки в израильской тюрьме санаторного типа просто вызывала непонимание всех (и опять – кроме правительства). И этот абсурд десятилетиями проходил при жесточайшей расправе с евреями, выразившими протест против этого театра абсурда.

Талмуд учит, что чтобы быть понятым, нужно разговаривать на языке, понятном собеседнику. Не нам самим (либерализм, демократия, толерантность, гуманизм и прочий пустой для арабского уха вздор), а им. Но их система категорий и жизненных ценностей совершенно иная. Не учитывать это – преступление само по себе. Нельзя не вспомнить опыт Индии, за неделю остановившей разгулявшийся у них однажды мусульманский террор. Индийцы начали хоронить убитых террористов на секретных кладбищах в безымянных могилах, завернув их трупы в свиные шкуры. Террор прекратился мгновенно. Дело в том, что арабы верят, что за гибель при убийстве «неверного» они отправляются прямо в рай, а свиная шкура этому безвозвратно препятствует. И желающих умирать без получения рая не нашлось. Совершенно не важно, что думали сами индийцы о действенности свиных шкур для предотвращения попадания убитых террористов в их рай. Для индийцев было единственно важным лишь то, что думали об этом мусульмане. А мы разводим «прогрессивность», и в нашей безграничной глупости наделяем (только в наших головах) наших убийц нашим же типом мышления, и платим за наше непонимание нашими жизнями. Мы не верим в столь безграничную глупость нашего правительства, но, похоже, оно само верит в возможность бесконечной лжи своему народу, покупая этой ложью возможность своего бездействия.

Пятый. Наши «партнеры по мирному процессу» и «гаранты нашей безопасности» все время ищут новые уязвимые точки у нас. И находят. Сначала женщины и девушки – даже не полные террористки, а вопящие и оскорбляющие арабки на Храмовой горе. Их не удается арестовать, а главное, незачем – даже нарушение общественного порядка им не очень-то инкриминируешь, а даже инкриминировав, не особенно накажешь. Но они реально осуществляют свою власть на Храмовой горе прямо в присутствии бесстрашной и бессильной (в отношении арабов, но о-о-очень сильной в отношении евреев) израильской полиции. Уж не будем упоминать, что созданию атмосферы бардака и оскорбления «чужих» окружающих они учились у израильских «женщин Стены» (маленькой, но очень шумной группы реформисток, непрерывно устраивающих провокации у Стены Плача).

Теперь новое изобретение – бросание камней по израильским машинам (покушение на убийство!) руками малолетних, не достигших возраста ответственности (кстати, оказалось, что камни не просто бросаются руками (скорость, дальность полета и убойная сила камня в этом случае достаточно малы), а запускаются с большой скоростью и убойной силой из достаточно больших рогаток). В пределах полностью дискредитировавшей себя «прогрессивной» судебной системы на такие сознательные массовые преступления нет ответа. Не отстреливать же малолеток! Тогда наша мудрейшая министр юстиции (выдающаяся светская представительница «религиозной» партии) предложила накладывать большие денежные штрафы на родителей малолетних камнеметателей. Звон об этом «прогрессивном», «адекватном», «устрашающем» (только и единственно саму министерскую даму) наказании несколько дней сплошняком стоял в СМИ и интернете (правда, быстро затих, всеми забытый, так ни к чему и не приведя). И нам делают вид (откровенно рассчитывая на нашу глупость), что вроде бы невдомек мудрейшей то, что эти штрафы выплатит все та же Саудовская Аравия, добавив хороший куш родителям за столь правильное воспитание детей. То есть наша министр, по сути, предложила в виде «наказания» обеспечить большими денежными премиями родителей малолетних камнеметателей. А ведь вопрос о наказании (в данном случае – родителей юных бандитов) должен был обязательно включать потерю чего-то очень существенного для них и не восстановимого деньгами Саудовской Аравии для наказываемых: свободы, гражданства, возможности продолжения жить в Израиле.

Шестой. В еврейских районах Иерусалима, смежных с районами арабскими, уже много лет распространены ненаказуемые недопреступления. Группа арабских «мальчиков» (или даже только пара) «прилепляются» к еврейской девушке и делают всевозможные похабные движения, причем никогда неизвестно, какое из этих движений в любой момент пойдет дальше и перерастет в действие. Нет контакта – нет и преступления. Да и полиция не торопится кого-то защищать. Но идти по улицам становится невозможно. За такой грязный намек арабского мальчика к арабской же девочке этот мальчик мгновенно перестанет существовать в нашем мире, и расправа будет скорой и справедливой силами самих же арабов без привлечения полиции. А по отношению к еврейкам – ненаказуемое развлечение арабской черни, терроризирующее целые районы израильской столицы (!).

Или на детские площадки в еврейских районах той же столицы приходят группы развязных, галдящих и открыто угрожающих арабских «мальчиков», и еврейские мамы с маленькими детьми должны быстро с детских площадок бежать. А наказывать вроде бы некого и не за что – ведь ничего явно противозаконного сделано не было. И наша «еврейская» судебно-полицейская система умывает руки, отдавая нас под реальную власть врагов. А нам объясняется, что ничего сделать невозможно – закон есть закон.

Но есть еще слой лжи государства. Бывший депутат Кнессета Моше Фейглин в своей статье «Раздумья после убийства Наамы и Эйтама» (перевод на русский язык: "http://maof.rjews.net/actual/10-2009-07-22-07-05-36/29449-2015-10-07-13-56-47", оригинал текста на иврите: "https://www.facebook.com/MFeiglin.ru/posts/1667829196795078") пишет: «Теракт последовал за четким указанием ШАБАКу и полиции регистрировать, по возможности, каждое убийство евреев как уголовное происшествие или убийство по неизвестным причинам. Если бы я в свое время не воспользовался своей парламентской неприкосновенностью и не нарушил секретность следствия по делу Натаниэля Арами (да отомстит Господь за его кровь!), то его убийство, возможно, до сих пор считалось бы нераскрытым или уголовной разборкой [или вообще – производственной аварией], а его вдова и сироты все еще напрасно просили бы сочувствия и помощи. Напомню, что Натаниэля Арами убили арабы, его коллеги по работе, которые перерезали трос, на котором он висел, выполняя работы на внешней стене строящегося здания, и он упал с высоты 14-го этажа.

Со дня заключения «договора Осло» насчитывается уже более ста жертв терактов, которые Израиль не желает признавать и не подтверждает, что их убили только за то, что они являлись евреями».

М. Фейглин не пишет, кто дал это четкое указание. Но мы, выходцы из СССР, знаем, что такие указания, во-первых, идут с самого верха и, во-вторых, в большинстве случаев не имеют письменного документа. В Союзе не было письменного указа о дискриминации евреев, но ВСЕ знали, куда евреев не берут на работу, не продвигают их по службе, препятствуют защите диссертаций, не принимают в ряд ведущих ВУЗов, в другой ряд ВУЗов принимают по процентной норме в разы меньшей, чем процентная норма для евреев в царской России. Система устных приказов выполнялась безукоризненно всеми этажами иерархии.

Эта же практика была в фашистской Германии. Д-р Евгений Беркович в своей книге «Банальность добра» (М.: Янус-К, 2009) пишет, что в Германии не было письменного приказа об «окончательном решении еврейского вопроса». Ванзейская конференция (20.01.1942) была проведена уже во второй половине разгула этого «окончательного решения». Он указывает (с. 251): «На одном из секретных партийных совещаний в 1937 году фюрер заявил: „Все, что можно обсудить, записывать не нужно – никогда!“» (ссылка на: L.J. Hartog. Der Befehl zum Judenmord. Bodenheim, 1997). И приказ об уничтожении евреев долгие годы отлично выполнялся без письменных указаний.

Та же практика существовала (только ли существовала ранее и уже ушла в прошлое?) в Израиле: участники ЭЦЕЛя и ЛЕХИ не принимались на работу в госучреждения (а частного сектора практически не было – так, мелкие мастерские, лавочки), продвижение шло исключительно по партбилетам единственной правильной (правящей) партии МАПАЙ (предшественницы «Аводы»), религиозные евреи снимали кипы перед входом в учреждения, где они работали. И сегодня правые фактически лишены права на образование и на продвижение в очень многих областях деятельности, особенно в гуманитарных областях и в областях, связанных с юриспруденцией (пресловутый стеклянный потолок при полной формальной открытости любых возможностей для всех, различные способы неприема в университеты, непродвижения по академической лестнице, отсутствие финансовых возможностей проводить «неправильные» исследования, отсутствие правых профессоров в этих областях, которые в силу своего отсутствия не могут руководить правыми исследованиями и проч.).

Поэтому заявление М. Фейглина вроде бы не подтверждено, но хорошо ложится в существующую картинку. А если добавить, что он писал только об убийствах евреев, а сотни «недозаконченных» терактов (где жертва не умерла или теракт сорвался) откровенно замалчиваются, положение с преступностью суданцев и эритрейцев замалчивается почти полностью.

А теперь постепенно проявляются многие вроде бы разрозненные и плохо подтверждаемые факты откровенной целенаправленной «арабизации» Страны. То интернет напишет, что число арабских провизоров в Израиле возросло с 10 до 30% (!), так как стали признавать дипломы арабских стран (прекрасно зная об уровне обучения там), то мы заметим обилие арабских медсестер и врачей в больнице Адасса в Иерусалиме (при их малом количестве в учебных группах подготовки медсестер в Израиле), то знакомые скажут, что при поступлении на медицинские факультеты в израильских университетах стали отдавать преимущества арабам перед евреями (с соответствующим понижением вступительных требований для арабов и повышением требований для евреев, поступающих на оставшиеся места). При росте числа колледжей по подготовке инженеров в Израиле бешено растет число арабских инженеров в строительстве с неизраильскими, но признанными Израилем дипломами (при полном понимании уровня этих «специалистов» в полученной ими специальности). И это – в областях, где испытывается резкий дефицит в кадрах, а евреям не дают в достаточном количестве учиться для получения этих специальностей. Только прием будущих врачей и медсестер на учебу нужно было удвоить или утроить еще несколько лет назад (ведь сотни евреев каждый год уезжают в другие страны изучать медицину, и далеко не все из них потом возвращаются в Страну при большом дефиците врачей в Израиле,) и, наконец, наладить недискриминационную специализацию еврейских врачей, уже получивших дипломы (ведь на подготовку серьезного врача-специалиста требуется не менее 10—12 лет). Разрозненные слухи, ненаучные и явно не репрезентативные наблюдения, но картинку-то не спрячешь.

В итоге получается, что нас, простых граждан государства, правительство сознательно и явно отдало на милость террористов и вешает лапшу нам на уши, убеждая, что все под контролем, что вот после очередного теракта меры против террористов (но не против среды, их вырастившей и пославшей нас убивать) будут ужасно ужесточены (и эти грозные, красиво звучащие, но не реализующиеся и неработающие заявления первых лиц правительства транслируются годами, а террор под аккомпанемент этих заявлений продолжается как ни в чем не бывало и даже периодически усиливается) и тот, кто посмеет на нас напасть и нас убить, потом, ПОСЛЕ убийства, будет предан исключительно справедливому и законопослушному суду и понесет «заслуженное» наказание по «всей строгости закона». На местном новоязе это красивое выражение просто означает, что террорист (именно тот, кто убил, а не те, кто воспитал и отправил на убийство, да и то если террориста поймают и докажут, что он это он) будет отправлен в санаторные условия израильской тюрьмы неплохо проводить время в обществе себе подобных, иногда прямо из тюрьмы организовывать очередные теракты и ожидать своего обмена на очередных гиладов шалитов или просто быть отпущенным за возможность министров посидеть вместе с руководителями террора против нас и только нам назвать это «переговорами», когда противоположная сторона изначально ни о чем переговариваться и не собиралась.

Явная и открытая ложь власти правит бал, ложь сознательная, целенаправленная, систематическая (точнее, постоянная, привычная), периодически (слишком часто!) переходя в предательство собственного народа.

1.4. Разделение власти

(08.2015)

В конце летней сессии этого года наш Кнессет принял усеченный вариант «норвежского» закона. Если полный вариант этого закона (фигурировавший в качестве законопроекта) предусматривал, что все депутаты, назначенные министрами, покидают Кнессет, чтобы полностью заниматься вверенной каждому из них отраслью хозяйства, то принятый усеченный вариант предусматривает такой выход из Кнессета только одному министру или замминистра от каждой фракции, входящей в коалицию (представители фракций, не вошедших в коалицию, не получают министерских портфелей). Закон также предусматривает достаточно естественные добавления: вместо покинувшего Кнессет министра в Кнессет входит следующий кандидат по списку от этой же партии; министр может вернуться в Кнессет, и его место вне Кнессета займет следующий министр по ротации; если партия вышла из коалиции и лишилась министерского поста, уже бывший министр возвращается в Кнессет, а вошедший «следующий по списку» его покидает.

Хорошо или плохо, что вообще принят такой закон, и хорошо ли для евреев, что он усеченный?

Наш ответ: НЕверной дорогой идете, товарищи. Но хотя бы то хорошо, что закон принят в усеченном варианте и принесет меньше вреда, чем возможный закон в его полной версии. Объяснимся, оставаясь в парадигме современным образом понимаемой «демократии».

Вариант современной «демократии», реализованной в Израиле, характеризуется полным смешением законодательной (Кнессет) и исполнительной (набор министров начиная с премьер-министра) властей. Практически треть депутатов законодательного органа, более половины коалиции, принимающей законы, являют собой исполнительную власть. Следствий у этого прискорбного факта много, большей частью они отрицательные. Одно из них – полная некомпетентность (даже не дилетантство – хуже) министров во вверенных им отраслях хозяйства. Причем, понимая свою краткосрочность на «вверенном» им посту, они даже не пытаются ни вникнуть в профессиональную суть работы министерства, ни организовать специалистов для разработки средне- и долгосрочных (перспективных) планов отрасли – все равно следующий министр, громко провозглашая преемственность управления, все отменит, изменит, отправит в архив и начнет все сначала. При этом мы слышим непрерывные заявления о (чаще всего совершенно неграмотных и разрушающих отрасль) мгновенных необходимейших тут же реализуемых изменениях. Особо печально, на наш взгляд, дело обстоит в министерствах здравоохранения и просвещения (может быть, нам печально от того, что мы лучше понимаем положение в этих областях, а в других министерствах дела обстоят еще хуже?). Поэтому вторым отрицательным следствием такого назначения министров является полный паралич долгосрочного планирования. Все мыслят на срок не длиннее каденции, а в последние десятилетия каденции Кнессета у нас сокращенные и всегда неопределенной длины. Даже если и говорят о реформах или планах на долгосрочную перспективу (а говорить об этом считается хорошим тоном для министра; каждый из них начинает серьезные, кардинальные и долгосрочные реформы во временно выделенной ему на расправу отрасли, причем начинает их, как правило, при полном непонимании происходящего), то быстрая смена министра успешно хоронит большинство его долгосрочных планов и мы вскоре узнаем о видении перспективы отрасли новым, столь же краткосрочным и столь же не знающим вверенной ему отрасли очередным министром. А ушедший министр чаще всего идет руководить новой отраслью (в которой он так же мало понимает, как и в предыдущей) и краткосрочно говорить о долгосрочных реформах в этой новой доверенной ему отрасли. Мы даже не вспоминаем, что слово «реформа» отнюдь не является синонимом слова «улучшение». Слишком многие «реформы», наблюдаемые нами в последнее время, или ничего никуда не продвигают, или в худшем случае приводят к регрессу.

Предполагается, что реально работой министерства управляет назначенный министром и утвержденный правительством генеральный директор министерства. Но срок его полномочий редко превышает срок полномочий министра; чаще всего этот приближенный к политике функционер столь же далек от знания вверенной ему области, как и министр, но тратит на управление ею больше времени, так как меньше занимается политикой, представительством, выступлениями и проч. Реально министерством управляют относительно долго работающие заместители гендиректора (тоже чиновники, далеко не всегда имеющие профильное образование), но над ними расположены два этажа облеченных властью временщиков.

Чудом является уже то, что министерства при таких условиях хоть как-то функционируют и в Стране хоть крайне медленно и плохо, но что-то происходит. Назвать наше хозяйство полностью развалившимся все-таки будет неверно.

С этой точки и начнем рассмотрение вопроса. То, что система власти нуждается в сильной реконструкции, понимают почти все. Мы здесь не говорим о формах выборов в Кнессет (по партийным спискам, по округам, смешанная) – сегодня это не наша тема. Мы говорим о разделении законодательной и исполнительной ветвей власти. По сути, после признания больших недостатков имеющейся у нас системы власти почти единственной обсуждаемой потенциальной для нас системой власти является американская – раздельные выборы для законодательного органа (у них – двухпалатного парламента: Сената и Конгресса) и исполнительного главы государства (у них – президента), который создаст правительство и реально правит, причем там с президентом (и на срок его каденции) приходят не только министры, но и еще тысячи чиновников разного, чаще высокого ранга, которые de facto и управляют страной. С теми или иными отличиями похожие системы существуют во многих современных «демократических» странах.

Мы полагаем, что раздельные выборы для законодательного органа (Кнессета) и исполнительного главы государства не очень подходят нашей сверхполитизированной Стране с жутко раздробленным населением по всем возможным направлениям и отличиям между людьми (сефарды – ашкеназы, хареди́м – вязаные кипы – светские, правые – левые (причем это разделение различно в экономической, социальной и политической областях); можно еще долго продолжать перечислять границы разделений-разломов между группами людей, каждый из которых одновременно находится в различных группах), причем эти отличия политиками тщательно культивируются по древнему принципу «разделяй и властвуй».

Предложим несколько иную систему властей, учтя, что специальностью политика является именно политика: выступления по глобальным и не очень глобальным политическим вопросам, высказывание мнения по всевозможным темам независимо от его компетенции в них, интервью, торжественное представительство, законотворчество (хорошо, если при поддержки группы действительно сильных специалистов как в законодательстве, так и в конкретной области, к которой относится продвигаемый закон), но никак не концентрация на определенной реальной отрасли хозяйства. Высокопоставленный в своей партии депутат или лидер списка для поддержания своего политического и электорального веса должны непрерывно звучать по всем мыслимым и немыслимым вопросам, звучать в СМИ, на всех трибунах и во всех иных местах, где можно говорить и где есть хотя бы пара слушателей. Если такой политик, ставший министром, серьезно займется, например, сельским хозяйством, это будет разрушительно не только для сельского хозяйства, но и для его собственного политического и электорального веса и влияния – через короткое время о нем просто забудут. Поэтому, как бы нам ни хотелось иметь министров «на полную ставку», «норвежский» закон, выводящий из громкой политики лидеров списков и высших членов этих списков, никому не нужен. Политикам он разрушит карьеру, а нам все равно не даст компетентных министров. «Норвежский» закон даже в принятом усеченном виде, даже при ротации министров, временно покидающих Кнессет, не нужен ни политикам, ни избирателям. Его приняли только потому, что нашем балагане нужно было хоть что-нибудь принять для временного успокоения народа. В реальной сегодняшней ситуации в Кнессете думают, что министры – в министерствах, в министерствах думают, что министры – в Кнессете, а они сами очень заняты другими, более важными для них делами.

В нашем предложении системы власти мы даже не пытались дать предлагаемым высшим должностям благозвучных названий ни на русском языке, ни на иврите. И в качестве первого приближения к теме мы говорим только о каркасе системы, без попытки ее детализации.

Итак…

Избирается Кнессет в качестве исключительно законодательной власти. Формируется коалиция. Она избирает главу законодательной власти (ГЗВ) и главу исполнительной власти (ГИВ; часто он называется также президентом, но в предлагаемой системе он НЕ избирается народом; иногда он называется премьер-министром, но мы его и так не называем, чтобы не было неизбежной для существующих у нас условий путаницы между ГЗВ и ГИВ). ГИВ – единственный, кто уходит из Кнессета по свежепринятому «норвежскому» закону. Ему политическое забвение не грозит – руководителю исполнительной власти будет предоставлено неограниченное количество трибун и интервьюеров, он сможет поставлять неограниченное количество тем для заголовков в СМИ. Формально не запрещено, но нам трудно представить себе, что ГИВ изначально будет избран не из депутатов Кнессета. Кроме этого, необходимо добавить, что ГЗВ и ГИВ могут быть из одной или из разных партий коалиции.

ГИВ формирует правительство и представляет его Кнессету. Одно из требований (которое будет заведомо трудно реализовать) к министрам, заместителям министров и гендиректорам министерств (возможно, их назовут заместителями министров, их будет больше одного в министерстве, и будет ликвидировано название должности «генеральный директор министерства») – компетенция не только в управлении вообще, но и компетенция в данной отрасли хозяйства.

Основные текущие хозяйственные вопросы обсуждаются на заседаниях правительства (вне Кнессета).

То, что нарушит теоретическую целостность предлагаемой системы, но, полагаем, неизбежно в наших условиях: каждая партия коалиции получит курирование над несколькими министерствами (по мере ее веса в коалиции), будет предлагать свои кандидатуры министров этих министерств и их высших чиновников – примерно как сегодня, но без назначений депутатов министрами. Для обеспечения устойчивости системы исполнительной власти министры будут назначаться не на каденцию Кнессета, а на фиксированную во времени каденцию в четыре – пять лет с правом Кнессета продлевать эту каденцию министрам и заместителям министров в индивидуальном порядке (а не скопом всем) еще два раза по 2—2,5 года (половина полной каденции); мы понимаем, что это предложение о каденциях министров малореализуемо в нынешней политической обстановке в Израиле. Это отделит концы сроков полномочий министров и замов министров от границ каденций или коалиций Кнессета, но ведь даже у нас так назначаются начальник генштаба армии, генеральный инспектор полиции, генеральные директора государственных компаний и исполняющие еще некоторые высокие государственные должности. При этом ГИВ будет зависеть от границ полномочий каденций или коалиций Кнессета и меняться вместе с коалицией в Кнессете.

Коалиция сформирует широкий (по аналогу нынешнего правительства, но из лидеров коалиционных списков и из депутатов этих списков в соответствии с электоральными успехами каждого списка и коалиционными соглашениями; теперь эти депутаты не являются министрами и могут все свои силы отдавать именно политическим вопросам) и узкий политические кабинеты. Оба кабинета будут обсуждать именно политические вопросы и иногда – крупные хозяйственные вопросы и реформы типа вопроса о бюджете (подготовленном в правительстве).

Эта схема, скорее всего, приведет к более полному разделению законодательной и исполнительной властей.

Отличием предлагаемой системы от американской является сохраняющаяся связь между сроками каденции (или коалиции) законодательного органа Кнессета и назначением ГИВ. Также отличием является отсутствие отдельного индивидуального избрания ГИВ на всеобщих выборах. Сохраняется также определенная, хотя и несколько ослабленная по сравнению с состоянием сегодняшнего дня связь между партиями и министерствами, причем при смене коалиции кураторство над тем или иным министерством может переходить от партии к партии. Но зато, подобно американской системе, сроки полномочий министров и их заместителей выводятся из зависимости от границ сроков полномочий той или иной коалиции. Наше предложение никак не занимается устойчивостью разношерстной коалиции в Кнессете.

Нужно понимать, что американская система, как и другие «устойчивые» системы управления странами, опирается на гораздо большую, чем у нас, гомогенность населения. А нам заповедано иметь 12 (по некоторым мнениям, 13) различных, но не враждующих между собой партий в Кнессете (по числу колен Израиля), стоящих на единой ценностной базе (не считая двоюродных братьев). И все попытки свести «народное» представительство к двум мало отличимым между собой и полностью потерявшим идеологичность партиям (и еще нескольким ничего не решающим и ни на что не влияющим партиям, среди которых тоже весьма мало партий идеологии), скорее, свидетельствуют о непонимании обстановки. Устойчивость власти в нашей Стране будет «покупаться» не тем или иным «прогрессивным» законотворчеством, а уменьшением вражды между разными группами населения при сохранении отличий, иногда существенных, между ними. И это уменьшение вражды должно определяться единой системой базисных ценностей, едиными народными целями. И тогда мы начинаем понимать, что ключ к устойчивости власти лежит в ШКОЛЕ, которая или будет основана на единых еврейских ценностях, или сохранит разделение народа по всем мыслимым различиям и разделениям. И тем самым сохранит неустойчивость власти, как бы ни исхитрялись наиболее резвые из законодателей ее «укрепить» (одновременно не отказываясь от принципа «разделяй и властвуй»! И всячески подпитывая огонь всевозможных разделений народа Страны).

Добавим пару слов о судебной ветви власти. Именно фактическое отсутствие разделения законодательной и исполнительной ветвей власти, а как следствие этого – неудовлетворительное функционирование обеих ветвей, привело к реальной вопиющей слабости как законодательной, так и исполнительной ветвей власти. Это позволило проф. Аарону Бараку, бывшему президенту Верховного суда, своей реализацией им же разработанных принципов «судебного активизма» не узурпировать реальную власть в Стране в руках Верховного суда, отняв ее у других ветвей власти, а просто подобрать валяющуюся на земле ничейную и никем не используемую власть, без помех ей пользоваться и передать в наследство другим составам Верховного суда.

Но сделал он это по левым принципам, о которых мы уже писали в статье «Нет, не Пинхас» в нашей книге «Политический иудаизм». Повторимся, чуть добавив:

«Левые блестяще использовали и используют известную слабость демократии: в условиях „демократии“ даже небольшая вначале, но сплоченная и организованная группа может „протолкнуть“ через неорганизованное, молчаливое, пассивное, болотистое большинство почти любую программу, навязать обществу свое мнение как единственно правильное – технологии такого действа известны и опубликованы. Именно так в свое время пришел к власти фашизм. Именно они, левые, своей отличной напористостью, правильной организацией, разумным использованием накопленного опыта и достижений наук о пропаганде, о психологии масс и руководстве ими, своей безграничной демагогией (пользуясь пресловутой и давно изжившей себя неограниченной свободой слова, которой они так тщательно лишают несогласных с ними) навязали обществу свою повестку дня, которую послушно выполняет любое правительство. Они воспользовались и пользуются вроде бы внешне приемлемым приемом – жесткой и бескомпромиссной сегрегацией по идеологическому признаку. Любой из них, получив хоть кусочек власти, начинает продвигать только „своих“, исповедующих „нужную“ идеологию, ставя профессиональную пригодность на весьма далекое место в списке приоритетов и критериев для выбора кандидата на должность. И сам продвигается тем же способом, ведомый такими же, как он, „старшими товарищами“. Основной их лозунг – личная преданность и преданность идеологии. Таким путем левые практически, а не в теории создали гомогенную левую правящую элиту в основных руководящих и влияющих на государство и на массы системах – в армии, в судах и прокуратуре (и безраздельно захватили Верховный суд), на гуманитарных факультетах университетов, в СМИ, в культуре (на эту тему много написано по поводу тщательно отобранных спасаемых из горящей Европы исключительно идеологически „правильных“ евреев в рамках Алии Бет). По сути, сегодня левые практически установили свое тоталитарное правление. Одной из главных составляющих власти этой левой диктатуры и является Верховный суд, который демонстративно и безнаказанно поставил себя над Кнессетом».

Какая вопиющая наивность и политическая безграмотность – думать, что сформированная тем или иным «правильным» способом комиссия по выбору следующих судей Верховного суда может хоть на что-то повлиять!

Когда ветви законодательной и исполнительной власти будут разъединены и начнут функционировать гораздо лучше, чем сегодня, только тогда придет время поставить на ее естественное место в общей системе власти и судебную властную ветвь. Мы все видим, как десятилетия говорится об узурпации власти в Стране Верховным судом, но никаких серьезных законодательных мер принять не удается хотя бы потому, что в руках этой реальной власти есть возможность дискредитировать и политически (и не только) ликвидировать почти любого политика. Ликвидировать через активное использование своих исполнительных механизмов – через идеологически «правильные» полицию и прокуратуру, путем открытия расследований и уголовных дел против политиков, выступающих против судебной монополии на власть. Мы, естественно, не говорим о прямых ликвидациях. Даже если это и не удается (как в случае с А. Либерманом, дела против которого «расследовались» фантастически долгое время, всего-то одно дохлое обвинение было доведено до суда и там развалилось), можно десятилетиями (!!!) мотать нервы, не пропускать на высшие посты, уменьшать электоральный потенциал, держать под вечным подозрением, обещать вот-вот тяжелое обвинительное заключение (естественно, непосредственно перед выборами), вызывать на одну-две беседы в полицию неугодных политиков («продолжение следственных действий») перед выборами по вечно незакрытым «делам», крепко спящим между выборами, действовать по принципу поддержания в обществе подозрения «нет дыма без огня – иди, знай, что они уже накопали». Когда и это лопнет, можно устроить широкое предвыборное расследование ближайших помощников лидера и электорально утопить партию – мы это только что видели. Причем мы отнюдь не считаем, что это расследование – изначально липовое. К сожалению, в нашей реальности у многих деятелей «наверху» можно накопать если не на обвинение, то по крайней мере на расследование с бесконечными «страшными» утечками информации из кабинетов следователей (и, к сожалению, часто не только на расследование – коррумпированность системы оставляет мало шансов пробивающемуся наверх человеку остаться чистым) – весь вопрос, как политически правильно выбрать того, кого и в чьих политических интересах в данный момент расследовать. И, конечно, правильно выбрать момент. А если и это не идет, то всегда можно «найти» женщину, которая «вдруг» вспомнит, как 30—40 лет назад кандидат на дискредитацию лазил ей под юбку (на современном новоязе: «заподозрен в сексуальных домогательствах») – изначально всем будет ясно, что из этого ничего путного не выйдет (даже формально прошел срок давности, да и судебное доказательство древних сексуальных домогательств весьма сомнительно), но грязи, подозрений, пятен на репутации будет достаточно.

Поэтому без серьезного разделения и налаживания относительно нормального функционирования законодательной и исполнительной ветвей власти мы не видим возможности поставить на место разгулявшуюся судебную ветвь власти, захватившую всю полноту власти в Стране.

Мы в нашем предложении не претендуем на единственно верное решение. Оно даже не приближается к обсуждению захвата определенной политической группой власти через академию, полицию, суды и через реальную власть в промышленности. Но сегодня и серьезного обсуждения реформы властной структуры не ведется – так, реформы по мелочам. Ну подняли электоральный барьер, так все арабские депутаты остались на своих местах, а правое крыло евреев успешно выперли из Кнессета. А может быть, так и задумывалось?

1.5. Открытое письмо председателю Кнессета Юлию Эдельштейну
о проблемах официального перевода декларации независимости Израиля на русский язык

(05.2015)

Уважаемый Юлий, здравствуйте!

Примите наши искренние поздравления в связи с Вашим повторным избранием на столь важный государственный пост.

Мы обращаемся к Вам именно в связи с Вашим постом и хотим отметить некоторые существенные проблемы официального перевода Декларации Независимости Израиля на русский язык.

К сожалению, этот перевод, находящийся на сайте Кнессета https://knesset.gov.il/docs/ru/megilat_ru.htm)%20 и Еврейского агентства (Сохну́т), содержит по крайней мере две ошибки, которые, среди прочего, играют весьма важную политическую роль в русскоязычном пространстве.

1. Упоминание в тексте перевода на русский язык слов «Э́рец Исраэ́ль» наравне с правильным переводом этого ивритского «смиху́та» на русский язык как «Страна Израиля» (оба слова в русскоязычном переводе написаны с заглавных букв, что является в наших глазах совершенно правильным) нарушает чистоту русского языка перевода, так как слово «э́рец» не входит в принятую лексику русского языка. Использование иноязычных слов в тексте на русском языке в определенных контекстах может быть расценено как неуважение к русскоязычному (скорее, к русскому) читателю, совершенно не владеющему ивритом. Но мы горячо приветствуем перевод этого словосочетания именно как «Страна Израиля» и просим Вас отдать распоряжение заменить в официальном переводе Декларации Независимости Израиля на русский язык слова «Эрец Исраэль» на слова «Страна Израиля», поставив первое слово в соответствующем падеже.

2. Вторая ошибка перевода гораздо более существенна. Слова «Медина́т Исраэ́ль» в тексте официального перевода явно неправильно переведены как «Государство Израиль» вместо правильного перевода этого ивритского «смиху́та» на русский язык как «Государство Израиля» (особенно в свете того, что грамматически менее заметный «смиху́т» «Э́рец Исраэ́ль» переведен правильно). Наше государство – единственное в мире, в названии которого само слово «государство» является частью официального названия (в последнее время появилось еще одно такое государство – государство Ливия), и само название государства по воле авторов Декларации Независимости указывает на то, чьим, собственно, государством оно является. Этот факт зафиксирован также в переводе названия нашего государства на английский язык (the State of Israel), но грубо искажен в переводе на русский язык. Нет сомнения, что именно перевод на любой язык основополагающих документов государства самим государством является тем самым переводом, который обязаны уважать все государства, в том числе и то, на чей государственный язык выполнен перевод.

Значение этой ошибки политически столь велико, что появляется подозрение в том, что эта ошибка сделана сознательно и именно в политических целях. Правильный перевод автоматически на лексическом, подсознательном уровне в сознании говорящего, слушающего и читающего связывает наше государство именно с народом Израиля, только с евреями, фактически как снимая понятие «государство всех граждан», так и проясняя смысл понятия, введенного отцами-основателями в текст Декларации: «еврейское и демократическое государство». Если оно ТОЛЬКО еврейское, то и демократия в нем должна быть именно для тех, кому принадлежит государство.

И то, что ясно на иврите и на английском языке, искажено в русском переводе.

В связи с изложенным просим Вас отдать распоряжение исправить столь грубую ошибку перевода, нарушающую смысл заявленного в ивритском оригинале названия нашего государства, и заменить в официальном переводе Декларации Независимости Израиля на русский язык слова «Государство Израиль» на слова «Государство Израиля».

С уважением,

д-р Исраэль Дацковский

P.S. Недавно по новостным каналам прошло сообщение, что вопрос о названии Грузии в документах и на картах, выпускаемых Японией, рассматривается в парламенте Японии. Оказалось, что Грузия обратилась к правительству Японии (и нужно полагать, что такое же обращение поступило в правительства всех стран) с просьбой именовать Грузию в японских документах не Грузией, а Джорджией, так как слово «Грузия» имеет корни в русском языке, а не в грузинском. Это показывает пример всем, и в частности нам, как чувствительно другие страны относятся к своему названию на иностранных языках (как будто без этого примера у нас не было понятия о чувствительности этого вопроса).

Полученный ответ из Кнессета:

Уважаемый доктор Дацковский – шалом Вам из Иерусалима!

Прежде всего, разрешите поблагодарить Вас за внимание к материалам сайта Кнессета на русском языке, за небезразличие и за Ваше обращение в Кнессет от 05/05/15 относительно перевода на русский язык Декларации Независимости Израиля, размещенной на сайте Кнессета по адресу: "http://knesset.gov.il/docs/ru/megilat_ru.htm" \t "_blank».

Команда русскоязычного сайта Кнессета тщательно рассмотрела Ваше обращение и содержащиеся в нем предложения, и пришли к выводу, что ошибки нет и мы не можем принять Ваши предложения.

1. Почему «Эрец-Исраэль», а не «Страна Израиля»?

«Эрец-Исраэль» – это термин еврейской культуры и истории, и он принадлежит к лексическому слою безэквивалентной лексики языка иврит. А потому не может быть адекватно переведен на русский язык.

Полный смысловой перевод данного термина предполагает знакомство с историей праотца Яакова-Исраэля и рассказанной в Торе историей обетов между Всевышним и Яаковом-Исраэлем; знание того факта, что «Израиль» – это не название страны, а название еврейского народа, а также название древнего государства, – и т. д. и т. п.

Возможно, наиболее полным и адекватным названием и переводом первой фразы Декларации было бы «В Земле еврейского народа родился еврейский народ», – но это выглядело бы как нелепая и непонятная тавтология.

Поэтому мы пишем «Эрец-Исраэль».

Обращаю также Ваше внимание, что современная Электронная еврейская энциклопедия, выпущенная лучшими специалистами в своих областях в Израиле и являющаяся наиболее авторитетным на русском языке справочником по еврейской культуре и истории, также использует термин «Эрец-Исраэль» в самостоятельном, независимом от сайта Кнессета или Сохнута переводе Декларации: "http://www.eleven.co.il/article/11392" \t "_blank» – «В Эрец-Исраэль возник еврейский народ».

Те же читатели нашего сайта, кто не знает, что такое «Эрец-Исраэль», могут, воспользовавшись правой кнопкой мышки, одним нажатием найти в Гугл статью из той же самой Электронной еврейской энциклопедии, которая разъясняет значение этого термина: "http://www.eleven.co.il/?mode=article&id=11759&query=%DD%D0%C5%D6-%C8%D1%D0%C0%DD%CB%DC" \t "_blank»

2. «Государство Израиль» или «Государство Израиля»?

Нет сомнений, что с грамматической, лексической, исторической точек зрения Вы правы, и верный перевод – это «Государство Израиля».

Тем не менее, давно и по не зависящим от сайта Кнессета причинам, в русском языке оформилась языковая норма, в соответствии с которой наша страна называется только и исключительно «Государство Израиль».

Этот термин используется во всех официальных государственных документах Израиля и потому уже не может быть произвольно изменен.

В силу этих причин сайт Кнессета на русском языке вынужден придерживаться этой языковой конвенции.

С уважением,

Игаль Лапидус,

редактор сайта Кнессета на русском языке

Дополнение

11.2021

С сожалением заметим, что Декларация Независимости Израиля уже в первой своей фразе несет принципиальную неправильность. Обычно народы формируются именно в качестве народов из разрозненных групп, проживающих на совместной территории. Это верно в отношении большинства гойских народов, но принципиально неверно в отношении народа еврейского. Еврейский народ количественно в виде толпы вчерашних рабов, объединенных разве что общим происхождением от трех последовательно живущих праотцев – Авраама, Ицхака и Яакова, – вышел из Египта, именно объединенный мыслью служить Всевышнему, получил Тору у горы Синай, а затем 40 лет формировался в странствиях по пустыне. И затем уже сформированным единым народом со своими уникальными идеологией, образом жизни и структурой управления ворвался в дарованную ему Тв-рцом Страну, очистил ее от проживавших в ней аборигенов и построил здесь еврейское государство.

И это, к сожалению, не единственная «неточность» или «неясность в Декларации Независимости Израиля.

1.6. Две ошибки правых

(09.2014)

Слабость и беззубость правых в Израиле бросается в глаза. Любой политик, правый в начале своего пути, становится либо маргиналом, довольствующимся узким и практически не растущим электоральным слоем (пример – Рехавам Зееви, он же Ганди (воспоминание о нем – к благословлению), и его быстро почившая после его убийства и заболевания второго человека в партии раввина Бени Элона партия «Моледет»), либо, будучи «прагматиком», желающим предлагать политические решения, приемлемые для многих, и, соответственно, желая под этот путь завоевывать поддержку все более широких слоев электората (в его нынешнем, плачевном состоянии), неизбежно и быстро сползает в сторону желаемого электората, то есть налево. При нынешней форме правления, очень условно именуемой «демократией», невозможно реализовать классическую формулу правильного государственного руководства «руководитель должен делать не то, что хочет народ, а то, что НЕОБХОДИМО народу» – у нас руководитель вынужден быть не ведущим, а ведомым. Руководитель вынужден тянуться за рейтингом своей поддержки в народе, делать то, чего народ хочет, а хочет народ всегда, со времен Древнего Рима и даже раньше, только хлеба и зрелищ, он не хочет задумываться о перспективе и не хочет (да и не может) отвечать за последствия реализации своих навязанных руководству желаний. Да и руководство на самом деле при всей видимости «демократической» процедуры весьма автономно от народа и ведет свою политику в узко понятых интересах узких элит при реальной огромной власти безликой массы чиновников, по определению находящейся вне «демократического» процесса.

Поэтому настоящих правых в Израиле практически нет, они либо очень временны именно в качестве правых, либо маргинальны и страшно далеки от основной массы народа. А те, кто по своему мышлению является истинно правым, потому не могут добиться серьезной и тем более расширяющейся поддержки народа, что традиционно и постоянно повторяют две ошибки предшественников.

Рассмотрим обе классические ошибки правых.

1. Отсутствие правой положительной программы

Любая серьезная политическая перспектива, предлагаемая народу, состоит из двух необходимейших частей: мечты о цветной капусте и страха удавов. Понятно, что мы апеллируем к очень умной и глубокой сказке Фазиля Искандера «Кролики и удавы».

Удавов у нас и для нас хватает. Тут и внешние арабы с прочими мусульманами, тут и внутренние арабы, временно проживающие в Эрец Исраэль, тут и заживо поедаемая мусульманами Европа, тут и быстро скатывающаяся к исламу, ослабевшая, но давящая на нас Америка, тут и свои левые, солидаризирующиеся с любыми врагами Израиля, – нужное подчеркнуть, недостающее добавить. А вот хорошей мечты о еврейской «цветной капусте» нет как нет. Не считать же такой мечтой лозунг «вилла – вольво»!

Когда мы попытались хоть в каком-то приближении хоть как-то сформулировать хоть какой-то вариант жизнеспособного на относительно долгий срок варианта этой мечты, оказалось, что в принятых светских критериях такую мечту сформулировать невозможно. Максимум, до чего можно дойти в прокрустовом ложе таких взглядов, так это подняться до идеи сильного, богатого (с богатыми жителями, а не только с богатством государства), хорошо вооруженного государства, готового к борьбе за собственное выживание. Во-первых, для реализации такой мечты нужны объединяющая народ идеология, объединяющие народ цели, которые светское общество предложить принципиально неспособно, так как оно сконцентрировано не на общих, а на личных целях. И во-вторых, такая идея всегда в истории оказывалась ограниченной во времени – выяснилось горьким опытом, что ее невозможно долго удерживать в народе. И судьба такого государства многократно проверена историей, и его конец – ВСЕГДА И НЕИЗБЕЖНО – разрушение и захват варварами, стоящими в духовном, культурном, цивилизационном плане куда ниже разрушаемых и захватываемых. Так вознеслись и погибли все великие империи в истории. Идея маленького, но сильного государства без иных целей, кроме «выжить» и «процветать» во всемирном море врагов, или идея ближневосточной Швейцарии в окружении внезапно возлюбивших мир и евреев и оставивших свою агрессивность арабов – разбираться в болезненных мечтах и видениях воспаленного воображения оставим профессиональным психиатрам.

С одной стороны, отсутствие удавов («новый Ближний Восток», «ближневосточная Швейцария», «мир во всем мире» и прочие виды бреда, реализуемые в только в условиях прочного мира с широкой полосой мирных соседей вокруг нас (и дальше от нас – сегодня ракеты уже не знают расстояний), который возможен лишь в параноидальных мыслительных откровениях мечтателей не от мира сего) оказалось нереальным – варвары всегда и быстро приходят переделить созревший пирог, оставшийся без защитников. А кто же будет серьезно готов к обороне имеющейся материальности и защите духовных ценностей, освящающих ту же материальность, если вокруг – один сплошной мир и не удалось разглядеть приближающихся врагов?

С другой стороны, отсутствие высокой национальной цели оказалось губительным. Примеров от Римской империи до сегодняшней Европы – не счесть. Обленившийся и зажравшийся народ, лишенный национальных целей (или уже достигший всего желаемого), неспособный воевать за отечество и за свои духовные ценности либо потерявший эти духовные ценности, быстро становится легкой добычей невесть откуда взявшихся варваров. Да и население империи (государства всех его граждан), состоящее из несмешиваемых народов, удерживаемых силой централизованной власти в границах империи, но так и не слившееся в единый народ, быстро разбегается по своим национальным углам при неизбежном с течением времени ослаблении центральной власти или становится легкой добычей и частью следующих поднимающихся, но столь же временных империй.

Оказалось, что обе составляющие программы – и мечта о цветной капусте, и готовность к борьбе с вечно наступающими удавами – являются не только достаточными, но и совершенно необходимыми компонентами национального выживания народа.

История научила нас, что угасание мечты о цветной капусте (или ее изначальное отсутствие) всегда предшествует потере обороноспособности даже у некогда сильных и воинственных народов.

А мечта об этой цветной капусте должна быть зажигательной, несказанно сладкой, ведущей душу народа к высоким целям и не допускающей удовлетворения достигнутым. Как мечта о рае на земле, как мечта о коммунизме (в теории. Дикой, варварской практики «коммунизма», его многочисленных и неисправимых ошибок во внутренне противоречивой теории и явного несоответствия его практики и его же теории мы здесь обсуждать не будем).

И после провала многочисленных попыток построить программу национальных целей в светских терминах последовал неизбежный вывод: построить мечту о цветной капусте возможно только в рамках национальной религии. И неудачи светских правых совершенно неизбежны – у них нет и не может быть важнейшего компонента долгосрочного выживания народа именно как национального народа, а космополиты («народ» граждан вселенной) или светские националисты всегда быстро захватываются религиозно ориентированными народами. Достаточно взглянуть на сегодняшнее победоносное наступление ислама – не национальности, а именно религии, и противостоять этой экспансии может лишь другая, более организованная религия. Идеи левых (во всем мире, не только в Израиле) о якобы светском космополитизме и всеобщей ассимиляции явно не выдерживают критики – то же наступление ислама на Европу и Америку это четко и однозначно доказывает. Да еще «светскость» левых на поверку оказывается довольно примитивным древним идолопоклонством под красивыми современными названиями «либерализм», «атеизм», «толерантность», «гуманизм», «демократические ценности» и т. д.

Значит, национальные идеи на долгий срок могут быть только религиозными идеями, хорошо приправленными и пронизанными идеями здорового национализма, духовного отделения себя от других народов (от других религий. Как показывает опыт Европы, объединение разных народов в пределах одной религии тоже не долго прожило и после попытки секуляризации и «либерализации» это сообщество быстро пошло на корм исламу). И уж кому-кому, а евреям не занимать этого круга религиозно-национальных идей – вся их история от праотцев и горы Синай до самого последнего времени (до середины XIX века) только из этого компонента и состоит. Осталось «вернуться к истокам», заново их изучить («осмотрим же пути наши, изучим их и возвратимся к Тебе…» – Мегилат Эйха 3:40), переосмыслить и сформулировать в виде национальной программы не только национального выживания, но и национального развития, неограниченного национального подъема с естественным включением в свой багаж всего духовного, научного и иного богатства, наработанного миром за последнюю тройку тысяч лет. Ведь чудесное выживание вечно маленького еврейского народа в вечно враждебном море антисемитов только и может быть объяснено религиозной обособленностью, несмешиваемостью евреев с окружением. Эта обособленность спасла евреев и в противостоянии с языческим миром (от Ассирии до империи Сасанидов через Вавилонию, Персию, Парфию, греческую и Римскую империи, причем самым тяжелым, по сути продолжающимся и сегодня, было идеологическое, философское противостояние Иерусалима Афинам). Она же спасла евреев от ассимиляции в период арабского расцвета VII—XIV веков христианского летоисчисления; затем эта же религиозная обособленность спасла евреев в христианском мире. Сегодня мы наблюдаем быстрое (в историческом масштабе) возвращение христианского мира, в первую очередь мира Европы и Америки, бесконечно гордящегося своим уже прошедшим пик подъема величием духа, искусства, философии и науки, к своим истокам – к примитивным верованиям варварских народов, захвативших к V веку их эры Европу и разрушивших Римскую империю (вандалы (это не ругательство, а название народа), визиготы, галлы, остроготы, гунны). Причем первой ясно указывающей на этот исторически неостановимый откат стадией является отбрасывание Европой христианства (под лозунгом «светскости», следующей из «прогрессивности», отсутствия религии), которое уже в период «победоносного» охристианивания слишком большой для него массы варваров приобрело немало черт идолопоклонства свежеокрещенных народов. Именно этот откат христианства к идолопоклонству (называемому сегодня красивым современным словом «либерализм») предопределил победоносное наступление ислама как более продвинутой по сравнению с идолопоклонством религии.

Кстати, заметим «случайное» совпадение по времени (с очень малым интервалом) подъема исламом своей террористической головы с периодом разрушения колониальных империй в 60-х годах ХХ века, которое и последовало в качестве победы «либерализма» в метрополиях.

И у евреев опять оказался выбор из двух вечных опций: скатиться к идолопоклонству (к «светскому» образу жизни и мышления), быстро ассимилироваться и исчезнуть под давлением (под прямой агрессией!) мощного монотеизма ислама (мощность этого монотеизма никак не отменяет варварского уровня развития его носителей). Или вернуться к собственным истокам и своей «еврейскостью» противостоять накатывающемуся морю врагов, причем, как показала наша же многотысячелетняя история (уж не говоря о Его прямом обещании), противостоять успешно. Приведем цитату из Йосефа Губезского («Вавилон-2»): «Евреи – вечный народ, и непрерывно сменяющие друг друга гойские народы будут вечно это отрицать».

И эти высокие и глобальные рассуждения должны быть сформулированы в конкретной политической программе, годной к немедленной реализации.

Иного не дано. Ведь действительно, вменяемой реальной программы у правых нет. И серьезно построить ее в терминах светского восприятия мира принципиально невозможно. Наши религиозные представители в Кнессете и правительстве в своей бесконечной занятости важными частностями и попытками хотя бы финансовой поддержки и спасения разваливающегося на глазах (по другим, своим причинам) мира йешив не имеют времени и мыслительных возможностей поднять глаза к небу и увидеть весь широкий мир с его проблемами и безбрежными перспективами для еврейского народа, они как-то совсем не задумываются о широкой и долгосрочной общенациональной программе сохранения и национального подъема для всего народа.

Оказалось, что правая программа может быть только и исключительно право-религиозной программой. Причем доминантной частью должен быть не право-политический взгляд (пойди найди таковой!), а взгляд религиозный, но впитавший в себя все достижения мировой цивилизации. Пока правые и религиозные этого не поймут и не сделают, левые могут спокойно и беспрепятственно творить свое черное дело.

Мы можем предложить некоторые (но не все) части этой программы: еврейский образ жизни, образование, строительство, армия (они опубликованы в нашей недавно вышедшей книге «Орбиты Израиля»). Общеполитический подход (территория Страны, ее границы, ее заселение евреями, иные народы в границах Страны) понятен уже многим. Мы хорошо понимаем, какие части в нашей программе отсутствуют, и знаем, насколько остро необходим разум многих других евреев для дополнения и конкретизации, а особенно – для исполнения этой программы.

2. Признание имеющегося электората постоянным и неизменяемым

Вторая ошибка правых – негласное признание неизменяемости имеющегося электората. Это связано с отсутствием мыслительной перспективы кандидатов в правые лидеры, ибо по их ошибочному мнению, ориентированному на личный успех, а не на успех идеологии, которую они тщатся представлять, именно краткосрочность мышления является залогом политического выживания в той политической системе, которая сегодня условно называется «демократией»: все планы строятся на ближайшие выборы, изредка проскакивает мысль о следующих выборах, но не дальше. Мышления на срок длинней четырех лет нет и в помине. Для ближайших выборов агитация имеющегося электората является аксиомой. Но нет и не может быть успокоенности без реальной долговременной программы изменения существующего положения.

Однако даже в этой ущербной политической системе имеются силы с долгосрочным мышлением. Долгосрочный взгляд (условно – успешно, мы видим огромные недостатки в обоих подходах) осуществляют лишь «хареди́м» в их особой системе просвещения и партия МЕРЕЦ, реально подчинившая своей «либеральной» идеологии все остальные школы Израиля, включая государственно-религиозные.

Имеются три уровня воздействия на мышление народа:

1. Самый мелкий и кратковременный уровень – агитация. Этот уровень рассчитан на склонение людей к сиюминутному решению (голосование за данную партию на ближайших выборах, покупка определенного товара или в определенном магазине). Строится на звонких и по возможности достаточно неопределенных (или наоборот – точечно-определенных – типа какую именно марку стиральной машины необходимо срочно купить), часто лживых лозунгах без возможности их проверки, на ярких плакатах, на зажигательных, но безответственных выступлениях политических «лидеров» или рекламных агентов (что слишком часто совпадает). Лозунги чаще всего соответствуют желаниям массы, специально строятся под желания массы услышать то или иное заверение от лидера, но не несут в себе никакого намерения реально выполнять их после выборов. То есть такие лозунги и заверения несут лишь форму, но не содержание предвыборных обещаний. Особенно характерно, что расплывчатость формулировок позволяет после выборов наполнить их практически любым содержанием и утверждать, что именно это и было обещано народу. Или, как сделали недавно сначала И. Рабин (под реальным руководством вечного и неутомимого Ш. Переса), а затем и А. Шарон, – просто проводить иную линию, чем было обещано даже в туманных и расплывчатых лозунгах.

2. Следующий по глубине уровень – пропаганда. Этот уровень требует достаточно большого времени, наличия хороших (опытных, образованных) пропагандистов и желания хотя бы части народа вложить свое время и свои мыслительные силы для восприятия идей, облеченных в знания. Часто строится как работа многочисленных кружков или как массовая и долгая пропаганда в СМИ. Сегодня в Израиле практически все СМИ располагаются в политическом спектре от умеренных левых до крайних, радикальных левых, и вся непрерывная промывка мозгов идет на мелком уровне в левом исполнении.

3. И самый глубокий из доступных нам уровней – обучение/воспитание (разделим эти понятия!), в первую и основную очередь – в школе. Этот уровень требует очень многих лет и иногда способен повернуть мышление целого поколения, но за период жизни поколения. Особенностью этого уровня является его доступность регулированию со стороны государства. Именно государство определяет требования к набору предметов, изучаемых в школе, программам и уровню изучения, требования к подготовке учителей и к их работе. Кажущееся отсутствие такого реального государственного контроля в Израиле за счет частой смены разнопартийных министров, ни один из которых за последние четверть века (наша каденция в Израиле) не имел педагогического или широкого общенаучного образования, фактически через бюрократически-чиновничий аппарат передало власть над образованием крайним левым и разрушило систему образования (похоже, не только в Израиле).

Мы не затронули уровней, которые, несмотря на их важность, недоступны (или весьма малодоступны) сознательному влиянию со стороны государства или политических сил: влияние среды на воспитание и мышление подрастающего поколения, влияние семьи, неконтролируемое (на самом деле – контролируемое левыми «либералами») разрушающее влияние массовой культуры (точнее, массового бескультурия) через интернет, телевизор, фильмы (сегодня гораздо меньше, чем вчера – через книги). И совсем не стали упоминать самого определяющего, но недоступного нашему влиянию уровня – наследственного, подсознательного мышления, которое мы получаем не только от родителей, но и от массы предшествующих поколений и которое слишком сильно определяет и тип мышления, и решения человека (очевидно, что в нашей последней фразе явственно ощущается влияние французского мыслителя конца XIX века Гюстава Лебона).

Мелкую по глубине агитацию ведут перед выборами все партии; ее уровень определяется уже тем, что для организации такой агитации мобилизуются РЕКЛАМНЫЕ агентства. До пропаганды дело не доходит из-за вынужденной краткосрочности политического мышления лидеров и из-за лени массы народа над чем-то задумываться, что-то изучать и воспринимать. А школа пока в руках «либералов» (сегодня часто используется довольно вульгарный термин «либерасты»).

Дальше мы уделим наше внимание только школе как самому глубокому уровню воздействия на мышление народа, да еще и уровню, доступному государственному контролю, государственному планированию и государственному выбору направления образования (воспитания).

Право-религиозный электорат никогда не был серьезно представлен в Кнессете. С периода еще до создания государства партия МАФДАЛ (под меняющимися названиями) присягнула на верность имеющейся власти (сначала – МАПАЙ, затем «Ликуд», затем – уже не важно, кому прислуживать, лишь бы в правительстве сидеть), поэтому ожидать от нее серьезной защиты Страны как-то не приходилось изначально. Партия тихо гнила и секуляризировалась, пик обвала пришелся на выборы 1996 года (с 12 мандатов на шесть) после явной приклеенности министров к креслам несмотря на сдачу частей Страны арабам (договор Осло). Сейчас она под названием «Еврейский дом» стала совсем нерелигиозной, со слабым налетом «национального культурного наследия». К сожалению, большой слой «вязаной кипы» так никогда не имел и не имеет адекватного политического представительства. Партия «Моле́дет» (перевод с иврита: «Родина») никогда не претендовала больше, чем на два-три мандата. «Ткума́» (перевод с иврита: «Возрождение»), не несущая своей отдельной идеологии и отколовшаяся от МАФДАЛа не по идеологическим причинам, а из-за трюков Звулуна Орлева с распределением мест в предвыборном списке 2009 года, временная в прошлом и явно готовящаяся к временному возрождению в повторном союзе с «Оцмо́й ле-Исраэль» (перевод с иврита: «Еврейская инициатива»), на ближайших выборах исключительно ради мандатов для отдельных личностей, тоже не может обладать долгосрочным мышлением. Так что плохо не только с правым электоратом, плохо с его право-религиозными лидерами; некому представлять эту идею, некому в долгосрочной перспективе заботиться об электорате, о его воспитании в верности вечной триаде: Торе Израиля, Стране Израиля, народу Израиля.

Но и право-религиозный электорат сегодня не может быть многочисленным. Совершенно очевидно, что нынешнее состояние народа печально до крайности. Уже пара поколений нашего народа в Стране, несколько слоев выпускников школ полностью лишены национальных знаний и национального самосознания, а в последнее время выяснилось, что они лишены и общенаучных знаний тоже.

Такое положение в школах – отнюдь не только израильский провал. Это разрушение школ начало свой победный путь в США в начале 80-х годов. И началось под очень приятными на слух лозунгами о том, что информация в мире так быстро меняется, что нужно прекратить набивать головы учеников быстро устаревающей (или уже устаревшей) информацией, а лучше научить их пользоваться системами информации, в нужное время извлекая из них нужные этим людям знания, научить их коллективной работе и коллективному решению задач. С известной натяжкой можно сказать, что авторы системы хотели действовать по старому педагогическому лозунгу «ученик – это не сосуд, который нужно наполнить, а факел, который нужно зажечь» (авторство лозунга приписывается и Плутарху, и Сократу, и даже часто повторявшему этот лозунг уже советскому педагогу В. А. Сухомлинскому). О том, что невозможно из систем информации извлечь знания, которые хоть на каком-то уровне были выучены ранее, «либерасты» от образования не задумались (или весьма глубоко задумались и успешно реализовали?).

«Хотели как лучше. А получилось как всегда» (одно из наиболее известных крылатых выражений В. С. Черномырдина, произнесенное в его бытность председателем Правительства Российской Федерации на пресс-конференции 6 августа 1993 года). Авторы системы сделали вид, что «забыли», что для оперирования современной информацией нужны глубокие, объемные и прочные базисные знания. Невозможно «быстренько» извлечь из компьютера решение нужного дифференциального уравнения, если не иметь в голове (в памяти, причем с отработанными навыками использования знаний) глубоких знаний всех предыдущих разделов математики, включая понятия интеграла и дифференциала. Нельзя даже понять сути относительно сложной физической задачи, если в голове нет определенного (и весьма немалого) уровня базисных физических знаний. Трудно наметить маршрут на карте без знания системы географических координат и принципов построения карт.

Последовательное (последовательное!!!) применение принципов либерализма очень быстро привело к тому, что ученики перестали обладать даже минимальным набором знаний. Игра в «развитие мышления» вместо наполнения головы информацией в течение всего-то пары десятилетий привела к полному опустошению голов учащихся от любых знаний и навыков. Приведем несколько цитат из статьи Игоря Хмелинского «Уроки образовательных реформ в Европе и странах бывшего СССР» (http://polit.ru/article/2014/08/30/education) (дата обращения 02.09.2014), в которой автор анализирует «либеральную» систему школьного образования, опираясь на свой португальский опыт преподавания.

«Новая парадигма школы делает упор на формирование критического, творческого и независимого мышления учащихся, на развитие понимания, отрицая развитие и использование памяти и запоминание, в отличие от предшествовавшей ей формальной школы. Как показывают исследования, прямым следствием такого подхода является отсутствие у подавляющего большинства учащихся долговременного запоминания предметных знаний, позволяющего их повторное использование, что приводит к неспособности учащихся мыслить абстрактно. Это приводит к трудно обратимой деградации всей системы образования, от начальной школы и до аспирантуры: учащиеся приучаются обходиться в своей работе лишь кратковременной памятью, а способы и критерии их оценивания в школе и вузе подстраиваются под их [крайне низкие] возможности и компетенции» (Добавления в квадратных скобках и подчеркивания – наши. – И.Д.).

«Несколько лет назад по ТВ показали интервью, которые брали у студентов у входа в ведущий португальский технический вуз (IST) в Лиссабоне. На вопрос: сколько будет шестью семь одна студентка ответила: „А я не математик!“ Заметим, что компетенция, бывшая обязательной уже в начальной школе, ныне отсутствует даже в вузе».

«Отсутствие у нынешних школьников предметных знаний, заученных наизусть [и натренированых для практического использования], как по математике, так и в любой другой области, приводит к тому, что подавляющему большинству учащихся не удается сформировать предметные базы знаний по изучавшимся в школе дисциплинам, что и дает в результате синдром пустой головы».

«Независимая комиссия, проверявшая португальскую систему высшего образования, отметила, в числе прочего, общую жалобу преподавателей вузов – студенты неспособны к творческому и логическому мышлению. Таким образом, парадигма либеральной школы оказалась неспособной достичь своих целей. Это – результат отсутствия предметных знаний в постоянной памяти учащихся, в такой форме, которая бы обеспечила их повторное использование. Речь идет о том, что абстрактное мышление требует запоминания определений, основных теорий, формул, дат и прочих элементов, составляющих основу знаний любой предметной области. Без наличия в постоянной памяти этих элементов учащийся не способен к абстрактному мышлению в соответствующей предметной области – любая из таких областей имеет свой набор понятий и идей, который требуется знать наизусть, прежде чем мы сможем говорить об абстрактном мышлении».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.