Лола Берг
Аддамсы средней полосы: необычные истории обычного семейства

Глава 1. Мечтать не вредно

Большой бальный зал залит светом, негромкая музыка задаёт настроение, вышколенные официанты ловко снуют среди гостей, обнося напитками и закусками. Элегантные дамы в шикарных нарядах и сверкающих драгоценностях, в сопровождении не менее элегантных кавалеров, дефилируют по залу, собираясь в небольшие компании по интересам. Вот справа – сырьевые магнаты, слева – биржевые. А вон там, в центре зала, у большого стрельчатого окна – виновник торжества – мой муж Иван, в шикарной генеральской форме, которая ему очень к лицу.

Ко мне подошёл распорядитель торжества и, слегка поклонившись, негромко сказал:

– Марьяна Алексовна, мы начинаем.

Я благосклонно кивнула, зазвучали фанфары и…

***

…я проснулась. Это были не фанфары, а коварный будильник, который прервал мой чудесный сон! Там, во сне, было всё, о чём я мечтала с детства: муж-генерал, высшее общество и … всё, что к этому прилагается. Хотя, если честно, сюжет этого ночного кино мне не очень нравился – избитый какой-то. Могло бы и поприличней что-нибудь присниться.

Но я знала, что это знак. Правда, я не особо верю во всякие там хиромантии, гороскопы и, тем более, сны. Зато я верю в себя. И с некоторых пор к знакам судьбы отношусь внимательно. Хотя кого я обманываю?

***

Да-да, я с детства мечтала стать женой генерала. Ну сами посудите, о чём ещё может мечтать генеральская внучка? Собственно, самим этим генералом и воспитанная. Была ещё бабушка – добрая, ласковая и очень красивая. Жаль, она рано ушла.

Да, ещё у меня была и есть мама. Но, как сейчас модно говорить, она была чаще «на удалёнке», чем рядом со мной – личная жизнь у моей деятельной мамы всегда была на первом месте. И где-то был папа, который пришёлся не ко двору. А жаль.

Если вдруг кто-то начнёт завидовать: «О, дед-генерал, круто», то не завидуйте. Генералы бывают разные. Мой любимый дед – товарищ жёсткий и бескомпромиссный. При этом бабушке достаточно было взгляда, чтобы дед становился ручным. Этот волшебный бабушкин взгляд перешёл ко мне по наследству. Потому что моему мужу, пока ещё не генералу, тоже иногда достаточно только взгляда. И, я так тихо подозреваю, что передаётся он по женской линии через поколение, потому что мама моя таким чудом не обладала.

Ой, простите, забыла представиться: я – Марьяна. Если верить истории происхождения и толкованию моего имени, то оно – символ надёжности и его обладатель точно знает, что нужно делать прямо сейчас. Ну как с меня писали, в точности всё совпадает!

***

Путь к своей мечте – стать женой генерала – я начала сразу после окончания школы. Которую окончила, кстати, почти на отлично. Если бы училась усердней, могла бы и с медалью. Но это дело такое, медаль же не главное.

Как только я сдала выпускные экзамены, все мои родственники разъехались в отпуск кто куда, предоставив мне выбор учебного заведения и факультета. Лето – пора отпусков и поступление единственной меня в институт – не повод откладывать долгожданный отпуск: «Марьяна, ты уже взрослая, справишься и без нас». (В этом месте европейские омбудсмены по правам детей побежали бы лишать моих родителей их прав).

Я для приличия повыбирала, куда бы поступить, но приняла Соломоново решение (не по годам была мудрой) и решила выбрать то, что советовал дед. Даже с учётом того, что некоторые наставления деда носили рекомендательный характер, ослушаться его я не рискнула. И хотя характерец у меня ещё тот, бунтарский, я знала, что с моим дедом это не сработает. Он сказал – значит так и должно быть, даже если это просто рекомендация. Во всяком случае, пока я была несовершеннолетней, дёргаться резона не было.

***

В общем, я поступила в престижный ВУЗ на не менее престижную специальность: военный переводчик. А я ведь хотела стать журналистом. Но кого это, собственно, кроме меня интересовало? «Журналист – что за профессия для девочки?» Ну да, блин, а военный переводчик – прям для девочки. Почти как воспитательница в детском саду.

***

Да, злопыхателей попрошу отдохнуть: в ВУЗ я поступила самостоятельно, даже документы в приёмную комиссию отнесла сама. Почему даже? Да потому что я была чуть ли не единственной абитуриенткой, которая подавала документы без сопровождения родителей, родителей родителей и прочих родственников.

В нашей семье протекции не поощрялись ни в каком виде, а уж «по блату» вообще считалось преступлением.

***

Описывать учёбу долго не буду, кто учился – тот знает, что везде примерно одно и то же: лекции, зачёты, сессии и общественная деятельность. Но пару слов всё же скажу, чтобы последующие события были понятней. А то вдруг кто-то подзабыл свои лучшие годы.

Я была культоргом факультета и играла в волейбол за женскую сборную института. Согласна, сферы не очень смежные, но у меня с детства была неодолимая тяга впихнуть невпихуемое. Упс, простите, я имела в виду – совместить несовместимое. Например, занятия в волейбольной секции и в музыкальной школе: играть на пианино с «выбитыми» на тренировке пальцами – тот ещё кайф, но у меня же характер, куда ж его?

И вот на предпоследнем курсе, когда я уже вся была в предвкушении распределения и взрослой, самостоятельной жизни, судьба сделала крутой поворот. Я познакомилась со своим будущим мужем. И впереди замаячила совершенно другая взрослая жизнь, гораздо интересней: замужней дамы и матери семейства.

Глава 2. Первое знакомство с мечтой

Небольшое лирическое отступление. Я прекрасно знала: чтобы стать женой генерала, нужно выйти замуж за лейтенанта. И, когда я познакомилась с без пяти минут лейтенантом, это был просто знак судьбы! И я за него этой самой судьбе была благодарна.

***

Познакомились мы, на мой взгляд, довольно банально. Никаких тебе острых сюжетов или почти мистических событий, как в кино или в дамских романах. А так хотелось эмоций, африканских страстей и интриги! Правда, некий экшн в нашем знакомстве всё же был.

Для лучшего понимания дальнейших событий уточню: наш факультет был расположен в здании военного училища, то есть общежитие для студентов и курсантов было общим. Изначально было задумано, что у каждого факультета будет отдельный этаж, но что-то пошло не так и всё смешалось в кучу. Ну, как обычно: хотели как лучше, получилось, как всегда.

В тот день, когда мы познакомились с без пяти минут лейтенантом, я культурно активничала (всё-таки культорг факультета, не хухры-мухры): бегала по студенческой общаге, организовывала народ на участие в концерте для подшефной школы. В начале учебного года такая культурная суета была в порядке вещей.

И вот в тот самый момент, когда я проносилась по общежитскому коридору мимо холла, где обычно собирались поболтать, я вдруг услышала приятный баритон:

– Девушка, можно с Вами познакомиться?

Я по инерции пробежала ещё пару метров, думая, что это не ко мне. Во-первых, кому придёт в голову знакомиться с несущейся, как выпущенный снаряд, рыжей фурией, а во-вторых… Не помню уже, что было «во-вторых». Но когда до меня дошло, что в этом месте единственная девушка – я, то резко притормозила.

Обернулась на голос… и зависла: у окна стоял молодой Дольф Лундгрен. Наверняка вы знаете этого актёра. Я обожаю фильм «Разборки в Маленьком Токио» и смотрела его раз сто только из-за Дольфа. Даже красавчик Брендон Ли там меня не впечатлил, хотя был у меня когда-то ухажёр, очень на него похожий. О нём я тоже расскажу, но немного позже.

А пока я зависла, ведь передо мной стоял Дольф в его лучшие годы и интересовался, можно ли со мной познакомиться! В тот момент мне было совершенно фиолетово, как он сюда попал. Когда я отвисла, то дерзко вскинула голову, вся такая смелая, и с вызовом ответила:

– Можно!

А у самой сердце ускакало в пятки, даже кроссовки из-за этого стали тесноваты. И из головы вылетело, зачем я вообще здесь, и напрочь забыла, что концерт нужно организовать. Какой, нафиг, концерт? Тут такой голубоглазый красавец! Хоть рядом надо постоять, пока он не передумал знакомиться. Когда ещё такой шанс представится?

***

Как потом выяснилось, это соседи-курсанты зашли в гости к нашим девчонкам, потому и сидели на «нашей территории». Когда я бешеной торпедой пролетала мимо, они как раз вышли проветриться и покурить. Да, тогда ещё можно было курить в общественных местах без страха попасть в каталажку или нарваться на штраф, представляете?

Но об этом визите соседей я узнала потом, когда задалась вопросом, а что, собственно, они здесь делали.

Кстати, о девчонках. На нашем курсе их было всего шесть. Вместе со мной. Трое поступили на факультет в надежде удачно выйти замуж, а остальные, я в том числе – по идейным соображениям предков. Но это я так, слегка злорадствую про поломанные планы одного из моих предков. Потому что идея моего деда сделать из меня защитника родины возымела как раз прямо противоположный от желаемого результат.

***

Надо сказать, что с самооценкой в то время у меня были серьёзные проблемы. Не то чтобы я была уродиной, но и красавицей себя не считала. Высокая, почти 180 см, рыжеволосая, не модельной (по тем временам) фигуры, с очень женственными изгибами и выпуклостями третьего размера. Правда, многие юноши мне говорили, что я симпатичная и улыбка у меня милая, а ещё – что волосы шикарные. Интересно, это они правда про улыбку или про третий размер?

В детстве я была пухленькой и, когда я говорила, что буду балериной, взрослые только хихикали: «Тоже мне, актриса погорелого театра». А я думала, что Погорелый – название театра, типа как Большой театр и страшно собой гордилась. Пока не стала немного старше.

Сейчас я понимаю, что в то время в балете были стандарты Плисецкой, а не Волочковой. Да ещё мама под настроение подзуживала: «Ты толстая, куда тебе?» И моя будущая балетная карьера таяла на глазах, как мороженое в горячем кофе.

У нас в классе было две «дылды» и одна из них – я. Из-за этого я даже немного комплексовала. Насколько мне было бы радостнее жить, если бы кто-то мне тогда подсказал, что с таким ростом на мелкорослых мальчишек я могу смотреть свысока, как жирафа на пони. В буквальном смысле слова! Но…

Я грезила балетом, в который с моей фигурой путь был заказан. А вот в секцию волейбола меня приняли с распростёртыми объятиями: рост был самый тот, да и комплекция очень даже.

Кстати, дед одобрил моё спортивное начинание. Он вообще всегда топил за ЗОЖ, физкультуру и спорт. Надо отдать ему должное – он сам всего этого придерживался. Но его: «Хм…Тоже мне, лебедь белая в кроссовках», немного обижало.

Но для меня ключевым словом было «лебедь». В душе я всё равно была балериной. Пусть и погорелого театра. А в зеркале я видела Бригитту Нильсен в роли «Рыжей Сони». Вот такой разрыв шаблона. Кстати, со временем поняла, что Соня – вполне себе неплохой вариант. Могло быть и хуже. «Спасибо» родственникам.

Но я к ним не в претензии: что с них взять – любили, как умели. Я тоже была не лучшая дочь и внучка.

***

Что-то я отвлеклась от истории моего знакомства с Иваном. Да, у этого красавца было такое простое русское имя, которое ему так же шло, как дешевая пуговица к пиджаку от Армани. И если бы мне тогда сказали, что этот красавчик будет моим мужем, я бы просто рассмеялась в ответ.

Вот так мы и познакомились – Дольф и Бригитта (вспоминая это, я до сих пор нервно хихикаю). А когда я узнала его фамилию – Адамас – вообще выпала в осадок. Прямо сразу нарисовалась ассоциация с семейкой Аддамс. Забегая немного вперёд, скажу, что не случайно.

***

В результате недолгих переговоров мы договорились встретиться с Доль…упс, с Иваном в ближайшую субботу. Как раз будет выходной и отдых от всего – от учёбы, спорта и культмассовой работы.

Но было одно «но». Вернее, даже два «но»: мой дед и я.

Глава 3. Воспитательный момент и борьба с собой

Первое «но» – мой дед. У него был пунктик (на самом деле их было дофига, но этот был самый «пунктуальный»): проводить политинформации, плавно переходящие в воспитательные беседы. Скажете, что маразм? Нууу, в чём-то вы будете правы. Но так же, как из песни слов не выкинешь, так и из отставного генерала не выкинешь то, что в него вкладывалось десятилетиями.

Именно по субботам у нас с дедом на нашей просторной кухне – семейном месте силы, было ритуальное чаепитие, во время которого он рассказывал мне о событиях в мире. Но особое внимание он уделял событиям, происходящим в очень небольшой части мира – нашем дворе:

– Опять Куликович из второго подъезда свою псину без поводка выпустил (у деда были сложные отношения с домашними животными и, соответственно, с их владельцами). А Рыжковы машину купили, красную. Будут теперь, как пожарные, на ней ездить (зависть, дедуля, это плохо!).

Ну и всё примерно в таком духе. Поначалу я пыталась что-то возражать, втягивая деда в дискуссию, но потом поняла, что это дело бесполезное и выбрала другую тактику: молча кивала, прихлёбывая чай с домашним вареньем или финиками, изредка издавая в разных интонациях нечленораздельные звуки типа «гхм». Деда это воодушевляло, и он разливался соловьём. Конечно, если слово «соловей» применимо к его хорошо поставленному командирскому голосу.

Когда все текущие новости были рассказаны, дедуля переходил ко второй части Марлезонского балета: воспитательному моменту. Так как матушка моя, его старшая дочь, воспитанию уже не поддавалась в силу возраста и полного пофигизма, то момент этот был приложен исключительно ко мне.

– Марьяна, ну что там у тебя в институте, как учёба? Как спорт? Надеюсь, на всякие глупости ты не отвлекаешься?

Под глупостями дед подразумевал взаимоотношения с противоположным полом. При этом он как-то постоянно забывал, что у нас не дедовщина. Я понимаю – я его первая и любимая внучка, поэтому и беречь меня надо, как золото партии. Но не до такой же степени! Это хорошо ещё, что я не давала деду повода заподозрить меня в курении, потому что по его критериям это считалось преступлением, в разы хуже, чем «глупости».

Вот поэтому я переживала, что у меня может не получиться выкроить в субботу несколько часов, чтобы сходить на свидание с Иваном.

***

Но с дедом в принципе можно было договориться: после допроса с пристрастием и обещанием блюсти себя.

***

А вот как договориться с собой? Это было второе «но», гораздо серьёзней.

Я уже рассказывала, что комплексы мои цвели пышным цветом и отравляли жизнь. Наряду с моими недевочковыми умениями, которые нормальным девушкам неведомы.

Для понимания: к 20 годам я умела стрелять, ездить верхом, прыгать с парашютом и много всего ещё, не очень свойственного прекрасному полу, за что наш декан называл меня «Нежная боевая Фиалка». Но я совершенно не знала, как вести себя с парнями. В плане, как кому-то в глаз дать или шею свернуть – я знала, а вот погулять под луной, за ручки подержаться или… Ну вы поняли. Хотелось быть не только «швоим парнем».

А ещё я совершенно не умела готовить. Я могла разобрать и собрать автомат за рекордно короткое время, но не смогла бы приготовить даже элементарный борщ. Не говоря уж о чём-то посложнее. Не, ну что-то я на себя наговариваю – приготовить картошку или сварить макароны или пельмени я умела, но не больше. Заварить чай и накромсать бутерброды не считается же?

Так что всё вышесказанное вгоняло меня в жуткий депрессняк, и я начинала загоняться, что после первого же свидания Иван Адамас пошлёт меня куда подальше и будет прав.

В нынешние времена хорошо: появились какие-то проблемы – полно психологов, астрологов, тарологов и акмеологов, готовых помочь за вознаграждение. Заплатил – и все проблемы ушли сами собой, кроме одной единственной – где взять ещё денег на повторную консультацию у «-олога».

А тогда приходилось решать все проблемы самостоятельно. В лучшем случае – поплакав у подруги на плече. У меня было такое плечо (не подруга, правда, но ничуть не хуже) – Андрюша Макаренко, мой сокурсник, верный друг и телохранитель. Но о нём я позже расскажу.

***

И вот в таких нешуточных терзаниях я дождалась субботы. Надо сказать, что дед на удивление быстро – всего за час – согласился меня отпустить на свидание, даже не потребовал клясться на крови (шутка). И я посчитала это хорошим знаком.

При этом он слегка скривился, когда узнал, что Иван – иногородний. Я же, как-никак, столичная штучка и мало ли желающих, и всё в таком духе. Смягчило деда то обстоятельство, что Иван без пяти минут лейтенант, да и дед, наверное, вспомнил, что он сам москвич в первом поколении. В общем, эти два обстоятельства и спасли ситуацию. Вернее, Ивана – от бесполезного ожидания меня.

Глава 4. Первое свидание всегда похоже на интервью

Да-да, именно на интервью. К которому я тщательно готовилась. Не в плане там причёска-макияж-туфли-лодочки. С этим я обычно быстро справлялась: оделась, причесалась, рот закрыла и пошла. Ну вот только не надо этого «Марьяна, ну ты же девушка!». Я в этом вопросе была полностью солидарна с дедом: «Лучшее украшение девушки – это опрятность и улыбка». Представляете, сколько я времени на сборах экономила?

Не переживайте, свои мысли и убеждения у меня тоже были. Просто я их тщательно скрывала, чтобы лишний раз не нарываться на конфронтацию с генералом. В общем, всё шло по плану.

***

Ивана я заметила издалека. Ну как было не заметить эти почти два метра мужской красоты и обаяния! Прямо удивительно, что его не увели, пока он меня ждал. Хотя я приехала вовремя (в метро пробок нет, что радует необычайно), я вообще девушка пунктуальная.

Я, если что, тоже довольно заметная (Рыжая Соня, помните?). Увидев меня, Иван расплылся в широкой улыбке, рванул мне навстречу и вручил милый букетик осенних цветов. Я, в свою очередь, расплылась от умиления и счастья.

Но тут же сплылась обратно: всё происходящее никак не укладывалось в моей голове. «Ну не может этого быть!» – кричал мой внутренний голос, побуждая меня паниковать. Но я волевым усилием заткнула его и велела молчать, пока домой не приедем. Фиалка я, или кто?

В общем, мы немного прогулялись и пошли в кино. Какой был фильм – убейте, не помню. Помню, что места у нас были для поцелуев – то есть в последнем ряду. И, хотя мы не целовались, но сосредоточиться на просмотре не получалось. Хорошо, что зал был полупустой и наши перешептывания никому, собственно, не мешали: мы интервьюировали друг друга. «А ты любишь это? А ты был(а) там? А какой твой любимый актёр?» – ну и всё в таком духе. Детский сад, штаны на лямках.

Да, мы с приветом оба, согласна. Пойти в кино, чтобы болтать и выяснять всё друг о друге! Других же мест нет! Правда, я потом поняла, что в темноте кинозала было не так страшно и неловко расспрашивать друг друга. Мы это оба как-то интуитивно поняли и воспользовались моментом. Оказывается, Иван был тоже стеснительным и не очень уверенным в себе, несмотря на свой мужественный вид.

После кино (ха-ха – киноманы!) мы ещё прошлись по городу, и Иван проводил меня домой. Я была на седьмом небе от счастья! Даже дедово суровое: «Ты опоздала!» не испортило мне настроение.

***

Наверное, излишне говорить, что дома меня ждало ещё одно «интервью»: с любимым дедушкой. Благо, что мама была в отъезде. Иначе всё было бы ещё «веселее».

Глава 5. Зачем вы, девушки, красивых любите?

Мы с Ваней начали встречаться довольно регулярно. В основном – по субботам. В другие дни – учёба, тренировки, а у меня ещё и обязанности культорга и репетиции СТЭМа (Студенческого театра эстрадных миниатюр). Чем ближе мы узнавали друг друга, тем меньше я переживала, что этот прекрасный сон развеется. Это была реальность.

Настолько прекрасная, что я чуть не завалила зимнюю сессию. Иван тоже чуть не попал. Хорошо, что у него была я: помогла ему сделать курсовую по подрывным работам (о которой кто-то благополучно забыл), начертила все чертежи и подписала красивым чертёжным шрифтом.

В общем, я старалась быть для него поддержкой и опорой, мужчины ведь бывают иногда такими беспомощными! Даже будущие генералы.

Сессию мы оба сдали «на ура», даже без троек. Попробовала бы я с тройками сдать! Сразу – на расстрел без права переписки.

***

И вот, когда я уже начала готовиться к встрече Нового года, строила планы на праздники и ближайшие годы, Иван пропал. Не позвонил, не написал – ни-че-го. Я не знала, что думать и куда бежать. Начались каникулы и все иногородние разъехались кто куда.

Сказать, что я расстроилась – ничего не сказать. Первые пару дней я ещё как-то держалась, а потом ушла в такой глубокий депрессняк, что, если бы это был колодец – никто бы не услышал всплеска упавшего в него камня, настолько он был глубоким. А ведь я ему поверила, я уже почти поверила в себя, в свою привлекательность, а он…

Мама пыталась меня успокоить и подбодрить, но у неё это как-то странно получалось, с обратным эффектом:

– Ну, а как ты хотела? Поматросил и бросил! Ну ничего, Мася, не плачь, найдём мы тебе жениха. Тоже мне, прЫнц датский! – в этом месте мама хмыкала и поджимала губы.

И так далее, и тому подобное, ну вы поняли. После такого «подбадривания» мой «колодец» становился ещё глубже.

Пока мама доводила меня до белого каления, дед сидел в своём любимом кресле, прикрывшись неизменной газетой и бубнил себе что-то под нос, периодически не очень вежливо осаживая дочь:

– Марианна, заткнись! Оставь девочку в покое! Иди лучше прогуляйся.

За это я была очень благодарна деду, потому что сама попросить маму не мучить меня не могла. Состояние было не то.

Марианна – так зовут мою маму. Марианна Павловна. Я не знаю, кто в нашей семье так креативил с именами (это страшная семейная тайна), но наши с мамой имена были очень созвучны. Наверное, поэтому мама особо не заморачивалась и называла меня просто – Мася. Терпеть не могу это имя, похожее на кошачью кличку!

***

Новый год мы отмечали в тихом семейном кругу – я и дедуля. Маман пригласили её друзья и это был для меня лучший подарок в сложившихся обстоятельствах. Потому что мама долго молчать не могла ни по какому поводу. Её, практически никогда не иссякающий, фонтан красноречия заткнуть было невозможно. А мне тогда хотелось тишины и сочувствия. У деда с сочувствием было не очень, зато в части тишины он был просто супер.

***

Второго января позвонил мой верный друг Андрюша Макаренко (помните, моё «плечо»?), поздравить с Новым годом. Но я разрыдалась в трубку и это прозвучало для него как сигнал – надо спасать! Буквально часа через полтора он приехал с коробкой моих любимых конфет и мандаринами (ну какой новый год без мандаринов?). В любой другой ситуации я от таких даров прыгала бы до потолка (но не сейчас, ясное дело). Потому что один генерал (любитель ЗОЖ) покупал вместо конфет яблоки и финики, иногда – вяленый чернослив. А иногда так хотелось шоколада!

Буквально пара слов об Андрюше, чтобы вы не думали, что он похож на задохлика-ботаника и на нём можно ездить всем, кому не лень. Он был богатырского телосложения и на первый взгляд вид имел слегка свирепый. Но, когда он улыбался, вся свирепость исчезала и это был просто обаяшка. Ещё на первом курсе Андрюша (он просил его называть именно так) взял надо мной негласное шефство – в нашей группе я была единственной девочкой. От кого он собирался меня защищать – тайна, покрытая мраком, но так сложилось.

И вот, когда я рыдала на его плече, он вытирал мои слёзы и сопли, приговаривая вполголоса что-то успокаивающее. А когда мои рыдания были практически на исходе, отстранил меня и довольно резко сказал:

– Левина, ты такая дура! (Левина – это моя фамилия, девичья).

От неожиданности я икнула и перестала реветь.

– Чего это я дура? Меня парень, между прочим, бросил! – начала закипать я, повысив немного голос.

– Где это написано, что он тебя бросил? Он тебе сам это сказал? Ванька не такой парень, чтобы вот так просто бросить. И тебя вообще бросить нельзя, ты ж не вещь! – голос Андрюши тоже набирал обороты. – Выключи истеричку и включи мозги! Ты ж умная девчонка!

Неизвестно, чем бы это всё закончилось, если бы не вмешательство моего прародителя, так вовремя вошедшего в мою комнату. Мы с Андрюшей точно подрались бы. Весовая категория у нас разная, конечно, и он бы поддался, но я была в ярости, могла сделать больно. «Да кто он такой, чтобы указывать мне?» – мысленно подогревала я свой праведный гнев.

– Брейк, ребята! – командирским голосом рявкнул дед и мы оба смолкли. – Идёмте чай пить, а то конфеты тают на глазах. Ты их там ещё не все слопала, Марьяна?

Удивительным образом обстановка разрядилась. Буквально через пять минут мы втроём сидели на кухне за столом, пили чай с конфетами и болтали ни о чём. Вернее, болтали мужчины: деду нравился Андрюша, они всегда находили общие темы для разговора. А я, воспользовавшись моментом, под шумок уплетала конфеты, повышая уровень эндорфинов и объём талии.

***

А на следующий день произошло событие, которое мигом вывело меня из депрессии. Вот и не верь после этого в чудеса и новогоднюю сказку (я загадала желание под бой курантов, догадайтесь с трёх раз, какое). Но расскажу по порядку.

***

Я плавала в ванной (говорят, хорошо успокаивает) и услышала звонок в дверь. Старательно прислушалась, хотела угадать, кто пришёл. Но услышала только приглушенный голос деда и ещё какого-то мужчины. Я не придала значения, мало ли кто там, к деду частенько заходили его сослуживцы. И спокойно продолжила свои водные процедуры.

Когда в дверь ванной постучали, я как раз строила замки из мыльной пены и своих мечтаний. Чем бы дитя не тешилось, как говорится.

– Марьяна, хватит мокнуть, заржавеешь! Выходи давай!

Ну кто так ласково ещё мог, кроме Павла Гавриловича, моего дедуленьки? Хватит – значит хватит.

Через 5 минут я вышла из ванной и…услышала из кухни голос Ивана. Я превратилась в соляной столб. Такой красивый, с гривой длинных рыжих волос и сбившимся дыханием. Но это длилось доли секунды, которых мне хватило, чтобы ожить, помчаться на кухню и наброситься на Ивана с кулаками. Да ужжж… Это было просто какое-то образцово-показательное выступление воспитанницы пансиона благородных девиц! До сих пор стыдно, как вспомню…

Иван перехватил мои руки, сгрёб меня в охапку и обнял. Так крепко, что я чуть не задохнулась в объятиях. Не поняла, правда, от чего именно: от его силы, от своей радости или возмущения – типа «как ты мог!». Дед деликатно удалился, оставив нас выяснять отношения.

Иван рассказал, что заболела бабушка и его присутствие дома было просто необходимо. Он уехал так неожиданно, что не успел мне об этом сообщить. Хотел позвонить по приезду домой, но по дороге потерял телефон (или украли), а номер мой на память не помнил. А потом и сам простыл. Короче, при первой возможности примчался ко мне, благо знал, где я живу, потому что провожал неоднократно.

Пока мы выясняли отношения, я твёрдо решила, что выйду за Ивана замуж, иначе он без меня пропадёт. И мой номер телефона запомнит так, что даже во сне будет его повторять!

***

Моё счастье вернулось ко мне, немного поблуждав по дорогам судьбы. Я даже не представляю, как раньше люди жили без мобильной связи. Это же умом можно было двинуться, неделями ждать весточку от любимого из соседнего города! Хотя наша почта и сейчас так же работает, как в давние времена, ничего не изменилось: почтовые кареты никуда не спешат, а быстрые фельдъегери – из другого ведомства.

***

Ну как я могла не простить? Я, девушка мудрая и с детства дипломатичная, решила для себя, что это было испытание чувств. Из которого мы оба вышли с честью. Увы, это было не последнее испытание.

Глава 6. Знакомство с Аддамсами

Встречались мы с Ваней уже несколько месяцев… Я всё ждала, когда же последует предложение руки и сердца. Не то чтобы мне замуж сильно хотелось, просто я не привыкла отступать.

И вот в один прекрасный день Иван, краснея, сказал, что хочет на мне жениться. Я для приличия задумалась ненадолго и… согласилась. А про себя решила, что надо идти, пока берут, а то останусь старой девой. Ну и обижать хорошего парня не хотелось. Ну а то, что люблю его без памяти – это дело пятое, кому я в этом признаюсь? Я же девушка, должна быть скромной (что я несу?).

Мы подали заявление в ЗАГС и собрались ехать знакомиться с его родственниками: родителями, напугавшей всех болезненной бабушкой и младшей сестрой Ивана.

С моими родственниками Ваня был уже знаком. Они почему-то приняли его «на ура» и даже не задавали ему глупых вопросов типа «а где вы будете жить после свадьбы?». Единогласно одобрили его кандидатуру мне в мужья, как ни странно. Потому что моего предыдущего ухажёра (эммм… да, вот такая я сердцеедка!) они восприняли в штыки.

***

Поехали мы к Ванечке на родину, туда, где берёт начало великая русская река Днепр. Правильно, в Смоленск. Если кто-то думает, что там Волга – географию на пересдачу. Кстати, у нас многие завалили экзамен именно на этой теме.

***

Отвлеклась я что-то, простите. Ехали мы долго и нудно, хотя там было-то всего около 400 км. Но на рейсовом автобусе это расстояние, по ощущениям, увеличивалось вдвое. Как в старом анекдоте: «Вообще до магазина 100 метров, но если бегом – то 50».

Когда мы приехали, у меня было одно желание – в душ и спать. Даже есть не хотелось. Но фиг я угадала! Нас ждали, весь комитет по торжественной встрече был в сборе: мама – Калерия Венедиктовна, папа – Владимир Алексеевич, бабушка (папина мама) – Татьяна Васильевна и сестра Василиса, в кругу семьи – Вася.

И вот стояла я, простая русская баба девушка, мило улыбалась, а у самой было ощущение, что я в зоопарке. Причём – в вольере с редкими животными: так пристально и с любопытством меня рассматривали.

Я заранее твёрдо решила, что буду приветливой и скромной, чтобы произвести хорошее впечатление. Да, именно так: приветливой и скромной. Хотя очень хотелось крикнуть: «Что уставились? У меня две головы? Или никогда таких красавиц не видели?» Не подумайте, я вообще воспитанная девушка. Но иногда, если меня вывести, могу и взбрыкнуть. Или рявкнуть не очень культурно. По ситуации, короче.

В общем, не знакомство будущих родственников, а паноптикум какой-то: будущая свекровь поджала губы и, по ощущениям, хотела испепелить меня взглядом, будущий свёкор выглядел равнодушным, но настороженным, подслеповатая бабушка растерянно улыбалась, а сестра Василиса не могла решить, к какому лагерю ей примкнуть и нервно теребила косу.

Прямо как в плохом спектакле: пауза затянулась, напряжение нарастало. И вот, когда наступил критический момент, вдруг выступил Иван, прерывая паузу и спасая положение, за что я ему была очень благодарна. Он свою семью просто спас! От меня – милой улыбчивой зайки из вольера с редкими животными.

Сверкая своей лучезарной улыбкой во все тридцать два, он сообщил: «Знакомьтесь – это моя невеста Марьяна! Мы уже подали заявление в ЗАГС и приглашаем всех на свадьбу!» Просто стратег, блин! Будущий Кутузов! Нет, Жуков… или Багратион…? Неважно. Главное – спас, разрешив острый момент по-военному кратко и чётко, без политесов. Потому что ещё минут пять и был бы взрыв. Ага, милая зайка взорвалась бы и всех покусала. Метафорически, конечно, но не менее больно, чем физически.

И тут произошло нечто странное, практически чудо. Случилась какая-то резкая смена декораций: свекровь выдохнула и посмотрела на меня мягче, свёкор выглядел почти довольным, улыбка бабушки стала увереннее и шире, а сестра Вася кинулась ко мне обниматься.

Всё, полный конец обеда! Кстати, об обеде. Может, они все голодные были, потому и такие настороженно-недоброжелательные? Время покажет.

***

В общем, я думаю, семья меня приняла. Иван был счастлив. Я тоже. Нас ждал месяц подготовки к свадьбе.

Глава 7. Ах, эта свадьба пела и рыдала…

Месяц после знакомства с родителями и прочими родственниками пролетел быстро и напряжённо. Всего навалилось много и сразу: подготовка к госэкзаменам, защите диплома, и, конечно же, к самому важному событию этого года – нашей с Иваном свадьбе, подготовка к которой отнимала всё свободное время и силы.

С костюмом для Ивана было всё просто – его фигура была идеальной, даже в спецовке сантехника он смотрелся бы, как в парадном мундире.

Но с моим платьем возникли небольшие проблемы: мой рост и округлости фигуры повергали сотрудниц свадебных салонов в шок и замешательство. Они так ахали и закатывали глаза, что создавалось впечатление, что в магазин к лилипутам пришла невеста Гулливера: «На вас, к сожалению, у нас ничего нет».

В общем, выбор был небольшой: или что-то, похожее на кремовый торт – кружева и рюши, или лаконичное, как я хотела, но с корсетом. По мне так лучше с корсетом.

Ох, мама дорогая, что ж так всё сложно-то? Ну почему свадебные платья шьют только на миниатюрных субтильных барышень? Всем остальным замуж в чём выходить? Кстати, через несколько лет я пошла помочь подруге выбрать ей свадебное платье и обалдела: там были ТАКИЕ размеры, что я утонула бы в них и в длину, и в ширину.

В общем, мы решили все проблемы с одеждой и даже обувью. Правда, пришлось немного покапризничать: каблуки и я – это два несовместимых понятия, но пришлось согласиться. От фаты я отказалась наотрез, хотя мама настаивала, но безуспешно. Вместо фаты я ограничилась элегантным костяным гребнем с инкрустацией.

Мы с Иваном единогласно решили не закатывать пышное празднование, а отметить это радостное событие скромно, в кругу семьи и близких друзей. Достаточно того, что будет костюмированный бал – я в длинном белом платье и жених в костюме-тройке.

Посовещались и выбрали самое лучшее место для торжества – родительский дом: комнаты большие, потолки высокие, и дед только «за». Если что, шампанское можно открывать безбоязненно – пробка потолок не пробьёт. Да, дома не очень романтично, зато практично. И вообще, где я – и где романтика? Меня дедушка-генерал воспитывал, это аргумент на все времена.

***

Итак, настало утро дня «Х». Я была на нервяке, маман ела горстями валерьянку и причитала что-то маловразумительное, закатывая глаза и делая какие-то непонятные гримасы. Как будто она замуж выходила, а не я.

Приехавшая из заграниц тётка, мамина младшая сестра, пыталась сделать мне красивую свадебную прическу: букли какие-то накручивала. Типа у них там, в Европах, это последний писк моды. Страшный ужас! Не надо нам писк, надо чтобы тихо и красиво.

В этот момент я завидовала деду: он в соседней комнате сидел спокойно в своём любимом кресле и читал газету, изредка комментируя наши действия в приоткрытую дверь. Но я была невестой и нужно было выглядеть соответственно, поэтому приходилось мириться с этой суматохой.

После нескольких попыток с прической вроде закончили: я просто расчесала свои рыжие кудри и красиво заколола гребнем.

Дальше началось самое интересное: впихивание меня в платье. Должна сказать, что задача была не из простых: от папы мне достался модельный рост, а от мамы – совсем не модельный изгиб… нет, выпуклость фигуры в области корсажа. Хотя, позволю себе напомнить: впихнуть невпихуемое – это мой конёк.

И когда мы втроём – я, мама и тётка – то ли платье на меня надевали, то ли меня в платье втискивали, я вспомнила момент, когда на сестрицу из «Золушки» туфельку примеряли, и чуть не рассмеялась. Но всем было не до смеха, поэтому я сдержалась. Общими усилиями мы всё-таки победили платье. Мы же женщины, а значит – нам всё под силу!

Но тут появилось ещё одно препятствие: нужно было сначала надеть туфли. Они были с нереально сложными ремешками, напрочь отсекающими попытку украсть обувь у невесты, но мы и с этим справились.

После всех совместных усилий я наконец-то посмотрела на себя в большое зеркало, которое стояло у мамы в спальне. Из зеркала на меня смотрела красотка под 2 метра ростом (10-сантиметровые каблуки сделали своё дело), с багровым лицом под цвет волос и не очень добрым выражением лица.

Наверное, я что-то громко подумала вслух, потому что в комнату вошёл дед, окинул меня взглядом с ног до головы и, со словами: «Наша дура выше всех, но симпатично…», вышел. Спасибо, дедушка родненький, за твой тонкий казарменный юмор! Как он в тему!

Как ни странно, но эти слова деда меня успокоили, я даже улыбнулась и решила немного пройтись по комнате, продемонстрировать свою летящую походку… М-да… С летящей походкой не сложилось: ноги были, как на ходулях, корсет затянут так, что мне не то, что наклониться, дышать можно было и то через раз.

И тут меня как током ударило – рост! Мы же с Иваном были почти одинакового роста, он ненамного выше меня. А в свадебных туфлях я буду на полголовы выше. «Вот если бы Иван был в военной форме и фуражке…Но кто ж женится в фуражке? Ну не мне же кроссовки обувать… Блин блинский…» – полетели мысли. Ладно, это как-то тоже переживём. Не в росте счастье, в конце концов.

Порассуждав так ещё пару минут, я решила, что разбираться, кто кого выше, смысла уже нет и стала ждать жениха.

Явление жениха народу произвело фурор: в хорошо сшитом сером костюме Иван смотрелся потрясающе! Даже не знаю, что ему больше шло – форма или этот костюм. Я, судя по всему, тоже была хороша – увидев меня, Ваня ахнул. Надеюсь, от восхищения.

Время поджимало и нужно было ехать в ЗАГС. Мама с тёткой засуетились, прихорашиваясь. Дед удовлетворённо осмотрел свой «бабский батальон» и дал команду всем на выход.

И вот тут нас ждал большой сюрприз: за ночь перекопали всю дорогу вдоль нашего дома, и к машине нужно было идти почти квартал. Мда…Скандал Ивану за сокрытие такой важной информации закачу позже, когда замуж за него выйду (в этом месте – мой злорадный смешок). Потому что в данной ситуации кроссовки мне были бы очень в тему.

Картина была – уржаться: жених в свадебном костюме с бутоньеркой в петлице, следом я, такая вся красивая – в белом, на каблуках, с букетом в руках. А за мной – мои родственники – гуськом, обходя кучи земли и кусков асфальта… До свадебной машины мы добрались без потерь. За рулём был мой верный друг Андрюша Макаренко и я успокоилась – он товарищ надёжный, домчит быстро.

В ЗАГС мы прибыли вовремя. Родственники со стороны жениха ждали нас у обители Купидона и, когда наша процессия подошла поближе, в глазах свекрови Калерии Венедиктовны явственно прочиталось разочарование: «Не опоздали, уууу…» Остальные друзья и родственники выглядели поприветливей. Наверное, разомлели от жары или долгого ожидания.

Процедура регистрации прошла быстро и без эксцессов. Ну разве что Ванечка мне безымянный палец чуть не вывернул напрочь, когда надевал на него обручальное кольцо. Переволновался, наверное.

После регистрации проехали по обязательным для молодожёнов местам и отправились праздновать. Так же весело протопали квартал от машин до нашего дома, но теперь нас было намного больше и, соответственно, веселее. Я неслась на крыльях любви, подгоняемая неистовым желанием снять свой панцирь и туфли. Особенно туфли. Лучше бы их украли!

Войдя в квартиру, я первым делом разулась и переоделась. Да простят меня все мои старые и новые родственники, но я хотела свободно дышать и двигаться. Увидев меня «не в свадебном» мама, прикрыв ладонью рот, ахнула, свекровь демонстративно поджала губы, тётка осуждающе на меня посмотрела. Дед, как всегда, порадовал: «Золушка превратилась в тыкву!» Но меня в тот момент ничто и никто не мог смутить или разозлить. Потому что счастливые замужние девушки не смущаются и не злятся!

Застолье прошло чинно-благородно: никто не упился, не поскандалил и, тем более, до мордобоя дело не дошло. Даже как-то скучновато получилось. Вот что значит – интеллигенция! Хоть и в первом поколении. Или во втором? Хм… Неважно.

Был один острый момент: любимая свекровь Калерия Венедиктовна попыталась устроить бучу по какому-то мелкому поводу, но подвыпивший свёкор Владимир Алексеевич быстро поставил её на место. Наверное, алкоголь начисто лишил его инстинкта самосохранения. Но всё закончилось тихо-мирно.

Вот так я стала замужней дамой. Правда, особых привилегий от изменения своего статуса в социуме я не заметила и считала, что ничего не изменилось. Но как же я заблуждалась!

Глава 8. А нам всё равно…

Через несколько месяцев после нашей с Ваней свадьбы закончилась учёба. И получил мой благоверный направление к месту службы, которое по-простому называлось «Опа мира». Он хотел временно оставить меня у родственников – моих или его. Но я решила, что лучше с милым в шалаше, чем с предками в хоромах. Дед-генерал или свекровь-генералиссимус – выбор так себе, согласитесь? Да и это «временно» могло растянуться на неопределённый срок. Потому что вряд ли в том месте мира что-то могло стать лучше за короткий срок. После недолгих переговоров согласие было достигнуто, и мы поехали…

***

Приехали мы к месту назначения… Сказать, что я была в шоке – ничего не сказать! Потому что всё, что я могла сказать, здесь воспроизвести нельзя – получится сплошное «пи-пи-пи», как это обычно делают на телевидении.

Думаете, я преувеличиваю? Нисколько! Помните старый советский фильм «Офицеры» с Василием Лановым? Ну вот примерно так же выглядело наше место службы, как в начале фильма: странные одноэтажные постройки, по виду – ровесники века.

Но отступать некуда. Только вперёд! Вариант получить направление «по блату» мы с Ваней отмели дружно и сразу. Потому что, напомню, в нашей семье это считалось преступлением.

***

Кстати, забыла рассказать, что мой свёкор – тоже кадровый военный, полковник спецназа в отставке. Я поначалу удивлялась, почему свекровь из него верёвки вьёт, но потом поняла. Ему, как человеку военному, было привычно получать приказы и выполнять их. При этом не было соблазна придушить «командира». А командовать свекровь привыкла: всю жизнь проработала в торговле на руководящих должностях. Так что принципы наших семей – моей и Ивана – совпадали: «никакого блата».

***

В общем, начались суровые офицерские будни. Вернее, офицерские – у моего мужа Ивана, а у меня – будни офицерской жены. Правда, ещё вопрос, у кого они были суровее. Потому что там, куда мы приехали, переводчики в принципе не были нужны. Разве что переводить старушек через дорогу. Поэтому я получила свободное распределение после института – не разлучать же нашу молодую крепкую семью.

Ивану-то что – утром по форме оделся-обулся и потопал родину охранять. Или защищать? Хм… Короче – служить родине. А мне каково? Муж на службу, а я – в тоску зелёную, которая круто вписывалась в окружающую обстановку: в нашем гарнизоне была зелёная военная форма, окрашенные зелёной краской постройки и спортивные снаряды.

Возможно, у других офицерских жён тоже была тоска, я с ними еще не познакомилась толком. Но это дело времени, потому что тосковать я никогда не любила и не умела. Это я так, поначалу растерялась, «декабристка» современности.

Справедливости ради хочу сказать, что периодически меня привлекали к работе: то какую-то инструкцию перевести с русского на русский – так заумно было написано, что никто не мог понять, о чём речь, или письмо написать электронное, или компьютер почистить. Я была мастером на все руки и не отказывалась помочь – и по доброте душевной, и чтобы не скучать в одиночестве дома.

***

Кроме того, у меня появились хозяйственно-бытовые заботы – нужно было обустроить наше жилище. Именно жилище – чуть лучше пещеры или избы периода Киевской руси: вода, все удобства и общая, на несколько семей, кухня – всё находилось во дворе. И, вишенка на торте: когда холодало, нужно было топить печку. А холодало здесь почти всегда. Эммм…

Представляете, каково мне было? Всю жизнь до этого момента прожившей на третьем этаже «сталинки», в квартире со всеми удобствами? Но надо знать мой характер! Спасибо деду – закалил, как сталь, вполне оправдав свою фамилию Корчагин.

Мне хватило недели, чтобы наша пещера приобрела относительно жилой вид. Я бы сказала – даже стало уютно. Немного радовало, что мамонта, то есть паёк, которого хватало как раз на кашу из топора, супруг приносил регулярно. Но нет худа без добра – в таких экстремальных условиях я научилась всему и быстро. Я о готовке, если что. В общем, жизнь налаживалась.

***

Немного освоившись, я решила познакомиться с подругами по несчастью. Или по счастью? Неважно, по чему. Главное – познакомиться.

Девушки, женщины и бабушки оказались приветливыми и вполне приятными в общении. Днём они в основном тусили в местном «клубе» – гарнизонной библиотеке. Разумеется те, которые не работали и не служили.

Выглядело это примерно так: в довольно просторном помещении с чисто выбеленными стенами работал кружок «Очумелые ручки». Дамы вязали, шили, плели, мотали, распускали и ещё делали что-то рукодельно-невообразимое и потому для меня непонятное. Всё это действо сопровождалось разговорами, сливающимися в монотонный гул, и напоминало пчелиный улей. При этом обстановка была очень тёплая и доброжелательная.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.