Александр Борун
Все колхозы

Так это почему-то называлось: «поехать в колхоз», «послали в колхоз» и т.д. На самом деле в подавляющем большинстве случаев это был совхоз. (Как-то я имел возможность сравнить, и могу сказать, что они очень отличаются). Теперь думаю, может, в этом неправильном обозначении была некая фига в кармане: нам, социалистическим рабам, пофиг – колхоз, там, совхоз, ферма, агрокомплекс… Интерес – он ведь сопутствует хоть какому-то энтузиазму, а откуда бы ему взяться, энтузиазму?

Студенческие колхозы

Сколько раз меня посылали в колхоз во время учёбы в Саратовском университете, теперь уже не могу вспомнить. Общая практика была такая, что посылали два раза в году: на месяц за счёт летних каникул, в качестве трудового воспитания, и на месяц за счёт учёбы, которую потом приходилось отчасти сокращать, отчасти увеличивать количество часов в день, чтобы нагнать программу. И то, и другое не могло кому-то понравиться, но за отказ могли и выгнать из универа.

Однако за 5 лет обучения всё же 10 раз я в колхозе точно не был. На первом курсе я был в спортивной секции (водные лыжи) и, кажется, точно не помню, в спортивный летний лагерь поехал вместо колхоза… хотя, может быть, всё же и после него. А кончилось моё пребывание там аппендицитом, везли на катере 40 км в Саратов, оперировали, и, возможно, осенью я тоже из-за этого не ездил. Это уже, возможно, минус два. Далее, после 4 курса были военные лагеря в Бресте, как окончание обучения на военной кафедре. Тоже, может быть, не после колхоза, а вместо него. А пятый курс был на большую часть устроен в виде практики. Для меня она проходила в Рязани. Возможно, я туда уехал и избежал осеннего колхоза тоже. Ну и после пятого курса, получив диплом, вряд ли кто мог заставить туда поехать, разве что тех, кто поступил в аспирантуру. У меня была рекомендация в аспирантуру, но там не было мест. Получается, что, возможно, это было всего четыре раза? Нет, минимум пять, был ещё колхоз перед первым курсом. Довольно подло устроенный: отправили ещё до результатов экзаменов и зависящего от них конкурса на поступление. Т.е., получалось, кто не поступил, тоже должен был ехать. Но кто откажется? Ведь отказавшихся точно не приняли бы! Да, значит, пять раз… или, скорее, больше. Ведь все перечисленные отмазки могли быть – и могли не быть.

Вспомнить трудно ещё и потому, что большая часть колхозов была одним и тем же энгельсским совхозом. Так что они частично совпадали и по организации работы там. На прополке лука я точно был не один раз, а два или три. На уборке помидоров тоже, наверное, пару раз.

В общем, имеет смысл вспомнить, что вспомнится, независимо от конкретного времени. Общий временной интервал был такой: 1973-1978 год. Или, учитывая вышесказанное о четвёртом и пятом курсе, вероятно, 1973-1977 или 1976.

Отдельно от других запомнился первый колхоз. Тот, что сразу после экзаменов и до того, как стали известны их результаты.

Первый колхоз

Конечно, на шантаж мы злились, но вообще трагедии не было. Ведь нужно было знакомиться с однокурсниками. Это создавало общую приподнятую атмосферу и ощущение новизны. Я их до сих пор помню.

Больше злился аспирант, которого с нами послали. Как он объяснил, планировал он поехать с друзьями в Казахстан, строить коровники и другие объекты в сельской местности. Такая бригада шабашников, возникшая, вероятно, из студенческого стройотряда. И они достаточно неплохо зарабатывали. А тут его поймали, лишили заработка и общения со старыми друзьями, повесили на шею ответственность за желторотых студентов… Было на что злиться.

Аспирант был большой и толстый. И он ничего не ел. Буквально. Заявил, что поголодать ему полезно, а питаться тем, чем тут кормят, – наоборот. Нам казалось, что кормят неожиданно неплохо. Например, часто было кроличье мясо. Но он заявил, что это мы так думаем из-за неосведомлённости. Тут просто по соседству кролиководческая ферма. И если какие кролики дохнут, их быстренько сплавляют в совхозную столовую… Кажется, кто-то после этого перестал есть мясо, но я не перестал. Кушать-то хочется. Особенно при физической работе на свежем воздухе.

Ещё он играл на гитаре и пел. Что-то из репертуара «Битлз», которых тогда официально, кажется, не было, из других рок-музыкантов. Особенно эффектно у него получалась песня про поезд. «In the shuffling madness Of a locomotive breath…» «Old Charlie stole the handle, And the train it won’t stop going…». Это Джетро Талл. Там очень выразительный ритм; так он ударял обеими ногами в пол, с лязгом подпрыгивая на панцирной сетке кровати. Он ведь голодал не просто так, весу в нём было многовато.

Но главное, во всех конфликтах с местными начальничками он был на нашей стороне. Самих конфликтов я почти не помню, но вот запомнившийся пример: мы завозились с завтраком, отчасти по вине столовой, и ранее уже угрожавший нам бригадир уехал на грузовике на поле без нас. Чтобы шли туда пешком. Чисто воспитательная акция: прополке от этого получалось только хуже, меньше времени бы осталось. Или он планировал нас там подольше продержать, не знаю. Так этот аспирант, рассерженный на всю ситуацию в целом, сказал нам вовсе никуда не ходить. Чем по жаре по пыльной дороге тащиться несколько километров до поля. Транспорт не предоставили – оправдание есть. Никакого скандала не было. Приехали мы туда на следующий день, бригадира не было, были там местные, руководившие прополкой. Они говорят: чего это вас вчера-то не было, на другую работу перекинули, что ли? Это там было в порядке вещей, они даже не удивлялись. А бригадир им ничего не сказал, выходит.

Это был первый и единственный раз, такой руководитель. Все остальные потом были запуганы университетским начальством (а оно, очевидно, кем-то ещё повыше) и всегда в спорах и конфликтах с местными принимали их сторону.

Большим достоинством совхоза «Энгельсский» было то, что он очень близко к Саратову. Раз на раз не приходился, но бывало, разрешалось на выходные уезжать домой. А это очень большое облегчение неустроенности быта.

Каким транспортом добирались, не помню, скорее всего, каким-то автобусом. Железнодорожный мост есть, но он очень далеко от центра Саратова и Энгельса, а автомобильный прямо объединяет их центры. Ещё есть речной трамвайчик, но он ходит не очень часто и довольно долго ползёт. И, кажется, не ходит вечером.

А я вспоминаю, как возвращался из дому уже в темноте, с фонариком, и в поле, в высокой траве, вдруг загорались, тоже как фонарики, глаза коров. Они, как кошачьи, хорошо отражают свет. Почему они ночевали прямо в поле, не знаю. Обычная практика, вроде, вечером подоить и запереть в хлеву. Может, это телята были, которых доить не надо, в темноте не очень понятно.

Кстати, раз уж зашла речь о домашнем скоте, у меня очень плохое обоняние. То ли из-за того, что в детстве был хронический насморк, то ли, наоборот, из-за живодёрских методов, которыми его лечили. Что касается колхозов, плохое обоняние часто оказывалось большим преимуществом. Вспоминается такой эпизод. Меня поставили чистить свинарник от свиного навоза. Свиней куда-то убрали оттуда на это время. Навоз надо было лопатой сгребать к одной стороне свинарника и там, как накопится, грузить на тележку и перевозить в предназначенное место. Потому что свинья хоть и неприхотливое животное, а в луже просто любит лежать, но когда её собственных выделений слишком много, ей тоже нехорошо. А может, это свинарям нехорошо. Надо сказать, свиной навоз – самый вонючий. Коровий с ним не сравнить. Тот даже способен вызывать приятные ассоциации, впрочем, как у кого. «Хорошо в краю родном пахнет сеном и…» А, нет, там «гумном». Но свиной даже хуже человеческого. Наверное, из-за того, что свинья ещё более всеядная, чем человек, или настолько же всеядная, и оба они перерабатывают еду более основательно, чем травоядные? Так основательно, что уже совсем ничего питательного в отходах жизнедеятельности не остаётся, только то, что для организма нежелательно и даже вредно, и что он выбросил, и что ни для какого больше животного не пригодится, только бактериям. Кроме того, как к любому дерьму, к свиному в полной мере применима пословица «не тронь дерьма – не воняет». Конечно, она подразумевает что-то вроде «не делай замечаний грубияну», или «не задевай крикуна», или вообще «не ссорься с нехорошим человеком, он способен организовать тебе много неприятностей». Но это второй смысл, а первый там тоже вполне правильный, результат наблюдения, а не выдумка. Если навоз не трогать, он засыхает, покрывается корочкой и воняет меньше, а когда его сгребаешь, он перемешивается, лишается корочки и воняет вовсю. Это как с пословицей «не плюй в колодец, пригодится водицы напиться». Намёк на то, что не стоит ссориться с другом, потом захочешь обратиться к нему за помощью в трудной ситуации. Но и первый смысл вполне работает, зачем же в колодец плевать? А вот позднейшая переделка «не пей из колодца, пригодится плюнуть» имеет только второй смысл, не одалживайся у человека, с которым, может, придётся поссориться. Первый смысл нелепый. Ну ладно, это интересная тема, но уже не связанная с воспоминаниями о колхозах. Итак, сгребаю я свинячий навоз и радуюсь своему плохому обонянию, потому что даже с ним не очень приятно дышится. И вдруг подваливает к загородке какой-то начальник. Прямо написано на нём: «Начальник». По манерам видно. Важный такой. И одет не для сельской местности. В костюме, в шляпе. Не помню, правда, насчёт галстука. Как я потом узнал, формально он был послан от университета для проверки, хорошо ли обходятся со студентами местные начальники. Но фактически у него была инструкция мотивировать студентов не жаловаться, а безропотно мириться с чем угодно. Хоть я этого ещё не знал, беседовать с начальниками я не люблю. Не понимаю я их и стараюсь держаться подальше. Вот и тут я сделал вид, что не понимаю его намёков, что хорошо бы я временно прекратил кидать лопатой вонючую субстанцию, обдавая окрестности густым запахом, сделал перерыв и поговорил с ним. Но я прикинулся шлангом (кстати, кто знает, как так получилось? Слово «шланг» происходит, очевидно, от немецкого Schlange, змея. А ведь змея – символ мудрости). Старательный такой, как бравый солдат Швейк. Мне, де, ещё много работы осталось тут, а поговорить и так могу. И стал слегка больше в его сторону кидать. И по принципу «бери больше, кидай дальше, отдыхай, пока летит». Он, конечно, за загородкой стоял, до него не долетало. Но завоняло ещё сильнее. Ну, он и сбежал, не вынес химической атаки. Ребята рассказали потом, что он их всех достал своими мотивировочными беседами. А мне вот повезло.

Но я отвлёкся от первого колхоза с его луком. Прополка лука интеллектуально несложна. Зелёный лук сильно отличается от сорняков, дёргай всё, что не лук, не ошибёшься. Физически – тоже довольно редко попадались такие здоровенные и колючие сорняки, чтобы их в перчатках было затруднительно выдернуть. Но долгая однообразная работа на солнцепёке, согнувшись, сильно утомляла. Не знаю, как кому, мне сельское хозяйство не было привычно. И я так его и не полюбил. Знал и знаю людей, которые любят. Например, бабушка, мамина мама, с которой я, правда, общался мало и недолго, засадила дачный участок разными растениями, по большей части помню цветы. Коготки и винтики. То есть, ноготки и гвоздики. Анютины глазки у самого дома и золотые шары у сортира – самые запомнившиеся. Но маме эта любовь, кажется, не особо передалась, а мне не передалась совсем.

В том колхозе я с удивлением наблюдал зрительную галлюцинацию. Перед сном, только закроешь глаза, всё поле «зрения» заполняет лук и сорняки. Снизу, из-за пределов поля зрения, высовывается рука, хватает сорняк, дёргает и исчезает внизу, высовывается вторая – и тоже. И так непрерывно. Раз-два-раз-два… При этом поле зелени слегка продвигается. Шагами. Но не быстро, так как на то, чтобы выдрать все сорняки перед собой, уходит сколько-то времени, так что на один шаг ногами приходится много рывков руками. Мозг за целый день прополки запомнил картинку и продолжает её осмыслять.

Один студент, Олег Салосин, лауреат всяких олимпиад по физике и математике, он потом быстро перевёлся в Москву, сказал, что по третьему закону Ньютона действие равно противодействию. Следовательно, после сотого или тысячного выдранного сорняка руки должны выдернуться из плеч. Наверное, тоже не имел раньше дела с сельским хозяйством.

Кроме западно-ориентированных упражнений аспиранта, запомнились песни под гитару студента Сергея Соколовского. «Соколовского гитара. До сих пор в ушах звенит…», м-да. Он пел всякую романтическую лирику.

«Белая берёза» (она же «Берёза и клён») – сейчас сходу в ответ на запрос в гугле получил три современных исполнения, Александр Дюмин, Стас Михайлов и некто неизвестный в домашней обстановке, все три не понравились, но последний похож больше, первые два для драматичности половину текста не поют, а проговаривают. Ещё получил ложную ссылку на исполнение Ирины Ежовой. Там только текст (и, видимо, это её текст и есть), но по кнопке «Послушать» – страница с кнопкой «Скачать», а если нажать – реклама какого-то лохотрона. Ещё несколько ссылок на тексты этой песни. Потом исполнение Юрия Контишева, совсем слабое. Замечательно, что тексты все с авторством Ежовой, а исполнение как «дворовой песни» или «народной песни» без указания автора. Ок.

Ещё он пел, кажется, «Каравеллу». Сейчас гугл выдаёт исполнение Эдиты Пьехи, в двух вариантах изображения, чёрно-белое и то же самое, но слегка раскрашенное, и много ссылок на тексты, где автор то Капле, то «Гражданская оборона» и, соответственно, Егор Летов. Поискав, нашёл и в исполнении «Гражданской обороны» в клипе с нарезкой «морских» кадров из самых разных фильмов, в конце – из «Алых парусов» по Грину. Что ж, литературный образ общий, да. «Не потеряй её явления».

Ещё «Если ты не хочешь, чтобы я однажды с пересохшим сердцем умирал от жажды…», сейчас нашёл исполнение ВИА Сябры, песня называется «Живая вода». Де, одна из лучших их песен, выпущена фирмой «Мелодия» на пластинке… в 1981. Но я-то вспоминаю сейчас 1973 год! Послушал сябров и не узнал мелодию. Вообще. Стихи Сергея Острового, нашёл, 1952 года, и они те самые. Выходит, не одна песенная мелодия была на эти стихи. Поискал со словом «слушать» и нашёл вообще разные песни с тем же названием. Софья Фисенко на детском Евровидении, какая-то Inima, «Чайф», все три на разную музыку и, главное, разные слова. Ну и бог с ней, с живой водой.

Конечно, он не только эти три пел, но в памяти больше не сохранилось. Хотя есть смутное ощущение, что раньше я помнил больше. Но – увы. Интересно, что все современные исполнения мне или вообще не нравятся, или нравятся меньше, чем представляется по памяти в его исполнении.

Кстати, в какой-то момент, уже живя в Москве, но довольно давно, вдруг встретил его на улице. И не узнал. Не знаю, так ли сильно он изменился, или это из-за моей очень плохой памяти на лица. Да и на имена и фамилии тоже, но как раз его имя и фамилию я помнил хорошо. А на улице тогда это он меня узнал. Оба куда-то торопились, он предложил было как-нибудь пересечься, но я не понял, зачем. В студенческое время мы с ним не общались, так, здоровались при встрече. Он в другой группе был. У него, кстати, был гораздо более широкий круг общения, что естественно. Видимо, он меня в него как бы включил автоматически в воспоминаниях, что ли. А у меня была узкая самодостаточная компания. И, кроме первого колхоза, я не помню, чтобы мы когда-то где-то пересекались с ним.

Из девушек, с кем не был раньше знаком со школы, запомнилась очень яркая Лиана Забирова. Точнее, сейчас-то помню только общее впечатление, но не черты лица, а имя запомнил из-за необычности, наверное. Интернет показывает, что это не так. Выдал несколько разных Лиан Забировых в фейсбуке и ВКонтакте. Одна из них, скорее всего, та самая. Сейчас Баданова. Посмотрел современное фото – не понял, она или нет. А других фоток ВКонтакте не даёт, требует войти или зарегистрироваться. А зачем? Вряд ли она меня помнит. Я тогда (и даже ещё после универа) от девушек старался держаться подальше. Не сказать чтобы это мне помогло стать блестящим учёным, совершить значительные открытия, ну, что вышло, то вышло, теперь нет смысла думать на тему «если бы да кабы». Мемуары не для того пишутся, а так, чтобы что-то интересное не пропало, вдруг кому пригодится… Да, так вот, я на неё только издали поглядывал, а вот упомянутый Олег Салосин потом, уже учась в Москве, приезжал в Саратов и приходил, не помню, в универ или тоже в колхозе как-то объявился по старой памяти, просто пообщаться. Не со мной, но я оказался свидетелем этого его общения с его друзьями. И он меня поразил нарочитым употреблением мата, в том числе, в отношении Лианы, когда он спросил, всё ли ещё она… э-э-э… продолжает предаваться романтическим отношениям. Не знаю, оговорил ли он её при этом, мне кажется, вполне мог. Меня поразил сам тон. Вроде бы лёгкий, но с каким-то намёком на скрытую злобную мстительность. Может, она не ответила на его чувства? Или сперва было ответила, а потом прогнала? Если так, то и правильно, судя по такой его реакции. Какие, однако, вещи человек может сам о себе нечаянно рассказать, подумал я. Видимо, просто из желания показаться бывалым, очень взрослым человеком. Его собеседники, кстати, тоже засмущались и ничего ему не ответили. Замяли тему. Ну и бог с ним. Всё равно я ничего о нём не помню, кроме изложенного. Может, он вообще-то хороший человек и отличный семьянин. Гугл выдаёт много ссылок на адвоката в Калининграде с этим именем и фамилией. (Это после того, как с трудом удаётся его убедить, что актёр Олег Савосин мне совсем не нужен, нет, нет, нет, спасибо, я не его ищу). Сомнительно, что этот адвокат – он. ВКонтакте есть другой, но тоже не очень похож, т.к. на 4 года старше меня. А лицо я, как всегда, не помню. Нусутх.

Сергеев Соколовских очень много. И актёр (больше всего результатов), и лётчик-испытатель, и фотограф в Томске, и украинский художник, и историк… Да я и сам не знаю, зачем стал искать. Чтобы попросить его самого вспомнить, что он пел под гитару в 1973 году? Сейчас для меня фактом является то, что я запомнил из всего, что он пел, три песни. Значит, они на меня произвели самое большое впечатление.

Про лук нужно ещё сказать следующее. Его выращивали корейцы. Не знаю, из какой они были Кореи, Южной или Северной. Но лук был замечательный, гораздо более сладкий, чем обычно. Просто так можно есть. Правда, корейцы очень строго следили, чтоб никто не ел. А главное, чтобы с собой не уносили. Охраняли секрет, наверное. Студентам, понятно, про секрет было непонятно (они же и не собирались его воровать, секрет этот, а покушать лук – на поле его так много, что не убудет от них… так ведь нет!) По форме его тоже легко было отличить от обычного. Он был не вытянутый, и не круглый, а, наоборот, как бы приплюснутый. Про секрет стало ясно позднее. По слухам, в конце концов корейцев выгнали и попытались сами выращивать тот лук. И не вышло. Не знаю, как по форме, слухи об этом умалчивали, но лук вырос горький, как обычный, хотя, вроде, сеяли тот, что отобрали у корейцев. А вот не надо грабить людей потому что. Правильно они сохранили секрет. Правда, если он не разгадывался при приобретении самого лука, то почему они его охраняли, не давая лук студентам?

Воспоминание, относящееся, скорее всего к первому колхозу, но. может, и не к первому. Мой друг Алик Хазанов, хорошо разбирающийся в схемотехнике, чинил всем в деревне телевизоры. И рассказал, что сложнее всего было чинить то, что неудачно починил местный киномеханик. Тот умел пользоваться паяльником, мог определить по виду сгоревшее сопротивление, выпаять и заменить другим. Но он совершенно не разбирался в маркировке и мог заменить 1 Ом на 1 МОм или наоборот, превращая точно определённое для данной схемы сопротивление в замыкание или разрыв цепи. При этом на вид «починенная» им схема была в полном порядке, но таинственным образом не работала. Поди, определи, что именно он неудачно заменил. Надо проверять всё… Посмотрел сейчас маркировку резисторов, чтобы понять, действительно ли речь шла о замене 1 Ома на 1 МОм, и оказалось, что современная (международная) маркировка с помощью цветных колец – у нас относительно новая, в советское время была другая. Поискал советскую. Мощность зависит от размера, для больших указывается. Цвет роли не играет, потому и легко спутать. Цифры мелкие, их трудно прочитать, хотя, если всё же прочитать, частично они очевидные: мегаомы М, килоомы К, вот омы, правда, R или Е почему-то. Наверное, О не стали использовать, чтобы не спутать с нулём, R просто обозначение сопротивления, резистор, а вот откуда Е? М.б. от слова «единица»? Если буква в конце, всё понятно, 33Е = 33 Ом. Если в начале или в середине, она заодно заменяет запятую. 1М2 = 1,2 МОм, К47 = 0,47 кОм = 470 Ом. Принять 1Е или 1R за 1М (или наоборот) легко, если совсем не разбираться в маркировке и смотреть, например, на цвет и размер. Или даже на цифру, но не на букву…

Несчастливый колхоз

Из всех прочих студенческих колхозов запомнился один, сильно от всех отличавшийся.

Отличия были такие. Во-первых, это был реальный колхоз, а не совхоз, как во всех остальных случаях. Обычно колхозы как-то справлялись сами. Или не справлялись. Но посылали горожан в совхозы. А тут вдруг.

Во-вторых, и работа была совсем другая. На сеялках. Стоишь на железной площадке сеялки и смотришь, во все ли трубки культиваторов сыплется зерно. Где засорилось, прочищаешь. Время от времени спрыгиваешь и, увязая сапогами в рыхлой земле, перебегаешь на другую сеялку. Прицеплены они треугольником, две боковые впереди, средняя сзади. Полагается два сеяльщика, один на правую, другой на левую сеялку, а к задней бегать поочерёдно. Чтобы не возникало желания завершать треугольник, пробежав от одной боковой сеялки до другой, срезав путь перед средней сеялкой. Нет, трактор идёт не так уж быстро, успеть можно. Но можно и не успеть. Если споткнёшься и упадёшь… Но сеяльщиков не хватает, и чаще бегаешь по всем трём сеялкам один.

В-третьих, при расчёте в бухгалтерии присутствовал какой-то знакомый бухгалтера, который сперва рассуждал на общеполитические темы в том ключе, что, де, считается, что у нас нет эксплуатации, а что же это такое, как не эксплуатация? Ребята приехали, работали, а теперь ты их ограбишь, выплатив по минимуму? И он заставил бухгалтера пересчитать гектары засеянных нами полей, увеличив их вдвое. Дело в том, что сеяли там квадратно-гнездовым методом, проходя поле и вдоль, и поперёк. На самом деле этот товарищ был не совсем прав. При таком способе работа сеяльщика увеличивается, да, но всё же не вдвое. Потому что снижается норма высева, соответственно, прочищать засорившиеся трубки у сеялок надо не так часто, соответственно, меньше бегать по пашне между ними и больше просто кататься на какой-то из них (той, со стороны которой на остальные ветром пыль несёт), а главное, меньше работы по загрузке бункера сеялки. Время работы, да, увеличивается практически вдвое. А трудоёмкость – нет. При вычислении «от посевной площади» надо умножать не на два, а поменьше как-то. Но бухгалтер то ли усовестился, вдруг осознав себя буржуем-эксплуататором трудового народа, отрицательным персонажем советской пропаганды, чуть ли не одним из трёх толстяков Юрия Олеши, то ли ему было всё равно,. И он посчитал, как тот потребовал, может, тот был каким-то начальником, может, просто чтобы не ссориться с хорошим знакомым из-за ерунды. Не знаю. Но это был единственный колхоз, где мы что-то заработали, кроме как на еду. Рублей по сто, кажется. При стипендии 40 рублей вполне неплохо!

Была ещё повышенная стипендия, 55 рублей, для отличников. Но я в первый год не получал никакой, написав сочинение на тройку. В своё оправдание могу сказать, что работы коварно собрали за час до назначенного времени, я ошибки вообще проверить не успел. А потом всё время был отличником и получал повышенную, но, как я тогда посчитал, это не компенсировало этого первого года. Даже при том, что с какого-то курса (теперь уже не помню, с какого) министерство обороны стало доплачивать студентам в группах электроники и физики твёрдого тела (т.е. материалов электронной техники) ещё 25% к стипендии. Т.е., 40 рублей превращались в 50. Электронная промышленность работала, в большой своей части, на оборонную промышленность, да. Причём, что прикольно, если стипендия была повышенная, эти проценты означали и повышение добавки. Уже не 55, а 68 рублей 75 копеек. Нусутх. Всё равно заработок в том колхозе был больше.

Но, в-четвёртых, это был очень несчастливый колхоз. Было несколько несчастных случаев, из которых самыми серьёзными были два.

Владимир Райгородский, перебегая от левой сеялки к правой или наоборот, споткнулся, упал и попал под третью, заднюю сеялку. Ему сильно повезло, что попал он между колесом и прикатывающими дисками. Тем не менее он получил травмы позвоночника и головы. Спину потом пришлось долго лечить, и, когда он появился потом в универе. один глаз у него был красным от лопнувших сосудов. Недавно от общего знакомого слышал (давал ему оценить этот текст), что у Райгородского всё в порядке, отросток позвоночника отломался, но нерв не был задет. Работал, кажется, как и я, на ПУЛе, а когда завод, как и вся оборонка, развалился и инженеры обивали пороги других, ещё не успевших обанкротиться предприятий, какая-то женщина в отделе кадров сказала: «Ребята, сейчас вы в городе ничего не найдете. Но вот бывшая школа милиции (готовившая сержантов, кажется) теперь преобразуется аж в университет и они ищут людей с инженерным образованием. Бегите туда, м.б. успеете». – Он успел. В результате лет 15 назад был полковником на кафедре судебной экспертизы Военного юридического университета. Написал толстенную книгу. «Экспертиза выяснила что перчатки преступника выпущены фабрикой №6». Вот это как раз про него.

И Рая Марголина, запрыгивая на бегу на сеялку (тракторист не станет останавливаться и ждать, пока сеяльщик перебегает между сеялками, это привело бы к большим потерям времени), промахнулась мимо поручня и попала рукой в (открытый) короб с шестерёнками редуктора на боку сеялки. У неё так и осталась кисть руки со шрамами и блестящей туго натянутой кожей между ними. А ведь мы с ней ещё учились вместе в тринадцатой школе.

Недавно мне досталась книга воспоминаний моей школьной учительницы математики Веры Петровны Филиновой. К сожалению, нашего класса она не описывает. Сперва у неё все подряд классы чуть ли пофамильно, потом только те, где она была классной руководительницей, а под конец начинаются пропуски по несколько лет. Но у неё фигурирует в воспоминаниях старшая сестра Раи, Дора Марголина. Та была золотой медалисткой и, естественно, попала в эту книгу. Рая золотой медалисткой не стала, но тоже была умная девушка, и в школе, и в универе училась очень хорошо. У нас вообще была замечательная в этом смысле группа в универе, даже была статья в «Комсомольской правде» про нашу группу – 19, что ли, отличников! Несколько лет назад я, собираясь поехать в Израиль, не переселяться, а ненадолго, вдруг получил от кого-то её телефон – она, оказывается, там. Или не телефон, а электронную почту. Что-то из этого, а пообщались мы и так, и так, второй компонент координат она мне тогда сама дала. Поразила меня тем, что занимается… каббалой! Ладно бы она была математиком, подумал я, те от большой абстрактности профессии падки на всякое антинаучное жульничество. Но она-то по образованию физик. Так она меня расстроила – даже встречаться с ней не захотелось. (Впрочем, она тоже не предлагала). Она мне дала ссылку на их сайт. Сплошная реклама и никакой конкретики. Мир как ковёр, у которого есть изнанка, и именно там все узелки событий. Идите к нам, и мы научим вас видеть эту изнанку. А по её описанию, её учитель прямо какие-то чудеса творит. И она намерена научиться. Ну, флаг в руки, барабан на шею. Этого я, понятно, не стал говорить. Сказал из вежливости, что интересно, спасибо за ссылку. Может, она хочет на изнанке мира предотвратить тот несчастный случай и получить нормально выглядящую руку? Но я даже не знаю, может, она за эти годы к каким-то косметическим хирургам обращалась и безо всякой каббалы руку вылечила. Не знаю также, считают ли каббалисты, что можно сделать бывшее не бывшим. Кажется, в обычной теологии на это даже бог не способен. Только фантасты. А этот «мир как ковёр» я в фантастике встречал. Даже в детской. Уж не знаю, кто у кого идею списал, фантасты у каббалистов или наоборот. А что? Вот Зеланд в «Трансерфинге реальности» весь антураж взял из фантастики, и ничего. Это который предлагает путём медитации переделывать реальность для собственного удовлетворения. Ок, флаг в руки, барабан на шею и паровоз навстречу… Рае, конечно, то же без паровоза. А читатели Зеланда в его же книге так представлены, что плеваться хочется. Мне его книгу одна знакома подсунула, с восхищённым впечатлением. Она вообще очень доверчивая, например, верит тому, что говорят по зомбоящику. А я не смог прочитать целиком даже одной книги (вообще-то их у него несколько). Чушь, повторяющаяся очень много раз, пополам с саморекламой. Написал злобную критику прочитанной части. Она отреагировала и на это с восторгом. Спустя год или два призналась, что иногда достаёт и перечитывает «для улучшения настроения», так понравилось. Но всё равно верит в трансерфинг реальности. Я же не всю книгу прочёл, вот автор и не смог меня убедить, так она рассуждает. Но я не верю, что после половины толстого тома, состоящего из чуши, причём там обосновывается вся концепция, он вдруг стал писать что-то нормальное. Но я отвлёкся. А по тому колхозу, собственно, всё. Напоследок могу высказать догадку, что несчастные случаи тоже сыграли свою роль в том, что там удалось что-то заработать. Так сказать, компенсация товарищам пострадавших, чтобы не устроили лишнего скандала, не портили репутацию колхоза. Хотя бы в глазах товарищей, которых будут туда посылать, чтобы те не разбегались в ужасе кто куда. Какие-то примерно такие смутные соображения могли быть у начальства. Нашу группу туда больше не посылали, так что не знаю, что там вышло с репутацией. Но про несчастные случаи, конечно, все знали. А про то, что там, в отличие от обычных совхозных бухгалтерий, деньги платят за работу, боюсь, слух разошёлся не так широко.

Прочие студенческие колхозы

Как я уже говорил, отдельные колхозы запомнились плохо. Они были похожи один на другой. Потому вспомню тут все в куче.

Кроме прополки лука, бывала ещё уборка помидоров. Их разрешалось есть. Только соли не было, а без соли это не то. Попробовали мы поджарить помидор. Но тоже без соли – гадость. Да и поджаривали на спичках, тот ещё способ.

Но что интересно, помидоры не люблю до сих пор! Объелся. В какой-то момент мне их запретили – там много тех солей, из которых у меня в почках камни стали образовываться. Так я даже обрадовался. Чувствовал, значит, организмом, что ничего хорошего мне от помидоров не будет. А ведь, кроме помидорных полей совхоза «Энгельсский» был ещё томатный сок в студенческом кафе в универе. Это был единственный сок, который там можно было пить. Яблочный был прокисший. И прочие (если были). А жрать можно было только кекс с изюмом. Такое у нас с приятелем образовалось там странное меню. А поскольку кекс был сладким, в сок мы соль тоже не сыпали. Не очень вкусно получалось, но лучше всего остального. А в студенческой столовой вообще было есть невозможно. Особенно, помню, меня впечатлили биточки «Лада» бледно-зелёного цвета. Не от какой-то полезной зелени, добавленной в них, нет. Это как-то прореагировали смешанные в них рыба и свинина. Точнее, кажется, рыбьи потроха и свиной жир. Во всяком случае, на вкус. Но я отвлёкся.

Один раз вместо помидоров и лука была погрузка то ли сахарной, то ли кормовой свёклы. Она была не красная, как та, которую едят люди, а грязно-белая, и гораздо крупнее. Чуть ли как арбуз иногда, правда, это по линейному размеру, по форме-то она была не круглая, а вытянутая, так что по весу до арбуза не дотягивала раза в два или больше. Каким-то комбайном её уже вывернули из земли, оставалось немного стряхнуть комья земли и закинуть в кузов грузовика. Он медленно полз вдоль рядов свёклы, а студенты кидали её в него. Разумеется, по технике безопасности нужно было кидать с одной стороны. И, разумеется, для скорости кидали с обеих. Руководители, предупредив, сочли свою миссию выполненной, ведь они тоже были заинтересованы в скорости погрузки. Время от времени случались перелёты. То есть именно то, от чего страховкой была бы односторонняя погрузка. И таки мне прилетело раз по голове. Я летящей свёклы не видел – как раз нагнулся, чтобы взять очередной снаряд. И хорошо, что нагнулся – шея, согнувшись, амортизировала удар. Я даже сотрясения мозга не получил. Только шишку на затылке. А так – свёкла весом в несколько килограммов, довольно твёрдая и летевшая по дуге несколько метров, не намного лучше булыжника, который орудие пролетариата. Так и убить можно нечаянно.

Кстати, много лет спустя у меня в затылочной области при МРТ головы нашли внутри черепа кисту. Но, сказали, она ни на что не влияет. Искали тогда причину сильного головокружения. Не нашли. Но не могу утверждать, конечно, что киста связана со свёклой. Нусутх.

Относительно прелестей питания вспоминается такой эпизод. Что-то мне понадобилось спросить на кухне совхозной столовой, может, чистые ложки кончились или ещё что, я заглянул и стал свидетелем сцены, которая работница столовой не показалась чем-то особенным. То есть они не обратили внимания, что я это видел. Повариха сливала вермишель из большой кастрюли. Ну, как обычно, на дуршлаг. Но держать кастрюлю и дуршлаг одновременно она не могла – это же не маленькая семейная кастрюлька, а большая столовская, и дуршлаг соответствующий. Диаметром с ведро. Звать кого-то на помощь она тоже не стала: просто поставила дуршлаг на мусорное ведро. Даже, скорее, это надо назвать «вставила дуршлаг в мусорное ведро». И стала выливать туда из кастрюли воду и вываливать вермишель. Пока уровень воды в ведре не оказался выше дна дуршлага, и тогда вермишель в нём всплыла. Как ни в чём не бывало, удовлетворённая результатом повариха отставила пустую кастрюлю, приподняла дуршлаг, подождала, когда вся вода из него просочится в ведро, и отнесла вермишель на раздачу. Не помню, рассказал ли я товарищам.

Обсуждалась, помнится, в студенческое время история в МГУ, тоже на физфаке, где студенты заподозрили, что в котлеты из экономии идут недоеденные мясные и котлетные остатки с тарелок. Взяли и проверили: в остатки на тарелки добавили какого-то радиоактивного изотопа, а на следующий день счётчиком Гейгера и впрямь обнаружили его в «свежих» котлетах. Был большой скандал: как они посмели что-то радиоактивное совать в еду. Они, конечно, позаботились о том, чтобы опасного количества там не было, да и сунули в еду не то чтобы они, но всяческих обличений досталось больше им, чем поварам. Они же влезли в механику должностных отношений. Нет у студентов права на такие проверки. Должны лопать, что дают. Впрочем, кажется, поварам тоже досталось. И, во всяком случае, вряд ли их порадовала огласка, даже если должностных последствий не было никаких. Но то в МГУ…

Само по себе существование энгельсского совхоза было очень положительным явлением. До того, как там организовали поливное земледелие, в Саратове и дефицит овощей был, не только мяса. Поливальную машину я издали видел – наверное, когда она работает, на поле делать нечего, сплошная грязь. Но это величественное сооружение, вовсе не похожее на городскую поливальную машину. Оно состоит из огромных колёс, как велосипедные, со спицами, величины их не могу оценить, а осью им, если я правильно понял, служит труба, из которой разбрызгивается вода. Каким образом это сооружение передвигается, не видел, но, скорее всего, трактор его тащит, вряд ли к оси сбоку подсоединяют специальный механизм, чтобы её крутить и делать колёса самодвижущимися.

Википедия выдаёт на запрос «поливное земледелие» –«орошаемое», оно же ирригационное – со ссылкой на Месопотамию, и пишет о каналах; о поливальных машинах, видимо, надо искать где-то ещё. В перечне сельхозтехники у неё есть какие-то, например, дальноструйные поливальные машины, но статьи по ним нет. Гугл выдаёт кучу фоток поливальной техники, но что-то похожее или в виде рисунка, без масштаба, и не очень-то похоже, вроде, колёса небольшие, судя по соотношению размеров колеса и ширины его обода и толщины спиц… или, если фото, то не те. Там, в основном, высокие фермы, как стрела мостового крана, а по краям у них колёса опять же относительно небольшого размера. Или компактные установки на базе трактора, дающие очень мощную струю воды, направленную куда-то вдаль. Такого, с большими колёсами с осью-трубой никто не сфотографировал.

В общем, овощи – это хорошо. Но нас всё равно возмущало, что нас туда гоняют. И летнего отдыха жалко, и когда колхоз вместо занятий, а их потом больше часов в день получается. А может, что-то и выбрасывается из программы? Но никому не хотелось проверять, действительно ли за отказ ехать вылетишь из универа. А также, насколько я мог видеть, никто не хотел лезть в политику в слабой надежде переделать сложившуюся систему, когда крестьяне стараются сбежать из совхозов в город, потому что за их довольно тяжёлый труд мало платят, а на их место гоняют студентов. И, как мы потом убедились, далеко не только студентов.

Нет, у нас ходили слухи, что несколько лет назад (не знаю, сколько). было в нашем универе какое-то студенческое общество, причём состояло оно из детей высокопоставленных чиновников, отлично видевших систему сверху. Они посчитали, что КПСС совсем выродилась, и нужно всё как-то исправлять. Они воспроизвели даже структуру ВКП(б), у них была программа-минимум и программа-максимум… но это всё, что я о них слышал. Разумеется, к ним затесался провокатор. Может, он их в общество и организовал, как в наше время «Новое величие». Но, мне кажется, тогда таких продвинутых методов ещё не было. Не знаю. Но что в каждой студенческой группе есть сексот, все знали. Впрочем, судя по этому слуху, кого-то это не останавливало. Этих, во всяком случае, всех посадили. Разумеется.

Кроме этого безнадёжного мероприятия, устраивать заговоры, в советском обществе было ещё несколько вариантов. 1). Делать карьеру, лезть в начальники. Способы возможны разные, но в любом из них придётся на каком-то этапе идти в партию, слушать и произносить пафосные слова, в которые не верит ни произносящий их, ни слушающие, и все это понимают. Противно. И (мне) непонятно, зачем. Быть начальником – большой геморрой. 2). Стать профессионалом в какой-то вещественной области: токарем, электриком, сантехником… Трудно выбраться за пределы уравнительной зарплаты, это нужен настоящий талант к этому делу. Насчёт себя я сильно сомневался. На уроках труда в школе не блистал. Впрочем, там и неинтересно было. Научили молоток и напильник правильно держать, и хорошо. Потом, в физмат школе, паять. В жизни пригождалось. Но всё время этим заниматься не хотелось. 3). То же в сфере умственного труда, и тут мне казалось, что, может, способности у меня есть. 4). На сцене или в кино. Как хобби всегда было, а всерьёз – нет. 5). Криминал. Противно, опасно, непонятно как, короче, ну его. В общем, пойдя в универ, я выбрал и будущий образ жизни. Он включал, по моим понятиям, и определённый общественный договор. Исправление головотяпства начальственных личностей в него не входит. Возмущаться можно, анекдоты рассказывать, распространять не слишком антисоветскую литературу, например, «Улитку на склоне» Стругацких, опубликованную в двух разных журналах, через то пострадавших, и с трудом доставаемых, мы семьёй перепечатали на машинке и правильно расположили, через главу из одного и другого сюжета, «Лес» и «Управление». При этом даже не возникало вопроса, с которого начать – в одном из них было на главу больше, как подсказка. Но принимается за аксиому, что в начальники лезут те, у кого мало мозгов. Естественно, решения, которые они принимают, не ахти. Включая вообще всю систему. Как пример: то, о чём тут речь. Трудно придумать более эффективный способ развоспитания у молодёжи патриотизма путём демонстрации тупости руководства и неохотной работы на грани саботажа рабочих, чем посылка в совхоз студентов. Ну и кто же им сам себе злобный Буратино? Так мы примерно думали. Ладно, вы с нами так? Что ж, мы поедем, поработаем, поисправляем ваши огрехи планирования, позатыкаем дырки в вашей плотине. Но за это – не ждите от нас веры в ту чушь, что вы несёте с трибун и страниц газет, и в которую не верите сами. У нас есть ниша, которая хорошо описывается формулой: наука – это удовлетворение собственного любопытства за государственный счёт. А что мы с этого будем иметь, того вам, убогим, не понять.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.