Александр Романчиков
Анод

Глава 1

– Ты снова нарушил закон! Снова опозорил меня! – Ирап кричал сильнее, чем рота солдат, идущих в атаку, – Ты снова это сделал!

Ирап, правитель южного королевства Анод, восседал на троне с изрядно потертыми подлокотниками. Тусклый свет, едва пробивающийся через давно немытые окна, плохо освещал его лицо, но оно было до того красным, что даже слепой смог бы различить на лице правителя крайнюю степень негодования.

– Почему бы тебе не взять пример с твоих братьев? Они действительно интересуются будущим нашего королевства и готовы взять бразды правления в свои руки, в отличие от тебя. Все что ты можешь, это бесконечно создавать проблемы и все, что спасает тебя – твое происхождение. Ты пользуешься тем, что ты принц? – Ирап задал вопрос, но явно не собирался ждать ответа, – Я покажу тебе, как обходятся с такими принцами, как ты. В темницу его, к крысам!

Держащие принца под руки стражники переглянулись, и, пожав плечами, поволокли Мирка из зала. Тот не сопротивлялся, и не проронил ни слова, пока его вели по давно знакомому маршруту в подземную темницу. В этом подвале он провел немало времени. Его отец был мягким человеком, что, быть может, не так и хорошо для правителя целого государства. Все, что он мог себе позволить – посадить сына в темницу на неделю, а иногда и вовсе на несколько часов. Даже сейчас, едва Мирка увели, его лицо, секунду назад багровое от ярости, мигом обрело нормальный цвет, а в глазах читалось некое сожаление, будто ему было искренне жаль сына. Пусть и такого непутевого.

Сырые коридоры королевского замка пахли плесенью, пометом мышей и давно немытыми людьми. Прислуга была не столько ленива, сколь малочисленна, замок, как и само королевство, не богател. Своды замка, возведенного две сотни лет назад, требовали ремонта, местами кровля протекала и стены давали трещины, порой столь широкие, что в них могли проникать не только мыши.

Тяжелая дверь, протяжно скрипя не смазанными петлями, отворилась ровно настолько, чтобы пропустить одного человека. Мирк, не ожидая пока его начнут запихивать, сам нырнул в темный проем. Дверь, все так же скрипя, затворилась за ним, громко лязгнув стальным засовом. Чуть выше его головы располагалось небольшое окошко, пропускающее немного света и свежего воздуха. Слева было немного сена, кишащего клопами и прочей живностью, которая невесть чем жила, а справа яма, заменяющая отхожее место. В этой камере редко бывали гости, а потому смрад из этой ямы успевал выветриваться, не дожидаясь нового жителя.

Мирк подошел к окну, высоко задрав голову. На улице было жарко, полуденное солнце ярко светило, а потому из окошка бил широкий луч света, грозя ослепить привыкшие к темноте глаза. Не увидев в проеме ничего примечательного, Мирк вздохнул и сел в углу, подобрав под себя сено.

Закрыв глаза, он погрузился в воспоминания. В этот раз он оказался в темнице не за малую провинность. Он нарушил один из важнейших законов Анода – покинул его берега, добрался до материка, а затем вернулся обратно. Для подобных путешествий на Аноде существовали специально обученные люди, которым было позволено посещать материк, и Мирк к ним не относился. Остальные, нарушившие этот запрет, подлежали смертной казни.

Причина этого запрета скрывалась в том, что Анод был отделен от остального мира, и о его существовании должно было знать как можно меньше людей. Берега острова были неприступны для любого судна, не имеющего особой метки. Эту метку Мирк сумел подделать, а потому вернулся на Анод целым и невредимым, но мог привести за собой врага, пусть и неумышленно. Как ему удалось проделать такой длинный путь в одиночку оставалось загадкой, которой правитель королевства придал откровенно мало значения. Зато его волновали возможные последствия действий чрезмерно любознательного сына.

Отец всегда списывал все на любознательность сына, в упор не замечая его революционных стремлений и откровенного отсутствия уважения к устоям и нормам, принятым на Аноде. Все, что чтил Мирк – память о Великой битве и отцах основателях Анода. Впрочем, нельзя сказать, чтобы он уважал их – ведь они проиграли. Он помнил о той ошибке, что они допустили и особого почтения к героям прошлого не испытывал. Впрочем, амулет, полученный в наследство от своей матери, являющейся далеким потомком самого Павла Странника, он хранил достаточно бережно. До момента последнего своего путешествия на материк.

Там он оставил его, подобно своему предку, женщине. Ее звали София, и Мирк считал, что полюбил ее всем сердцем. Дочь обедневшего дворянина, наверно, тоже любила Мирка и сейчас ждала его возвращения, ведь он обещал вернуться. Мирк не знал, вернется ли он, но догадывался, что солгал, дав свое обещание. А потому оставил этот амулет ей, чтобы она передала его их отпрыску. Мирк точно знал, что у них будет ребенок. Знала это и она. Но остаться там Мирк не мог, он должен был вернуться на Анод. А что будет с девушкой, рожающей ребенка без мужа, он предпочитал не думать. Хоть и любил её. По крайней мере, в тот момент.

«Как же надоело прятаться!»: с силой сжав клочок сена, Мирк бросил его обратно на пол. Он, как и любой другой житель Анода, помнил историю о том, как все они оказались здесь.

Три сотни лет назад, объединенная армия под началом Велимудра собралась для битвы с силами нового бога, который жадно покорял народ за народом. Так и состоялась Великая Битва, в которой Велимудр и его сподвижники проиграли. Все, что им оставалось – скрыться на этом острове. Каким-то чудом первым поселенцам удалось защитить остров от врага. Как говорили предки, в этом сильно помог Павел Странник, давший силы для создания щита. Откуда он взял эти силы – теперь этого не знал никто. Почему-то за эти три сотни лет слишком многое было забыто, никто не спешил записывать события тех лет, предпочитая передавать их из уст в уста, и лишь сотню лет спустя была написана первая летопись Карлом Серым. Однако в ней не было подробностей, и все, что знал Мирк, прочитавший книгу Карла – новый бог не терпит эльфов, гномов и магов. А Мирк был магом.

«Остров магов. Ха! И сколько же нас здесь есть? От силы три сотни. Академия выпускает бездарей, не способных поджечь стог сена. Каждый, достигший хоть какого-то могущества не стремится им поделиться. Зато заработать денег на студентах – это всем по нраву. Если бы я не был принцем, вряд ли бы кто-то стал меня учить. И как они собираются сражаться с богом, с армиями его последователей? Они прячутся тут, пока есть щит, но ничто не вечно. Еще сотня лет, и на этом острове от магов останется лишь название, они не смогут поддержать щит»: Мирк потер лицо обеими руками и снова встал на ноги, подойдя к окну. Он ждал своего друга, который наверняка уже оповещен о том, что Мирк вновь брошен в темницу.

– Эй, ты там? – донеслось из проема.

– Да, – ответил Мирк.

– Держи, – в окне появился сверток с едой, – Вряд ли тебя станут здесь кормить.

– Это точно, – взяв сверток, согласился Мирк, – Слушай, Аллорн, я не собираюсь тут сидеть. Я сбегу.

– Зачем? Чтобы снова попасть обратно? – из проема донесся легкий смешок, – Странное развлечение.

– Но в этот раз я задумал кое-что серьезное. Если ты хочешь идти со мной, то встретимся послезавтра в полночь на горе Танг, в моем убежище, – Мирк перешел на шепот, – Это будет опасно, и на этот раз даже я не отделаюсь темницей.

В проеме мелькнула тень, и что-то зашуршало, вдалеке послышалось бряцание доспехов.

– Я буду там, а теперь мне пора, – сказав это, Аллорн удалился.

«Видимо, в этот раз он заплатил меньше обычного»: подумал Мирк, и снова уселся в углу. Развернув сверток, он с аппетитом принялся поедать его содержимое. Насытившись, он оставил немного на вечер, понимая, что не станет есть ту похлебку, что принесет ему стража. Этой ночью он планировал сбежать, и ему не улыбалось страдать желудком.

Спать в таких условиях не смог бы даже самый неприхотливый из заключенных, однако Мирк был не простым человеком. Разогнать клопов и крыс помогло простое заклинание страха, действующее даже на блох. Убедившись, что в комнате не осталось неприятных соседей, Мирк лег спать, пытаясь как можно удобнее устроиться на клочке сена. Усталость быстро взяла свое, Мирк погрузился в сон.

Проснулся он около полуночи, когда в небе ярко светила луна. Наскоро перекусив, узник вновь подошел к окну. Эта темница была рассчитана на обыкновенных заключенных, не владеющих магией. Конечно, не всякий маг смог бы сбежать и из такой комнатенки, но Мирк к своему восемнадцатилетию мог бы по праву считаться одним из самых сильных магов Анода. Просто об этом никто не знал, кроме самого Мирка. А потому и к его «шалостям» относились несерьезно и снисходительно. Ведь он даже не смог окончить академию, курс которой, наверно, осилил бы и шаман племени онагов. Правда, никто не уточнял причин, по которым Мирк бросил учебу. Никто и не заметил, что в библиотеке, собранной еще Анкусом Великим, почти не осталось непрочитанных им книг, никто не стремился узнать, сколько времени он провел в своем тайном убежище около горы Танг, оттачивая там свое мастерство.

И вот он, молодой, но уже достаточно опытный маг, был заперт в темнице, в самом центре города Рала, ставшим столицей Южного королевства острова Анод. В городе царила ночь, на улицах было тихо и безлюдно. Лишь малочисленные патрульные изредка освещали улицы светом факелов, но им мог попасться лишь глупый преступник. А Мирк таковым не был. Конечно, он попался в руки стражи, когда вернулся на остров, но это была совсем другая стража, использующая совсем другие методы.

Мирк шел, никого не боясь, он давно изучил все маршруты выхода из города, и был уверен, что не встретит на своем пути стражников. Узкие улочки родного города в свете луны выглядели куда привлекательнее, чем днем. Хотя бы потому, что были пусты. По ним не сновали попрошайки, не брезговавшие и мелкой кражей, грязные дети и бедняки, которые едва могли скрыть свои исхудалые плечи под рваными обносками. Разве что даже ночью с улиц никуда не пропадал особенный запах города. Города практически лишенного канализации.

Каждый, обыкновенно, любит свою малую родину, какой бы она ни была, но Мирк ненавидел этот город всем сердцем, мечтая однажды спалить его и построить на его месте новый. И теперь, покидая его, не испытывал никаких чувств, кроме, разве что, облегчения.

Конечно, довольно странно, что принц так не любит свою столицу. Столицу того королевства, где он мог бы стать если и не королем, то как минимум одним из первых людей. Однако, Мирк и не стремился к власти. По крайней мере, так говорил он сам. Впрочем, добраться до обветшалого трона ему бы удалось лишь в том случае, если бы оба его старших брата умерли, а они умирать не собирались.

Мирк был младшим сыном короля, и рожден он был во втором браке Ирапа. Ныне же обе его жены были мертвы. Как это произошло, для всех оставалось загадкой. Но Мирк точно знал, что вторая жена Ирапа умерла не своей смертью. Быть может, в этой смерти и не было вины короля, но Мирк не знал, кого еще он может обвинить, ему было всего три года, когда это случилось. А потому отца своего он не любил. Как и все королевство, которое он возглавлял.

Братья, в отличие от младшего, к отцу были привязаны и уважали своего родителя. Взамен они получали его поддержку. Каждый имел земельные наделы и высокие государственные должности. Старший, Альбер, был назначен на пост главнокомандующего армией южного королевства, а его кровный брат Есми – заведовал торговыми путями, рудниками и лесопилками на территории всего королевства.

Нельзя было сказать, что братья относились к младшему плохо. Напротив, всячески старались поддерживать его, даже когда он переступал черту закона. Однако их наставления и поддержка воспринимались в штыки, Мирк был слишком горд и молод. Такое его отношение к родным часто списывали на возраст, но Мирку было уже восемнадцать лет, а братья все еще ждали, когда он повзрослеет. И он взрослел, но совсем не так, как ожидали этого другие.

Подкоп под северной стеной так и не был замечен стражей, вот уже третий год. Такое отношение стражников к обороноспособности города было следствием низкого уровня преступности. В городе было немало мелких воров, но крайне мало убийц и грабителей, которым могло бы понадобиться сбежать из города. Не было в ближайших землях и разбойников. Что же до врагов, все они были на материке, и никто не ждал, что они придут.

Всего на острове было четыре государства, образованных после заключения знаменитого договора Семи. В северной части острова, глубоко в горах ютилось племя онагов, которых, быть может, и не стоило считать государством. Но покрытые шерстью зверолюды не переходили границ, помня обещание своего древнего вождя Хурума Серого. Лишь раз в год они ходили к горе Керсера для торговли с остальными жителями Анода, которые тоже не претендовали на земли онагов. На северо-востоке, у границ со зверолюдами, располагались земли клана Белого Камня, что принадлежали гномам. Они, как и онаги, помнили о договоре Семи и не пересекали границ. По крайней мере, наземных. Зная, что онаги никогда не спускаются под землю, и даже не заходят в пещеры, считая это греховным поступком, гномы выкопали немало шахт, уходящих глубоко в горы, и, наверняка, далеко за пределы обозначенных договором границ.

На северо-западной части острова, покрытой густыми лесами, жили эльфы. Они, в отличие от гномов, никак не нарушали установленных границ, в этом не было нужды. Ведь даже собственные земли они заселили не так плотно, как, наверно, им хотелось бы. Эльфы не могли размножаться так же быстро, как гномы или люди. Сотня эльфов, что прибыла три сотни лет назад на остров, сейчас превратилась в десятитысячный народ. В сравнении с почти двумястами тысяч людей и гномов – это была лишь капля в море. Сотню лет назад эльфы отдали часть своих земель гномам и людям, чтобы избежать войны. За ними осталась лишь небольшая часть острова, на которой был построен единственный их город – Сакор.

Конечно, это было связано не только с низким темпом размножения. На Анод все же прибывали люди с материка. В основном те, кто не покинул родные земли сразу же после поражения в Великой битве. Ведь далеко не все боги были повержены в тот момент, и многие не видели нужды бежать, думали, что смогут выстоять. Но не выстояли.

Части гномов, что оставалась жить на материке, удалось избежать уничтожения и бежать на Анод, они были первыми, кто прибыл на остров, уже после его заселения. Следом за ними пришли люди из северных земель, сопротивление которых тоже пало. С ними добрались и другие люди, по большей части скрывающиеся не столько от бога, сколько от закона. Тогда на Аноде появились первые разбойники и головорезы. Их быстро поставили на место, но осадок остался. Было решено более не пускать на остров никого, вне зависимости от их веры. Лишь изредка на кораблях Анода прибывали малые группы людей, по большей части женщин и простых пахарей. Коренные жители Анода были детьми воинов, и растить хлеб умели плохо, да и просто не хотели.

Что же касается эльфов, та горстка, что оставалась на материке, так и не смогла добраться до острова. Все они были уничтожены фанатичными исполнителями воли нового бога. Спастись не удалось никому, по крайней мере, о выживших ничего не было известно.

Мирк, отойдя от города, вышел на дорогу, ведущую на север. Ночью дороги не патрулировались, а потому риск быть замеченным отсутствовал. О погоне же Мирк не думал, вряд ли его побег будет замечен раньше восхода солнца. Однако далеко уйти пешим он не рассчитывал, а потому посетил придорожный трактир. Денег у него не было, а потому пришлось попросту увести коня из стойла. Наверняка, хозяин этого скакуна сильно расстроится, когда узнает о пропаже, но Мирка это не волновало.

Погнав лошадь галопом, рискуя её угробить, Мирк уже к утру достиг горы Танг. Эту возвышенность никто так и не покорил, скорее всего, потому что в этом не было нужды. К тому же рядом было немало и других, подобных Танг, гор и просто скалистых холмов, что делало эту местность не доступной для пахарей, а значит, и других людей. Им здесь попросту было нечего делать. Когда-то здесь скрывались первые разбойники Анода, а теперь здесь, в одной из пещер, располагалось тайное убежище Мирка. О нем знали всего два человека, сам Мирк и его друг Аллорн.

Холмы приняли своего гостя равнодушным молчанием, зверей в окрестностях было немного, да и птицы, почему-то не стремились в эти места. Мирк спешился, ему предстояло замести следы своим фирменным способом. Он проделывал этот трюк уже сотни раз. Секрет был прост, предварительно сильно напугав, он отпускал ту лошадь, на которой прибыл, а свои следы стирал с помощью хитрой магии. Путь к своей пещере он проделал пешком, и добрел до нее лишь к полудню.

Густой кустарник, скрывающий вход в пещеру, был слегка потрепан. Кто-то явно прошел через него совсем недавно. Мирк насторожился, ведь он так и не почувствовал постороннего присутствия. Заготовив мощный электрический разряд, Мирк резко нырнул в кусты.

– Тише, чего так шумишь? – донеслось из глубины пещеры, – Я ждал тебя к полуночи.

– Я украл лошадь, а потому пришел быстрее. Надеюсь, у тебя есть еда. Я голоден, – Мирк вошел в пещеру, и сел на один из грубо сколоченных стульев.

– Да, я взял с собой немного провизии, – Аллорн встал со своего места и подошел к сундуку, – Вот, тут есть вяленое мясо, хлеб. Ты скакал всю ночь?

– Да, и я невероятно устал. А потому, если ты не против, я поем и лягу спать. Наши планы мы обсудим позже.

Аллорн коротко кивнул, понимая, что спорить с Мирком бесполезно и ему не удастся вытянуть из своего друга ничего, пока тот не отдохнет.

– Я тогда проветрюсь, – сказал он, выйдя из пещеры.

Мирк быстро утолил свой аппетит и лег на кровать. Его убежище было вполне пригодно для длительного проживания. Здесь был шкаф, стулья, столы и две кровати. Был вырыт и небольшой камин, который обогревал пещеру в холодную пору, а так же служил местом приготовления пищи. Строить все это пришлось самому Мирку, впрочем, не без помощи Аллорна – выходца из простой семьи кузнеца.

Они познакомились в академии, еще на первом курсе. Двенадцатилетний Аллорн решил не идти по стопам отца и попросил того отдать его в академию. Отец согласился, собрал деньги и отправил сына учиться. Там Аллорн встретил десятилетнего принца, с которым они подружились практически в первый же день их знакомства. Со временем Аллорн стал единственным человеком, к советам которого прислушивался Мирк.

В отличие от принца, сын кузнеца закончил академию, и закончил ее с отличием. Ему предлагали высокие посты, звали в Орден Хранителей, который являлся самым влиятельным орденом магов на острове, но Аллорн отказывался. Теперь у него не было стабильной работы, он считался странствующим волшебником, и брал деньги за свои услуги. В основном он занимался лечением, иногда нанимался в стражу, для борьбы с мелкими группировками преступников, которые все же возникали на острове. В целом, он был свободным человеком, семьей он еще не обзавелся, и не спешил с этим. Его, так же как и друга, интересовали тайны магии. Он, так же как и Мирк, хотел что-то изменить. Изменить для народа Анода. Сделать его снова свободным.

А потому он без всяких раздумий ввязался в очередную авантюру, даже не зная, что задумал Мирк. И теперь он брел по холмам, проверяя расставленные ранее сигнальные ловушки. Все подходы к убежищу были давно защищены общими усилиями Аллорна и Мирка, однако защита требовала постоянного обновления. Этим и решил заняться Аллорн, пока Мирк отдыхает.

В окрестностях было тихо, должно быть в столице пропажу обнаружили совсем недавно, а потому ждать кого-либо здесь стоило не ранее, чем этой ночью. Аллорн провел на улице около часа, тщательно проверив все близлежащие ловушки. Затем он вернулся в убежище, Мирк еще спал. Тогда Аллорн просто сел в углу, чтобы проверить свое снаряжение или, на худой конец, попытаться угадать, что же задумал его друг.

Мирк проснулся лишь к вечеру. Сладко потягиваясь, он встал с кровати и подошел к столу, за которым сидел Аллорн, нарезая хлеб и мясо.

– Это еще ужин или уже завтрак? – поинтересовался потерявшийся во времени Мирк.

– Ужин. Еще ужин, – улыбнувшись, ответил Аллорн.

– Нам придется уходить уже сегодня, – усевшись за стол, Мирк взял кусочек мяса и отправил его в рот, – Передвигаться мы сможем только ночью.

– И куда же мы направимся? Думаю, в королевстве не так много мест, где тебя не смогли бы узнать, – Аллорн откинулся на спинку стула, – Что ты затеял?

– Я хочу повторить Великую Битву. Да, новый бог силен, но его люди… Он забавляется тем, что сталкивает их между собой. Одни несут кресты, другие сражаются под полумесяцем. Он разделил их на множество стран и обрядов, создал сотни легенд и храмов. И черпает силу из их самопожертвования. Но они так увлечены борьбой между собой, что мы можем нанести им удар. У них совсем нет сильных магов. Я был там, я видел, – глаза Мирка загорелись, он вскочил из-за стола, – Но они никогда не покинут этого острова, если их не заставить. Пока есть щит, они будут сидеть здесь и готовиться. Но ты сам знаешь, что это за подготовка. Воины скоро разучатся держать щит и меч, они не видели крови. Как они будут сражаться?

А маги? Ты сам закончил академию два года назад. Ты был лучшим из выпуска. Сравни себя с нынешними выпускниками! Я видел отличника. Аллорн, он не смог метнуть огненный шар, пока не станцевал ритуальный танец! И это два года. Что будет через десятилетие? Тут останутся одни крестьяне?

А потому медлить нельзя, действовать нужно сейчас. Я собираюсь отправиться к гномам. Там будет проще укрыться от отца, сам знаешь, сейчас клан Белого Камня не очень ладит с нами. А все потому, что гномы давно готовы выступить, в отличие от нас. От наших королей-трусов!

Мирк сел обратно за стол и, наверно, чтобы усмирить разбушевавшиеся в нем чувства, принялся жевать. Аллорн молча обдумывал услышанное, должно быть, решая, готов ли он к тому, что предлагает Мирк.

– Аллорн, мы знакомы полжизни, ты знаешь, я бываю вспыльчив. Мне нужны будут твои советы. Ты пойдешь со мной? – Мирк заглянул другу в глаза, будто ища там ответа.

– Да, я уже пошел с тобой, – вздохнул Аллорн, но во вздохе не было сожаления, – Вот только нам нужен четкий план действий. Как ты сам сказал, гномы сейчас не очень ладят с людьми. С чего ты взял, что они примут тебя?

– Все очень просто. Я – принц. Если я стану королем, я смогу поднять армию и флот. А этого и ждут гномы. Думаю, они согласятся помочь мне.

– Ты собираешься убить братьев и отца?

– Нет, если, конечно, они не станут слишком сопротивляться, – не задумываясь ни на секунду, ответил Мирк, – Ты же знаешь наши законы. Королем может стать любой из трех родов. Род Ярослава сейчас не имеет никакой власти, к тому же там нет ни одного мужчины, способного держать скипетр. Что же до рода Гуннульва, последний их представитель был у власти два столетия назад. Мой отец – потомок Анкуса Великого, и только это семейство сейчас имеет полное право на трон. Право силы. И я, как принц, всегда могу сменить своего отца, если докажу Собранию, что я лучше. А это нетрудно.

– Не так просто, как ты говоришь. Конечно, гномы могут согласиться помочь золотом, и часть Собрания ты попросту купишь. Пусть ты победишь в битве отца, он уже не молод. Но что ты будешь делать с братьями? И положение других родов вовсе не так печально, как ты говоришь. В их провинциях собрана немалая часть армии королевства. Род Гуннульва принадлежат почти все верфи, что есть у Анода. А в провинции Ярослава, как ты помнишь, располагается Орден Хранителей, который не только стережет алтарь щита, но и кормится с рук этого рода. Они вовсе не бедны и имеют огромное влияние на Орден. С чего ты взял, что после переворота, что ты затеял, они останутся довольны? Ведь не только твой отец говорит, что Анод еще не готов.

– Это меньшая из забот. Они так любят свои законы, что не посмеют нарушить их. Все, что мне нужно – королевская кровь в моих венах и сила, чтобы одолеть двух претендентов на трон. Первым будет мой отец. Вторым, кто-то из моих братьев. Другие просто не успеют бросить мне вызов. Им придется ждать целый год. За этот год я успею собрать армию. Тогда им будет не до внутренней борьбы.

– Что ж, на словах все звучит просто, – Аллорн глотнул из кружки, – Но сможем ли мы все это провернуть на деле. Не забывай, кроме Собрания есть еще и народ. Он может не пойти за новым королем.

– Аллорн, у них не будет выбора, – Мирк даже слегка хлопнул ладонью по столу, – Кто может противиться воле короля? Крестьяне? Солдаты? То, как они живут, не достойно называться жизнью. Они живут в постоянном страхе перед загадочным божеством.

– Нет, Мирк. Крестьяне не думают о нем. Я вырос в селе, и я знаю, о чем думают люди. Они думают о хлебе, о детях, о мире. Они не хотят войны, поверь, их устраивает жизнь на этом острове, – спокойно ответил Аллорн.

– Потому что они не видели ничего, кроме своих лачуг и исхудалых коров. Хорошо, что с материка завезли хотя бы коров. Ты ведь понимаешь, что они начисто лишены всего, чем могли бы владеть в том мире. Они лишены даже тех богов, которым хотят поклоняться!

– Знаешь, Мирк, когда я был ребенком, я совсем не слышал разговоров о богах среди простых людей. Никто не жалел о том, что они покинули нас. Знаешь, я думаю, если бы этим крестьянам построили храм какого угодно бога, они бы пошли туда без всякого сожаления, – Аллорн уперся взглядом в стол.

– Ты считаешь, что Анод не готов к битве? Или ты считаешь, что нам и вовсе следует сдаться без боя?

– Нет, Мирк. Я говорю, что народ может не поддержать тебя, когда ты взойдешь на престол, – Аллорн поднялся из-за стола, – Скоро стемнеет, нам пора собираться. Я взял оружие для тебя.

С этими словами Аллорн подошел к сундуку и извлек оттуда меч в ножнах. Затем он достал оттуда легкую льняную бригантину, кожаные наручи и поножи.

– Эту привезли с материка, как раз тебе по размеру, мне не подойдет, – Аллорн указал на бригантину, – А вот шлема не нашел, но у меня есть кое-какое золото… Впрочем, не припомню, что бы ты носил шлем.

– Хм, какая интересная штука, – разглядывая пластины, вшитые под тканью, прокряхтел Мирк, – Должно быть удобная.

– Да, хотя не мешало бы надеть под нее и кольчугу, но я знаю, что ты не любишь носить на себе много железа, – усмехнулся Аллорн.

– Это точно, – согласился Мирк.

Казалось, он уже забыл, что несколько минут назад его друг избежал неприятного разговора. И что сам этот разговор был совсем не закончен. Но так только казалось. Слова Аллорна не только несколько пошатнули уверенность Мирка, но и обидели его. Ведь его лучший друг, пусть и идет за ним, но считает себя умнее, считает, что Мирк не прав. Это несколько ранило его самолюбие, но он не давал волю чувствам, понимая, что Аллорн его друг и не станет спорить с ним без причины.

На улице совсем стемнело, когда два одиноких путника вышли на проторенную дорогу, ведущую на север, в земли гномов. Как оказалось, Аллорн позаботился и о лошадях для путешествия. Два крепких оседланных скакуна ждали революционеров недалеко от убежища.

Гнать лошадей они не стали, постоянно грабить почтовые станции и трактиры было бы не слишком удобно, а золота на новых могло бы и не хватить, поэтому было решено щадить лошадей. К утру путники сошли с дороги и укрылись в лесу. Останавливаться в трактирах было бы слишком опасно, беглецов наверняка искали, и Мирк не мог знать, насколько серьезными окажутся поиски и сколько усилий приложит его отец. Принц впервые убежал из темницы.

***

– Вы хотели меня видеть?

Облаченный в темный балахон, который скрывал тощее тело, Мидс стоял перед Ирапом. Мидс был одним из лучших в своем деле – поиске людей, вещей и информации. Его лысеющий череп, едва прикрытый свисающими клочками волос, отражал свет факелов. Крысиные, бегающие глаза вызывали чувство отторжения, долго смотреть в них было крайне неприятно, и Мидс этим пользовался, заставляя даже повелителя королевства опустить взгляд. Его тонкие, едва различимые на покрытом оспинами лице, губы сложились в некое подобие улыбки, когда король отвел взгляд.

– Да, Мидс. Я хочу, чтобы ты разыскал моего сына. Он бежал из темницы этой ночью, – Ирап вновь поднял взгляд, и, собрав волю в кулак, посмотрел в глаза мага.

– Что мне делать с ним, когда я его найду?

– Доставь его ко мне. Если он окажет сопротивление, а он окажет, действуй по ситуации, – Ирап не нашел в себе сил дать точных указаний, – Но лучше бы его доставить сюда живым.

– Хорошо, я позабочусь об этом, – Мидс ехидно улыбнулся, обнажив гнилые зубы, – С вашего позволения, я пойду.

Не дожидаясь никакого позволения или знака, Мидс скрыл свою безобразную голову под капюшоном и, ступая практически бесшумно, вышел прочь из зала.

Ирап глубоко вздохнул и осмотрелся. Кроме стражников в зале был и его старший сын – Альбер. Все это время он молча стоял подле трона, ожидая, пока Мидс выйдет.

– Отец, ты думаешь, он найдет Мирка? – спросил он короля, как только человек в балахоне покинул зал.

– Если не он, то кто? – Ирап не поворачивался к сыну, – Мы слишком долго верили в то, что Мирк – обычный шалун. Мы были слепы. Я чувствую, что на этот раз он не обойдется простыми шалостями. Все серьезнее, и это печалит меня.

– И что же он может сделать? – Альбер никогда не воспринимал всерьез младшего брата, а потому казался искренне удивленным настроениями отца.

– Я не знаю, сын мой. Но думаю, что не так мало, как нам бы хотелось. Сорняки следует рубить на корню, – Ирап, казалось, вмиг растерял обыкновенную добросердечность и выглядел крайне серьезным, – Если мы не остановим его сейчас, потом может быть поздно.

– Но ведь Мидс может убить его, твоего сына и моего брата. Позволь мне разыскать его, в моем подчинении вся армия королевства. Ему не скрыться от тысячи глаз, – Альбер подошел к отцу, чтобы видеть его лицо.

Еще секунду назад стеклянный взгляд Ирапа вмиг приобрел четкость, не отводя взгляда, он медленно, так, чтобы ни одно его слово не осталось не расслышанным, проговорил:

– У меня всего два сына. А у тебя один брат.

– Отец… – Альбер чуть отошел назад.

– Ступай, сын мой, займись своими делами, – Ирап махнул рукой, словно отмахиваясь от мухи.

Альбер кивнул, и, развернувшись на пятках, быстро покинул зал. Ирап остался в зале один, если не считать пары стражников, которые, впрочем, стояли тихо и внимания не привлекали.

Король выудил из рукава свои гадальные кости, которыми баловался, наверно, почти с раннего детства. И еще тогда, в раннем детстве, он приучился принимать решения, исходя из того, что они ему советовали. Ребячество, конечно, к тому же он был магом и точно знал, что эти побрякушки никакой силы не имеют. Но раньше они его не подводили. Хотелось надеяться, что и это решение, о котором он просто не мог не спросить свои кости, было принято не зря.

***

Вечером Мирк и Аллорн вновь вышли на тракт. На их пути лежал небольшой город Мансар, лежащий в устланных холмами предгорьях. Здесь люди добывали камень для своих построек, подавляющее большинство ремесленников этого городка, так или иначе, работали с камнем. Сам город считался приграничным, так как до границы с землями гномов от него было всего с десяток километров. А потому и самих гномов в городе было немало, многие из них вели здесь торговлю, а некоторые и вовсе предпочитали постоянно обитать в людском городе. Законы Анода не запрещали этого, однако случаи подобного переселения были довольно редки.

Мирк не посчитал нужным обходить город стороной, это могло бы отнять у них много времени, так как единственный тракт вел прямо в город, а обходных дорог не было. Путешествие же по заросшим высокой травой холмам обещало быть затяжным и далеко не легким.

– Ворота закрыты, ночью нам в город не попасть, а идти под стенами слишком опасно, мы вызовем подозрения, – всматриваясь в темноту, сказал Аллорн.

– Ты прав. Давай остановимся здесь и подождем до утра, – спрыгивая с седла, предложил Мирк.

Они остановились в небольшой роще неподалеку от города. Ночью окрестности города не патрулировались, а потому быть схваченными беглецы не боялись.

Поспать удалось совсем недолго. Мирк, протирая красные глаза, толкнул Аллорна, чтобы разбудить его:

– Вставай.

– Уже? – чуть дрогнув, Аллорн приподнялся на локтях.

– Да, видишь тот крестьянский обоз? – указывая пальцем на тракт, спросил Мирк, – Нам нужно пройти вместе с ними.

– Мы пойдем в город? – удивился Аллорн, – Разве нельзя обойти его сейчас, днем мы не вызовем подозрений.

– В городе меня ждет один мой знакомый, я связался с ним вчера, когда ты спал, – ответил Мирк.

– И кто он?

– Увидишь, а теперь поторопимся.

Аллорн молча подошел к своему жеребцу и принялся седлать его. Тем же занялся и Мирк.

– Мы не слишком-то похожи на крестьян. Особенно верхом, – Аллорн проверил седло, несколько раз дернув его, – Ты планируешь использовать магию или есть другие планы.

– Магию. Мы же маги. На острове магов. Так почему бы нам не пользоваться своими умениями, – усмехнулся Мирк.

– Что ж, пожалуй, это верно, – Аллорн улыбнулся в ответ.

Через несколько минут оба всадника вышли из рощи и быстро двинулись к крестьянскому обозу, который двигался в город. Путешественникам сильно повезло, что именно в этот день крестьяне с окрестных деревень шли в город, чтобы продать плоды своего труда – мед, овощи и немного скота.

Крестьяне даже не заметили, как к ним присоединились два человека, ведущих коней под уздцы. Теперь отличить Мирка и Аллорна от остальных крестьян было бы очень трудно. Замаскированное чарами оружие и снаряжение было сложено на скакунах, и теперь походило на мешки с мукой, сами же чародеи были одеты в простые холщовые одежды, и никак не выделялись из толпы.

У городских ворот крестьянский обоз прошел процедуру проверки, ничем не отличающуюся от обыкновенной. Если Мирка и искали, то явно не в Мансаре. По крайней мере, стражники не выглядели озабоченными какими-либо особыми указаниями.

Так же незаметно, как и присоединились, Мирк и Аллорн покинули обоз, тихо свернув в переулок. Там они сбросили чары и уже в своем настоящем обличье двинулись к таверне «Седой Ульрих», которую давно облюбовали гномы. Именно встречи с гномом и искал принц.

– Я давно знаком с одним из них. К слову, именно он помог мне найти корабль и команду для моего путешествия на материк, – объяснял Мирк, – Он должен ждать меня в таверне.

– Ты ничего не рассказывал о своем путешествии. Что ты видел там?

– Это долгая история, думаю, я расскажу тебе ее позже, когда мы будем в землях гномов, – Мирк махнул рукой, показывая дорогу, – Сюда, мы почти на месте.

Таверна встретила их громким хором пьяных гномов. В отличие от людей, местные гномы предпочитали напиваться с самого утра, и трезветь лишь к вечеру, а то и вовсе не трезветь.

Запах перегара и чеснока ударил в нос, в зале было темно, к тому же на кухне явно что-то горело, и зал был завален густым дымом. Ориентироваться в таких условиях было непростой задачей, однако у гостей не оставалось выбора. Аккуратно пробираясь между столами и стульями, а порой и телами пьяных гномов, которые сдались раньше своих товарищей, Мирк и Аллорн добрались до углового столика, за которым сидел лишь один гном в компании ополовиненной кружки пива.

– Привет, Торса, – поприветствовав гнома, Мирк сел за стол, – Этой мой друг – Аллорн. Аллорн, это Торса.

Гном и человек обменялись взглядами и короткими кивками.

– Надеюсь, на этот раз тебе не нужен корабль? Второй раз это может не сработать, – Торса хлебнул из кружки, – Рассказывай, что случилось.

– Меня схватили тогда, все-таки отсутствие принца было слишком заметно, – вздохнул Мирк, – А теперь я бежал из темницы, меня наверняка ищут. Мне нужно попасть в Миракл, но я не смогу пройти границу, меня будут ждать там.

– И что же я могу сделать? Перебить ваших пограничников? – Торса удивленно поднял брови, – Не думаю, что это хорошая идея.

– Нет, Торса, никого убивать не нужно. Есть ведь и другой путь, – Мирк оглянулся, чтобы убедиться, что никто не подслушает их разговор, – Я знаю, что вы давно провели подземные ходы у границ, по которым беспошлинно вывозите из королевства все что угодно, вплоть до молодых крестьянок. И я, как принц, был бы рассержен на вас за это, но сейчас мне и самому нужно воспользоваться этими путями.

– Я не понимаю, о чем ты говоришь, мне ничего об этом неизвестно, – Торса побледнел, актерская игра ему совсем не удавалась.

– Сколько золота ты хочешь? – Мирк вперил свой взгляд прямо в глаза гному.

– Дело не в золоте, – Торса не выдержал взгляда и уставился в кружку, – Эти ходы действительно секретны. Я не знаю, кто рассказал тебе о них. Мы не хотим войны с королевством, нас и без того слишком мало на этом острове. Я могу помочь тебе как друг, но не могу помочь тебе, как представитель клана Белого Камня. Ты сейчас враг своего королевства…

– Я могу стать королем, Торса. Все, что мне нужно, заручиться поддержкой Карла Седоуса, – Мирк бесцеремонно перебил гнома, – Когда я стану королем, Анод наконец-то найдет в себе силы дать бой. Ты говоришь, что не хочешь ссориться с королевством, но в последнее время отношения наших народов заметно похолодели. Потому что мой отец трус, как и мои братья. Я уверен, Карл Седоус поддержит меня. Все что мне нужно – пройти по вашим тоннелям. Пусть с завязанными глазами. Мне нет дела до их существования и назначения, но сейчас они нужны мне.

– Хорошо, я проведу тебя. Но это твой риск. Если Карл не будет впечатлен твоим предложением, то…

– Он убьет меня? – Мирк приподнял брови.

– Эти тоннели действительно секретны, – тихо проговорил Торса.

– Что ж, пусть будет так, – кивнул Мирк, – но нам нужно поторопиться.

– Хорошо, мой караван выдвигается из города через час. Спрячетесь в сене, у нас как раз три телеги. Не думаю, что их станут проверять.

– Мы вошли в город с крестьянским обозом, никто не искал нас. Думаю, они будут ждать нас на границе. И, скорее всего, обычная стража не участвует в этих поисках, но нам лучше быть осторожнее, – Мирк поддержал идею Торсы, – Что ж, тогда нам стоит выдвигаться уже сейчас?

– Да, пожалуй, да, – гном разом осушил свою кружку и, громко крякнув, поднялся из-за стола.

Бросив несколько монет на стойку, он, в компании Мирка и Аллорна, вышел на улицу. Через десяток минут они встретились с караваном Торсы, который готовился к отправке.

– Ты в какой стог полезешь? – улыбнувшись, спросил Мирк у Аллорна.

– Вон тот, как по мне, симпатичный, – указывая на среднюю телегу, ответил Аллорн.

– Что ж, тогда я полезу в первый, надеюсь, колеса этой телеги хорошо смазаны.

Как и предполагалось, проверять сено стражники не стали, выпустив караван гномов за пределы города без особых препятствий. Однако ни Аллорн, ни Мирк не торопились покидать своего убежища. Юный принц и вовсе уснул. Лишь спустя два часа караван остановился на короткий привал, тогда беглецов и вынули из их убежища.

– Дальше нам нужно будет разделиться, – Торса отряхнул плечо Мирка, смахнув оттуда сено, для чего ему понадобилось встать на цыпочки, – Скакунов вам придется оставить, мы пойдем пешими. Забирайте с собой все самое необходимое. Поторопитесь!

Мирк и Аллорн не стали спорить и быстро собрали необходимое. Конечно, им было жаль расставаться с лошадьми и частью снаряжения, но выбора не было. К тому же Торса так и не назначил цену своим услугам, а значит, эти скакуны были жертвой в пользу гномьего народа.

– Мы готовы, – Мирк поправил перевязь с мечом, – Куда идти?

– Следуйте за мной, – Торса махнул рукой одному из своих подопечных, и караван двинулся дальше.

Трое же странников сошли с дороги и двинулись в лес, стеной стоящий у дороги. Глубоко в лесную чащу они забираться не стали, гном остановился практически у границ леса.

– Дальше вам придется надеть повязки, – с этими словами он достал две широкие полосы черной, матовой ткани, – И не пытайтесь подсматривать.

Мирк лишь кивнул и быстро надел полученный аксессуар, Аллорн так же не стал сопротивляться. «Хм, какая интересная повязка, а ведь через нее действительно ничего нельзя увидеть»: пронеслось в голове у принца, едва он завязал узелок на затылке. Оказалось, повязки не были простым куском материи. Кроме плотной ткани, через которую не проникал свет, повязки были оснащены особым заклятьем, не позволяющим надевшему повязку магу взглянуть сквозь нее магическим зрением. Конечно, Мирк мог бы побороть это заклятье, однако ему не хотелось ссориться с Торсой.

Дальше Торса предложил своим спутникам несколько раз прокрутиться вокруг своей оси, так, чтобы они окончательно утеряли ориентацию в пространстве. После этого он связал обоих друзей веревкой, чтобы те могли идти друг за другом на расстоянии двух шагов, сам же он обвязываться не стал, взявшись за конец веревки. Он планировал вести за собой принца, как корову или лошадь. Однако это нисколько не унижало последнего, он понимал, что Торса и без того делает для него очень многое.

Идти по лесу с завязанными глазами было трудно, и такая прогулка не приносила никакого удовольствия. Несколько раз Мирк, зацепившись за выступающие корни деревьев, рухнул на колени. Однако времени на жалобы Торса не оставлял, ссылаясь на то, что отряд двигается слишком медленно.

– Мы пришли к входу, будьте осторожны, здесь нет ступенек, придется проехаться на собственной заднице, – Торса позволил себе ехидный смешок, – Так, я развяжу вас на время. Готово, кто первый?

– Давай я, – вызвался Мирк, – Что делать?

– Иди сюда, – Торса взял принца за руку, – Так, сейчас ты провалишься, будь готов.

Предупреждение гнома никак не помогло, Мирк был абсолютно не готов к падению и больно ушибся копчиком о голую землю. Спуск оказался довольно крутым и скользким, было абсолютно непонятно, как гномы умудряются аккуратно спускать по нему контрабанду, которая зачастую, могла быть довольно хрупкой.

Наконец падение прекратилось, Мирк остановился. Встать на ноги он не решался, так как не знал высоты потолков, к тому же лежа на земле, он чувствовал себя в относительной безопасности – упасть ниже пола невозможно. Однако эти его убеждения были безжалостно опровергнуты свалившимся сверху Аллорном. Получив ощутимый удар в спину, Мирк громко выругался, предложив Аллорну ударить себя головой о стену. Аллорн лишь рассмеялся, но попросил прощения.

– Я же не знал, что ты так и будешь тут лежать. Вставай, где ты там? – Аллорн принялся искать своего друга на ощупь, – Давай вставай, разлегся он тут.

– Я очень удобно лежал, пока кое-кто не врезался мне в спину, – прокряхтел Мирк, но все же поднялся на ноги.

Оба стукнулись головами о потолок, размеры тоннеля были рассчитаны на гномов, а потому людям здесь приходилось ходить полусогнутыми. Вскоре сверху съехал и сам гном. В отличие от людей, на спуске он чувствовал себя явно комфортно, и даже смог замедлить темп падения.

– Так, повязки не снимать, сейчас я свяжу вас, – гном быстро обвязал веревкой талии обоим своим спутникам, – Здесь корней нет, дорожка ровная, не упадете. Только головы пригните, не для вашего роста здесь копали.

– Это мы уже поняли, – почесывая ушибленный затылок, ответил Аллорн.

– Что ж, тогда в путь,– гном слегка дернул за веревку и побрел вглубь тоннеля, увлекая за собой спутников.

Идти пришлось долго, но дорога действительно была ровной и прямой. Мирк потерял счет времени, когда наконец гном велел остановиться.

– Можете снимать повязки, – сказал гном, – Они больше не нужны, а подниматься наверх с завязанными глазами будет слишком неудобно. Это особый подъем. Для гостей, так сказать.

Гном загадочно улыбнулся, сказав это, но его улыбка осталась незамеченной. Мирк и Аллорн сняли повязки и, потирая глаза, пытались понять, где они находятся. Маленькая подземная комната освещалась небольшой свечой в руке Торсы, которую он разжег, судя по всему, совсем недавно.

– И где тут выход? – оглядываясь, спросил Мирк.

– Вот он, – указывая на отверстие в стене, ответил Торса, – Там ты увидишь цепь. По ней и лезь наверх, я пойду последним.

– Нас уже ждут там? – глянув в потолок, спросил Мирк.

– Нет, не думаю.

– Ладно, пусть так, – Мирк кивнул головой и полез искать цепь, замурованную в стене.

Через десяток минут все трое выбрались на поверхность. Выход был спрятан в глубоком лесном овраге, и даже при желании, Мирк не смог бы отыскать его вновь, не используя магию.

– Нас точно никто не ждет? – отряхиваясь, переспросил Мирк у гнома.

– Я никому не сообщал о нашем прибытии. Мой караван, конечно, уже прошел границу, но я не давал им никаких особых указаний. Ты не доверяешь мне?

– Нет, дело не в этом. Просто здесь неподалеку кто-то есть, – Мирк нервно оглянулся, – И мне кажется, что этот кто-то совсем не дружелюбен.

– Я тоже что-то чувствую, – подтвердил Аллорн и положил руку на эфес меча.

– Если это так, то нам стоит поторопиться уйти отсюда, чтобы не раскрыть местоположение входа в подземелье, – гном быстро забросал землей люк, скрывающий вход, – Пойдем.

Троица поспешила выбраться из оврага. Они быстро двинулись на север, казалось, гном прекрасно знал этот лес, а потому передвигался по нему едва ли не бегом. Мирк и Аллорн старались не отставать, но их не покидало ощущение постороннего присутствия, будто кто-то следовал за ними по пятам.

– Стой! – крикнул Мирк и схватил гнома за плечо.

Троица замерла на месте, не решаясь что-либо предпринять. Торса потянулся за своим боевым топориком, однако Мирк остановил его.

– Это тебе не поможет.

– Это голем? – Аллорн задав свой вопрос, уже знал ответ, – Откуда он здесь?

– Он? – Мирк бросил короткий взгляд направо, – Скорее они. Впрочем, этот дешевый трюк не остановит нас надолго. Создатель этих големов рядом, он тратит силы на их жизнь.

Аллорн на секунду замолчал, внимательно разглядывая исполина.

– Точно. Значит, у него не было времени создать что-то лучше. Или не хватило фантазии, – Аллорн оглянулся назад, – Там еще один, тоже земляной.

Гном молча слушал разговор своих спутников. Торса был прекрасным проводником и хорошим воином, но абсолютно несведущ в магии. Он едва ли справлялся с тем камнем, что дал ему Мирк, чтобы иметь возможность связаться с гномом на расстоянии. И теперь он абсолютно не понимал, почему два мага абсолютно не боятся грозных, двухметровых земляных исполинов, которым не страшны удары обычного, стального оружия.

– Три. Либо мы столкнулись с безумцем, либо… Либо же он хочет испугать нас, – Мирк медленно поднял руку ко лбу, закрыв глаза.

– Ты собираешься уничтожать их? – Аллорн выглядел удивленным, – Они же не нападают, пусть тратит силы на их существование.

Однако Мирк никак не отреагировал на его вопрос, полностью погрузившись в хитросплетения магических потоков. С первым големом он столкнулся еще будучи первокурсником. Тогда их учили борьбе с этим некогда грозным оружием магов. Впрочем, это оружие оставалось грозным, но только не для носителей магического дара.

Каждый голем получает жизнь в процессе проведения обряда. Самыми сильными получаются те големы, которые были созданы в результате жертвоприношения. Причем абсолютно неважно, чья именно жизнь будет отдана взамен, в этом плане муравей ничем не отличался от человека. Хотя в древние времена искренне верили, что это имеет значение, пока сам Анкус Великий не доказал обратного, создав голема из сверчка. Этот голем до сих пор охраняет стены академии.

Но вдохнуть жизнь в кучу исходного материала можно было и без жертв, одним лишь усилием воли. Такие големы отнимали много сил у чародея, контролирующего их, кроме того требовали сильной концентрации и редкому чародею удавалось управлять сразу тремя големами. Однако случались ситуации, когда потоки небесного пламени и искристые молнии были не так эффективны, как несколько уродливых, бездушных созданий.

Именно таких големов неизвестный противник послал навстречу Мирку. Исполины наконец-то перестали стоять на месте, и медленно, словно нехотя, двинулись к троице.

Не успев сделать и двух шагов, ближайший исполин чуть покачнулся и рухнул на землю, оставив после себя лишь груду листьев, мелких веток и земли. Следом за ним упал еще один, последнего, по всей видимости, заставил упасть уже Аллорн.

Оба чародея переглянулись и кивнули друг другу, оба были в порядке и практически не потратили сил на големов.

– И что же дальше? Неужели он рассчитывал на этих созданий? – Аллорн оглядывался по сторонам, пытаясь не пропустить внезапный удар.

– Смотри! – указывая на одну из куч, оставшихся после големов, воскликнул Мирк, – Должно быть, он точно спятил.

Недавно безжизненная куча снова оформлялась в голема, следом за ней и другие големы вновь восстали. Более того, к ним добавилось еще трое, эти поднялись прямо из земли.

– Что ж, сил ему не занимать, – прокомментировал Аллорн, готовясь к схватке, – Наверно, мы нужны ему живыми, иначе бы он использовал что-то другое.

– Пожалуй, так, – кивнул Мирк, – Мне кажется, я знаю, с кем мы имеем дело.

Один из големов довольно резво двинулся к троице, но добежать он не успел. На этот раз Мирк не стал разрушать его, он сковал его льдом, заморозив его тело. Заставить двигаться такого голема было не под силу даже их противнику, справляющемуся с управлением шестью исполинами одновременно. Мерзлая земля рухнула вниз, расколовшись на несколько больших кусков.

– Этого он уже не поднимет, – заметил Мирк и переключился на следующего монстра.

В стороне не оставался и Аллорн, показав неизвестному врагу, что он не просто так был отличником и гордостью академии. Ему удалось разорвать связь врага и сразу трех исполинов одновременно. Пятый рассыпался все теми же мерзлыми кусками земли – Мирк решил не менять своих методов. Последний, шестой, упал сам. Видимо, враг понял, что трюк с големами не работает.

Все трое замерли в ожидании, ожидая новых атак, однако враг не спешил.

– Я не чувствую его присутствия, – пробормотал Мирк, оглядываясь по сторонам.

– Он ушел? – удивленно спросил Аллорн.

– Похоже на то, он потратил много сил на этот прием и, наверно, побоялся продолжать бой, – Мирк вздохнул, – Теперь у нас есть враг и нам нужно быть постоянно начеку.

– Ты же не думал, что за нами никого не отправят? – Аллорн усмехнулся, и хлопнул Мирка по плечу, – Что ж, хорошо, что он показал себя сейчас. По крайней мере, теперь мы уверены, что Ирап настроен серьезно, но не настолько, чтобы убить тебя.

– Да, пожалуй, что так, – Мирк улыбнулся в ответ, – Пойдем, Торса, не стоит задерживаться здесь.

Гном отряхнул свой плащ, будто тот успел запылиться, и, как ни в чем не бывало, двинулся вперед. Однако слегка подрагивающая рука выдавала его – гном все же испугался, хоть и старался не подать виду. Впрочем, не только гному стало не по себе при виде големов, Мирк и Аллорн стали заметно серьезнее – сила противника их впечатлила.

Дальше они шли молча, каждый думал о своем. Только сейчас Мирк понял, что на этот раз действительно нет пути обратно. Он, конечно, и ранее был настроен серьезно, но не был до конца уверен в том, что ему ответят той же серьезностью, а потому ему было совсем не страшно. Теперь же он понимал, что встал один против целого королевства.

Он затеял бунт, но совсем к нему не готовился. За ним не пойдет армия приверженцев, а сам он… Он считал себя сильным магом, и небезосновательно. Но со всеми ему не справиться, даже с помощью Аллорна. И все его надежды теперь возлагались на правителя гномов – Карла Седоуса.

Гномы давно ждали возможности вернуться на материк, в отличие от людей и эльфов, они содержали армию и готовили ее к войне, а не охране поселений от горстки преступников. Пожалуй, с итогами Великой Битвы они были не согласны более других. Может, потому что их полк отступал последним. Потому что их столицу, Каллинд, разрушили до основания, и теперь вряд ли там можно было найти хоть какое-то упоминание о гномах, живших там. Поговаривали, что каждый камень, стоявший в основании главного замка Каллинда, был вывезен и утоплен в море. Победители сделали все возможное, чтобы о существовании гномов забыли как можно скорее.

Впрочем, такой же участи подверглись и эльфийские поселения. Правда, их было куда меньше, да и строились они из дерева. А самих эльфов на Аноде осталось не так много, чтобы они могли помышлять о скорой мести, о возвращении на материк.

А потому Мирк решил искать помощи именно у гномов, благо в последнее время отношения между их государством и южным королевством выглядели не слишком дружескими. Возросли пошлины на торговлю, крупные караваны беспричинно задерживались на границах. А ведь на Аноде было не так много ресурсов и их поставщиков, а потому такое положение дел печально сказывалось на обоих государствах, то есть практически на всем населении острова. Это Мирка тоже не радовало, а потому, вспоминая об этом, он пытался прибавить шагу.

Вскоре троица вышла из леса на хорошо проторенную дорогу, ведущую к одному из крупных приграничных поселений гномов. Там их должен был ждать караван Торсы, а с ним и сытный обед.

– Чувствуешь его? – вдруг спросил Аллорн.

– Да, он совсем рядом. Либо гномы запоздали с обрядом, либо вложили в него больше, чем требовалось, – ответил Мирк.

Чародеи говорили об обелиске, который поддерживал защитный купол вокруг Анода. Всего обелисков было три, их в свое время возвел Анкус Великий. Они и были гарантом отсутствия войн на Аноде, так как каждый из них мог поддерживаться только определенной расой и находился на территории, подконтрольной этой расе.

Чтобы обелиск был эффективен, его нужно было подпитывать силой, и делать это ежемесячно. В южном королевстве этим занимался орден Хранителей, у гномов такое собрание называлось Калам, эльфы же доверили это дело своим друидам. Обелиски охранялись, но эта охрана была скорее формальностью, чем серьезным намерением защитить обелиск от посягательств – каждый житель Анода мог чувствовать себя в безопасности лишь при условии функционирования всех трех обелисков. За всю историю существования обелисков никто не пытался их разрушить.

Именно около одного из таких обелисков и проходила компания, когда Аллорн задал свой вопрос. Оба чародея хорошо чувствовали его близость, ведь обелиск был скоплением силы, часть которой, возможно, осталась еще от Павла Странника. Нынешние чародеи лишь поддерживали ее, вливая крупицы от той силы, что была высвобождена при создании купола.

Люди Анода, конечно, не могли помнить подробностей истории создания щита, зато прекрасно знали, зачем он нужен. После поражения в Великой Битве, побежденным пришлось скрыться на Аноде. Однако ничто не мешало врагам настигнуть их здесь, а потому и был создан щит. Но даже сейчас, когда с момента Битвы прошло три столетия, Анод и его обитатели не были забыты. Пусть новый бог и был увлечен игрой в создание все новых своих обличий, новых вероисповеданий и порождением новых религиозных споров и войн. Стоит щиту упасть, и он отложит свои игры. Этой простой истине жители Анода обучали своих детей с малых лет.

Следом за ощущением близости обелиска появилось и новое чувство – чувство голода. Путники ускорили шаг и через полчаса наконец вышли к стенам пограничного городка. Там, как и планировалось, их встретили подчиненные Торсы. Ночевать компания осталась в местной гостинице, выдвинувшись в Миракл лишь утром.

Дорога была спокойной, ни големов, ни иных враждебно настроенных существ на караван не нападало, что скорее настораживало Мирка, чем наоборот. Ведь неведомый враг не спешит нападать, а значит, усыпляет бдительность. Верить в то, что он ограничится одной лишь попыткой, Мирк не желал. Впрочем, оставалась надежда на то, что враг просто не решается нападать в землях гномов, по крайней мере, вблизи от крупных поселений. А значит, сейчас они в относительной безопасности.

Мирк не заметил, как из-за одного из холмов медленно выползли городские стены Миракла. Казалось, для постройки этих стен гномы использовали весь камень, что смогли добыть в горах. Их толщина была поистине впечатляющей, как и высота. Такую стену, пожалуй, не смогло бы развалить ни одно осадное орудие из имеющихся не только на острове, но и на материке. Впрочем, никто не спешил осаждать Миракл, а потому эта стена была скорее демонстрацией гномьего трудолюбия, чем действительно нужным оборонительным укреплением.

Впечатляли и городские ворота, которые можно было открыть только усилиями дюжины гномов, крутящих специальный барабан. Впрочем, сейчас ворота были открыты, и каравану не пришлось ждать, пока потеющие стражники смогут справиться с барабаном. В город их пустили беспрепятственно, не проверяя груза и документов.

Мирк редко бывал в этом городе, о чем сильно жалел. Высокие каменные постройки, замысловато переплетающиеся улочки, арки, заботливо украшенные мастерами, узкие тоннели и мощеные камнем площади. Здесь, в отличие от родного города Мирка, было гораздо чище. Если и встречались бедняки, то лица их выглядели куда жизнерадостнее, становилось понятно, что они сами выбрали этот путь. К тому же гномы не поленились построить канализацию, а потому город не запоминался своим зловонием, что крепко впечатывалось в память каждого, кто хоть раз побывал в Рале.

Оказавшись в стенах города, Мирк на миг забыл, зачем вообще пришел сюда, и в какой ситуации оказался. Пестро одетые гномы, казалось, выбрали лучшие свои наряды, будто специально ожидая приезда принца южного королевства, чтобы поразить его богатством блестящих украшений и самых дорогих тканей, что можно было найти на острове. Наваждение спало лишь по прибытию к стенам городского дворца. Мирк наконец понял, что абсолютно не готов к разговору с правителем Белого Камня. Он даже не знал, чего именно ему стоит просить, не говоря уже о том, как просить и что обещать взамен.

– Ну что, дальше сам, – Торса хлопнул Мирка по плечу, – Мне во дворце делать нечего.

– Ты не пойдешь со мной? – слегка удивленно спросил Мирк.

– Нет. Я согласился провести тебя до Миракла, но не более. Это твоя война, тебе в ней и воевать, – Торса отвел взгляд, – Что ж, до встречи. Мне пора.

Гном быстро развернулся и скрылся в толпе, оставив Мирка и Аллорна на небольшой дворцовой площади.

– Идем? – взглянув на дворец, спросил Аллорн.

– Нет, пока нет, – Мирк развернулся, – На голодный желудок говорить с вождем я не стану. Пойдем, перекусим, есть здесь неподалеку одно местечко. Для гостей.

– Что ж, не могу не согласиться, как-то быстро сбежал твой Торса. Никакого гостеприимства, – Аллорн улыбнулся.

– Думаю, он не хочет, чтобы кто-то знал о том, что это он провел нас. По крайней мере, он не хочет привлечь лишнего внимания, – Мирк вздохнул, – Но, думаю, во дворец нас пустят. Я, все-таки, принц.

– Будем надеяться, – пожал плечами Аллорн, – Так куда идем?

Мирк указал пальцем на одну из улочек, берущих начало от площади:

– Туда.

До заведения, носящего название «Золотой Ботинок», они добрались быстро и без приключений. Эту таверну содержал один из немногих людей, обосновавшихся в Миракле, а потому и посетителей у него было не много, к тому же все они были людьми. Однако это было скорее на руку Мирку, ведь в безлюдном, тихом месте куда проще отдохнуть и собраться с мыслями, чем в шумной компании пьяных гномов, которые могут полезть в драку. К тому же хозяин этой таверны не знал о королевском происхождении Мирка, так как давно не бывал на родине.

Войдя в помещение, Аллорн сразу же двинулся к угловому столику у дальней стены. Свет из окон едва доставал туда, отчего столик был погружен в полумрак. Мирк одобрил такой выбор Аллорна, ведь отсюда было видно каждого входящего в таверну, к тому же было недалеко до черного хода. Эти меры предосторожности, может быть, и не были необходимы, но оба решили быть предельно осторожны.

Заказав кувшин вина и порцию жареного мяса, Аллорн решил сразу же перейти к разговору, не дожидаясь выполнения заказа.

– Как ты думаешь, кто напал на нас в лесу?

– Вряд ли это был кто-то из ордена Хранителей или Академии. Думаю, отец не стал бы просить их о помощи, по крайней мере сейчас, – ответил Мирк.

– На Аноде не так много магов, способных удержать шесть големов одновременно, – заметил Аллорн, – И все они принадлежат ордену или академии.

– Нет, не все, Аллорн. Не все, – покачал головой Мирк, – Я никогда не думал, что у этой облезлой крысы есть хоть какие-то способности, кроме как вызывать отвращение одним лишь своим видом. Но, видимо, я ошибался. Отец вызвал Мидса. Других вариантов у меня нет.

– А разве он не отправился на материк месяц назад? – удивился Аллорн.

– Он вернулся. Не знаю как. Я его видел в замке, когда меня вели в тронный зал. Заметить его было непросто, к слову.

– Вот, значит, как. Что ж, я многое о нем слышал, – Аллорн откинулся на спинку стула, который в свою очередь издал протяжный скрип.

Они разом замолчали, будто скрипящий стул представлял опасность. Мирк, обведя взглядом помещение, стал говорить гораздо тише:

– Наверняка он знает, что мы в Миракле. Нам стоит быть начеку.

– Да. Но не думаю, что он и здесь призовет големов. Скорее нападет в безлюдном месте, а здесь таких немного, – заметил Аллорн.

– Я бы не был так уверен. Думаю, пока что мы нужны ему живыми, а потому он не спешит нападать. Но стоит нам пересечь ту грань и…

– А какую грань мы должны пересечь?

– Ту, после которой отец поймет, что я уже не ребенок.

– Ха, тогда нам нечего бояться! – рассмеялся Аллорн.

Мирк улыбнулся и покачал головой, шутка, быть может, и была смешной, но смеяться как-то не хотелось.

– Сейчас у нас другая проблема. Мы пришли сюда, но я… Я не знаю, о чем именно просить Карла. Он точно не выделит нам войск, да и я не хочу воевать со своим народом. А золото. Он не даст его столько, сколько нам нужно.

– Мы можем просить его об убежище. Все началось слишком быстро, у нас не было времени подготовиться. Пусть спрячет нас на границе с онагами.

– Думаешь, Мидс не найдет нас там? – Мирк приподнял брови.

– Найдет, но ведь мы уже знаем, кто нас ищет. Мы можем устроить ему засаду, – Аллорн постучал ногтями по столу, – Я слышал, руками Мидса было устроено немало козней. В том числе и гномам. Карл будет рад отомстить ему.

– Что ж, ничего другого нам не остается, – вздохнул Мирк.

– Пару дней назад ты выглядел уверенным, куда пропал твой боевой дух? – усмехнулся Аллорн, понимая, что был прав еще тогда, в убежище у горы Танг.

– Я был слишком зол и возбужден. Потому я и просил тебя пойти со мной, – Мирк улыбнулся, – Порой кто-то должен сказать мне, что я ошибаюсь.

– Несут, – Аллорн кивнул в сторону служки, который нес кувшин с пивом и большую миску чуть дымящегося мяса.

– Отлично, – потирая руки, Мирк с аппетитом выбрал себе кусок мяса и тут же впился в него зубами.

Трапезничали они молча, не забывая поглядывать на вход в таверну, чтобы не пропустить ни одного гостя. Но те не спешили появляться, Мирк и Аллорн были единственными посетителями в пустующем зале. Расплатившись, они покинули заведение и двинулись обратно к дворцу.

– Ты готов? – спросил Аллорн, когда они подошли к воротам.

– Нет, но я справлюсь. Жаль, я редко соглашался на дипломатические миссии, что предлагал мне отец. Сейчас было бы несколько проще, – Мирк остановился перед дворцом, задрав голову вверх.

Дворец в Миракле был не в пример выше, чем тот, что когда-то стоял в Каллинде. Правда, никаких гравюр на его стенах не было, да и выложен он был из обычного камня. Не было на нем и других украшений, таким образом, он сильно выделялся на фоне остального города, изобилующего статуями, резными узорами и изображениями, выложенными из разноцветной плитки. Дворец же был серым, настоящим домом воина, который красоте предпочитает удобство и надежность. Дворец был одним из первых строений, возведенных в этих местах, и строили его воины. С него и начинался город.

У ворот несло караул двое стражей с пиками. Однако, преграждать путь людям они не стали, любой желающий мог посетить дворец, правда, уйти дальше холла без особого разрешения было невозможно – стражники внутри замка были куда строже.

В холле гостей ждали высеченные из камня статуи прежних вождей клана Белого Камня, там же, в одном из углов принимались прошения народа помощниками вождя. Здесь же можно было попросить аудиенции у правителя клана, и, если тот не откажет, ожидать его готовности к приему.

В этот день во дворце посетителей не было. Сонный секретарь даже не сразу понял, что кто-то все же пришел во дворец. Однако заметив людей, он несколько встрепенулся и придал лицу максимальную серьезность.

– По какому поводу вы пришли? – спросил он, когда Мирк приблизился к его столу.

– Я принц южного королевства, мое имя Мирк Аматанидис, и я пришел, чтобы встретиться с вождем клана Белого Камня, Карлом Седоусом, – Мирк старался придать своему голосу убедительности, но выглядело это несколько нелепо, ведь принц в походном костюме и без свиты не выглядел так, как подобает особе подобного происхождения. Да и титул, который он назвал, обыкновенно был длиннее и изрекался с большим пафосом.

– Что ж, я лично доложу о вашем прибытии, – секретарь тут же встал со стула и быстро направился к двери, находящейся позади него.

Мирк повернулся к Аллорну и пожал плечами:

– Кажется, нас ждали, – тихо произнес он.

– Похоже на то. И мне это не нравится, – согласился Аллорн.

– Пути назад нет.

Аллорн лишь кивнул и вперил свой взгляд в дверь, за которой скрылся секретарь. В просторном холе было полно других достопримечательностей, но и Мирк не нашел ничего более приметного глазу, чем эта же дверь. Оба напряженно ждали возвращения секретаря.

На удивление быстро тот вернулся, и оповестил гостей о том, что вождь готов принять их уже сейчас. Мирк постарался скрыть свое удивление, все-таки он был принцем, и было бы странно, если бы его заставляли ждать, как какого-нибудь рядового посла или, положим, недовольного жизнью селянина.

В сопровождении секретаря они прошли все в ту же дверь, которую оба недавно сверлили взглядом, и оказались в темном, но просторном коридоре. Пройдя по нему, они уперлись в увесистую дверь, являющуюся одним из входов в тронный зал, однако секретарь нырнул в менее просторное ответвление коридора, пояснив, что вождь примет гостей в личных покоях. Здесь брала свое начало длинная лестница, ведущая куда-то наверх. Мирк начинал волноваться, однако выдать свое волнение не желал, а потому безропотно следовал за секретарем. Замыкал цепочку Аллорн, который постоянно украдкой оглядывался, желая убедиться, что никто не преследует троицу.

Этот коридор окончился окантованной железом дверью, которая сошла бы за миниатюрную копию главных ворот столицы. Постучав в нее, секретарь отошел чуть назад, чтобы его мог увидеть стражник, который тут же раздвинул створки смотрового окошка. Убедившись, что за дверью именно те гости, которых ждут, стражник с лязгом принялся открывать дверь, запирающуюся, должно быть, на целую систему засовов.

Внутри комнаты, куда попали гости, было пусто. Только стражник, стол и стул, за которым он нес службу. В другом конце комнаты имелась еще одна дверь. К ней секретарь и пригласил пройти гостей. Эта дверь отпиралась куда проще, к тому же практически бесшумно, что свидетельствовало о хорошем уходе за петлями.

Пройдя сквозь дверной проем, гости нырнули в наполненную светом комнату. Легкий аромат благовоний тут же защекотал нос Мирка, он не любил подобных курений и всегда норовил чихнуть, едва слышал их запах. Однако на этот раз он сдержался, стараясь не произвести плохого впечатления на вождя, который сидел за столом, расположенным прямо в центре комнаты.

Вероятно, здесь он собирал своих приближенных, для обсуждения дел государственной важности, если процесс обсуждения нужно было скрыть. Из интерьера в комнате был широкий стол и несколько лавок подле него, на стенах красовались топоры и щиты, которые, к слову, были вполне пригодны для боя.

– Ко мне явился принц южного королевства. Зачем? – не дожидаясь приветствий и прочих церимониальностей, спросил вождь гномов, едва его гость переступил порог комнаты.

– Я пришел просить тебя о помощи. Мне нужно укрыться в твоих землях, – тут же ответил Мирк, остановившись неподалеку от входа.

– И зачем я должен это делать? – вождь приподнял брови.

– Нынешний правитель юга, мой отец, слеп и труслив. Он не видит, что Анод становится слабее с каждым днем, люди погрязают в нищете и междоусобных склоках, забывая, к чему они должны готовиться, почему мы оказались на этом острове. И я собираюсь сменить своего отца, заняв трон южного королевства. Я знаю, что гномы, в отличие от людей, давно готовы выступить и дать бой нашему врагу. Я хочу поднять армию королевства, но для этого мне нужно стать королем. И прежде чем я им стану, мне нужно подготовиться. Мне нужно время.

Гном молча слушал принца, глядя куда-то сквозь него. Когда Мирк закончил, гном встал со своего кресла и подошел к одному из зарешеченных окон.

– А известно ли молодому принцу, что его отец ищет его. И ищет не как сына, а как преступника?

– Я… Я догадывался об этом.

– Должно быть, принц должен догадываться, что я был оповещен об этом. И что король Ирап Аматанидис Первый просил меня выдать ему преступника, если мне будет о нем что-либо известно. И вот, преступник сам пришел ко мне. Как думает молодой принц, что я должен сделать? Ведь, сколь бы ни были холодны в последнее время отношения между нашими странами, мы не хотим войны и откровенной вражды.

Мирк молчал, не зная, что ответить. Вождь Белого Камня произвел на него двоякое впечатление, и Мирк просто растерялся, боясь сказать что-то, что может разозлить вождя. Ведь сейчас от него зависела его дальнейшая судьба.

– Принц молчит, наверно, полагая, что его ответ не будет иметь значения. Что ж, принц. Если ты хочешь стать королем – стань им, если сможешь, конечно. Твой отец просил меня выдать тебя, ты же просишь укрыть тебя. Я не хотел бы обидеть ни нынешнего, ни, возможно, будущего короля людей. А потому я даю тебе ровно один день, чтобы покинуть мои земли. Завтра, в это же время, я дам приказ схватить вас, если вы все еще будете на моих землях, – гном отошел от окна, и взглянул на окаменевшего Мирка, – Это все.

С этими словами он снова сел и погрузился в чтение открытой книги, что лежала на столе. Мирк застыл на месте, не понимая, что ему делать и если бы не Аллорн, положивший руку ему на плечо, он так бы и стоял на месте.

– Спасибо, – едва слышно кинул принц, быстро развернувшись и двинувшись к двери.

Дворец он покидал, словно во сне, он был растерян и, наверно, несколько напуган. Но боялся он не отца или гномов, которые завтра начнут преследовать его. Он боялся неизбежности кровопролития, боялся необходимости воевать с теми, кого собирался вести в бой против общего врага. Теперь он понимал, что ему не дадут просто бросить вызов своему отцу и выступить перед советом. Он преступник, и отношение к нему будет соответствующим. А значит, ему предстоит переступить черту закона столько раз, сколько потребуется для того, чтобы стать выше закона.

– Что дальше? – спросил Аллорн, едва они покинули дворец.

– Думаю, для начала нам нужно забрать наших лошадей у Торсы, – Мирк остановился, будто вспоминая, где именно живет Торса, – А затем покинуть земли гномов. Желательно, успеть до завтра.

– Что ж, это ожидаемо. И куда же мы двинемся? Обратно в королевство?

– Нет, боюсь, там нас встретят без гостеприимства. Мы пойдем к эльфам.

– Думаешь, Ирап не оповестил Симуэля?

– Думаю, в их лесах куда проще скрыться. У эльфов не так много воинов, а друидов едва хватает, чтобы поддерживать обелиск, – ответил Мирк, – А теперь идем.

Через полчаса они вышли на улицу, где предпочитали селиться крупные торговцы и некоторые, особо успешные, ремесленники. Здесь и жил Торса, по крайней мере, в последний раз, когда Мирк гостил у него, дом торговца находился именно на этой улице. Как оказалось, с тех времен ничего не поменялось, Мирк обнаружил гнома в том же доме.

– Снова здравствуй, Торса, – поприветствовал гнома Мирк, стоя в пороге.

– Здравствуй.

– Ты не собираешься пустить меня в свой дом? – Мирк приподнял брови.

– Конечно, заходи, – гном рассеянно хлопнул себя по бокам и посторонился, пропуская гостей внутрь.

– Не беспокойся, мы не надолго. И да, Карл был достаточно благосклонен ко мне, думаю, никто не будет тебя преследовать, – тут же успокоил гнома Мирк, едва дверь за ними закрылась.

– Я очень рад, – Торса улыбнулся, однако было видно, что он нервничает.

– Что ж, перейдем к делу. Когда мы, эмм, разминулись с твоим караваном, мы оставили с ним наших лошадей. Так уж сложилось, что пешими мы никак не сможем покинуть земли гномов так быстро, как нам того хотелось бы. А потому я бы хотел попросить тебя вернуть тех лошадей. Это моя последняя просьба к тебе.

– Это осуществимо. Надеюсь, после этого мы будем с тобой в расчете, – Торса посмотрел Мирку в глаза.

– Да.

– Я сейчас вернусь, – сказал гном, и скрылся в глубине дома.

Мирк редко вспоминал их первую встречу с Торсой. Только в случае острой необходимости, когда ему была нужна помощь гнома. Эта встреча была достаточно неожиданной и очень удачной для Торсы. Возвращаясь из своего укрытия на горе Танг, Мирк пересекал лес, через которых проходил один из кратчайших торговых путей между столицей королевства и Мираклом. В этом лесу никогда не встречали разбойников, слишком уж оживленной была дорога, к тому же едва ли не в сердце королевства, где было достаточно патрулей.

А потому Мирк никак не ожидал встретить малый торговый обоз, попавший в засаду к разбойникам. Лихих людей было немного, около десятка. Наверно, банда больших размеров и не смогла бы скрыться в этих местах. Но у торговца совсем не было охраны, только он сам, да несколько возничих, которые были вооружены кинжалами, больше смахивающими на столовые приборы. Если бы не принц, внезапно вышедший на дорогу из чащи, купец бы не выжил.

Едва разобравшись в чем дело, Мирк поспешил применить все то, что тренировал у горы Танг. Ринувшись в бой с диким запалом, он оставил от разбойников лишь отдельные фрагменты их тел, то разрывая их на части невидимыми клешнями, то испепеляя льющимся с небес огнем. Пожалуй, спасти торговца можно было и парой заклинаний попроще, но Мирк был неумолим и слишком увлечен.

Торса был весьма благодарен Мирку за свое спасение, однако это была далеко не последняя их встреча. Торса непонятным образом добывал для Мирка книги из библиотеки гномов, к которой обыкновенно людей не подпускали, Мирк же, взамен, подделывал королевскую печать. Таким образом, Торса быстро обогатился, вывозя из королевства хлеб и другие продукты сельского хозяйства, к которому гномы были очень плохо приспособлены. Причем закупал он его у людей по обыкновенным, а не повышенным ценам, как это было принято при торговле с гномами.

Таким симбиозом они существовали уже несколько лет, однако Торса все еще чувствовал на себе долг перед Мирком, хоть, пожалуй, и вернул ему все с лихвой, достав для него корабль, на котором принц совершил свое путешествие на материк. Эта их операция была не просто опасной, она могла стать гибельной для обоих, особенно для гнома, который не имел в себе королевской крови. Однако Мирк смог оставить в секрете личность своего помощника, чему гном, очевидно, был рад. Так же было очевидно, что новых авантюр гном не желает, он уже скопил немалый капитал и рисковать теперь ему не хотелось.

– Вот, возьми эту бумагу. Отдашь ее хозяину таверны «Огненный бочонок». Он даст вам лошадей и провиант в дорогу, – Торса протянул Мирку небольшой свиток, – Удачи, Мирк. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

– Спасибо, Торса, – Мирк взял свиток, – Я… Я надеюсь, мы еще встретимся как-нибудь, за кружкой пива. И вспомним обо всем с улыбкой.

Гном на секунду отбросил свое напряжение и, слегка кивнув, улыбнулся. Однако лишь на секунду. Мирк не стал говорить других слов, как не стал ждать другого ответа. Развернувшись, он покинул дом гнома, который, наверно, знал куда больше о планах Мирка, чем сам принц. Иначе объяснить такую серьезность гнома было невозможно.

В таверне их встретил запах чеснока, жареного мяса и алкогольных испарений, все это было щедро сдобрено пьяными гномами, многие из которых просто лежали на полу, очевидно, отхлебнув слишком много из огненного бочонка. Впрочем, такое зрелище принц видел не в первый раз. Хозяин сразу же заметил гостей, и сам подошел к ним. Мирк поздоровался с ним и протянул ему свиток. Через полчаса принц и его друг верховыми выехали из города через западные ворота.

Скакать пришлось практически без остановок. Не остановились они и на ночлег, рискуя загнать лошадей до смерти. Но те стойко перенесли все тяготы столь быстрого путешествия и в назначенный срок вывезли своих всадников за пределы земель гномов, благо Миракл находился на юго-западе страны, недалеко от соседних государств эльфов и людей.

На эльфийских границах их никто не встречал, хотя перемена обстановки чувствовалась сразу, стоило путникам пересечь границу. Дорога резко сузилась, а вскоре и вовсе превратилась в едва различимую полоску, норовящую затеряться в высокой траве. Эльфы давно отошли от своих границ и не следили за землями, что все еще по праву принадлежали им, но уже не были нужны. Наиболее населенные районы располагались западнее, ближе к морю, где эльфы ловили рыбу и растили хлеб. Там же, недалеко от моря, находилась их столица – Сакор. Впрочем, посещать ее Мирк не планировал, справедливо опасаясь, что договориться с ними может и не выйти.

– Пора бы нам остановиться и отдохнуть, – заметил Аллорн, – Давай свернем в ту рощу.

Мирк только коротко кивнул, не желая тратить силы на устный ответ. Оба были измотаны непрерывной скачкой и едва не валились из седла.

Лагерь путешественники обустроили на берегу лесного ручья, из которого они напоили лошадей, а заодно и напились сами.

– Куда мы пойдем дальше? – спросил Аллорн, когда оба сидели у костра, наблюдая за дымящимся котелком.

– Нам нужно хорошенько выспаться, прежде чем мы решим. Однако вариантов у нас немного, нам нужно обустроить убежище, подобное тому, что у горы Танг. Там мы сможем дождаться недели Первого Камня, – Мирк закинул несколько веток в костер, – Думаю, нам нужно уйти на север, к границам с онагами.

– До августа еще два месяца. Даже если нас не станут искать, нам будет трудновато прожить с тем, что мы имеем сейчас.

– Я думаю, мы не умрем от голода. Леса полны дичи, а хлеб… Мы всегда можем наведываться в приграничные села, сменив облик. Там же достанем одежду и прочее, что нам может быть необходимо. В конечном итоге, на Аноде есть разбойники, пусть их и мало. Они же как-то живут.

– Разбойников, обыкновенно, не знают в лицо.

– Я не так уж и популярен среди гномов. А тебя они и подавно не знают, – Мирк усмехнулся, – Конечно, нам будет непросто. Быть может, у тебя есть предложения лучше?

– Нет, пока что у меня нет предложений, – Аллорн отвел взгляд и принялся мешать содержимое котелка, – Кажется, готово.

Ужинали они в тишине, голод не позволял им отвлечься от своей миски. Землю плотно сковали сумерки, когда с трапезой было покончено. Сытость клонила ко сну, но оба понимали, что просто лечь спать будет слишком небезопасно. Они помнили о нападении големов в лесу, помнили, что Ирап ищет их, помнили, что враг может быть где-то поблизости.

– Думаю, он легко обойдет охранные чары, даже если мы выставим несколько кругов защиты, – Аллорн подкидывал хворост в костер, окидывая взглядом окрестности.

– Ты прав. Если это Мидс, то для него не составит труда обойти чары, – Мирк сидел, глядя в огонь, и, казалось, был готов уснуть прямо сейчас, – Но у меня есть одна идея. Я смогу продержаться без сна еще несколько часов.

С этими словами он что-то едва слышно пробурчал себе под нос. Легкая вспышка перед его глазами слегка ослепила Аллорна, который не ожидал подобного. Когда его зрение восстановилось, он увидел Мирка, бодро прохаживающегося около костра.

– Ты ложись, а я покараулю. Ближе к утру заклинание ослабеет, и я разбужу тебя. Надеюсь, он не станет нападать сегодня.

Аллорн кивнул, и быстро расстелил прямо на земле походную постель, о которой не забыл собиравший их в путь хозяин таверны «Огненный бочонок». Сон пришел к нему быстро, едва он сомкнул глаза. Мирк остался один.

Решив, что магическая защита не будет лишней, Мирк обнес лагерь защитным кругом сигнальных заклинаний, а так же попробовал осмотреть местность особым, магическим взглядом, стараясь найти крупных живых существ. Однако его поиски не увенчались успехом, поблизости не было даже зверей, только птицы и мелкие грызуны.

Вскоре сумерки сменились непроглядной тьмой, а небо сменило отблески дневного светила на мерцание звезд, увенчанное холодным серпом луны. Мирк сел возле костра, чтобы подложить туда немного хвороста. Огонь с задором набросился на новую пищу, поглощая сухие ветки все быстрее и быстрее.

Мирк задумался о предстоящем. Перед ним стояла не легкая задача – стать королем. Впрочем, для него это было бы куда проще, чем для любого, кто не принадлежал к трем правящим династиям.

Законы наследования престола были определены еще во времена формирования государства. Тогда еще были живы ярл Гуннульв, Велимудр, Анкус и многие другие видные личности, что участвовали в создании государства. Но именно первые три стали основоположниками родов, допущенных к власти. Впрочем, Велимудр не имел детей, как и многие маги древности, а потому свою роль он отдал Ярославу, своему верному помощнику и не последнему из людей на острове.

Однако три короля никак не усидят на одном троне. Для того чтобы не погрузить три семейства в состояние вечной войны, каждому роду была отдана провинция, где их власть была бы неоспоримой, но трон мог получить лишь один. Первым королем стал Гуннульв. Анкус попросту не желал быть королем, а Ярослав тогда пользовался меньшим авторитетом и права на престол предъявлять не стал. Однако уже сын Гуннульва, Харальд Худой был смещен с престола сыном Ярослава, Святославом. К тому времени Анкус так и не обзавелся собственным потомством, как и желанием править.

Такие смены были возможны благодаря празднествам в честь недели Первого Камня. Так назвали праздники, которые проводились в середине августа. Народами Анода отмечались события, благодаря которым они имели право жить на этих землях – победа над онагами, договор Семи и установление защитного купола. В эту неделю представитель любого из трех родов имел право бросить вызов действующему королю. Правда, предварительно такому претенденту на трон было необходимо заручиться поддержкой Совета, в котором присутствовали представители всех общин, вплоть до простых селян. Поддержкой можно было считать отсутствие явных врагов среди членов Совета, ведь изначально это собрание было лояльно к каждому из родов и никак не подчинялось королю в своих решениях.

Тут у Мирка могли быть проблемы, ведь нарушая законы Анода, нельзя было достичь любви Совета. Если же более половины его членов выскажутся против его кандидатуры, он не сможет бросить вызов своему отцу. Конечно, история помнила лишь два случая, когда претенденту было отказано в праве бросить вызов. Первый случай был связан с все тем же Харальдом Худым, который задумал взять реванш. Совет просто не дал ему это сделать, справедливо заметив, что он уже был королем и не смог отстоять свое право на трон, а престол, все-таки, не портовая женщина.

Вторым претендентом, которому было отказано, был наследник Гуннульва по имени Свенельд Заячья Губа. Кроме, собственно, заячьей губы, этот родовитый мужчина обладал еще рядом недостатков, как физических, так и душевных. Мирк, конечно, не застал тех времен, и не мог быть уверен, что летописи не лгут, однако, как сообщали историки, у Свенельда имелась женская грудь, пусть и безобразная, скошенные глаза, руки разной длины и ужасная дикция. Совет даже не смог понять, чего именно хочет Свенельд – стать королем или же просто поздравить всех с празднеством. Но, на всякий случай, ему отказали в праве бросать вызов действующему королю.

Сейчас никого из основателей родов на острове уже не было, остались лишь их потомки. Велимудр исчез спустя сотню лет с основания южного королевства. Говорили, что он ушел на материк. Анкус, быть может, был бы жив и сейчас, но его страсть к магическим опытам стала для него фатальной. Поговаривали, будто частица смертоносной силы и поныне осталась в комнате, где он любил уединиться для опытов, а потому в то помещение до сих пор никого не пускали. Благо он успел оставить после себя отпрыска, внуком которого и был Ирап. Почти все наследники Анкуса имели природную предрасположенность к магическим искусствам, по крайней мере, двое из трех сыновей Ирапа могли назвать себя магами, как и их отец.

Гуннульв и Ярослав не были магами, а потому прожили обычную жизнь, но их потомки, пусть и не с таким завидным постоянством, как наследники Анкуса, становились чародеями, а потому иногда составляли конкуренцию семье Мирка.

Неделя Первого Камня поддерживала власть в тонусе, заставляя короля соответствовать занимаемой должности. Слабый король не задержится на троне больше года. И Ирап не был слабым, глупым или трусливым, просто Мирк считал себя сильнее, умнее и мужественнее. И теперь ему предстояло это доказать, доказать себе, Совету и отцу.

Утро подкралось незаметно, почти так же, как и закончившее свое действие заклинание. Веки мигом налились свинцом, а ноги усталостью. Он едва нашел в себе силы, чтобы подняться с места, и не рухнуть лицом прямо в костер. Аллорн проснулся на удивление легко и выглядел хорошо отдохнувшим. Он тут же отправил принца спать, заверив того, что дальше разберется со всем сам.

Пожалуй, если Мидс был рядом, этот момент был бы идеальным для его нападения. Принца сейчас не разбудил бы и полк тяжелой пехоты, марширующей в метре от него. А Аллорн, пусть и был сильным магом, но мог и не справиться в одиночку с таким опытным противником, как Мидс. Однако наемный маг не спешил нападать.

Мирк проспал весь день, встав ближе к часу пламенеющего заката. Они решили не двигаться дальше, и провести еще одну ночь здесь, теперь уже дежуря по половине ночи, чтобы завтра каждый из них мог чувствовать себя хоть сколько-то отдохнувшим.

Ночь прошла так же спокойно, как и предыдущий день. Беглецов не спешили ловить, быть может, потому что преследователи медлили, а то и вовсе отсутствовали. Так или иначе, но подобное положение вещей скорее радовало Мирка. Ему дали время.

– Здесь практически нет эльфов, однако, если мы пойдем вглубь, рискуем попасть на один из пограничных секретов. Быть может, нам стоит уйти на север? В предгорьях у эльфов нет поселений, а их разведчики больше следят за тем, чтобы не пришли к ним, а не наоборот, – предложил Аллорн, длинной ложкой помешивая содержимое котелка, висевшего над костром.

– Да, думаю, так мы и поступим. Эльфы, в отличие от гномов, не станут покрывать меня. У них для этого нет никаких причин, – согласился Мирк.

Позавтракав, они свернули лагерь и двинулись в путь. Дорога казалась спокойной. Даже слишком. Казалось, что на острове не осталось птиц и зверей, лес погрузился в неестественную тишину. Положение не изменилось и тогда, когда отряд выбрался из леса.

– Давай остановимся, – тихо предложил Мирк, останавливая свою лошадь.

Аллорн молча кивнул и спрыгнул с седла. Лошадей привязали к одинокому деревцу неподалеку, затем разожгли небольшой костер и принялись за приготовление обеда. Со стороны все это выглядело обыденно, как и должно быть, когда два путника устраивают привал. Но на самом деле оба мага были предельно сконцентрированы и готовы к нападению. Мирк почувствовал врага, и откровенно не понимал всей глупости оного. Ведь тот выдал свое присутствие этой непонятной тишиной в лесу, распугав своей аурой все зверье в округе.

– Наверно, он все еще надеется нас напугать, – прошептал Аллорн, глядя как костерок медленно поедает сухие ветки.

– Мы нужны ему живыми. Кажется, ему не часто приходилось выполнять подобные задания. Он либо убивал, либо просто следил. Вот он и не знает, с какой стороны к нам подступиться, – Мирк ковырял землю под ногами обломком ветки, – Он близко.

– Да, я чувствую, – Аллорн тихо вздохнул и глянул на небо, – Ты готов?

Мирк не ответил. Все так же ковыряя землю под ногами, он, казалось, что-то едва слышно шептал. В следующий миг он взмахнул рукой, и с его ладони сорвалась короткая молния, устремившаяся к небольшому бугорку в двадцати метрах от стоянки. Однако своей цели она не достигла, затухнув в нескольких метрах от бугорка. Бугорок в свою очередь зарябил и покрылся легкой дымкой, а затем и вовсе исчез. На его месте стоял закутанный в грязную коричневую хламиду человек.

– Не так быстро, – Мидс стоял достаточно далеко, однако его слова были слышны, будто он был всего в паре метров от Мирка.

– Чего ты хочешь от нас, Мидс? – Мирк встал с земли и повернулся к противнику.

– Я… Я хочу выполнить поручение, которое мне дал твой отец, – ответил маг.

– И что же это за поручение? Он велел тебе пугать нас исполинами? – съязвил Мирк.

– Мне было интересно, насколько мало знает о тебе твой отец. Я проверял, чему ты научился на горе Танг.

Мирк хмыкнул и чуть покачал головой, глупо было полагать, что секретное убежище действительно настолько секретное, что о нем не знает Мидс. Можно было предположить, что в бою он не так силен, но недооценивать его способности к выслеживанию и сбору информации было бы глупо.

– Не думаю, что мой отец хотел узнать о мне больше и дал тебе такое поручение, – Мирк положил руку на эфес меча, – Что ж, позволь мне самому угадать. Мой отец, должно быть, ждет, что ты схватишь нас и доставишь в Ралу. Вынужден тебя огорчить, мы не собираемся сдаваться.

– Я уже понял это, – тонкие губы Мидса чуть разошлись, обнажив гниловатые зубы, – Впрочем, твой отец тоже предполагал это. Он, очевидно, не против сократить количество своих сыновей. Но я бы не хотел этого.

Мидс слегка сгорбился и, странным образом, показался куда старее и слабее, чем секунду назад. Слегка прихрамывая, он сделал несколько шагов вперед.

– Видишь ли, моя внешность всегда отталкивала людей, и в молодости, и сейчас. Я всегда казался всем злодеем и проходимцем. Впрочем, так оно и есть. Но я всегда служил Аноду, и все мои подлости, все мои действия были направлены во благо этого острова. Аноду нужны молодые и сильные маги. Нужны воины. А потому я не хочу убивать тебя и твоего друга, принц. Еще меньше я хочу гражданской войны, а ведь у тебя нет другого выбора. Ты либо сдашься на милость отца, либо попытаешься устроить переворот. Это лишь ослабит Анод. А потому я предлагаю тебе вернуться в Ралу без боя, ты все еще принц, все еще можешь и должен помогать своей стране.

Мирк пристально смотрел на Мидса, ожидая выпада, ожидая внезапной атаки, но ее все не было. Мидс стоял в десятке метров от застывшего принца и его крысиные глаза, казалось, впервые в жизни не сверлят собеседника, а смотрят на него без затаенной злобы. Покрытое язвами и оспинами лицо действительно вызывало отторжение, но не выглядело таким мерзким, как когда-либо до этого момента. И все же Мирк не поддался.

– Нет.

– Это твое право, – вздохнув, Мидс сделал шаг назад.

Он будто пересек невидимую линию, оказавшись за границей, он вновь приобрел недавно утраченные черты лица, сквозящие коварством, злобой и ненавистью.

Еще через секунду к Мирку метнулась волна плотно сжатого воздуха, поднимающая пыль и сухую траву с земли. Мирк небрежно отмахнулся, волна остановилась так же внезапно, как набрала скорость. Мирк не стал долго придумывать форму заклятья, направив во врага тонкий луч чистой энергии, на этот раз избрав для нее чуть голубоватый цвет с переливами зеленого. Мидсу не оставалось ничего другого, как встретить приближающую угрозу идентичным лучом. Теперь они соревновались в количестве накопленной силы, а не в богатстве фантазии и форм заклятий.

Мирк, навязав борьбу Мидсу, должно быть и сам забыл о своем друге, который все это время молча стоял за его спиной. Но вот Мидс не должен был о нем забывать, это было бы непростительной ошибкой.

Земля под ногами зашлась мелкой дрожью, будто началось страшное землетрясение. Однако это землетрясение было локальным, и вряд ли ощущалось дальше, чем десять метров от места схватки. Вслед за тряской проявились и ее последствия, земля под ногами Мидса резко дала трещину, а затем и вовсе разошлась в стороны, будто огромная пасть, желающая проглотить добычу. Но Мидс, казалось, был готов к этому. Он не потерял концентрации и продолжал борьбу с Мирком, теперь уже зависнув в воздухе прямо над образовавшейся глубокой ямой. Более того, он начинал одерживать верх в этом противостоянии с принцем, очевидно вкладывая в свой луч куда больше сил, чем соперник.

Понимая, что продолжать эту борьбу не имеет смысла, Мирк, пусть и с большим усилием, отвел в сторону луч Мидса, позволив тому устроить довольно масштабный взрыв в двадцати метрах за спиной принца.

Плавно проплыв по воздуху, Мидс опустился на землю, всего в нескольких метрах от Мирка.

– У тебя еще есть шанс, – Мидс спрятал руки в широких рукавах своего одеяния, – Пожалуй, последний.

– Если бы я хотел сдаться, я бы остался в темнице и тебе не пришлось бы меня ловить, – на этот раз Мирк хотел говорить, ему нужно было перевести дух, борьба с Мидсом отняла у него немало сил.

«Я знал, что он не прост, но не думал, что он так силен. На его лбу ни капельки пота, а я едва сдерживаюсь, чтобы не показать свою одышку. А ведь у него в кармане еще не один козырь»: напряженно думал Мирк, стараясь не пропустить момент атаки.

– Ты совершил ошибку, но еще не поздно ее исправить, – Мидс поддержал разговор, не решаясь вновь атаковать противника, – Пойми, если я доставлю тебя во дворец силой, тебе уже не избежать наказания. Ирап лишь укрепит свою власть тем, что предаст справедливой казни собственного сына, нарушившего законы Анода. Ты знаешь, какая именно расплата ждет нарушителя.

– Знаю, – кивнул Мирк, – Именно поэтому я не вернусь в Ралу в твоей компании. Если ты так хочешь помочь Аноду, то почему бы тебе просто не уйти? Я не собираюсь устраивать войны, нет. Я всего лишь хочу сменить своего отца на троне.

– И зачем тебе это? Ты так жаждешь власти? – Мидс усмехнулся, – Я так не думаю. Я знаю, чего ты хочешь. Хочешь собрать армию и напасть. Напасть на целый мир, на многотысячные войска.

– Эти войска грызутся друг с другом без перерыва, они поклоняются одному и тому же богу и убивают себя с его именем на устах. Жрецы этого бога не способны и на простейшее колдовство, им нечего противопоставить нам.

– У них есть бог. А у нас?

– Мы заменим богов!

– Смело, но глупо. Ты хоть раз встречал порождения бога, которые он и сейчас нередко использует? Иногда их называют демонами.

– Нет, – Мирк запнулся, он не был готов к подобному разговору.

– Если ты сейчас не знаешь, как будешь бороться с ними, с чего ты взял, что будешь знать потом? С чего ты взял, что Анод готов к войне?

– Ты думаешь, он будет готов через год? Может быть сотню лет? – раздраженно спросил Мирк, – Посмотри вокруг, с каждым годом Анод слабеет, а не преумножает силы. Толпы нищих крестьян, вот что мы сможем выставить через сотню лет. Если хоть кто-то вообще доживет к тому времени. Ты спрашиваешь меня, видел ли я демонов? Нет, я их не видел. И вряд ли увижу. Я не верю, что в той великой битве был хоть один демон, сражавшийся с людьми. Это сказки. Они проиграли тогда, потому что были такими же трусами, как мой отец!

– Именно поэтому они нашли в себе силы выйти на битву? Потому что были трусами? – Мидс снова усмехнулся, покачивая головой, – Ты слишком горяч, принц, и думаешь, что не веришь в сказки. Но ты сам создал себе сказку. Сказку о том, что ты хороший правитель Анода.

– Хватит этой болтовни! – Мирк взмахнул рукой так, что вся пыль и листва под его ногами поднялась в воздух.

Мидс принял удар спокойно, с едва заметной улыбкой. Он выглядел полностью уверенным в своей победе. И, пожалуй, он бы победил, если бы не пронзивший его спину меч.

– Ты, конечно, сильный маг. Но воин ты никудышный, – Аллорн с силой пнул упавшего на колени Мидса, выдернув меч.

Невероятным усилием воли Мидс остался стоять на коленях, так и не рухнув на землю. Из уголка его блеклых, тонких губ появилась робкая струйка крови, обогнувшая безобразный, безволосый подбородок и скрывшаяся в глубинах коричневой хламиды.

– Глупцы… – едва слышно прохрипел он, – Остановитесь, пока не поздно.

Мирк молча смотрел как его, минуту назад казавшийся непобедимым, противник захлебывается кровью, как судорожно хватается за клочки травы, и пытается увидеть его лицо стекленеющим взглядом. Мирк не стал отворачиваться и выдержал этот последний взгляд Мидса, но не увидел в нем никаких эмоций. Ничего. Он видел умирающего человека, не более.

– Я даже не заметил, как ты подошел, – Мирк посмотрел на Аллорна.

– Это было не просто, – Аллорн вытирал меч пучком травы, – Он всегда был на стороже, но ждал он магической атаки. Кажется, впервые за многие годы он просчитался, забыв о том, что мы молоды и умеем бегать.

– Что ж, в таком случае, он не так уж и мудр, – Мирк бросил взгляд на мертвое тело, – Стоит его похоронить, я думаю.

– Да, как бы то ни было, он служил Королевству. Да и могилу я уже устроил, – Аллорн кивнул в сторону разлома.

– Неплохая была попытка, кто же знал, что ему нужно так мало времени для взлета, – слегка брезгливо Мирк перевернул тело Мидса лицом к небу и закрыл его глаза, – Давай, берись за ноги.

Они быстро перенесли его к яме, уложив рядом.

– Так и бросим? – повернувшись к Мирку, спросил Аллорн.

– Наверно, это будет не слишком достойное погребение, – Мирк вздохнул, – Давай лучше сожжем.

– Тогда надо обустроить хоть какой-то костер, не жечь же его просто так, – Аллорн оглянулся, ища взглядом топливо для костра, – Придется поднапрячься.

– Ладно, он был сильным соперником, в честь этого можно и поискать дров, – махнул рукой Мирк, которого все же зацепили слова Мидса.

Он был рад победе, но отчего-то не хотелось бросать тело поверженного врага в яму, как тело какого-нибудь грязного разбойника. Он по-прежнему не был согласен со словами Мидса, но что-то поменялось в Мирке, в его отношении к тайному агенту короля.

– Тогда пойдем искать, – Аллорн развернулся, и побрел в сторону пролеска.

Получасовые поиски увенчались успехом, им удалось найти немало хвороста и даже небольшое дерево, сваленное ветром. Оно уже успело иссохнуть и отлично подходило для костра. Еще час они потратили на создание погребального костра и водружения на него бездыханного тела Мидса. С каким-то облегчением оба стояли и смотрели, как огонь медленно пожирает плоть их врага. Мирк до последнего не верил, что победа над ним достанется так просто, что грозного мага, загадочного Мидса просто пронзят мечом в спину. Он ожидал, что Мидс лишь притворился мертвым, что его планы были куда коварнее, чем могло бы показаться. Но теперь, когда его тело источало жуткий запах горелого мяса, когда его кожа шипела и лопалась под напором огня, Мирк был уверен – Мидс мертв, и он унесет с собой в могилу знание о планах Мирка, о его местоположении и той неуверенности, что принц позволил себе, при разговоре с ним. Теперь Мирк мог быть спокоен. Хотя бы некоторое время.

Когда костер догорел, оставив лишь кучу пепла и обугленные кости, Мирк и Аллорн снова сели на лошадей, чтобы убраться отсюда подальше. До заката оставалось всего несколько часов и друзьям не хотелось бы ночевать на месте битвы, где все еще оставались отголоски энергии, затраченной магами. Сколь бы ни были малочисленны пограничные отряды эльфов, они все же были. И встречаться с ними Мирк не планировал.

Ночь прошла спокойно, казалось, в этих лесах вообще нет никого, кто мог бы заинтересоваться случайными путниками. Теперь Мирк и Аллорн могли позволить себе сон, полагаясь на свои охранные чары, ведь Мидс был побежден и вряд ли Ирап так быстро найдет кого-то, кто сравнился бы с ним в колдовском мастерстве.

На следующий день беглый принц достиг предгорий, которые располагались у самой границы с онагами. Здесь не было ни эльфов, ни самих онагов, которые, пожалуй, яростнее всех чтили законы, и никогда не нарушали границ. Здесь же было решено устроить убежище, друзьям оставалось лишь найти подходящее место.

Чтобы найти подходящую пещеру, им пришлось рыскать по окрестностям практически до наступления вечера. Обустроить ее для ночевки удалось лишь с наступлением темноты. По крайней мере, в ней было куда лучше, чем под открытым, пусть и июньским, небом, а потому затраченные силы окупились. Следующий день они полностью посвятили дальнейшему обустройству пещеры и окрестностей, ведь им предстояло провести здесь еще месяц. Лишь к вечеру, закончив с пещерой, они смогли спокойно сесть у костра и обсудить дальнейший план действий.

– Мы, конечно, можем задержаться здесь на месяц, но нам не хватит провизии, даже если мы будем каждый день выходить на охоту. Зверье попросту покинет эти места, нам придется заходить все дальше и рано или поздно мы попадемся эльфам или онагам, – начал разговор Аллорн.

– Да, пожалуй, ты прав, но какой у нас выбор? – Мирк подкинул хвороста в костер, – У нас осталось золото, но где его потратить?

– Ты предлагал приграничные деревушки, но все они далеко расположены, к тому же мы всегда рискуем попасться пограничным отрядам. А мы на севере Анода, здесь не так много людей, и два одиноких путника всегда вызовут подозрения, к тому же Карл обещал изловить нас, если мы вновь посетим его земли.

– Что ж, и тут ты прав. Но мы кое-что забыли, – Мирк улыбнулся, его голову явно посетила замечательная идея.

– И что же?

– Перед празднованиями недели Первого Камня все торговцы Анода собираются у горы Керсера, где торгуют целый месяц. В это время границы открыты. Нам осталось пережить здесь две недели, а затем мы сможем выдвинуться туда.

– Но это не менее рискованно, чем посещать гномьи деревушки. Там и вовсе может быть твой брат Есми, уж он-то точно узнает тебя.

– Да, конечно, но мы же не глупцы. Мы и не пойдем к самой горе. Мы укроемся возле дороги, подождем какой-нибудь гномий караван, и купим у них все необходимое, а затем просто уйдем обратно по землям онагов. Все караваны будут проходить одной дорогой, через земли гномов. Мы же пройдем по землям онагов, даже если мы встретимся с ними, они не станут нападать, ведь граница открыта.

– Хм… Пожалуй, это может сработать. Думаю, нам хватит припасов еще на две недели, особенно, если мы будем активно охотиться. Хлеба, конечно, не хватит, но умереть от голода мы не должны, – согласился Аллорн.

– Все не так плохо, друг,– Мирк улыбнулся и подкинул еще несколько веток в костер.

Следующие две недели пролетели незаметно. Аллорн и Мирк не только охотились, но и посвящали немало времени тренировкам, как магическим, так и физическим, соревнуясь друг с другом в искусстве фехтования. К этому времени они съели все, что было получено от гномов, и питались одной лишь дичью и травами, которые удавалось собрать в лесу. Последний мешочек сухарей было решено оставить в дорогу, все же до Керсеры было два дня пути, и охотиться в это время было бы трудно. Им пришлось использовать последнюю соль, чтобы засолить немного мяса, которое станет дополнением к сухарям. Благо, воды у них было в достатке, неподалеку был обнаружен ручей с вполне пригодной для питья водой.

– По крайней мере, страдать от жажды нам точно не придется. Что ж, все готово, можем выдвигаться? – Аллорн еще раз проверил, крепко ли держатся походные тюки на седле.

– Да, пора, – кивнул Мирк и запрыгнул в седло.

Прежде чем выдвинуться в путь, они хорошо замаскировали свое убежище и пометили его магической меткой, чтобы позже без проблем его отыскать.

В горах было тихо, онаги не селились близ границ. Может, потому что им не хотелось встречаться с другими жителями Анода, а может и потому что их было слишком мало. Никто не знал, сколько онагов живет на острове, сколько у них селений и какова их армия. Даже гномы, которые позволяли себе посетить земли горных жителей, не имели никакой информации об их численности. Впрочем, гномы предпочитали не встречаться с онагами.

Встреч с ними хотелось избежать и Мирку с Аллорном. Несмотря на то, что границы были открыты и их пересечение не считалось нарушением договора Семи, этих встреч лучше было бы избежать. Во-первых, никто так и не изучил языка онагов, впрочем, они тоже не спешили учиться языкам переселенцев. Во-вторых, путь Мирка и Аллорна не считался традиционным, а потому онаги могли бы отреагировать на путников не так дружелюбно, как того хотелось бы.

К счастью, и сами онаги не спешили навстречу Мирку и Аллорну, а потому им удалось беспрепятственно преодолеть путь, и уже к вечеру следующего дня остановиться в лесу около дороги, ведущей к горе Керсера. Здесь они переночевали, не разводя костра, чтобы не привлечь внимания, а утром вышли ближе к дороге, в надежде встретить проходящий мимо караван.

Караванов в это время было не так много, ведь торговый месяц только начался, и многие торговцы еще попросту не достигли границ с онагами. Но именно этого и ожидал Мирк. Вереница караванов на дороге не позволила бы ему осуществить свой план.

Около полудня из-за крутого поворота горной дороги показался первый караван. Судя по приземистым лошадям и невысоким телегам, это был тот самый караван гномов, который и рассчитывали встретить Мирк с Аллорном. Дождавшись, что караван минует их, они тихо вышли из леса и догнали торговцев сзади, сделав вид, будто давно скакали и только сейчас встретили кого-либо на дороге.

Владелец каравана был худощавым гномом, с глубоко посаженными голубыми глазами. Одет он был неброско и небогато, что свидетельствовало о его не большом успехе в торговле. Этому Мирк скорее обрадовался, ведь такой торговец не откажется заработать немного золота уже в пути.

Наскоро рассказав гному выдуманную историю о том, что принц и его друг обыкновенные наемники, нанявшиеся охранять караван, который попал в беду и лишился почти всех продовольственных запасов, Мирк предложил ему почти все оставшееся у них золото за соль, хлеб и крупы.

Гном внимательно выслушал рассказ, и лишних вопросов задавать не стал, согласившись на сделку. Вскоре к наемникам перекочевал мешочек соли, сухарей и несколько мешочков крупы. Так же они приобрели немного вяленого мяса и сушеной рыбы. Расплатившись, они еще раз поблагодарили гнома и поспешили скрыться из вида за тем же крутым поворотом, откуда было бы удобно сойти с дороги обратно в лес. Гном пожелал им удачи и велел своему каравану тронуться. Все прошло гладко, так как и планировал Мирк.

Но все же просто уйти в лес им не удалось, едва они достигли заветного поворота, им встретился еще один караван. Тоже гномий. Стараясь не вызвать лишних подозрений, Мирк и Аллорн спокойно продолжили свой путь, рассчитывая сойти с дороги позже. Но едва они поравнялись с караваном, Мирка окликнул знакомый голос:

– Стой, неужели не поздороваешься?

Оказалось, этот караван принадлежал Торсе, старому товарищу Мирка. Он, как и прочие торговцы, собирался выгодно продать свои товары у горы Керсера.

Мирк остановился, и приветливо улыбнулся, но Торса улыбаться не спешил, вместо долгих приветствий, он указал рукой на лес, и сам сошел с дороги, велев каравану продолжать движение. Друзья не стали перечить гному, и сами с радостью скрылись в лесу, в конечном итоге, именно этого они и хотели.

– Я не знаю, что ты забыл здесь, на этой дороге, Мирк, но тебе лучше убираться отсюда, и как можно скорее. Прямо за мной шел караван твоего брата Есми, но они сильно перепились в трактире «Конунг» и отстали, – тут же заговорил Торса, едва они отошли от дороги на десяток метров, – Ты, должно быть, не знаешь, что твой отец объявил тебя вне закона? Теперь ты враг Анода, преступник. Тебя будут искать.

– Этого я не знал. Но ожидал, – Мирк постарался скрыть неуверенность в голосе. Новости были удручающими.

– Не знаю, каков твой план, но теперь стать королем будет невозможно, разве что ты приведешь с собой армию. Но взять тебе ее будет негде, – Торса сочувствующе похлопал Мирка по плечу, – Тебе лучше бежать. Я не знаю как, но лучше бежать. А теперь мне пора. И вам тоже.

Сказав это, Торса развернулся, и быстро двинулся к дороге. Мирк молча проводил его взглядом, а после, махнул рукой и сам двинулся в обратном направлении. До вечера оба всадника шли молча, предпочитая думать о своем.

Теперь, когда Мирк объявлен вне закона, речи о выступлении перед советом и вызове отцу и быть не могло. Теперь он преступник, и нельзя было сказать, что обвинения в его сторону были безосновательны, ведь он действительно нарушил законы Анода. Он самостоятельно покинул его пределы и вернулся, он сбежал из тюрьмы, он убил тайного королевского агента. И этого было достаточно, чтобы отправить Мирка на виселицу, даже не слушая его оправданий. Впрочем, о том, что его считают преступником, Мирку говорили и ранее, но он надеялся остаться врагом королевства, а не всего острова. Видимо, отец убедил остальных не просто выдать ему сына, если тот попадется им в руки.

Мирк не решался заговорить с Аллорном, тот в свою очередь не спешил задавать вопросов. Мирк чувствовал некоторую вину перед другом, ведь тот ввязался в эту авантюру именно из-за него. И теперь, когда положение их ухудшилось настолько, что выхода практически не оставалось, Мирк был подавлен. Ему было стыдно перед Аллорном, стыдно перед собой. Стыдно, что вскоре придется сдаться, ведь он не сможет прятаться вечно на этом маленьком острове. И ему не победить армию Анода, к тому же, даже если он смог бы победить армию Анода, ему бы не с кем было выдвинуться против главного врага.

Он понимал, что зашел далеко, и он был готов так далеко зайти, но он не был готов к тем трудностям, что встали перед ним. Там, вначале пути, все это казалось преодолимым. Но не теперь. Он молча смотрел на звезды, будто они могли дать совет, но те, как всегда, молчали. Уснуть ему удалось лишь глубокой ночью.

Следующий день друзья все так же не заговаривали на серьезные темы, ограничиваясь короткими диалогами, касающимися непосредственно путешествия к убежищу. К вечеру они достигли своего временного пристанища. Следов постороннего присутствия в нем не было, не было его и в окрестностях. Этой ночью Мирк решил во что бы то ни стало выспаться, так как уже завтра им придется начать серьезный разговор, и принять не менее серьезное решение. И, как ни странно, заснул он быстро и крепко спал до самого утра. Наверно, усталость все же взяла верх над переживаниями.

Аллорн уже сидел подле костра и что-то варил в котелке, когда Мирк проснулся. Наскоро справив нужду и умывшись, Мирк поспешил к костру, так как был весьма голоден, к тому же истосковался по горячей пище. Лишь когда с трапезой было покончено, Аллорн все же решил заговорить с другом:

– Что ж, Торса принес печальные новости, однако мы не можем просто молчать и ждать.

– Не можем, – кивнул Мирк, – У тебя есть какие-то предложения?

– Нет. Ничего дельного я предложить не могу, – Аллорн, быть может, и мог предложить что-то, в его словах чувствовалась недомолвка, но он явно не хотел озвучивать своих идей первым.

– Аллорн, я не собираюсь сдаваться. Я не вижу смысла сидеть здесь больше недели. Нас рано или поздно найдут и здесь. Нам нужно действовать, – Мирк отставил в сторону свою миску.

– И что ты предлагаешь? – Аллорн чуть приподнял брови.

– Нам нужно бежать с Анода. Другого пути у нас нет.

– Бежать? И куда же?

– На материк. Я уже был там. Маги Анода далеко не единственные. Этот остров совсем не последняя опора старого мира. Пока я не побывал там, я тоже думал, что мы единственные. Но это не так. И мы должны бежать отсюда к ним. Собрать армию уже там, и тогда у Анода появится шанс. Если мы сможем начать войну там, об этом непременно узнают на Аноде. И у них не останется выбора, он будут вынуждены присоединиться, потому что этот шанс, возможно, будет последним для Анода. Вот что я предлагаю.

– Хорошо. Положим, это возможно и мы сможем поднять восстание на материке. Но как нам туда добраться? Ты хочешь пересечь море на плоту? Не думаю, что кто-то даст нам корабль и команду бывалых матросов.

– Нам будет достаточно и крупной рыбацкой лодки с парусом. Мы же маги, в конце концов! – Мирк так завелся, что встал с места и стал прохаживаться около костра, – Мы пройдем через земли эльфов у самой границы с королевством, таким образом, нам будет проще укрыться от дозоров, ведь эльфы не слишком-то хорошо охраняют свои границы, особенно с той стороны, а к людям мы попросту не выйдем. Потом мы пройдем вдоль берега к ближайшему эльфийскому поселению. Они давно предпочитают ловить рыбу, постепенно превращаясь из лесного народца в морской. Даже если завяжется бой, эльфийские рыбаки ничуть не опаснее обыкновенных крестьян. Мы легко отберем у них лодку и припасы. А в море за нами никто не погонится. По крайней мере, сами эльфы. А ближайший королевский порт находится в Веллинборге. Даже если эльфы успеют доложить о нашем побеге на следующий день, погоня не успеет выдвинуться за нами так быстро. Мы создадим себе попутный ветер и достигнем берегов материка меньше чем за пять дней, в то время как обыкновенно наши корабли плывут туда не меньше недели, а то и двух.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.