Долгострой
Познавательный детектив
Елизавета Гричан

Иллюстратор Елизавета Викторовна Гричан

Корректор Анна Дмитриевна Парфенова

© Елизавета Гричан, 2025

© Елизавета Викторовна Гричан, иллюстрации, 2025

ISBN 978-5-0056-0345-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Елизавета Гричан

ПОЗНАВАТЕЛЬНЫЙ ДЕТЕКТИВ

«Долгострой»

Данное произведение является художественным вымыслом автора часть событий которого основано на реальных общеизвестных фактах.

Глава 1. Труп на стройке

– Аня, ну что ты там копаешься? Давай быстрее! Скоро звонок будет! – крикнул Вова своей однокласснице. Он стоял в дверях класса и посматривал в коридор, не идет ли учитель.

Стоя возле своей парты, Аня продолжала усердно рыться в рюкзаке.

– Да погоди ты, я пачку не могу найти!

– У меня есть сигареты. Пошли уже! – поторопил ее Рома, только что вернувшийся из магазина, расположенного недалеко от школы.

– Классно, что у тебя мамка продавцом работает и можно периодически нырять в подсобку за бесплатным печеньем, – улыбнулся Вова.

– Ага! Сегодня чуть не засекли! Вот бы мне мамка-то за пиво всыпала! Хоть оно и безалкогольное! Ладно, пошли.

Старшеклассники в составе Ани, Тани, Ромы и Вовы спешно покинули класс. Вместо урока географии они отправились на расположенную неподалеку от школы недостроенную девятиэтажку. Этот долгострой стоял здесь уже давно и являлся притоном для местных бродяг, шалопаев-школьников и прочей гопоты. Здание было огорожено плотным забором, подъезды закрыты на замок, а окна заварены решетками. Но ведь всегда есть секретный лаз, о котором все знают…

Мальчишки отогнули профлист от несущей конструкции забора, и ребята беспрепятственно пролезли на территорию стройки. Здесь они почувствовали себя в безопасности, скрытыми от глаз взрослых и учителей. Смеясь, школьники побежали к подъезду, через двери которого можно было проникнуть в строение, ведь замок давно взломан. Но представшая перед ними картина резка осекла радость и вызвала сильный шок от увиденного.

– Ребята, что это?! – испуганно спросила Аня.

На асфальте, лицом вниз, неподвижно лежал мальчик. Под его головой было большое пятно крови ярко-красного цвета.

– Да это же Ванечка из нашей школы, – по одежде и цветному рюкзаку узнала его Таня.

– Что тут произошло?! – ошарашенно спросил Рома.

– Не знаю! Малыш либо сбросился сам, либо кто-то ему помог! В любом случае мы должны вызвать полицию! – Вова решительно полез в карман за телефоном.

– А вдруг все повесят на нас! Мы же часто тут бываем! Скажут, вы, мол, и скинули! – испугался Рома.

– Что за бред! Мы же все вместе только пришли! – возмутился Вова и начал набирать номер.

– Нет уж! У меня дядьку так посадили! Извини, но я пас, – Рома развернулся и начал удаляться, девочки последовали за ним.

– Трусы! Мы же не можем его здесь бросить! – отчаянно прокричал Вова им вслед.

– Не вздумай сказать, что мы здесь были! – обернувшись, ответил ему Рома.

Когда на место происшествия приехала следственная группа, Вова сказал, что пришел на стройку один и ждал, когда сбегут с уроков его одноклассники, но они так и не пришли. Опросив его, сотрудники полиции тщательно осмотрели и сфотографировали место обнаружения мертвого мальчика и забрали его труп для проведения судебно-медицинской экспертизы. Перед возбуждением уголовного дела было назначено предварительное следствие, в ходе которого необходимо было выяснить, преступление ли это или несчастный случай.

Личность ребенка была установлена быстро, ведь в его рюкзаке лежали школьные тетради и дневник. Ваня Борисов, ученик 5 «А» класса. О трагедии немедленно сообщили родителям и учителям.

Глава 2. Разговор с отцом

Ранним утром Денис Горлов, ведущий расследование данного дела, отправился к судмедэкспертам.

– По характеру травмы и месту соударения с асфальтом мы установили обстоятельства падения. Оно было активным, с дополнительным ускорением, то есть либо его столкнули, либо он сам, оттолкнувшись, совершил прыжок. В любом случае ребенок не сорвался, иначе бы не было дополнительного ускорения. Смерть наступила от полученных в результате удара об асфальт травм между 10 и 11 часами.

– Значит, убийство все-таки имеет место быть, – заключил Горлов.

– Это уж вам расследовать – убийство это было или сам спрыгнул, – заключил медэксперт.

Поблагодарив его, следователь вышел из секционной и покинул здание морга. Он взял такси, поскольку еще плохо ориентировался в городе, и отправился в дом погибшего мальчика, чтобы побеседовать с его родителями. Учитывая трагичность случившегося, Горлов не стал вызывать их к себе в кабинет для дачи показаний, к тому же было необходимо посмотреть на домашнюю обстановку, поговорить с ребятами во дворе.

Когда следователь приехал по адресу, обнаружил, что это дома премиум-класса. Жилой комплекс «Адмирал» статно стоял вдоль набережной реки Кубани в самом центре города. Его жилые дома гармонично сочетались с природным ландшафтом береговой территории и современными элементами благоустройства набережной, а зеркальная поверхность зданий, выполненная в голубых тонах, говорила об уникальности проекта.

– А Ванечка-то не простой ребенок, – невольно промелькнула мысль в голове Горлова.

Когда он попал на закрытую охраняемую придомовую территорию, почувствовал себя героем фильма-детектива, ведь здесь было установлено столько камер. Двери в подъезд ему открыла консьерж, видимо, ее уже предупредили. Показав ей удостоверение, Горлов прошел внутрь дома и оказался в респектабельном холле. Далее на лифте он поднялся на самый верхний этаж двадцатичетырехэтажного здания.

Белая стальная дверь, украшенная золотой резьбой, говорила о роскоши жилья, вход в которое она преграждала. Следователь нажал на хрустальную кнопку звонка и услышал мелодию Баха. Ему открыл статный мужчина в бархатном халате и с дымящейся сигарой во рту. Блеск его огромной золотой цепи, висящей на шее, ослеплял.

– Олег Леонидович? – уточнил Горлов и показал ему свое удостоверение.

Мужчина открыл двери еще шире, жестом пригласив войти в дом.

Ремонт здесь был просто потрясающим, у Горлова создалось впечатление, что он попал во дворец. Особенно эта сияющая мраморная плитка на полу, от нее было трудно отвести взгляд. Ну а высокие потолки и панорамные окна с красивейшим видом на реку говорили о том, что дворец этот расположен на небесах.

Мужчины прошли в просторную гостиную и уселись в огромные кресла из коричневой кожи. Горлов полез в свою кожаную папку, чтобы достать бумагу и ручку. Отец Вовочки, незаметно стряхнув слезу, разлил по стаканам виски.

– Нет, спасибо! Я на работе, – вежливо отказался следователь. Он терпеливо смотрел на убитого горем отца, ждал, когда тот начнет говорить.

Опустошив стакан, Олег Леонидович пошевелил усами и молвил:

– Моего мальчика убили эти сволочи! – ненадолго замолчав, он продолжил: —Я являюсь генеральным директором крупной строительной компании «Аврора». Строительная фирма «Жилой массив» – мои конкуренты. Сейчас идет активная борьба за выигрыш в тендере на застройку огромного жилого квартала. На карту поставлена колоссальная прибыль. Они предупреждали меня, что во что бы то ни стало получат этот заказ, но я даже и представить не мог, что все зайдет так далеко.

– То есть вы получали угрозы? – уточнил Горлов, делая пометки в своем блокноте.

– Не напрямую! Намеками!

– Они были выражены в устной форме или, может, сообщения, письма на электронную почту?

– Нет. В устной форме, по телефону.

– И вы полагаете, что Ваню могли похитить и скинуть с окна этой заброшки.

– Я в этом уверен! – Олег Леонидович снова наполнил снифтер.

– Вы обеспеченный человек. Почему мальчика не забирал со школы водитель?

– Да вы смеетесь! Тут идти через сквер двадцать минут пешком без переходов через дорогу. А на машине в объезд больше в пробках простоишь, плюс аварии.

– А он мог сам прийти на эту заброшку? Может, мальчики собирались там после школы?

– Не могу сказать. Я часто отсутствую по работе. Воспитанием сына занималась жена.

– Я могу с ней поговорить?

– Нет! Вику забрали в больницу с острым сердечным инфарктом, она сейчас в реанимации.

– Олег Леонидович, я очень соболезную вашему горю. Но пить – это не лучший выход из ситуации. Извините, мне пора идти, – Горлов поднялся с кресла и направился к выходу.

Олег Леонидович, снова опустошив снифтер, пошел его проводить.

– Скажите, в день убийства не было ничего необычного? Может быть, мальчик как-то странно себя вел или ему кто-то позвонил? – уже на выходе, стоя в дверях, спросил Горлов.

– Несколько дней я отсутствовал дома, – отрицательно покачал головой Олег Леонидович, в его взгляде читалось чувство вины.

– Спасибо! Как будет что-нибудь известно, мы с вами свяжемся. Если вы вспомните что-то еще, пожалуйста, сообщите мне, – попросил следователь и, протянув ему визитку, вышел из квартиры.

Глава 3. Траур в школе

Когда следователь зашел в школьный холл, сразу увидел фотографию погибшего Вани. С наклеенной на угол черной ленточкой, она стояла на столе вместе с букетом из шести гвоздик и толстыми горящими свечами. Сегодня был объявлен день траура по погибшему ребенку и проходила минута молчания в его честь.

– Молодой человек, вы к кому? – уточнила у Горлова женщина, сидящая на вахте.

Следователь молча показал ей свое удостоверение.

– А, так вы по поводу Ванечки, – с ходу догадалась она. – Знаете, странно все это. Ведь он был очень веселым мальчиком, а тут как будто подменили. Стал замкнутым, молчаливым и все в телефон пялился.

– Скажите, а в день трагедии он сам ушел со школы или, может, его кто-то встретил?

– Нет, один. Ребята его звали в футбол поиграть, а он даже ничего им не ответил, прошел, словно зомби. Так мальчонку жалко! – женщина достала платок, чтобы вытереть накатившие на глаза слезы.

– Спасибо! Вы очень мне помогли, – поблагодарил ее Горлов и отправился вверх по лестнице.

Маргарита Витальевна – учитель русского языка и литературы, что была классным руководителем у 5 «А», где учился Ваня, сидела в классе и проверяла тетради с диктантом. Горлов созвонился с ней заранее, и она его уже ждала.

– Скажите, как учился Ваня и какие у него были отношения с классом?

– Очень хорошо! Ванечка был умным мальчиком! Его мама не работала и занималась образованием ребенка. Он посещал множество секций: шахматы, игра на фортепиано, английский и карате. Да и отношения с ребятами были хорошими. У нас очень дружный, хороший класс. Когда начался учебный год, Ваня был таким веселым и задорным. Они целый месяц с семьей отдыхали в Турции, вернулся счастливым и загорелым. Родители, вообще, очень его любили. Но потом неожиданно он начал замыкаться и уходить в себя, стал меньше общаться с ребятами. С ним даже работал наш школьный психолог Эльвира Владимировна, но это не помогло. Я думаю, что всему виной эти телефоны. Дети просто помешаны на них.

– У него были враги? Может, он с кем-то конфликтовал?

– Нет. У нас очень дружный класс!

– В кармане погибшего мы обнаружили это, – следователь достал листок бумаги, на котором было написано: «Вешайся козел!» – и протянул его учителю.

Та внимательно присмотрелась.

– Это почерк Данилы, он сидит сразу за Ванечкой. Никогда не видела, чтобы они ссорились. Так, у них сейчас урок биологии, я за ним схожу.

Маргарита Витальевна вышла из класса, а через несколько минут вернулась вместе с мальчиком.

– Данила, – нежно сказала она, – расскажи, пожалуйста, кому и зачем ты написал эту записку?

– Димке! Этот козел мне на перемене за ранец так дернул, что лямку порвал! – начал возмущаться мальчик.

– А как она оказалась у Ванечки в кармане? – спросила учитель.

– Я попросил его передать, Димка-то дальше сидит. А он так чем-то был увлечен, что не передал. А, ну да! Вы же его ругать начали за то, что он не слушает и на уроке рисует, – вспомнил Данил.

– Спасибо, ты можешь идти, – велела учитель.

– А что рисовал Ваня? – поинтересовался следователь, когда мальчик покинул класс.

– Совсем забыла, что забрала у него рисунок и положила к себе в стол, даже не посмотрев, что там нарисовано.

Учитель достала из стола тетрадный лист и развернула его. На нем черной ручкой было жирно выведено: «GAME OVER».

От увиденного оба обомлели и молча смотрели на рисунок. Затем Горлов убрал его к себе в папку и продолжил опрос.

– Может, вы видели, что ему кто-то звонил или приезжал в школу, интересовался кто-то из посторонних?

– Нет, не было ничего такого. Но в день смерти он раньше ушел с уроков. Сказал, что сильно болит голова.

– Могу я поговорить со школьным психологом?

– К сожалению, нет. Вчера она ушла на больничный.

Глава 4. Визит к конкурентам

Офис строительной фирмы «Жилой массив» был расположен в самом центре города Краснодара, в районе кинотеатра «Аврора». Он занимал административное многоэтажное здание с собственной огромной парковкой, огороженной красивым кованым забором. До блеска натертые витражные окна, обложенный мраморный плиткой фасад здания и выстриженные зеленые насаждения говорили о хорошем благосостоянии компании и педантичном управляющем.

Пройдя в холл и поднявшись на золотистом лифте с большими зеркалами на верхний этаж, Горлов попал в светлую и просторную приемную.

– У меня по личной договоренности, – сказал он секретарю, показывая удостоверение.

Женщина подняла трубку: «К вам из полиции». Потом она кивнула Горлову: «Пожалуйста, проходите!».

Кабинет генерального директора оказался еще просторнее. Роскошная дубовая мебель, выполненная в английском стиле, отлично вписывалась в помещение с ремонтом в светло-бежевых тонах. На кожаном кресле-троне с боковыми подлокотниками-валиками и высокой спинкой в каретной стяжке восседала симпатичная женщина средних лет. Аккуратные черты лица, умный взгляд и короткая стрижка гармонично дополняли ее деловой силуэт.

– Именно в таком кресле Морфеус предлагал Нео сделать свой выбор, – подметил Горлов.

– Да! Если бы мебели давали «Оскар», то это кресло, без сомнения, его бы получило, – остроумно пошутила она. – Присаживайтесь, пожалуйста! Чаю? Кофе? Воды? – она говорила четко и размеренно.

– Нет, спасибо! Наталья Юрьевна, я сразу к делу, – следователь сел на стул и достал блокнот, чтобы делать пометки.

– Я понимаю, вы полагаете, что я как-то причастна к смерти ребенка из-за борьбы за победу на тендере. Но я вас уверяю, что не имею к этому никакого отношения и очень сочувствую своему конкуренту. Я сильный игрок и никогда не пошла бы на такие низости. Мой спортивный интерес – положить мужчину-противника на лопатки в честной борьбе, в борьбе с применением ума, знаний и навыков, ведь именно они определяют нашу истинную цену и конкурентоспособность. Моя компания обладает блестящей репутацией, и я не идиотка, чтобы таким поступком ее испортить. К тому же если бы я так поступила и все раскрылась, то фирму отстранили бы от участия в тендере. Разве я стала бы так рисковать? Да Боже упаси, я сама мать троих детей!