Алена Вьюжина
Снежок тотального уничтожения

Пролог

Я стояла возле бассейна и никак не могла сообразить, а что это я здесь делаю.

Ах, да, я же решила-таки похудеть. Уже в который раз решила. А ведь общеизвестно, что плавание – это самый безопасный и легкий способ начать нагружать организм, совершенно к спортивным нагрузкам не привыкший. Если честно, то плавание – единственный вид спорта, где я, Матильда Кузнецова, не опозорюсь, а возможно и дам фору многим стройняшкам, часами убивающимся в фитнес зале.

Так, отлично. Что я здесь делаю, мы выяснили. Но почему я торчу тут одна? Почему я стою в огромном помещении в единственном экземпляре? Почему громадный зал с бассейном освещен лишь старинным торшером, стоящим в дальнем углу? Стоп! Торшер?!

Я продолжала монументальным столбом выситься у кромки бассейна и бестолково пялиться на искрящуюся воду, как баран на новые ворота. И почему на мне не купальник, а что-то вроде савана?

В странно розоватой воде поблескивали искорки, пробегали легкие волны, а на дне отражалась темная дубовая дверь, через которую я, видимо, сюда и вошла.

Нет, что-то здесь не так. Как я сюда попала? Который сейчас час? Ничего не помню, но, кажется, сейчас ночь. Так как я здесь оказалась? Влезла в бассейн ночью, проникла в запертое здание тайком? Но зачем? Чтобы не платить? Кошмар! Я правонарушительница!

И дверь на дне меня сильно смущает. Зачем она там? В зал с бассейном ведет обычная белая дверь, а в воде красуется темная, массивная… без ручки. Последняя сиротливо притулилась рядом. Ага, много от нее толку!

Внезапно меня цепкими лапами захватило любопытство. Я должна, непременно должна выяснить, что не так с этой проклятущей дверью! Все предыдущие нестыковки и непонятки разом отошли на задний план.

Решившись и боясь передумать, я ласточкой нырнула в бассейн. Ого, как я могу, оказывается! Наверняка, от погружения моей немаленькой тушки выплеснулось много воды, но наплевать на это, все равно ведь никого нет.

Ух ты, а бассейн-то неожиданно глубокий! Я плыла и плыла рыбкой, внедряясь в толщу воды и опускаясь все глубже и глубже. Приятно теплая вода ласкала мое тело. Постойте, этот бассейн безразмерный, что ли? Я плыву и плыву, а до дна все никак не могу добраться! Ах, нет, наконец-то!

А вот и таинственная дверь. Я схватилась за ручку, которая меня здорово бесила тем, что была ни к селу, как говорится, ни к городу. Я со злорадной улыбкой изо всех сил дернула ее на себя. Никаких результатов. Проклятущая ручка не поддавалась, ничего не открылось. Ну, а чего я, собственно ожидала? Ручка то существует отдельно от двери.

От досады я что есть силы пнула обеими ногами дверь. В воде это затруднительно сделать, скажете вы? Конечно, вы правы, но у меня, представьте себе, получилось!

Тяжеленая дверь неожиданно легко открылась «от себя», как, впрочем, и сообщалось на бумажке. На бумажке? В воде?! И куда открылась? В пол? В дно? Ой, да какая разница? Короче, она открылась!

Неожиданно резкий, ослепительно яркий свет ударил мне по глазам. Я отпрянула и… проснулась.

Глава 1

– Эй, тетя Мотя, за работу! Кому я говорю, Ядрена Матрена? Шевели, давай, своими жирными окороками!

Грубый, хамский окрик заставил меня подавиться сигаретным дымом.

Да, грешна, частенько балуюсь сигаретками. Жизнь у меня тяжелая, нервная, а покуришь – успокаивает. Рабочий день сегодня выдался суматошным, в нашем кафе неожиданно посетители не переводились, и официантки, Маша, Оля и я, Матильда, просто с ног сбились. Воспользовавшись тем, что едоков несколько уменьшилось, я отлучилась на улицу, чтобы покурить. И даже это приятное занятие совместила с поеданием яблока – кушать очень хотелось. Но ведь и тут в покое не оставили!

Наш менеджер, Максим Леонидович, высокий и стройный парень, вряд ли намного старше меня, высился в дверях служебного входа и с презрением кривил тонкие губы.

– Ну, живее! Спишь среди белого дня? Чем ночью-то занималась, тетя Мотя? Черте чем? Хотя, кто на тебя, корову, польстится-то? Жрала, поди, всю ночь? Да пошевеливайся ты, куча! Не я же за тебя, убогая, работать должен?

Я быстренько выбросила окурок, вжала голову в плечи и, продолжая сжимать в руке недоеденное яблоко, пошаркала на каторгу.

Внезапно мимо меня пролетел стремительный, яркий, пестрый вихрь. Фиолетовый, желтый, красный, рыжий, коричневый, белый, зеленый…

Вихрь этот неумолимо налетел на Максима Леонидовича, ухватил его за галстук, кажется, приподнял над землей и впечатал в стену здания кафе.

Стихийное пестрое бедствие неожиданно распалось и тут же сформировалось в…

– Мирочка! – ахнула я, узнавая свою лучшую подругу, которую не видела уже полгода.

Фиолетовый, желтый, красный и зеленый цвета оказались летящей одеждой девушки. Рыжий и коричневый – ее шикарной прической, окрашенной в технике «тигровый глаз». Вообще-то, модное в последнее время окрашивание делалось на темные волосы с добавлением карамельных оттенков, но Мирочка плевать хотела на правила и тенденции, и много лет ее оттенками были рыжий и немножко шоколада.

Меж тем, подруга не обращала внимания ни на мой радостный возглас, ни на меня саму. Она всецело была занята его величеством Максом Грубым.

Она, намотав его галстук себе на кулак, грозным шипением строго внушала:

– Запоминай: не тетя Мотя, не Ядрена Матрена, не корова, не куча и не убогая, а Матильда Андреевна. Понял? Отныне ты обращаешься к этой девушке уважительно, на «вы» и шепотом. А перерывы в течение рабочего дня предусмотрены Трудовым Кодексом. Тебе ясно? Если я вдруг узнаю, что ты не чтишь Трудовой Кодекс или унижаешь Матильду, я вернусь!

Я хихикнула. Трудовой Кодекс! Я даже и не подозревала, что Мирочка, ни дня в своей жизни не проработавшая, знает, что существует такой кодекс и что-то там предусматривает для работников.

Ах, да, совсем забыла рассказать о белой части составляющей бывшего «вихря». Это был белый пушистый котенок, Мирочкин любимец Снежок, который сейчас скалил на Максима Леонидовича свои неожиданно внушительные клыки, шипел и внушал ужас, не меньший, чем его хозяйка.

Честно говоря, я не понимала, почему этот хам так перепугался. Мирочку я обожала, котенок у нее был прехорошенький, но, тем не менее, мой грозный начальник дрожал осиновым листом, смотрел на мою подругу глазами загипнотизированного коброй кролика, кивал китайским болванчиком и бормотал:

– Да-да! Будет сделано. Больше ни-ни!

Кажется, нужно вмешаться, пока Максимка не описался.

– Мируся, перестань, отпусти его…

– Не мешай, Матреша, – небрежно отмахнулась от меня любимая подруга. – Ну-ка, дай!

Она отняла у меня недоеденное яблоко и приказала Максу:

– Жри огрызок!

Жертва повиновалась.

– Сожрал? Молодец, Максютка! А теперь, марш на свое рабочее место! Мотенька приступит к своим обязанностям через пять минут.

Растерявший весь свой лоск, всю хамоватость и высокомерность, Максим Леонидович нас покинул.

Мирочка мигом изменилась и просияла.

– Привет, Матреша!

– Привет, сто лет тебя не видела! Ты где пропадала, потеряшка?

– А, все дела, дела, – отмахнулась подруга.

– Какими судьбами к нам, в Подольск? Вы со Снежком покушать захотели? Но, извини, к нам с животными нельзя. Хотя, теперь ты, я думаю…

– В вашей кафешке, уж извини, даже я кушать не стану, не то что Снежок. Нет, я заехала буквально на пять минуточек вручить тебе приглашение на мое посвящение.

– Посвящение? Какое посвящение?

– Маленькое такое, простенькое посвящение, на месте узнаешь, – небрежно махнула наманикюренной ручкой Мирочка. – Оно состоится послезавтра, будут лишь самые близкие, и ты обязательно приезжай.

Я засомневалась. С подругой мы всегда встречались то у меня дома, то у нее, а если куда-то ходили, то только вдвоем. Из Мирочкиного окружения я никого не знала, ни с кем, кроме нее не общалась. Скромная официантка-неудачница из Подольска и Мирочкин круг богатых и успешных вряд ли совместимы.

– Ну, не знаю… У меня выходной послезавтра, я хотела домашним хозяйством заняться…

– Займешься в другой раз, – пожала плечами подружка. – Для меня крайне важно, чтобы ты присутствовала! И потом, очень вредно не ездить на бал, если этого заслуживаешь. Не забыла?

– Хорошо, – вздохнула я, как обычно, уступая харизматичной подруге. – Ой, слушай, мне такой странный сон сегодня приснился…

– Потом расскажешь. Извини, Мотенька, но мы со Снежком торопимся, – оборвала меня Мирочка. – Мы приехали только отдать тебе приглашение. Ты подумай, а завтра позвонишь мне и сообщишь свой положительный ответ. И тогда я расскажу тебе, как добраться.

Она передала мне очень красивую открытку, красную, отделанную кружевом. Вот ведь… И не сомневалась, что я соглашусь!

– Ладно, я подумаю…

– Вот-вот, подумай. Снежок, попрощайся с Матрешей.

И вот ведь странность с этим котенком: когда я видела его шесть месяцев назад, он выглядел точно таким же котенком-подростком. Таким же он был и восемь месяцев назад, и год, и полтора… Странно!

Я пожала деловито протянутую лапку уютно устроившегося в сумке Снежка.

Мирочка коротко чмокнула меня в щеку, ослепительно улыбнулась и, трепыхнув своими фиолетами, стремительно покинула двор-колодец.

Честное слово, любая в таких попугайских одеяниях выглядела бы, как идиотка и клоунесса. Мирочка же смотрелась феей, или эльфом. Не то, чтобы слишком худенькая, но такая легкая, ловкая, пластичная и ослепительно красивая.

Ну просто фея, как есть фея!

Девочка с удивительным именем Велемира Мерлина прочно ворвалась в мою жизнь шестнадцать лет назад и очень быстро окрасила ее во все возможные яркие цвета.

Где-то в середине сентября завуч привела к нам в класс прехорошенькую рыжую девочку с лучистыми глазами невероятного цвета морской волны.

Класс замер. Новенькая светилась энергией и потрясающей, неведомой силой, она не могла не привлечь всеобщего внимания. К тому же, девочка явно из богатой семьи: дорогой портфель, красивые туфельки, золотые сережки и прическа, как пить дать вышедшая из-под ножниц крутого стилиста. Так с кем же захочет подружиться новенькая, у которой есть все шансы стать королевой класса, а позже и всей школы?

Когда завуч вышла, девочка, ни секунды не раздумывая, направилась к моей парте, хотя свободных мест хватало, а кое-кто из учеников тоже сидел один, как и я.

Со мной намерено никто не садился, да и дружить не хотели. Кому интересна толстая, некрасивая простушка-троечница в скучной одежде? Но новенькая выбрала именно меня. Может, у нее зрение плохое?

Устроившись за партой, рыженькая уставилась на меня своими невозможными глазами и тихо сказала:

– У нас с тобой обеих имена – это что-то: я – Велемира, ты – Матильда. Нам нужно держаться вместе. Давай дружить?

Откуда она тогда знала, что я Матильда? Этим вопросом я частенько задавалась уже по прошествии нескольких лет, но тогда не придала этому значения. Тогда я лишь обрадовалась, и мы скрепили нашу зародившуюся дружбу рукопожатием.

С того памятного дня моя жизнь круто переменилась – Мирочка взяла меня под свою опеку.

Более непохожих друг на друга девочек природа, наверное, еще не создавала. Мы были полной противоположностью одна другой: Мирочка умница и отличница, а я – противоположность. Я некрасива и похожа на крестьянскую дочь, а Мирочка совсем наоборот и похожа на маленького эльфа. Она всеобщая любимица, а я снова полная противоположность.

Надо сказать, что благодаря покровительству Мирочки, мой рейтинг в классе несколько вырос, а ее ничуть не пострадал из-за нашей дружбы. Ее любили все: одноклассники, учителя, родители, старшеклассники, животные из нашего зооуголка, и даже бродячие собаки оборачивались на улице и умильно смотрели ей вслед. Мирочка воспринимала свою популярность, как должное, в королевы не рвалась, поддерживала со всеми ровные отношения, никого не выделяла, а дружила только со мной.

Меня по-прежнему называли в классе тетей Мотей, но радовало уже то, что гораздо реже и скорее по привычке, нежели издевательски. Противные детки сначала пытались и Мирочкины имя-фамилию склонять: называли Велькой – дочкой Велеса, упорно произносили «Мэрлина», а не «Мерлина», явно намекая на легендарного волшебника. Но Мирочке эти глупости были по барабану.

Благодаря моей подруге нас вообще старались не задевать. Нет-нет, Мирочка не дралась, даже голоса на противных школяров не повышала – они одного взгляда ее боялись!

Кстати, с теми, кому не посчастливилось все-таки доставить нам с Мирочкой хоть малейшую неприятность, обязательно случались какие-нибудь пакости, мелкие, но противные. Тогда я не обращала никакого внимания на подобные казусы. Ну не слишком сообразительной я была, а может, просто невнимательной. И вот теперь я думаю, почему такое случалось?

Итак, как я уже говорила, Мирочка взяла недотепу Мотю под свое покровительство. Причем, это касалось не только учебы и отношений со сверстниками.

Мама воспитывала меня одна. Тогда я не задумывалась о том, насколько женщине приходилось трудно, да мне много и не нужно было, ребенком я слыла нетребовательным и тихим. Но ведь требовалась еда, необходимая одежда, нужно было оплачивать счета по ЖКХ. Мамуля всю жизнь работала бухгалтером, но зарплату получала невысокую и, конечно же, постоянно ломала голову, где бы найти дополнительный заработок.

Мирочка узнала, что мать ее подруги, моя то есть, прекрасно шьет, и все разрулила. Сначала Мирусина мама заказывала наряды себе и дочке, а моя мамуся с охотой шила. Не знаю, была ли это чистой воды благотворительность, или мамины труды и впрямь нравились Мерлиным. Сомнения у меня были: вряд ли богатая семья, которая, возможно, являлась потомками тех самых великих князей Мерлиных (Мирочка не говорила, а я не интересовалась), была в восторге от шмоток, пошитых простой женщиной на старенькой машинке «Зингер». Но заказы поступали регулярно, а потом Мирочкина мама посоветовала мою своим многочисленным приятельницам. Мы начали смотреть в будущее с оптимизмом, а моя мамуля стала трепетно относиться к необычной девочке, моей лучшей подруге, так не похожей на остальных…

– Моть, ты чего? – гаркнули над ухом, и я даже подпрыгнула от неожиданности.

Потревожила меня Машка.

– Оживи, Мотя! – не унималась девица. – Понесла грязную посуду на кухню, застыла и уже минут десять стоишь тут, как стог сена со стремной мордой. Соберись, еще часок остался. Надо же доработать смену.

«Стог сена со стремной мордой»! Мерзкие девки работают со мной в кафе. И само кафе мерзкое, и начальство в нем мерзкое, и клиенты его посещают наимерзейшие! Не дают девушке воспоминаниям предаться.

Я сверилась с часами. Да, ровно семь вечера, через час моя смена закончится. Хотя, что меня дома ждет? Тоже ничего хорошего, но всяко лучше нелюбимой работы. Можно быстренько закончить домашние дела и забраться под одеяло с книгой, бутербродами или еще с чем вкусненьким. Жизнь не так уж плоха, если хорошенько подумать. А теперь, когда еще и Мирочка вновь объявилась…

Я отнесла грязную посуду и вознамерилась закончить смену в ударном труде, но воспоминания снова взяли меня в плен.

После окончания школы наши с Мирочкой пути разошлись. Нет, мы не перестали дружить и встречаться, но теперь стали делать это гораздо реже.

Моя дорогая подружка успешно поступила в Щукинское училище. Сама, кстати, без какого бы то ни было участия богатого и влиятельного отца. Мирочка была на редкость талантливой, актрисой от Бога. Но, вот удивительно, после второго курса она ушла из училища, наверное, охладела к профессии. Где она потом училась, где работала – тайна за семью печатями, но Мирочка постоянно была чем-то дико занята, а в промежутках своей активной деятельности выходила замуж и разводилась.

Всего к двадцати четырем годам Мерлина сходила в ЗАГС пять раз. Вернее, десять – развестись ведь тоже как-то надо было. Все замужества, кроме одного, были удачными, и удивительная девушка со всеми своими бывшими мужьями сохранила отличные дружеские отношения. Исключением был лишь Кирилл. Домашний тиран сразу после медового месяца вознамерился «сломать» свою свободолюбивую и своевольную женушку. Но сломался сам о ее характер. Она дала ему ногой в нос и послала лесом.

Эх, мне бы хоть сотую долю Мирочкиных волевых качеств!

Я же после школы по совету мамули отправилась на курсы бухгалтеров. Правильно рассудила моя родительница: нечего ее «красоту неписаную» людям показывать. Такое необходимо прятать. В бухгалтерии!

Курсы я закончила и даже полтора года тухла на работе за копейки, умирая от тоски среди ополоумевших теток.

А потом в моей жизни появился Сережка. Красивый, амбициозный парень из Екатеринбурга приехал покорять Москву. Столицу он, конечно же, не покорил, зато завладел сердцем Матильды Кузнецовой.

Я терялась в догадках, чего такой принц нашел во мне, неинтересной толстухе, к тому же, не обладающей ни умом, ни какими бы то ни было талантами. Но Сережка выбрал меня! И не просто выбрал, а предложил стать его женой!

Мамуля выдала меня замуж, оставила нам трехкомнатную квартиру и со спокойной душой переехала в Рязанскую область, к своему давнему кавалеру.

Не хотелось мне расставаться с мамочкой, но ведь я оставалась не одна, а с любимым Сереженькой. Впереди нас ждала долгая и счастливая жизнь, полная любви.

Так я тогда думала… Дура!

Мой муж с приятелями решили озолотиться и открыли свой бизнес, по уши забравшись в кредиты и долги. Конечно же, самоуверенные недоучки быстро прогорели. Что нам тогда пришлось пережить, может занять отдельную книгу, а мне не хочется сейчас вспоминать об этом во всех подробностях. Это были самые ужасные времена в моей жизни!

Тогда я так думала… Дура!!

Поддержать меня тогда было некому. Мамуля была далеко, Мирочкины родители уже жили в Италии, сама Мирочка как раз была замужем за макаронником, а других подруг у меня не имелось. Все тяготы мне предстояло переносить в одиночестве. Хотя, нет, при поддержке любимого мужа.

Тогда я так думала… Дура!!!

В итоге, мою трешку в хорошем районе, где прошли мои детство и юность, пришлось продать. После раздачи всех долгов нам как раз хватило на скромную однушку в Подольске.

Ниже, казалось, опускаться было некуда. Ха! Было! Мне пришлось устроиться в кафешку официанткой, а мой благоверный осел дома на диване и стал ждать, когда престижная, непыльная и высокооплачиваемая работа прибежит к нему сама. Интересно, почему ему никто не открыл страшную тайну: вакансия Президента Российской Федерации уже занята!

Я не роптала, считая, что все как-нибудь устаканится, изменится к лучшему. Ведь что главное? Главное, что мы вместе, я и мой Сереженька, любимый и любящий муж.

Тогда я так думала… Сто раз дура!

Как-то быстро обходительный, ласковый, внимательный и страстный муж превратился в отстраненного, ленивого, вечно недовольного жизнью и мной, презрительного брюзгу.

– У хорошей жены и муж успешен! Ты испортила мне жизнь!

Подобные слова я слышала каждый день и не по разу.

А потом пришло озарение. Он никогда не любил меня! Сначала ему нужны были московская прописка и квартира, а теперь еще и добытчица и бесплатная прислуга. Жену и просто женщину он не видел во мне уже давно.

Почему же мы до сих пор вместе? Почему я не развелась с этим ничтожеством? Ну, во-первых, нашу однушку в Подмосковье невозможно было разменять, а уезжать к маме и ее новому мужу в деревеньку под Рязань слишком даже для меня.

Хотя, кого я обманываю! Я до сих пор надеялась, что наши отношения изменятся. Я до сих пор любила мужа.

Тысячу раз дура!

Короче, жизнь моя была бы совсем беспросветна, если бы в ней периодически не появлялась Мирочка, а в последние полтора года еще и со Снежком, не взрослеющим белоснежным котенком. Девочка-праздник, девушка-фейерверк, женщина-огонь, она своим появлением всегда привносила в мои серые будни изрядную долю оживления и счастья.

Мужа моего она терпеть не могла, но, вроде бы, старалась этого не показывать. Сережка же боялся ее и Снежка, как чумы.

Однажды, когда мой муженек унизил меня при Мирочке, нелестно пройдясь по моей внешности, подружка выперла меня из кухни, а сама побеседовала с Сережкой. И с тех пор при ней он – сама любезность, со мной ласков, а с Миркой разговаривает на «вы» и шепотом. Я не удивлюсь, что подруга лишь зыркнула на него и тихо приказала: «Упал-отжался!». Я шучу, конечно, но с Мирки сталось бы.

Велемира, Мира, Мирочка, Мируся… Дорогая, надеюсь, что на этот раз ты вернулась в мою жизнь надолго, а не исчезнешь снова на полгода!

– Мотька! Ты окаменела?

Знакомый и, вроде бы, когда-то любимый голос вывел меня из ступора, и я осознала себя, стоящей в дверном проеме своей собственной квартиры. Интересно, давно я так вход собой украшаю?

Сережка в футболке и шортах, нечесаный, сонный и недовольный, высился напротив меня и хмурил брови.

– Долго еще торчать в дверях будешь? Покушать принесла? Я проголодался, между прочим.

– Нет, не принесла, забыла на кухне прихватить, – призналась я со вздохом. – Задумалась и…

– Чем задумалась-то, если нечем? – презрительно хмыкнул ласковый муженек. – Может, уже отомрешь, вспомнишь, что у тебя муж голодный и приготовишь хоть что-нибудь? Тебе, между прочим, еще и в комнате убрать не помешало бы.

– А сам? – вдруг неожиданно даже для самой себя проявила я неповиновение.

– Я же работаю! Целый день у компа проторчал!

Ага, и поспать не забыл. Работает он!

Да-да, мой трудяга нашел-таки себе работу. Консультантом в косметической фирме! Ну, или не консультантом, еще кем-то, я не очень в их тонкостях разбираюсь.

Сергей не бегал по офисам, впаривая теткам косметику, теперь все проходит иначе. Мой муж сидел дома за компьютером, привлекал таких же, как и он сам, лентяев и идиотов. Кажется, это называется у них «строить структуру». Она строилась не так быстро, как было обещано, великих барышей не приносила. Вернее, никаких барышей не приносила. А продукцию требовалось приобретать каждые три недели, что и делалось на мои, кровью и потом заработанные денежки.

В результате, квартира тонула в разнообразных духах-кремах-лаках. Нет, кое-чем я пользовалась сама, кое-что пыталась продать. Но кому это нужно, вот в чем вопрос. Отчаявшись сбыть с рук хоть что-то, я делала Мирочке подарки. Она, вроде бы радовалась, но то, как она принимала наманикюренными тоненькими пальчиками лак для ногтей сомнительного качества… Уж лучше я промолчу.

Да, печальная история… Но, как говорит мой муж: «Я же работаю!»,

Я с грустью оглядела поле деятельности. Приготовить ужин, перемыть гору посуды, скопившуюся за день, потом еще после ужина… Неплохо бы еще хоть немного разгрести бардак в комнате, ведь Сергей не утруждает себя даже уборкой своих собственных носков.

Ну и за что мне все это, а? О ванной, книге и вкусняшках в кровати придется забыть. Что же, видно, другого я и не достойна.

Ну и хорошо! Нет бутербродов на ночь, нет и лишних калорий.

Устав, как раб на плантации, я, наконец, закончила все дела и, еле переставляя ноги, пошаркала в ванну. Страшно подумать, но завтра предстоит еще один рабочий день!

Включив воду и сбросив одежду, я не встала сразу под душ, а посмотрела в зеркало в полный рост, висящее на двери. Ничего приятного я там не увидела.

Сразу как-то вспомнилась Мирочка с ее сильным, стройным телом и роскошными волосами. А ее лицо… Яркие губы, яркие глаза, длинноватый изящный нос, скульптурные скулы… Как после этого поверить в то, что эльфов не существует, и в моей подруге нет хотя бы примеси их крови?

А что на меня смотрело из зеркала? Толстая тушка с рыхлыми руками и большой, отвисшей грудью. А эти массивные ноги с толстыми коленками! А эти покатые мясистые плечи! Ну к чему природа создает людей с пухлыми щеками, бесформенными носами, безвольными подбородками и невразумительного цвета глазами? А волосы? Ну, ладно, волосы-то себе я сама, конечно испортила. В какие только цвета я их не красила, желая хоть как-то улучшить свою внешность. Последний – темно-русый. Внешность не улучшилась ни на чуточку, зато я получила пережженное гнездо на голове. Разве можно жить такой?

– Мотька!

Дверь в ванную распахнулась, и муж узрел совершенно голую жену. Не подумайте только, что в нем сразу взыграла страсть. Вместо этого мой любимый презрительно скривил губы и выплюнул:

– Мотька, на себя любуешься? Так нечем тут любоваться! Или думаешь, что все твои складки от любования сами собой рассосутся?

Удивительно еще, что с каждым его словом изо рта не вываливалось по жабе. Это было уже слишком! Это стало последней каплей!

Мой муженек что-то еще вякал по поводу того, что завтра ему кровь из носу нужно купить очередную партию товара, так что я просто обязана выдать ему очередные шесть тысяч, а лучше семь.

Но я, уже не обращая внимания на его кваканье, накинула халат и, четко печатая каждый шаг, прошла к телефону и набрала номер подруги.

– Матюша!

Сразу было понятно, что Мирочка рада меня слышать, но ее чуть запыхавшийся, взбудораженный голос не на шутку меня перепугал.

– Мирка, у тебя все в порядке?

– В полном! – жизнерадостно успокоила меня подруга. – У меня все отлично. Просто ты немного не во время, я работаю.

Словно в подтверждение ее слов в трубке слышался грохот, воинственный вопль Снежка и чей-то жалобный скулеж. Интересно, как это они так работают? Впрочем, сейчас это неважно.

– Я обязательно буду на твоем возвышении! Или инаугурации? Инициации? Короче, что бы это ни было, я приеду! – решительно заявила я.

Глава 2

Через день после описанных событий я ехала в непривычно пустой электричке и едва сдерживала слезы.

– Уезжаешь до завтрашнего вечера? Тебя все выходные не будет? А кто хозяйством займется, еду на два твоих рабочих дня приготовит? Или полагаешь, что я вместо тебя должен этим заниматься? Я работаю!

Такими ласковыми словами провожал меня любящий супруг. И это вместо «до встречи, любимая, я буду скучать»? Конечно, обиделся, ведь денег я ему так и не дала. Да еще и «принеси-подай-пошла вон» под рукой не будет.

– Милая девушка, у вас неприятности? Такая грусть написана на вашем юном личике!

На сидении напротив устроился высокий, худой, благообразный старичок и участливо глядел на меня блестящими голубыми глазами. И когда это он подсел? Я и не заметила. Длинные белые волосы, зачесанные назад, интеллигентные очечки, дорогой черный костюм и элегантная трость – ну не место подобному джентльмену в зачуханной электричке!

– Спасибо, у меня все хорошо, – попыталась улыбнуться я, но вышло довольно криво и жалко.

Ну зачем, зачем я еду на это Мирочкино мероприятие? Чего бы там ни намечалось, я явно буду там не ко двору. Не вписываюсь я в ее окружение!

Я с тоской оглядела свои голубые джинсы и тунику. Светлый деним делал ноги еще толще, а свободная размахайка из псевдо-шелка вовсе не скрывала лишние килограммы. Ну куда, куда я еду? На всеобщее посмешище?

– Садись в электричку и езжай по направлению к Каланчевке, – распорядилась вчера Мирочка по телефону.

Ну, еду. А дальше куда? Об этом я почему-то забыла спросить. Конечно, можно позвонить подруге, когда приеду к трем вокзалам. Но почему, почему у меня все не слава богу!

Слезы уже стояли в глазах и были готовы вот-вот вырваться наружу.

Нет уж, не буду тут ныть и позориться перед симпатичным отзывчивым дедулей! Но тут, как назло, нахлынули воспоминания о вчерашнем позднем вечере.

Сергуня был в душе, когда мне пришло смс-сообщение. Думая, что это Мирочка забыла что-то сообщить мне, я схватила телефон и только тогда поняла, что ошиблась. У нас с мужем одинаковые трубки, сообщение пришло ему.

Я не шпионю за супругом, не роюсь в его компьютере и телефоне, но переписку я уже открыла.

«Мой пушистик, перезвони мне, когда твоя корова заснет. Целую, твоя Зая».

Ну и как вам подобное?

Слезы таки прорвали плотину и ничем не сдерживаемым потоком хлынули по щекам, размывая макияж и, струясь вниз по шее, стекали за ворот блузы.

Наверняка, я была сейчас похожа на мымру с распухшим носом и грязной мордой. Но мне было все равно. Я плакала бурно, даже с некоторым удовольствием, с хлюпаньем и стонами.

– Дитя мое, не плачьте! – закурлыкал старичок напротив. – Нет такой проблемы, над которой стоит так убиваться и которую нельзя решить. Вот, держите, вытрите свое милое личико…

Я с благодарностью приняла белый кружевной платочек, трубно в него высморкалась, а потом принялась утирать свое «милое личико», то есть, кошмарную физиономию.

Дедуля еще что-то щебетал с ласковой и хитрой улыбочкой, но я уже ничего не слышала.

Сначала я оглохла, потом потеряла способность что-либо видеть. Затем – думать и, наконец, лишилась чувств.

Какой-то частью своего почти отключившегося сознания я чувствовала, что меня несет куда-то, сквозь тьму. Несет бережно, плавно, покачивая, словно на волнах. Потом осторожно опускает на что-то мягкое, пахнущее древесиной и хвоей.

И все, больше я ничего не чувствовала…

– Матреша, просыпайся! – вкрадчивый, тягучий голосок медом пролился в мои уши.

Я открыла глаза и увидела улыбавщуюся Мирочку с сияющими глазами и, конечно же, с неизменным Снежком под мышкой.

Я огляделась вокруг. Большое помещение с бревенчатыми стенами, пучки сухой травки по углам, деревянная мебель и, представьте себе, самая настоящая русская печка.

Ваша покорная слуга возлежала на высоком ложе под ярким лоскутным одеялом. Разглядывать обстановку в подробностях я не стала, самое время задать вполне обоснованный вопрос:

– Где я?

– В загородной резиденции Ванды Злобиной, в Бесовом лесу! – радостно сообщила Мирочка.

Я обвела взглядом паклю, торчащую кое-где между бревен, старорусскую обстановку, еще раз печку и пучки сушеных травок. Ага, резиденция…

– А где этот Бесов лес?

– Матюш, можно сказать, что он нигде, – выдала замечательную фразочку моя дорогая подружка.

– Мяу! – подтвердил Снежок, но получилось у него как-то не по-кошачьи.

Видя непонимание на моей физиономии, Мирочка снизошла до объяснений:

– Понимаешь ли, Бесов лес сокрыт от посторонних глаз, его нельзя увидеть, сюда нельзя войти. Вернее, увидеть-то можно, но лишь магическим зрением. Обычные люди никогда это место не найдут. Ну, как Хогвардс, помнишь? Сюда могут попасть лишь магически одаренные.

– А я, стало быть, как раз такая одаренная? – включилась я в шутку и приняла сидячее положение.

– Нет, Матреша, не обижайся, но одаренная – это не про тебя, – необидно рассмеялась подруга. – Но ты здесь по моему приглашению. Именно здесь будет проходить мое посвящение.

Странно, вроде бы, она не произносила никаких мудреных слов или фраз на неизвестном мне языке, но, тем не менее, я совершенно ничего не понимала. Ладно, может, потом пойму.

– Но как я здесь оказалась? Ничего не помню, – призналась я. – Хотя, нет, кое-что припоминаю. Как ты и велела, я села в электричку, поехала на станцию «Каланчевская», по дороге разревелась, как дура. Дедок, что сидел напротив дал мне платок, я стала утирать слезы-сопли и… И все, провал! Платочек был пропитан усыпляющим веществом?

– Нет, не было никакого вещества. Платок – это телепортатор, – доверительно сообщила мне Мирочка, а затем выдала нечто и вовсе несусветное: – Не обижайся, Матюша, но старичок – это Ванда.

– Старичок Ванда? А, раз так, то все понятно.

Кажется, моя красавица рехнулась, а сумасшедших лучше не раздражать.

– Ну да, Ванда Злобина, моя наставница, Баба-яга…

– Какая еще Баба-яга?! – видимо, не получится у меня спокойно реагировать на заскоки подруги. – Какая Баба-Яга?

– Да вот, такая, как я! – мелодично заявила невесть откуда появившаяся женщина. – Баба-Яга – это я!

Меньше всего черноволосая яркая красавица лет сорока-сорока пяти была похожа на старую ведьму из сказок. С каждой минутой я чувствовала себя все большей дурой.

– Я Ванда Злобина. А ты Матильда, подружка моей дорогой девочки? – меж тем продолжала зрелая красавица. – Мирочка мне очень много о тебе рассказывала. Это я предложила пригласить тебя на посвящение. Думаю, моей красавице будет приятно видеть на своем празднике близкую подругу, а не только меня, старую печную заслонку. Мотенька, держи-ка. Надень, в этом ты должна будешь присутствовать на посвящении. Все, девочки, вы болтайте, готовьтесь, но не задерживайтесь. Посвящение начнется ровно через час.

Мне выдали белую хламиду с вышитыми по подолу красными рунами. Я когда-то увлекалась рунами, неплохо их знаю, но таких еще не встречала. Одежда была бы простой и невзрачной, если бы не ткань: легкая, словно летящая, полупрозрачная. К слову сказать, на Мирочке была точно такая же хламида, только сочно-фиолетовая, с желтыми рунами. Хозяйка «резиденции» красовалась в черной с красной вышивкой.

Ванда вышла, а Мирочка поднялась с кровати, где сидела до этого возле меня.

– Ладно, ты переодевайся, причесывайся, короче, прихорашивайся, приводи себя в порядок. А мы со Снежком пока приготовим тебе тонизирующий отвар. Тебе нужно взбодриться – ночка предстоит веселенькая. Тебе понравится! Правда, Снежик?

– Мяу! – подтвердил пушистый очаровашка.

На этой оптимистичной ноте подружка со своим любимцем скрылась за печкой и деловито загремела какой-то утварью.

– Ты можешь мяукать, как нормальный кот? – донеслось до мня вскоре ее приглушенное шипение. – Постарайся!

– Мяу!

– Плохо постарался! Нужно не произносить «Мяу» человеческим голосом, а мяукать по-настоящему. И веди себя, как обычный кот! По крайней мере, пока. Не стоит пугать Мотю сразу…

Странные разговоры моя любимая подруженька ведет с котиком!

Я одевалась, причесывалась и одновременно старалась разобраться во всем происходящем. В принципе, если попытаться рассуждать здраво, всему необъяснимому можно найти логичное объяснение. Мирочка натура деятельная, она постоянно нуждается в новых впечатлениях, действиях, развлечениях, пусть подчас самых немыслимых. Ей просто стало скучно, вот и заказала в каком-нибудь агентстве, устраивающем праздники, это так называемое посвящение в ведьмы. Молодая Ежка Ванда – ведущая мероприятия, она будет нас развлекать. А мне не разбираться, что к чему стоило бы, а благодарить подругу, ведь она обо мне не забыла, пригласила развлечься на ее празднике.

Появилась Мирочка с глиняной дымящейся кружкой, а вместе с ней вплыл чудесный ягодно-цветочно-травяной аромат.

Пока я наслаждалась восхитительным обжигающим напитком, и впрямь очень бодрящим, подруга вводила меня в курс дела.

– Пришла пора, Матреша, все тебе рассказать, расставить все точки над «ё». Возможно, ты иногда замечала во мне нечто странное. Я и сама подмечала, но в детстве не обращала на это внимания, считала вполне обычным. Дело в том, Матюша, что я ведьма, причем, с рождения. Как я уже говорила, в раннем детстве я не обращала внимания на свои особенности, когда они вдруг проявлялись, да и редкими они тогда были, не очень ярко выраженными. Я все осознала, когда мне исполнилось шестнадцать лет, и поначалу не знала, что со всем этим делать. А потом я встретила Ванду, и она стала мой учительницей, наставницей. Правда, особенно перетруждаться ей не пришлось, так, лишь пробудить и подтолкнуть мои врожденные таланты, а дальше все само собой пошло-поехало. Короче, это очень долгая и интересная история, и когда-нибудь я тебе обязательно все-все расскажу. Сейчас нет времени, поэтому буду краткой. Сегодня ровно в полночь состоится мое посвящение. Вообще-то, ведьма я с рождения, давно уже проявленная, к тому же, в основном одиночка, и никакие посвящения мне не нужны. Это Ванда решила устроить мне праздник – она очень ко мне привязалась и захотела сделать мне приятное, и тебя решила пригласить. Матюша, сегодня ты будешь присутствовать на самом настоящем посвящении! Вот увидишь, тебе понравится, время проведем замечательно. Эх, подружка, ты даже не представляешь, сколько мне тебе нужно рассказать…

Ее слова прервал гонг, гулким звоном прогремевший на всю округу и внутри моей черепной коробки. Это, похоже, служило сигналом, потому как Мирочка встрепенулась и просияла, казалось, не только лицом, но и всем телом.

– Пора!

Мы вышли из домика и спустились по шаткому деревянному крылечку «загородной резиденции».

Я вдохнула упоительные запахи ночного леса, и вдруг сзади раздались подозрительные скрип, треск и, вроде бы даже приглушенный стон. Слегка испугавшись, я обернулась и чуть не рухнула на землю.

Избушка, казалось, сделалась намного выше. Постойте-ка… Да ба, избушка покоилась на… огромных куриных лапах!

Я хихикнула. Ну, Мотя, ты и чудо! Поверила в домик Бабы-яги, стоящий на ногах исполинской несушки? Ай да агентство! Все продумали, надо же, какие креативные! Интересно, на что они еще пойдут, чтобы удовлетворить запросы богатой, взбалмошной клиентки? Соорудят из живого крокодила Змея Горыныча?

– Пойдем, – дернула меня за руку Мирочка. – Не обращай на избушку внимания. Хотя, жалко ее, конечно – старенькая уже, артрит мучает. По-хорошему, ее бы надо отправить на курорт, но Ванде все не досуг. Нам пора, Мотя, Ванда ждет.

Нас окружали темные деревья, сквозь их ветви светила полная Луна, а невдалеке, метрах в двухстах от избушки, на небольшой полянке горел костерок. Пахло вокруг так, как может пахнуть только лес на исходе лета. Как чудесно!

Я тяжко вздохнула. Сколько раз за последние пять лет я выбиралась на природу? Погулять, отдохнуть, за грибами-ягодами, да господи, просто на шашлыки! Сосчитать оказалось легко – ни разу! В последние пять лет я только и делала, что работала, чтобы хоть как-то обеспечить своего благоверного. А еще убивалась на ниве домашнего хозяйства, дабы угодить ему же. Черт возьми, как же безрадостно прошли эти годы!

Я чуть не прослезилась, преисполнившись чувством благодарности к своей замечательной подруге. Она не забыла меня, решила провести со мной, а не с кем-то еще свой праздник, вытащила меня из болота в эту умиротворяющую красоту! А я еще удивлялась чему-то, усмехалась про себя, сетовала на ее ребячество. Да пусть Мирочка творит, что вздумается! Пусть играется в ведьму и какое-то посвящение, пусть называет Ванду Бабой-ягой и воспринимает хибару, посаженную на искусственные курьи лапы, как живой организм! Пусть разговаривает со своим котом, требуя, чтобы тот нормально, по-кошачьи мяукал! Пусть варит зелья и делает вид, что летает на метле! Пусть! А моя задача – поддерживать ее во всем и быть благодарной за эти часы отдыха и веселья в чудесном лесу, пусть даже подруга и называет его Бесовым.

Тем временем мы вышли на поляну, где у костра нас ждала серьезная и прямая, как натянутая струна Ванда.

Массовица-затейница что-то бросила в костерок, и огонь взметнулся почти до небес, распыляя искры во все стороны.

– Матильда, дорогая, сядь вон туда и молчи, что бы ты ни услышала, что бы ни происходило, – звенящим голосом попросила меня Ванда, указывая рукой на нечто, похожее на расстеленную шкуру. – Велемира, дитя мое, подойди ко мне!

Взметнув летящими одеждами и гривой роскошных волос, моя подруга приблизилась к «наставнице», а я уселась на шкуру и стала наблюдать за действом. Интересно, как будет проходить «посвящение»? Что придумали хитроумные креативщики?

Снежок преданно устроился у ног своей хозяйки, а Ванда воздела руки к небу и начала:

– Именем Огня и Воды, именем Воздуха и Земли я призываю сюда Свидетеля посвящения моей ученицы! Освящу ее огнем, омою ее водой из трех разных источников…

Свои слова актриса подтверждала действиями: запалила от костра самодельный факел и обвела им кольцо вокруг Мирочки, после чего окатила мою подругу и ее котика водой из бадьи. Дальше слова с делом тоже не расходились.

– Пусть овеют ее все восемь ветров!

И, представьте себе, ветер налетел со всех сторон света, за несколько секунд совершенно высушив мокрую «посвящаемую» и Снежка.

– Пусть сама мать-Земля будет ей опорой и поддержкой!

И земля под нами загудела, содрогнулась и успокоилась, словно подтверждая, что просьба ею услышана.

Ванда меж тем продолжала:

– Пусть возьмет Велемира Многоликая мудрость змеи, легкость лисицы, быстроту стрелы и молнии, беспощадность меча! Пусть оденется она щитами надежными, укроется пологом невидимым, облачится в колдовские доспехи! Свидетель, ты здесь? Слышишь ли ты меня и клятвы Велемиры, исполнительницы воли Великой Магии?

Я чуть было не ответила: «Слышу, слышу!», но не успела. Мне показалось, или за деревьями стоит высокая человеческая фигура в бесформенном балахоне с капюшоном?

Где-то что-то громыхнуло, и я вздрогнула.

– Многоликая, клянешься ли ты быть беспощадной к врагам своим и врагам Великой Магии? – вопросила женщина у Миры.

– Клянусь! – на полном серьезе ответила та.

– Клянешься ли соблюдать и хранить магические законы?

– Клянусь!!

– Клянешься ли ты быть защитницей достойных, тех, кто нуждается в твоей защите и помощи?

– Клянусь!!!

– Да свершится! Да свершится! Да свершится! – проорала Ванда, и, кажется, посвящение закончилось.

А что, интересненько получилось, достоверно, красочно. Ай да Ванда! Постаралась на совесть! И, наверное, она владеет техникой гипноза. Похоже даже на то, что она очень сильный гипнотизер. Даже я, давно не верящая в чудо и скептически настроенная, оторопела от налетевших отовсюду ветров и «реакции матери-Земли» на заклинание. А уж появление таинственного «свидетеля» и вовсе сначала вогнало меня в оторопь.

Но знаете, мне игра понравилась. Давно я так н веселилась. Да что уж там, ТАК я не веселилась никогда! Мирочка тоже была довольна. Вон глаза как сияют, и правда, по-ведьмински.

Ну а потом началась самая настоящая развеселая, разудалая вечеринка. Мы пили замечательное горячее вино со специями, смеялись, болтали, как безумные плясали вокруг костра. Причем, совсем без музыки, аккомпанементом служило наше разнузданное пение. Это было, как полет, как освобождение от оков, от всех условностей, навязанных социумом и самой моей невеселой жизнью.

Мне было так здорово, что я не заметила, когда это мы успели напиться, словно хрюшки.

А ночь все не кончалась…

Утомленная и захмелевшая, я прилегла на шкуру и попыталась, не улыбаясь слишком глупо, наблюдать за Мирочкой и Вандой.

Подружка моя была уже не с нами. Точнее сказать, физическое ее тело находилось здесь, рядом, а вот все остальное витало в каких-то своих, неведомых другим мирах. С отстраненным видом она смотрела в никуда, сквозь нас, сквозь деревья, сквозь костер, сквозь время и пространство. Она что-то тихонько напевала себе под нос и кружилась, кружилась в диковинном танце, похожая на красивую, легкую и беззаботную бабочку.

Ванда в это время копошилась чуть вдалеке, возле деревьев, но мне ее действия были по барабану, за Мирочкой наблюдать было гораздо интереснее.

Удивительно, сколько она может так танцевать? Неужели не устала? Я, например, уже просто клюю носом. Стоит прикрыть глаза и все, засну. А может, правда подремать чуток?

Нет, нельзя вот так вырубаться. Нужно сказать Мурочке… пардон, Мирочке, что… Мои веки медленно опустились…

Встряхнувшись, я протерла глаза. Подруга все еще танцевала, Ванды возле деревьев уже не было. Но зато между двух стволов виднелась… дверь, а рядом с ней, буквально в воздухе зависла… ручка!

Я опять помотала головой, но видение не исчезло. Может, в вино добавили какие-нибудь галлюциногены?

Загадочная дверь очень напоминала ту другую, из моего недавнего сна про бассейн. Только эта не была деревянной. Дверь словно состояла из сгустков светящегося тумана

Несмотря на абсурдность ситуации, мое видение так и манило, просто-напросто принуждало разъяснить его.

Я пару раз падала обратно на шкуру, пытаясь подняться. Круто погуляли! Но все-таки я встала и нетвердой походкой побрела к интересующему меня объекту между деревьями.

Надежды, что видение исчезнет, не оправдались. Дверь и ручка все так же завораживали, таинственно мерцали и даже словно подрагивали. Глюк мой оказался стойким.

Я подалась вперед, чтобы лучше разглядеть явление, а возможно и пощупать. И тут, совсем как и в моем сне, ослепительный свет ударил меня по глазам. Как и в том сне, я собралась было отпрянуть, но в этот момент кто-то сильно толкнул меня в спину, и совершенно ослепшая Матильда Кузнецова, ваша покорная слуга, со свистом полетела вперед.

Я летела и летела, по-прежнему ничего не видя. Словно огромный пылесос засасывал меня в свои недра. Я летела и летела до тех пор, пока не ударилась обо что-то головой и, кажется, отрубилась…

… Бедная моя головушка болела со страшной силой. Это сколько же я выпила? Да уж, лучше периодически и по чуть-чуть, чем редко и метко. А еще лучше совсем ни-ни.

Я осторожно ощупала лоб и обнаружила на нем здоровенную шишку. Так это не от вина! Вернее, не только от него. Если память мне не изменяет, то я треснулась башкой со всей дури. Только где и обо что?

Я открыла глаза и первым, на что наткнулся мой затуманенный взгляд, была каменная влажная стена. Ну и где я?

Кое-как встав на четвереньки, я подняла взгляд выше и увидела на стене факел, тускло освещающий небольшое квадратное помещение.

Каменные стены, каменный пол, из «обстановки» – ведро в углу и широкая деревянная скамья.

Это что, игра продолжается? Ну и что же за этим последует?

Лучше бы я не задавалась таким вопросом!

С лязгом и скрежетом открылась тяжелая железная дверь. Я посмотрела на огромную фигуру, высившуюся в проеме, и завизжала от ужаса.

Минотавр!!!

Глава 3

– Пошли, ведьма, тебя ждет его величество Версин Реоран! – прорычало чудовище.

Ого, говорящий минотавр!

Я нервно сглотнула, но тут же обругала себя. Мотя, ты дура! До того втянулась в спектакль Мирочки, что всерьез подумала, что мифический мужик с бычьей башкой явился пообщаться с тобой?

Да и не так уж он похож на минотавра. Просто роста внушительного, в плечах поперек себя шире, ну и лицо красотой не блещет. Но не бычье же! И не рога у него на голове, просто шлем такой. Ладно, если игра продолжается, то пора и мне в нее включаться.

– Прямо таки сам король ждет? – делано изумилась я, выпучивая глаза. – Ну, хорошо, идем. Правда, есть одна загвоздка – я не ведьма.

– Поговори еще у меня! Не ведьма она, – пробасил мой новый знакомый и погрозил мне копьем. – Давай на выход! И без глупостей!

Отлично он играет свою роль, не выходит из нее ни на секунду, хоть мы и вдвоем.

За дверью нас поджидал еще один верзила, правда, чуть ниже ростом.

Мужики, похожие в своих рогатых шлемах на раскормленных викингов, пропустили меня чуть вперед, а сами плечом к плечу встали за моей спиной. Так мы и пошли: я впереди, мои конвоиры чуть сзади.

Желая задать мне нужное направление, они ткнули в меня остриями своих копий. Легонько, конечно, но все равно неприятно.

– Эй! – возмутилась я. – Могли бы и вежливее обходиться со мной, как-никак я подруга клиентки.

– Молчи, или проткну! – пригрозили мне.

Ну разве можно так рьяно выполнять свою работу?

Мы поднялись по мрачной винтовой лестнице и неожиданно так резко оказались на свету, что сначала я даже зажмурилась.

Потом открыла глаза и присвистнула. Ослепительным здесь было все. Пол, стены, потолок, позолота повсюду. Солнечный свет лился в многочисленные окна – просто варварское великолепие! Кстати, если уже день, то сколько же времени я была в отключке?

– Как у вас тут дорого-богато! – отметила я, но мои провожатые в этот раз на контакт не пошли, и меня снова ткнули копьем. Достали!

Некоторое время побродив по коридорам, мы, наконец, остановились перед решетчатой дверью из золотистого металла. И тут красота!

Один из быкоподобных мужиков открыл решетку, и мы вошли в маленькую комнатку.

– Поехали! – рыкнул мой сопровождающий.

– Он сказал: «Поехали!» и махнул рукой… – не удержалась и напела я, но и этим не расположила к себе угрюмых мужиков.

Каково же было мое изумление, когда мы дернулись, а потом и в самом деле медленно поехали наверх. Хотя, чему тут удивляться? Я что, лифта никогда не видела? Ладно, надо возвращаться в игру.

– У короля есть лифт? – изображая дурочку, захлопала я ресницами. – И как же работает этот механизм?

– Какой механизм? – шмыгнув носом, отозвался один, тот, что пониже. – А, механизм подъемника! Да обыкновенно работает. Внизу колесо, когда нужно, его люди крутят, и подъемник двигается… Так, молчи, ведьма! Тебе не удастся нас околдовать, у нас металлические шлемы!

– У вас металлические лбы, – огрызнулась я. – Не собиралась я вас околдовывать! Я не ведьма, ошибочка вышла!

– Молчать!

Вот в такой дружеской, непринужденной обстановке мы и поднимались медленно и плавно. Поднимались куда?

Наконец, мы доехали и вышли сразу в огромный зал, во сто крат более роскошный, чем все виденные мною внизу коридоры вместе взятые.

Его величество, а вернее, актер, исполняющий роль короля, восседал на шикарном троне, таком же шикарном, как и его королевское одеяние.

А что, очень даже подходящего актера подобрали. Несколько полноватый, кажется, среднего роста, лет тридцати пяти или чуть старше. Ухоженное лицо было румяно и свежо, а яркие полные губы капризно и надменно поджаты, взгляд скучающий. Ну, ни дать ни взять, пресыщенный роскошью и праздностью монарх, привыкший к всеобщему повиновению и восхищению его царственной персоной.

– Ну, наконец-то! – капризным, но приятным тенором приветствовало нас величество. – Ванда непозволительно задержала заказ! Повесить бы ее, а потом еще и четвертовать. Ну, да ладно, пусть живет и восхваляет мое милосердие. Итак, ведьма, ты знаешь, зачем ты здесь?

Я отвесила шутовской поклон, настолько низкий, насколько позволяли излишки жира на животе и талии.

– В принципе, я догадываюсь. Но вы ошибаетесь, ваше величество, я не ведьма.

– Я?! Я ошибаюсь?! Да как ты смеешь, исчадие ада? – истерично взвизгнул, как его там? Версин Реоран?

– Давайте еще разок, ваше величество, – примирительно проговорила я. – Я не исчадие ада и не ведьма…

– Я ошибся?! – продолжало истерить величество.

– Ну, хорошо, не вы. Ванда Злобина ошиблась, – пошла я на уступки, но и это не помогло.

Лицедей порозовел, как ранняя редиска, вскочил с трона и принялся топать ногами и выражать недовольство и свой высочайший гнев. Эк его пробрало! Так и психом недолго стать, с такой-то профессией. Или удар заработать.

Тут откуда ни возьмись, появился сухонький старичок. Как из пола вырос, честное слово. Может, за троном до этого прятался?

Так вот, сушеный грибок бесстрашно приблизился к беснующемуся королю и что-то зашептал ему на ухо.

Странно, но тот очень скоро успокоился. К нему вернулся обычный цвет лица, дыхание пришло в норму, и, откашлявшись, его величество уселся обратно на свой трон и проговорил уже снова приятным тенором:

– Почтенный Кирс сообщил мне, что все ведьмы рьяно отрицают то, что они ведьмы. Но я и тебя прощаю, недостойная. Король Версин Реоран велик и добр!

Я благодарно склонила голову, пряча улыбку и еле сдерживаясь, чтобы не расхохотаться в голос. Нет, ну как играет, стервец, как играет!

Явный будущий претендент на премию «Оскар» между тем продолжал:

– Ванда прислала тебя для того, чтобы ты, используя свои колдовские силы, вызвала в мой дворец леди Джейсу Беар…

– Зачем? – невежливо перебила я, а правитель почему-то смутился.

– Мы никогда не встречались, но говорят, что она очень красива, умна и богата. Я жениться на ней хочу – какой же король без королевы? И мне наследники нужны, много наследников.

– Ну а почему сами к ней не поедете? Поговорили бы, предложили ей руку, сердце, титул королевы…

– Так она за морем живет, в далеком Акагале. А море то опасное, там страшные чудища водятся. И леди Беар, скорее всего, обо мне ничего не слышала, мы не знакомы, – доверительно, почти как нормальный человек, сообщил его величество, но тут же опомнился: – Не перечить королю! Я повелеваю, чтобы ты вызвала сюда леди! Такова моя королевская воля!

– Но я не умею, я не ведьма, – напомнила я. – Вынуждена отказать вам в помощи.

– А если откажешься, тебя будут судить по обвинению в колдовстве и потом казнят! – вновь начал беситься мужчина.

Спектакль, конечно, спектаклем, но мне этот «погорелый театр» уже начал надоедать. Не хочется Мирочку расстраивать и прекращать весь этот балаган, но, извините уж, суд и сожжение на костре, пусть даже и ненастоящие, мне не по душе. А кстати, где Мирочка?

Ну что же, будем колдовать.

– Так и быть, я совершу магический обряд по вызову вашей желанной, – милостиво проговорила я и понесла тарабарщину: – Для обряда мне понадобятся следующие травы: кривобок тонкогубчатый, гусиный ершик, растатуйка ступенчатая и мармышка зонтичнокрылая.

Я думала, что мне приволокут пук какого-нибудь сена, я для вида прошепчу над ним что-то вроде «абра-швабра-кадабра» и все, от меня отстанут. Ага, не тут-то было!

Старичок Кирс пожевал морщинистыми губами, после чего недоуменно сообщил:

– У нас не растет ничего подобного. Я лекарь, но даже и не слышал об этих растениях.

– Плохо, – покачала я головой. – Ладно, тогда я отправляюсь на улицу и буду искать там заменители.

– Хорошо, ступай во дворцовый сад, – распорядился король.

Я обрадовалась. Пошляюсь по улице, осмотрюсь, отдохну от этой пьесы абсурда, может, Мирочку наконец-таки найду.

И снова облом!

– Глаз с ведьмы не спускать! – приказало его королевское величество, и мои прежние конвоиры снова приклеились к моей скромной персоне.

– Матильда, – непонятно зачем, сообщила я.

– Что? – не понял король.

– Вы все время называете меня ведьмой, а между тем, у меня имя есть, Матильда.

– Хм, – хмыкнул монарх. – Кажется, Ванда называла другое имя, не помню какое… Впрочем, мне без разницы. Ступай, ведьма!

Хам!

Шлялась я под конвоем четырех мордоворотов. Видимо, двух уже имеющихся показалось недостаточно. И плюс еще три страшенные псины.

Нет, поймите меня правильно: я очень люблю собак, но эти… Монстры какие-то: глаза злющие, красные, из пастей слюни капают, сами огромные, черные, лохматые! Эти адские собаченции сразу меня невзлюбили. Так и зыркали своими кошмарными глазюкам, ворчали недовольно, явно подозревая меня во всех смертных грехах. Мне так и казалось, что стоит сделать одно неосторожное движение, и зверюги вмиг разорвут меня на части.

Да даже и псы эти не так меня напрягали. Пугало другое, а именно, место, где я оказалась.

Мамочка моя дорогая, я ничего не понимаю! Где я?

Здание, из которого я вышла, оказалось невероятно роскошным белокаменным дворцом. Блин, сколько же денег угрохала моя подруга на свою развлекуху, арендуя подобное место? Впрочем, у богатых свои причуды.

Сад, в который меня отправили, зеленел, благоухал и пестрел разнообразными пышными цветами, диковинными роскошными деревьями. И было очень тепло, даже можно сказать, жарко. Но ведь на календаре почти осень, уже кое-где желтеют листочки. Конечно, в лесу вчера тоже не было холодно, но…

Так где я все же нахожусь?

Внезапная догадка заставила меня покрыться липким потом. Я в какой-то другой стране с очень теплым климатом! Значит, вчера меня, хмельную и бесчувственную тушку, погрузили в самолет и доставили сюда.

Блин! Я в чужой стране, без денег, без документов, во вчерашней белой хламиде, без нижнего белья! Караул!

Ой, а ведь завтра на работу! Я не успею вернуться!! Меня уволят!!!

– Где ваша заказчица?! – дурниной заорала я.

– Кто? Заказчица? – грубо переспросил один из моих сопровождающих. – Какая еще заказчица? Ты нашла свои дьявольские травы? Быстрее ищи, сколько можно с тобой ходить!

Да тут одни хамы!

Я скоренько надергала первые попавшиеся под руку растения и двинулась к замку, намереваясь как можно скорее закончить очередной спектакль палаты номер шесть.

– Отведите меня туда, где никто не помешает свершению Великой Магии! – потребовала я, едва вернувшись в зал, где король прямо маялся от нетерпения.

Вот, даже словечки вспомнила – Великая Магия. Для убедительности. Но его величество Версина Реорана это не проняло.

– Еще чего! – брезгливо поморщился он. – Откуда нам знать, что ты в одиночестве начаруешь? А ну как призовешь на мой дворец полчища своих дружков-демонов. Нет уж, колдуй здесь, под нашим присмотром! Скажи, что еще тебе надо, и это тут же принесут.

Ну, идиот! Честное слово, идиот, хоть и симпатичный. А то настоящая ведьма не призовет демонов, совершая ритуал под присмотром несведущих. Ой, о чем это я? Это ж игра! Я уже так втянулась, что начинаю верить во весь этот бред. Ну ладно, если им так хочется, если это предусмотрено сценарием, то устрою им тут шоу!

– Мне нужен котел, факел, какой-нибудь крепкий алкоголь, кусочки угля и сера. Надеюсь, все это у вас есть? – деловито выступила я. – И откройте все окна в зале – может сильно вонять.

Когда все приготовления были закончены, я начала свое магическое шоу.

Поставила небольшой котелок посреди зала, выложила по дну древесный уголь, от души полила из кувшина мутной жидкостью, очень похожей на самогон, подожгла. Передала факел лакею, подхватила пучки сорванной травы и набрала в легкие как можно больше воздуха.

– Ой-ё-хо! Майя-ха! Кварза по! Бумбара, чуфара! Ухкирдык моргулык! Еваджионик, Каррабаррас!

Выкрикивая первые пришедшие на ум идиотские словечки, я, дура дурой, скакала вокруг котелка, размахивала руками, трясла головой, вскидывала коленки и время от времени подбрасывала на угольки то траву, то серные кристаллики.

– Какбальяк, игушис, перрикас! Умьяна сигурда тьянис!

Воняло страшенно, похоже, я создала оружие массового поражения. Все присутствующие кашляли и лили слезы. Так им и надо! Сами напросились! Я и сама дышала уже с трудом. Из последних сил выкрикнула для верности:

– Барбамбия киргуду!

И успокоилась, остановилась, обняла себя руками, опустила на грудь голову и постояла так пару минут.

– Ну, вот так как-то, – скромно сообщила я, окидывая взором всех присутствующих, на которых мое выступление произвело неизгладимое впечатление.

– А леди Беар где? – глупо спросил король. Вот зануда!

Я вздохнула.

– Быстро только кошки родятся, а в таком серьезном деле все решает время. Нужно немного подождать, денек-два, не больше. Ну, я могу быть свободна?

– Еще чего! – возмутился король. – А если ты меня обманула? Посидишь пока в подземелье, пока моя невеста не появится!

Вот черт! Я девушка тихая, не злобливая, даже нерешительная, боязливая и безответная. Но тут уж и я начала закипать. Правда, решимости закатить скандал лицедеям-маньякам надолго не хватило, и я смиренно спросила:

– Поесть хотя бы дадите?

– Разумеется, – величественно кивнуло величество и приказало двум стражникам: – Отвести ведьму в прежний застенок!

Мы втроем почти уже вышли из зала, когда я услышала, как король отдает распоряжение:

– Отнесете ей блюда с моего стола, да не скупитесь. Пусть последние дни своей жизни несчастное создание проведет в сытости…

О чем это он?

Вскоре я с тоской обозревала уже знакомую унылую стену камеры. Что за фантазии такие дикие – держать девушку в сырой убогой тюряге?

Правда, еду принесли быстро. Ну, хоть этим порадовали. Мясо, овощи, фрукты, хлеб, сыр, вино… Вот от последнего увольте! Спасибо, выпила уже вчера и оказалась не пойми где, не пойми зачем и, самое главное, не пойми на сколько. Вот поела я с удовольствием, впрочем, как и всегда.

Когда все харчи закончились, я поджала под себя ноги, постаралась удобно устроиться на жесткой скамье и уставилась унылым взором на противоположную стену.

Когда же все это закончится? Конечно, вчера мне поначалу игра казалась забавной. Но сколько же можно? Мне все меньше нравится моя роль. Да и не могу я здесь долго находиться в таком непотребном виде, немытая, уставшая.

Господи, помоги, мне же завтра к восьми утра на работу! Успею ли я вернуться к началу смены? Да и как вернусь, без документов-то?

Страшно подумать, что устроит мне муж, когда я все-таки вернусь! Остался один, голодный, бардак опять, поди, развел.

И где, в конце концов, Мирочка?!

Как где? Помяни черта… Вот же она, из стены вываливается! Ой!

Слушайте, я не шучу: она и в самом деле вывалилась из стены! На бок упала, но Снежка своего из подмышки не выронила!

Я стряхнула с себя оцепенение, вскочила со скамьи и бросилась к подруге.

– Мирка, ты где пропадала?! В какой мы стране? Что за спектакль ты затеяла?

И тут до меня кое-что добрело окончательно.

– Мирочка, но как… ты, это… из стены… Как так?

Мируся сгребла меня в охапку, усадила обратно на нары, присела рядом сама и серьезно заявила:

– Мотя, ты должна поверить во все, что я тебе сейчас скажу! Это очень серьезно, поверь! Это не игра, мы в параллельном мире. Молчи! Я же сказала, верь мне! Не бойся, я нас отсюда вытащу, чего бы мне это ни стоило. Мотя, сосредоточься и слушай меня! Если хочешь жить, молчи, ни во что не встревай. Что бы я ни творила, что бы ни говорила, не встревай и молчи! Поняла?

– Да, но как? Что это?!

Снежок серьезно посмотрел на меня своими зеленющими глазами и рявкнул:

– Тебе молчать велели, вот и молчи! Ой… Мяу!

– Да ладно, теперь уже незачем фальшиво мяукать, – усмехнулась Мирочка и направилась к двери.

А я окончательно перестала хоть что-либо понимать.

– Откройте дверь, идиоты, болваны, бездари, лентяи! Живо открывайте, или я тут все разнесу к чертям собачьим! – буянила Мирочка, колотя ногами по двери моей камеры.

Получалось оглушительно. Железом у нее что ли сапожки подбиты?

Очень скоро за дверью послышался топот, лязг засовов, а потом дверь открылась, явив нам двух крайне недовольных стражников, кстати, все тех же.

– Чего буянишь, ведьма проклятая? – прорычал один и осекся, заметив, что число пленниц как-то неожиданно увеличилось вдвое.

– Какая я тебе ведьма, недоумок? – прогремела моя подруга, пригвоздив мужиков к полу взглядом.

– К-кто в-вы? – заикаясь, спросил второй идиот.

– Я леди Джейса Беар! Или вы еще кого-то ждете?

– Но как вы здесь оказались?

– Придурок! Где ведьма находится, там вызываемый объект и появляется. Отставить разговорчики! Немедленно отведите меня к королю!

Я восхищенно смотрела на подругу. Вот что значит порода! Воистину королевское величие! Надменный взгляд, горделивая осанка, повелительный тон, уверенность в собственном превосходстве – такому нигде не научишься и за деньги не приобретешь, это дается от рождения. Вот бы и мне так!

– Матильда, вам все же лучше пока остаться здесь, – уже совершенно другим тоном сказала мне «леди Беар». – Отдыхайте, пока мы с его величеством ведем переговоры.

Мирочка в сопровождении перепуганных тюремщиков ушла, а я некоторое время просидела в оцепенении, совершенно не шевелясь и даже, кажется, не моргая.

Значит, мы находимся в каком-то другом мире? Невозможно! Но знаете, я почему-то безоговорочно поверила Мирочке – с такими серьезными вещами не станет шутить даже она. Как такое возможно? Что нам теперь делать? Куча вопросов роилась в моей голове, а ответов на них не находилось.

Внезапно на меня навалилась дикая, просто смертельная усталость. Не хотелось волноваться, двигаться, думать, вообще ничего не хотелось, только спать, спать, спать. Как там в «Унесенных ветром» говорилось? Я подумаю об этом завтра? Вот-вот, именно завтра. Все завтра.

Я свернулась на скамье калачиком, подложила ладони под щеку, блаженно закрыла глаза и через пару секунд уже спала…

… Мы с королем Версином бежали по залитому солнцем лугу, держась за руки. Две бегущие толстенькие тушки – не самое изящное зрелище, но мы чувствовали себя необыкновенно легкими. Наверное, это от счастья, переполнявшего нас.

Мы бежали, смотрели друг на друга и совсем не глядели под ноги. Какая разница, куда наступаешь? Меня больше привлекали светящиеся любовью голубые глаза моего спутника, чем травки, цветочки и порхающие вокруг бабочки. А его волновали лишь мои глаза, излучающие чувства, ничуть не меньшие, чем его.

– У тебя бабочка в волосах! – воскликнул мой любимый, останавливаясь.

– И у тебя! – улыбнулась я, любуясь мужчиной.

Какой же он красивый! Ну, если честно, то не то, чтобы очень: невысокий, полноватый, несколько женоподобный, малость коротконогий. Но у него на лбу аршинными буквами написано: «Я добрый и нежный». Как бы не старался он спрятаться под маской капризного самодура, внутренний свет никуда не спрячешь. Да, именно этот самый внутренний свет и делал Версина Реорана невероятно красивым.

Мы даже не заметили, когда наши улыбки переросли в счастливый смех. Так мы и стояли: взявшись за руки и глядя друг другу в глаза, смеясь, как беззаботные дети.

– Мотя! – позвали откуда-то сбоку, наглым образом вклиниваясь в наше счастье.

Сережка! Метрах в пятидесяти от нас стоял мой муж и, как обычно, недовольно и с претензией смотрел на меня.

Господи, у меня же супруг есть, я замужняя дама, а любуюсь тут посторонними королями!

– Я люблю тебя, Мотя! – серьезный тон Версина отвлек меня от Сергея, и я снова посмотрела в добрые голубые глаза.

– Я тоже, – не стала врать я, а позади мой супруг все вел свою партию:

– Мотька! А ну быстро на кухню! Где обед и порядок в доме? И где, наконец, деньги на очередную партию косметики? Я должен работать, а ты не даешь!

Я раздраженно обернулась к наглецу. И с чего это я раньше считала его прекрасным принцем? Длинный, тощий, с идиотской стрижечкой, с губками куриной попкой и взглядом тупого, ни к чему не стремящегося и ни к чему не годного барана!

– Хьюстон, у нас проблема! – тряхнул меня за плечо король Версин.

– Что? – не поняла я.

Любимый вцепился сильными пальцами мне в плечи и принялся трясти изо всех сил. Он тряс меня и тряс, пока я… не проснулась.

Рядом со мной на скамье сидела удивительно серьезная Мирочка, а Снежок удобно устроился на ее плече и орал:

– Хьюстон, у нас проблема!

Подруга была похожа на грозовую тучу, и лишь ее необыкновенные глаза цвета морской волны горели ярой решимостью.

– Снежик, хватит уже долдонить, Мотя проснулась! – прикрикнула она на своего неугомонного говорящего котенка. – Матреша, давай, сгребай мозг в кучку и слушай меня. У нас и в самом деле проблемы. Я поговорила с королем и…

– И что? Он не поверил, что ты леди Беар?

– Да нет, все прошло на высшем уровне, без сучка и задоринки. Правда, Снежок мимоходом навалял пару раз люлей противным собаченциям, которые нагло шляются по саду и замку, но они сами виноваты, вот пусть теперь и ходят с проплешинами. А еще король сначала удивился тому, что я слишком молода. Дело в том, что леди Беар уже пять раз побывала замужем…

– Прямо, как ты! – нервно хихикнула я.

– Я, между прочим, просто разводилась, а наша милая леди ухитрилась пять раз стать вдовой, – огрызнулась подруга. – Не женщина, а Джейса-катафалк! Вот его величество и удивился, почему это я такая молодая. Но ты же меня знаешь, я обладаю даром убеждения. Короче, мы договорились сыграть свадьбу через две недели. А пока я поживу здесь, в замке. Тебя я беру в свои помощницы и требую относиться с почтением и уважением к той, которая устроила мою судьбу и призвала к будущему мужу…

– Постой, постой, – перебила я подругу. – Не верю своим ушам! Ты что, согласилась выйти замуж за короля из другого мира?

– А что мне еще оставалось делать? И мое согласие вовсе не означает, что я на самом деле стану здешней королевой. Я посчитала, что нам нужно как-то продержаться здесь две недели, ведь раньше Ванда портал открыть не сможет.

– При чем здесь Ванда? – недоуменно вопросила я. – И вообще, почему я здесь оказалась? А ты как сюда попала?

– Сейчас расскажу все по порядку. Времени навалом – пока нам с тобой приготовят покои, – пообещала подруга и вдруг прямо выплюнула: – Ванда – мерзость!

Правда, Мирочка выразилась более резко и конкретно, но я не хочу тут сквернословить.

И вот, что я узнала от подруги.

Ванда Злобина и в самом деле современная Баба-яга. Она не только, как любая Баба-яга, является проводником между миром живых и миром мертвых, но еще и проводником между другими параллельными мирами. Она может открыть любой портал, свободно перемещаться по магическим мирам и еще перемещать туда-сюда кого угодно.

Ванда – существо крайне беспринципное, жадное и ради собственной выгоды пойдет на все. Она уже давно зарабатывает тем, что переправляет женщин из мира в мир по заказу богачей. Цели бывают разные: рабство, замужество, принесение в жертву при колдовских черных обрядах… Мирочка первая ведьма из нашего мира, которую заказали Ванде.

Она никогда не обманывала своих заказчиков, но вот беда: к Мирочке ведьма по-настоящему привязалась, даже полюбила ее. Тем не менее, бабка-Ежка не могла не взять золото Версина, это было выше ее сил. Жадность, знаете ли, иногда тоже болезнь.

Вот Ванда и затеяла это Мирочкино посвящение, настояла на приглашении подруги. А я подходила ей для этого по всем параметрам: закомплексованная, несмелая неудачница. Это Ванда толкнула меня в спину тогда, в лесу!

Очнувшись утром, Мирочка не обнаружила меня и здорово перепугалась. Они со Снежком хорошенько потрясли Ванду (зная мою подругу, я представляю масштабы этой «тряски»!). Вот колдунья во всем и призналась, покаялась, передала Мирочке плату короля (я подозреваю, что та сама ее отобрала) и еще кое-что, и переправила их со Снежком сюда.

По каким-то причинам, непонятным даже для Мирочки, в следующий раз портал можно будет открыть лишь через две недели.

– Я не понимаю эту Ванду! – призналась я, немного подумав. – Зачем ей понадобилось переправлять сюда меня вместо тебя? Почему она за тебя так переживала? Ты ведьма, легко соединила бы короля с его леди и преспокойненько отправилась бы домой через две недели. Думаю, ты даже плату за свою работу у Ванды не забрала бы.

Мирочка грустно улыбнулась.

– Не все так просто, Матюша. Я еще не все тебе рассказала. Главная проблема не в описанном ранее. Давай-ка я лучше начну, так сказать, от печки.

Не знаю, весь ли этот мир, или только его часть называется Ритера. Область владений короля Реорана зовется Гастаной. Так вот, лет двадцать назад, когда наш король и королем-то еще не был, почти на границе Гастаны с другим государством, в заброшенном замке на скале Туманов поселился страшный и кровожадный дракон.

Все эти годы чудовище держит владения короля Вэрсина в страхе, устраивая всяческие беды и разрушения. Каждый месяц, к Полнолунию, дракону отвозят откуп: золото, драгоценности всякие, продукты. А каждый год, тоже подгадывая к Полнолунию, ящерице-переростку требуется отдавать на съедение девушку. При малейшем неповиновении со стороны гастанцев случается беда.

Откуда-то стало известно предсказание, что если дракон сожрет настоящую ведьму, он то ли отравится, то ли подавится. Однако, на всеобщую беду, в Гастане нет ведьм. Так, есть слабенькие предсказатели, бабки-повитухи, лекари, но они за ведьму вряд ли сойдут.

Мотенька, ты понимаешь, о чем я говорю? Ведьма Версину понадобилась не только для вызова леди Беар. Жертву и ежемесячную дань требуется отправить уже через два дня… Ванда, которая обо всем этом знала, отправила в Ритеру не меня, свою любимицу, а тебя…

– Что? Меня дракону? Не хочу! – взвизгнула я.

– Тише! Я тоже не хочу, – успокоила меня подруга. – Именно поэтому я поставила королю условие: когда повезут жертву дракону, я тоже туда поеду, а в противном случае не будет никакой свадьбы.

– Мерлина, ты рехнулась! – икая, пролепетала я.

– А что мне прикажешь делать? – огрызнулась Мирочка. – Спокойно отправлять тебя на съедение дракону?

– Нет! – быстро и решительно отказалась я. – Но можно же было что-то еще придумать. Например, мы могли бы потянуть время. Пусть бы тот дракон разъярился, ну, побуянил бы немного, подумаешь! А мы бы через две недели отправились через портал в наш мир.

– Нет, Мотенька! – покачала головой моя лучшая подруга. – А как же Гастана, ее невинные жители? Как же весь этот мир? Помнишь, Мотя, на посвящении я поклялась защищать и оберегать всех, кто во мне нуждается? И пусть это посвящение было чистой фикцией, но я не нарушаю клятвы, не в моих правилах оставлять в беде ни в чем не повинных людей! Брось, Матреша! Пока не знаю как, но я разберусь с этим драконом! Как раз успеем туда-сюда к открытию портала. В крайнем случае, задержимся еще на две недели, подождем, когда Ванда в следующий раз нам портал откроет.

– Мирка, окстись! Ты против дракона!

– Да что я, с каким-то драконом не справлюсь? – небрежно отмахнулась от меня Мирочка.

Нет, ну она точно свихнулась!

Глава 4

День отъезда на Скалу Туманов неминуемо приближался, и хоть я скучала в одиночестве (Мирочка со Снежком вечно где-то пропадали), а каждый час тянулся, как на войне – за три, дни в общей сложности пролетели незаметно.

Не скажу, что я безропотно и спокойно ждала часа «Х». Идеи по собственному спасению, одна гениальнее другой, роились в моей бедной головушке. Например, можно было заныкаться где-нибудь во дворце, а потом сигануть в открытый подлой Вандой портал. А что? Всего-то без малого две недели и подождать придется. А еще можно воспользоваться тем, что я – приближенная «леди Беар», и за мной не так уж бдят, и сбежать из дворца. Пусть поищут «ведьму». Были и другие, не менее «блестящие» идеи, но, как вы понимаете, все они были нереальные. Да и не решилась бы я действовать самостоятельно, окаянства бы не хватило.

С каждым часом я становилась все более унылой и дерганой, а затея подруги спасти мир и погубить проклятого дракона казалась мне сумасшедшей и невыполнимой. Честно говоря, сама Мирка тоже казалась мне сумасшедшей, причем на полную голову. Но куда мне было деваться? Не боец я, товарищи, не боец!

В ночь перед отъездом я не могла заснуть, невеселые размышлизмы переполняли мою голову. Я мучилась, дергалась и ворочалась в постели, как будто меня блохи жрали, и уже близка была к мысли о самоубийстве, когда все-таки забылась глубоким сном…

– Мотя, просыпайся! – тихий, но требовательный голосок беспардонно пытался выдернуть меня из объятий Морфея.

Я почему-то была уверена в том, что я на работе, в раздевалке заснула, а кто-то из девчонок задался мыслью не дать мне отдохнуть.

– Отстаньте, мегеры! – пробормотала я, даже не собираясь разлеплять веки. – Я двое суток без отдыха пахала…

Но мегеры и не думали оставлять меня в покое, а принялись безжалостно трясти за плечо. Не встану, нипочем не встану!

Тряска прекратилась, но зато на грудь мне плюхнулась тушка и вполне ощутимо тяпнула меня за нос! Пришлось подчиниться и открыть глаза.

На мне сидел Снежок и ехидно блестел зеленющими глазами, а Мирочка, уже одетая в свои кожаные брючки, куртку и футболку, стояла возле моей кровати.

Добро пожаловать в реальность, тетя Мотя! Ты вовсе не на работе, а в замке короля Версина, в совершенно чужом мире под названием Ритера, и мы вот-вот отправимся к дракону в лапы! Боже, зачем?! А затем, что Мирка так решила, чтоб ее… Люди, помогите!

– Мотенька, вставай, пора в дорогу! – бодро проговорила Мирочка, словно собиралась в Диснейлэнд. – Быстренько одевайся, позавтракаем, и в путь.

Я натянула принесенное платье и уныло оглядела себя в зеркале. Надо сказать, что сидела на мне походная одежда вполне неплохо: полуприлегающий верх, широкие рукава и свободный низ, то ли юбка, то ли широкие брюки. Короче, то, что нужно в дорогу: немарко, удобненько и даже красиво. Но я не обольщалась. Нарядили меня, скорее всего, вовсе не для того, чтобы сделать девушке приятное, а чтобы умаслить дракона. Вот, мол, смотри, супостат наш дорогой и прожорливый, кто у нас для тебя есть – девушка, вкусненькая, не только жирненькая, но еще и нарядная. Ты уж оцени наши старания, драконушка, не губи!

– Причешись, – менторским тоном потребовала Мира, протягивая деревянный гребень. – Настоящая женщина и в дороге должна выглядеть сногсшибательно.

– А зачем, если мы все равно помрем? – меланхолично протянула я, но гребень все-таки взяла и, чтобы сделать подруге приятное, попыталась облагородить воронье гнездо на своей голове.

Мирочка весело рассмеялась:

– Прямо как в идиотском бородатом анекдоте: «– Поехали! – Куда? – В морг. – Так я еще не умер! – А мы еще и не доехали!». Матильда Кузнецова, бросай свои черные мысли! Нельзя жить в страхе! Ну, во-первых, мы пока еще не у дракона в лапах, значит, в ближайшие дни точно не умрем.

– Очень ты меня этим утешила! – сарказм ядом капал с моих губ. – Какая разница, сегодня или несколькими днями позже?

Веселье слетело с моей подруженьки, как унесенное ветром. Честно говоря, при взгляде на Мерлину мне стало даже немного страшно.

– Матреша, слушай, что я тебе скажу! – приказала она. – Я вообще не намерена погибать, и тебе не позволю! Не знаю пока, что делать с этим драконом, но я уверена, что мы справимся и не пострадаем. Что касается короля Версина, то его судьба меня не заботит. Он меня вообще бесит, самодовольный, спесивый, ленивый царек!

Ну, тут я с Мирочкой не согласилась бы. Его величество симпатичный, а что характер отвратительный, так каким ему еще быть, при воспитании в лучших дворцовых традициях? Но признаваться в том, что король мне вообще-то нравится (тайно, разумеется), я постеснялась и, принимаясь за завтрак, поинтересовалась:

– Мирусь, а все-таки, как ты собираешься справляться с драконом? Не то, чтобы я сомневалась в тебе, но все же, ты и дракон… Ну, чем занимаются современные ведьмы? Гадают, снадобья разные варят, привораживают-отвораживают, насылают порчу-сглаз на провинившихся?

– Ну, бывают ерундовые задания, что-то типа дежурства, – кивнула Мира. – Например, когда ты мне звонила, чтобы сообщить, что приедешь на инициацию, мы со Снежком как раз вправляли мозги одному из участников идиотской передачи «Дуэль магов». Обнаглели, понимаешь ли, эти шарлатаны! Поучаствуют в постановочных шоу, и ну строить из себя великих волшебников и дурить доверчивый народ. А настоящим магам вменяется в обязанность выводить таких аферистов на чистую воду, доступными и гуманными методами заставлять понять, что они поступают дурно.

Ага, гуманными! Я вспомнила услышанные тогда в трубке жалобные вопли, грохот и звуки борьбы. Очень гуманные методы!

Мирочка меж тем продолжала:

– Но подобные задания бывают редко, а вообще, моя работа гораздо серьезнее. Твоя подруга, Матюш, состоит на службе в Ордене боевых магов, командует отрядом, где одни мужики, матерые такие силовики.

Час от часу не легче! Чем больше узнаю свою подругу, тем больше понимаю, что ничего о ней не знаю! Нет, то, что у нее под началом с десяток мужиков, меня не удивляет – Мирочка есть Мирочка. Но боевой маг… Такие существуют не только на страницах моих любимых фэнтези? Моя милая, хрупкая, похожая на прекрасного ангела, моя утешительница во всех превратностях судьбы Мирочка – маг-смертник? Как в сказке – чем дальше, тем страшнее.

– Боевой маг? – пикнула я. – И что, работы хватает?

– Даже с избытком. Ты даже не представляешь, какие бывают ситуации, сколько всего случается такого, что недоступно не магу. Но я для чего все это говорю? Не хвастовства ради, не для того, чтобы показать свою крутость и силу, ведь, в конце концов, моя заслуга тут не велика, я родилась уже такой. Мотюшка, я просто хочу заставить тебя поверить в то, что ничего страшного с нами не случится, я позабочусь о нашей безопасности.

Легко ей успокаивать! Она-то, может, и боевой маг, а я-то всего лишь обыкновенная женщина, трусливая, толстая, закомплексованная неудачница.

– Мир, объясни мне, дуре…

– Никогда не смей обзывать себя дурой! – вызверилась подруга.

– Ну хорошо, не дуре. Но объясни, зачем тебе потребовалось вмешиваться? Протянули бы время, а потом ушли через портал домой. Не все ли равно тебе, что произойдет с этим, совершенно чужим для нас миром?

– Не все равно, Мотя, – тихо, но весомо произнесла Мира. – Борьба со злом сидит глубоко во мне, в крови, в каждой клеточке моего тела. Для меня это также жизненно необходимо, как дыхание. И неважно, какому миру это зло угрожает! А еще я чувствую, что я обязательно должна отправиться к Скале Туманов. Там произойдет что-то такое… Не знаю, как это объяснить. Ты, конечно, можешь спросить, почему я тебя тащу за собой в опасное путешествие, а не оставляю здесь, во дворце. Да, я могла бы объяснить королю, что дракону нужна я, а не ты. Но в таком случае ты могла пострадать, ведь получается, что ты обманула его, назвавшись ведьмой.

От возмущения я даже не сразу смогла подобрать подходящие слова:

– Да… Как? Это я-то назвалась? Да я твердила попугаем, что я не ведьма, но попробуй этому упертому величеству что-то доказать!

– Вот, а осознав свою ошибку, он впадет в ярость. Короли, знаешь ли, очень не любят чувствовать себя дураками, и еще больше – обманутыми. Теперь уже поздно объяснять, что я не Джейса Беар, а ты не ведьма. Поверь, неведение короля нам только на руку. И потом, я чувствую, что и тебе эта поездка принесет нечто удивительное.

– Чего удивительного может со мной приключиться? Только беды и неприятности. Это же я, Мотя, – мрачно буркнула я, на что Мирочка небрежно пожала плечами.

– Откуда я знаю? Я же боевой маг, а не ясновидящая.

– Не дрожи, Мотька! – не переставая поглощать сырое мясо, подбодрил меня Снежок. – Все будет хорошо! Я же с вами и защитю… защищу от любой опасности

Несмотря на весь трагизм ситуации, мне стало смешно:

– Вот уж утешил! Что ты, малыш, можешь сделать?

– Ты даже не представляешь, что! – мурлыкнул котенок, вгрызаясь в очередной лакомый кусочек.

Остаток завтрака проходил в молчании. Вернее, завтракали-то Мирочка со Снежком, причем, с удовольствием. Я же больше не смогла запихнуть в себя ни кусочка. Эх, мне бы раньше такой плохой аппетит! Давно бы похудела, глядишь, и жизнь моя по-другому сложилась бы.

Голос вошедшего слуги обрушился на меня, словно Домоклов меч:

– Леди Беар, его величество и сопровождающие ожидают вас и ведьму на улице.

Нас и в самом деле ждали. Несколько вооруженных до зубов мужиков помогали возницам, проверяя, все ли погружено. Король Версин важно расхаживал по двору и, кажется, чувствовал себя героем и победителем драконов. Старый Кирс угодливо семенил рядом со своим повелителем. А это что такое? Да ба, карета! Роскошная, двуместная карета, запряженная великолепными белыми лошадьми в дорогой сбруе. Ну не может его величество без понтов!

А его величество галантно поклонилось, подало Мирочке руку и выдало:

– С добрым утром, моя дорогая. Ума не приложу, зачем вы изъявили желание участвовать в этой поездке, но ваше слово для меня закон. Прошу в карету, моя дорогая леди.

«Леди» фыркнула, руку не приняла, сунула свой острый нос внутрь королевского экипажа, осталась, видимо, недовольна и, повернувшись к «женишку», спросила:

– Я должна ехать в этой карете?

Король опешил.

– Да, леди Джейса, вместе со мной.

– А где поедут Матильда и все остальные? – продолжала допрос Мирка.

Король озадачился еще больше, явно не понимая, куда клонит его будущая жена.

– Ну, я как-то не думал об этом. Возницы, надо полагать, в телегах, а остальные верхом.

– Значит так, я еду, как все, неважно, верхом или в телеге.

– Но почему, Джейса? Как-то это неправильно, – пикнул было король, но Мирочка была неумолима.

– По моим правилам следует заботиться о своих подчиненных, то есть подданных, и уважать их. Скоро ваши подданные станут моими, и я не могу позволить относиться к ним, как к существам низшего сорта. Будет только справедливо, если и я не буду нежиться в карете. Я смотрю, вместе с грузом ехать не получится – места нет, так что прикажите подать лошадь и мне. Впрочем, дорогой Версин, вы король и привыкли к удобствам, так что вы вольны путешествовать в карете.

Непонятные демарши подруги напугали меня не на шутку. Во-первых, упоминание, что подданные Версина скоро станут ее, очень недвусмысленно, если учесть, что леди Джейса Беар уже пятерых мужей похоронила. Его величество может подумать, что она просто охотится за титулами, богатствами, землями, а ненужных супругов на тот свет отправляет. Чего доброго, решит избавиться от преступной невесты. Ну ладно, может, подобные мысли и слишком сложны для его понимания, но вдруг король-самодур осерчает на капризную и непокорную невесту и останется вместе с ней дома. А меня, бедную и несчастную повезут дракону на съедение. Не то чтобы я так уж была уверена в победе подруги над зловещим ящером-переростком, но с ней все-таки как-то спокойнее.

К моему глубочайшему удивлению король Версин отнесся к выкрутасам будущей супруги весьма спокойно. Злиться и показывать, кто здесь главный, не стал, а велел привести ему и леди Джейсе коней. Он тоже собрался ехать не в карете, а верхом. Браво, Версин, вы делаете успехи! Глядишь, так скоро и человеком станете.

Стоит отметить, что на своем великолепном белом жеребце его величество смотрелось чертовски здорово. Я залюбовалась. Красавец, просто красавец! Толстоват, конечно, немного неловок, ну так ведь и я не амазонка.

Ну, а Мирочка, как всегда была Мирочкой. Игнорируя предложенную помощь, вскочила в седло, устроила перед собой Снежка, изящно обернулась ко мне вполоборота и спокойненько заявила:

– Мотя, не стой столбом! Раньше уедем – быстрее вернемся.

Угрюмый мужик указал корявым пальцем налево и буркнул:

– Вон твоя кобылка, ведьма. Самую тихую тебе подобрали, самую низкорослую.

Я посмотрела туда, куда указывал дядька, и у меня подкосились ноги. Тихая, низкорослая? Да мерзавец издевается! Огромное, высоченное чудовище недобро косилось на меня темным жутким глазом и явно замышляло что-то недоброе.

– Ну! – меня нелюбезно подтолкнули в спину, и я невольно сделала пару шагов вперед, чудище приподняло верхнюю губу.

– Нет! – в ужасе взвизгнула я. – Я боюсь! Я лучше в телеге поеду, как груз!

– Мотя, не говори ерунды, – попыталась вразумить меня Мирочка. – Посмотри, телеги перегружены, ты не поместишься. А если и поместишься, то по дороге вывалишься.

– Пешком пойду! – теперь у меня тряслись еще и руки.

– Не идиотничай, – не унималась Мирочка. – Ты быстро из сил выбьешься, нам ведь не полчаса ехать. Ты хоть попробуй забраться на свою милую лошадку, сразу поймешь, что все гораздо проще, чем тебе кажется. Ну, посмотри, какая она милая, какие у нее смешные мохнатые ножки!

Ага, легко ей говорить!

– Ведьма, живо залезай в седло, или тебя к нему привяжут! – потерял терпение король и грозно сдвинул брови.

Кто-то из провожающих грубо ткнул меня копьем в спину, и я подчинилась. Лучше уж попробовать, чем быть продырявленной или всю дорогу болтаться, как поклажа. Может, верховая езда не так уж сложна и опасна?

Ну-ну, Мотя! Ты сначала заберись на кошмарное животное. Едва я с опаской приблизилась к кобыле, как она отошла. Я последовала за ней, мерзавка снова отошла, повернула ко мне голову и, можете не верить, издевательски и угрожающе усмехнулась!

Мирочка соскочила на землю, подошла к своенравной скотине и что-то зашептала ей на ушко. Та, положив голову собеседнице на плечо, внимательно слушала, а потом согласно закивала. Интересно, моя подруга с кем угодно может договориться? Ах, ну да, она же ведьма!

– Давай, потихоньку, полегоньку, – уговаривала меня эта самая ведьма. – Одну ногу в стремя, вторую перекидывай, а рукой за луку держись…

Сначала вторая нога никак не хотела перекидываться, но потом дело, вроде, на лад пошло. Или это Мирка своей магией помогла? Так или иначе, я таки оказалась на лошади. Правда, лежа на животе, но и это уже прогресс.

– Отлично! – похвалила меня подруга. – Ты прирожденная наездница! Теперь выпрямляйся…

Последовать ее совету я не успела, потому что скотина подо мной встрепенулась, всхрапнула и понеслась во весь опор. Под радостное ржание всех собравшихся на улице, я завизжала, зажмурилась и вцепилась в жесткую лошадиную гриву и смирилась с судьбой, уповая лишь на то, чтобы удержаться в седле, а не сверзиться с огромной высоты на землю и не свернуть себе шею.

Ветер свистел в ушах, подлая лошадка неслась во весь опор. Сколько километров мы так миновали, я не знала, но наверняка много. Я, сообразив, что смерть мне пока не грозит, немного успокоилась и решилась открыть глаза.

Оказалось, что мы даже еще не выехали из города. Рядом со мной ехала Мирочка, ее конь шел спокойным шагом. Как так получилось?

– Молодец, Матильда! – похвалила меня подруга. – Пока привыкай, а чуть позже поскачем быстрее.

Ехала наша компания так: впереди – три воина, за ними сплоченной кучкой я, Мирочка, король и старый Кирс, потом следовали два груженых доверху обоза, и замыкали процессию еще три вооруженных всадника. Правильно, безопасность короля и груза прежде всего. Правда, я подозревала, что такая усиленная охрана объяснялась еще и необходимостью следить за ведьмой, то есть мной. А ну как наворожу и сбегу! Конечно, Мирочке удалось убедить короля, что я добровольно согласилась пожертвовать своей жизнью и погибнуть в пасти дракона ради спасения этого государства. Вероятность того, что коварная ведьма может выкинуть какую-нибудь пакость у них еще оставалась, но относились ко мне все-таки с большим доверием, чем раньше.

Его величество тоже относиться ко мне стал несколько по-другому, и время от времени бросал на меня взгляды, которые, как мне казалось, были почти благодарными и уважительными. Мне даже дозволялось участвовать в беседе, что, согласитесь, уже прогресс, если вспомнить, как меня при дворе приняли в самый первый день.

Первое время мне, конечно же, было не до разговоров, я лишь слушала, как нежно щебечет с Мирой король, в красках расписывая их скорую свадьбу и дальнейшую счастливую жизнь. Мне же не до их воркований было. Тут бы не свалиться с лошади, которая, как мне казалось, так и норовила из-под меня выскользнуть и вообще, вела себя как-то егозливо. Неужели нельзя спокойно идти? На мощеных улицах города было еще не так страшно, но стоило въехать в лес… Почему за двадцать лет никто не додумался построить ведущую прямо к замку дракона ровную, удобную дорогу? Неужели нельзя было все это безобразие заасфальтировать? Ведь не все же прирожденные наездники. Я, например.

Но, как говорила незабвенная секретарша Верочка из «Служебного романа»: «Можно и зайца научить курить». Вот и я через каких-нибудь два-три часа приноровилась к ходу своей лошадки, и уже не тряслась в седле, как мешок с сеном. Лошадка больше не норовила выскользнуть из-под своей горе-наездницы, и вообще, она стала мне казаться довольно милой. Конечно, участвовать в скачках в качестве жокея я пока бы не стала, нестись галопом не решилась бы, но прогулку нормальным лошадиным шагом вполне могла вынести.

Я наконец-то соизволила осмотреться вокруг и не смогла скрыть восхищенного вздоха. Создавалось такое впечатление, что я оказалась в лесах Средиземья. Вроде бы, обычный лес, но нет – полное ощущение, что еду по выдуманному Толкиеном мире. Даже птицы пели как-то по-особенному, даже запахи витали совершенно не такие, как в наших лесах. Я с головой окунулась в эту атмосферу волнующей нереальности и, честно говоря, высматривала в траве и между деревьями волшебных существ.

Насладившись прекрасной природой, я решила включиться в беседу. Нет, меня совсем не интересовали планы наивного, обманутого моей подругой короля Версина. Меня интересовала гораздо более ценная информация.

– А скажите мне, почтенный Кирс, – обратилась я к старику-лекарю, слегка и изящно, как мне думалось, поворачиваясь к нему. – Скажите, как так получилось, что у вас не осталось ни одной ведуньи?

– Да, меня это тоже интересует, – поддакнула Мирочка.

– Ну, историй и легенд много, – отозвался старик-травник. – Наверняка, леди Беар, у вас на родине полным-полно всяких историй.

– Историй-то навалом, но соответствует ли хоть одна истине? Я считаю, что люди сами виноваты в том, что перевелись все чародеи. Заболел живот, забеременела какая-то дура, куда бегут? К бабке-знахарке. За приворотом, наказанием обидчика – к ведьме. Засуха и нужно спасать посевы? Куда побежим? К колдунье, поклонимся ей нижайше. Но вот если корова сдохла, или муж охладел, или жена стала сварливой, народ ведь не ищет причины в себе, ему надо обвинить кого-то другого. А кого обвинить? Ведающих! И неважно, стара она и мудра, или молода и красива. Она, только она виновата во всем! Почему? А потому что не такая, как все. Убить ее, изгнать, сжечь вместе с ее проклятым домом! Тут сразу все хорошее забывается. Я, конечно же, не видела ни одной ведьмы и, честно говоря, никогда не интересовалась их историей, но теперь, познакомившись с Матильдой, поняла, что мы, люди, сами уничтожили чудо.

– Я согласен с вами, миледи, – кивнул старый Кирс. – Люди слишком зависимы от общественного мнения, боятся идти против толпы, подчас, ведут себя, как стадо баранов, но они таковы, каковы есть, легко внушаемы, у них в крови первобытный страх предков перед необъяснимым и удивительным. Еще с детства я помню одну печальную легенду, которая, как я думаю, и положила начало гонения на ведьм.

– Расскажи, Кирс, – благосклонно разрешил король. – Дамам будет интересно.

– Когда-то давным-давно, когда наш мир еще не был разделен на государства, в небольшой деревне на территории современной Гастаны жила очень красивая и невероятно могущественная светлая колдунья. Зла она никому никогда не делала, но зато добрые дела ее можно было хоть ведрами черпать. Карина, так звали ту ведьму, лечила людей, животных, деревья. Она управляла погодой и рассчитывала благоприятные дни для каких угодно действий. Список дарований и благих деяний Карины можно было продолжать бесконечно, но была у нее еще одна способность – она могла превращать камни в золото. Естественно, зная алчную природу людей, благородная колдунья держала этот свой дар в тайне. Открылась она лишь своему возлюбленному, который служил главным конюхом у короля. Ведьмы, как правило, одиноки, но Карина готова была пожертвовать всем ради любимого, даже своими силами. Но конюх предал ее. Поддавшись на обещания короля сделать его своим первым советником, недостойный возлюбленный Карины выдал ее тайну. Он доложил правителю, что помимо такой простой, хоть и полезной бытовой магии, она умеет превращать камни в золото, а также не только заглядывать в будущее насколько угодно далеко, но и менять события в нем. Алчный король после откровений конюха мигом вообразил себя, купающимся в несметных богатствах. Он мнил себя в будущем завоевателем других миров и единоличным их властителем. Дело было за малым – захватить ведьму Карину, поселить ее в замке, подчинить и заставить работать на процветание короля!

– Мерзкий гнойный прыщ! – процедила сквозь зубы Мирочка.

– Совершенно верно, леди Беар, – согласился Кирс. – Очень недостойная личность правила тогда, но человек слаб.

– Нечего оправдывать всяких! – не унималась моя подруга, и только любопытство спасло древнего короля от того, чтобы современная ведьма его не охаяла и прокляла. Посмертно. – И что же было дальше?

– Попытка захватить Карину и доставить ее во дворец окончилась неудачей – на доме колдуньи были наложены чары, и попасть в него без разрешения хозяйки не мог никто. Карина отказалась служить королю. Возможно, все бы закончилось хорошо, но любимый Карины, сговорившись с жителями деревни, заманили ведьму в ловушку. Ее схватили и доставили во дворец. Однако, никакими способами сломить ее дух не удалось. А закончилось все печально: узнав о предательстве любимого и подлости тех, кому она всегда помогала, Карина вонзила себе в грудь кинжал, перед этим прокляв короля, своего подлого любимого и весь народ, кто тогда жил в этих землях.

– Печальная история, грустная и какая-то не очень чистая, что ли, – вздохнула я. – Хотелось бы, чтобы проклятие Карины не обошло стороной никого из тех, кому оно предназначалось.

– Так и было, иномирянка, так и было, – продолжал старик-травник. Рассказчик из него, надо сказать, был отменный. – Деревню, в которой проживала Карина, постигал неурожай за неурожаем, люди и скот постоянно болели, дома ветшали, а их починка не приводила ни к какому результату. Конюх-предатель получил вожделенное повышение, но уже через месяц умер, пав жертвой неизвестной болезни. У короля так и не случилось наследников – его первая жена и все последующие умирали в родах, произведя на свет мертвых младенцев. И что совсем невероятно, постепенно, медленно, но неотвратно сокровища в королевской казне превращались в камни.

– Вот последнее самое замечательное – мерзкого царька лишили самого дорогого! – возликовала Мирочка. – Но это, как я понимаю, легенда, а не доказанный исторический факт?

– Совершенно верно, – кивнул старик. – Я слышал эту историю от своего деда, а ему ее поведал его дед. Так ли было на самом деле, неизвестно, но я уверен, что именно из-за этой легенды у людей со временем сложилось такое предвзятое и настороженное отношение к колдунам и ведуньям. Их боялись пуще смерти, и постепенно паника расползлась по всему миру. Повсюду создавались специальные службы по выявлению и розыску людей с необычными способностями. Их находили и сжигали без суда, не давая даже слова сказать в свою защиту, невзирая на то, светлая ведьма или черная. Последняя ведьма погибла при мне, лет пятьдесят назад. Я лично присутствовал на гонении. Толпа людей с факелами, вилами, палками, камнями бедную женщину гнали по лесу, как зверя. Она упала, ударилась виском о корень дерева и умерла, но разъяренная толпа не успокоилась. Бездыханное уже тело приволокли на главную площадь, привязали к огромному колесу и сожгли…

– Да вы варвары! Дикие, первобытные люди! – в ужасе прошептала я.

– Да, я прекрасно это понимаю, – горестно вздохнул Кирс. – Но все равно, избавиться от страха перед людьми, подобными тебе, ведьма Матильда, не могу.

– Ну, Мотя-то не имеет ничего общего с теми злобными, коварными фуриями, образ которых прочно укоренился в вашей памяти, – не преминула выставить меня в выгодном свете Мирочка. – Мотя согласилась пожертвовать собой ради спасения Гастаны от дракона.

– Не понимаю возмущения Матильды, – немного подумав, сказал король Версин. – Когда мы договорились с Вандой о переправке ведьмы, она мне дала кое-какие книги, так что я знаю, как обходились с ведьмами в Средневековье в их мире. Тысячи и тысячи колдуний были сожжены святой… как же это… А, точно, святой инквизицией!

– Дорогой, неужели вы что-то поняли из тех книг? – изумилась Мирочка, ехидно стрельнув глазами.

Но король не понял ее ехидства:

– Конечно, они же на нашем языке были написаны.

Задумываться о том, почему книги Злобиной были написаны на здешнем языке, и вообще, почему мы с Миркой всех тут понимаем, я не стала, но, думается мне, что моя ехидная подруга вовсе не язык имела в виду, а усомнилась в умственных способностях здешнего правителя.

– Уж простите, ваше величество, но наши инквизиторы не самый удачный пример. Они были оголтелыми фанатиками и идиотами. Они уничтожили тысячи и тысячи совершенно невинных женщин. Так и позволили бы настоящие ведьмы себя поймать и сжечь! – решилась высказать свое мнение я.

Мирочка ободряюще подмигнула мне, и довольно долго мы ехали молча. Мне все меньше нравилось находиться в этом мире. Вернее, я и с самого начала-то была не в восторге от своего приключения, но сейчас, после рассказа старого Кирса, еще больше захотела домой. Обратно в свою убогую квартирку, на свою ненавистную работу, к своему равнодушному мужу. Домой, где все так грустно, скучно, тошно и беспросветно, но зато так привычно.

Но о возвращении домой я могла только мечтать. Если Мирка удумала совершить подвиг и покрыть себя незабываемой славой, то выбора у меня нет. Придется следовать за подругой, участвовать в ее безумной, смертельно опасной авантюре. А что еще мне прикажете делать?

Я так увлеклась сетованиями на свою незавидную долю, так упивалась жалостью к себе, горемыке, что даже не сразу поняла, как устала. Боль, ломота во всем теле набросились на меня резко и безжалостно. А еще, как назло, моя вредная лошадка не на шутку раззадорилась и взбодрилась. Она то пританцовывала на ходу, то так и норовила вырваться вперед. Вот егоза! Честное слово, еще немного, и я скончаюсь, даже в глазах начало темнеть.

– Ваше величество, я прошу остановиться на привал, – как сквозь вату донесся до меня голос подруги. – Я не настолько сильна и вынослива, как вы, ваше величество. Да и есть хочется. Мы как раз выезжаем на прелестную полянку…

– О, дорогая, конечно же! – спохватился король, ставший жертвой ее льстивых речей. – Эй, впереди, привал!

Через несколько минут я кое-как стекла с лошадки и почти тут же с наслаждением растянулась во весь рост. Хорошо-то как!

Мирочка, якобы смертельно уставшая, в это время была везде: помогала обихаживать лошадей, собирать легкий перекус из припасенных в дорогу продуктов, умудрялась еще и любезничать с «будущим мужем». Эх, сдается мне, что это она из-за меня привала потребовала!

Королевская челядь, пораженная до глубины души столь нетипичным поведением странной аристократки, пугалась ее помощи, дергалась, роняла все из рук. В конце концов, Версин увел неуемную невесту подальше, якобы полюбоваться красотами леса.

Честно говоря, меня кольнула обида. Не так, чтобы сильно, но все же мне стало обидно, что король не пригласил на прогулку еще и меня. Хотя, с чего бы? Мирочку он считает знатной особой, своей будущей королевой. А я для него кто? Всего лишь пришлая ведьма, «черная кость», которую вскоре он без сожаления преподнесет дракону на обед.

Ну и ладно, не очень-то и хотелось! Пусть гуляют себе, любезничают. Моя хитрая подруга как раз еще больше запудрит мозги наивному монарху. А я пока поваляюсь, понежу свои бедные, усталые, раздрыганные верховой ездой косточки. Ну ладно, ладно, не только косточки.

Против собственного ожидания, я минут через десять поняла, что не такая я уж и измотанная, мышцы больше не ныли, не стонали. То ли земля здесь была такая чудодейственная, то ли я оказалась более спортивной и выносливой, чем всегда думала, но валяться худым мясом мне уже не хотелось.

Пойду, пожалуй, налажу контакт со своим средством передвижения. Нам еще взаимодействовать несколько дней, а если у Мирки получится все задуманное, то и еще плюс столько же. Лучше подружиться с лошадкой, чем трястись от страха.

Я довольно ловко встала, подошла к группе, раскладывающей на скатерти снедь, цапнула два самых красивых яблочка и спросила:

– Как зовут мою лошадку?

– Бука, – небрежно бросил один из мужиков.

Вот уж точно, бука! Но попробую найти со скотинкой общий язык. Доброе слово, в конце концов, и кошке приятно, а уж угощение…

Я осторожно подошла к меланхолично щиплющей травку Буке. По всем правилам подошла, со стороны морды (и откуда я это знаю?), ласково приговаривая:

– Букочка, хорошая лошадка! Милая, добрая девочка! Хочешь яблочко?

Животинка подняла голову и уставилась на меня прелестными, невероятно умными темными глазами и утвердительно закивала головой. Я подошла к ней вплотную и подала яблоко на раскрытой ладони. Лошадка быстро схрумкала угощение, благодарно всхрапнула и, хотите верьте, хотите нет, улыбнулась.

– Ну вот, молодец, девочка. Держи-ка еще одно, а я тебе потом еще принесу. Букочка, давай дружить. Я понимаю, что тебе не составляет удовольствия таскать на себе бестолковую толстую тетку, но что нам остается делать? Лучше заключить перемирие…

Бука внимательно слушала мои речи, потом кивнула и… положила мне голову на плечо! И я, городская жительница, видевшая лошадь только в зоопарке и в цирке, почувствовала себя абсолютно счастливой. Кто знает, как сложится моя дальнейшая жизнь, да и сложится ли вообще, может, скоро я закончу ее в пасти дракона. Но теперь я уверена, что не одинока, у меня уже три настоящих друга: Мирочка, эксцентричный Снежок и вот эта своенравная кобылка Бука.

Мне вдруг срочно потребовалось в кустики. Надеюсь, мне не нужно испрашивать разрешение, дабы удалиться по надобности? Впрочем, вряд ли сейчас кто-нибудь обратит внимание на мое отсутствие.

– Милая, я отлучусь ненадолго. Если вернется Мирочка, передай, что я скоро вернусь, – весело попросила я свою новую подружку и углубилась в лес.

Вот чем отличается смешанный лес здесь и такой же лес, допустим, в Подмосковье? Пожалуй, своей первозданностью и каким-то особым, острым, будоражащим запахом. У нас, куда ни сунься, рискуешь нарваться на оголтелого грибника, даже не в сезон выискивающего какие-нибудь сморчки. А еще, как далеко не зайди, все равно обязательно наткнешься на следы пребывания человека: мусор, объедки, тряпки, или, того хуже, презервативы. Здесь же я наслаждалась одиночеством, пением лесных птиц и… Вот можете не верить, но мне казалось, что это мое. Мой мир, мой лес. И, если бы не особые обстоятельства и грозящая мне опасность, я бы, пожалуй, хотела здесь остаться навсегда. А как же муж, спросите вы? А о муже я старалась вообще не думать.

Решив, наконец, что достаточно удалилась от полянки, я, извиняюсь, присела под деревом. Сижу, значит, делаю свои дела (опять извините, но из песни слов не выкинешь) и вдруг слышу тихое: «Матильда, Мотя!». Сначала я подумала, что это Мирочка меня ищет, но нет, голосок больно нежный, а у подруги очень красивое меццо с легкой хрипотцой. Может, послышалось?

– Мотя… – снова позвали меня.

Я быстренько встала, оправила платье и огляделась. Неподалеку на ветке сидела птичка, небольшая, примерно с голубя. И она смотрела прямо на меня.

– Мотя…

Это птичка меня зовет? Слабо верится, но, похоже, это так. А сама птаха была просто невероятной. Переливающаяся всеми цветами радуги, будто светящаяся, с золотым хохолком и… прозрачная! Чудо, просто чудо!

– Мотя, – снова позвала птичка, склонив голову набок.

И я шагнула вперед, чтобы лучше рассмотреть невероятную красоту, больше не удивляясь тому, что пернатое разговаривает. Птичка перепорхнула на другую ветку, подальше. Потом на другое дерево. При этом чудо природы продолжало звать меня по имени.

Так мы и продвигались. Птица заманивала все дальше в лесную чащу, а я, как сомнамбула, следовала за ней, совершенно не заботясь о том, что обратную дорогу могу и не найти.

Наконец, чудо-птичка уселась на землю возле какого-то могучего, раскидистого дерева. Я не обратила внимания, какого именно, не до этого было. Да и не очень-то я разбиралась в деревьях, могла только отличить елку от пальмы. Так вот, птичка села, чирикнула и исчезла, просто растаяла в воздухе.

Я зажмурилась, помотала головой, пытаясь прогнать галлюцинацию, открыла глаза и захотела оказаться за тридевять земель отсюда. Хочу домой! Добрый боженька, пожалуйста, отправь меня домой, подальше от этого кошмарного места! Да, знаю, я подруга ведьмы, а ты их не любишь. Но ведь я-то в этом не виновата.

Из-за толстого ствола дерева, под которым только что сидела прелестная птаха, выглядывала голова волка! Господи, да он огромный, никак не меньше тигра!

Глава 5

Волк ощерился, и сердце мое, кажется, переместилось куда-то в район горла. Бежать, срочно бежать! Но поди убеги от этого санитара леса! Да и не могла я даже пошевелиться, ужас опутал мое тело, словно цепи.

Волк вышел из-за ствола дерева. Да, я не ошиблась – он был гигантским! Мамочка, да он не один! Из-за деревьев показались еще шесть таких же чудовищ, ну, может быть, чуть ниже первого.

Не в силах сдвинуться с места, я открыла рот, чтобы закричать во все горло, но не смогла выдавить из себя ни звука.

Так мы и стояли: парализованная я и семь хищников, алчно сверкающих поразительными голубыми глазами. Прощай, Мотя, ты прожила недолгую, скучную жизнь!

Где-то вдалеке резко крикнула птица, и меня словно включили. Из горла вырвался истошный крик, плавно перешедший в визг, я развернулась и сорвалась с места, продолжая оглашать лес пронзительными воплями.

Так быстро я еще никогда не бегала! Ловко лавируя меж деревьев и перепрыгивая через препятствия, я неслась и неслась вперед, не обращая внимания на хлещущие по лицу ветки. Меня гнал вперед страх, он придавал мне сил, а звуки погони за спиной напрочь отбивали мысли об усталости.

Но Мотя и спорт все же понятия не очень совместимые, и вскоре ноги у меня начали заплетаться, дыхание сбилось, в боку закололо. Я оглянулась, надеясь, что хищники отстали. Зря надеялась, ибо волки были уже близко, они явно не собирались прекращать погоню за добычей.

Не надо было мне оглядываться. Я осознала свою ошибку, когда споткнулась о корень дерева и плашмя рухнула на землю.

Прямо надо мной слышалось легкое дыхание моих будущих убийц. Странно, псиной почему-то совсем не пахло. Мотя, ты дура! Думаешь о каких-то глупостях, когда с жизнью пора прощаться. И ведь не было в ней ничегошеньки хорошего, интересного, захватывающего. И вспомнить-то особо нечего, кроме, пожалуй, последних нескольких дней.

Что-то подцепило меня за шиворот и перевернуло на спину. Не открывая глаз, я с ужасом ждала, когда на моей шее сомкнутся смертоносные клыки.

– Прекрати орать, дурында! И открой уже, наконец, глаза! – велел мне хрипловатый человеческий голос.

И только тогда я поняла, что до сих пор издаю звуки пароходной сирены. Надо же, я и не знала, что умею так вопить – полчаса без перерыва и без забора воздуха.

Глаза-то я по приказу приоткрыла, но тут же пожалела об этом. Над моей валяющейся тушкой навис все тот же огромный волчара и смотрел вроде бы даже без злобы и кровожадности. Оказывается, голубым у него был только один глаз, другой же скрывал в своей черноте все глубины космоса.

– Ну, очнулась, глупая человечка? – почти ласково спросило чудище. – Давай, поднимайся!

Оно со мной разговаривает? Полный капец! Хотя, чему я удивляюсь, Снежок-то наш ого-го какой говорливый.

Я кое-как поднялась и, боясь пошевелить хоть пальцем, смотрела на своего страшного собеседника. Что будет дальше? Жрать меня вроде как не собираются, но зачем тогда за мной бежали? Может, мне попросить разрешения убраться отсюда восвояси?

– Как ты, дурында? – заботливо спросил волк. – Как себя чувствуешь? Хоть что-то понять ты в состоянии?

– Я… Да… Нет, то есть, не слишком, но… – смогла я пролепетать лишь нечто несвязное.

– Все ясно с тобой, человечка, – вздохнул хищник. – Ладно, мы подождем, а ты лучше приведи свою подругу. Поняла? Идти куда, знаешь?

Я беспомощно огляделась и поняла, что обратную дорогу на полянку ни за что не отыщу. Прав санитар леса – дурында я и есть, вот и заблудиться умудрилась!

– Нет, наверное. Простите уж…

– Понятно, – правильно понял мое замешательство волк. – Значит так, вон за тем деревом повернешь направо, а потом пойдешь прямо, никуда не сворачивая. Прямо, поняла?

Я ошалело кивнула, резко развернулась, наткнулась на еще одного волка, отшатнулась, упала, потом подскочила и побежала прочь.

– Да не торопись ты, дурында, а то так и будешь падать! – неслось мне вслед насмешливое напутствие волка с разными глазами.

Но меня не трогало его ехидство. Скорее, скорее найти своих! Я снова бежала, перепрыгивала через препятствия, как резвый сайгак. Хорошо, хорошо, как толстый сайгак. Да я за один только этот час пробежала больше, чем за все предыдущие годы! В боку опять кололо, одышка разбушевалась, мысли путались. Надо срочно предупредить остальных, что в лесу обретается стая волков-гигантов и явно что-то недоброе замышляет. Все вместе-то мы с ними справимся. Мирку им позвать! Ага, сейчас!

Я, похоже, последний разум потеряла и неслась вперед, ничего не замечая вокруг себя, беспокойство толкало меня вперед и вливало силы, не давая рухнуть на землю трупом. Каким-то чудом я не пролетела мимо Мирочки, точнее, это она, встав на пути, своим хрупким телом затормозила мою несущуюся неуправляемым паровозом тушку.

– Матюша, ты куда пропала? – с претензией спросила подруга, недоуменно глядя на меня, наверняка красную, потную и дышащую, словно загнанная кляча.

– Да! – мякнул Снежок с ее рук. – Ищем ее, ищем, а она в незнакомом лесу забеги устраивает! Тебе не кажется, что сейчас не самое подходящее время для того, чтобы сгонять лишний вес?

Я отмахнулась от него и, как могла, попыталась объяснить:

– Мирка, караул! Волки! Здоровые, белые, разноглазые… Сначала птичка… прозрачная… Они тебя ждут… Побежали!

Видимо, получилось у меня не очень хорошо, и подруга меня не поняла, потому что ссадила с рук Снежка, пробормотала: «Белые здоровые волки, говоришь? Сейчас разберусь», и двинулась в том направлении, откуда я только что прибежала.

– Мирка, ты куда? Там же волки! Тебя ждут! Чтобы сожрать, наверное! – завопила я, задыхаясь, и кинулась следом.

Но ноги у меня заплетались, дышала я все еще прерывисто и с трудом, так что приходилось то и дело останавливаться, и от подруги изрядно отстала. Можно, конечно, выйти на нашу полянку, «поднять в ружье» мужчин, пусть они всем скопом и спасают Мирочку. Но вдруг они не успеют? Нет, Мерлина, я тебя не брошу!

– Да успокойся ты уже! – рявкнули рядом со мной и, поняв, что я озираюсь по сторонам, добавили: – Я ниже!

Снежок!

– Ты почему здесь, а не со своей хозяйкой? – снова задохнулась я, на сей раз от возмущения. – Ты же ее фамильяр, значит, должен защищать!

– От кого? От Стражей? – закатил глаза невозможный котенок.

– От каких стражей? Нет, от волков размером с тигров! Их там семь штук, между прочим, а ты плетешься со мной еле-еле!

– Это не волки, а вентары, Ночные Стражи, – снисходительно пояснил Снежок и замолчал, считая, что и так сказал вполне достаточно.

– Ночные Стражи? Как в книге? Кто это такие? – осыпала я котика градом вопросов.

– Мирка тебе потом все расскажет, если сочтет нужным. А пока пойми, что вентары не волки, то есть, волки, но не обычные. Они хорошие и неопасные. Впрочем, на всякий случай…

Говорливый фамильяр не закончил свою речь, остановился и начал… расти. Он рос и рос, ввысь и вширь, пока не стал мне по пояс, ну, и шириной примерно с меня же. Онемев от удивления и восторга, я взирала на прекрасное и опасное одновременно, грациозное и сильное животное.

– Не пялься, ты меня смущаешь, – хихикнул Снежок, покровительственно подмигнул мне и продолжил путь.

До цели мы добрели как раз к тому моменту, когда сидящая до этого в окружении волков-вентаров Мирочка уже поднималась с земли. Она сделала рукой какой-то непонятный жест, пожала мощную лапу разноглазому вожаку и направилась к нам.

– Помни, Велемира, будь осторожна. И если тебе понадобится наша помощь, тебе достаточно будет нас просто позвать, – крикнул ей вслед вожак.

– Пойдем, нас уже, наверное, потеряли, – весело сказала Мирочка, поравнявшись с нами, но не останавливаясь. – А уж если Версин решит, что его богатая невеста пропала, или ведьма сбежала, вообще устроит в этом лесу черте что.

Снежок снова принял свои обычные размеры, запрыгнул к хозяйке на руки и деловито спросил:

– Ну как, поговорили? Зачем они тебя искали-то?

– Поговорили, дружок, поговорили. Вентары мне много чего полезного сообщили. Сейчас расскажу…

– Нет уж, прежде чем ты углубишься в свой рассказ, ответь на мои вопросы, – воспротивилась я, семеня рядом с бодро шагающей подругой. – Я чуть от страха не окочурилась, потом себя чуть до смерти не загнала! Имею право знать, кто такие эти стражи-вентары, почему они тебя знают, почему они тусуются тут днем, если ночные и вообще…

– Расскажи, расскажи, видишь же, что девушка наша сгорает от любопытства, – активно поддержал меня Снежок. – И про меня всю правду поведай.

– Кому-то из нас троих следует поучиться скромности, – изрекла Мирочка непонятное для меня и начала тешить мое любопытство. – В каждом мире живут магические существа, так называемые Стражи. Где-то волки, где-то совы, где-то кошки, стражи бывают ночными и дневными, но все они обязательно белого окраса. В этом мире Стражи волки, то есть вентары, в нашем – кошки, их называют силлинами…

Я решила ничему уже не удивляться, но мнение свое все же высказала:

– Здорово же силлины оберегают наш мир, если там такое творится!

– Значит, если бы не они, было бы еще хуже! – оптимистично хмыкнула Мира. – Кстати, этот вот натуральный и ослепительный блондин, – кивок в сторону Снежка, – на четверть силлин, и бессовестно этим гордится. Так, едем дальше. Здешние Стражи меня, естественно не знают, но они имеют настройку на магически одаренного человека, вот и почуяли меня. Днем вентары не работают, но ввиду крайних обстоятельств решили изменить своим правилам, чтобы предупредить меня и сообщить важную информацию. Не знаю уж, какие такие обстоятельства, возможно, Дневных Стражей тут попросту нет. Так, ладно, Стражи миров – очень интересная для меня тема, о них я могу разговаривать часами. Как-нибудь в другой раз, если захочешь, я расскажу тебе о них много всего интересного. Но только не сейчас. В данный момент куда важнее то, что сообщили мне вентары.

– Надеюсь, они доложили тебе, что дракон сдох? – встрепенулась я.

– Если бы… Нет, в этом я тебя расстрою. И вообще, вентары, как и все Стражи, выдают информацию в очень завуалированном виде, намеками, загадками, а толковать приходится уже самому человеку. Что касается дракона, то Карах, вожак здешних Ночных Стражей, предупредил, чтобы мы были осторожны, что понятно. А еще сказал, что мне понадобится вся моя мудрость, ибо все не так, как кажется.

– Это он о чем?

– Сама не поняла, – со вздохом призналась Мирка. – Но если мы все сделаем правильно, то изменим ход истории. Ладно, сейчас бесполезно голову ломать, на месте разберемся. Потом еще кое-что для меня лично сказал, но это неинтересно… Сегодня ровно в полночь у них начнется Ночь Возвращения Теней, и это для нас самое актуальное на данный момент.

– Что еще за ночь каких-то теней? – запаниковала я. – Какие еще сюрпризы нас поджидают в этом сумасшедшем мире?

– Какое-то очень редкое явление, которое бывает раз в сто лет, крайне опасное и мистическое. Сами вентары не стали объяснять, так как им нельзя долго находиться под солнцем, но посоветовали расспросить нашего старика-травника. Кирс, мол, самый из нас древний, он должен знать.

– Не до такой же степени он древний, – нервно хихикнула я. – Ему же не двести лет.

– Да, но он по любому знает больше того же короля, – не сдалась Мирочка. – Пойдем скорее, интересно же!

По мере приближения к полянке, где наша печальная экспедиция устроилась на привал, моя подруга замедлила шаг, приложила палец к губам, предупреждая меня, что следует вести себя как можно тише. Под конец мы крались почти на цыпочках и почти не дышали. Присев рядом с Миркой за буйно разросшимся ягодным кустом, я поняла, почему моя боевая магичка вела себя так странно.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.