Яна Евтушенко
Из глубины

1.

Ксюша лежала на мостках и, щурясь, смотрела на воду. Поверхность пожарного пруда в садоводческом товариществе «Серебряные пруды» искрилась в солнечных лучах, и оттого глаза болели. В горячем и густом, как кисель, воздухе витал запах тины и болота. Тянули свою заунывную песню лягушки. Какая скука! Ксюша разблокировала телефон. Заряда на пару фоток для поста хватало, но стоило Ксюше сделать снимок, как экран погас. Обидно! Ксюша затолкала телефон в задний карман шортов и с тоской оглядела поросший жухлой травой берег.

Ксюшина сестра Аня, толстая светловолосая девочка в зеленом платье, загребала лопаткой глину у кромки воды и напевала под нос: «Новый дом построю я, ква-ква-ля, ква-ква-ля…». Ксюша поморщилась. Что Анька находит в этой грязной луже? До мутной теплой воды даже дотрагиваться было противно.

– Ксю!

Мальчишеский голос заставил Ксюшу вздрогнуть: на пыльной дороге, которая круто огибала пруд, стоял Антон. Он придерживал ремень от болтающегося за спиной гитарного чехла, и почесывал переносицу, усеянную веснушками. Ксюше ужасно нравилось, что у них с Антоном так много общего: оба закончили восьмой класс, оба любят музыку, не попсу, а настоящий рэп, у обоих веснушки и дни рождения в один день… Она вскочила и по-дурацки улыбнулась приятелю. Антон шагнул к мосткам.

– Эй, мой домик! Ты чуть его не сломал! – завопила Аня.

Она оттолкнула Антона пухлой ручкой и присела перед бесформенным сооружением из глины, камней и веточек. Антон прыснул и вопросительно посмотрел на Ксюшу.

– Новый бзик моей младшей сестры – лягушки! – Ксюша повертела пальцем у виска. – С утра торчит здесь, строит домики лягушатам. Гадость!

Антон присмотрелся к «домику». Из заваленного камешками входа норовили выбраться коричневые, в темное пятнышко лягушата. Аня щедро поливала домик из пластмассового ведерка и приговаривала:

– Милые мои лягушанечки, теперь вам не будет жарко!

– Бывает… – протянул Антон. – Идешь к Марго? У нее дома тусовка через полчаса. Шашлыки, музычка. Гришка с Васькой в Гнилуши поехали за чипсами. Борян «Твистер» принесет.

– Я бы с радостью, – развела руками Ксюша, – но мелкую некуда деть. Сам понимаешь, Марго не придет в восторг от четырехлетки.

– Ксенечка, – вклинилась в разговор Аня и ткнула Ксюше в лицо ведерко, – набери мне водички!

– Анька, осторожнее! – вскипела Ксюша. – Мне до трех часов ее развлекать, бабушка с мамой видите ли перец сажают! – сообщила она Антону и передразнила бабушку: – «Сестра – самый родной тебе человек!» Бред! Она мне, между прочим, не настоящая сестра, а сводная!

Антон пожал плечами, не зная, что сказать, и украдкой посмотрел на часы.

– Слушай, – пришла Ксюше в голову счастливая мысль, – может, составишь мне компанию? С Анькой вместе погуляем, потом я ее бабушке сбагрю и пойдем к Марго!

– В такую жарищу торчать на улице? Нет уж, спасибо, – покачал головой Антон. – Мне пора: обещал Марго настроить музыкальный центр – колонки барахлят. Выползай вечером! – Антон тряхнул рыжей челкой и направился в сторону участка Марго.

Надувшись, Ксюша буравила взглядом удаляющуюся спину приятеля. Вдруг до ее ушей долетел визг: Аня попробовала зачерпнуть ведерком воду, но поскользнулась на илистой траве и съехала в пруд. Ксюша бросилась к сестре, ухватила за подол и вытянула на берег. Анины ноги были измазаны серой глиной. Надорванный подол болтался под коленками. В сандаликах хлюпало.

– Мама нас убьет, – изрекла Ксюша.

Аня скосила глаза на сандалики, нижняя губа у нее задрожала, и девочка заплакала в голос.

– Чего ревешь, – проворчала Ксюша, – пошли домой переодеваться.

2.

Трехэтажный деревянный дом с мансардной крышей громоздился на перекрестке Первой и Второй улиц. «Самый большой в товариществе, – хвасталась Ксюшина мама деду Ивану, соседу с Первой улицы, когда он заходил поделиться семенами огурцов или новым способом удобрения яблонь, и презрительно добавляла, кивая на соседские участки: – не чета их сараям!» Ксюшина бабушка охотно поддакивала, утаивая от гостя, что внутри дом так и остался недостроенным: пригодным для жилья был только первый этаж.

Каждое лето в крошечной душной комнате ютились Ксюша и Аня. Примыкавшее к комнате обширное помещение – из-за нехватки досок его не разделили перегородками – служило одновременно и кухней, и спальней для мамы с бабушкой. Дом окружали разнокалиберные грядки с овощами и натыканные повсюду кусты невкусной черной смородины.

Ксюша подтолкнула Аню к ближайшему смородиновому кусту. Сестры спрятались в сплетении веток и жестких листьев. Отсюда они видели треугольную теплицу, где на корточках сидела мама. Стразы на ее малиновом спортивном костюме сверкали на солнце и слепили глаза. Бабушка в красном посадском платке, повязанном на голову, работала поодаль. Она выкапывала лунки в мягкой земле, а мама сажала туда крепкие ростки перцев. Ксюша повернулась к сестре:

– Идем в дом! И ни звука, ясно?

Она потащила Аню к крыльцу, петляя узенькими дорожками, проложенными между грядок. Дорожки по обеим сторонам обрамляли очищенные от коры бревна. Их поддерживали косо вбитые колышки. Аня, в страхе, что мама увидит ее грязные сандалии и испорченное платье, бежала, не глядя под ноги, и споткнулась о первый же колышек. Удерживая равновесие, она взмахнула рукой с ведерком. Ведерко описало в воздухе дугу, и лягушата брызнули в разные стороны.

– Мои лягушанечки! – завопила Аня.

На шум примчались бабушка и мама. Аня кинулась к бабушке на шею и захныкала:

– Бабуленька моя миленькая! Мои лягушанечки сбежали!

– Не переживай, булочка моя сладкая! Мы новых наберем! – утешала бабушка, поглаживая внучку по спине. – Пойдем чай пить! Я в поселке вафелек шоколадных купила, сырочков глазированных. Будешь сырочки? – бабушка заглянула Ане в глаза, и девочка заулыбалась.

Мама настроений бабушки не разделяла.

– Анька, ты где так извозилась? – хрипло заорала она. – Почему сандалии мокрые? А платье почему драное, а? Я вам че, Золушка, весь отпуск стирать и шить?! Ксения, че случилось? Она свалилась в пруд? Отвечай матери, когда тебя спрашивают!

– Ммм, – промямлила Ксюша, – не свалилась, а ногами в воду встала.

– Я сто раз говорила, не оставлять ее у пруда одну! Или хочешь, чтобы она как Люськина Наташа закончила?! Ты знаешь, какая у берега глубина, а? Там обрыв, ты знаешь? А она плавать не умеет, она может утонуть, ты понимаешь, нет? Или ты совсем тупая?! Отвечай или получишь у меня!

– Отдай ее в бассейн, чтобы плавать научилась, я при чем?! – огрызнулась Ксюша.

– Настя, что ты на девочек налетела. Они просто играли, – миролюбиво сказала бабушка.

– Тебе все «просто»! Мелкую «сырочками» своими откормила, она в двери не пролезает. Другую избаловала – с троек не слезает, матери не помогает, одни пацаны и музыка дебильная на уме!

Ксюша развернулась и зашагала к дому. Аня вырвалась из бабушкиных объятий и испуганно потрусила за сестрой.

– В наказание с ней вечером будешь сидеть, ясно? – крикнула мама Ксюше в спину.

Ксюша разъяренно хлопнула входной дверью, прошла в их с Аней комнату и рухнула на нижний этаж двухъярусной кровати. Вставила в уши наушники и тотчас вспомнила: у смартфона сел аккумулятор. Аня сбросила на пол грязные носки и платье.

– Ксенечка, почитай мне «Царевну-лягушку»!

Ксюша одарила сестру полным ненависти взглядом и полезла под стол к розетке.

Часы на стене показывали шесть. Ксюша с напряженным лицом листала кое-как грузившиеся новостные ленты соцсетей. Аня бродила по комнате, доставала из ящиков то пазл, то конструктор, поглядывала на Ксюшу, но приглашать сестру в игру не решалась. С кухни послышались голоса, звон чашек и хрипение телевизора. Дверь комнаты приоткрылась. На пороге стояла бабушка и заговорщицки смотрела на Ксюшу.

– Ксенечка, ты погуляй, а я с Анечкой посижу! Маме не говори: она, небось, запамятовала, как по дискотекам в твоем возрасте моталась, – бабушка подмигнула. – Мама в теплице салат сеет, а ты тихонечко за домом пройди!

Следуя совету бабушки, Ксюша улизнула с участка и помчалась в конец улицы к дому Марго. По пути она отправила Антону штук пять сообщений, но мальчик не ответил: наверное, дело в сети, на их улице вечные проблемы с интернетом. Ксюша затормозила около участка подруги и через решетчатую калитку увидела, что на площадке для барбекю никого нет. «Жарко, они в доме сидят», – сообразила Ксюша и выкрикнула: «Марго!» Из-за забора высунулась пожилая женщина, бабушка Марго.

– Пять минут назад разошлись, – брюзгливо сказала она.

Ксюша разозленно топнула ногой. Опоздала! Она немного постояла возле участка, будто надеясь, что ребята вернутся обратно. В вечернем воздухе тонко звенели комары, легкий ветер покачивал коричневые, с длинными листьями, стебли иван-чая, буйно разросшегося по обочинам. Улица пустовала, и Ксюше ничего не оставалось делать, как уйти домой.

3.

Ксюша сидела на кухне за столом и отчаянно пыталась поймать интернет: через десять минут у рэпера Анаконды12 должен был начаться прямой эфир с возможностью задавать звезде вопросы. Вокруг стола суетилась бабушка: собирала грязную посуду, которая осталась от обеда. Мельтешение бабушки Ксюшу раздражало. Ей казалось, интернета нет из-за того, что бабушка разрывает волны хрупкой связи, когда ходит туда-сюда. Наконец, Ксюша нашла нужное положение смартфона, и интернет-соединение восстановилось. В кухню заглянула мама.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.