Йольз Джангерс
Вуаль хрустальных экспедиций

Кромешная ночь за иллюминатором скафандра бесследно исчезла под вежливым натиском тусклого поблёскивания кварцево – хрустальных граней. Только такой ход событий вполне ожидаемый: ведь я же опять, то ли на одиночной планете, то ли на большом астероиде, то ли вообще на особом космическом теле… Тем не менее, именуется это космическое явление Хрустальной Звездой. И, похоже, что с течением времени на её поверхности вообще ничего не меняется, пусть даже на самую малость. Также как, скорее всего, никогда не изменится здесь и всё живое, оказавшееся здесь по истечении весьма странных событий. Впрочем, чему здесь удивляться? Мы же все, прежде чем вернуться сюда, проходим сквозь… А вот только сквозь что?

Однако в этот раз, я уже готов разобраться в этом, а именно — что именно фильтрует всех, при возвращении сюда из экспедиций, в результате чего, ни на одном скафандре дружинника уже не остаётся ни единой посторонней молекулы. По этой же причине на данные полированные грани совсем невозможно доставить что – либо своё личное — оно, в мгновение, бесследно исчезнет. Исчезает даже груз, набранный в экспедиции, хотя он, конечно же, здесь просто сразу попадает туда «куда надо».

Сам я, Всеслáв Викáничев, не родился в далёкой древности, в отличие от остальных землян на Хрустальной Звезде, и для меня такая информация совсем не простое любопытство. Кроме того, неплохо бы и уточнить – действительно ли события на других космических телах, осмысленные здесь и навязанные именно отсюда, полностью невинны по своей сути? А ведь всё это происходит при нашем живом участии! Будет неудивительно, если найденные мной ответы окажутся и самыми неожиданными, но разобраться в истинном смысле данных кварцевых сказок сейчас возможность уже появилась.

Так, а локатор уже движется в мою сторону. Понятно, что здесь не должно быть ни секунды праздного пребывания… И что, на сей раз, в меня хотят вклеить?

Понятно. Опять новая экспедиция, и даже не на Землю. Значит, и на этот раз у меня будет напарник. Ну, наверняка, опять мне Евдокима подсунут, этого пустомелю…

И действительно, Евдоким уже плыл навстречу, улыбаясь одновременно радостно и гордо — ведь Всеслав, здесь самый молодой, и уж он – то о многом новом и интересном опять рассказать может.

– Ну, здравствуй Всеслав дорогой. – Евдоким подплыл к самому моему лицу, так, что его вновь отрастающая борода зашевелилась почти на моей груди, при этом своей магнитной подушкой он простодушно уткнулся в мою. – Что сейчас на матушке Земле новенького?

– Евдоким, ведь ты же многого не понимаешь, в твой век всё было

по – другому. Показал бы тебе видео, помнишь, я говорил, что это такое? Но сам знаешь — сюда ничего с собой не возьмёшь.

– Да – а… Попались мы! Зато мы теперь бессмертные.

– Ты всерьёз так думаешь? И те века, что за это время прошли на Земле, после того, как ты оказался здесь, показались тебе жизнью?

– Так уж и века… Зато, здесь никаких забот! И на чужих землях у нас всегда всё получается. А на матушке я бы давно уже… Ну, понимаешь. Вот скоро с тобой опять отправимся дела вершить… Куда, вот только… Но все равно — ведь сумеем же!

– Евдоким, то, что мы, как и все другие дружинники, выполняем, происходит не по нашей с тобой воле. Что нам вбили в голову с помощью тех, кого вы именуете Троянами, то и приходиться делать. А вот, всегда ли правильно такое, — это ещё вопрос.

Русские дружинники, доставленные на Хрустальную Звезду ещё много веков назад, в те времена уже были православными. Но фактических здешних распорядителей, периодически появляющихся в небе в виде человеческого образа, они назвали Троянами, по имени, укоренённого в их сознании, языческого божества. А если точнее, то это уже Всеслав втолковал им, что на самом деле этих Троянов несколько, хотя, конечно, они и очень между собой похожи. До этого, разницы они даже не замечали: да разве же допустимо всматриваться в само божество!

В это время, мимо нас величественно проплыл один из Троянов с покорно плывущим за ним на магнитной подушке римлянином. Троян, само благородство, не выдал ни единой эмоции к дружинникам Русского округа, зато римлянин брутально вытаращил на нас глаза. Он что – то заговорил, и хотя латынь нам не вводили, по интонации было похоже, что он удивляется цвету наших скафандров. Римский скафандр — тоненький слой вокруг всего тела, кроме лица, был однотонно белым, и наш, пятицветный, его просто поразил.

– Не возьму я в толк, Всеслав, каков резон Троянам от этих басурман? Они же хуже кочевников. – После своих слов Евдоким даже сплюнул.

– Евдоким, на некоторых планетах нам с тобой делать нечего. А вот римляне там богами слывут. Ты конечно заметил, что Хрустальная Звезда всегда содержится в полном порядке, порой, до щепетильности. И всё, что для этого требуется — откуда – нибудь забирается, в том числе, и с обитаемых планет. А иногда, там под здешние интересы и ситуация готовится. Поверь, что Трояны на Хрустальной Звезде не главные. Просто настоящие хозяева передают нам указания с их помощью, вырядив Троянов так, будто бы они божества…

– Ты грамотей, тебе лучше знать… А я вот не понимаю, зачем за тридевять земель сюда обязательно нужно что – нибудь перетащить или чего – то там исправить? Пусть там всё оставалось бы само по себе.

– Для тебя, Евдоким, я из будущего. И для всех здешних дружинников Русского округа точно также, а люди будущего в сравнении с вами уже совсем – совсем другие. Вот поэтому ни тебя, ни других русских людей, отсюда на Землю и не посылают, а направляют туда только меня. Но почему именно я оказался здесь с вами, мне самому пока ещё не ясно. Но это — пока. Дай мне побыть одному. Как я понимаю, у нас ещё есть время до начала нашей с тобой новой экспедиции.

* * *

Оставшись один, Всеслав попробовал максимально сосредоточиться. Итак, каким образом те, кого сейчас именуют русскими дружинниками, попали сюда? По их словам, в их землянках произошёл массовый пожар, который так и не удалось потушить, и хотя огонь оказался холодным, все главы семейств в течение того пожара оказались здесь. Неграмотные тёмные люди — не знавшие, ни какой был тогда год, ни кто тогда был царём, и они дружно решили, что попали в рай. …Это я уже косвенно вычислил, что их «забрали» ещё при царствовании Бориса Годунова! Однако, как я понимаю, их интеллект постепенно более или менее «привели в порядок», и раем Хрустальную Звезду они теперь уже не считают.

Сама Хрустальная Звезда, а именно такое её наименование «вбивается» в мозг перед очередным заданием, скорее всего, является нестандартным для космоса образованием. Никто из земных астрономов и астрофизиков о таких небесных объектах никогда не сообщал. Вся её поверхность сравнима с обликом образца горного хрусталя в земных геологических коллекциях. Но если на земных образцах, чаще всего, хорошо заметны трещинки и непрозрачные сколы, то на поверхности Хрустальной Звезды такого не увидеть — сплошной монолит, слегка как бы, холмистый и с выступающими редкими рёбрами среди граней.

Но толщина прозрачной кварцевой поверхности, из чего и состоит горный хрусталь, по – видимому, не столь велика. Здесь сквозь всю поверхность просвечивает «солнце», хотя яркость такого свечения несравнимо слабее настоящего нашего Солнца. Над кварцевой поверхностью — земной воздух и даже голубое небо, правда, какое – то слишком близкое; вероятно наводить толстый слой земной атмосферы не требовалось, но тем не менее давление здешнего воздуха вполне земное.

Однако, на нас всегда должны быть компактные скафандры, которые здесь сейчас отключены, но они автоматически заработают перед срочной экспедицией или при возникновении аварийной ситуации, чего, правда, при мне ещё не случалось. Сами скафандры, с виду, это всего лишь мягкий материал с прозрачным и тоже мягким иллюминатором, но такая невинная «ткань», при опасности во время экспедиции, сможет искривить вокруг себя отражённый свет и этим сделать тебя даже невидимым.

А кто Трояны, на самом деле? Они нам, естественно, не представлялись, так как говорить их не научили, а вот как их именуют римляне или дружинники из Индийского округа — доселе неизвестно, ввиду крайнего ограничения контактов дружинников из разных округов.

Трояны появляются над поверхностью лишь тогда, когда это требуется настоящим хозяевам, а вот стиль их одежды всегда напоминает библейские сюжеты. Русичам из шестнадцатого века, да наверно и всем здесь остальным, они видятся реальными людьми. Но мне – то, рождённому в двадцать втором веке, качественная объёмная анимация хорошо знакома, и именно её здесь все наблюдают, когда какой – либо Троян, буквально из ничего, проявляется в здешнем небе, совсем невысоко над поверхностью.

Фактическое подчинение Троянам назвать однозначно неволей всё же трудно. Через них задание внедряется в твоё сознание, и ты начинаешь воспринимать его как собственную необходимость. Одновременно с этим ты «получаешь» язык для общения с обитателями космического объекта и, если требуется, необходимые данные об уже прошедших там событиях. Но по возвращении из экспедиции всё «полученное» бесследно пропадает. А дружинников, как из средневековья, так из ещё более давних времён, такое положение дел вполне устраивает.

И ещё бы их такая жизнь не устраивала! Через Троянов для землян подбираются местные растительные продукты, потребление которых устраняет сам процесс старения. Болезней здесь тоже, по определению, нет. Русичи в своём округе живут в трёх больших деревянных избах, собранных без единого гвоздя. Брёвна в избах никак не отличаются от земной древесины, разве только что отсутствием короеда и прочих на них досадных явлений как снаружи, так и внутри.

По территории округа можно перемещаться естественным для человека способом, то есть хоть ходьбой, хоть бегом, а вот за территорией, над прозрачным кварцем, необходима парящая на метровой высоте магнитная подушка. Такое условие объяснимо и земной логикой — Хрустальная Звезда, даже на своей поверхности должна быть стерильной, что далеко не вредно для самих дружинников, а с другой стороны, наступать на гладкую, но не горизонтальную основу сравнимо было бы с походом в сильный гололёд. Только падать – то пришлось бы не на лёд, а на куда более твёрдую поверхность, да ещё и с рёбрами между граней!

В Русском округе есть два колодца, хотя то, что из них вычерпывают именно воду, у меня большое сомнение, кроме этого есть деревянная баня и большая теплица. Овощи, фрукты и ягоды из теплицы на вкус все действительно съедобные, но только лишь один вид здешних овощей внешне напоминает земную белокочанную капусту, а всё остальное совсем необычно для рядового человеческого глаза.

Но если периодически появляющиеся человеческие образы над поверхностью Хрустальной Звезды это не реальность, а всего лишь

чьё – то изображение, то локатор, дежурящий возле Русского округа это уже материальный объект. Возможно, что сам локатор тоже из кварца, но с поверхностью самой полупланеты он не сливается: внутри него всегда наблюдается эффект пламени, которое горит довольно медленно и даже благопристойно, что, как известно, притягивает человеческий взор.

…Однако, своё важнее. Итак, здесь пока ещё много непонятного. Во – первых, где находится в космосе эта Хрустальная Звезда? Ночного неба здесь не увидеть, но возможно это мало бы что и дало. Во – вторых, почему к собранным здесь колониям римлян, индусов и русских ещё в стародавние времена, притянули вдруг меня, Всеслава Виканичева? Чем я оказался так хорош или, наоборот, плох?

Или вот ещё… Я сейчас вернулся с Земли. Целью моей экспедиции было устроить обвал горных пород под конкретной строящейся атомной электростанцией. Устроил. Хорошо такое или плохо? Но если мне легко всё удалось, то значит всё было правильно — так всё же лучше, чем если бы рухнула построенная и уже работающая на ядерном топливе станция! Правда и тут, без непознанных мной моментов, тоже не обошлось. Тогда в моей голове, почему – то, «сидела» чёткая мысль, в какой именно момент надо включить вибратор. Я ведь никого из строителей станции тогда не видел, но точно знал, что вот теперь – то на стройке уже никого нет.

Для меня же самого есть ещё вопрос, и он уже совсем о другом… С момента падения самолета, в котором я летел, после чего и оказался здесь, а на Земле уже прошло почти сорок лет! Но на Хрустальной Звезде я не провёл даже года! В относительность времени мне не верится – не вижу тому трезвых доказательств. Тогда что? Между экспедициями нас здесь усыпляют? Хоть ночей, как таковых, здесь нет, однако мы спим. Только для нас одна здешняя ночь, на деле выходит, далеко не одна?

Но, говоря в унисон своему деревенскому окружению, я тоже не лыком шит. И на этой земной экспедиции меня заботили не только горные породы… Теперь в меня вживлены два чипа: один активирует в мозге картину прошедших событий, с выдачей визуального изображения, и может анализировать увиденное; другой – как энциклопедия восстанавливает цепочку событий, предшествующих выбранному эпизоду.

Итак, пока нас не закинули в следующую командировку, надо кое – что вспомнить…

– Первый чип! Команда: к активации!

Перед глазами Всеслава появился проецируемый экранчик, среди его современников уже давно вошедший в обиход при просмотрах снимков или видео. Но чипы у Всеслава, более современные, позволяли ещё и детально регулировать изображение, а иногда и эмитировать соответствующий звук.

– Первый чип! Отодвинь изображение от лица на десять сантиметров.

– Первый чип! На десять процентов повысь резкость.

Теперь, кажется, всё в порядке… Итак, смотрю и вспоминаю.

* * *

2136 – ой год, я лечу в просторном самолёте в абсолютной тишине,

летим – то намного быстрее звука. Моя капсула – кровать самая дальняя от кабины экипажа. Далее, и это я помню, мне захотелось увидеть земные панорамы под нашим фюзеляжем, для чего надо было подойти к донному экрану. Подошёл. Облокотился на перила вокруг экрана… А вот это уже

что – то новое! Я такого не помню, неужели совсем не обратил внимания? Запасной люк самолёта за моей капсулой очертился пламенем! Но я же тогда стал к нему спиной…

Так вот с чего всё началось! Остальное – помню: люк вырвало, в салоне резкое падение давления, всех своих пассажиров капсулы – кровати загерметизировали и катапультировались. А я, повернувшись назад, не смог и сдвинуться с места по направлению к своей капсуле из – за резкого сброса скорости самолёта. Быстро стал задыхаться, а огненная стена от хвоста самолёта надвигалась на меня и… Что? И я прихожу в себя уже на Хрустальной Звезде? Значит, я не разбился с самолётом, а только потерял сознание от нехватки кислорода…

А это ещё что за видео мне чип показывает? Самолёт с вырванным у хвоста люком катится по посадочной полосе… Что, это мой самолёт? Он не разбился, и даже не обгорел? А как же стена огня надвигавшаяся на меня!?

Кажется, и второй чип хочет меня о чём – то проинформировать… А

он – то, что сейчас сможет раздобыть? Я же не на Земле. Ну хорошо.

– Второй чип! Команда к активации!

Немного смутно, но вижу совсем старую страницу с рукописным тестом латинскими буквами… А вот и перевод: «Его Светлость пан Станислав Жолкевский дозволяет войску расселяться на землях смоленских, а местную чернь свозить холопами за Неман и Вислу». …Ещё одна страница, но эта уже напечатанная. Жду перевод… «Инсбрукский граф Вильгельм Хайнрих Викканичи фон Лиенц приглашает бургомистра на свою свадьбу. …Избранница графа происходит из московии».

Совпадение? Вряд ли… Не зря же мне это демонстрируют! И ещё страница, но здесь уже всё по – русски — «Свидетельство о перемене имени и фамилии подданного Российской Империи… 1915 год».

Значит, второй чип всё раскопал и мне же объяснил — откуда у меня такая редкая фамилия. Мои предки мне ничего не говорили, что корни нашего рода частично из Австрии. Значит, уже сами не знали — это когда ещё было! Хотя, Викканичи — как – то не по – австрийски, но там же рядом Италия.

Однако несколько странно… Информация о том, что где – то при Петре или Екатерине мой пращур переехал в Россию, это просто развлечение для меня? А тогда причём здесь указ польского военачальника, в смутное время захватившего Москву? Или же…

Подплыву – ка я к Евдокиму.

– Евдоким, а ваша деревня, откуда вы попали сюда, рядом с каким городом находилась?

– Рядом города на много вёрст не было.

– Хорошо. А барин что, тоже жил в вашей деревне?

– Барин? Ты так боярина нарекаешь?

– Пусть будет боярин.

– Нет, он из Вязьмы приезжал. Только редко. Всеслав, а почему ты спрашиваешь?

Кажется, концы веревочки связались. Земли смоленские… Значит кто – то из дружинников мой давний предок… Или хотя бы родня предку.

– Евдоким, а огонь при пожаре в вашей деревне тогда точно не был горячим? Не было никого, кто бы обгорел или задыхался в дыму?

– Про дым не помню. А огонь тогда меня самого с ног до головы охватил. Напужался я знатно. Потом вдруг огонь потух, а вокруг уже царство Трояна. Троянов, то есть… Стоим мы, главы семей – рубахи наши, поди, сгорели, а на всех нас вот это… Теперь – то мы уже знаем, что такая одёжа – сковадер.

– Скафандр.

– Как, как?

– Да ладно. Называйте, как получается. До меня – то чем в экспедициях занимались?

– Да всё тем же! Собери, засыпь, зачем – то им такое треба. А иногда мы пугали тех, на кого Трояны укажут…

Слушая его, Всеслав всё больше склонялся к мнению, что именно такой «огонь» и теснил его тогда в самолёте, фюзеляж – то, в результате, обгоревшим совсем не выглядел.

* * *

– Полковник, Вас не смущают странности, при которых обрушилась та стройка?

– Вы про Туруханскую АЭС?

– Ну, пока ещё другого, чего – либо серьёзного, не обрушивалось.

– Может быть и смущают. Но мы не боги. Нет ничего подозрительного, за что бы можно было зацепиться. – Полковник Сиверцев на настенном мониторе воспроизвёл видео с места событий. – Вот, генерал, все строители сбегают вниз. Всё хорошо организовано — как – никак ответственные противопожарные учения. Вы видите кого – нибудь там чужого? У всех же спецодежда с электронной символикой. Человек без такой символики сразу будет выделен, в том числе и звуковым сигналом.

– Вы, полковник, объясняете мне, будто я человек с улицы. – Генерал Бощеру́мов с безразличием отвернулся от монитора. – Откуда мог взяться плывун под фундаментом, если там несущие горные породы почти полгода усиливались? И почему произошло всё не постепенно, с треском и кренами, а сразу после того, как только все люди покинули строительную площадку?

– Предполагаете диверсию, я правильно Вас понимаю?

Генерал ответил не сразу.

– Не знаю. Для диверсии такое как – то слишком гуманно. Но, насколько мне известно, были и противники строительства именно под Туруханском. Действительно, атомная станция должна была стоять практически на берегу великой реки, да еще возле её двух излучен…

Через день Сиверцев прибыл к своему генералу с новым докладом.

– Из оперативных сводок у меня теперь вырисовывается интересная картина. В одном из банкоматов была снята некоторая, не очень крупная сумма. Только вот, биометрические данные клиента полностью совпали с неким Виканичевым, а он уже около сорока лет числится пропавшим без вести.

– Ну нашёлся человек. Такое и через сорок лет, в принципе, возможно. – Генерал пока не заметил связи события с оперативными сводками.

– Но ведь дело в том, что за четыре десятилетия внешность человека сильно меняется. Некоторым свои биометрические данные приходится обновлять даже каждый год. А здесь, налицо полное совпадение чуть ли не через полвека. Как такое может быть?

– Ну, значит, душа с неба спустилась и захотела что – то купить… Только я не очень пока понимаю, Сиверцев, какова связь нашей службы с таким событием?

– А произошло это именно в день обрушения Туруханской АЭС.

Бощерумов откинулся на спинку своего кресла:

– Подробности какие – нибудь есть?

– Есть. Странностью со снятием денег заинтересовался банк. Но камера видеонаблюдения, на момент операции, возле банкомата никого не зафиксировала. В это время в кабину никто не заходил, и никто из неё не выходил. Правда, дверь перед снятием денег, как – то сама медленно открылась, но она так и оставалась открытой до следующего клиента, который пришёл не скоро. Скорее всего, там было дело в сквозняке. Поэтому банк и обратился в органы для проверки — нет ли скрытого монтажа в их видеозаписи? Так вот, монтажа не оказалось!

– Про душу – то я пошутил, а выходит, здесь и правда пахнет мистикой. Но мы с Вами не в телешоу. Что – нибудь про этого…

– Виканичева?

– Да. Что – нибудь про него нашли? …Фамилия какая – то странная.

– Около сорока лет назад с одним самолетом произошла не совсем понятная история. В его пассажирском отсеке произошла разгерметизация, и, как следствие, всех пассажиров катапультировали. Однако, настоящая причина аварийной посадки так и осталась не ясной. В конце концов, всё списали на столкновение с малым беспилотником, но не все члены комиссии подписали такие выводы, да и я бы их не подписал — скорость – то в два с лишнем маха перед собой любой беспилотник с пути сдует.

– И в том самолёте летел Виканичев? Правильно понимаю?

– Правильно, генерал. Только лететь – то он летел, а среди катапультировавшихся его не оказалось. И с тех пор его никто не видел. …Но это ещё не всё. Номера купюр, которые банк выдал по той операции, засветились в одной солидной фирме, изготовляющей клиентам на заказ микрочипы. У них, разумеется, тоже есть видеонаблюдение, причём продвинутое. В архиве мы нашли фотографию Виканичева и ввели её в процессор видеокамер. И на их мониторе он сразу и появился! Одет Виканичев был довольно плохо, хотя, как потом выяснили, два чипа, которые ему вживили в мочки ушей, стоили отнюдь не дёшево.

– То есть за сорок лет своего отсутствия Виканичев нисколько не постарел?

– Да, генерал. Вот посмотрите… Это его старая фотография… А вот он входит в помещение для клиентов! Сходство сто процентов.

Генерал Бощерумов на своём мониторе увеличил представленные ему Сиверцевым снимки, проверил точки совпадения.

– Обычно, полковник, когда фантазируют про машину времени, то поскольку её до сих пор нет, пришельцы из другого времени всегда перемещаются из будущего. А здесь, получается наоборот — машина времени из прошлого. Не хотите найти этого Виканичева и прокатиться с ним?

Сиверцев, как он сам считал, пришёл к генералу с серьёзным вопросом, но этот вопрос Бощерумова его рассмешил:

– Сорок лет назад я был ещё в утробе матери. Жалко её будет: дважды рожать одного и того же ребёнка…

– Тогда о серьёзном. Я в чудеса не верю, такая уж у меня должность. – Генерал ещё раз осмотрел современный снимок Виканичева. – Вот Вы говорите, что он плохо одет. Но одежда – то на нём новая! Просто она самая дешёвая. А оперативники беседовали с теми, кто вживлял ему чипы?

– Конечно. По их отчёту, хирурги очень разволновались, но заверили, что тот клиент в дешёвой одежде ничем подозрительным себя не выдал. По их же словам, клиент вёл себя даже интеллигентно.

– Интеллигентно… А кем был Виканичев тогда?

– Инженер энергетических систем. Не женат. Родители его работали за границей, но, к настоящему времени, уже купили там себе жильё. Ничего удивительного, что его банковский счёт так и остался нетронутым все эти годы.

Положение дел, опытному в своих функциях генералу, конкретно уже обрисовалось:

– Даже не спрашиваю, полковник, что сейчас этого Виканичева нет ни в одной гостинице и ни в прочих жилых строениях.

Сиверцев на это несколько раз кивнул головой, с оттенком безнадёжности.

– Так вот: пропал, через сорок лет вернулся, чтобы пропасть снова. – Генерал для иллюстрации головоломки проделал пальцами замысловатые фигуры на своём столе. – Нам нужно подыскать человека адекватного, дисциплинированного, но умеющего мыслить не стандартно.

– Боюсь, генерал, такие поиски могут затянуться…

– Ну подберите кого – то хотя бы с близкими качествами.

Полковник Сиверцев прибыл на приём к генералу Бощерумову только через пять дней.

– Удачно? – Генерал задал вопрос с порога, заранее зная о цели прибытия полковника.

Сиверцев немного помялся, сделал неопределённый жест руками, но наконец выдавил:

– Оцените сами, генерал.

– Его возраст?

– Девятнадцать.

– Не маловато?

Полковник, явно недовольный собой, вновь только развёл руками.

– Он на службе?

– Нет, он гражданский. Это сын одного из хирургов, вживлявшего чипы Виканичеву.

Было похоже, что такая информация Бощерумову приглянулась. Он помолчал, будто что – то сопоставляя, затем поднял глаза на полковника:

– Пусть войдёт.

Вошёл невысокий смугловатый молодой человек, выглядевший, скорее, даже юношей. Он вежливо поздоровался и протянул свои электронные данные. Генерал, подняв брови смотрел на монитор – Марсель Солганов, программист – корректировщик…

Несмотря на то, что прочитав его имя, генерал лишь на мгновение навёл на него уголки глаз, парень ровным голосом отреагировал:

– Я родился, когда папа несколько лет стажировался за границей. А там, в местной мэрии, регистрировать русское имя наотрез отказались.

– Но здесь – то можно было бы и сменить… – Генерал свою фразу скорее прошептал, и расслышал ли её Солганов — неизвестно.

Просмотрев все остальные личные данные молодого человека, Бощерумов повернулся к нему:

– Цель нашего возможного сотрудничества тебе известна?

– Да, меня полковник ввёл в курс дела. Надо найти хотя бы следы одного из клиентов папы.

– Пойми, Марсель…

– Все называют меня Мареком.

– Генералов не перебивают, Марек. …Так вот, мы не ловим этого Виканичева, он пока ни в чём не заподозрен. Просто есть вероятность, что у него была возможность вмешаться в государственные дела. Но я хотел бы, чтобы такая вероятность так и осталась бы лишь чисто теоретической. У тебя с Виканичевым есть даже общее: его родители тоже высокообразованные и тоже работали за границей.

Воцарилась пауза, и Сиверцев повернулся к Мареку:

– Расскажи, что собираешься делать.

– Мне можно говорить? – Обратился тот к генералу и получив утвердительный кивок приступил к изложению плана своих действий.

– Всем известен звериный нюх. Так вот, уже есть программа, и не одна, которая обладает имитацией распознавания следов, равной звериному нюху. Сорокалетних клиентов у моего отца было не много. Я с помощью программ смогу выделить след этого Виканичева, и попробую найти тот же след в районе обрушившейся атомной электростанции. А если он сам всё ещё здесь, то смогу найти и его.

– Слова твои меня устроили, Марек. – Генерал встал и подал ему руку для прощального рукопожатия. – Надеюсь, что скоро узнаю результат.

* * *

Вживляя в себя чипы у знающих людей, Всеслав ставил себе другую цель – уметь сопротивляться неприемлемым установкам, получаемых через Троянов. Только вот он неожиданно узнал, что оказался здесь совсем не случайно. Кроме того, вообще не ясно откуда второй чип раскапывал данные для меня, после чего волей – неволей наталкиваешься на естественную мысль… А кто вы на самом деле, обитатели Хрустальной Звезды? Вас хоть можно увидеть настоящих?

Будто бы в ответ на такую мысль, в небе вспыхнула объёмная анимация в яркой библейской одежде. Даже так? У них всё под контролем? Нет, скорее это совпадение… Чипы, которые были вживлены в мочки ушей, по очереди, слегка шевельнулись. Тогда у меня вопрос: показанное мне, действительно, правда? Наши мысли им не доступны — спрошу вслух:

– Чувствую, что приборы в моих ушах вы опознали. Как видите, я их смог пронести сквозь ваш кордон. Но у меня вопрос: показанное мне является правдой?

Анимационный персонаж висел несколько выше, с немного опущенным к моим глазам взором. Такое больше выглядело утверждением на немой вопрос Всеслава.

– Но я – то думал, что погиб, а вы меня оживили. А оказывается, вот что было на самом деле! Сорок земных лет у вас — это не многовато ли? Я не из средних веков, мне на Земле ни сколько было не хуже.

Образ в небе ещё ниже опустил свой взор. Признаёт вину?

– А почему мне дано увидеть вас настоящих? Или нашим глазам вы невидимы?

После такого немого вопроса Всеслава, анимация подняла зрачки, имитируя взгляд в упор. Такое «сверление глазами» длилось с минуту, затем образ пропал словно лопнувший воздушный шарик, но при этом даже не оставив здесь никаких своих обрывков.

Первый настоящий контакт? И это после целого года работы на них, а по земным меркам и через сорокалетие! Хотя, если честно, не так уж здесь худо… Здесь у меня персональный дом, в нём даже есть спортзал, правда деревянный, зато совсем нет пыли — можно не убираться. Дверь дома открывается только передо мной, для других она неприступна. Только вот интеллектуально я здесь явно деградирую…

Начало всех экспедиций всегда проходило по одной единственной схеме. Локатор совершал медленный круговой облёт вокруг направляемых в экспедицию дружинников. Это и служило сигналом для включения скафандров. Но включались они достаточно своеобразно: мягкий в обыденности щиток – иллюминатор поднимался, герметизируя внутреннее пространство, после чего сразу затемнялся, полностью лишая своего обладателя какого – либо наружного обзора. При этом в голове сразу появлялась уверенная мысль, что всё нормально, и что именно так должно и быть.

Иллюминатор вновь становился прозрачным уже только на поверхности космического объекта, а если целью экспедиции была планета с земной атмосферой, что тоже бывало, то тогда, чаще всего, проводилась разгерметизация скафандра. Скорее всего, при дальней экспедиции нас усыпляли, поскольку по прибытии на место в голове нередко мелькали обрывки какого – то сна. Но вот почему лететь к объекту надо именно в темноте, а не любоваться просторами космоса, до Всеслава доходить стало только теперь.

«Негорячий огонь» — это именно он перенёс подданных Бориса Годунова на Хрустальную Звезду, туда же, более чем шестьсот лет спустя, перевёл и меня… Наверняка, он же нас и по экспедициям развозит, а чтобы не пугать огнём диковатых «астронавтов», их и везут «втёмную».

В данной очередной экспедиции, начальный путь которой уже окунул меня с Евдокимом в полную ночь, предстояло выполнить и необычные задачи. Точнее, Евдоким – то будет заниматься обычным делом — собирать нужную почву, повинуясь чужим подсказкам в своей голове, и укладывать её в ушат. Таким привычным для них словом русские дружинники называли ёмкость из кварца со сложным фигурным днищем, больше похожим на древесный корень. Как только первичная обязательная «ночь» заканчивалась, и дружинники оказывались в месте назначения, эта ёмкость всегда уже лежала перед ними. Всеславу – то было понятно, что приёмный контейнер всегда летит и прилетает вместе с ними, задумывались ли об этом остальные дружинники — неизвестно.

Но на самого Всеслава, на этот раз, возложена интеллектуальная задача. Может, даже — с оттенком детективных событий! Ему надо спровоцировать местных обитателей на агрессию против себя! Местные обитатели, представляют собой разновидность хищных приматов, поражающих свою добычу разрядами электрического тока. Вот только параметры такого тока совсем необычные, ввиду специфики атмосферы той планеты. Образцы местного варианта электрического тока Всеславу и предстоит собрать и доставить на Хрустальную Звезду.

…И вот «ночь» закончилась, а говоря проще, мы с Евдокимом прибыли к месту назначения. Приемный контейнер, как и положено, перед нами, а рядом с ним прозрачный пояс и немного необычный скафандр. Дополнение к контейнеру это амуниция для миссии Всеслава: пояс служит накопителем зарядов, второй же скафандр, значительно усовершенствованный, будет перенаправлять электронные потоки строго в накопитель.

Надеть на себя дополнительную атрибутику труда не составило, теперь осмотрим — куда именно нас занесло на этот раз.

Ну, для Евдокима на сегодня экспедиция льготная, почва под ногами и в обозрении совсем рыхлая, травяного покрова практически нет. Правда кое – где из почвы вверх пробивается что – то светло – серое, но сравнивать это с травой или мелким земным кустарником было бы некорректно. Возможно, такое может являться местными грибами, только уж очень они сложной конфигурации и совсем без шляпок.

А вот деревья вдали есть, причём очень мощные, по размерам не уступят нашему баобабу, только вот листьев на них не заметно, во всяком случае, издали. Впечатление такое, что мы оказались здесь в пасмурный день, небо застилает какой – то разреженный, но неподвижный дым, и, похоже, здесь совсем нет ветра. Но точно о ветре узнать нельзя — щитки – иллюминаторы скафандров задраены, так как атмосфера здесь не наша, а значит и с Евдокимом общаться будем только знаками.

Сам же Евдоким о таком не задумывался и что – то мне вещал, периодически разводя руками. В чём он проблему отыскал? Почва рыхлая, собирай только и засыпай в кварцевый «ушат», а какой именно грунт надо собирать, тебе, наверняка, подсказали.

Ну а мне как быть, где приматы – то? Если нас направили в этот участок поверхности, то они наверняка поблизости.

Всеслав поворачивался во все стороны, вглядывался в сучья могучих деревьев, но уплывать от приёмного контейнера, а следовательно, от места обратного старта, на планете с хищными приматами ему хотелось не очень.

Но вдруг, словно по команде, часть местного горизонта будто бы замерцала! К нам, со скоростью средневековой конницы, прыжками земных кенгуру мчались существа! Всеслав поднял руку перед своим иллюминатором и, ожидаемо, её не увидел. Исчез и Евдоким: умные скафандры, на всякий случай, своих дружинников спрятали.

За несколько секунд местные «кенгуру» оказались в десятке метров от контейнера, и, опять словно по команде, застыли на месте. Туловищем и конечностями они действительно напоминали крупных земных обезьян, хотя их ноги были намного длиннее. У них были именно ноги, а не задние конечности, поскольку все они, а их сейчас возле нас около пятидесяти, стояли только на двух ногах.

Но больше всего Всеслава удивила их лицевая часть головы. Назвать её обезьяньей мордой даже было как – то совестно. У них были лица — да, грубоватые, но всё же человеческие лица, с маленькими носами и с непонятными шишечками возле ушей. А грубоватость чертам их лица придавало всего лишь отсутствие на них плавных скруглений. Только вот наличие мускулистого и длинного хвоста человеческому облику сильно противоречило.

Какой логикой или программой руководствуются скафандры дружинников пока неизвестно, но и Всеслав, и Евдоким неожиданно стали видимы для аборигенов. Но при этом и эффект вышел волшебным: два пришельца появились просто ниоткуда!

Один из приматов, видя чем занимается Евдоким, бросился ему помогать и очень расстроился, что было очевидно по его лицу, когда собранный им грунт не понравился Евдокиму. Но «помощник» быстро сориентировался, в два прыжка оказался у приёмного контейнера, и склонился над уже собранным грунтом, водя маленьким носом. После этого, он уже собирал только то, что требовалось, причём его производительность значительно превосходила действия неторопливого землянина.

Косвенно подготовленный к противоположной картине Всеслав уже стал сомневаться, а те ли это приматы? Их совсем маленький ротик не соответствовал хищникам. Его же самого «хвостатые люди», почему – то, приняли за главного из двоих, и один из них, по некоторым признакам тоже главный, небольшими и неторопливыми прыжками приблизился и расставил руки ладонями вверх. На Земле такой жест можно расценить и как «добро пожаловать». Да, неожиданно… И как быть?

Контейнер уже был заполнен необходимой почвой, а миссия Всеслава всё так и висела в воздухе. Он уж жестами пытался изобразить молнию, но добился только такой же жестовой информации, о том, что с неба сюда упал горящий метеорит, поэтому они все прискакали сюда, чтобы посмотреть, что здесь от него осталось. Поскольку жестикулировали многие аборигены, то и информация о высадке на здешнюю поверхность настоящей экспедиции получилась подробной, а сам Всеслав получил подтверждение своей догадке о том, чем именно их перемещают по космосу.

Но тут произошло событие. Все аборигены вдруг повернули головы в одну сторону. Что там? Звуков – то я не слышу…

Не так далеко, среди огромных деревьев, стоял под стать им четвероногий чёрный зверь. Возможно, что в каких – то мультиках – страшилках такое чудовище уже было нарисовано, но когда такое видишь в реальности, то места умилению совсем не остаётся. Однозначность намерений зверя подчёркивала повёрнутая в нашу сторону раскрытая пасть с огромными белыми клыками, хорошо различимыми даже с такого расстояния. Евдоким, то и дело осеняя себя крестом, упал на колени…

Но на нашей стороне были скафандры, быстро превративших своих обладателей опять в невидимок. Только достаточна ли такая защита, зверя может вести его обоняние, и нас, даже невидимых, такая махина может просто раздавить!

Только вот «хвостатые люди» к сложившейся обстановке отнеслись совсем по – другому. Примерно половина из них равнодушно осталась на прежних местах, а другая половина уверенно запрыгала в сторону оскаленного чудовища, которое, заметив их приближение, стало пятиться. Но скорость прыжков аборигенов в его сторону была явно большей, и, уже вблизи, в зверя полетел целый поток тонких бордовых молний! Чудовище, без какой – либо агонии, уткнулось мордой в здешнюю почву…

Не блеснувшие постоянством скафандры вновь сделали нас видимыми. Остававшийся всё это время около Всеслава главный абориген, его визуальное исчезновение и появление обратно воспринял без эмоций, словно с таким событием он уже не раз сталкивался. Жесты местных руками, а нередко и головой, были, на удивление, понятными. Вот и сейчас Главный, взглянув на Всеслава, медленно провёл рукой, явно приглашая взглянуть поближе на поражённое ими чудовище.

После нежданно доброго приема нас местными отказаться было неудобно, хотя большая радость от созерцания убитого зверя заведомо не просматривалась. Но… Главный абориген размеренно поскакал в сторону здешних мрачноватых баобабов, возле которых лежала уже совсем мрачная туша, Всеслав же на своей магнитной подушке плыл чуть сзади.

Чудище – зверь во многом напоминал пещерного медведя земного ледникового периода, но был явно саблезубым и с очень длинной шерстью иссиня – чёрного цвета. Такая тёплая шуба как – то не сочеталась с обликом «хвостатых людей», тела которых лишь местами имели коротенький волосяной покров, а на их лицах его не было вообще. У аборигенов даже не было бровей, хотя выдающиеся вперед надбровные дуги с расстояния выглядели именно бровями.

А туша хищными приматами уже разделывалась. Метание бордовых молний здесь заменяло и режущий инструмент. Два аборигена, выполнявшие функции работников мясокомбината, стояли над тушей спиной к Всеславу, но было видно, что электрические разряды они выбрасывают своими лицами. Какая же должна быть мощность выбрасываемой молнии, если она прожигает борозду в мясе, даже без намёка на какую – то нежность! Полученные мясные полоски они укладывали на аккуратный деревянный поднос…

И вот этот поднос, на котором в настоящее время совсем не стыдно было бы подать угощение гостям на Земле, твёрдо убедил Всеслава: перед ним разумные существа! И я должен их спровоцировать на агрессию, только чтобы заполучить нестандартные молнии? Ну нет! Будем считать, что такая задача совсем некорректна! А если просто попросить их метнуть в меня разряды, превратившие в мясо, зверя по весу большего, чем они все вместе взятые… Но это подействует только в том случае, если с сумасшедшими они именно так и поступают…

А Главный, похоже, меня куда – то приглашает. Хотя понятно, что разумные существа не скачут по планете денно и нощно, и где – то должно быть место, подобранное под их условия жизни. Но пришлось развести руками, грустно покачать головой и показать рукой на небо. Главный понимающе несколько раз кивнул. Очень удивительно — насколько наша и их жестикуляции совпадают! А ведь роднёй мы точно быть не можем…

Но внесённое перед началом экспедиции в мой мозг задание тупо продолжало давить: надо получить направленный поток электронов, генерируемых местными приматами; надо получить направленный… Похоже, что нас не заберут отсюда, пока мы не выполним всё… А что? Может стоит перейти с вегетарианской диеты на мясоедение? Мясные полоски для их маленького ротика уже вполне прожарены.

Но Главный повернулся в сторону, и куда – то внимательно всматривался. Туда же повернулись и остальные, исключая занятых своим делом мясников – поваров. Что, ещё одно чудище собирается напасть на аборигенов? На вопросительный взгляд Всеслава Главный ответил мягким предупредительным жестом. Аборигены не только всматривались, но и чего – то ждали.

Там, куда было направлено их внимание, по поверхности приближалась какая – то тень. Всеслав поднял голову, но в небе ничего, что могло бы отбрасывать эту тень, он не увидел. Вскоре тень застыла на месте, на что многие «хвостатые люди» отреагировали оживлённой жестикуляцией в её сторону, в большей степени вопрошающей. Никаких ответных контактных действий со стороны тени Всеслав не увидел, но некоторые аборигены, то и дело стали оборачиваться, то ли на, стоявшего рядом, своего Главного, то ли даже на него. Кое – кто, подняв вопросительно кисть с направленной вниз ладонью, другой рукой указывал в нашу сторону. Нет ли сейчас неприятных неожиданностей?

В итоге диалогов с пустотой, Главный повернулся к землянину, и склонив голову в сторону внимательно посмотрел ему в глаза. Это был немой вопрос. Затем он наклонился над своими длинными ногами, приведя туловище почти в горизонтальное положение, и выстрелил двумя маленькими молниями в почву. Теперь Всеслав знал назначение шишечек возле их ушей — именно от них разряды и появились. Главный уже разогнулся и, сначала дотронувшись до своих анодных шишечек, направил руки в сторону Всеслава, сделав при этом лицом удивлённую гримасу.

Это что же! Кто же и как передал им информацию обо мне? Непостигнутая тень уже медленно удалялась. Но, то ли да, то ли нет, эта тень издали вроде бы переливалась очень мелкими искорками. Однако она всё же была далековато…

Разумно ли это, но Всеслав решил действовать максимально откровенно. Он снял с себя покрывающий скафандр и показал главному на накопитель зарядов, что был на нём в виде пояса.

Снова странные дела: «хвостатые люди» никакой одежды на себе не носили, но, ни лежащий теперь возле ног мягкий скафандр, ни прозрачный пояс вокруг моего тела, Главного совсем не удивили. Он очень внимательно склонился к накопителю зарядов, скорее с видом знатока, чем просто для ознакомления. После этого его внимание переключилось на сброшенный скафандр, причём особо внимательно Главный осматривал его внутреннюю поверхность. Закончилось это тем, что он повернулся к своим, поднял обе руки и очень быстро зашевелил пальцами. А вот такой жест был совсем непонятен.

Только вот непонятный землянину жест, а может быть и жесты, оказались хорошо понятны местным. В результате трое аборигенов на большой скорости прискакали к внешнему скафандру Всеслава и внимательно впились в него глазами. Довольно быстро их внимание переключилось на его магнитную подушку — неизменное транспортное средство всех дружинников. Точнее, их привлекла не сама магнитная подушка, а расстояние между почвой и нижней плоскостью подушки. Вскоре стало понятно, что этих специалистов, вызванных Главным,

что – то не устраивало.

Они с серьёзным видом так быстро обменивались информацией пальцами, что Всеслав, поначалу пытавшийся из этого что – либо понять, в конце концов с досадой отвернулся. Однако возникшая неясная проблема всё же оказалась преодолимой, и, вызванный уже четвёртым, местный специалист держал теперь в своих руках какое – то изделие — на первый взгляд деревянное, но идеально обработанное и напоминающее большой шар, на котором были сточены две плоскости противоположно друг другу.

Это изделие было помещено под магнитную подушку Всеслава. Один из специалистов повернул лицо в сторону изделия, и его надбровные дуги мелко задрожали, да так, что их очертания стали выглядеть размытыми. И Всеслав почувствовал, как магнитная подушка толкает его вверх. Вскоре сюда «прискакало» ещё одно такое же изделие, на которое без видимых проблем запрыгнул Главный. И откуда только они их берут? На обозримой территории нет ничего, где что – нибудь можно было хранить. Впрочем, при их прыгучей скорости…

В итоге и Всеслав, и Главный оказались где – то на двухметровой высоте от здешней почвы. Главный дотронулся до своих анодных шишечек, а затем указал руками на Всеслава, что явно выглядело вопросом «готов?». Получив ответный кивок, Главный метнул два пробных заряда. Молнии правда были не бордовыми, а лишь слегка красноватыми, но никаких отрицательных ощущений Всеслав не испытал. И заполнение накопителя зарядов продолжилось. Только лишь самая последняя пара молний по цвету была уже бордовой.

Всё. Навязчивая мысль о получении направленного потока электронов сразу куда – то пропала. Всеслав облачился в свой второй скафандр и повёл магнитную подушку в сторону заполненного до отказа приёмного контейнера, где прислонившись к нему, мирно спал Евдоким.

Нестандартная получилась экспедиция; обычно, если планеты и обитаемы, то разумных существ на них либо нет, либо они только в зародыше. Наша Земля, почему – то, исключение, но и направляли на неё пока лишь только меня.

А местные, каким – то образом поняли, что мы сейчас исчезнем… Те, кто стояли ближе к нам, чисто по – человечески подняли одну руку вверх. Хотя, похоже, они прощались только со мной одним.

Всеслав успел – таки вскинуть руку в ответ, но только на мгновение. В его скафандре опять наступила беспросветная ночь.

* * *

И снова под магнитной подушкой горный хрусталь… Евдоким, возможно уже и забывший про свой переполненный «ушат», поскольку результат его трудов на самой Хрустальной Звезде до этого никогда не появлялся, направился было к себе. Однако ему навстречу выдвинулись двое односельчан из Русского округа: мужичок держал обеими руками увесистый прозрачный чугун с чем – то съедобным, а баба держала в руках половник и две миски. Женщинами своих селянок дружинники никогда не называли, возможно, что они даже и не знали такого слова.

– Нам велели накормить вас здесь. – Селянка протянула обоим вернувшимся по миске.

Трёх дружинниц в Русском округе иногда тоже отправляли в экспедиции, но, в основном, их миссия здесь сводилась к тепличным и гигиеническим хлопотам.

– Накормить – то нам велено Всеслава. – Дружинник опустил свой чугун на более – менее ровный участок под магнитными подушками. – А Евдоким пусть тоже поест здесь. Вдвоём веселее.

Вот как? Всеслав взглянул на локатор. Так и есть! Он в исходном положении для кругового облёта! Две экспедиции подряд? Только что – то никаких «мыслей» на этот счёт мне не вживляют…

Кварцевая ёмкость в форме классического русского чугуна была внутри разделена двумя перегородками, которые отделяли овощной микс, фрукты и морс. Что готовить на сегодня и в каких пропорциях – женщинам всегда «подсказывали». Поэтому на однообразие меню здесь пожаловаться было трудно.

Закончив такую импровизированную, но приятную процедуру, Всеслав немного грустным взглядом проводил троих уплывающих в Русском округ. Экспедиция — это всё же дополнительные заботы, и отправление к новым заботам по системе «нон – стоп» уюта не добавляло. Кстати, а накопитель – то зарядов всё ещё на мне, значит, эти нестандартные заряды нужны не здесь, а предназначены для кого – то ещё?

Послеобеденные размышления с оттенком недовольства ушли на второй план когда в небе обозначил себя анимационный библейский фантом,

точь – в – точь такой же, с которым, как Всеславу казалось, он до этого установил мысленный контакт. Как и тогда, при мысленно – мимическом общении, глаза Трояна были направлены буквально в упор.

– А может быть хватит этой полупонятной телепатии? Я человек, — значит, изъясняюсь речью! Меня ждёт новая экспедиция? Я угадал?

Словно старинная телеграмма в голову пришла чужая мысль:

«Не совсем это так».

Всё, что приходило «от них» в виде навязанных мыслей, отличалось от собственных размышлений. Было такое ощущение, что их задания или советы располагались где – то в правой части головы, или же, что они даже как бы приклеивались снаружи справа. Перепутать в голове где своё, а где «чужое» кажется ни один дружинник ещё не умудрился.

– Тогда почему локатор в состоянии готовности? – Спросил Всеслав в ответ на пойманную им уклончивую фразу.

«Значит локатор сейчас и выполнит, привычную вам, свою миссию».

– Какие – то сложности на пустом месте… Не могли ли…

Закончить фразу Всеслав не успел. Локатор выполнил вокруг него круговой оборот, при этом значительно быстрее обычного и…

Но, привычная после такого оборота ночь, не наступила. Щиток – иллюминатор был уже поднят, но сквозь него по – прежнему было всё видно. Однако такое продолжалось секунды. Яркий огонь за щитком вдруг закрыл весь внешний обзор.

От неожиданности внутри Всеслава что – то ёкнуло, хотя он всё же надеялся, что перед иллюминатором тот самый, уже знакомый ему, «холодный огонь» — особо тонкая плазма, способная переносить объекты на огромные расстояния.

Была ли эта недолгая яркая вспышка за скафандровым щитком тем самым огнём, который унес его с земного самолёта на Хрустальную Звезду или же нет, так пока и осталось неясным. На Земле в холодных широтах могут проделать зрелищную шутку: на сильном морозе подбрасывают вверх кипяток из кастрюли — вниз к сугробу уже летят обильные маленькие льдинки. Так вот по внешне похожей схеме опал вниз и огонь перед иллюминатором. А сам щиток – иллюминатор опустился вниз: дыши привычным тебе воздухом, дружинник Всеслав Виканичев.

Однако, куда – то меня всё же успели перетащить… Вокруг прямо шишкинский лес! Только что здесь в небе? Светило, занимающее

бóльшую часть небосвода? И при таких её размерах, от самой звезды

почему – то не жарко. Да и что – то очень мне напоминает это здешнее светило…

А анимация, с которой до этого он вёл вербально – мысленный диалог, по – прежнему красовалась в воздухе и примерно на том же месте.

– Я правильно понял — меня перенесли под поверхность Хрустальной Звезды?

«Да, это так. Только здесь ни в коем случае нельзя покидать магнитную подушку».

– Да уж я с ней как – то сжился. Хотя, походить по нормальной травке было бы заманчиво.

«Этого здесь делать нельзя. Тебя перенесли сюда не в экспедицию. Сейчас приплывёт свободная магнитная подушка. Положи на неё накопитель зарядов и генерирующий скафандр».

Действительно, из – за ближайшего дерева, словно самолёт без лётчика, вынырнули знакомые очертания. Долго ли? Лишний здесь скафандр был Всеславом сброшен, прямо на него лёг и прозрачный накопитель зарядов. Загруженный им «транспорт» уплыл в обратном направлении. Только, когда подушка уже совсем была закрыта деревьями, оттуда раздался характерный для электрического разряда щелчок.

Всеслав поднял голову висящую анимацию:

– Там у вас всё в порядке?

Ответная «телеграмма» пришла как – то не сразу.

«Да… Теперь всё в порядке».

– Низковато магнитные подушки с такими зарядами летают – вот, наверно, заряд и пробил на почву. Это я в экспедиции выяснил.

На этот раз ответа вообще не последовало. Не ведая что и когда с ним будет дальше, Всеслав задал такой вопрос небесному контактёру.

Выяснилось, что прямо сейчас его вернут обратно на поверхность.

– Тогда, напоследок, хотя бы объясни, где ты есть на самом деле? – Всеслав даже указал рукой на небесную анимацию. – Я на своей планете мультиков в детстве насмотрелся. Неужели я поверю, что надо мной живое разумное создание, а не набор фотографий и рисунков?

«Меня другого нет».

– Тогда кто ты ?

«Я программа».

– Если ты программа, тогда чья?

Его вопрос, в прямом смысле, повис в воздухе, так как иллюминатор скафандра Всеслава вновь «застегнулся» и вспышка бушующей плазмы перед ним опять слегка ослепила… И на этом всё: он опять покачивался на своей магнитной подушке над оболочкой из горного хрусталя.

Значит, меня всё же впустили в дом, только ненадолго. Всеслав некоторое время смотрел сквозь поверхность на здешний источник внутреннего света, ставший теперь ещё более непонятным. Может, это и есть сам носитель разума, действующий нас с помощью Троянов? Промелькнувшая мысль дала повод улыбнуться: когда – то старые компьютеры заражали троянской программкой. Тогда за такое ещё серьёзно не наказывали. А если здешние Трояны — программа, то никакой параллели тут не наблюдается? Этот Троян почему – то со мной разоткровенничался, так может быть он завирусован?

Когда Всеслав заказывал себе микрочипы, он просил наделить их разными функциями: чтобы один мог восстанавливать пройденные самим собой события, включая не замеченные тогда эпизоды; второй же должен быть информационным, чем – то вроде энциклопедии. Но где мог запрашивать данные второй чип? Конечно же, в земной базе данных. Однако уже здесь, на Хрустальной Звезде, он меня проинформировал о моей же земной родословной. И Троян, с которым я установил контакт, к такой информации оказался причастен. Неужели эти Трояны, программные анимации Хрустальной Звезды, могут копаться и находить требуемое в бескрайнем океане земных архивов? Нет, кажется это уже слишком… В таком случае и наши экспедиции попросту не потребовались бы.

Но вдруг, его чип – энциклопедия ни с того, ни с сего дал себя почувствовать. Такое означало, что он готов передать новую информацию. И чего же я ещё не знаю о своей Земле?

– Второй чип! Команда: к активации!

Лес… Только непонятно: земной ли или же, только недавно мной увиденный, здешний? Панорама уменьшается, и в одно дерево я будто бы уткнулся носом. Далее следует движение вниз, к корню… А теперь происходит быстрое и многократное увеличение представляемой картинки… Корень теперь уже выглядит переплетением редких волос, а теперь уже набором кривых точечных линий… Причём цветовой фон этого хаоса постоянно меняется… А с чего бы это, энциклопедия взяла, что мне такое интересно? Тут уже моё упущение — принудительного отключения чипов я не заказал!

Поэтому Всеславу пришлось насмотреться то ли на молекулы, то ли на атомы, а может и на что – то ещё более мелкое. Наконец, второй чип успокоился.

– Ну и что ты мне показал? – Всеслав даже обратился к чипу вслух, надеясь хотя бы прочитать заголовок только что увиденного.

Но функции ответа в чипе предусмотрено не было. Зато над кварцевой поверхностью вновь проявила себя анимация, именно та, которая сопровождала Всеслава в здешний лес. Лица всем Троянам видимо создавал один аниматор, а вот одежда на каждом из них немного различалось своей расцветкой.

– Так чья ты программа? – Виканичев обратился к изображению, как к новому знакомому. – Почему – то тогда ты не стал мне отвечать. Секрет?

«Ты всё только что увидел через устройство в твоей голове».

– Да? И, ты думаешь, я что – нибудь понял? Кроме того, у тебя самого на голове нарисованы уши. А уши головой не называют.

«Мой Карбон показал тебе самого? себя».

– Карбон? То есть уголь? …Хотя, вернее, углерод: ведь с облика ствола дерева начиналась та трансляция, а древесина состоит из углерода.

«Для тебя я должен именовать его Карбоном».

– Хорошо, пусть будет так. Можешь рассказать мне про него поподробнее, а то в молекулах я не очень – то силён.

Троян как – то замер. Анимация вновь «ожила» лишь минуты через две.

«Нет, Карбон тебе всё показал про себя. Если ты не понял, то учись соображать».

И общительный Троян вновь пропал, при этом, будто бы даже обидевшись.

Немного позже в небе появился другой Троян, зачем – то не спеша направившийся к избам Русского округа. Ободрённый уже состоявшимся контактом Всеслав решился крикнуть ему вслед:

– Тебя сюда прислал Карбон?

Но этот Троян так и остался безответной анимацией. Только в голове Всеслава, на «полочке для телеграмм», быстро появилось указание: «тебе заданий нет», и желание расспрашивать эту уплывающую по воздуху программу сразу же пропало.

Всеслав вошёл в свой дом, как – никак там всё – таки можно ходить, сидеть, лежать, а не только плавать над кварцем, стоя на магнитной подушке. Стоит ли посмотреть правде в глаза? Неужели я действительно здесь разучился думать? Вообще – то такое и неудивительно: на Хрустальной Звезде чаще думают за тебя. Однако, кажется я всё же кое – что упускаю… Мои чипы!

– Первый чип! Команда: к активации!

– Первый чип! Надо просмотреть детально информацию второго чипа о Карбоне!

«Кино» оказалось долгим. Всеслав всё равно уяснял не все пояснения, которые выдавал его первый чип. Надо же, неплохие деньги за него заплатил, а он как надо и объяснить не может! Но всё же, понемногу информация всё же вырисовывалась.

То, что до этого второй чип демонстрировал мне корнем дерева, на деле было мозгом высокоразвитого создания. Но в этом мозге было столько сверхтонких значимых участков, что ими достигалась реальная связь чуть ли не со всеми объектами в целой галактике! Ядро атома вещества, по земным понятиям, можно разделить с выбросом энергии. Но здесь такая энергия оказывалась тоже веществом и тоже была многократно делима. И вся такая вот материя из непостижимо мелких составляющих образовывала собой мозг, укутанный неподвижной почвой.

Хотя можно ли назвать такое мозгом? Мозг живого существа это аналитический орган, обслуживающий те или иные его действия. Здесь же производилось только два действия: захват исходного материала и его деление до абсолютной, «нулевой» энергии. Нулевая же энергия, в активном своём состоянии, виделась человеческому глазу некой холодной плазмой, хотя на деле никакого отношения к ней не имела. Неактивное состояние такой энергии оправдывало своё наименование — человек её просто никак не мог почувствовать…

Объёмная разновидность нулевой энергии. которая на деле предназначалась для проведения результативных экспедиций, могла мчать в себе полезный груз и даже живые создания. При таком перемещении содержимое, словно специальной вуалью, всегда закрывалось от постороннего вмешательства. Поэтому, любые действия по получению на других планетах сырья, так необходимого «мозгу» Карбонов, да и не только ему, происходили незаметно.

Известно, что с помощью двоичного кода можно получить невероятное количество конкретных комбинаций. По тому же пути следовали и Карбоны. Из двух их возможностей, комбинациями в количестве неизвестном земной математике, формировалось умение «читать» объект в галактике по конкретному выбору, переносить на Хрустальную Звезду землян для физического обслуживания, одевая, при этом, их в умные скафандры и создавая для связи с ними Троянов…

…Всеслав вышел из дома и прыгнул на магнитную подушку. Его Троян, видимо как – то наблюдавший за ним во время долгого вникания в информацию, тут же явил себя и внимательно уставился в самые глаза. Мимика у анимаций была предусмотрена лишь в зачаточном состоянии, но почему – то всё говорило за то, что сейчас его Троян удовлетворённо улыбался.

– Ну узнал я кое – что о твоём создателе. А что мне это даёт? И для такого потребовался целый год, а по другой версии — все сорок лет? По какому праву вуаль ваших Карбонов затащила меня сюда?

«Вопросов задано много. Отвечу на главный из них тоже вопросом. А разве здесь тебе плохо? Ты здесь не болеешь, не старишься, не заботишься о пропитании, об одежде… На твоей Земле было бы тоже так?».

– Конечно же, на Земле бы так не было. Но там у меня был выбор, а здесь его нет. Кроме того, я здесь тупею. Сейчас такое было очень наглядно.

«Чтобы ты не дичал, тебя и разместили отдельно. А дальше, работай над собой».

– Мой чип несколько раз воспроизводил мне ваш лес. Почему он чисто земной?

«А кто кроме землян живёт в округах? Внутренние условия Хрустальной Звезды полностью совпадают с земными. Но только здесь безопасно и чисто».

– А тогда что это за странное солнце? – Всеслав указал на светило под кварцевой поверхностью.

«Это и есть сгусток нулевой энергии, выработанной Карбонами. Он же создаёт здесь вечный день».

– Но такой вечный день, наверняка, расходует «нулевую» энергию.

«Расходует. Но и Карбоны никогда не спят. В отличие от вас, землян».

– И что там все деревья являются Карбонами?

«Нет, конечно. Атмосферу кислородом должно же что – то снабжать».

– И много ли здесь Карбонов?

«Я программа только моего Карбона. Информацией об остальных я не обладаю. Я заканчиваю общение с тобой. Довольно скоро тебя вновь ждёт экспедиция, но уже на твою Землю».

* * *

Марек Солганов относительно быстро вычислил «след» Виканичева, который остался в фирме, где работал хирургом его отец. Но искать идентичный запах вокруг рухнувшей Туруханской АЭС, а именно на таких действиях настаивал полковник Сиверцев, Мареку пришлось много дней. Не сказать, чтобы и северный климат способствовал его бесполезным стараниям. Но пока всё было тщетно!

Последние дни во взгляде полковника на Марека уже легко читалось разочарование, но не знал Марек, что точно таким же взглядом генерал Бощерумов, последнее время, смотрел и на полковника.

Пучок программ, которыми оперировал Солганов – младший, с долей неопределённости, но всё отмечал, что «след» Виканичева всё же где – то повторяется. Это могло означать, что и сам разыскиваемый может быть здесь, но только далеко отсюда. Вот только где? Не прячется же он в тайге…

В конце концов, Сиверцев уже стал сомневаться в причастности разыскиваемого к обрушению стройки, но разобраться до конца во всём неясном его намерения только укреплялись. Да и служба у него такая — всему непонятному должно быть найдено своё объяснение.

– И что твои программы в итоге показывают? Где Виканичев вероятнее всего?

– Где – нибудь в людных местах. – Мареку было стыдно за свою неудачу и за свой программный пучок, но тем сильнее ему хотелось достичь желаемого результата.

– То есть нам надо лететь обратно?

– Точно не могу пока сказать. Но давайте вернёмся в исходную точку, а там я ещё добавлю в пучок программу по поиску самогó носителя следа.

Они вернулись, и через день обновлённый пучок программ был готов.

– Полковник! Сам Виканичев совсем недалеко. – Марек почти вбежал в кабинет к Сиверцеву, нарушая все основы воинской дисциплины. – Он сейчас вон в том направлении.

Сиверцев закрыл глаза на уставные просчёты гражданского программиста и вместе с ним быстро направился к своему электромобилю.

Сейчас Марек был за штурмана, и их курс по улицам определялся индикатором пучка. И в конечном итоге голос программиста прозвучал, чуть ли не зловеще:

– Здесь…

Полковник повернулся к Солганову:

– Но это же тот самый банк, с которого вся история с Виканичевым и началась. Он что, теперь здесь работает?

– Ну, Вы посмотрите сами. Вот… Однозначно он здесь!

Пришлось поверить электронной машине. Полковник связался с управляющим банком и объяснил сложившуюся ситуацию, изрядно удивив своего собеседника.

Управляющий сам спустился к нежданным гостям навстречу. Вместе с Сиверцевым он теперь петлял по коридорам своего банка вслед за Мареком, который на вытянутых руках нёс умную конструкцию, напряжённо вглядываясь в её светящийся индикатор. И настал момент, когда индикатор засиял максимально ярко, а под ним появилось значение «100 %».

– Он здесь. – Почему – то тихим шёпотом произнёс Солганов.

Перед ними были кабинки банковских ячеек клиентов. Управляющий связался с кем – то из сотрудников, изъясняясь, не очень понятными остальным двоим, терминами и цифрами. После окончания связи он пристально посмотрел на Марека:

– Вы совершенно правы, молодой человек. Владелец ячейки за данной дверью действительно Всеслав Виканичев. И он сейчас в кабине?

– Ой, вряд ли… – Ответил за Марека полковник.

Управляющий резко изменился в лице:

– Молодой человек, а ваш прибор… Он ищет самогó человека? Или что?

– Пучок программ ищет следы человека. Но сейчас он говорит, что за дверью сам автор следов. – Марек ответил именно то, о чём сейчас говорила его электронная ищейка.

Теперь действия управляющего стали просто пожарными! Он очень быстро с кем – то связывался, категоричным тоном кого – то информировал, всегда заканчивая связь одним и тем же словом: «срочно». К ним быстро стали подбегать сотрудники банка и охранники, последним управляющий банком кратко бросил:

– Будьте поняты́ми.

Марек смотрел на всё это с не вольным испугом, а Сиверцев, наоборот, несколько демонстративно, ушёл в себя.

Довольно продолжительное открытие замка кабины электронным ключом наконец принесло результаты: мягкий щелчок, и дверь с достоинством медленно распахнулась… Кабина была пуста.

Управляющий совершил круг по кабине, что – то поднял с пола, затем недвусмысленно уставился на Солганова. Тот сразу среагировал:

– Пучок программ в порядке! Вот тот сейф и есть ячейка? Так что в ней?

– Но человек – то там не поместится. – Сказал ему в ответ кто – то из собравшихся сотрудников.

– Хорошо, пойдём на крайнее. – Распорядился управляющий, глаза которого по – прежнему тревожно бегали. – Понятые! Подойдите сюда поближе.

Почти по той же технологии, что и дверь самой кабины, была открыта и секретная дверь ячейки банковского клиента… Ячейка была забита скомканной одеждой и одной парой обуви. Теперь вперёд уже выдвинулся полковник Сиверцев. Он пристально посмотрел на содержимое ячейки и понимающе слегка покачал головой.

– Это его. Такую одежду трудно перепутать. – Затем полковник обратился к управляющему. – А из вашего банка допустимо выйти в одном нижнем белье и босому?

Управляющий проигнорировав каверзный вопрос полковника, повернул голову к понятым при вскрытии ячейки, но отдал им распоряжение уже как охранникам:

– Надо посмотреть все записи: здесь и на входе в банк.

Нужная видеозапись быстро нашлась, так как день, когда могли произойти интересующие события, был известен. Вот Виканичев входит в банк, охранник, глядя на его одежду, слегка загораживает ему путь, но тот показывает ему свою клиентскую карту. Всё. Больше, в тот день, данная видеокамера Виканичева не фиксировала.

Управляющий и Сиверцев переглянулись. Но если в глазах управляющего банком читался тревожный вопрос, то взгляд полковника был, скорее, насмешливым.

Запись из зала с клиентскими ячейками. Виканичев стоит перед электронным сторожем при считывании его биометрических данных. Дверь кабины распахнулась, но она так и осталась открытой, поскольку этот клиент за собой её даже не прикрыл.

– Вас такое не удивляет? – Спросил Сиверцев у управляющего, слегка кивнув на раскрытую дверь на экране.

– Вообще – то нет. Некоторые клиенты даже специально приводят с собой свидетелей, чтобы показать, что в их банковской ячейке ничего предосудительного не хранится. Поэтому открытая дверь закроется автоматически ровно через пять минут, а за такое время клиенты все свои действия с ячейкой успевают сделать.

Внимательно смотреть на равнодушный экран целых пять минут к удовольствию не отнесёшь, но такая пятиминутка всё же завершилась, и дверь кабины, как – то нехотя, но захлопнулась. А из самóй кабины так никто и не вышел…

Управляющий банком задумчиво обратился к охранникам:

– Я приглашу специалистов, уж нет ли в той кабине какого – то скрытого лаза…

Но видя, что его сотрудники внимательно за ним наблюдают, а он сам сейчас явно не «на коне», управляющий буквально рванулся к себе в кабинет, отдав громкое распоряжение:

– Всем вернуться на свои рабочие места!

– Вещи из ячейки мы потом заберём! – Крикнул ему вслед полковник. – Я сброшу Вам постановление!

Все разошлись, покинули банк и Марек с Сиверцевым. Солганов выглядел очень расстроенным — ещё совсем недавно его просто захлёстывал азарт удачливого следопыта, и вдруг вот такое… Его настроение не ускользнуло от полковника, он положил руку на плечо Марека и несколько раз сжал его своей ладонью.

На следующий день просмотренные в банке видеозаписи были показаны генералу Бощерумову, и он сразу же задал вопрос:

– А никто из вас не заметил, что для вживления себе микрочипов Виканичев приходил одетым по – другому?

Полковник с Солгановым переглянулись, и Марек робко переспросил:

– Я могу ответить? – И после утвердительного кивка генерала продолжил. – У моего папы он был без капюшона, но ведь там всё же была хирургическая операция. Капюшон там явно лишний.

– А то, что такой пятицветный капюшон у него несколько странный, ты не находишь?

– Сейчас по – разному можно одеваться. Да у меня самого где – то был почти такой же.

– А в одежде, оставленной им в ячейке, никакого капюшона нет. – Сиверцев произнёс эту фразу вслух, но адресованную скорее самому себе.

– Ну и что у нас получается? – Генерал после паузы пожелал услышать версии.

Полковник неопределённо развёл руками:

– С чего мы занялись этим Виканичевым? С того, а не мог ли он быть причастен к уничтожению стройки под Туруханском? Но там его следов так и не нашли. Зато он хорошо наследил в банке. Наследил и исчез. Управляющий банком решил обследовать его личную кабину, на предмет наличия в ней секретного лаза. И я думаю, что это правильный путь.

– Полковник, а как же он снимал деньги со своего счета в банкомате? – Осмелился возразить ему Марек. – Тот банкомат – то ведь далеко от самого? банка.

– А около банкомата мы никого и не видели. Был ли Виканичев там вообще?

Лицо генерала теперь выражало скорее досаду, чем желание добраться до истины.

– Вот я сначала хотел услышать ваше мнение, по поводу настоящих событий с человеком, без вести пропавшем, а скорее погибшем, сорок лет назад. – Сейчас уже тон голоса Бощерумова был близок к безапелляционному. – У меня уже сложилось и собственное мнение обо всём этом. И сейчас вы моё мнение только укрепляете. Нас, нашу службу, кто – то хочет высмеять! Мало ли умелых иллюзионистов, исчезающих на сцене или вне неё? Не удивлюсь, если вас уже засняли и под Туруханском, и в банке, и самих нас при просмотре записи возле банкомата… А тому Виканичеву сейчас было бы уже под семьдесят! Стал бы человек в таком возрасте устраивать головоломки?

Видя, что его посетители вяло притихли, генерал смягчил тон:

– Управляющий банком пусть проведёт намеченную им работу. Если какая – то уловка там раскроется, то мы продолжим работу в этом направлении. Если же в кабине Виканичева ничего криминального не найдут, будем искать заказчика этого шоу, попасться на которое простительно Солганову – младшему, но никак не нам с Вами, полковник.

Покинув кабинет генерала, уже на улице, Сиверцев протянул Мареку руку:

– Видишь, даже у полковников нашей службы не всегда всё получается. Сейчас мне уже ясно, что где – то мы всё же промахнулись…

– Но ведь всё ещё не закончилось. И кому тогда мой папа микрочипы вживлял? А они дают их обладателю много новых возможностей!

– Но возможности стать невидимкой они же не дают? Вот видишь, нет. Боюсь, что Бощерумов прав, над нами, может, уже потешаются, это я ещё проверю. А пациент твоего отца к исчезнувшему Виканичеву отношения мог и не иметь, просто ему зачем – то была нужна именно такая уловка. …Ну, счастливо тебе, Марек Солганов!

Марек тоже попрощался с полковником. Но удалялся от него младший Солганов как – то медленно, с лицом неглупого человека что – то глубоко обдумывающего…

* * *

Несколько дней «дружелюбный» Всеславу Троян вообще не появлялся в небе, другие же Трояны на самого молодого дружинника вообще перестали обращать внимание, и в результате у него получился, редкий по здешнему распорядку, кратковременный отпуск. Но хорошее всегда проходит быстро, и посланник Карбона, взявшего надо мной шефство, вдруг снова появился на небосклоне.

«Ты был замечен на Земле благодаря своим микрочипам. Тобой там уже интересовались».

– Неужели Карбон связь с Землёй поддерживает?

«На Земле есть информационный маяк для Карбонов. Поэтому твой энциклопедический чип может работать не только на Земле, но и здесь».

– Скажи… Вернее, подбрось мне мысль: Хрустальная Звезда далеко от Солнца?

«Ответ на вопрос для Карбонов один, а для людей на Земле другой. Кто применяет «нулевую» энергию, пространства не чувствует, но время перемещения по пространству всё же зависит от энергетической чистоты участков космоса».

– Но ты ответил только с точки зрения Карбонов. Ответь и для меня.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.