Загадка Фауста
Mel RedWolf

Дизайнер обложки Mel RedWolf

© Mel RedWolf, 2022

© Mel RedWolf, дизайн обложки, 2022

ISBN 978-5-0055-9885-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Осень

Осень листьями кружится,
Словно волны шлейфом влажным
Покрывают камень черный
И смывают все ненастья.

Осень ждёт нас, как страница
Книги искренней и чуткой.
Осень больше, чем родиться,
Чтобы жить и счастьем биться.

С золотым каскадом листьев,
Чаем сладким и какао.
Осень снова на страницах
Распускает мифы, сказки

И зовёт, лукавым взглядом,
Подмигнув, как лист кленовый,
Погулять по парку ночью,
Подышать дождливой влагой.

И побыть немного чище,
Отпустить, что нажил за год.
Чтобы новым был в страницах
Смысл жизни на бумаге.

Не спеши

Открываясь,
Готовься к холодной зиме
И холодному ветру над рощей,
Пустым березам.

Ведь среди земель,
В полной злой мерзлоте
Сердце будет стучать,
Только тише и глуше.

Не спеши замирать
И гневить богов.
Не читай больше строк,
Что написаны Павлом и Петром.

Среди них слишком много лукавств
И значений не божьих.
Лучше в ночь ты читай,
Что писал князь Давид.

Может он отыскал
Среди этих холодных зим,
Средь лесов и скитаний,
Что мир не тленный.

Может быть так узнаешь
И сможешь постичь,
Как согреться в зиме,
Отыскать себе новое сердце

И дожить до времён,
Когда снова наступит весна
И захочется жить,
Словно снова сжигать страницы.

Лучше в ночь ты читай
Письмена от царя Давида
И учись выживать
Среди мерзлых пустых вершин.

Тихая истина

Над бокалом разверзлись
Минуты и тысячи лжи,
Словно это не фарс,
Но звучит, как монета.

И когда среди ночи
Тебе прошибает виски
Это будет не боль,
Но накроет, как эхо.

И расступится мрак
Твоих тихих пустых мостовых,
Где бродил и искал
Отражения громких истин,

Но нет в них виражей.
Не шумят больше мнения свыше.
Люди пишут и пишут,
Но только пустые слова.

Но расступится мрак
Всех пустых мостовых и дворов
В нем сумеешь постичь,
Что искал и немного больше.

Среди тихих ночей
И болящих висков, оскал
Скажет больше,
Как тихая истина.

Как мечталось

Извини, что я снова пьян
И роняю стихи, но вкось.
Вкось ряды, что шли бы в край,
В край мечты и любви, но врозь.

И средь боли, мечтаний и зла,
Средь терзаний судьбы и горя,
Я шептал, что судьбе уж рад
И желал бы случиться боле

Чтобы в жизни твоей сбылось
Больше чуда, чем боли и злобы,
Чтобы среди небес жило
Чувство нежное и непорочное.

Чтобы был путь, чтобы постичь
Край до края мечты и больше,
Чтобы жажда горела в груди
И мечталось в душе, что есть мочи.

Из пепла

Когда твоя звезда сгорела
И ты восстал один из пепла.
Куда идти? И среди тлена
Что сможешь ты найти?

Какие выси вновь достать
И для чего? Когда померкло
И навсегда в груди сгорела
Любви струна твоей души.

И ты один, как царь без брега,
Без города и без народа.
Ты есть один, порок рассвета,
Один из пепла и тепла.

Восстать навеки и воспрять,
Как феникс, что рождён убиться,
И жить, гореть, чтоб согревать,
Пока над небесами бьются выси.

Слезы грез

Горел слезами сад и был пожар,
Как разрывались прежде только горы
С них разливался вниз поток снегов
И уносил все боли, грёзы.

Ушли ненастья шквалом вод
И все дожди исторгли боль утраты
С небес звучали горести веков
И мудрецы молчали.

Ушли до боли, без конца,
Оставив прах земной в молчании.
Как средь снегов
Молчит с еловых шапок

Тиха, таинственна тайга,
Так мир молчал и восхищался.
Когда творец в своих делах
Вершил судьбу и завершал

Творение рук и волю.
Весь мир в природе умножал
И сокращал греховность.

Опавшие листья

Листья гниют под ногами,
Словно людская тоска.
Словно в делах ты оставил
Горсть из любви и тепла.

Там, где никто не отыщет,
Там, где никто уж не ждёт.
Ведь средь людей мы не ищем
Радость и честность живьём.

Время такое… Уныло
Люди бредут по бульвару
И средь осыпаших златом,
Только тоскливые мины.

Нет, здесь не дарят улыбки
И руку не подадут.
Только опавшие листья
Сеют и сеют тоску.

Среди тысяч истин

Хочу домой,
Но дом мой стерт поныне
И не найти ни камня от него,
Не отыскать чем он был прежде.

Лишь только след на памяти
И все…
Один лишь край, наводка,
Но пустая,

И крутится по кругу колесо
Везёт в края, (какие?),
Но не знает.
Лишь круг за кругом катит колесо.

Ведёт судьба, струится вереницей
Пустых дорог, и кладбищ, и жилищ.
Найти бы путь к себе,
Но среди тысяч истин

Нет ни ключа, ни двери, ни чернил.

Еще цветут цветы

Пока в моей душе
Ещё цветут цветы,
Ещё не гаснет свет,
Свет от моей судьбы

И пусть в крови очаг
И все части нутра,
Есть миг и есть тот шанс,
Ещё дожить тот час,

Что дан в моей жизни.
Я буду биться вновь
И добиваться знаний,
И открывать другим

Глаза на жизни тайны.
Чтоб жить, быть может сложно,
Могли они с улыбкой
И знать, что в жизни сей

Есть бог и смысл свыше.
Что есть законы, воли,
Что каждый день – не просто.
То день для дел отпущен,

Иди, ступай, борись.
Будь лучше, хоть немного,
Чем был на день и два.
Живи, пока живётся.
И помни, что есть свыше.

Стать кем?

Я понимаю не легко
Быть кем-то в этой
Жизни хмурой.
Ведь стать здесь

Кем-то мог любой,
Но стать собой
Никто не может.
Ведь позабыл свое лицо,

Забыл черты,
И вкус той жизни,
Что в детстве
Бережно хранила

И обличала все вокруг
Не в ад и скрипки звук,
А в радость, чистый свет,
Что дарит свыше нам творец.

Теперь же, после лет вражды
Не чувствуешь своей судьбы
И обернувшись к прожитым годам,
Кто ты себе: друг или враг?

Осенний дождь

Жарким сумраком не по страницам
Я ищу в этой осени лица.
Тех кто был и кого не стало,
Тех, что в жизни давно потеряли,

Но живут они в сердце звонко
И болят на душе горько-горько,
Словно чай из полыни травы
Все ещё на губах отзвучит.

И средь листьев пустых и жёлтых,
Как фрагменты остались страницы
Наших жизней стремительно быстрых
И порой слишком грубо отжитых.

Глупость жизни

Отзвук войны гремит в ночи
Словно раскаты бури.
Новые жизни забросят в чуму
И растрясут все по мукам.

Не убежать и не успеть
Слов рассказать, сердцу важных.
Все, что сумел, ты успел,
А теперь – смело шагай прямо в пули.

Может придешь, а может, как все
Сляжешь и будешь схоронен
Среди пустых и промерзших земель
Среди окопов и ждущих.

Тот же удел или трепет судьбы,
Может быть молят спасение.
Но чем закончится жизни рассвет
Знает один лишь наш сущий.

Тот, кто давал смысл жить и расти,
Тот, кто дал свод указаний
Как мир из созданных им миражей
Должен блистать в звездном свете.

Как выживать и как убивать.
Надо ли? Тоже ответил.
Только людей все сложней поучать
Им бы шагать прямо в пули…

Мираж

Провинциальная дорога.
Как будто среди деревней
Я сам не свой на этой доле
Я сам не я, среди людей.

Стучат колеса, бьются рельсы
И вновь за окнами перрон.
Для тех, кто ждет
«До новой встречи».

Для тех, кто никогда
Уж не придет.
Шумит состав, берет вновь скорость
И зелень вьется, как бельмо.

Скрывается Москва, и осень
Кружит мне голову всерьез.
Здесь шапки ели, вместе с кленом
И пурпуром сгоревших дней.

Дожить до завтра, может больше
Прожить еще хотя бы день.
И среди темной черной ночи
Не звать тревогу и вражду.

Не знать, что было,
Скрылось за порогом в прошлом.
Не кликать птиц
И бедствий на душу.

Вокзал провинциален.
Бьет по венам
Слепая дрожь и страх,
Как по нутру

Пройдется лед и вновь проснутся
Поранившие сердце иглы стуж.
Уносит вновь дорога меня в даль,
Но что там ждет? Один еще мираж…

Мир

Бал расцветал,
Как будто страшный сон.
Как будто день пылал,
А глаз был лишь бельмом.

Слепым, слепым давно,
Как этот бренный мир,
Что рассыпался в брызги
Из страз и тысяч блик.

Как мир, что забывал
Зачем он появился.
Как люд, что воевал
За проклятые лица.

Не за мечты и жизни,
А чтобы вновь сочилась
Ложь яростью из уст
И вновь сложилась песня

Из копий, стрел и душ.
Разброшенные судьбы,
Как будто только миг
В эпохах эпогеем

Растресканные сны.
Всех тех, кто был когда-то
Пропал и сгнил в ночи.
Всех тех, кто как случайно

Жил этот век средь тьмы.
Не знал себя и мысли,
Знал слоган и рекламу,
Чужие сверху титры

И догмы для бульвара.
Все то, что мы забудем,
Сотрем и обездолим.
Где будут эти жизни?

Где будут миллионы,
Живущих слишком быстро,
Не знающих так много,
Живущих среди титров
И яркости обложек.

Дождь

Снова холодный дождь
И по губам бьется ветер,
Словно, как скрипка, ложь
Горько звучит за дверью.

Жаль, отгорели мосты.
Нет у нас больше спасения.
Есть только горы из лжи,
Вещи, чужие спасения.

Жалость не к месту, иди,
Словно забыты все смыслы,
Словно средь неба, земли,
Есть только звезды и встречи.

Там, где песок по ветру,
Где шумит море и небо
Полнится сотней созвездий,
А все страницы – мираж.

И забывай все, что было,
Что отгорело за осень,
Что потерялось по жизни,
Между чужих и меж прочих.

Предвестие бури

Черной вуалью шлейф,
Словно с небес снова дождь,
Бьёт ураганом в степь
Им уже не помочь.

Сносит бульвар и крыши,
Сносит дома и судьбы.
В этой истории горькой
Нам не до роскоши – воли

Все изменить и проститься
С трусостью, маленькой ложью.
Нет, с сада Эдемского
Змеев разводят потоками.

Черной вуалью шлейф.
Трость вновь стучит по бульвару.
С мрачностью фонарей
Жизнь устремляется в завтра.

Гранит

Друг другу страха мы гранит
По жизни дарим, как шлепки
И вместо дара, средь любви

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.