Юрий Романов
Зелёный гамбит комбинатора

В придуманных историях использованы события

девяностых годов

Жизнь – проза с юмором, но сценарий индивидуален

С кем шутки плохи, с тем

и всё остальное так себе!

Первая часть. Разнонаправленный юморной ветерок с зеленью

Глава 1. Сын предков с острова озера Сики Кака

Если совесть орган, при помощи которого нормальный человек совещается с человечеством, то хитрость – вероятно, гибрид глупости с развитым житейским чутьём, что часто омрачает и сокращает жизнь. А поскольку жить надо долго и весело, то с чистой совестью смейтесь господа, смех – это минуты счастья, которые продлевают вашу жизнь!

Ровно в полдень, по столичному времени, в аэропорт прибыл «борт» с острова любви и морского тёплого воздуха. В числе прочих пассажиров лайнер доставил с Кипра, в целости и сохранности, стройного и доброжелательного человека, который чувствовал себя в полной безопасности. Вы спросите почему? Потому что злой человек никогда не может чувствовать себя в полной безопасности. Этот молодой человек был сыном и точной копией Великого Комбинатора. Звали его Оскар Остапович Иванов-Бендер. Этот день был его золотой монетой, с которой он спешил на базар жизни!

В отличии от своего отца Остапа-Сулеймана-Берта-Мария Бендер – сына турецко-поданного, необычайная живость которого, без финансовой поддержки тени предков, на первом этапе жизни привела в Старгород, без носков, ключа от квартиры, где деньги лежат, а затем «унесла в места не столь отдалённые», для освоения «смежных профессий», у Оскара Остаповича Иванова-Бендер «за плечами» были «корочки об высшем образовании», служебный паспорт Великой страны, чековая книжка банка «OF CYRUS» на внушительную сумму в зелёной валюте и документы на собственную фирму «Yominco trade ltd.» Всё это пока «молча отдыхало» в его портфеле, который ещё не так давно успешно перемещал изделия типа «Фаберже», знающих «Тайну Великого Комбинатора и зигзаги любви».

– Вот что такое своевременная поддержка «штанов»! Да, … каждый кузнец своего счастья, но многое зависит от заготовки! Немного раскручусь и поставлю ЕМУ памятник при жизни. Жаль, что он не вовремя приболел и нам не удалось встретиться, но, как говорят мудрецы, «не смотрите в зад» – всё ещё впереди. Да, он мой отец и Великий Комбинатор, которым сейчас горжусь и не только я один! Надо постараться быть достойным его! Я пока не Великий, но сын Великого Комбинатора, – закрыв глаза констатировал Иванов-Бендер, пока самолет подруливал к зданию аэропорта…

И вдруг Оскар вспомнил о ТОЙ, которую неожиданно встретил, как подарок судьбы, там … на Кипре, когда он с новым знакомым Борисом (ударение на первое «О») Фунтиком из Югославии, посетил театр эстрады, под Лимасолом…

Там всё было как-то по-домашнему и достаточно развлекательно. Они разместились поближе к сцене. Над сценой летали молоденькие девушки с букетами цветов, изредка озаряемые разноцветными лучами прожекторов. На сцену выходили певицы и певцы в разноцветных нарядах, приглашённые из разных стран с приличными вокальными данными. Вдоль столиков ходили девушки с плетёными корзинами, предлагая напитки и цветы, но всё это почему-то не трогало душу Иванова.

– Смотри, смотри, – Борис толкнул Иванова-Бендер, – только что объявили, что сейчас будут петь артисты из России.

На сцену вышел как всегда элегантный Иосиф Кобзон. Заиграл оркестр и полилась мелодия:

«Вчера я встретил вас случайно

Об этом знали вы едва.

Следил за вами я всё время тайно,

Взгляд ваш туманила печаль…

Скажите почему нас с вами разлучили?

Зачем, зачем ушли вы от меня…»

В глубине души зазвучали давно забытые нежные человеческие струны…

– Какой глубокий смысл заложен в этих строках, – подумал Оскар.

Музыка смолкла. Ведущая объявила следующего исполнителя…

И вдруг его поразила необыкновенная красота девушки, вышедшей на сцену в длинном вечернем, средне-декольтированном бархатном чёрном платье: Глаза большие, прекрасный идеальный носик и лицо её, вобравшие лучшие молодые черты артисток Орловой, Ларионовой и Скобцевой, излучали невероятный Божественный Свет. Большая прядь густых тёмно-русых волос, плавно переходящих в шелковистый золотисто-светлый отлив, пышной волной лежала на её правой великолепной груди, лаская грациозную шею. Прекрасная гладкая кожа с лёгким оттенком летнего загара и едва заметным румянцем, подчёркивали эту волшебную красоту, волнующую его кровь. В душе стало твориться что-то доселе ему не ведомое. Оскара потянуло к ней как магнитом, но вдруг какое-то чувство неуверенности, неведомое ему ранее, останавливало его. Он с большим волнением стал вслушиваться в слова её бархатного волнующего голоса:

«В этот вечер в танце карнавала

Я руки твоей коснулся вдруг,

И внезапно искра пробежала

В пальцах наших встретившихся рук.

Где потом мы были, я не знаю,

Только губы помню в тишине,

Только те слова, что, убегая

На прощанье ты шепнула мне.

Если любишь – найди,

Если хочешь – приди,

Этот день не пройдёт без следа.

Но если ж нету любви,

Ты меня не зови,

Всё равно не найдёшь никогда…»

Сердце Оскара бешено билось в каком-то восторге и рвалось туда на сцену… Но волшебный и чарующий её голос продолжал его притягивать:

«И ночами снятся мне недаром

Холодок оставленной скамьи,

Тронутые ласковым загаром

Руки, обнаженные твои.

Неужели не вернётся снова

Этой летней ночи забытьё,

Тихий шёпот голоса родного,

Лёгкое дыхание твоё.

Если любишь – найди,

Если хочешь – приди,

Этот день не пройдёт без следа.

Но если ж нету любви,

Ты меня не зови,

Всё равно не найдёшь никогда».

Раздался оглушительный гром аплодисментов, но Оскар всё ещё был в оцепенении и не мог прийти в себя, повторяя слова песни снова и снова:

«Если любишь – найди,

Если хочешь – приди,

Этот день не пройдёт без следа.

Но если ж нету любви,

Ты меня не зови,

Всё равно не найдёшь никогда».

– Что это со мной? – задал он себе вопрос и вдруг осознал. – Да! Да! Есть ОНА!

– Ты о чём кричишь? – поинтересовался Фунтик.

– О своём. Да! Есть она! Интересно, а какого у неё цвета глаза?

– Если ты про девушку, которая пела, то не знаю, но она великолепна.

И тут вышел на сцену следующий выступающий и в нём Иванов-Бендер узнал знаменитого Трошина. Вдруг тот как будто подслушав, стал исполнять пожелание его души:

«Только песни я любил

Да товарищей,

Замечал красивых девушек едва,

Но улыбка серых глаз

Изменила все сейчас

И повторяю бесконечно я слова:

До чего ж ты хороша, сероглазая,

Как нежна твоя душа понял сразу я.

Люблю твой взгляд, улыбку, звонкий смех.

В мире ты, клянусь, лучше всех!

Грусть и радость мне делить

Вместе хочется.

Ты заполнила до края жизнь мою

Серых глаз твоих тепло

Мне на счастье расцвело

И потому я для тебя одной пою»…

Трошин ещё раз пропел припев: «До чего ж ты хороша сероглазая…»

– Феноменально! Так не бывает! Это прямо про меня… До чего ж ты хороша сероглазая! Но кто и откуда она? … Интересно, какого цвета у неё глаза? …

Неожиданно самолёт остановился и этот толчок вернул Иванова-Бендера в реальность, заставив оторваться от прекрасных воспоминаний. И вернувшись в реальность, он стал наблюдать как стюардесса приступила к открытию авиационной двери с многочисленными запорами.

Пахнуло летним воздухом, наполненным запахами хвои, зелёной листвы, травы, остатками паров авиационного керосина и надеждой на полноценную и динамичную жизнь в этом мире.

Появился он в дверном проёме, только что прибывшего лайнера, в элегантном заграничном (кофе с молоком) костюме, и в Адмиральской фуражке, гордо посажанной на тренированную шею, обвитой длинным светло-бежевом шарфом. Его неотъемлемый атрибут – Адмиральская фуражка – подарок за научные потуги его «серого вещества».

– Вот она дверь в новую эпоху! Надеюсь, что не буду лишним на этом очередном празднике жизни! – подумал Оскар и полной грудью вдохнул аэропортовскую воздушную смесь. – Лишь бы на политическую арену не вышли клоуны, тогда уж будет не до смеха. Но не будем о грустном. Пока всё хорошо! Вот и внутри-салонная очередь меня выносит, если верить тому, о чём вещает мой «матюгальник», навстречу криминально-олигархической эпохе. Ну и что? Только что, я лихо миновал закордонный таможенный шлагбаум, так что с «бабками» у меня тоже всё в порядке. Странно, но при таком положении дел уже не думаешь о белом куске хлеба, а в голову лезет чёрная икра! Да, – проза жизни, видимо, всё-таки состоит не только из времени и моментов, но и включает в себя пустоту и не реальна без юмора с гаммой оттенков.

Оказавшись в проёме двери лайнера, освещаемый солнцем, он, как когда-то Наполеон, взирая на Москву с «Поклонной горы» в ожидании ключей, вдруг произнёс:

– Вообще-то чаще удивляет не то, что у других нет совести, а то, что она у тебя есть! – и немного помолчав, добавил, – но потерявши совесть не знаешь, где её искать, а главное, зачем?! Да, но я порчусь прямо на глазах. Явно, сказывается влияние больших денег! А у кого их очень много? Что тогда? Но следует помнить, что на суде памяти, совесть – главный и основной свидетель.

– Вы что-то спросили? – поинтересовался, проходящий мимо него мужчина.

– Нет, нет, это я не вам.

Автобус лихо «подбросил» пассажиров лайнера к пропускному таможенному посту этой страны и сразу же сиплым голосом запел «колокольчик»:

«Всюду деньги, деньги, деньги.

Всюду деньги без конца,

А без денег жизнь плохая,

Не годится ни куда!..»

– Древняя, но странная какая-то мелодия, «времён Очаковских и покоренья Крыма». К чему бы это? Наверное, у руководства Российской таможни с этим проблемы! – отметил Иванов-Бендер. Значит будут основательно «щупать»! Обнаружат мою валюту в портфеле и уже проблемы возникнут у меня. Ну что ж, придётся делиться. Бог сделал невозможной нашу жизнь без еды, а Дьявол без денег. Обидно, досадно, но ладно! – и направился со своим портфелем-талисманом к длинной очереди, где милые девушки в пагонах выясняли, что и где пассажиры лайнера привезли тайком в «Закрома» обновлённой страны.

– Да, человек имеет то, что имеет, а мог бы иметь то, что хочет! Ну что же придётся снова «отдаться» на некоторое время женщинам в погонах.

Его рассуждения неожиданно прервал требовательный голос таможенника:

– Прошу предъявить документы! – попросили Иванова-Бендера за десятки метров до входа в зону контроля.

Оскар в недоумении передал свой синий паспорт.

– Так у вас же служебный, проходите по «Зелёному коридору» быстрее и не создавайте «творческую» очередь, здесь вам не вино-водочный магазин.

– Вот оно – знамение свыше!

В конце этого счастливого коридора сиплый голос динамика вдруг захлебнулся, но быстро оправившись, бодрым женским голосом объявил:

– Товарищ, Иванов, вас на выходе из таможенной зоны будет встречать … динамик снова заурчал и «закашлял» …

– Вот сейчас я осознал, что вернулся домой. Там был господином, здесь снова стал товарищем и это почему-то радует. А кто будет встречать не разобрал, … – но не успев глубоко проанализировать свежую мысль, он вдруг столкнулся с молодой женщиной.

– Так это вы?!

– Я, … но я пока ещё ничего не успел натворить.

– Что вы имеете в виду?

– Как говаривали раньше мои знакомые: «Что имею, то ввиду!»

– А вы шутник и видимо обладаете чувством своеобразного юмора, выражаетесь кратко, но сочно! – молодая женщина улыбнулась.

– Стараюсь. А как вас, – весёлая и находчивая?

– Зюзя Гольдмян из Армении. Сейчас я переводчица в компании А.I.I., а по-русски – Эй, Ай, Ай.

– Почти как в той песенке … Только не хватает слов…

– Каких?

– Ну что за девчонка!

– Весьма оригинально и любопытно! – и она посмотрела на Оскара как Крупская на Ленина, – это сокращённое название нашей компании «Американ Интернэшнл Индастриз».

– Очень приятно, но, Зюзя, у вас такой вид словно вы нашли то, что так долго искали.

– Угадали!.. Вас, господин Оскар Остапович Иванов-Бендер. Вы … вице-президент этой компании!

– А как вы догадались?

– Разве вы не видели, что написано на моём объявлении?

– Нет.

– Почему?!

– Потому что вы её держали обратной стороной.

– Извините, переволновалась!

– Бывает.

– Да, у нас по-всякому бывает и на «Е» бывает и на другие буквы бывает…

– С народным юмором у вас тоже всё в полном порядке, – уговорили. Будем знакомы, но зовите меня просто по имени. А как же вы меня узнали? Ведь мы раньше не пересекались.

– По словесному описанию вашей внешности нашим менеджером Винтовым, с которым вы успели пообщаться на Кипре. Он приехал несколькими днями раньше вас.

– Понял… Было дело!

– Владелец компании, господин Бян Лян Пук, сейчас в гостинице, но скоро подъедет. Так как фирма продолжает приём новых сотрудников, то господин Лян Пук планирует переговорить лично с каждым и уточнить их сферы деятельности. Он поручил мне встретить вас и привести сразу в старый офис, так как в новом ещё не успели закончить ремонт. Поэтому я заранее заказала такси. Для информации, на данный момент, в столице почти все таксопарки пересели с «Победы» на «Волгу». Кстати, такси уже нас ждёт на выходе из этого здания.

– Хорошо! Ваша оперативность радует. Тогда вперёд на работу, так как труд человека кормит, иногда даже облагораживает, а лень – ест!

Как всегда, неожиданно и попреки прогнозу пошёл дождь.

– Погода сексуальная, – вдруг изрекла Зюзя.

– И что это означает? – поинтересовался Оскар.

– 95 процентов влажности.

– Забавная трактовка погоды.

Проезжая по центру, и анализируя мелькавший пейзаж через опущенное стекло такси, Иванов-Бендер отмечал про себя существенное обветшание фасадов зданий, а по хаотичному подбрасыванию «бренного тела» продолжил оценивать качество местных дорог.

– Да, … пока, мне кажется, Пьяньцинь со своей мутной публикой движется не в ту сторону.

– А я вне политики, – отозвалась переводчица, – но я за демократию – это когда народ пасут распряженным. Одним словом, за свободу.

– Ну да… Где льготы для богатых, медицина для здоровых, а правосудие для неподсудных. А свобода заключается не в том, что вам позволяют, а в том, что вы позволяете позволять себе! Я тоже вне политики. Не обращайте внимание. Это реакция моих некоторых внутренних органов.

В пригороде столицы, на одной из многочисленных кооперативных улиц, у пятиэтажного из серых панелей дома, таксист остановился.

– Вот и доставили наши «бренные тела» в нужное место и, похоже, в нужное время! – Зюзя мельком взглянула на ручные часики, инкрустированные отблесками былого «Брильянтового дыма», её мамы, главы ведомства по «зубным» вопросам славного города Бачи, откуда ей со всей семьёй пришлось срочно отбыть, поскольку её фамилия перестала совпадать с интересами местных жителей.

– Как говаривала Белоснежка, – она сделала паузу, – спасибо этому Гному, пойдём к другому!

Поднимаясь на последний этаж по серым ступенькам подъезда, исцарапанные зелёные стены которого информировали о плохих познаниях орфографии русского языка её «писателей», но компенсировались широтой простонародных выражений. Почитав нацарапанное на стене, Зюзя Гольдмян констатировала:

– Что русскому мат, – китайцу фамилия!

Дверь офиса была на распашку. Его обстановка больше напоминала коммунальную многонациональную квартиру. Обитателями этой странной заводи, судя по одеже, были многие представители бывшего Союза. Один в тюбетейке с «лавашем», другой с шашлыком и в большой чёрной кепке, третий в расписной тюбетейке. Двое других в майках и трусах мирно играли в «нарды» на раздевание. Перед одним стояла открытая бутылка Армянского коньяка, а перед другим – бутылка Азербайджанского коньяка. Если судить по их отпечаткам пальцев – кругом одни оригиналы. На фоне этой картины не плохо смотрелись две смазливые девушки Люси и Маргарет в украинских вышиванках. Одна из них тщательно «прогревала» телефонную трубку, плотно, прижав её к красивому уху с золотой серёжкой, другая с локонами – долго и старательно «общалась» с факсом, положив на него свою роскошную грудь, не обращая внимание на вошедших. Только Винтов в белой рубашке, в красном галстуке и с блокнотом, увидев Оскара и Зюзю, поспешно отреагировал:

– В нашем полку прибыло!

– Оскар, – представился Иванов-Бендер.

– Это наш вице-президент, Оскар Остапович Иванов-Бендер, – уточнила Зюзя.

Трёхкомнатная квартира сразу ожила и её дружный коллектив потянулся, как на водопой, знакомиться, заодно сообщая о своих технических достижениях. После завершения процедуры знакомств, Зюзя Гольдмян, тайком позвала Оскара на кухню и захлопнув плотно дверь, продолжила короткими штрихами «уточнять» индивидуальные яркие грани офисного коллектива:

– Салих, который в тюбетейке, только занимается продажей телефонов «мыльниц» в собственных интересах, а заодно успешно осваивает сексуальное тело Натали, а та, в знак благодарности, с умным видом пытается продавать какие-то мифические самолёты «Ту», о которых понятия не имеет и даже на них ни разу не летала. За приятное освоение достоинств мало доступных частей тела, этот Бильдыев на днях подарил ей песцовую белую шубку! И вообще ей трудно встать на ноги, когда всё время носят на руках! А Мкртчян, продаёт какие-то порошки от импотенции. …

– Э нет, Зюзя, я не по этой части, … дышите глубже, – вы взволнованы! Однако, советую вам – не завидуйте. Надейтесь, – у вас всё ещё впереди!

– Надеюсь! Понимаете, чтобы показать свои лучшие стороны, приходиться вертеться и показывать себя не только спереди, но и сзади!

– Я вас понимаю, но не надо так волноваться! Может я не совсем прав, так как женщину разрешается перебивать только комплиментами.

Другие источники всё же поведали Бендеру, что:

– Муса из дружелюбного Кыргызстана, не плохо обеспечивает работоспособность офисных компьютеров и успешно «ведёт» бухгалтерию, не забывая себя дорогого…

– Салих из Баку безуспешно пытается продавать уголь через порт Владивостока, но пока в качестве прибыли в своих карманах привозит только чёрный антрацит…

– Гиви Чешуйшвили из Тбилисо и хорошо «подкован» только по части изготовления и продажи в переходах ароматных шашлыков, но он умудряется получать с прохожих не только стоимость шашлыка, но и стоимость, облагороженного шашлыком, дыма. У него есть мечта обогатиться за счёт угнанных с «Дикого Запада» иномарок. Чешуйшвили надеется на финансовую поддержку нового владельца офиса, изложив ему финансовую операцию в более радужном и «прибыльном свете» …

– Да, … многое можно увидеть, если не смотреть по сторонам! – Оскар задумался. – Видимо, в больном обществе здравый смысл рассматривается как диагноз.

«Глубокие» мысли Иванова-Бендера были прерваны появлением владельца компании. Он вдруг появился в проёме входной двери, как «нежданчик за столом», в сопровождении переводчицы.

Поскольку вся публика уже была в большой комнате, то он, облокотившись на тумбочку, не мешкая начал свою «тронную» речь:

– Хай… я ваш новый хозяин, – Бян Лян Пук. Я выкупил эту, так называемую компанию, у вашего австралийского бездельника, чтобы вести доходный бизнес в России. Я не беру на себя больше, чем могут выдержать подчинённые, поэтому прибыль с каждого контракта должна быть не менее 40%. На острове озера «Сики Кака» мои предки начинали торговать набедренными повязками. Потом они переселились в Штаты, где я появился на свет, как мне сказали: «В короткой и обосранной маечке». Но постиранная маечка в последствии, когда ей мокрой меня звезданули по голове за какую-то шалость, натолкнула меня на яркую мысль – заняться производством и продажей футболок и прочей продукции. Началась «эпоха футболок». Перебравшись в Сингапур, я построил одноименный супермаркет «СИКИ КАКА», здесь мне удалось немного заработать и стать мультимиллиардером. Но человек, как вы надеюсь понимаете, всегда беднее своих желаний. Учитывая, что в школу я всегда ходил с дипломатом, в то же время как другие ходили с ранцами, я сейчас имею честь быть дипломатом и членом правительства знаменитого Сингапура, а они стали сами понимаете кем … Поскольку Я сейчас ЧЛЕН с большой буквы и строю центр этой великой страны, то основная задача, перед присутствующими здесь состоит в том, чтобы обеспечить мои строительные компании: арматурой, катанкой и другими строительными материалами. А эти, – как это у вас в народе говорят, частные ла… ла …?

– Лавочки, – подсказала Зюзя.

– Да, да, точно – лавочки, – подхватил довольный Сын предков с острова озера Сики Кака, – связанные с изготовлением, продажей «детских мыльниц», порошков, шашлыков, мифических самолётов и непонятного угля, – я закрываю. Что же касается господ: Бильдыева, Мкртчяна и Салиха, то моя компания в их услугах больше не нуждается. Извините, вам у меня не получилось сформироваться и что-то сделать по большому … счёту, попробуйте по-маленькому, но в другом месте.

Названные, сотрудники, ставшие в одно мгновение бывшими, начали поспешно собирать свой скарб, «разбавляя» эти занятия короткими звонками.

– Да, подумал Оскар, – тяжелее всего нести крест, который на тебе поставили и не так просто найти выход, когда указывают на дверь! В итоге, – каждый получает то, что заслуживает, хотя не каждый заслуживает, то, что получает. Но через мгновенье, голос Бяна вернул его в реальность:

– Остальные сотрудники подчиняются Иванову-Бендер! – уточнил Пук, – вам, Оскар, даю две недели на заключение требуемых контрактов. Также за это время вам надлежит обеспечить окончание ремонта нового офиса в «Кривошейном переулке», закупить для него новое оборудование, офисную мебель и перевести туда необходимые для работы материалы. И помогите Чешуйшвили растаможить представительскую машину, которую я специально купил для формирования имиджа офиса. Здесь в городе пока я не видел иномарок и это хорошо! Следовательно, она будет первой, что повысит «вес» моей фирмы. Одним словом, как у вас говорят, Оскар, «мозги в пучок, а людей в кулачок!» Кто не справится с поставленной задачей в указанный срок будет уволен! У вас очень мало времени. Действуйте! – и сын предков острова «Сики Кака» вместе с переводчицей быстро «испарились» в сером дверном проёме.

– Весёлая задача! – про себя отметил молодой комбинатор, – главное для меня это в кратчайшее время, помимо сказанного, найти варианты, преумножения своего личного капитала, а такие изучение финансовых и организационных возможностей Пукнутого!

Глава 2. У зверей, как у людей

Поляна, тихо дует переменный ветер, а над входом лозунг: «Ускоряйтесь вашу мать – Родина не забудет». Как уверяют философы – мир на земле развивается по закону «Восходящей спирали» или «Повторения, но на более высоком уровне», при условии отсутствия катастроф. Иными словами, через какой-то отрезок времени новая точка развития будет находится над той точкой с которой начинала своё развитие эта спираль! Но в случае катастроф «точки не глядя», как говорят, «с испугу» на некоторое время могут махнуться местами.

Одни учёные доказывают нам, что мы произошли от обезьян – другие от дельфинов. Всевышний же, судя по гороскопу, показывает нам, что мы созданы им по образу и подобию животного мира, со временем наделив нас характерами и твердолобостью соответствующими знакам Зодиака. Исходя из последнего постулата мы разные – кто Лев, кто Баран, а кто Козел, Шакал или Чудо в перьях!

К концу двадцатого столетия, в результате безмозглого правления некоторыми Львами-безбожниками, с параличом разума, возник запор мысли, понос слов и под их руководством прошла череда военных, революционных и природных катастроф. А «Гольфстрим» с «Торнадо», обидевшись на них, решили поменять климат на голубом шарике, и как следствие – изменить матушку природу, растапливая льды и превращая оазисы в пустыни, джунгли в тайгу, тайгу в джунгли. В результате таких мероприятий верхняя точка, не глядя, махнулась с зачаточной, прихватив с собой худшее из черт нажитых непосильным многовековым трудом животных. Животный мир очередной раз оказался снова не далеко от исходной точки, где зарождался разум. И сразу многие возомнили себя Новыми Львами, Новыми Козлами, Новыми Шакалами, будучи не способными мыслить двумя полушариями. В районе Старой Площади города N, где когда-то шумела тайга, а Медведь был хозяин, говорят даже на некоторое время возникала какая-то цивилизация, снова образовались джунгли со своими законами во главе со старыми Львами, у которых частенько ум успевал зайти за разум, но их всё равно избирали на сходках представителей от всех зверей.

Так и случилось в очередной раз, когда представители от каждого вида животного мира джунглей собрались на большой поляне, сооружённой слонами, бегемотами и жирафами под руководством обезьян, но по всем уголкам ещё продолжал валяться хлам от древних цивилизаций, так как остальные животные его не убирали, ожидая «ценных» указаний ныне здравствующего Льва.

Ближе всех, к новому, вальяжно развалившемуся старому Льву, планируемому для переизбрания, расположились шакалы, гиены, волки и хамелеоны. Сразу за ними, рядом со змеями и удавами, нежились расчёсывая свои бороды козлы, которых пока не смогли съесть из-за их дерьмового запаха. Далее расположились те, кому удалось выжить в битве со стихией, и даже кое-что отвоевать, зацепившись за ветки. Самыми отдалёнными от Царя зверей оказались все разновидности обезьян, так как неожиданно выяснилось, что будто бы они наделены каким-то разумом.

А что такое разум?.. Вот у безумных он есть?.. Можно ли считать расиста, убийцу, коррупционера, насильника или обманщика разумными? … Когда, где, почему и у кого он зародился? … Может его дали по блату или прикупили? Но у кого и почём? … Похоже животные пока этого не знали и на всякий случай, кабы чего не вышло, отправили мартышек на … – от греха подальше…

Председателем сходки действующий Лев Го, с какой-то большой красноватой меткой на лысой голове, назначил хамелеона Хама, который, не слезая с пальмы, зачитал повестку:

– Сегодня 25-го на повестке дня этой сходки стоят два вопроса: «Отчёт старого Льва Го и выборы очередного старого».

Примечание. При благоприятной погоде могут состоятся дебаты и даже скачки. Присутствие всех представителей не обязательно, так как большинство голосов у Шакалов и Козлов, а доминирующий – у нового старого Льва.

Ведущий собрание хамелеон Хам сразу на одном дыхании объявил:

– На сцену с отчётным докладом приглашается Лев Го-меченный, наш главный мозговед перестройки, ускоритель процессов вырубки виноградников, большой трезвенник, но язвенник, – и чтобы сгладить впечатление от сказанного, Хамелеон, изменив окраску под цвет пальмы на которой он восседал, пропел писклявым извиняющимся голоском, – он пьяных не любил – сам в рот не брал хмельного, но обожал подхалимаж!

Забравшись на «трибуну», в виде поваленного огромного дерева, Лев Го-меченный сразу заявил:

– Я снова претендую на пост Главного Льва, так как я быстрее всех ускорялся, и я последний отважный из могикан, который за копейку продал честь и нашу часть джунглей в Европе, а заодно вывез наших поданных животных к нам прямо в голую пустыню. За что получил признание Великих Львов джунглей Запада, а заодно и Нобелевскую премию мира, так как это сделал благодаря собственному желанию. Правда произошло непредвиденное – те, кого я вывез, почти все вымерли, но это происки наших врагов! Да … конечно наших врагов! А я предупреждал, что нашим гражданам пора приходить к выводу: «Так безбожно гулять, не жалеть ни себя, ни близких и массово травиться суррогатной водкой – недопустимо!

– А другой нет!

– Как нет? Почему у моей охраны есть, а у вас нет? Не понятно…, но мы быстренько разберёмся. У нас сегодня гласность и ускорение!

– Уже поздно, – угрожающи прорычало из зарослей. – А я вот вчера, в нашем магазине попросил мне нарезать сто граммов колбасы?

– Ну и что?

– Она согласилась, но попросила принести колбасу.

– Ну вот видите, … она же согласилась!

– А почему мясо пропало? – снова недовольным голосом спросили тигры из зарослей.

– Оно не пропало – оно немного приотстало! Мы так быстро с вами идём и часто перестраиваемся, что стада рогатых не успевают за нами. Ну, … немного разбрелись по разным направлениям, но скоро мы их снова соберём в организации.

– Пошёл ты в …

– Все мы там были, а кто не был – будет. Дайте, я скажу то, что сказал…, используются эти организации и фонды, негосударственные для того, чтобы спокойно приезжать сюда и нечистыми руками что-то делать. Им нужно, поэтому такое так сказать…

– Как же вы попали во власть с такими мозгами? – поинтересовалась лиса.

– Как я пришел в политику? Хороший вопрос!.. Вывел старшие классы встречать воду … тогда это было событие! Сорвал урок, но райком комсомола джунглей одобрил.

– Какую водку? Ты ж не пьёшь?

– Не водку, а воду. Ну, … с этим хватит. У нас борьба с пьянством, то есть с трезвостью… Надо ускориться.

Теперь о современном международном положении… Как правило, те, у кого сейчас ядерные кнопки находятся, – это нормальный народ. Но они против нас не собираются, ни мы против них, в конце концов, соседи, и давайте из-за этого отношения, в конце концов…

– Все мозги ты нам запудрил, все извилины расплёл! Да ладно… не оправдывайся! Скажите лучше, чем вы сейчас заняты?

– Создаём партию нового типа.

– И в какой стадии этот процесс?

– Ищем этого самого типа.

Вдруг на деревьях раскричались пернатые:

– Мо-ло-то-ва! Мо-ло-то-ва!

– Товарища, Молотова давно уже нет! Это я вам авторитетно, как ваш Лев Го, заявляю!

– Тогда в зернах, в зёрнах, в зёрнах!

– Даёшь того самого типа, Льва Пья!

– Но как же он будет формировать тех, кто будет управлять нашими Российскими джунглями? Он же всегда пьян, – возразил Лев Го.

– Справится, – подтвердили из зарослей, – ведь наши звери становится откровенными только со стаканом, а он всегда с ним!

– А что? … Кстати! Антиалкогольная кампания позади, и я могу с вами выпить. Это надо было пройти. Любой вопрос возьмите: собственность, гласность, муж и жена или женщина и мужчина. Всё вот это и всё, что мы затронули, – мол Лев Го виноват во всём. А так нельзя было оставаться. Народ уже прояснил, кто тянет назад страну, кто подбросил нам эту жизнь. Это Козёл Черн виноват – вот мы его и съели! … И я в данном случае с Иисусом Христом солидарен. Он был первый социалист у нас. Тут уже ничего не поделаешь. Я вам отвечу, как Главный Лев Го… Вы знаете, что это будет сложнее, чем простой ответ… Я думаю, что, если бы Козла Черн не было, его надо было придумать… Я, пожалуй, в конце своего отчётного доклада предложу, как это бывает традиционно, выпить за женщин: за совсем маленьких, за юных, за зрелых, но, чтобы сделать их всех счастливыми надо сделать всё, чтобы не допустить женщин к власти.

– А ты угощаешь или как? Опять рогатые отстали?

– Я имел ввиду тост, под который вы сможете выпить дома, … так сказать в кругу родных!.. Дарю вам его бесплатно!

– Сегодня у нашего любимого товарища Го, как всегда «запор мысли – понос слов», – прокомментировал хамелеон Хам, которого никто до сих пор не смог обнаружить.

– А вы там не умничайте, товарищ Хам… В завершении доклада, настоятельно советую вам, мои дорогие товарищи, меня, … Льва Го, по-хорошему, вновь переизбрать на пост Главного Льва! Тем более, что с возрастом моя твердолобость компенсировалась слабоумием. Вы ведь в курсе, что чем умнее человек, тем интереснее его заблуждения. Я могу сказать, что жизнь моя удалась, так как я уже не требую слова, а мне его дают! Также будет и у вас. Потом… реформы должен завершать тот, кто их зачал. А зачал-то их я!

– Как всегда любимый Го, рычал не внятно, … но все извилины действительно расплёл! – зарифмовал хамелеон.

– Долой, долой! Пошёл из наших джунглей в болото!

– А мне блявать охота, … а ну его в болото…, – пропел кто-то, видимо не успев опохмелиться.

– Ладно. Я… с трудом понял и покидаю вас не оплодотворённым… Теперь я пойду с ещё большим забралом!

– Шагай, шагай дальше …

– На трибуну приглашается тот Тип для перестрелки, которого так долго искали прежние руководители, – торжественно объявил, председательствующий на этом сборище, хамелеон Хам.

На трибуну поднялся уже поседевшей Лев Пья:

– Чтобы нам легче было разобраться в прошедшем и правильно сориентироваться в выборе Главного Льва в будущем, понимаешь, – начал он, – я привез вам большое количество разных напитков под разнообразные закуски. Это дар моих друзей, – то есть ваших врагов, … зверей джунглей Американского континента…, понимаешь. Поэтому надеюсь, что доклад будет всеобъемлющим и принят полноценно с проникновением согревающего!

– Ура! – пронеслось по джунглям.

– Так всё-таки что будет после перестройки? – поинтересовался из-за кустов.

– Перестрелка… Я прямо вам скажу, … понимаешь, … при Льве Ле – было, как в метро: кругом темно, а впереди – одна лампочка. При Льве Ста, было – как в автобусе: половина сидит, половина трясется. При Льве Бре – было как в самолете: один за штурвалом, остальных тошнит. А при Льве Го, меченом – стало как в такси: чем дальше, тем дороже, но все под лозунгом «Ускоренно увеличим поголовье крупного рогатого скота, но сохраним мясо» … Я большую жизнь прожил: побывал и сверху, и снизу, и снизу, и сверху! Моей диктатуры не было и не будет, понимаешь, а других диктатур я не допущу. Мы прямо сейчас примем по стакану, осудим прошлое и примем программу стабилизационных мер.

– Правильно!.. Давайте примем для затравки серьёзного разговора! – раздалось со всех сторон.

– Уже приняли! – доложил хамелеон Хам, осмотрев поляну. – Уже все приняли!

– А я вам так скажу, … понимаешь! Раньше я о Льве Го думал плохо. Теперь не думаю вообще… И в отличии от него у нас не будут жить трезвенники и язвенники.

– Даёшь мясо! Ответим на красный террор белой горячкой, – приободрились шакалы и гиены.

– Ответим!

– Будет вам мясо, но мы не будем разводить быков и коров, потому что пятьдесят наименований микроэлементов в одной корове, … понимаешь. Вот поэтому она и даёт… А немного «пощиплем» павлинов, баранов и козлов, чтобы они закупали у моих друзей «Ножки Буша». И волки с шакалами будут сыты, и бараны с козлами целы, да ещё на этом подзаработают наши друзья, пардон, … наши враги! И с нами, глядишь, поделятся! В принципе я и без них знаю, как и чем вас смог бы накормить, но не все это будут есть!

– Кто не будет?

– Например, Тигры.

– Почему?.. Наказать их!..

– Штуковина, правда хорошо мажется, но плохо пахнет, понимаешь… Мы с вами закупим «ножки Буша» и разведём Шакалов, и Козлов … немного им дадим, а там они и сами прокормятся. Это вот ещё одна загогулина, понимаешь!

– А вот тут попугаи думают, – попытался вставить фразу хамелеон.

– А ты Хам со своими пернатыми помалкивай в тряпочку, потому что в Российских джунглях мышление символическое у всех и мне плевать на то, что обо мне думают, особенно о тех, кто не умеет думать!

– Примем!

– Уже приняли! – снова констатировал хамелеон Хам, оглядев поляну.

– Ответим на безалкогольные свадьбы непорочным зачатием! – заблеял Козёл.

– Даёшь не порочное зачатие! Примем!

– Вот, понимаешь, гвоздь моей программы. Для зверей я построю по всем джунглям: рюмочные, похмелочные, алкоцентры, которые будут работать круглосуточно. Создам в наших джунглях лигу сексуальных реформ… Я уверен, что после этого никто из нас и из вас не убежит…

– А как будет развиваться искусство? – поинтересовался красный попугай мозговед.

– Там будет попечительский совет, и вот вместе они будут обсуждать, так сказать, план, как работать. И, конечно, не допускать, чтобы туда проникал, секс, так сказать… спектакли и прочее, отчего нам надо постепенно всё-таки избавляться напрочь… Это вот ещё загогулина, понимаешь!

– А если у вас любимый литературный герой? – спросила лиса.

– Был у меня такой герой… А мы где сейчас, Ханам? Не пойму, то ли в бане переохладился. То ли поторопился с выходом, то ли вирус подхватил здесь какой-то?

– Мы на… на поляне, а может на опушке, мой Презр.

– Значится так, был у меня такой герой – Опушкин. Так вот: «Сегодня ночью – ну как-то приходится готовиться к таким собраниям. Ну, решил на свежу голову, так сказать, часа в два ночи почитать этого Опушкина. И знаете, оказалось не так просто!» …

– А почему с прилавков пропали мыло и стиральные порошки? – снова вопрос из кустов.

– Вопрос конечно интересный и своевременный, понимаешь! Партия отмывается, а заодно отмываем новых Шакалов и Козлов, которые наши. Они и есть наш основной капитал. При моём содействии, мы их направляли в Штаты и Европу учиться профессиональному экономическому воровству! И как написал наш главный басенник: «Львы, Шакалы и Мышки слабы глазами и мозгами стали, а от Козлов они слыхали, что это зло не так большой руки, лишь стоит закупить Американские очки» … Понимаешь ли. Поэтому мы их и закупили, чтобы не терять время на занятия ненужными реформами и устроим сразу «шоковую терапию». Ну, может у меня по экономике еще мысли есть, а по финансам даже трудно сказать, понимаешь. Но у меня есть такой молодой реформатор, тоже мозговед, на другую букву, … Шакал Гай-проходимец, пардон, то есть он проходил спец подготовку по экономике и финансам у тех, кто вас не любит. Этот Гай ещё в 80 году, при моём негласном содействии, понимаешь, был принят в филиал Международного института прикладного системного анализа при Римском клубе. В том же восьмидесятом, в этот же город N был направлен и Козёл Кал, который с Козлом Яко стажировался в джунглях Колумбийского университета под руководством «бывшего» сотрудника ЦРУ джунглей, моего друга Эда – удава джунглей и Амазонии. Ну да ладно, вам этого не понять. В общем, … отставим одного в сторону, одного, другого… И все пойдёт, понимаешь!.. Так вот этот Шакал Гай-проходимец, всё это устроит в лучшем виде под моим руководством… Не верные – вымрут, а верные, кто на уровне умеет пить, возможно останутся!.. Ну что, примем за это на грудь?..

– Примем!..

– Но у меня есть ещё более молодой, подающий бо-о-льшие надежды рыжий Шакал Чуб. Так вот этот будет правой лапой у меня по части прихватизации всех звериных предприятий, которые мы поделим между нами… Я его постоянно буду повышать! Сначала сделаю заместителем председателя Правительства и председателем Госкомимущества, затем первым заместителем председателя Правительства и руководителем моей Администрации. Этот рыжий Шакал Чуб, понимаешь, такой шустрый, что выпросил у меня, конечно, не без помощи моих друзей из ША, даже право быть полномочным представителем президента по финансовым вопросам на переговорах с международными финансовыми организациями, понимаешь. Конечно, он плохой, наглый и жуликоватый, скажете вы, и он Шакал, но он же свой Шакал! Тем более он вместе с Шакалом Гайем, ещё ранее, возглавляя Совет молодых ученых в одной из организаций, так сказать, там подыскивал и завлекал в наши «сети» новые и надёжные кадры «молодых реформаторов» с идеологией прихватизации звериного добра… Денег мало, понимаешь, а любить зверей нужно много… и это нужно сочетать… Два министра уперлись и не хотели этот вопрос решить. Мы взяли, разрубили их… Вот такая вот загогулина получается.

– А вот ещё один есть, иногда вот обсуждаю, скажем, с ним вдвоём или в другом составе, просто удовольствие, так сказать, испытываешь, как он находит эти решения. Не успеваю повышать его, понимаешь. Сегодня вот опять решил повысить, … а как дальше быть? Или, я извиняюсь, голую задницу подставить, или все-таки как-то обеспечить себе, понимаешь, хорошее прикрытие…

– Давай выпьем, а то в горле пересохло! – поступило предложение из зарослей.

– Предлагаю пить самостоятельно по поводу и без повода. У нас теперь демократия, понимаешь.

– Даёшь без повода!

– Теперь надо немного о международных делах и безопасности. Европа без России – это не Европа. Она только с Россией может быть большой Европой. И такой большой Европой, равной которой уже нет и не может быть на земном шаре. А нам и силой нельзя, и отступать нельзя… Надо, чтоб и победа была, и чтоб без войны. Дипломатия, понимаешь!..

– Тут я в Германских джунглях как-то пообщался с их Львом Герхом. Видимо мы по характеру близки, поэтому он идет на короткий контакт, и я иду на короткий контакт, а два коротких контакта не дают замыкание, а дает хорошую отдачу. Может ли между двумя мужиками быть просто дружба или со временем природа берет свое? … Природа однозначно берет свое, и мы пошли искать третьего…, а если не пьющий – нам не походит. Мы, конечно, всё что можно со своей стороны делаем, но не всё мы можем. То есть мы можем, но совесть нам не позволяет, понимаешь… Я тут в Японии, не давно закупил для вас миллион одноразовых шприцев. Глава фирмы, подписывая документы, предложил мне: «Может быть, возьмете еще и партию презервативов?» Но я понял его намёк… «Нет говорю, ясно солнышко, спасибо, такая партия у нас уже есть» …

– Теперь время пришло пару слов об армии сказать. Так вот войско баранов, возглавляемое Львом, всегда одержат победу над войском львов, возглавляемое Бараном. Это ещё Наполеон сказал: Настоящих Львов конечно мало, но нам запад и штаты, как всегда, помогут обучить новых шакалов и разворовать наши джунгли. Но дефицит настоящих Львов не повод ценить Козлов и Шакалов. Разве вы не видите, – Львы молчаливы, но их страшатся. А Собаки лают громко, но их отгоняют камнями. Надо осторожнее в нашем мире, насыщенном разными видами оружия. А то не успеешь заметить, как террористы закидают самолетами, бомбами… Так что мы будим уничтожать свое ядерное оружие вместе с Америкой, если она конечно захочет, понимаешь …

– В итоге … на первом этапе мы с вами обыграли Льва Го и выбрали меня, любимого! А через некоторое время на этой же опушке я вам доложу о ходе прихватизации. Одним словом, три года мы стояли перед глубокой пропастью и, наконец, делаем большой шаг вперед… На этом этапе, всё что я мог – натворил!

– Хотел бы знать куда мы сейчас шагнём? Я вот тоже всё, что мог сделал, – бормотал пьяный ежик, слезая с кактуса после завершения сходки, – но нельзя сказать, что я совсем не получил удовольствия!.. А вот это настоящая удача! Наконец-то меня под кактусом дожидается такое же колючее и подходящее!.. Нее … «твою мать» – всё-таки многовато принял «на грудь» за нашего нового старого Льва и … львицу. Но так обознаться… так обознаться… Как же обманчива природа, – уходя от сапожной щетки, продолжил бормотать себе под нос ёжик.

– Ёжик, ты текилу там на верху из кактуса пил? – вдруг спросила ласково лиса, подбираясь к ёжику поближе.

– Пил.

– И как?

– Ничего, только весь подбородок и кое-что ещё исцарапал.

– Сейчас проверю…

Так и не представ в явном цвете, Хамелеон, насмотревшись на всех и наслушавшись пьяных речей, во время «избрания» Пья новым Главным Львом джунглей, тоже опьянев от испарений, пропел речитативом:

«Лев Пья «махнул всю дозу», всем извилины «расплёл»,

Вместо джунглей и продуктов на полях полынь-траву да бурьян развёл.

С ним генералы его напились и храпят с маразмом и одышками.

А сам-то Царь, как всегда пьян, с обманными словами-пустышками.

Расцветёт же здесь только бурьян с полынь-травой,

Да с шакалами и козлами его, прихватизирующих наши счета и добро вместе со жратвой!»

– Ты у меня допоёшься… «соловей» небритый, я до тебя ещё доберусь, – прорычал Лев Пья. – Ой, что-то глюки пошли… Это видимо моя главная ошибка проявилась – в принятии на грудь разных долей портвейна и водки… Ага, а вот и марсиане с концертом прибыли не в своей тарелке с красным крестом, понимаешь! Всё-таки сегооодня, немного перебрал…, и какая-то знакомая мелодия в моей львиной башке «нарисовалась»:

«Говорил, ломая руки,

Краснобай и баламут,

Про бессилие науки

Перед тайною Бермуд.

Все мозги разбил на части, все извилины заплёл …

Неожиданно из зарослей джунглей к Поляне пролезла Горилла:

– А ну зверьё, расступись немного, мне не видно…

– Может быть, вам бинокль дать, чтобы разглядеть Льва Пья? Но учтите, что он не Лев, а козёл.

– Нет, спасибо у меня с оптическим…

– Да этого Козла пара шлёпнуть, он все джунгли предаст и нас пропьёт!

– Эх промазал, … опять прицел сбился. …

– В него теперь стрелять нельзя!

– Почему?

– Потому что его уже, после третьего стакана, перевыбрали.

Глава 3. Господа, не жуйте долго свои мысли

Шумную родную площадь трёх вокзалов украшал плакат: «Не так страшен танк, как его пьяный экипаж!» Яркая же табличка озадачивала: «Лучшие места для парковки охраняются эвакуаторами». Рядом под табличками: «Не учите меня жить, лучше помогите на пиво» и «Кесарю – кесарево, а к Пиву подайте воблу», расположился мордастый розовощёкий «инвалид» со спрятанными под одеяло здоровыми ногами. Публика перед вокзалами гудела и металась, как пчелиный рой. Она что-то обсуждала, что-то меняла, чем-то торговала. Предлагаемая на продажу продукция располагалась на перевернутых ящиках и картонных коробках. Иванов-Бендер с трудом пробираясь сквозь вокзальную толпу вдруг услышал:

– Вау! Босс! Вау! Ты ли это? Ты ли это? Невероятно!

– Вау! Жив! Здоров, весь с иголочки и со своим легендарным портфелем!

Оскар оглянулся и увидел, бегущих к нему мужиков, похожих на бомжей. Они кричали, размахивая руками радостно перебивая друг друга. Вид у них был не респектабельный, как будто их долго жевали, а потом выплюнули.

– Привет! – он не сразу признал в них Кобыловского и Балабола, – жив, жив я! Снимайте чёрные повязки! Вы что, за это короткое время, усовершенствовали свой родной язык?

– Это почему?

– Потому что «Вау, Вау», так лают некоторые животные. Похоже, что за время моего отсутствия ваши полушария вступили в конфликт, позабыв родной язык и впитав в себя бездарный жаргон?

– Какие наши годы. Исправимся. Мы ведь тоже в некотором смысле животные.

– А я как видите, жив, и даже стал немного упитаннее вас. Ну что, отметим встречу? Где-нибудь перекусим, а заодно и пообщаемся. Согласны? Как там?.. «Губит людей не пиво, губит людей вода!»

– Да! Шеф!

– Хорошо бы! – наперебой соглашались друзья, по несчастью.

– Здесь, почти рядом, есть кафешка «Остатки роскоши». Там более или менее нормальные цены, и … приличная «обстакановка»! – радостно, глотая слюну, изрёк Балабол.

– А пиво разбавляют в пределах нормы, – выдал «тайну народного» заведения Пендюров.

– Это так. Это точно! – поспешил поддержать Пендюрова Альхен.

– Нет парни, то бишь, господа-товарищи-бояре, я предлагаю заглянуть в ресторан.

– Куда? Куда?

– В ресторан при гостинице «Ленинградская», раньше он был на первом этаже этой высотки, которая перед нами, – и Оскар указал рукой.

– Но шеф, как бы тебе сказать, … – Альхен замялся.

– Ну, ну рожай, не жуй так долго свои мысли!

– Там всё так дорого, … а я сейчас салофановые пакеты не только стираю, но и «штопаю» дырочки паяльником через газетку. Одним словом, … мы с Пендюровым их цены не потянем, … мы «на мели»!

– Не берите в голову! Всё по «бартеру»: Расходы мои, а рассказы про «исторические моменты» в вашей жизни и сегодняшней колорит «местной» жизни, – за вами! Так сказать, за вами восполнение новых данных о здешней жизни, возникших в моё отсутствие. Договорились?

– Договорились! – Пендюров-Кобыловский и Балабол Альхен приободрились кивая, давно не стриженными гривами.

Получив согласие, Иванов-Бендер направился прокладывать путь к намеченной цели. Он ушёл уже далеко, а друзья всё ещё не могли решиться.

– Пошли Альхен, собака не съест, свинья не забодает!

– Пошли, – Пендюров резко ускорил шаг, догоняя Оскара. Альхен старался не отставать. Когда же они почти догнали Бендера, то его спина скрылась за массивной дверью, за которой их ждал сюрприз.

– Не пущу! – заявил вдруг солидный швейцар, гордясь своей новой формой и пышной бородой с усами.

– Как это?!

– А вот так! Мы бомжей не пускаем. Вы всех господ у нас распугаете!

– Что? – произнёс, ожидавший их у дверей Оскар и сунул в «лапу» швейцара сто долларовую купюру, – эти господа со мной!

– Так они с вами?!

– Да! Ну что? Прозрел?!

– Да, да… конечно прозрел, пожалуйста, проходите господа! Милости прошу к нашему шалашу!

Внутри ресторана «Эксклюзивный друг желудка» царила атмосфера эпохи переходного периода, где вход и выход из ресторана были раздельными. При входе красовалось объявление:

«Заморить червячка вам помогут наши повара на первом, а путаны на третьем и других повыше этажах».

На стенах висели большие фото, в шокирующих позах женщин, и интригующие призывы, лозунги, влияющие на подсознание посетителей:

«Только у нас есть суперводка – машина времени! Начни со 100 гр. Пей, – не тормози и… ты уже там!»

«Бог сделал нашу жизнь невозможной без закуси, а Дьявол – без денег!»

«Деньги хотят, чтобы ими спекулировали!»

«Мы свободны только тогда, когда делаем что-то тёмное и никто этого не видит!»

«Знание законов не освобождает от соблазна их нарушить!»

«Дважды два, – четыре, – это только в школе, а в жизни как у кого получится!»

«Самое главное в человеке: уметь отличить чистое золото от подделки!»

«Нет трезвенников. Есть люди, у которых нет денег и некогда пить!»

«Когда у тебя есть только молоток, то все вокруг похожи на гвозди!»

А на над выходом из «эксклюзивного друга желудка», висел плакат:

«Если вы полностью освободились от денег, – обижайтесь и уходите!»

«Каждый – кузнец своего счастья, и оков тоже».

– Да, … про себя подумал Иванов-Бендер, – видимо эти лозунги и есть «брызги шампанского» современной действительности.

В этом «желудке» царила атмосфера «праздника жизни». В зале было достаточно много посетителей, но официант очень быстро нашёл, для вновь пришедших, свободный столик, убрав с него табличку «Для Членов правительства и посольств». Такая же табличка оставалась на стоящем рядом столе, за которым две элегантные подружки обсуждали животрепещущие темы:

– Моего мужа так разнесло, так разнесло, просто не знаю, что делать?

На её слова быстро отреагировал уже поддатый парень напротив:

– Элементарно, Ватсон! Чтоб совсем не разнесло посоветуйте ему не курить на бензоколонке.

– Я не поняла вашего чувства юмора.

– Всё ясно. Тебе шляпка на голове мозоль натёрла! И у тебя глобальный испуг головного мозга! Но я буду ждать, когда на скорой помощи тебе его привезут.

Неожиданно из музыкальной колонки, подражая голосу Высоцкого, «выплеснулось»:

«Ой, Вань! Смотри какие клоуны!

Рот – хоть завязочки пришей!

А до чего ж, Вань, размалеваны.

И голос, как у алкашей.

А тот похож, нет, правда, Вань,

На шурина – такая ж пьянь!

Нет, нет, ты глянь, нет, нет

Ты глянь, я вправду, Вань!

Послушай, Зин, не трогай шурина!

Какой ни есть, а он – родня!

Сама намазана, прокурена…

Гляди, дождешься у меня!

А чем болтать, взяла бы, Зин,

В антракт сгоняла в магазин.

Что? Не пойдешь? Ну, я один.

Подвинься, Зин!»

Бывшие члены Союза «Свободных Мыслей» Пендюров-Кобыловский, Балабол, Оскар присели за свой столик и немного осмотревшись стали изучать прейскурант новой жизни, но каждый видел в нём своё. Кобыловский и Балабол интересовались только ценами, а Оскар увлёкся экзотическим разнообразием.

– Смотри-ка, за годы моего отсутствия в меню наметились сдвиги в лучшую сторону: лобстеры, королевские крабы, креветки, морские гребешки, икра разных цветов и оттенков. – Ну что господа? Решительнее делайте ставки! Меню перед вами…

– Гм, я бы … Я бы решился, … но здесь безбожные цены – это же – экономический эгоизм!

– На что бы ты решился, – перебил Пендюрова Альхен. – Я бы вот заказал, если бы были ниже цены, цены были …, – и он как Пендюров начал мямлить про их несостоятельность. – Мужики, я же вас просил не жевать долго ваши мысли, а оставлять их сочными! Когда же вы научились их так долго жевать? Вы стали просто неузнаваемые. Говорят, что с деньгами надо расставаться легко!

– Правильно, но, «блин», мы ж встретиться с ними никак не можем! – подвёл черту Пендюров.

Мужики закурили.

– Вы же раньше не курили?

– Тут не только закуришь, но и запьёшь, да денег нет! А это так, … – баловство. Мы и сейчас не курим, а создаём себе комфорт!

– Конечно, … увеличиваете расходы и коптите свои лёгкие, чтобы дольше сохранились после перехода в мир иной! Рекомендую с этим завязать.

– Завяжем на два узла.

– Но поскольку я учился некоторое время в «Университете Марксизма – Ленинизма», то догадываюсь, что вам требуется что-то национальное по форме и совершенное по содержанию.

– Ну да. А что это такое? – поинтересовался Кобыловский.

– Пивная кружка с водкой.

– Это то, что надо!.. – Альхен чуть не поперхнулся нахлынувшей слюной.

– Дёшево и сердито! – подвел итог Пендюров.

– Молодцы «классики», сформулировали кратко, но содержательно! Ладно эмоции позднее, шутки в сторону, ваше слово «товарищ маузер», ближе к телу господа-товарищи бояре, как говаривал товарищ Маяковский! Выбирайте каждый своё «меню».

– Нет, шеф, мне лучше бы «национальное по форме и совершенное по содержанию», или заказывай сам! Здесь же цены бешенные! – изрёк Пендюров.

– Понимаешь, мы отвыкли от таких мероприятий! Только бы, ну, … по паре этих кружечек пивка…, как ты сказал, … «национальные по форме и совершенные по содержанию», – произнёс Альхен и стал нервно пощипывать свою всклокоченную рыжеватую бороду.

– Быть по сему, справлюсь сам! Эй, любезный, – позвал Оскар швейцара, который подобострастно всё это время за ними наблюдал.

Швейцар подбежал: «Что изволите?»

– Озадачь лучшего официанта. Пусть принесёт это, это, … – он стал тыкать пальцем в меню, – и довесь каждому по 300 грамм «столичной». Да … и ещё по три кружки лучшего светлого чешского пива! Запиши.

– Понял. Запомнил. Зачем вам тратиться на бумагу!

– Не плохо! А каков ваш положительный ответ?

– Сей минут! – и он подбежал к группе официантов, где намечался небольшой конфликт.

– Пропустите меня вперёд, у меня очень дорогой и срочный заказ! – потребовал только, что подошедший официант Василий.

– Нет, Вася, при всём к тебе уважении, не могу!

– Почему?

– Я гей.

– Геть твою мать! Ус-ту-пи! – зарычал Вася.

– Да, – подумал швейцар, – трудно стать первым, если за тобой никто не стоит, и поспешил на выручку:

– Вася, не расстраивайся. Вот тебе новый выгодный заказ от того столика! Там очень крутой и не скупой господин, надо сделать всё по высшему разряду! – и тут же распорядился, – все назад! Вася первый! – очередь, отступив вместе с мелодией, перестала возражать:

«Ой, Вань. Гляди какие карлики!

В джерси одеты, не в шевиот.

На нашей пятой швейной фабрике

Такое вряд ли кто пошьет. …»

Стол с экзотическими закусками и не разбавленным пивом вдохновил Кобыловского и Альхена. Они молча вступили с ними в «неравный бой», постепенно побеждая голод, под мелодию:

«А у тебя, ей-богу, Вань,

Ну все друзья – такая рвань!

И пьют всегда в такую рань такую дрянь!

Мои друзья, хоть не в болонии,

Зато не тащат из семьи.

А гадость пьют из экономии,

Хоть поутру, да на свои.

А у тебя самой-то, Зин,

Приятель был с завода шин,

Так тот вообще хлебал бензин.

Ты вспомни, Зин!..»

Выиграв первый «бой» у голода, Альхен погладил свой живот:

– Да, правильно говорят классики, – жизнь хороша!

– Но они ещё уточнили, помнишь, … а жить хорошо, – ещё лучше! – подкорректировал его Пендюров.

– Вообще-то, – вставил Оскар, – чтобы человек к чему-нибудь стремился, вероятно изредка, нужно создавать дефицит.

– О, с этим здесь стало всё в порядке! Вот у нас с Альхеном, как говорят, «Золотые руки» и ещё осталось совесть, но нет работы, поэтому нет средств к существованию.

– Это так, – подтвердил Балабол, – у нас с ним образовался дефицит средств к существованию. А у других нет совести, но зато в их карманных банках профицит денег! Это как, справедливо?

– Да, … похоже, что вы действительно дошли до точки, – констатировал Оскар.

– Это так, – снова согласился Балабол.

– Одним словом – пипец! – подвёл черту Пендюров, своеобразно «крякнув».

– Согласен с вами парни: «Ужаснее кошмара может быть только действительность».

На сцену вышел какой-то артист, загримированный под легендарного Жванецкого, но с новеньким портфелем. Что-то говорил, но из-за гула, царившего в зале, все видели только открывавшейся с фиксой рот. Вдруг динамик замолчал и от неожиданности в зале воцарилась тишина, и зал услышал поддельный голос под «Жванецкого»:

– А сейчас я вам предложу на закуску кое-что под выпивку и закуску… Я с виду нормальный человек, но с характером, а с тех пор, как стал импотентом, – гора с плеч. … Раньше я выходил на сцену один, а теперь с очками, таблетками и клизмой! И не верьте, когда говорят, что с деньгами в Одессе плохо. С деньгами в Одессе хорошо! Там говорят: Денег нет… Денег нет… Деньги кончились совсем, – пора менять доллары!..

Подогретые посетители дружно зааплодировали. Один поднялся с фужером водки и предложил:

– Давайте выпьем за то, что наша нация дала двух Великих: «Христа и Жванецкого!»

Инициативу поддержала не только публика, но и тот который держал руку на пульте магнитофона и динамик снова запел:

«У вина достоинства, говорят, целебные.

Я решил попробовать. Бутылку взял, открыл.

Вдруг оттуда вылезло что-то непотребное:

Может быть зелёный змий, а может, крокодил,

Если я чего решил, я выпью-то обязательно,

Но к этим шуткам отношусь я очень отрицательно».

В это же время за соседнем столиком посетитель, обращаясь к официанту, принёсшего ему заказанное блюдо, стал возмущаться:

– Не расчёсывайте мои нервы! Я заказывал мясо под лимоном! Где оно?

– А вы под лимоном смотрели?

– Нет.

– Поищите там! А то вы как тот террорист, захвативший вино-водочный магазин, который день не можете сформулировать свои требования!

– Зато я могу сформулировать вам свои требования, – среагировал клиент, напротив.

– Я весь во внимании.

– Почему у вас котлеты квадратные?

– У нас перестройка!

– Но почему они не дожаренные?

– У нас ускорение!

– И вам не стыдно об этом говорить?

– Нет… У нас гласность!..

– Официант! Официант! – позвал парень с бабочкой соседнего столика.

– Что вам, господин хороший?

– Официант, я хотел бы три яйца!

– Эх, товарищ, а кто не хотел бы. Вы в этом не одиноки!..

Многие посетители уже не плохо «разогрелись». Молодая женщина, с тазобедренной композицией, громко и задушевно беседовала со своим ухажёром:

– Ты пойми, Фёдор, чем меньше у женщины грудь, тем ближе к сердцу она воспринимает происходящее!

– Да, … я это осознал, с этим же согласна и народная мудрость!

– Какая?

– Сейчас вспомню, … вот … «Изнанка жизни ближе к телу» или нет, а вот так: «Чем глубже в лес, тем ближе к … телу».

– Это очень сексуально!.. А, вы слышали, … у Пугачёвой новый роман?

– Да нет, это не Роман. Это то ли Томик, то ли Тёмик!

– А у неё с ними, что всё-таки роман или новелла?

– Нет, это проза.

– Какая ещё проза?

– Юморная проза жизни – это промежуток между двумя романами!.. Вот у Маши Распутной была история… Пришла она к своему портному и попросила быстренько укоротить ей юбку. Портной сильно удивился:

– Ещё укоротить?

– Ну да!

– Тогда вам сначала надо сходить к электрику…

– Причём здесь электрик? Мне только юбку немного надо укоротить!

– Оно, конечно, так, но пусть он сначала перенесёт вашу розетку чуть повыше!..

– Да у Распутиной почти половина её нарядов смахивает на нижнее бельё!..

Вдруг к женщине подошла девочка лет семи:

– Мама, мама, я хочу в туалет!

– Мало ли чего ты хочешь! А я хочу в Париж!.. Потерпи.

А их соседи по столику активно обсуждали житейские темы:

– Понимаете, …у нас с мужем в сексе была полная гармония…

– Это как понимать?

– Он не хотел, а я и не просила, а когда мы разводились, то мы всё поделили поровну. Мне машину и квартиру, а ему ребёнка!

– Не расстраивайтесь. Дети у нас уже есть.

– Как это?

– Когда я работал на заводе презервативов, то у меня появилось двое детей от первого брака и двое детей от заводского брака. А вообще, дорогая, давайте о чём-то другом.

– Давайте!.. Скажите какое у вас коронное блюдо?

– Ну, … я не плохо ставлю чайник!

– Вы такой умный, что я иногда даже слышу, как гремят ваши мозги!

– Сознаюсь тебе, дорогая, если я выхожу из дома и у меня в кармане нет «штуки», то я себя чувствую, как будто я вышел на улицу без штанов!

– Я тоже, … но без того и без другого!

– Ну что, дорогая, тогда я предлагаю пойти домой и заняться тем, чего не было в Союзе.

– Ты имеешь в виду… кастингом? – и проявляя свои познания в кастинге вдруг пропела: «Если долго мучиться, что-нибудь получится!»

Творческую паузу решил заполнить Бендер:

– Ну, что парни, предлагаю на этих эротических нотах временно прервать прослушивание, «мастеров кастинга» и как говорит мой знакомый гинеколог: «садитесь поудобнее, а то я вас не узнаю». Давайте, как в старые добрые времена, обсудим дела наши «бренные» под дегустацию пива в рамках профилактики гриппа! – предложил Бендер, – но бывшие члены Союза «Свободных Мыслей» ещё какое-то время продолжили «помогать обществу» тщательно пережёвывая пищу, обдумывая с чего начать…

Глава 4. Веселись народ, к нам дерьмо плывёт!

– Ну что задумались, «вещайте» господа-товарищи-бояре! У вас что, … сели «батарейки»? Только говорите громче, – надеюсь нас подслушивают!

– Правда?

– Да я пошутил!

– Но и шуточки, шеф, у тебя стали! А нам здесь не до шуток. – Альхен с облегчением выдохнул, – не пугай, мы и так здесь напуганы, бандитами, депутатами в цветных пиджаках, какими-то новыми «гнилыми яблоками» и прочим людом с настоящими и поддельными удостоверениями.

– Каков режим, таков и юмор, – отреагировал Пендюров.

– А что такое «гнилые яблоки»? – поинтересовался Иванов-Бендер.

– Это партия такая, – пояснил Пендюров, – которая пытается обещаниями за несколько дней стабилизировать экономику и обманным путем влезть в душу народа.

– Да в нашей стране сейчас постоянно где-то горит, где-то заливает. А то, что не горит и не тонет, – нами руководит! У нас вообще происходит такое, что наступает какой-то «сифилитический» реализм, – уточнил Балабол.

– А это что ещё такое? – поинтересовался Оскар.

– Новая реальность нашей жизни. При содействии либерально-сексуальной «революции», которую подготовил Меченный с козлом Яковом, после Пьяньциньевских стрельб по «Белому дому» и проведения мутных «выборов», – главой нашей страны сам себя назначил Пьяньцинь, который сначала хреново говорил, а потом и думать перестал.

– Что стружка в мозг попала?

– Не знаю. В общем, как в народе говорят, – продолжал Пендюров-Кобыловский, – голосуй не голосуй все равно получишь…! – Пендюров махнул рукой. – Одним словом, чиновнику – сунь, гаишнику – кинь, врачу – вынь, а зарплату – хунь! – и он замолчал.

Балаболу же тема пришлась по душе:

– На все секретные объекты Пьяньцинь запустил западных и заморских наставников-шпионов. Одним словом, велика Россия, а спрятаться негде. Сейчас всем рулит «царь Бориска» и его «семья», – Подосиновские, Хлюпиковские, Гусики, рыжие Чудики, Бобики, нежданчики и плохиш Гейдарик со своей «жоповой терапией» и многие другие, … были пешками, а при помощи Бориски, уже вышли в ферзи и стали миллиардерами, присвоив себе народное добро.

– Но видимо при таком состоянии дел некоторые ферзи как были, так остаются пешками – предположил Бендер.

– И как такие подлецы находятся?

– Во-первых, Альхен, не жоповой, а шоковой. Это у тебя страшный радикулит и поэтому ты завсегда о ней думаешь! Во-вторых, подлецы не находятся, а просто они не теряются, – уточнил Пендюров.

– Какая-то уж очень странная терапия, – произнёс Оскар, разделываясь с очередным лобстером.

Альхен продолжил: «А те, у кого ничего не осталось, научились продавать толчёную пыль и своё тело. Вот девочки стоят на тротуаре …» – указал он, – за окном, стоят стройные «Курочки» вдоль дороги, но без кос! И это жизнь и больше ни чего! Раньше в стране всё было народное, а теперь «семейное». Наше предприятие «Союзминцветмент», такое было стабильное и то развалилось под руководством нового ген. директора. Теперь он всё это НПО присвоил себе, а помещения, где были лаборатории с мощным оборудованием, сдал в аренду разным мутным фирмам: «МММ», «Деловые бумаги», «Аромат пота», «Кран на рогах». Да что говорить! Раньше зарплата была хоть маленькой, но хорошая… для обмыва. И выплачивали её регулярно! – он замолчал.

– Странные какие-то фирмы. И что? Действительно изготавливают новые типы кранов? – заинтересовался Оскар.

– Говорят! Что у тех, у кого есть рогатая живность или рога, спиливают их, измельчают, сушат, рассыпают в пакетики, коробочки и за бешенные деньги продают мужикам, – Кобыловский подмигнул Оскару.

– Ну и что показала проверка? – поинтересовался Иванов-Бендер.

– Да мы не в теме, – отреагировал Пендюров-Кобыловский! – Свою зарплату мы давно не видели. Даже свой «Золотой запас» пришлось проесть, – при этих словах Пендюров широко открыл осиротевший, без золотых коронок, рот.

– Теперь Бориска начал играть в теннис, – вставил Балабол, – а на народ положил пенис! Принимать на веру приходится практически всё, … даже лекарства.

– Да, … самые дорогие приёмы закатывают нам врачи. В общем, сплошное «облико-аморалис»! – подытожил Пендюров.

– А что народ? – поинтересовался Иванов-Бендер.

– Может быть социальный взрыв, – выдохнул Пендюров, – зреет революция, но мы оптимисты.

– Революции начинаются, когда разочаровываются последние оптимисты. Вообще, социальный взрыв – это как граната, брошенная в выгребную яму, … нам только этого не достаёт, – Балабол задумался, … Как говорят, пожуём, увидим. … и народ пока безмолвствует, как в классической пьесе.

– Надеется, что появится НОВЫЙ ПЕТР-1! – Но порядочные гении рождаются так редко, что рассчитывать на них не приходится! Дай бог, чтобы я был не прав. А может он уже родился? – Оскар вопросительно посмотрел через окно ресторана на улицу.

– В тоже время, – продолжил свою мысль Альхен, – собачья жизнь нас учит не только огрызаться, но и вилять хвостом! – Да, … много новенького появилось в вашем лексиконе. Видимо потопталась судьба по душе народа! Похоже горе, – налог на бывшее счастье, но этот путь слишком оригинален, чтобы быть верным! – согласился Оскар, – что-то мы всё о серьёзном да о грустном! А вот с изложением мыслей у вас что-то случилось.

– Потому что в основном молчим, а сейчас выговориться захотелось. Ведь слово не воробей, но, если ему не дают вылететь он будет летать в душе и гадить, гадить, гадить! – Альхен снова потеребил свою бороду.

– Мне кажется, что ты в этом прав, – подержал его Оскар, – как сказал один умный человек: «Говорить и думать, о том, что наговорил, полезно! Ведь, когда думаешь долго об одном, многое становится понятно!» … Но, а что-то хорошее кроме этого ассортимента, что на нашем «столе», появилось?

– Конечно! – оживился Пендюров. – Например, стало много разноцветных палаток. Рядом с ними, у бабулек, можно по дешёвке купить водку в пластмассовых стаканчиках …

– Я же просил о хорошем, а ты, дорогой, опять о своём. Одним словом, кто о чём, а вшивый про баню! Ладно, мужики, я понял, Вас, как женщину легче уложить в пастель, чем в регламент!

– В этом ты прав, – согласился Пендюров-Кобыловский, – Альхен, наливай!

– Что? – переспросил Альхен.

– Наливай, что осталось, я же не рябина, чтобы настаивать на коньяке!

– Посмотри, Пендюров, а в твоей пивной кружке плавает муха!

– Ну и что? Всего одна, дорогой Альхен, она много не выпьет!

– А скажите господа, товарищи, бояре, сколько вам нужно денег, чтобы почувствовать себя по-настоящему счастливыми? – перевел разговор на другую тему Оскар.

– Ты, что? Шутишь? – Пендюров и Балабол переглянулись и, так разволновались, что забыли про наполненные рюмки.

– Ну, … если пофантазировать! То оно, конечно, пожалуй…, – промямлил Альхен.

– А что Альхен, давай помечтаем, для улучшения настроения! Ведь в мире иллюзий места хватит и нам!

– Если для счастья, … – Альхен улыбнулся и снова стал теребить свою всклокоченную бороду. – Для моего счастья необходимо 800 рублей, – не меньше!

– А мне бы надо не меньше 1000 рублей, необходимо ведь детишкам помочь и долги раздать!

– И это всё?.. Вы хорошо подумали?

– Да! Всё, куда же больше? Ведь отдавать придётся!

– Да, шеф не сомневайся! Что… много? Но это только мечты! Ведь мечтать, как говорят, никому не вредно!

– Это правильно, – и сын великого комбинатора, открыв с лёгкостью свой легендарный портфель, извлёк из его глубин две пачки по 10 000 долларов и положил по пачке перед Пенюровом-Кабыловским и Балаболом.

– Это вам премия господа-товарищи-бояре, как добросовестным бывшим членам «Союза Свободных мыслей», за нервную и безупречную службу. Так сказать, для поднятия тонуса и восстановления нервных клеток! Но не советую хранить свой клад во рту. При современной обстановке золотую челюсть могут изъять для восстановления «народного хозяйства» и прочих нужд! – и Оскар стал наблюдать за немой сценой.

– Не хруна себе! – Пендюров и Балабол от такой реальности, сидели молча, приоткрыв рты…

– Берите, господа, не стесняйтесь! И не смотрите на меня, как на рваные 100 баксов! – Иванов-Бендер поднял руку и тут же появился официант со счётом:

– Я вас всех уже обсчитал, – и протянул Оскару счёт.

– Вот тебе по счёту и премиальные за прекрасное обслуживание. Да… и принеси моим парням по паре бутылочек лучшего коньячка, – обрадованный официант убежал за коньяком…

– Парни, берите, берите – это ваши! Они честно вами заработаны. Тем более, что ваш прожиточный минимум сегодня не лезет ни в какую потребительскую корзину. Помните беден тот, кому всегда всего мало! Тренируйте волю и терпение! Мечта подарила вам крылья, но лететь вы должны сами! Раз «наши ненасытные» довели страну до точки, то используйте шанс, чтобы начать жить с красной строки. Ну бывайте! У меня срочные дела!..

Глава 5. В поход «заре» навстречу

Как ни странно, утро Оскара началось с рассвета и радужной информации. Его заграничный «матюгальник» сообщил: «Вы мгновенно станете долларовыми миллиардерами, если сегодня же придёте в «Дом народной приватизации», приобретёте на миллионы ваучеры, обеспеченные предприятиями нефти и газа и вложите их в банк БВСН топ-100. Спешите! Объёмы продаж ограничены. Сегодня уже третий день. Правительство впервые разрешило их продажу только в течении трёх дней. Повторяю, …у вас всего три дня! Наш адрес: проспект Калинина, первая «книжка» – проход со Старого Арбата на Новый. Поднимайтесь на 21-й этаж, из лифта налево. Ждём вас в фирме «Закрома новой родины», офис №6. Спешите, время – деньги!»

– А вот и готовый остросюжетный романтический гамбит XIX века! А что? Пожалуй, сыграю!.. «Капиталы» любят зарабатывать! Отличный вариант! – мелькнуло у Иванова-Бендера. – Не держать же свой капитал, как Корейко в чемодане и каждый раз, при необходимости, бегать в камеру хранения и «отслюнявливать» свой прожиточный минимум. Нельзя упустить такую реальную умопомрачительную перспективу резко приумножить свой капитал! Бегу, – чтобы жить стало лучше, жизнь стала веселее!

Итак, ноги в руки и вперёд заре на встречу! Где мой «чемоданчик – счастливый талисманчик»! Как не странно, но жизнь здесь стала намного динамичнее! Не ожидал…

В вагоне метро было очень много народу. Какой-то мужик медленно шёл по вагону, протискиваясь сквозь толпу держа шляпу для подаяния, и напевая: «Нас никому не сбить с пути – нам все равно, куда идти».

Вентиляции явно не хватало. Появился какой-то не приятный запах. Молодой парень, покрутив головой, сильно втянул ноздрями воздух и вдруг сморщившись стал трясти, сидящего с ним рядом давно не бритого мужчину:

– Товарищ, товарищ! Вам плохо? Проснитесь! Вы обосрались!

– А кто вам сказал, что я сплю!..

– «Арбатская», – сообщил вагонный динамик, – «следующая станция площадь Революции».

– Товарищ, вы сейчас выходите или только делаете вид? – поинтересовался Оскар, у стоящего перед ним парня.

– Я не товарищ.

– Господин, вы выходите?

– Я не господин, я эфиоп!

Динамик снова произнёс: «Осторожно, – двери закрываются».

– Эфиопс твою мать, выходишь или нет? – и с этими словами Оскар прорвался сквозь закрывающиеся двери. …

У выхода из метро Иванов-Бендер познакомился с «местным Шанхаем», где пожилые женщины торговали каким-то мало непотребным скарбом и живой рыбой. Торговка рыбой иногда выкрикивала грубым осипшим голосом:

– Рыба живая, живая рыба!

– Почему мух много? – спросил подошедший с портфелем и в шляпе мужчина.

– Где мухи, там – жизнь!

– И почём эта «радость»?

– Что слепой? Смотри на ценник, милай.

– Ого! Почему-ж она у тебя так сильно воняет!

– Мужчина, а вы, когда спите, себя контролируете?

Пройдя эту импровизированную «выставку исторической одежды и спящей рыбы», Оскар заглянул во двор, где его взору предстала «картина маслом»: в песочнице сидел сильно пьяный мужик, а рядом стоял мальчонка, лет шести:

– Пап, хочешь беляш?

– А откуда он у тебя?

– Мамка купила.

– А на какие шиши?

– Твои бутылки сдала и накупила всяческой еды!

– Ну вот, а говорят, что папка плохой, папка плохой!..

Вдруг Иванов-Бендер услышал громкий женский голос:

– Молодой человек, теперь через двор прохода больше нет. Идите на право…

Повернув на право, он вскоре оказался у кинотеатра «Художественный». Рядом с входом в кинотеатр висели листы ватмана с интригующими названиями заведений:

«Клуб анонимных анонимов» и «Клуб любителей острых ощущений», написанных соответственно чёрной и красной гуашью.

Дополнительно прямо на «анонимных анонимах», чуть ниже, тоже чёрной гуашью: «Господи! Дай людям на пиво, и они дадут тебе зрелищ!» Под этим же ватманом, прямо на асфальте, сидел Бомж с двумя шляпами. Проходившая мимо него женщина поинтересовалась:

– Зачем же вы в каждой руке держите по шляпе, так же трудно!

– Тётка, не мешай, я же филиал открыл.

Слева от него на деревянных и картонных ящиках, красовались все возможные «горячительные напитки» – типа самогон и водка «палёная», в пластмассовых стаканчиках, которые старушки предлагали прохожим под солёненький огурчик и без. Одна из них, увидев рыщущего глазами по её «витрине» мужика, предложила:

– Касатик, может мой стаканчик купишь?

– Нет, мать, я пью только валерьянку – три капли на стакан водки.

– Валерьянки то у меня нет, касатик…

Многие уже были навеселе, успев «пригубить» этот «опиум для народа», пританцовывали под весёлую мелодию:

«Год новый наступил, кушать стало нечего.

Ты меня пригласил и сказал доверчиво:

Милая ты моя, девочка голодная.

Я накормлю тебя, если ты не гордая.

Я накормлю тебя, если ты не гордая.

Два кусочека колбаски у тебя лежали на столе.

Ты рассказывал мне сказки только я не верила тебе.

Эх, два кусочека колбаски у тебя лежали на столе.

Ты рассказывал мне сказки только я не верила тебе.

Наш свадебный салат, платье подвенечное

И этот сервелат буду помнить вечно я.

Ты стал теперь крутой, никого не слушаешь.

Помнишь ли, милый мой, что с тобой мы кушали?»

Два давно не бритых и сильно поддатых парня, поднявшись с ящика под плакатом «Любитель выпить, крепи единство – долой нищету, безработицу, свинство!», пытаясь танцевать в присядку со стаканчиками в руках, подхватили не впопад осипшими голосами:

«Эх, два кусочека колбаски …

Только я не верила тебе …»

– Купи касатик, первачок, сразу за хорошеет, – предложила Оскару пожилая рыжеватая женщина, – а может большой стаканчик? Дёшево! Под мало-солёненький огурчик!

– Да у меня от одного вида уже за хорошело!

– Зачем под её огурчик, лучше под мой помидорчик и под мою квашенную капуску или под мой солёненький! Отдам дешевле, – «втирал» свой товар, стоящий рядом мужик в порванной короткой маечке. – Сейчас не купишь, потом дороже будет, … пожалеешь!

К нему подошла старушка и стала разглядывать солёные огурцы.

– Что разглядываешь так долго? Покупай. Дёшево отдам.

– Что-то у вас огурцы такие сморщенные и скрюченные?

– На себя посмотри, «подруга», да пошла ты лесом!..

В начале подземного перехода на Старый Арбат и проспект Калинина, предлагали свои услуги, начинающие художники и любители с этюдниками. Какой- то мужик вырезал ножницами из цветной бумаги профили лиц, оплативших его труд.

Рядом с ними, но поближе к стене, разместились кучки напёрсточников в разных национальных костюмах бывшего Союза. Лохотронщики практически не проигрывали, что подогревало интерес собравшейся вокруг них публики. Каждому казалось, что он обязательно выиграет, – ведь это так просто, но быстро уходили с пустыми карманами, а которым меньше повезло и без верхней одежды.

Не далеко от них, стоя у стены, какой-то вихрастый парень самозабвенно начал декламировать собственную стихотворную чертовщину:

«Я слышу, как под кофточкой иглятся,

Соски твои – брусничники мои, …»

Вокруг него стала собраться толпа молодых зевак…

«Ты властна надо мною и не властна,

И вновь сухи раскосинки твои…»

Вдруг, не далеко от него какой-то пародист, заглушая своим натренированным голосом стихотворную чертовщину, начал декламировать пародию на его «стихи» и молодёжь переметнулась к пародисту:

«Ты вся была с какой-то чертовщинкой,

С пленительной смешинкой на губах.

С доверчинкой до всхлипинки с хитринкой,

С призывной загогулинкой в ногах».

Пародист на короткое время замолк, но увидев зевак вокруг себя, набрав полную грудь воздуха, продолжил:

«Ты вся с такой изюминкой, с грустинкой,

С лукавинкой в раскосинках сухих.

Что сам собою нежный стих с лиринкой слагаться

И вырос вдруг в извилинках моих.

Особинкой твоей я любовался,

Вникал во все изгибинки твои,

Когда же до брусничинок добрался,

Взыграли враз все чувствинки мои.

Писал я с безрассудинкой поэта,

Возникла уж опасенка потом,

Вдруг скажут мне: не клюквинка ли это с изрядною развесинкой притом?»

Собравшаяся группа зааплодировала. Обойдя эту эмоциональную публику, Оскар столкнулся с зеваками, собравшихся вокруг парней, и затеявших игру «Угадайка» на щелбаны.

– Вот скажи, красивый, – спрашивал плешивый мужик рыжего верзилу, – что такое: вошёл в одну, а вышел в две?

– Баба что ли.

– Сам ты баба! Это он одевает трусы. Получи щелбан.

Окружающие своим смехом поддержали играющих.

– А хочешь продолжение первой загадки?

– Даёшь отыграться?.. Согласен! – верзила приободрился…

– Мужик вошёл в одну, а вышел в три!

– Ну, это совсем просто! Значит у этих трусов была спереди ещё дырка…

– Нет парень, ты безнадёжный болван! Это футболист одевает футболку! Давай свою башку для штрафных «голов!» – верзила снова нагнул голову для получения «премии».

Неожиданно конце перехода девушка запела древнюю песню «Лимончики», аккомпанируя себе на скрипке:

«На базаре шум и гам, слышны разговорчики.

Кто-то свистнул чемодан и запел «Лимончики».

Эх, лимончики, вы мои лимончики,

Растете вы у Соньки на балкончике.

На Подоле Беня жил, Беня мать свою любил.

Если есть у Бени мать – значит, есть куда послать!»

Проходящие изредка бросали ей монеты в футляр скрипки и молча, разделяясь на два потока и по подземному переходу выходили каждый на свою улицу, а девушка продолжила:

«Тётя Соня каждый год, у грузина пьёт компот,

А потом на этот год у нее растет живот!..

Эх, лимончики, вы мои лимончики …»

– Талант на сцене требует таланта и в «зале», – и Оскар, осчастливив исполнительницу более крупной купюрой, вышел к началу Старого Арбата, напоминающего в данный момент большую колхозную ярмарку. Здесь торговали всем, начиная с лифчиков, зимних шапок-ушанок, будёновок, и заканчивая военной формой. Рядом стояли матрёшки, свистульки, самовары, всевозможные эротические фото, картинки художников. По соседству трудились три парня, которые за приличные деньги, из любого желающего делали «звезду», приклеивая их фамилии к шестигранной плите, составленные из анодированных под золото букв, и укладывая затем эту плиту под ноги прохожих.

– Смотри, смотри Витяй, «Звёзды» в очереди стоят! – девушка радостно толкала парня в бок.

– Соня, сколько раз тебе объяснять, что эти не звёзды, а звездонутые!

– Пожалуй, для этих «звёзд» почёт без пьедестала мелковат, – мелькнуло у Иванова-Бендер. – Видимо качество их глупости будет определяться количеством последователей и тех, кто об них будет вытирать ноги!

У одного из исторических фонарей Арбата, на «трибуну» из старых деревянных ящиков, забрался волосатый парень и стал декламировать какое-то «народно-детское похабное творение» прошлых лет, размахивая руками:

«На кладбище ветер свищет, сорок градусов мороз (с ударением на «и»).

На кладбище нищий дрищет – разобрал его понос.

Тут из гроба вылезает в белых тапочках мертвец:

"Кто посмел в такую пору обосрать мою контору и в придачу кабинет?"»

Оскару как-то неприятно стало от такой публичной беззастенчивости, и был удивлён, когда вокруг этой пошлости собиралась толпа любителей таких «творений». И волосатый, вдохновлённый толпой, продолжил:

«Нищий долго извинялся, жопу пальцем затыкал,

Но понос не унимался – через уши проливался!

Вышел ежик из тумана. Выпил водки пол стакана.

Вынул ножик, колбасу, – хорошо в родном лесу!

Тихо песню затянул, о несбывшемся всплакнул.

Посмотрел в пустой стакан, и опять ушел в туман. …

Кто-то захихикал. Даже послышались жидкие хлопки, которые ещё больше вдохновили волосатого парня на продолжение творения в отхожем детском стиле:

«Раз, два, три, четыре, пять, шесть, семь, восемь, девять, десять.

Бориска – Царь себя велел повесить.

Царь висел, висел, висел и в помойку улетел.

А в помойке крыса родила Бориса.

А Борис кричит Ура!..

Меня крыса родила!»

Заметив, направляющегося в его сторону милиционера, решил вовремя ретироваться. Немного дальше, импровизированная молодая джаз-банда, не обращая внимания на хранителей порядка, бренча на двух гитарах во всю мощь своих молодых голосовых связок, исполняла какую-то песенку из серии «Вспомним детство золотое»:

«А у тети Мисси по колено си…

А что? Ничего – синий сарафанчик.

А у тети Нади, все соседи бля…

А что? Ничего – бляхами торгуют».

Вокруг них сразу образовался кружок. Третий участник прошёлся по кругу в присядку с мятой шляпой в вытянутой руке, собирая «гонорар», под соответствующее продолжение и народ не скупился:

«На горе казаки выставили сра …

А что? Ничего – сразу три нагана.

Вдруг из гардероба высунулись жо …

А что? Ничего – желтые ботинки.

А сосед с соседкой чем-то занимались…

А чем? Да ничем – чаем угощались!»

Собрав честно заработанные деньги, «артисты» по горячим следам направились в соседний вино-водочный магазин для воплощения мечты в реальность.

– Чёрти что? Когда беден лексикон, приходится выражаться последними словами, – мелькнуло в голове у Иванова-Бендера, – куда же за короткое время испарилась настоящая русская классика и нормальный народный язык? Порядки меняются, беспорядки остаются. Пока в этом плане перемены не в лучшую сторону.

Да, … сбываются мечты матершинника Беспалого «О выходе мата в народ», высказанные им ранее «Тайна Великого Комбинатора и зигзаги любви». Дерьмо уже начало переваливаться через край дозволенного. Что же следует в дальнейшем ожидать? Видимо скоро поплывёт оно по всем улочкам и закоулочкам, а там глядишь и на экран выльется. Как бы мы все в этом дерме не захлебнулись, – подвёл итог уличной импровизации Бендер, и повернув под арку первой высотки-книжки, вышел к Новому Арбату.

Глава 6. Ход рыжим конём синдрома прихватизации

Здесь было поспокойнее. Некоторые прохожие за определённую «мзду» фотографировались с двойниками руководителей разных эпох и революций, в том числе с «легендарными» образами Пьяньциня и его сподвижниками. …

При входе в одну из «книжек-высоток» по указанному адресу для приобретения ваучеров, весел транспарант на уровне двадцатого этажа «Дом народной ПРИХВАТИЗАЦИИ». У входа уже успела образоваться приличная очередь, но продвигалась она достаточно быстро. Не прошло и часа, как Оскар приблизился к посту с охранником.

– Прошу предъявить документ, – Иванов-Бендер протянул паспорт.

– Цель визита, что желаете? – поинтересовался охранник.

– Желаю пройти в банк БВСН.

– Идите в ЖОПу!

– Куда ты меня послал? Да я тебя… Пошёл сам туда!

– Что, вы? Как можно? Мы же интеллигентные люди! Это такая аббревиатура … нашего нового охранного предприятия (женское охранное предприятие). Кстати, ЖОПа пардон, перед вами, прошу прощения, – дверь в ЖОПу. Там у них такая начальница… в общем оправдывает название своей организации.

– Спасибо большое, – сухо произнёс Оскар и удалился в направлении, указанном охранником, но вдруг за спиной услышал недовольный голос:

– Лучше маленький доллар, чем большое спасибо. …

Открыв дверь Иванов оказался в большом предбаннике с секретаршей, которая занималась собой, так как пока не пользовалась большим спросом и поэтому ещё не знала себе цену. Напротив стола секретарши красовалась две массивные латунные таблички «Начальник ЖОП» и ниже «Чудо Творская», прикрученные латунными шурупами к двери, обитой коричневой натуральной кожей, и уточнявшие кто в доме хозяин. Видимо, меняя только нижнюю табличку, большим начальникам удавалось экономить на смене нижестоящих начальников.

Вдруг дверь резко открылась и из неё вылетел с истошным воплем посетитель – седой щуплый мужичок, логично, считающий себя непревзойденным интеллектуалом, а ее – законченной идиоткой:

– Дура!

И вместе с ним из магнитофона через открытую настежь дверь на просторы приёмной вырвались строки «не уставной» поэзии:

«Плавно опустился мой кулак могучий,

Фраера из кармана сдуло ветерком,

Все четыре зуба сразу сбились в кучу,

Ну и пару граждан с ними за одно.

Тихо и достойно он меня покинул,

Так что даже глазом не успел моргнуть.

Уши по асфальту в стороны раскинул,

Поперек кандалки лег он отдохнуть»

– Да, … этого посетителя так вежливо послали, что ему было невежливо не пойти, – мелькнуло у Иванова-Бендер, – у этого начальника мало знать себе цену, надо ещё пользоваться спросом.

Следом за посетителем появилось тело начальника этого интригующего заведения, и оно оказалось весьма объёмным: Чёрный французский парик, с наклеенными длинными ресницами и ярко-красной губной помадой, сразу переходил в импортный унитаз с большими ручками.

Это, к изумлению Остапа, была дама лет пятидесяти, с огромным бюстом, и исходя из магнитофонной записи, «интеллектуальной» увлекающейся натурой.

И для неё «интеллектуальной» натуры, это прозвучало как смертельная обида:

– Лева, почему-таки дура, а хотя бы ну, не бл…дь?

Лёва назидательно поднял указательный палец:

– Цилечка! Бл…дь – это же как звание народного артиста, его еще заслужить надо!

– Зинаида Киндилябровна, может чайку? – предложила секретарша.

– Я на работе не пью!

Наконец тело повернуло свою рассерженную физиономию в сторону Иванова-Бендера и вдруг расплылось в улыбке, напоминающее «белое солнце в пустыни» с багровым отливом:

– Какие люди и без охраны! Товарищ Бендер, ты ли это? Какими судьбами? Сколько лет?! Сколько зим?!

Оскар напрягся и с трудом в этом тяжеловесе узнал Новидворскую, некогда стройную женщину, отдавшую всю себя целиком борьбе с руководителями «золотого рубля», в качестве предводителя какой-то мутной организации «Отнимем и поделим», но не говорила, как? Похоже ей удалось что-то урвать, но не так много, как ей бы хотелось.

– Да кому я нужен!

– Будете с охраной, станете нужны!

Бендер вспомнил, как она однажды пыталась вместе с молодым специалистом Шайкиным, одной из лабораторий его отдела, уговорить его помочь им организовать марш геев – «за свободу половых отношений с заднего двора». Он тогда им отказал, стоя на натуральном дубовом полу, так как был всегда против больных фантазий, тем более что при таких отношениях человечеству грозит полное исчезновение.

– Видимо, плотное знакомство с этими фантазиями и привело её к таким существенным изменениям, – про себя подумал Оскар, но вслух произнёс:

– Но вы же тогда возглавляли какую-то политическую организацию и были Новидворской?

– Всё в прошлом, «старый двор» мы развалили и теперь строим «новый под себя», сейчас нам всё можно! А посему я стала Чудо Творской, то есть творю «чудеса». Наша организация, при поддержке друзей дикого капитализма, а также наших: «Меченного» и самовыдвиженца Пьяньциня, выполнила свою миссию первого этапа. Сейчас под их руководством занимаемся народной приватизацией!

– А почему на этой башне написано крупно «Прихватизация»? А не приватизация?

– Людишки Рыжего очень любят букву «Х» и вставляют её, где не попадя, да и посылают всех туда кто ниже рангом. Они русский язык не знают, но любят посылать всех на эту букву, а дорогу не показывают! Народ сам туда как-то дорогу находит. Эта власть тоже дерьмо. Многие из них очень плохо учились, но пишут, не читая! Оторвались они от народа. А Пьяньцинь уже давно живёт с подмоченной репутацией, не просыхая… Послушай, что об их русском говорит знаменитый сатирик:

«Сердцем чувствую: что-то не так.

Стало ясно мне, трезвому, грустному:

Я по письменной части мастак,

Но слабею по русскому устному.

В кабинетной работе я резв

И заглядывал в энциклопедии,

Но далёк от народа и трезв.

Вот причина подобной трагедии.

Нет, такого народ не поймёт,

Не одарит улыбкою тёплою…

И пошёл я однажды в народ,

С мелочишкой в кармане и воблою».

– Вы знаете, уважаемая, Чудо … я сильно спешу! – Оскар попытался остановить её поэтический порыв.

– Нет! Нет! Ты, послушай, как он их! Дослушай!.. Ляпота!..

«Потолкался в толпе у пивной,

Так мечта воплотилась заветная.

И, шатаясь, ушёл: Боже мой,

Вот где устная речь многоцветная!

Что ни личность – великий знаток,

И без всякой притом профанации.

Слов немного – ну, может, пяток…

Но какие из них комбинации!

Каждый день я туда зачастил,

Распростясь с настроеньями грустными,

Кабинетную речь упростил

И украсил словами изустными.

У пивной мне отныне почёт,

А какие отныне амбиции!

И поставлен уже на учёт,

На учёт в райотделе милиции».

– Как он … этих бездарей! Все они нули по жизни, но рвутся быть единицами и первыми при приватизации народного добра. Мы боролись с той властью, теперь боремся с этой. Вообще-то капитализм – это коммунизм для избранных за счёт остальных!

– То есть занимаетесь «борьбической борьбой». А что так?

– Мало «постов» нам выделяют, да и крупные предприятия раздают только своим! Мне повезло, так как за небольшие деньги удалось прихватить эту должность. Но она позволяет иметь информацию ко всем злачным местам! Короче, – я нашла своё место в жизни и наконец, дождалась, когда оно освободилось! Но мы и сами кое-что создаём. Товарищ, Бендер, помнишь Лейкина и его дядю Шайкина, – стеклодува из Запорожья, мы ему выделили стекольный заводик. Так вот они сооружают для народа дешёвые, компактные самогонные аппараты из кварцевого стекла и прямо в этом здании умудряются гнать самогон, а я им помогаю поставками дарового буряка с Украины и с реализацией этого «народного лекарства».

– Значит у вас организовалось новая «Шайка – Лейка».

– Точно! А как ты догадался?

– По вашей улыбке.

– Так вот, эта Западная компания «Нью Шайка-Лейка» создаёт и реализует свою продукцию народу, а заодно распространяют остроумную ложь в нашу пользу, так как люди охотнее верят ей, чем скучной правде. Понимаешь, это тонкая работа! Ложь сильна, пока её считают правдой. Я политик, – Чудо в перьях почесало свои самые выдающиеся места, – поэтому я берегу плохую память, чтобы не помнить своих предвыборных обещаний. А, вообще-то, я великодушна, так как иногда умею прощать чужие успехи! А ты, давай к нам! Войдёшь в наше будущее правительство! Как тебе моё заманчивое предложение?

– Нет, это не моё, – произнёс Оскар, – а про себя подумал, – да, глядя на этого, с воспалёнными мозгами, руководителя «аббревиатуры», обезьяна бы подумала: «Нет предела моему совершенству!»

– Сознавайся с чем пришёл? А то сама догадаюсь, – я ведь умная!

– В курсе. Ведь умных много, но мало тех, кто их понимает. Вообще-то, я в банк БВСН, а заодно мне требуется растаможка авто «Ranger Rower».

– Ого! Что разбогател?

– Надеюсь, но пока не успел – эта для нашей фирмы.

– Что касается растаможки, – это в моей власти. Давай документы и 100 баксов. Что касается БВСН, то учти, это банк наших новых Пьяньциньевских олигархов. Он, вместе с другими объектами «ваучеризации» наиболее значимыми в финансовом плане, этой ночью, почему-то тайно, переехал на Лубянку. Точнее в здание, что за этим зданием, … там вход со двора. Они ожидают большой наплыв покупателей и будут из них создавать толи какой-то шахматный клуб нового типа толи партию, короче устраивать какое-то Ток Шоу типа «Облако в штанах» по легендарному В. В. Маяковскому, но по сценарию в их духе.

– Это ещё что за дух такой?

– Сам там ощутишь по запаху. Ну, это загадочное здание с многочисленными лабиринтами, новичку в нём очень трудно ориентироваться. Точнее, раньше в этом здании, располагалось министерство машиностроения. Это сразу за правым крылом здания КГБ, на него ещё Феликс смотрит, а его задница повёрнута к старой площади. Вот так они всё это время живут и жили, – спали врозь, а дети были, – завершила чудо свой затянувшийся монолог.

– Понял! Убедили! Вот документы на машину и баксы. Через два часа к вам подойдёт человек от меня.

– Договорились.

– А я побежал! Может, что-нибудь «Феликсу» передать!

– Передай ему, что я желаю произнести прощальные слова на могилах его последователей.

– Ну, зачем такая чернуха! Вы так сильно к ним не равнодушны?

– Это всё ещё за меня говорят дела мои прошлые! Мне сейчас не за что их обожать, – и включила магнитофон:

«Я вам лучше песню пропою

Про блатную молодость мою.

Где родилась, родители не знают сами,

Я грек и турок в пополами…

Я за…мер…заю, вшей … ко…рмлю, на голых нарах сплю,

Но не желаю, я менять про…фессию … сво…ю…»

– Доходчиво излагает про её прошлое, жаль только, что магнитофон начал «жевать» плёнку, видимо такие шедевры он с трудом переваривает. Да, … вырвавшиеся вперёд нули унижают единицы!

Магнитофон смолк. Но уже на выходе, часть песни всё-таки его догнала:

«Мусора хотят меня поймать,

Раскрутить на полных двадцать пять.

Я ж сидеть так долго не смогу,

Снова от хозяина сбегу.

Сало, водка, черная икра…

Эй, готовьте бабки, фраера!

Вас играть в картишки научу,

А на утро в Сочи улечу. …

Знают и Одесса, и Ростов,

Мой куда девался весь улов:

Дорогие платья, кабаки,

А кефир пусть хряпают быки».

Навстречу Иванову-Бендер двигался народный поток, с надеждой получить свою долю, заработанную ими и их предками.

– Похоже все ринулись за ваучерами! Быстро публика отреагировала на рекламу с надеждой на своё светлое будущее, которое уже замаячило на горизонте! Надо срочно поймать такси и постараться возглавить эту гонку – мелькнуло у Оскара, и он машинально поднял руку. Но такси не спешило. Выручил частник на Запорожце:

– Куда?

– На Лубянку подбросишь?

– Раз туда надо, – подброшу…

Доехали молча, но быстро.

– Так сколько я вам должен?

– Со своих не берём!

– Не понял, – но его «палочка-выручалочка» уже покатила дальше.

Глава 7. От облака в штанах – к клубу «народной ваучеризации»

Оскар только сейчас, когда серый «Запорожец» поприветствовал его задними тормозными сигналами, осознал, что он стоит на площади Дзержинского со своим добрым жёлтым портфелем у главного входа в КГБ.

– О нет!!! Там говорят, хорошо, но нам туда не надо! – мелькнуло у Оскара, – тем более с содержимым моего портфеля, – и он, ускоренным шагом, направился в право от входа, к другой заветной цели.

Обойдя левое крыло здания, внутри солидного двора сзади Лубянки, он увидел два транспаранта: «Клуб народной ваучеризации и др.» и «Жизнь как собачья упряжка – если не идешь впереди, то все время видишь одно и то же». Под ним, в дверях бывшего министерства, стоял человек с соответствующей табличкой, усами и с не законченным высшим образованием, но с дипломом профессора, приобретённым за энную сумму в переходе столичного метро, предлагая свои услуги по поиску в этом здании нужной цели за сто баксов.

– Вот шарлатан! Хочет раньше меня быть миллиардером! Тоже мне «Иван Сусанин» – мелькнуло у Оскара, когда проходил мимо. Но через несколько шагов кардинально поменял своё мнение. – Надо брать! – решил Иванов, – так я точно обойду своих конкурентов! – Эй мужик, пошли…

– А баксы?

– Будут, как только ты меня доставишь, в отдел ваучеризации при банке БВСН.

– А докажи, что у тебя есть 100 баксов.

– Вот они, – Оскар покрутил банкнотой перед носом следопыта.

– Ладно, но отдашь, как только откроют дверь в отдел ваучеризации.

– Договорились.

– Подвигали, но не отставай, здесь сложный «ландшафт». Отстанешь до ночи будешь выбираться наощупь сам, – и следопыт включил «форсаж» …

Это интересное по своей архитектуре здание, с извилистыми коридорами и многочисленными дверьми и перегородками, было построено специально для совершения серьёзных сделок купцами в далёкие времена, но с таким расчётом, чтобы купцы при необходимости, не могли встретиться с другими купцами вовремя согласования и подписания сделок. Так что без провожатого нужную цель отыскать было практически невозможно, но ещё трудней было найти дорогу обратно.

– Откуда ты так хорошо знаешь эти места?

– Я раньше в этом заведении подрабатывал и состоял при канцелярии. Частенько разносил бумаги, поэтому не плохо изучил эту сложную коридорную систему.

– Надеюсь ты меня не потеряешь, … пока твои баксы у меня.

– Это факт, … не потеряю, мне «капуста» нужна. Со вчерашнего «трубы горят»! Это на третьем, но там далековато, минут за десять, надеюсь, допрыгаем! И он стал набирать «обороты».

– Да, … и на празднике жизни нельзя быть праздным!

Справа и с лева замелькали таблички: «Журнал Свежая Мысль», «МММ», «ВЫМУ-МУ», «Дёшево И Сердито», «Грешно и смешно». «Новые Рога со Старыми Копытами», «Совхозы, Колхозы», «Обогатительные предприятия», «Перерабатывающие предприятия», «Горнодобывающие предприятия», «Судостроительные предприятия» и т.д. На одной из последних дверей Оскар прочитал: «КГБ» и чуть пониже приклеена бумажка: Дверь на ремонте – стучите по телефону»

– Наверное это всё объекты «прихватизации» – мелькнуло у Иванова-Бендер, пытавшегося держаться в фарватере своего «Ивана Сусанина», который, будучи с похмелья при приличной скорости, умудрялся излагать некоторые эпизоды и из своей личной жизни:

– Я не давно с испугу женился и однажды, будучи в таком же состоянии как сегодня, жена у меня потребовала, чтобы я принёс справку от врача, что у меня мол всё в порядке со здоровьем, и что мне можно заниматься сексом. Я, конечно, обследовался, но при оформлении справки, врач спросил:

– А как её зовут?

– А это ещё зачем? Напиши лучше, – «по месту требования» … Ну вот мы и прибыли! – обнародовал «Сусанин», что подтверждалось позолоченными табличками: «Банк БВСН – топ 100» и «Отдел продаж ваучеров, обеспеченных предприятиями нефти и газа». «Следопыт» остановился и молча протянул руку за «капустой».

– Значится так, – Оскар выдержал паузу, – сейчас я с ними заключу контракт, и ты меня за дополнительные 100 баксов выведешь обратно на божий свет из этих катакомб, договорились?

– А не подведёшь?

– Не боись, … не подведу.

– Точно также мне не давно сказал один начальник.

– И что? Не подвёл?

– Конечно, … не подвёл: ни газ, ни свет, ни воду.

– Я не девица первой свежести, чтобы ломаться и обманывать! И мы не на базаре!

– Уговорил!

– Жди, – и Иванов-Бендер, будучи уверенным, что он первый претендент на приобретение ваучеров, открыл дверь, стоящую на его пути к заветному «миллиарду». …

Перед его взором предстал большой многогранный конференц-зал, с многочисленными из полупрозрачного стекла дверьми в стенах, к каждой из которых уже выстроились желающие прихватизировать его «миллиард». Посредине сцены, под зелёным сукном, стоял фундаментальный дубовый стол с двумя тумбочками и стулом, правее, от которого красовалась, обклеенная плакатами, трибуна. А с другой стороны стола, видимо для разогрева публики, артист читал выдержки из поэмы В.В. Маяковского «Облако в штанах», стоя в его революционной позе:

«Вашу мысль,

Мечтающую на размягченном мозгу,

Как выжиревший лакей на засаленной кушетке,

Буду дразнить об окровавленный сердца лоскут,

Досыта из издеваюсь, нахальный и едкий.

Хотите – буду от мяса бешеный-

И, как небо, меняя тона -

Хотите – буду безукоризненно нежный,

Не мужчина, а – облако в штанах!

Не верю, что есть цветочная Ницца!

Мною опять славословятся мужчины,

Залежанные, как больница,

И женщины, истрепанные, как пословица».

– Это что за цирк? – возмутился вслух Иванов-Бендер. – Я не стремился попасть на собрание ветеранов революции и трудового фронта! – но его сразу успокоил убаюкивающий девичей голос:

– Не волнуйтесь, господин или как вас там, товарищ, народу очень много, и мы сейчас вам и всем присутствующим объясним правила приобретения и выдачи ваучеров, – сообщила автоматически заученную фразу, эта раскрашенная девица в супермини платье, прогуливаясь между шумящим людом.

Вдруг Оскар увидел, как к трибуне уверенной походкой направился Рыжий человек с нахальным лицом в невозмутимую крапинку цвета волос. Утвердившись на трибуне, он уверенно поднял, покрытую родственными волосами, руку. Рыжий напоминал только что ушедшего со сцены артиста, читающего своё произведение «Облако в штанах». … В зале наступила тишина.

– Я, Сыромятин Трюхан Могилеевич, стал владельцем банка БВСН, благодаря нашему новому Президенту Пьяньциню и «народной поддержке». Наконец хочу быть перед вами до конца честным и признаюсь в том, что раньше, как и многие мои соратники, колебался вместе с линией партии. Сегодня я уже в новой партии, но с народным стержнем, и обращаюсь к вам от имени и по поручению нового правительства, которое высказалось за криминализацию нашего народного достояния, – пардон, оговорился… за ваучеризацию наших предприятий, сельского хозяйства и отраслей их переработки. То есть, мы сделаем так, чтобы каждый человек стал владельцем тех предприятий, где он сегодня трудится в поте лица, не жалея «живота» своего и сил других! Но в тоже время мы предоставляем возможность, при наличии у вас средств и желаний, если они совпадают, приобрести ваучеры любых других организаций. Мы провели огромную работу почти во всех населённых пунктах по оценке производств и предприятий средств производств, что позволило нам отдать часть ваучеров их труженикам бесплатно, а часть с очень большой скидкой. Все проценты от доходов этих предприятий будут попадать непосредственно в ваши карманы, то есть в карманы наших трудящихся, и все мы за короткий срок станем владельцами нашей собственной жизни. На каждый ваучер вы получите, как минимум два автомобиля «Волга» в соответствии с цветом своего лица! Это важнейшее мероприятие сулит расцвет всей нашей научной и производственной мысли. Теперь мы не будем догонять Европу и Америку, … мы их сразу обгоним! И как-бы в подтверждении этих слов, в животе у Рыжего, сильно заурчало, а затем чуть ниже и зазвучало о чём с многократным усилением оповестили динамики конференц-зала. Эти «нежданчики» сначала смутили, а потом взбодрили и развеселили уважаемую публику.

– Весьма похоже на анальный джаз, – громко прокомментировал изданные звуки какой-то длинноволосый парень в косоворотке, стоящий не далеко от трибуны у динамиков.

– Да, признаюсь, … это отзвуки моей многострадальной души, которая вышла из простого народа, – отреагировал Рыжий оратор невозмутимо, – я со вчерашнего дня ничего не ел, и поэтому сегодня красноречив как никогда! – зал зааплодировал находчивому Рыжему.

– Горю на работе, так сказать, ради вас, ваших детей и всего человечества! … Спасибо за своевременную поддержку! Но этот сигнал говорит вам и, в частности, мне что мы с вами совершаем великое дело, то есть уже практически создали «Международный клуб криминализации», пардон, – ваучеризации, т.е. любителей ВАУЧЕРОВ»! Будем считать этот день и час воплощением авантюрно-гениальной мысли в реальную жизнь, который войдёт в историю нашей страны и станет краеугольным камнем на пути к свободе и демократии! И скоро мимо ваших ртов потекут молочные реки вдоль кисельных наших берегов! Ура, господа!

– Рыжий низко пал, но умело вынырнув, высоко поднялся, благодаря этому «облаку», – мелькнуло у Иванова-Бендера.

– Ура!.. Ура! – неслось с разных сторон, но Оскара это почему-то насторожило. Он молчал.

– А сейчас всем присутствующим раздадут специальные опросные листы, – продолжил оратор, – которые вы обязаны будете заполнить, указать сумму, на которую вы планируете приобрести ваучеры и подписать, чтобы реально стать кандидатами в члены нашего клуба! Затем, в соответствии с номером, указанном в вашем опросном листе, подойдёте к соответствующей занумерованной двери в «Отдел продажи ваучеров, обеспеченных предприятиями нефти и газа» подадите там соответствующую заявку и затем пройдёте в «Банк БВСН – топ 100» для оплаты ваучеров, а также внесёте сумму, то есть одноразовые членские взносы на поддержку «штанов» нашего оргкомитета. Таким образом каждый, но, уверяю вас, хо-о-роший член… нашего клуба, получит право на получение и приобретение большего объёма ваучеров, и станет действительным его клиентом! Наиболее успешные даже могут войти в «золотую» его десятку, так сказать, получат наш «Золотой паспорт». Немного терпенья, господа, и ваши ваучеры ровно через год, как и та щетина, о которой говорил наш разведчик в легендарном фильме «Подвиг разведчика», превратится в золото!

Возбуждённая публика зааплодировала…

– Что-то мне это напоминает, – мелькнуло у Иванова-Бендер, – пожалуй эта пламенная речь смахивает на выступление в шахматном клубе г. Васюки, описанного в исторических воспоминаниях о моём отце «12 стульев». Но те были шарлатаны и авантюристы без положения в обществе, к тому же находились в неопределённом, точнее отчаянном финансовом положении. Да нет!.. Статус и масштабы несоизмеримы. Вон, все стены «кричат фотографиями» о достижениях страны в различных отраслях, о светлом будущем и в конце концов, и об уровне этого мероприятия! Эти же сами уже закрепились в правительстве и выступают от имени президента, у них всё есть, чего бы им жульничать?! Нет, – здесь всё на высшем уровне и всё очень круто… Сомненья прочь! Так, где опросный лист моего зелёного миллиарда? Теперь я на меньшее не согласен! – и заполнив свою бумагу, Оскар уверенно открыл дверь к своей золотой цели со словами:

– Вперёд, к овладению капиталистическим миражом светлого будущего!..

На сделку в банке понадобилось не мало времени, но выйдя с ваучерами, сын Бендера вознёс руки к небу:

– Вот она, звезда пленительного счастья! Свершилась вторая мечта идиота! С «испугу» я, пожалуй, скоро могу реально стать достойным отпрыском Великого Комбинатора! Мне всё же удалось на зелёные миллионы закупить миллиард ваучеров с водяными знаками, которые всего через несколько месяцев превратится в долларовый миллиард. И всё это состояние вместе с «Золотым паспортом» и гарантией банка БВСН в моём легендарном портфеле! Ну вот я и миллиардер! Правда пока с небольшой поправкой, – ПОЧТИ! Но скоро, сумма с зелёными водяными знаками в 1 миллиард 200 тысяч долларов под гарантию Банка БВСН, будет переведена на мой счёт в банке «OF CYRUS» и я тогда стану полноценным миллиардером! А пока я потенциальный… Как говаривал мой уважаемый предок: «С таким счастьем и на свободе!» Действительно жизнь напоминает собачью упряжку, но «чтя Уголовный Кодекс» мне надо стремиться идти впереди, чтобы не видеть чужие задницы.

Выйдя в какой-то коридор, Оскар понял, что под влиянием головокружения от успеха потерял своего провожатого и стал блуждать по полутёмным лабиринтам бывшего торгового купеческого дома, толкаясь в каждую дверь, но они были закрыты. Примерно через час, наконец ему повезло, и толкнув очередную дверь он увидел божий свет, но … на другой, ему не знакомой, улице.

– Так, … сегодня же оборудую потайной сейф для этой Ценной бумаги Российской Федерации, а то пока что-то везёт! К чему бы это?.. Кстати, а где этот не бритый мужик, который с большого бодуна? Видимо я его потерял. Вышло не ловко, но «сель ля ви», как говорят французы! Ладно, при встрече «недоимку» компенсирую.

Глава 8. На чудо надейся, но сам не плошай

Ремонт нового офиса завершен в соответствии с ценными указаниями Бян Лян Пука. Итак, на Садовом кольце, не далеко от Курского вокзала, а точнее на Земляном Валу, отвоёван плацдарм для процветающего Сингапура, а точнее новый офис «Американ Интернэшнл Индастриз». Для более тесного знакомства его сотрудников Пук рекомендовал коллективу отметить это событие сразу после заключения основных контрактов, а сам отбыл на родину.

– С контрактами, конечно, дела обстоят, мягко говоря, плохо, – размышлял Иванов-Бендер вслух, – так как по опыту знаю, что металлургические комбинаты, к этому времени, на всю свою продукцию контракты уже заключили на несколько лет вперёд. Значит придётся прыгать выше головы. Хотя глупо заставлять себя так прыгать, но в данном случае … полезно, поскольку другого мне не дано и в данном случае надежду Пука необходимо оправдать и преодолеть эту рекордную бизнес планку… Иначе нам удачи не видать! Постой, постой, … но ведь у меня на этом комбинате был хороший знакомый … главный металлург Семен Артамон. Правда мы давно с ним уже не встречались. Да и времена были другие, и вообще работает ли он там сейчас? Итак, день святого Валентна – для детей. Ночь Ивана Купала – для взрослых, а сегодняшнее утро, видимо, создано для моего звонка и поездки на Макеевский мет комбинат. Надо срочно по телефону попробовать договорится с ним о времени встречи. Ведь когда-то мы с ним неплохо общались. Заодно и проверю наличие Семена «за штурвалом» и ходовую часть нашей растаможенной представительской машины. Чтож начну, пожалуй, разгоняться прямо сейчас, чтобы прыгнуть повыше…

– Ух, повезло, – Оскар с облегчением вздохнул. – Отлично! Семен на месте! Хорошо, что при телефонном разговоре удалось договориться с ним о встрече и времени, но удалось, доложу я вам, с большим трудом. Но почему встреча не на комбинате, а на вечернем пляже Азовского моря? И только на следующий день после прибытия? Хорошо, что пляж рядом с комбинатом. Значит надо питание заранее прикупить, а заодно и плавки прихватить! Чего-то он опасается? Ладно. Не буду копаться в «его нижнем белье». Вперёд, к победе – вопреки здравому смыслу! Буду действовать с учётом правила: «Сколько человека ни воспитывай, он всё равно хочет жить хорошо» …

Дорога местами настолько была такая «пьяная», что машина самым наглым образом приставала к кюветам…– «Эх, дороги, пыль да туман …». Да дороги, – подумал сын комбинатора, – наше тактическое оружие, а дураки – стратегическое.

В назначенный день и час, после окончания рабочей смены, Оскар подъехал к проходной мет комбината. Артамон, как всегда, был пунктуален.

– Привет, Семен!

– Привет, Оскар! Тысяча лет, – тысяча зим! Вот познакомься, мой друг и наш зам. зав. внешнеторгового отдела Павло с известной, но хреновой фамилией.

– В смысле? – переспросил Иванов-Бендер.

– В смысле… Хренов Павло. Будем знакомы.

– Ну, что на пляж? Как условились.

– Ну, сначала надо бы в магазинчик, чтобы устранить тёмное пятно в желудке! Мы же после работы.

– Прошу нервных зря не суетиться. Я затарился ещё в столице. Даже коктейль «Три поросёнка» приобрёл.

– Оригинальный коктейль. Узнать бы как его готовят, чтобы потом можно было эффективно

использовать у нас? – отреагировал Семен.

– Рецепт прост, дарю бесплатно хорошим людям: нужны ящик водки и два друга. Как я понимаю, всё это имеется в наличии!

– Браво! – Павло Хренов протянул руку Иванову. – Один ноль в вашу пользу, переходим на «Ты».

– Согласен. Но в дополнение к этому коктейлю информирую вас, что российские фармакологи изобрели новое средство от депрессии.

– Интересно какое же? – снова заинтересовался Павло Хренов, потирая ладони. – Может и мне сгодится?

– Рецепт прост: для поднятия общего тонуса достаточно три раза в день перед едой принимать по одному зелёному горошку и запивать его 100 граммами коньяка.

– И всё? Принимаю на вооружение! – Павло с удовольствием снова, видимо от нетерпенья, потёр свои ладони. – Вообще-то, я в своё время, сказал выпивке нет! Но она на это не реагирует.

– А я больше пить не буду!.. Но и меньше тоже! – доложил Сеня…

Через некоторое время дружная компания успешно расположилась на пляже рядом с морем. Положили покрывало на песок и стали его по-мужски сервировать.

Вечерело. Ласковое солнце пристроилось к голубой поверхности моря, и начало медленно в него погружаться, что позволило ощутить грань, между небом и морем, переходящую в солнечную дорожку, бегущую бликами к отдыхающим на пляже.

Не далеко от этой дружной компании на песке расположились юноша с девушкой. Похоже, что парень был очень стеснительный, а девушке видимо хотелось, чтобы он больше обращал на неё внимание и целовал.

– Ой! – произнесла она, – у меня щёчка заболела.

Юноша поцеловал её в щёчку.

– Ну как, Муся, теперь не болит?

– Нет, … не болит. Перестало…

Через несколько минут:

– Ой, Суслик, у меня шейка заболела!

Суслик чмок её в шейку:

– Ну как, болит?

– Нет, не болит.

Павло не удержался и поинтересовался у парня:

– Суслик, а от геморроя не лечишь?

– Нет.

– Жаль. Вообще-то, моя любимая болезнь, – чесотка… почесался и ещё хочется. А самая ненавистная – геморрой… ни себе посмотреть, ни людям показать!

– Муся, пошли, я не хочу, чтобы мы здесь с тобой что-нибудь «приобретали» даже, если это бесплатно! – и парочка быстро удалилась.

– Ну вот и славненько. Лишние уши испарились! – Павло радостно потёр ладони. – Ну что, теперь приступим помолясь!

– Предлагаю за встречу и взаимовыгодное сотрудничество! – предложил Сеня, – ну что «поехали» …

– Оскар излагай задачу, – дал отмашку переговорам Павло Хренов …

– Мне необходимы два крупных контракта: на арматуру, катанку в очень больших объёмах, с пролонгацией на длительные сроки для поставки в Китай и Сингапур. Вот реквизиты для контрактов и деловых бумаг. Начало поставок в этом году через месяц. В общем, цены ясны! Задачи поставлены! Да и вам нужно заработать!

– Заработать это конечно славненько, но все контракты уже расписаны на несколько лет вперёд. Но уж очень хочется хоть немного поработать на себя! – констатировал Хренов.

– Это факт! Откровенно говоря, мы с Павло давно об этом мечтаем, но не было таких интересных заказов и надёжного мыслящего человека!

– А раз такого человека мы нашли, то мы что-нибудь придумаем. Как говорят: если нельзя, но очень хочется, то …

– Тогда определитесь с ценой. Мои два доллара с тонны будут в ваших откатах. Давайте реквизиты вашего банка, а я их передам владельцу нашей компании Бян Лян Пуку. Мои посреднические будете переводить на мою Кипрскую компанию. Вот тебе банковские реквизиты. – Оскар протянул листочек Артамону.

– Отлично! У меня тоже есть своя фирма, но не на Кипре, а в Штатах. Счёт в «Банк оф Нью-Йорк». Конечно, мы сейчас имеем то, что имеем, а желаем, что хотим!

– Пожалуй, что так, – согласился сын комбинатора, – ведь со своим мнением не поспоришь! Кстати, … Пук, являясь членом правительства, говорит, что из нашей страны в Сингапур пока ещё никого не пускали. Так что, как только он получит первые вагоны по контрактам, мы с вами туда сможем первыми прорваться, так сказать «быть первооткрывателями Сингапура», естественно при условии заключения контрактов.

– Сделаем! Нет вопросов! Кому-нибудь откажем, но своего не упустим! – Хренов Павло от удовольствия «крякнул» и потёр ладони, – предлагаю выпить русской водки и «закусить» её немецким тостом.

– Это как?

– А вот так. – Павло Хренов встал, с наполненной рюмкой в правой руке, зафиксировав её на уровне плеча и произнёс: «Дер … балызнем! За твой пытливый ум и сообразительность, Оскар!»

– Согласитесь, господа, товарищи, бояре, что это перебор. Вообще-то самый пытливый ум у инквизиторов. А отдать дань уму может только платёжеспособный, вы же своих денег пока не получили, … – с этими совами Оскар тоже поднялся, – действительно жизнь состоит не из времени, а из моментов, поэтому можно констатировать, что правильного решения порой нет, но лучшее как сегодня, есть всегда! Так выпьем друзья за лучшее ваше решение!..

На следующий день, получив подписанные руководством Макеевского мет комбината контракты, Иванов-Бендер благополучно доставил их и своё бренное тело, утяжелённое «нарзаном», в новый офис…

Новый офис А.I.I. в «Кривоколенном переулке» значительно отличался от старого в лучшую сторону. Он состоял из пяти средних комнат, спортивной комнаты и столовой для офисных работников, большой прихожей, полукруглой переговорной с прекрасной арабской мебелью. По центру потолка расположилась большая хрустальная люстра, а по стенам картины в китайском стиле с несколькими бра. Также комнаты для секретарей и переводчиков, с соответствующей времени аппаратурой для связи, офисной мебелью, кабинетов для Пука, и вице-президента. То есть всё было готово для полноценной работы.

И вот наступил момент, когда Иванов-Бендер широко открыл дверь и вошёл в зал переговоров, где эллипсовидный стол, уже был накрыт по высшему разряду, чего он явно не ожидал:

– Всем пламенный привет! Поздравляю вас с подписанием контрактов.

– Ура! Это надо отметить! – предложила офисная публика.

– По какому поводу накрыта «поляна»? – поинтересовался Бендер.

– Прописываем нового сотрудника Тараканова, – откликнулась Гольдмян.

– Послюшай, Тараканов, – произнёс Гиви Чешуйшвили, – я, от имэни присутствующих джигитов, прэдлагаю тэбя сократить, … точнээ твою фамилию, и называть тэбя просто «Таракан!»

– Почему?

– Потому что, «краткость сестра таланта!» – пояснила Маргарет.

– Та-ра-кан! Ах! Как мило звучит! – произнесла Люси, поправляя причёску, – если только ради любви к искусству! То, я … за!

– Ну, а пока есть предложение немного притормозить это мероприятие. – Иванов-Бендер поднял руку с контрактами.

– Зачем? – Почему?

– А затем, чтобы не терять драгоценное время! Потому что необходимо срочно решить кто отвезёт завтра утром подписанные контракты в Министерство путей сообщения (МПС) для их регистрации. А также договориться на перевозку грузов в Китай и подписать эти контракты у их руководства.

– Мы с Гиви берёмся за это дело! – быстро отреагировала Зюзя Гольдмян, подняв руку.

– Добро. Тогда вот вам подписанные комбинатом контракты на поставку арматуры и катанки, а также проекты контрактов с железной дорогой на их перевозку, действуйте! В нагрузку, если желаете, могу рассказать анекдот про начальника путей сообщений, к которому вам возможно придётся заглянуть.

– Согласны на нагрузку, – и Гиви, подняв указательный палец вверх, произнёс:

– Вах! Порадуй души пэщэрных людэй!

– Гиви, ты не стой, … садись.

– Спасибо, когда-нибудь сяду, а сэйчас я пэшком постаю!

– Так вот, господа, … – Оскар немного помолчал, как-бы обдумывая, следует ли рассказывать этот анекдот… и продолжил:

– Один, но очень большой начальник МПС жалуется врачу на непроходимость кишечника. Врач велит начальнику раздеться: «Нагнитесь. – Э-э-э, батенька, да у вас отверстия даже нет!»

– Зализали, сволочи! Напрочь зализали! – вдруг стал сокрушаться начальник.

– Брав! Браво!

– Вах! – опять воскликнул Гиви. – Хорошая подсказка. При нэобходымосты можно ыспользоват!

– Как говориться, «с корабля на бал!» – подумал Оскар, но произнёс:

– Сегодня мы выпиваем не просто так, а по поводу!.. Как там у Высоцкого, … «Если я чего решил, то выпью обязательно!» А решили мы с вами, господа, товарищи, бояре на сегодня три задачи: «Подготовили к работе новый офис, подписали контракты на арматуру и контракт на поставку катанки». Теперь необходимо подписать контракты с министерством путей сообщения по поставке наших товаров в нужную страну и в нужное время, и тогда получим права на регулярное общение с МПС! А сейчас предлагаю немецкий тост.

– У нас никто по-немецки не понимает! – уточнила Зюзя.

– Надеюсь, что этот тост поймут все в этой комнате. Итак, … предлагаю дер…балызнуть за Таракана, как предложил Гиви, точнее за нового нашего сотрудника… Ну, за тебя Тараканов! Чтобы в твоей голове, так сказать, заводились только нужные нам «тараканы»!

Тараканов, расчувствовавшись пересел с двенадцати струнной гитарой на диван, видимо уже давно созрев для определённых поступков, под одобрительные возгласы публики, запел приятным баритоном:

«Купил себе не дом, а целу дачу.

Стоит она без окон, без дверей.

А вместе с ней я получил в придачу

Красавицу Марусю без ушей.

Во рту зубов у ней как не, бывало,

А на макушечке десятка два волос.

Когда она меня поцеловала,

То у меня по жопе сполз мороз.

Один глазок у ней фанеркой заколочен,

А ножка деревянная была.

Я часто просыпался среди ночи:

Зачем ты меня, мама, родила!»

– Эй, Таракан, зачем ты используешь пошлые слова, здесь же не бордель, а приличные люди? – поинтересовалась Зюзя у Тараканова.

– Понимаешь, песня древняя, а из песни слов не выбросишь!

– А мне недавно, в весьма приличном заведении разъяснили, что это слово приличное и лишь является сокращённой аббревиатурой «Женского охранного предприятия». … Так что, новые времена – иные сокращения!

– Главное, чтобы нас не сокращали, – вставила Маргарет.

– Привыкайте господа к новой лексике, привыкайте! Как тот господин, которого случайно повесили.

– А это как? – поинтересовался у Иванова уволенный Бильдыев Салих, видимо пришедший навестить Натали, для массажа мало доступных частей её тела.

– Сначала он с не привычки дёргался, а потом привык и перестал. Ладно, господа-товарищи-бояре, не берите в голову, а возьмите в руки … ваши наполненные рюмки.

Публика загалдела.

– Вах! За то чтобы у нас всё было, а нам за это ничэго нэ было! – выразил в тосте свою заветную мечту Гиви.

– Похоже, – отметил про себя Оскар, что они здесь сидят уже с утра и «квасят», значит Гиви получил, планируемую сумму от Бян Лян Пука, на поставку краденых авто с Запада, ну а Пуку рассказал какую-нибудь сказку «про белого бычка». Он играет сам с собой в поддавки в итоге окажется в клетке, и тогда степень свободы Гиви будет зависит от её размеров. Да, … у одних оба полушария защищены черепом, у других штанами.

По другую сторону стола Винтов раскрывал свои жизненные секреты и чаянья загорелому, в модной киргизской треуголке, Мусаиму:

– Понимаешь, Мусаим, полнота жизни включает в себя и пустоту. Вот сейчас, например, меня на улицах не узнают, значит есть большая доля вероятности, что я буду богатым, вопрос … – буду ли я их узнавать, когда стану богатым? Да, … разбогатеть мечта всей моей жизни! Когда разбогатею, куплю коттедж где-нибудь на Кипре…

– А зачем на Кипре?

– Пещерный ты человек. Понимаешь, офшорная зона, удобная для «химии» и налоги там нулевые.

– Ну это пока.

– Как там освоюсь, куплю самолёт. Заведу гарем!

– Ты туда не ходи, зачем тебе самолёт?

– Гарем катать буду!

– А зачем гарем? Там проблем много, однако?!

– Понимаешь, женщина может быть и красивой, и умной, и доброй. Но не одна и та же! Хотя, признаться и эта у меня жена клад!

– Так если твоя жена клад, то вам причитается 25%.

– Ничего ты, Мусаим, в этом деле не понимаешь. Я хочу все 100%. Жена – женщина на каждый день, а гарем для разнообразия! Жена – это всего лишь прожиточный минимум. Правда она у меня ещё и умница. Сейчас её поставили на руководящую работу!

– Да, … – задумчиво произнёс Ибрагим, у нас тоже в республике раньше женщину толкали в зад, а теперь – вперёд! Вот в моей голове всё вмещается, но пока не всё укладывается.

– Уложится, какие твои годы, – Винтов похлопал Мусаима по плечу.

– А вот мая девушка всё время, при встрече со мной, часто выходит из себя. А от чего, – не пойму?

– Понятное дело. Девушки обычно выходят из себя, когда не могут выйти замуж…

– Верно, … вот сейчас понял, что там проблем много!

– Сознаюсь тебе Мусаим, – в этом вопросе многие люди в принципе глупы, но мы с тобой в пределах разумного. При этом имей в виду, что многие часто промахиваемся ещё при выборе цели!.. Ну что ты всё время чешеся, – не мылся что ли давно?

– Моется тот, кому лень чесаться.

В это время на пороге появился элегантный, приятной наружности человек:

– Это фирма «Америкэн Интернэшнл Индастриз»?

– Да, а вам кого? – поинтересовалась Зюзя.

– Я, Дон Дока, от Павло Хренова, зам. зав. внешнеторгового отдела, Макеевского металлургического комбината, к Иванову-Бендеру.

– Зюзя пропусти его, … это ко мне. Да, Павло мне говорил о вас. Приветствую.

– Оскар встал, – предлагаю пройти в мой кабинет, а то здесь сегодня многолюдно…

– Павло Хренов просил передать, чтобы вы срочно подписали в МПС контракт на транспортировку грузов и сообщили ему, а копии контрактов, подписанных МПС, направить ему по факсу, иначе комбинат не сможет начать поставку в следующем месяце. К этому же он добавил, что копию этого контракта необходимо направить в МПС Китая и договориться с ними о включении в их план перевозок. Потом Артамон сказал, что вы можете взять меня на работу в эту компанию, чтобы я курировал МПС.

– Фамилия и имя у вас оригинальные.

– Да!.. Мои предки иммигрировали из Испании. …

– Образование? Где живёте?

– Высшее. В этом городе.

– Хорошо. Я все эти вопросы в ближайшие дни согласую с владельцем компании. Зайди дня через три. Надеюсь, что он в чужое положение войдёт без стука, учитывая свою заинтересованность.

– Договорились.

– Но ты, Дон, когда придёшь, стучи ногами.

– Почему ногами?

– Но ты же не с пустыми руками собираешься приходить!

– Намёк поняла, приду без трусов! Как говорит одна моя хорошая знакомая!..

Через три дня стук ногой в дверь офиса оповестил, что Дон Дока пришёл не с пустыми и вовремя, как договаривались.

– Привет, Оскар! Хай всем! Здоровье, как говорят не купишь, а вот болезни я вам прикупил, как договаривались.

– Какие болезни? – заволновался Мусаим.

– Водку «Абсолют», коньяк «Армянский» пять звёздочек, «Мартини» и прочие болезни…

– Так это ведь не болезни, а лекарства, – возразил Винтов.

– Это зависит от дозы!

– Вообще-то мы сбираемся жить долго! – господин Дока, – в унисон Дону произнесла Зюзя.

– Кстати! Минздрав предупреждает: жить долго вредно для здоровья! … Но не надо боятся старости, господа, – не все до неё доживают!

– Привет, Дока! – отозвался Оскар, – пока наше крепкое здоровье лечению не поддаётся! Но ты с этими «болезнями» вовремя. Пук дал добро, так что пиши заявление и, как говорят, не отходя от кассы обмоем это дело. …

– Ну что, господа, товарищи, бояре, в нашем «полку» прибыло! Судя по твоим репликам, Дон, я понял, что ты профессионал в области медицины? – решил пошутить Иванов.

– Да. Это так. Я действительно заканчивал медицинский. Учился вместе с дочкой Саддама Хусейна. В студенческие годы гостил у неё в Париже. Мой отец академик медицины, гендиректор одного из столичных медицинских центров. Сейчас это Акционерное общество и отец стал одним из его основных владельцев, так как у него случайно оказалось больше акций этого уважаемого центра, чем у других.

– А как же МПС?

– Но … – это просто! Заместитель министра, – мой дальний родственник.

– Браво, Дока, вот это то, чего не хватало нам в торговой «обойме»!

– Кстати, Гиви, Зюзя, как у нас дела с МПС?

– Плохо. Как раз сегодня от МПС пришла «чёрная метка», – и Зюзя с досадой махнула рукой.

– Почему чёрная? – поинтересовался Дока.

– Вах! Вах! Нэ понымаэш?.. Потому что отказали, – уточнил Гиви.

– Понял.

– С этого момента, господа, товарищи, бояре, … – Оскар сделал паузу, – как говаривал мой, Ля Па: «Самозванцев нам не надо, – председатель буду я!» Итак, ты, Дон Дока, сегодня же закажи на завтра четыре пропуска в это «богоугодное заведение», а я попытаюсь договорится о встрече с «Первым».

– А кто ещё с нами?

– Тараканов и Чешуйшвили, кстати, купите разнообразные подарки для секретарш: губную помаду, тушь и т.д., а также прихватите что-нибудь интригующее для мужского руководящего персонала. В общем, сами сообразите. А ты, Гиви, ещё позаботься о готовности авто. Действуйте!..

– Да, дороги, дороги, дороги. В данном случае железные дороги – без них никуда! Как без рук, без воды и ни туды и ни сюды! Что-то меня на поэзию потянуло, к чему бы это?.. Целесообразно было бы где-то ознакомиться с историей строительства Транссиба, наверняка пригодится при общении с руководством МПС, – про себя отметил Оскар…

На следующее утро они, озабоченные отсутствием разрешения на приём к Министру, с множеством пакетов с подарками, без препятствий добралась до предбанника кабинетов: Министра МПС Епонина и Зам. Министра Шкодника. Дальше у Оскара возникла проблема, так как на приём записали только на понедельник, а сегодня была пятница. Оскар, для обдумывая сложившейся ситуации, по привычке, подошёл к огромному стенду МПС, для ознакомления с жизнью её обитателей…

Через закрытую дверь кабинета министра донеслись слова:

– Вот вы, простые железнодорожники, жалуетесь на кризис, и на ухудшение жизни из-за экономического положения страны… А, между прочим, у вас зарплата в этом году выше на 75%!

– Простите выше, чем в каком году? – спросил другой баритон.

– Чем в следующем…, – последовал ответ…

– Тонкий юморок, – про себя отметил Оскар, – а вот это интересно … И начал читать:

Сказание о Великом Сибирском Пути, с оттенком «новой демократии»

«Транссиб, или Великий Сибирский Путь (историческое название) – это рельсовый путь, соединяющий европейскую часть России с ее срединными (Сибирь) и восточными (Дальний Восток) регионами. Фактическая протяженность Транссибирской железнодорожной магистрали по главному пассажирскому ходу (от Москвы до Владивостока) составляет 9288,2 километра и по этому показателю она является самой длинной на планете. Тарифная длина (по которой исчисляются цены билетов) несколько больше 9298 км и не совпадает с реальной. Транссибирская магистраль проходит по территории двух частей света. На Европу приходится около 19% длины Транссиба, на Азию- около 81%. Условной границей Европы и Азии принят 1778‑й километр магистрали. В ценах 1913 года затраты на строительство составили 1 455 413 000 рублей золотом. Великий Сибирский путь (исторической название Транссибирской магистрали) был введен в строй на всем его протяжении 110 лет назад, 14 июля (1 июля по старому стилю) 1903 года».

«Вопрос о строительстве Транссиба назревал в стране давно. В начале XX века обширные районы Западной и Восточной Сибири и Дальнего Востока оставались оторванными от европейской части Российской империи, поэтому возникала необходимость в организации пути, по которому можно было бы добраться туда с минимальными затратами времени и средств».

«В1857 году генерал‑губернатор Восточной Сибири Николай Муравьев-Амурский официально озвучил вопрос о необходимости строительства железной дороги на сибирских окраинах России. Однако правительство только к 1880‑м годам приступило к решению вопроса о Сибирской железной дороге. От помощи западных промышленников отказались, строить решили на свои средства и своими силами. В 1887 году под руководством инженеров Николая Меженинова, Ореста Вяземского и Александра Урсати были организованы три экспедиции для изыскания трассы Среднесибирской, Забайкальской и Южно‑Уссурийской железных дорог, которые к 90‑м годам XIX века в основном завершили свою работу. В феврале 1891 года комитет министров признал возможным начать работы по сооружению Великого Сибирского пути одновременно с двух сторон – от Челябинска и Владивостока.

Началу работ по постройке Уссурийского участка Сибирской железной дороги император Александр III придавал смысл чрезвычайного события в жизни империи. Официальной датой начала строительства Транссиба считается 31 мая (19 мая по старому стилю) 1891 года, когда наследник российского престола и будущий император Николай II заложил недалеко от Владивостока первый камень Уссурийской железной дороги до Хабаровска на Амуре. Фактическое начало строительства произошло несколько раньше, в начале марта 1891 года, когда началось строительство участка Миасс-Челябинск. Сооружение Транссибирской магистрали осуществлялось в суровых природно-климатических условиях. Почти на всем протяжении трасса прокладывалась по малозаселенной или безлюдной местности, в непроходимой тайге. Она пересекала могучие сибирские реки, многочисленные озера, районы повышенной заболоченности и вечной мерзлоты».

«Строительство Транссибирской магистрали потребовало огромных средств. По предварительным расчетам Комитета по сооружению Сибирской железной дороги, ее стоимость определялась в 350 миллионов рублей золотом. Чтобы ускорить и удешевить строительство, в 1891-1892 годах для Уссурийской линии и Западно‑Сибирской линии (от Челябинска до реки Обь) за основу взяли упрощенные технические условия – уменьшили ширину земляного полотна в насыпях, выемках и на горных участках, а также толщину балластного слоя, укладывали облегченные рельсы и укороченные шпалы, сократили количество шпал на один километр пути и др. Наиболее острой и трудноразрешимой была проблема обеспечения строительства Транссибирской магистрали рабочей силой. Потребность в квалифицированных рабочих удовлетворялась вербовкой и переброской в Сибирь строителей из центра страны. Значительную часть строителей составили ссыльные арестанты и солдаты. Пополнение рабочей силы также шло за счет привлечения сибирских крестьян и горожан и притока крестьян и мещан из европейской России. Всего на сооружении Транссиба в 1891 году, в начале стройки, было 9,6 тысячи человек, в а 1895‑1896 годы, в разгар строительных работ, 84‑89 тысяч человек, в 1904 году, на завершающем этапе – только 5,3 тысячи человек. На строительстве Амурской железной дороги в 1910 году работали 20 тысяч человек. Многие работы производились вручную, орудия труда были самые примитивные – топор, пила, лопата, кайло и тачка. Несмотря на это, ежегодно прокладывалось около 500‑600 километров железнодорожного пути». Смычка рельсов на протяжении Великого Сибирского пути произошла 3 ноября (21 октября по старому стилю) 1901 года, но регулярного движения поездов на всем протяжении магистрали в это время не существовало. Только 14 июля (1 июля по старому стилю) 1903 года ознаменовано вводом Великого Сибирского пути в строй на всем его протяжении, хотя в рельсовом пути был перерыв: через Байкал приходилось переправлять поезда на специальном пароме». «Непрерывный рельсовый путь между Санкт-Петербургом и Владивостоком появился после начала рабочего движения по байкальской железной дороге 1 октября (18 сентября по старому стилю) 1904 года, а 29 октября (16 октября по старому стилю) 1905 года байкальская дорога, как отрезок Великого Сибирского Пути, была принята в постоянную эксплуатацию. 18 октября (5 октября по старому стилю) 1916 года было завершено строительство на территории Российской империи, с пуском моста через Амур близ Хабаровска и началом движения поездов по этому мосту».

«В годы Первой мировой и Гражданской войн техническое состояние дороги резко ухудшилось, после чего начались восстановительные работы». «В период Великой Отечественной войны Транссиб выполнял задачи эвакуации населения и предприятий из оккупированных районов, бесперебойной доставки грузов и воинских контингентов на фронт, не прекращая при этом и внутри сибирских перевозок. В послевоенные годы Великая Сибирская магистраль активно строилась и модернизировалась. В 1956 году правительство утвердило генеральный план электрификации железных дорог, согласно которому одним из первых электрифицированных направлений должен был стать Транссиб на участке от Москвы до Иркутска. Это было осуществлено к 1961 году».

«На востоке, через пограничные станции Хасан, Гродеково, Забайкальск, Наушки Транссибирская магистраль обеспечивает выход на сеть железных дорог Северной Кореи, Китая и Монголии. Магистраль проходит по территории 20 субъектов РФ и пяти федеральных округов. В регионах, обслуживаемых магистралью, сосредоточено более 80% промышленного потенциала страны и основных природных ресурсов, включая нефть, газ, уголь, лес, руды черных и цветных металлов. На Транссибе расположено 87 городов, из которых 14 являются центрами субъектов РФ. По Транссибу перевозится более 50% внешнеторговых и транзитных грузов. Транссибирская магистраль включена в качестве приоритетного маршрута в сообщении между Европой и Азией в проекты международных организаций ЕЭК ООН (Европейская экономическая комиссия ООН), ЭСКАТО ООН (Экономическая и социальная комиссия ООН для Азии и Тихого океана), ОСЖД (Организация сотрудничества железных дорог)»

– Познавательно и полезно! – господа, – окликнул Доку и Тараканова, Иванов-Бендер, – советую ознакомиться, может пригодится для наших планируемых побед…

И тут его взор заинтересовал листок формата А4 машинописного текста, прикреплённого четырьмя кнопками, ниже статьи «Великий Сибирский Путь».

– Шэф! Вах! Ты чэго врэмя тратыш на какиэ-то глупосты и эту канцэлярскую бэстолковую доску?

– Учти, Гиви, в нашем деле бестолковых досок не бывает. Бывают бестолковые исполнители! А качество глупости определяется количеством последователей! – Читай, что на листочке напечатано!

– «С праздником вас, – дорогие железнодорожники и железнодорожницы! Увеличим прокат наших колёс! Ударим увеличенным пробегом по нашим железным рельсам и деревянным шпалам!»

– Кто подписал?

– Да какой-то … Епонин.

– Сам ты какой-то, а этот … МИНИСТР! – поддел его Иванов-Бендер.

– А откуда знаэш?

– От твоей «бестолковой» доски.

– Вах! Думаю, но нэ могу въэхат!

– Побыстрей въезжай! А чтобы долго не думать, надо думать постоянно! Собирай свои мозги в пучок и думай, Гиви, думай, быстрей рожай мысли … картуз куплю! – простимулировал его Оскар, и подумал: мысли как дети – всё равно кто-то обязательно скажет, что они не твои.

– Эврика! Господа, да сегодня же «День железнодорожника!» – воскликнул Дока.

– Ну! Наконец- то хоть до одного дошло!

– Нам-то какая от этого радост? – Гиви почесал свою волосатую грудь.

– А радость для нас такая, … то бишь план такой: я и Дока подойдём к секретарше министра, поздравим её с «Днём железнодорожника», и подарим ей французскую губную помаду подходящего цвета. Немного поболтаем «за жизнь, за международное положение» и уговорим её на благородный поступок, для проникновения в кабинет к министру с коньяком для поздравления, а дальше обольщать её останется Дока. Ты, Чешуйшвили, с Таракановым проделаете тоже самое с секретаршей заместителя министра, без проникновения и без рук, подарите ей французскую тушь для ресниц.

– Поняли, что «Красны котлеты фаршами, а приёмная секретаршами!»

– Тогда действуйте! Чешуйшвили подай мне пакет с коньяком и приготовь подарки для милых дамс! … Вперёд на приступ!..

– Но оны такиэ нэ приступныэ, – Гиви опять помассировал свою тёмную волосатую грудь.

– Все женщины неприступны. До приступа, – уточнил Дока со знанием дела и пропел: «Где мои 17 лет – на Большом Каретном…»

– А ты Гиви, кстати не скромничай и приоткрой это своё волосатое творение! – порекомендовал Тараканов, – может на них сильнее подействует.

– Без тэбя знаю, Таракан, что и как на ных благотворно дэйствуэт!

– Дон, не увлекайся, бери подарки и пошли к главной секретарше, – предложил Оскар…

– Здравствуйте, Милочка! Мы с коллегой, от имени нашей Американской компании, поздравляем вас с наступающим днём железнодорожника и торжественно вручаем французский сувенир!.. Иванов, почти Демьян, но сами понимаете, не Бедный. А это мой коллега Дон.

– Сюрприз, так сказать, – поддержал разговор Дон.

– Сэр-Прайс! Оригиналь! Как неожиданно и мило!

– Милочка, вы в курсе, что как женщина, именно вы, имеете перед мужчинами три преимущества! – Оскар улыбнулся.

– Очень интригующее начало. Как Вас?

– Оскар.

– Дон.

– Очень приятно! Какие же?

– Женщина сначала мужчину окрыляет, потом окольцовывает, а затем ощипывает! Но учтите, мужчины, как голуби: выпустишь из рук, – а потом свисти, не свисти …

– Прелестно! Беру на вооружение! С кого начнём?

– Начинайте с Дона, а я пока поздравлю Министра.

– Да! Конечно! Можете заглянуть, но только на минутку, так как министр сильно занят, у него совещание по вопросу больших задержек зарплаты, ввиду отсутствия оных в банке… Поэтому, в Забухаловске люди сидят и отдыхают прямо на рельсах. А ввиду того, что часть электричек не освещается, не отапливается и не имеет стёкол, железная дорога пошла навстречу пожеланиям пассажиров и с сегодняшнего дня разрешила иногда оплачивать проезд мятыми и рваными купюрами, а также чёрно-белыми, односторонними денежными знаками без окраски.

– Признаюсь, весьма своевременное и «свежее решение», – и открыв дверь, вошёл. В голове мелькнуло, – пожалуй, это самый тяжёлый случай в моей практике:

– Поздравляю вас, Тагил Кальмарович, и ваш коллектив с наступающим профессиональным праздником от имени Американской компании и позвольте передать Вам от нашего Президента скромный подарок! А также, учитывая временные трудности у ваших тружеников дальних дистанций МПС, наша компания приложит все силы и свои финансовые возможности для компенсации задолженности по их зарплате в ближайшее время.

– А вот и ангел-спаситель, …как тебя?..

– Оскар Иванов-Бендер.

– Рад познакомиться. Что-то мне твоя фамилия знакома. Ну да ладно, … а что от меня требуется взамен?

– Подписать контракт с нашей компанией и включить в план перевозок следующего месяца на Китай, арматуры и катанки с Макеевского мет. комбината.

– Тяжелый случай!.. План уже свёрстан, но … учитывая, ваше предложение помочь нам в тяжкую минуту … согласен! Пройди к моему заму – Шкоднику Фофану Великановичу. Одну минуточку подожди, я его сейчас озадачу… Милочка соедини-ка меня с Фофаном Великановичем.

– Соединяю…

– Фофан прими, …– он прикрыл трубку рукой, – как вас?

– А я уже принял! – откликнулся Великанович.

– Да я не об этом!

– Вице-президент Американской компании, Оскар Иванов-Бендер, – отреагировал Оскар.

– Прими прямо сейчас вице… Президента Американской компании, Иванова-Бендера и сделай всё как он скажет, а их компания отправит деньги нашим работникам в Забокальск, в счёт перевозок их грузов на Китай в следующем месяце.

В соответствии с договорённостью, Оскар, увлекаемый динамикой интригующих бёдр секретарши Милочки, направился к Шкоднику Фофану Великановичу, прихватив с собой Дона с подарочным пакетом.

Шкодник в отличие от министра был уже в нужном тонусе и хорошем расположении духа. Духан от него доставал до порога.

Иванов-Бендер начал было поздравление, но Фофан прервал его пламенную речь:

– Знаю! Знаю! Уже доложили. А, … привет родня, не ожидал тебя увидеть здесь и в такой солидной компании! Присаживайтесь. А что там в пакете?

– Благородный напиток.

– Супер, это весьма кстати!

– Люси, – позвал он секретаршу, – возьми контракт и отнеси нашему юристу. Скажи, чтобы он срочно его оформил. Когда оформит, … занесёшь. Да, … прихвати ещё пару фужеров и никого не пускай! Я на сегодня занят!

– Будет сделано, Фофачка!

– Как она вам?

– Деловая! – одобрил Дока.

– Значится так, господа! Контракт подпишу. В план включу, но зарплату наличными необходимо срочно отвезти в Забухаловск. Шахтёры сейчас кричат у знаменитого Белого дома Пьяньциня и стучат касками, а наши железнодорожники там голодают сидят на рельсах в Забухаловске, правда пока молча, но уже несколько дней. А это опаснее, чем, когда стучат. Так что выручайте! … Сделаете, – ваши вагоны будем толкать всеми местами без задержки! Договорились?

Некоторое время Оскар молчал, обдумывая сложившуюся ситуацию. Потом видимо решившись, произнёс:

– Если толкать будете всеми выдающимися местами вместе с женской половиной, то договорились!

– Ну вот и славненько. Значит по рукам! А мы тоже всем пассажирам в честь дня железнодорожника подарок сделали.

– Интересно, если не секрет, какой?

– Я разрешил пользоваться туалетами сегодня и завтра на остановках по всей территории Украины, Грузии и Забухаловска.

– Надеюсь, что кишечный тракт получит от этого некоторое облегчение, – Дон с облегчением выдохнул.

– И мочевой пузырь, надеюсь тоже обрадуется! – поддержал его Бендер.

– Да, особенно мочевой пузырь любителей пива, – согласился Фофан, – по себе знаю.

– Ну что, мужики, за наступающий мой праздник, по единой!..

– Но у меня есть ещё проблема.

– Какая? – поинтересовался Оскар.

– С набором кадров.

– А что так? Сейчас же многим работа нужна? – удивился Дока.

– Понимаете, … сейчас денег у МПС нет, а даром эти «умные» работать не желают, а других дураков нет.

– А вы действуйте как царь, в начале строительства железных дорог при наборе работников.

– Интересно!.. И как же он действовал?

– Вы же знаете, что в начале строительства железных дорог, на этот тяжёлый труд работать по собственной воле никто не шёл. И тогда министр путей сообщения России приходит к царю и говорит, разреши набрать работников из тюрем и каторги… и получает добро:

– Казнокрады, взяточники – шаг вперёд! У вас большой опыт руководящей работы, будете высшим руководящим составом.

– Карточные шулера, мошенники – шаг вперёд! У вас большой опыт финансовой работы, будете главбухами, руководителями предприятий.

– Хулиганы, драчуны – шаг вперёд! У вас много силы, будете выполнять физическую работу. Осталось человек десять, … не знают куда притулиться.

– Так, а вы почему отлыниваете от работы?

– Так это… ну… пидоры мы…

– И вам работа найдётся! Ревизорами будете. …

– А что? Поучительная история. В этом что-то есть! Надо подумать. Да, … совсем забыл…

– О чём? – поинтересовался Дока.

– Моя жена Ольга Ивановна, почти ваша однофамилица, Оскар. … Так вот она сильно тужит, что у неё до сих пор нет соответствующей её статусу шубки и сапожек, а у меня ондатровой шапки и хорошего, из натуральной кожи, дипломата.

– Я об этом обязательно проинформирую владельца нашей компании и надеюсь, что он войдёт в положение моей «однофамилицы» по отчеству! – Иванов-Бендер улыбнулся.

В это время секретарша принесла контракт. Шкодник, подписав его передал Оскару:

– Приятно иметь дело с интеллигентными и догадливыми людьми! Я вас не задерживаю больше, господа. Можете заходить всегда вне очереди, но не с пустыми руками!..

На следующий день Дока с Таракановым, при деньгах в полиэтиленовых пакетах, уже летели в кабине самолёта в сторону Забухаловска…

Телефонное сообщение Иванова-Бендера о подписании контрактов, на арматуру и катанку с мет комбинатом, а также с Министерством Путей Сообщения на их поставку (МПС), вдохновило Бян Лян Пука:

– Сознаюсь, вы совершили не вероятное, … не ожидал! В вашей стране, как мне сообщили, срок подписания контрактов оказывается уже давно прошёл! Со мной даже пари заключили. Но я поверил в вас, и выиграл! Так вот, нужно совершить очередной бизнес-подвиг!

– Что же нужно для очередного пари?

– Необходимо срочно подписать контракт на поставку передельного чугуна для японской фирмы «Коваша» через порт Владивостока, с характеристиками, указанными в моём контракте с ними. Я его вам сейчас перешлю по факсу. Да ещё, найди покупателя на коксующийся уголь 300 000 тонн из Китая. Срочно! Всё… – и положил трубку.

– Час от часу не легче! – подумал Оскар. – Много ли нужно этому человеку для полного счастья? … Как минимум – всё!

Так, … срочно возьми себя в руки, докажи, что ты не брезглив – напрягись, … необходимо продержаться до «проявления» моего миллиарда… Ещё не много, ещё чуть-чуть… Умей владеть собой, … – нараспев произнёс он последние фразы, если не хочешь, чтобы другие владели тобой… На следующий день, изучив справочник Чёрной металлургии, Иванов-Бендер «откопал» производителя нужного чугуна. Тулачермет, в принципе находилась в «шаговой» доступности от Столицы…

Он набрал телефон начальника внешнеторгового отдела:

– Вас беспокоит вице-Президент Американской компании. Мы заинтересованы в поставках передельного чугуна…

– О «батенька» !.. Об этом даже и речи не может быть!..

– А с кем из руководства я мог бы переговорить по данному вопросу?

– Попробуйте с Целеным Марком Мироновичем. Но все контракты металлургическим предприятием уже подписаны и на три года вперёд уверяю, что вы только напрасно потеряете время! Сейчас я вас с ним соединю…

– Спасибо, с хорошим человеком всегда приятно пообщаться! …

Что-то щёлкнуло в трубке:

– Алло, я вас слушаю.

– Приветствую, Марк Миронович, мне хотелось встретиться с Вами. Возможно ли это завтра?

– Взаимно! А как вас величать?

– Иванов-Бендер Оскар. Я вице-Президент Американской компании.

– Забавно, а вы случайно не родственник великого комбинатора?.. Шучу.

– Как ни странно, но это мой отец.

– Не вероятно! Вы шутите?

– Нет.

– Не вероятно!.. А вы по какому вопросу?

– По закупке у вас чугуна передельного.

– О! С этим большие проблемы. … Во-первых, все контракты комбинат уже заключил и разговор бесполезен. Во-вторых, у нас огромный дефицит с коксующимся углём!

– А если я вам смогу в этом направлении что-то предложить?

– Ладно, тогда приезжайте завтра. Обговорим. Желательно до 8 утра. Пропуск закажу.

– Договорились! А про себя Оскар подумал: Присутствие духа особенно необходимо в отсутствие всего остального. Конечно, для меня решение поставленной Пуком задачи является большой проблемой, но надо быть выше этих проблем, чтобы на них было удобнее плевать!..

– До Тулы от столицы примерно три часа, – выезжая ночью размышлял Иванов-Бендер, – дороги терпимые. …

– А вот, и «Тулачермет». Время 7 утра, … «доскакал» даже с небольшим запасом! Немного «перекурю» и направлюсь на деловое встречу. Когда же я так буду спешить на любовное свидание? Ведь лица прекрасных женщин мелькают с такой скоростью, что не успеваешь разглядеть, а не то, чтобы познакомится и влюбиться, … да … и мне уже не 18. Вероятно, только после получения своего миллиарда в операции «Зелёный гамбит», – констатировал Оскар.

Неожиданно к машине подошёл охранник в форме и с надписью ЧОП и спросил:

– Вы, Иванов-Бендер?

– Я, а в чём дело?

– Вас ожидает Целен Марк Миронович. Второй этаж, кабинет №21. Вот ваш пропуск. Прошу.

– У вас всё как часы отработано. А Марк Миронович пунктуален!

– Да! Он у нас такой!..

– Ну и что же вы мне можете предложить? – спросил Целен, как только Оскар вошёл.

– Триста тысяч тонн коксующегося угля, вот его характеристики, а заодно и моя визитка.

– Подходит. А чей?

– Поставлять будет наша компания.

– Покупаю!

– Но я его продаю, только взамен на контракт передельного чугуна с поставкой в порт Владивостока.

– Но, у меня весь передельный продан чехам.

– Ну тогда и коксующего угля нет. А, впрочем, предлагаю, резко минимизировать поставки чехам, а нам продать остальные объёмы, плюс два доллара с тонны вам и плюс два мне и моим исполнителям для «восстановления нервных клеток»? Эту «моржу» в долларах буду передавать вам лично…

Марк Миронович надолго задумался, видимо прикидывая все за и против… Затем вышел… Через полчаса вернулся.

– Хорошо! Согласен, но не плохо бы простимулировать одним долларом и «нервные клетки» нашего начальника внешнеэкономического отдела.

– Договорились! – Оскар облегченно выдохнул.

– Кац, зайди, – сказал Марк и положил трубку.

Через несколько минут вошёл элегантный человек средних лет и представился:

– Исраэль Кац.

Оскар и Кац обменялись рукопожатием и визитками.

– Значится Кац, делаем так, – кокс и чугун поставляем по бартеру, а разницу, каждый раз в долларах. Понял? Хотя это не совсем законно.

– Понял. Но пока нет такого закона, который бы обеспечивал законность!

– Оформляй! А чехам скажем, что не хватает сырья. Все реквизиты получишь от Иванова-Бендера. Осознал?

– Мысль уловил!

– Действуй по классике.

– Понял. Ноги в руки, – поскакал!..

– Молодец! – сам себя похвалил Оскар. – А ведь получилось! Сам не ожидал от себя такой наглости. Порчусь прямо на глазах. А вот получилось же! Конечно, глупо заставлять себя прыгать выше головы, но иногда … полезно не только в спорте, но и в сумасшедшем бизнесе. Будни, наполненные даже таким творчеством, становятся праздником! К чему-бы это? Видимо сработало правило: «сколько человека ни воспитывай, он всё равно хочет жить ещё лучше»! Всё стало вокруг голубым и зелёным!..

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.