Кейт Крамбл
Вопреки. Часть 1. Элли: Любовь или Дружба?

Глава 1

Вся жизнь состоит из выбора…

лишь мы в ответе за то, что с нами происходит.

– Сьюзен, привет!

– Привет, Элли! Тебя сегодня не было на двух уроках, все в порядке?

– У нас младшенькие заболели.

– О, мне жаль.

– Пока мама занималась двойняшками, пришлось задержаться и помочь ей по дому.

– После школы, как всегда, домой вместе?

– Да, конечно!

Одноклассницы Сьюзен и Элли оканчивали школу. Обе отличницы, красавицы. Их семьи жили через дорогу.

Жизнь Сьюзен напоминала сказку: богатые родители; она – единственная дочь; прислуга, готовая выполнить любую прихоть; в личном распоряжении машина с водителем. Несмотря на то, что все ее желания исполнялись в одночасье, девушка выросла послушной и весьма рассудительной.

Жизнь Элли была не столь сказочной. Она – старшая дочь в семье, где пятеро детей. Отец – строитель, мать – медик в постоянных декретах.

Образ Сьюзен напоминал даму из высшего общества восемнадцатого века. Она обожала свои длинные русые волосы. Гордилась утонченным вкусом к прекрасному, доставшимся ей от матери. Ее обворожительные серые глаза с густыми ресницами, придавали взгляду особую выразительность. Всегда учтива и сострадательна к чувствам другим людей.

Элли – прямолинейная, даже дерзкая, никогда не подбирала слов, говорила, что думает, тем самым часто обижая собеседника. Порой она вовсе воздерживалась от ответа, предпочитая промолчать, нежели сказать то, что от нее хотят услышать, а не что она думает на самом деле. Высокая, стройная, с темно каштановыми волосами, которые от природы завивались крупными локонами. Всегда уверенная в себе и четко знающая, чего хочет.

«Деньги – это не главное», – утешала себя и все свое семейство мать Элли, – «А главное то, что мы любим друг друга, и у нас крепкая дружная семья».

И в самом деле, все члены большой семьи, горой стояли друг за друга в любых ситуациях. Праздники встречали пусть и за скромным столом, но в доме, наполненном теплом и уютом. Так продолжалось ровно восемнадцать лет.

Прозвенел последний звонок. Гремел салют выпускного бала. В момент, когда в небо поднялись очередные залпы праздничного салюта, выпускники устремили свой взор к небу. Каждый из них загадал свое заветное желание о будущем.

– Ну что, да здравствует взрослая жизнь! – прокричал Том, одноклассник Сьюзен и Элли, выпивая шампанское прямо из горлышка бутылки.

– Даже не верится! – произнесла Сьюзен, все еще смотря на небо, на некоторое время, завешанное туманом, оставленным от залпов салюта.

– Кто теперь куда? – вновь прокричал Том, делая еще один глоток.

– Точно, кто куда? – подхватили другие ребята.

– Я в Гарвард, – с улыбкой и безмерным счастьем в голосе произнесла Сьюзен.

– Кто бы сомневался! – съязвила Катрин, которая все годы учебы завидовала Сьюзен.

– А ты куда? – спросил Том у Элли.

– Дорогой университет нам не потянуть, поэтому жду ответ из колледжа. Если мне повезет, через пару лет, я буду специалистом в области финансов, – Элли положила руки на талию и приподняла голову, представляя себя в этой роли.

Она четко знала, чего хочет добиться в жизни. Не смотря на трудности, всегда уверенно шла к поставленной цели. Как-то в восьмом классе, прямо перед спортивными соревнованиями, Элли подвернула ногу. Это не помешало ей участвовать, и взять победу, в беге на коротких дистанциях. Стоит ли после этого говорить, о ее жажде к победе, и смелом преодолении препятствий?

– Ну да, все же лучше, чем сидеть и подтирать сопли дома мелким, – вновь не упустила возможности съязвить Катрин.

– Девочки, хоть сегодня не ссорьтесь, – решил разбавить обстановку Том и уволок всех на танцпол.

Это был по-настоящему волшебный вечер. Все молодые, нарядные, полные сил и желания двигаться вперед. Одна жизненная ступень оставалась позади. Впереди, пусть и неизвестное, но очень интересное будущее, со своими сложностями и загадками, которые обязательно будут разгаданы, а трудности пройдены. Именно так в этот момент и казалось всем выпускникам, и они верили в это всем сердцем.

Ведь когда если не в молодости совершать ошибки, спотыкаться, падать, затем поднявшись, отряхнуться и идти дальше. Идти несмотря ни на что. Какие бы преграды не стояли на пути, они все преодолимы, разница не в их размерах, а в том, как можно их преодолеть. Важен не масштаб приложенных усилий, а правильный ракурс и надежная точка опоры.

После выпускного бала Элли осталась на ночь у Сьюзен. Личными владениями которой была огромная спальная комната, с собственной ванной, гардеробной, и балконом, откуда открывался невероятный вид на чистое звездное небо. Балкон всегда был излюбленным местом подруг, и они, расположившись на круглом бамбуковом диване, обставленным множеством мелких подушек, держась за руки, любовались звездами. Здесь когда-то, девушки провели не одну ночь, встретили не один рассвет. Сколько секретов было рассказано на этом самом месте, сколько девичьих слез выплакано в те самые подушки дивана: от неразделенной любви, от несправедливости в школе и в жизни.

Две подруги, словно две сестры. Они никогда не держали друг от друга секретов. Порой, даже на расстоянии, чувствовали эмоциональное состояние друг друга. Такая дружба дается не каждому, лишь не многим она даруется судьбой.

И вот, уже через несколько недель, двум лучшим подругам, которые всегда были бок о бок, предстояло разлучиться. У обеих сердце замирало от этих мыслей. Дальше, каждой из них, необходимо было идти своей дорогой.

– Но ты ведь будешь мне звонить? И потом, на каникулах я обязательно приеду, и мы сможем увидеться, не так ли? – с воодушевлением говорила Сьюзен.

– Конечно! Мы ведь лучшие подруги, и так будет всегда, – отвечала Элли.

И кто бы мог только знать, что будет с этими двумя милыми и обаятельными девушками. Какие трудности, взлеты и падения приготовила для них жизнь. Какие удары судьбы им предстоит преодолеть.

Сьюзен и Элли верили, несмотря ни на что, они будут дружить, как и прежде. Как и прежде будут доверять друг другу все самое сокровенное. Как и прежде, смогут радоваться за успехи друг друга, и в трудные времена быть опорой и поддержкой, которой всегда и являлись друг для друга.

– Помни, это всего лишь физическое расстояние, душой и сердцем я буду всегда рядом, – продолжила Элли.

– Я знаю, – произнесла Сьюзен, и девушки отправились спать.

Глава 2

Рискуя, нужно четко понимать, стоит ли этот риск того, чтоб на него пойти.

Наконец, Гарвардский университет, распахнул свои двери перед Сьюзен. Следуя за своей мечтой, она стала студенткой одного из самых известных и престижных университетов всего мира.

Элли, получила одобрение в Нью-Йоркском колледже и переехала в город своей мечты. Здесь, в Нью-Йорке, расположенном у самого побережья Атлантического океана, жизнь была совсем не такой, какую Элли привыкла видеть в Кингстоне, в своем родном городке.

Нью-Йорк – огромный город, с невероятными возможностями. Именно так представляла его себе юная Элли. С десятилетнего возраста она с увлечением смотрела телепередачи о путешествиях, мечтая когда-нибудь побывать в странах и городах, о которых так увлекательно рассказывали по телевизору. В специальной коробочке она хранила все, что было связанно с Нью-Йорком: свои рисунки, вырезки из глянцевых журналов, а также, различные сувениры, которые ей привозил из командировок отец. Такая сильная любовь с этим городом у нее произошла внезапно и казалось, не угаснет уже никогда.

Как-то их класс (как и многие другие классы), собирался на экскурсию в Нью-Йорк. Элли постоянно укачивало в автобусе, поэтому вожатый учитель расположил ее на переднем сидении. С этого места открывался прекрасный вид. Великолепнее обзора и придумать было нельзя. В то время, когда все ученики разговаривали и шумели в салоне автобуса, Элли – бунтарка от природы, сидела так тихо, что за всю поездку не проронила ни слова.

И теперь она будет здесь учиться. Возможно, именно здесь встретит любовь всей своей жизни, выйдет замуж, родит детей, и будет жить долго и счастливо, до самой смерти.

Элли и не предполагала, что в огромном бурлящем жизнью городе, любой может стать кем-то и кто-то может стать никем.

Примером этому служил бомж Эрл.

Элли познакомилась с ним вступив в ряды волонтеров одной из неправительственной организации Нью-Йорка. Каждый вечер волонтеры разносили обеды для бездомных. Эрл никогда не торопился. Чаще всего подходил последним. Он был не похож на остальных бездомных. Волосы, не всегда чистые, были аккуратно причесаны. Получив свою порцию еды, вежливо благодарил волонтеров, но никогда не смотрел им в глаза. Свою еду он делил пополам с таким же, как и он, бездомным котенком, которого подобрал на улице.

В один из вечеров, протягивая Эрлу еду, Элли заметила, как под его курткой что-то зашевелилось, затем раздалось тихое мяуканье.

– Кто у вас там? – спросила она у Эрла.

Мужчина, не поднимая глаз ответил:

– Мой брат по несчастью.

Он забрал предназначенный для него пакет и спешно отошел в сторону. Элли пошла за ним. Она стала свидетелем, как Эрл вынул котенка из-под одежды, в первую очередь протянул ему еды, и только потом принялся есть сам.

– Простите, вас зовут Эрл, так ведь? – обратилась она к мужчине.

– Верно, – ответил Эрл, по-прежнему не поднимая глаз.

– А его как зовут? – Элли присела, протянула руку к котенку и погладила его по спинке.

– Доллар, – коротко ответил Эрл.

– Доллар? – удивленно переспросила Элли. – Почему доллар?

– Я увидел рядом с мусорным баком один доллар. Подошел забрать его и услышал какой-то писк. Когда заглянул внутрь контейнера, то наткнулся на коробку. В ней и находился котенок. Страшно подумать, что с ним могло стать. Если бы не доллар у контейнера, я прошел бы мимо.

– Значит, когда-то у него были хозяева.

– Похоже на то. Они положили его в коробку и выкинули на помойку. Изверги!

– Это очень печальная история, но благодаря вам она благополучно закончилась. А можно узнать вашу историю Эрл? Что с вами случилось? – Элли присела рядом с мужчиной.

– Зачем это вам? – Эрл слегка занервничал.

– Вы добрый, воспитанный, не похожи на остальных. С вами наверняка что-то произошло, как с Долларом.

– Раньше у меня был дом, семья, бизнес, а сейчас я вон, где, – Эрл развел руками. – Мой компаньон, воспользовался моей длительной болезнью. Пока я находился в больнице, он переписал себе бизнес. Дом отобрали, я больше не мог за него платить. Жена умерла, не выдержав всего этого. Вот и вся история.

– И ничего нельзя поделать?

– Да что тут поделаешь…– вздыхал мужчина.

– Эрл, я заметила, что вы никогда не смотрите людям в глаза. У вас какие-то проблемы со зрением?

– Нет. Нет у меня никаких проблем. Мне стыдно. Я взрослый мужчина, а побираюсь на помойках, жду, когда мне принесут кусок хлеба. Это так стыдно.

– Разве у вас никого не осталось? Может есть тот, кто смог бы вам помочь?

– Есть…но, – Эрл умолк.

– Что но? Кто он? – Элли, со свойственным ей напором продолжала задавать вопросы. Эрл отвечал:

– Брат моей покойной жены. Он живет в Нью-Йорке. У него свой автосервис. С момента похорон мы не общались. Он никогда мне не говорил, но в его глазах я видел ненависть к себе, за то, что не уберег его сестру.

– Эрл, может вам все же попробовать с ним поговорить. Иногда все не так, как нам кажется.

– Я не смогу, нет!

Эрл встал, подобрал котенка, засунул его под куртку и ушел. На следующий день он не пришел за едой, через день его тоже не было. Элли спрашивала у других бездомных о нем, но его никто не мог даже вспомнить. Спустя две недели, когда вся еда была роздана и волонтеры собирались уезжать, к Элли подошел мужчина в костюме и что-то прятал позади себя. Он ничего не говорил, стоял и смотрел своими небесно-голубыми глазами в глаза ошарашенной Элли.

– Я долго думал, что же вам подарить, и решил, что это будет в самый раз, – произнес мужчина.

Он держал в руках маленького плюшевого котенка и продолжал нежно смотреть на Элли.

«Господи, это ведь Эрл!», – только сейчас сообразила Элли.

Она разглядывала мужчину, стоящего перед ней, и не могла поверить своим глазам. Ровная осанка, гладко выбритое лицо, чистый костюм и невероятно уверенный взгляд небесно-голубых глаз.

– Как? Я так испугалась за вас. Не знала, что и думать, – торопливо и бессвязно начала Элли.

– Я последовал вашему совету. Оказывается, последние три года брат моей покойной супруги вовсе не был зол на меня. Просто его, как и меня, мучала боль утраты. Сейчас я работаю у него автомехаником. Снял небольшую комнату. Хоть там и тесновато, но мы с Долларом довольны.

Элли была несказанно рада тому, что поспособствовала примирению Эрла с братом покойной супруги, тем самым направив мужчину на путь в благополучную жизнь. Его история стала для нее поучительной и оставила в памяти неизгладимый след.

Все что было на балконе в выпускной вечер, там и осталось. Поначалу подруги постоянно созванивались и поддерживали друг друга. С каждым днем у девушек появлялось все больше новых знакомых. Некоторые из них становились все ближе и уже из статуса – «просто знакомые» они переходили в статус – «новые друзья».

Сьюзен, проводила много времени за учебниками. Учеба в Гарварде оказалась не из легких. Здесь не терпели лень и незнание. Сьюзен же было недостаточно хорошо учиться и быть не хуже других, она желала стать лучшей. Результаты первой сессии показали, все ее усилия были не напрасны. Сьюзен возглавила тройку лучших студентов первого курса, факультета искусств и наук.

У Элли не было возможности уделять обучению в колледже достаточно времени. Она не всегда успевала посещать занятия, устроившись на время официанткой в кафе. Ей пришлось отказаться от волонтерской деятельности. Из-за систематических пропусков ее чуть было не отчислили. Пришлось долго доказывать директору колледжа, который вовсе не желал ее выслушивать, что она исправит свое положение. Вновь рисковать учебой Элли не могла. От работы в кафе пришлось отказаться, и искать себе другую подработку.

В итоге, звонки подруг становились все реже и реже, пока вовсе не сошли на нет. В какой-то момент, Элли поняла – они уже не те подростки, что были когда-то, чтоб грезить о вечной дружбе. Скорее всего их дружбе суждено было существовать лишь в тот период, пока они жили на одной улице и ходили вместе в школу.

Семья Элли постоянно испытывала финансовые трудности. С появлением на свет очередного малыша, денег не хватало на самое элементарное. Отец девушки брался за любую подработку и соглашался даже на ту работу, от которой другие воротили нос. На очередной из таких подработок на него обрушилась стена.

Строители сносили часть дома, которую заказчик решил переделать. Крыша была уже разобрана. Осталось разрушить стену. В части дома, где проходили строительные работы, никогда не было посторонних. Вдруг, отец Элли заметил забившегося в угол хозяйского щенка. Появление маленького животного обескуражило мужчину. Он понимал, если начнут валить стену, щенку уже не выбраться живым.

Он начал подзывать животное к себе. Щенок никак не реагировал и продолжал сидеть в углу скрутившись калачиком. Тогда мужчина решил самостоятельно вытащить испуганное животное. Он был уверен, что успеет выйти из здания до того, как обрушится стена. Щенок был уже на руках, и мужчина двигался с ним в обратную сторону. Стена рухнула прямо на них. Заметив, что произошло, остальные рабочие начали разбирать завалы. Они увидели, что своей широкой спиной, отец Элли прикрыл маленькое тельце дрожащего от страха животного.

Для мужчины, этот инцидент не прошел бесследно. Его стали тревожить постоянные головные боли, боли в спине, ноги все чаще сводила дрожь. Трудится, как прежде он уже не мог. Страховка покрывала лишь часть расходов на лечение, врачи давали не утешительные прогнозы. От этого, мужчина чувствовал себя обузой в семье.

Элли в данной ситуации не могла остаться в стороне. Чтоб как-то помочь родителям справиться с не простым финансовым положением, она пошла на крайние меры. Девушка давно слышала, что в ночной клуб требовались танцовщицы.

Однажды, ей в руки попал рекламный буклет ночного клуба. Элли носила его с собой больше месяца и никак не решалась позвонить по указанному номеру. На пестро-красном буклете было написано крупным изящным шрифтом: «В клуб «Рандеву» требуются молодые талантливые девушки для участия в танцевальной шоу программе».

После очередного разговора с мамой, узнав о самочувствии отца и о том, что ему необходима крупная сумма денег на операцию, размышлять было уже не о чем. Элли достала буклет. Твердым уверенным движением рук набрала указанный номер, и без малейшего сомнения в голосе спросила, когда можно записаться на пробы. Женский голос, ответивший на том конце провода, был не настойчивым, но достаточно убедительным, чтоб Элли не передумала о своем решении. Положив трубку, Элли не понимала, это действительно было ее решение или таинственный голос, доносившийся в телефоне, заманил ее на пробы. Спустя некоторое время она вновь вспомнила о главной цели ее звонка в клуб и поняла, что девушка на том конце провода абсолютно не причем. Возможно, это было и плохо обдуманное, но только ее решение.

«Меня еще не взяли, может я им и вовсе не подхожу», – подумала Элли. И все ее страхи, и сомнения развеялись.

На следующий день, после учебы, как и было обговорено днем ранее с заманчивым женским голосом из телефона, Элли стояла у парадной двери ночного клуба с кричащим названием «Рандеву». Она продолжала стоять у огромной массивной двери некоторое время. Не смотря на свою смелость и решительность абсолютно во всем, что бы она не делала, в этот раз Элли никак не решалась сделать еще один шаг и войти внутрь, словно предчувствуя что-то неладное.

– Девушка, вы на пробы? – спросил уже знакомый заманчивый женский голос.

Элли, которая до этой минуты находилась в некотором оцепенении, вздрогнула от неожиданного появления перед ней стройной жгучей брюнетки с зелеными глазами.

– Да, на пробы, – вымолвила Элли еле слышно, все еще сомневаясь переступать через порог заведения или нет.

– Прошу, за мной, – мило улыбаясь, сказала девушка с заманчивым голосом, которая возникла из неоткуда.

Она прошла вперед, Элли шла следом и разглядывала впереди идущую даму, чей цвет глаз был еще более заманчивым, чем голос.

Ее проводница была худощава, в облегающем костюме из лакированной кожи. И без того высокая девушка уверенно шла в туфлях, с более чем десятисантиметровым каблуком. Она грациозно виляла бердами и была почти на две головы выше Элли. Густая копна ее пышных темных волос свисала до поясницы.

Девушка в костюме из лакированной кожи привела Элли в огромный зал, в котором уже шли пробы новеньких. Они стояли на сцене. В зале, с недовольным видом, сидел не высокий круглый мужичек.

Элли поднялась на сцену и присоединилась к остальным претенденткам на должность танцовщицы. С этого места ей хорошо было видно все помещение, обставленное по периметру дорогой темной мебелью. Огромные хрустальные люстры свисали по краям зала. Напротив сцены располагался просторный бар, все в тех же темных тонах. До этого дня Элли ни разу не была в подобных заведениях. Максимум, что она могла себе позволить, так это бары с дешевой выпивкой и кафе из разряда того, в котором она работала официанткой. Непривычно богатая обстановка приковывала взгляд девушки.

Диджею было дано распоряжение – включить музыку, девушкам – двигаться в такт. В это мгновение Элли стало очень душно. Ее горло будто обхватили чьи-то цепкие руки и не давали дышать. Она не понимала, что с ней происходит. Такого неконтролируемого состояния Элли раньше не испытывала. Она сделала глубокий вдох, затем выдох, сердцебиение наладилось. Она начала танцевать.

Лицо мужичка в зале вновь изобразило недовольную гримасу. Он взмахнул рукой, музыка остановилась. Девушки замерли в ожидании решения. Мужчина попросил каждую из девушек станцевать в отдельности. Затем повторить несколько движений за жгучей брюнеткой в лакированном кожаном костюме, которая не только грациозно ходила в туфлях, не смотря на высокий каблук, но и великолепно танцевала стоя на них. Затем мужичок подозвал к себе все ту же зеленоглазую брюнетку, что-то прошептал ей на ухо, и вышел из зала. Девушка в лакированном кожаном костюме озвучила вердикт: из восьми претенденток, решено было оставить двоих. Элли была в их числе.

– Я вас поздравляю, – сказала девушка заманчивым голосом.

«Интересно, у нее от природы такой голос?» – подумала Элли про девушку, чье имя до сих пор ей было не известно.

У девушки и вправду был голос, больше похож на приложение в телефоне, чем на живой звук, извлекаемый человеком.

– Меня зовут Стелла, – наконец-то представилась зеленоглазая брюнетка, после чего все стало на свои места. Ведь такой яркой девушке, как она, могло подойти такое же яркое имя. – Завтра мы ждем вас здесь же, в пол пятого. Не опаздывайте. Вход через черную дверь, со двора. Всего хорошего.

Каждое предложение она выговаривала неспеша, с улыбкой, при появлении которой виднелись ее белоснежные ровные зубы. Улыбка Стеллы была настолько откровенной, что сложно было поверить в ее искренность.

На следующий день Элли прибыла в клуб в назначенный час. Стелла распорядилась, чтоб все девушки переоделись и вышли на сцену. Это была их первая репетиция.

– Запомните, вы всегда должны улыбаться. Когда вы на работе, то с ваших лиц не должна исчезать улыбка ни на секунду, – говорила Стелла все с такой же выразительной улыбкой.

«Теперь понятно, откуда у нее такая улыбка…» – подумала Элли, – «Она наверняка бывшая танцовщица и улыбка – это не более, чем хорошо отработанный профессиональный навык».

Диджей включил музыку, Стелла начала танцевать. Задача остальных девушек была предельно проста: повторять движения за Стеллой. Через пятнадцать минут Стелла сошла со сцены и стала наблюдать за всеми танцовщицами со стороны.

– Это никуда не годится! – возмущалась она, но вновь в ее голосе было невиданное спокойствие.

Стелла плавно развела руками, которые до этого твердо держала на талии. Скулы сжались, тем самым указывая на явное недовольство всем происходящим, но на лице все так же продолжала сиять белоснежная улыбка.

«Как это ей только удается, злиться и при этом быть такой милой? Это начинает даже немного раздражать», – недоумевала Элли.

Прошел первый день репетиции, затем второй, третий, позади была целая неделя. Каждый день состав девушек уменьшался, и к концу недели их осталось пятеро.

– Милые леди! – начала Стелла в присутствии круглого мужичка, которого Элли видела в клубе в первый день проб. – Вы приняты в один из самых лучших ночных клубов Нью-Йорка, – далее последовали жидкие аплодисменты. – Хочу вам представить Говарда – управляющего данного клуба.

Мужчина сидел с надменным видом великого начальника. Он будто сделал одолжение тем, что лично явился в зал. Почесав подбородок, произнес несколько приветственных слов, зыркнул еще раз на девушек и вышел.

Говард был весьма неприятным типом. В любом деле, извлекал лишь собственную выгоду. К девушкам обращался вежливо. Порой можно было поверить в его искренность. На самом деле ему было совершенно наплевать на девушек, которых нанимали в клуб. В этом они были очень похожи со Стеллой. Его выражение лица не менялось что бы он не говорил и не делал. Глаза Говарда оставались стеклянными при любой ситуации. Глядя прямо в них, собеседник невольно отводил свой взгляд, испытывая дискомфорт, словно смотрит в глаза мертвецу. Длинный нос горбинкой и тонкие губы, постоянно сложенные в бантик, выдавали его деспотичный характер. Сам он был мужчина не высокого роста, средних лет.

Как оказалось, в клубе не было, никакой шоу программы, одно лишь название. На самом деле от девушек требовались лишь энергичные танцы в полураздетом виде. Здесь, достаточно хорошо платили, в отличии от кафе, где до этого работала Элли. Посетители клуба оставляли чаевые в разы, превышающие те, что она получала, работая официанткой.

На все лето Элли осталась в Нью-Йорке и продолжала работать в клубе. Она очень хорошо сдружились со Стеллой, которая стала для девочек, словно старшая сестра.

Когда-то Стелла пришла в клуб танцовщицей, через некоторое время ее назначили кастинг директором. Психолог по образованию, она очень хорошо разбиралась в людях. Стелла с легкостью могла увидеть малейшие изменения в поведении, знала с какими именно словами подойти к человеку, чтоб тот открыл ей свою душу. В ее обязанности входило набирать девушек в клуб и максимально сдружиться с ними. Так она могла контролировать их эмоциональное состояние. Все это делалось с одной целью: любой пришедшей в клуб девушке, в определенный момент предлагался дополнительный заработок в виде приватных танцев и сопровождения VIP персон. И первое, и второе, как правило, предполагало оказание клиенту услуг сексуального характера. Чего только не натерпелись девушки на подобных мероприятиях.

«Как-то раз, один из постоянных клиентов оплатил себе целый «гарем». Он заказал пятерых девушек для утех на яхте, где с шумом и шиком праздновал свой день рождения с друзьями. Все начиналось степенно, красиво. Через некоторое время компания мужчин изрядно напившись, начали вести себя, как животные. Виновник торжества заперся с одной из девушек в нижней каюте, и не выпускал ее оттуда несколько часов. Она истошно кричала и просила о помощи. Когда другая девушка на палубе пыталась остановить весь этот ужас, то мужчины ей пригрозили:

– Даже не рыпайся, иначе будешь следующей! – смеялись они, спокойно реагируя на крики из каюты.

Внезапно крики прекратились, на палубе все умолкли. Монстр, избивавший девушку, вышел наверх. На его руке виднелась кровь. Он молча взял белоснежное полотенце и вытер в него руку.

– А почему так тихо, кто-то умер?! – закричал именинник, и велел всем продолжать веселье. Девушка в каюте не подавала признаков жизни.

Пришвартовавшись к берегу, после того как все покинули яхту, именинник распорядился своему телохранителю, чтоб тот позаботился о теле девушки. Она оказалась жива. Прибыла карета скорой помощи и израненную девушку увезли в больницу.

После этого случая она уже не вернулась в клуб. Полиция, разбиравшаяся в случившемся, закрыла дело за якобы нехваткой улик против монстра, совершившего избившего девушку.»

Говард, благодаря своему служебному положению, не раз пользовался девушками в личных целях. Некоторые из них не выдерживали такого давления и уходили из клуба, другие, согласившись с грязными условиями, выполняли все его прихоти.

Элли проработала в клубе уже больше полгода. Стелла видела ее упрямый, твердый характер и понимала, что с этой девушкой будет все не просто. Но при правильном подходе и эту «крепость можно будет сломить».

Говард был взбешен. Он не терпел неповиновения. Каждый день поторапливал Стеллу, чтоб та поговорила с Элли.

– Она не так проста, как может показаться на первый взгляд, – говорила Стелла Говарду. – Не торопись, осталось немного. Она согласиться на все, что мы ей предложим, дай ей еще чуточку времени.

– Еще время?! Нет у нас больше времени! Никому мы не давали полгода на раздумье. Гони ее прочь, если она не согласиться! – кричал Говард.

– Эта девушка принесет тебе не мало денег. Неужели ты готов рискнуть своими доходами? – тихим томным голосом говорила Стелла, поглаживая лысую макушку Говарда.

– Ну вот скажи, что с ней не так, что ей нужно? – продолжал Говард уже спокойным тоном. Казалось, что он вот-вот замурлычет от получаемого удовольствия.

– Я выяснила, в чем причина ее несговорчивости, – заулыбалась Стелла, словно знала некий секрет.

Говард открыл глаза, подскочил на кресле и оттолкнул от себя Стеллу, сидевшую у него на коленях.

– Говори! – сказал он в приказном тоне, сгорая от нетерпения.

Стелла неспеша присела на противоположное кресло и продолжила:

– В жизни Элли еще не было настоящего мужчины.

– Это как? – Говард не понимал услышанных слов.

– Она девственница, Говард! – мягко, выпучив глаза на Говарда, сказала Стелла.

– Девственница… – произнес задумчиво Говард. Его глаза хаотично забегали в разные стороны по кабинету. Он словно обдумывал како-то коварный план. Затем, взглянув на Стеллу, с холодным блеском в глазах, добавил: – Это прекрасно! Прекрасно!

После этой новости отношение Говарда к Элли кардинально изменилось. Он постоянно вертелся возле девушки, интересуясь ее настроением и самочувствием.

«Что ему от меня нужно?» – думала Элии. И Говард не заставил себя долго ждать.

– Элли, детка, – обратился в гримерке к ней Говард.

– Вы что-то хотели? – поинтересовалась девушка, продолжая готовиться к вечернему выходу на сцену.

– Подойти, – он позвал Элли к себе в кабинет и жестом указал ей на кресло. Она присела.

Элли впервые оказалась в его кабинете, который был обставлен в том же стиле, что и главный зал в клубе. Посреди кабинета располагался крепкий деревянный стол, который смотрелся очень величественно. Говард сидел на массивном кресле с мягкой зеленой обивкой. Кресла чуть меньшего размера, в аналогичном цвете, что и кресло Говарда, были расставлены в разных углах кабинета. За его спиной идеально вписавшись в интерьер стоял дорогой шкаф, выполнявший роль личного бара, с невероятным изобилием выпивки. За годы работы в клубе, он словно крот, привык к приглушенному свету, поэтому никогда не включал основной свет. Кабинет освещали настенные светильники.

Но даже при таком тусклом свете Элли смогла рассмотреть его глаза, которые в этот раз не были стеклянными, как обычно. Они ярко светились и были наполнены коварством.

– Элли, ты единственная, кто еще ни разу не был привлечен к сопровождению VIP персон, – начал Говард. Он не старался подбирать слов. Говорил прямо и по делу.

За сопровождение, «толстосумы», (так девушки в гримерке называли богатых мужчин, желающих развлечься), платили достаточно приличные деньги. Девушкам доставался процент от этих средств. Большую часть денег Говард оставлял себе, тем самым обворовывая хозяина заведения.

Элли была непреклонна.

– Не была и не намеренна! – резко, как отрезала произнесла она.

– Я бы на твоем месте не был столь категоричен, – продолжал настаивать Говард.

– Говард, я в эти игры не играю, ты ведь знаешь! – градус общения накалялся. – Мы это уже обсуждали.

– Ну, детка, мир не стоит на месте, все меняется, – смягчившись, продолжал настаивать Говард. Он словно змей не оставлял девушку в покое, в надежде, что она сдастся под его профессиональным натиском.

Элли встала, уперлась на стол обеими руками и низко наклонившись над Говардом продолжила:

– Тогда я соберу свои вещи и сегодня вместо меня на сцену выйдешь сам, трясти своим задом. Вот будет зрелище! – она расхохоталась, а сердце при этом колотилось все сильнее.

– Ненормальная! – возмутился Говард. – Да, что ты себе позволяешь?! Ну ничего, сама еще приползешь ко мне и будешь проситься дать тебе шанс. Тогда я подумаю, давать тебе его или нет!

– Вот когда приду, тогда и поговорим, а сейчас не мешай, мне нужно работать, – сказала Элли и швырнула дверь выйдя из кабинета.

Элли прекрасно понимала, что рано или поздно у них с Говардом должен был состояться этот разговор. Легче и приятнее от этого не становилось. Она знала, что теперь ее уж точно не оставят в покое и скорее всего ей придется уйти. К делу подключилась опытная жизнью Стелла.

– Элли, я тебе не враг, – начала она как-то в гримерке. Ее зеленые глаза пристально наблюдали за Элли.

– Да, как оказалось и не друг, – сопротивлялась Элли.

– Послушай, есть человек, готовый заплатить не малые деньги за твое сокровище, – продолжала Стелла, сверкая белоснежной улыбкой.

– Ты это о чем? – Элли с ужасом смотрела на Стеллу, которая говорила загадками. – Я не понимаю.

Стелла подошла к Элли, взяла ее руку в свои ладони. Она чувствовала, как у Элли участился пульс, дыхание становилось все громче. Элли искусственно старалась над ним совладать. На помощь, как всегда, пришла известная и проверенная практика: вдох-выдох. Когда Элли задышала ровно и спокойно, Стелла продолжила:

– Если ты согласишься продать свою девственность, то сможешь отлично на этом заработать.

– Как это мерзко! – возмутилась Элли.

На ее лице четко увиделась неприязнь и разочарование. Элли подскочила и не говоря ни слова вышла из клуба. Больше на работе она не появилась.

– Верни мне ее, верни! – кричал разъяренный Говард на Стеллу. Он рассчитывал благодаря Элли заработать приличную сумму.

– Видно, я в ней ошиблась, – спокойно отвечала Стелла, радуясь, что Элли ушла из этого злачного места. – Надо же, ни в ком не ошибалась, а в ней ошиблась.

У Элли начался новый учебный год. Она хваталась за учебу, как за спасательный круг, который в ближайшее будущее, сможет вытащить ее из круговорота безденежья и долгов, из той жизни, которую она тихо ненавидела. А пока колледж не окончен, необходимо было найти себе новую работу. Она соглашалась абсолютно на любую подработку: раздавала листовки; выгуливала собак; по выходным сидела с детьми. От такой насыщенной жизни голова шла кругом. Элли не отчаивалась и верила, что все это временно.

К концу третьего курса ей удалось стать одной из лучших студенток колледжа. Ее фото появилось на доске почета. За отличную учебу Элли назначили стипендию, на ближайший год. Она продолжала отправлять домой большую часть имеющихся у нее средств. Отец пошел на поправку. Казалось, что жизнь начинает налаживаться. Но в одно раннее утро, после телефонного звонка мамы, все рухнуло, как карточный домик.

– Элли, милая, отца снова увезли в больницу, – говорила мать Элли встревоженным голосом.

– Мам, что случилось? Они ведь говорили, что все уже позади. – Элли не понимала, что произошло. Еще совсем недавно ее отца выписали из больницы с отличными результатами.

– Он играл с твоими братьями в футбол. Трава была мокрой, и он поскользнулся, – мать не выдержала и начала рыдать в телефонную трубку.

– Мам, не плач, – умоляла Элли и к горлу подкатил ком. – Что сейчас говорят врачи?

– Нужна операция. Без нее нет шансов, – взяв себя в руки продолжила женщина.

– Сколько? – спросила Элли.

– Нам ни за что не потянуть такую сумму, – вновь зарыдала мать.

– Мам, какую сумму они назвали? – Элли нервничала в ожидании ответа.

– Двести пятьдесят тысяч, – холодным тоном ответила женщина, понимая, что такую сумму за две недели собрать не получиться.

– Я найду деньги, обязательно найду, – Элли успокаивала маму, а сама перебирала в голове всевозможные варианты, которых было не так-то много.

Вечером того же дня она появилась на пороге ночного клуба «Рандеву».

– Говард, мне нужны деньги. Я все отработаю, только одолжи денег, – умоляла Элли Говарда.

Когда Говард узнал, о какой сумме идет речь, то лишь поджал губы и замотал головой.

– Да тебе тут пол жизни придется пахать, чтоб такой долг с процентами отработать, ты это понимаешь?

Хоть Говард и был редкостной сволочью, но на этот раз он оказался как никогда прав.

– Понимаю, – рыдала Элли от безвыходности, – у меня отец без этих денег умрет.

– К сожалению, я не могу тебе ничем помочь. Рисковать такими деньгами я не стану, – отказал Говард и посмотрел на Элли своим холодным пронзительным взглядом. На этот раз Элли было все равно, она готова была душу дьяволу продать, только бы спасти отца, какой уж тут взгляд Говарда.

– Говард, – словно что-то вспомнив начала Элли, – я согласна!

– На что? – не понимая, о чем идет речь, решил уточнить Говард.

– Я согласна продать свою девственность, если это еще актуально, – Элли уже не рыдала. Ее лицо не выражало никаких эмоций, оно было больше похоже на лицо фарфоровой куклы: миловидное, но безжизненное. Она вообще в этот момент мало что чувствовала.

– Так ты, все еще…? – удивился Говард, открыв от удивления рот. При мысли о деньгах его глаза вновь по-особенному засверкали.

– Сколько я получу за это? – Элли интересовала лишь сумма, которую она сможет на этом заработать.

– Не переживай, на операцию хватит, еще и останется.

Стелла лично готовила Элли к запланированной встрече. Прическа, макияж, вечерний туалет, она подбирала каждую деталь. Через пару часов Элли полностью была готова. К клубу подъехал дорогой автомобиль. Из него вышел высокий мужчина в темном костюме, который открыл перед Элли дверь, и должен был доставить ее в руки заказчика.

Элли было все равно, как выглядит мужчина, который заплатил за ночь с ней баснословную сумму. В ее глазах он был одновременно психом и спасителем. Ведь только психически нездоровый человек мог купить себе не просто девушку для сексуальных утех, а именно девственницу. Но благодаря ему она теперь могла спасти своего отца.

Машина ехала к пункту назначения очень быстро. Элли казалось, что в этот момент она падает в бесконечную пропасть, и будет ли оттуда обратный путь не известно.

Когда-то она верила в то, что встретит мужчину, которого полюбит всем сердцем и будет принадлежать лишь ему одному. У них родятся прекрасные дети: мальчик и девочка. И пусть это было наивно, даже слишком по-детски. Ее мечты потерпели крах в тот момент, когда она согласилась на эту безумную сделку.

Утром следующего дня Элли вернулась к себе на съемную квартиру. Первым делом зашла в душ, включила воду и стояла неподвижно. Струи воды касались ее волос и стекали по телу вниз. Ей не хотелось ни о чем думать. Было единственное желание: смыть с себя чужой запах, которым, как ей казалось она пропиталась насквозь. В момент близости с мужчиной ее тело странным образом не реагировало на его прикосновения. Стоя в душе, она ничего не чувствовала, словно ни этой безумной ночи, ни этого мужчины и вовсе не существовало. Внутри образовалась пустота.

В этот же день Элли отправила переводом всю необходимую сумму для операции отца. В разговоре с мамой она была краткой: «Папа обязательно поправится. Все будет хорошо.»

С этой поры в ней что-то оборвалось. Хрупкий мир, который жил в девочке бунтарке, рухнул в одночасье. Она вернулась работать в клуб, как и прежде – танцовщицей. Но Элли словно было этого мало. Она согласилась танцевать приватные танцы, от которых раньше наотрез отказывалась. И этого ей стало недостаточно. Тогда она сама напросилась на сопровождение VIP персон.

По договоренности с Говардом, Элли сама одобряла список своих любовников, каждый из которых был очень обеспеченным. Они часто делали ей дорогие подарки в виде украшений, парфюмерии и солидных чаевых. Она сопровождала их на званых вечерах, в театрах, на выставках, в моменты отдыха. Такие сопровождения могли длится от нескольких часов до нескольких дней. Элли окутывала мужчин фальшивой заботой и вниманием. Улыбалась им и отдавала всю себя без остатка. Красива, умна, знает несколько языков и может поддержать любой разговор. Элли была всюду нарасхват, вот только доставалась она лишь избранным ею мужчинам.

Говард сдувал с нее пылинки, но его настораживало переменчивое настроение Элли. Он не знал, чего можно ожидать от девушки, которая так резко и кардинально изменилась. Он опасался, как бы она не сорвалась и ничего не натворила.

Прошел еще год. Элли поняла, что не справляется с нагрузкой, которая на нее свалилась. Выбирая между учебой и работой, Элли выбрало второе. Пришлось оформить учебный отпуск. На следующий год планы о возвращении к учебе тоже пришлось отложить.

Все вертелось по кругу: приватные танцы, сопровождение VIP персон. Элли не видела выхода из этого замкнутого круга. Последние два года для нее были равносильны нахождению в аду. Только теперь она начала это осознавать. Один день сменял другой, а в ее жизни ничего не менялось. Необходимо было что-то предпринимать, чтоб выбраться из места, куда Элли себя загнала. Как ей хотелось, чтоб кто-то помог советом, или протянул руку помощи, как когда-то она помогла беспомощному бездомному Эрлу. Но кроме себя, рассчитывать было не на кого.

«Нужно взять себя в руки. Так больше не может продолжаться», – думала Элли.

После десяти лет работы в клубе Стелла уволилась. От этого Говард всю неделю был сам не свой. Она не просто являлась кастинг директором, набиравшим девушек, Стелла вела всю пиар деятельность клуба. После ее ухода в клубе начались проблемы. Говард, вместо того чтобы их решать, беспробудно пил, заперевшись в своем кабинете, и не желая никого видеть.

Но если Элли что-то задумала, то не видела перед собой никаких преград. Она вломилась в кабинет Говарда с предложением, поставить шоу программу, которая поможет раскрутить клуб. Он вместо того, чтоб подумать над данным предложением лишь вскипел и размахивал руками:

– Где я тебе сейчас хореографа искать буду? Это ведь дополнительные расходы. Мы, итак, в убытках в последнее время.

– Я могла бы поставить несколько интересных номеров. Когда все будет готово, объявим об этом постоянным посетителям, сделаем спецпропуска. Если дело выгорит, то мы и людей к себе заманим и денег не плохих заработаем, – воодушевленно говорила Элли.

– Хм, а это идея. Ты и вправду справишься? – слегка прищурившись спросил Говард.

– Иначе не предлагала бы. Но есть одно условие.

– Условие? – занервничал Говард, не любивший, когда ему диктуют условия. – Что еще за условие?

– Деньги конечно же! – улыбаясь сказала Элли. – Брать я буду меньше, любого хореографа, но заплатить придется.

– Хорошо. Я даю тебе неделю. Через неделю жду первых результатов. Нам еще необходимо будет утвердить этот вопрос с руководством. Если к выходным справитесь, будут тебе деньги, и девочкам хорошая премия.

Взяв на себя дополнительную нагрузку, Элли пропадала в клубе дни напролет. Репетировать приходилось и днем, и ночью. С каждым днем сознание Элли просыпалось. Последние два года она жила словно с пеленой на глазах, не видя, во что превратила собственную жизнь.

Как ей стали омерзительны все посетители клуба. Она ненавидела каждого. Парня, который старался убежать от своих проблем: от вечной нехватки денег; от плачущего грудного сына; от потрепанной супруги, которая не спит ни днем не ночью, переживая, что скоро их попросят освободить съемную квартиру, и придется идти с маленьким ребенком на улицу. Он сбегал от всего этого в клуб, и пропивал в нем все до последнего доллара.

Она ненавидела толстого, но жутко богатого мужчину неприятной наружности, за то, что тот легко мог поманить к себе любую девушку, размахивая перед ней своим кошельком. Они в свою очередь шли к нему от безысходности.

Элли ненавидела всех, кто приходил и глазел на девушек, словно на редких зверей в зоопарке. Ненавидела, но продолжала работать. Она всегда улыбалась, как когда-то ее учила Стелла, глядя в глаза тем, кого ненавидела.

Спустя неделю, как и обещала, Элли представила Говарду первый номер для шоу программы. Говард зааплодировал, не ожидав такого великолепного результата. Он ничего в жизни не любил так, как деньги. Поразмыслив, что идея Элли принесет клубу хорошие дивиденды, от которых он пополнит свои карманы, Говард приходил в дикий восторг. Он лично стал посещать все репетиции, всячески поддерживал девушек, участвующих в новом проекте. От такого повышенного внимания Говарда девушкам становилось не комфортно.

В один из дней, Элли полностью пала духом. Шоу программу должны были запустить через месяц. За две недели до старта одна из девушек сломала себе ногу. В тот самый момент, когда все номера были поставлены, когда оставалось лишь закрепить результат, нужно было начинать все по новой. Говард требовал готовую шоу-программу. Элли требовала найти ей новую танцовщицу. Все вертелось словно замкнутый круг. Результата не было.

Наконец нашлась девушка. Возобновились репетиции. Все стало налаживаться.

– Как продвигается подготовка к шоу? – позвав Элли к себе в кабинет интересовался Говард.

– Мы полностью готовы, – с гордостью сообщила Элли.

– Тогда завтра вечером я жду полного просмотра всей шоу программы.

– Отлично! – с воодушевлением продолжала Элли.

Тут Говард изменился в лице, стал чрезвычайно мягким и деликатным:

– Элли, детка, – продолжил он.

– Коронная фраза, – усмехнулась девушка, и принялась внимательно его слушать.

– Послушай, все девочки заняты. Сегодня у нас в клубе будет мальчишник, человек восемь-десять. Друзья жениха заказали своему другу приватный танец, и они не поскупились.

– Да, я поняла, можешь не продолжать, – с уверенностью ответила Элли, показав тем самым что исполнит танец для будущего жениха.

– Правда?

– Только у меня одно условие, – лицо ее стало невероятно спокойным и в то же время серьезным.

– Элли, ты бы прекратила выставлять мне условия, я все же твой начальник, – возмутился поначалу Говард и продолжил, – Какое же?

– Даже если он с ума сойдет от моего танца, то никакого продолжения не будет. Только танец и все!

– Ну разумеется, – зашипел Говард, не получивший то, что ему хотелось. – И еще, – продолжила Элли.

– Ты говорила об одном условии, – приходя еще в большую ярость возмутился Говард, опасаясь, что же еще может прийти в голову девушке, которая всегда знает, чего хочет и добивается своего.

– Говард, мои пятьдесят процентов, а не как ты обычно платишь девочкам. И все чаевые я тоже оставлю себе.

– Ну ладно-ладно, как скажешь. Ты моя королева, – решил он сбавить градус напряжения.

– Говард, избавь меня, пожалуйста, и без тебя тошно, – Элли брезгливо исподлобья посмотрела на Говарда.

– Так детка, секунду назад ты словно порхала от счастья. Мне не нравится твой настрой. Знать и слышать ничего не хочу. Спустись к бару и выпей чего-нибудь. Ты должна быть в форме и понравится сегодняшнему гостю. Давай-давай.

Говард махнул несколько раз кистью в сторону двери, указывая Элли направление, куда стоит двигаться, будто без этого она не знала в какой стороне расположен бар. В эту минуту он напомнил ей одного своего знакомого гея. Тот, когда нервничал или был чем-то взволнован постоянно жестикулировал перед собой обеими руками.

«Может Говард гей? Хотя, он часто запирался с девочками у себя в кабинете. Возможно…он бисексуал?» – мелькнуло у нее в голове. Раньше она никогда не интересовалась его ориентацией. Элли приостановилась в дверях кабинета, обернулась, и взглянула на него прищурившись, пытаясь определить верна ее догадка или нет. Затем сама себе усмехнулась, пожала плечами и спустилась в бар.

Глава 3

Порой, самая неожиданная встреча, может изменить всю нашу жизнь.

У бара громко играла музыка, посетителей становилось все больше.

– Что будем пить? – спросил, пританцовывая бармен с шейкером в руках, смешивая очередной коктейль.

– То, что поможет перезагрузиться, – выкрикнула Элли не подозревая, что за коктейль приготовит ей танцующий бармен.

В этот момент в клуб завалилась компания слегка подвыпивших мужчин. Они расположились за свободным столиком в углу клуба. Один из них подошел к стойке бара и заказал выпивку на всю шумную копанию.

– А почему такая красавица одна, и грустит? – спросил незнакомец у Элли бегая по ней глазами и представляя ее обнаженной.

Элли вздрогнула. Его голос показался ей очень знакомым. Она была убеждена, что прежде общалась с этим мужчиной. Элли пристально на него посмотрела, но никак не припоминала, когда и при каких обстоятельствах это могло быть. К тому же, несколько глотков коктейля уже начинали мутить ее разум.

– Возможно именно потому, что одна, – ответила Элли незнакомцу. – Что празднуем? – решив продолжить разговор спросила девушка.

– У моего друга завтра свадьба. Сегодня отрываемся по полной, – бодро и громко произнес незнакомец.

– О, поздравляю! – без настроения произнесла Элли. Она оглянула веселую компанию, пытаясь выяснить кто жених.

Среди них находился мужчина плотного телосложения. Он был пьян больше остальных, и практически себя не контролировал. Вначале он пытался приставать к официантке, затем к проходящей мимо девушке, невзирая на ее молодого человека. Чтоб ему не досталось от разъяренного парня девушки, друзья плотного мужчины, мигом оттащили его обратно за столик, окружили, и пытались ему что-то объяснить.

«Наверное это он», – подумала девушка, – «Вот свинья. Напился же. Интересно, это он от радости или от горя?»

Полностью измотанная от работы, с дикой ненавистью ко всем вокруг, Элли решила, что в трезвом состоянии не выдержит и минуты наедине с женихом, для которого предназначался приватный танец. Она бодро допила свой коктейль, и он начал уносить ее разум далеко от здешнего места.

– Эй Стив, не задерживайся! – кричали друзья мужчины, который разговаривал с Элли.

– Уже бегу! – крикнул он в ответ. – Еще увидимся, – подмигнув, произнес он Элли и отошел.

– Ну да, ну да, – уже сама себе говорила Элли за стойкой.

Вечер был в самом разгаре. Элли не теряла времени зря. В ход пошел второй коктейль, затем третий. На душе стало по-особенному легко. Ей захотелось танцевать. После еще одного убойного коктейля, Элли вышла на середину танцпола, закрыла глаза, подняла руки вверх и ее тело задвигалось в такт музыке. Это было поистине завораживающее зрелище. Руки двигались плавно, касаясь друг друга в воздухе, голова медленно качалась вправо и влево. Элли перевела руки на бедра, скользя ими вверх-вниз, немного приподнимая красное облегающее платье на бретельках, которое оголило ее стройные ноги чуть выше колена. Не смотря на изрядно подвыпившее состояние, она уверенно держалась в туфлях на высокой шпильке, которые когда-то вызывали непреодолимое желание – снять обувь и избавить ноги от чувства дискомфорта и жгучей боли. Элли качнула бедрами несколько раз в одну, затем в другую сторону. Медленно скользнула ладонями по животу, поднимаясь по своему телу вверх. Вот руки уже достигли шеи, осторожно минуя грудь скрылись на затылке, под густыми каштановыми локонами. Элли была похожа на розу в саду, где растут одни лишь одуванчики. Она все еще танцевала с закрытыми глазами, не желая ни о чем думать, все больше растворяясь в музыке, и им вдвоем было очень комфортно. Дуэт Элли и музыки, нарушил что-то невнятно бормотавший, в стельку пьяный, молодой человек. Лишь с третьей попытки ему удалось ухватиться за ее неуловимые руки. Самостоятельно Элли сложно было приложить необходимые усилия, чтоб отделаться от парня. За хрупкую девушку вступился один из мужчин той самой компании, где отмечали бурно мальчишник.

– Эта девушка со мной, – произнес незнакомый мужчина, подхватив Элли за талию. Держа одной рукой девушку, ладонью другой руки схватил назойливого кавалера за лицо и оттолкнул подальше. Мужчина обнял Элли так, словно она и в самом деле его девушка, и повел за собой.

– Куда вы меня ведете? – спросила она у незнакомца, в какой-то момент даже пытаясь вырваться из его крепких мужских рук.

– Подальше от того маньяка, который к вам приставал. Вы не против? – решил уточнить он для приличия у самой девушки, которую спасал.

– Кто ты вообще такой? – выходя из клуба спросила Элли. Ее разумом полностью овладели коктейли. Тело отказывалось слушать команды, которые с трудом выдавал мозг.

– А мы уже на ты? Ну что ж, я не против, – произнес мужчина. – Я – Джексон, но сомневаюсь, что тебе сейчас есть дело до моего имени. Пошли! – он повел девушку за собой.

В момент, когда такси уже подъехало Элли еле держалась на ногах и Джексону пришлось обеими руками придерживать ее. Он взял обессилившую девушку на руки, ее голова нежно упала ему на плечо. Джексон почувствовал аромат спиртного вперемешку с духами. Сквозь эти запахи к нему доносилось тонкое невероятное благоухание ее тела. Элли выглядела такой нежной и беззащитной. Джексон гадал, что побудило такую хрупкую девушку напиться до такого состояния. Он сел с ней в такси, и продолжал любоваться ею завороженными глазами. Трепет, возникший в клубе, за беззащитную девушку с танцпола утих, ведь теперь она была в надежных руках.

Джексон – высокий брюнет с темно карим, пронзающим взглядом. В нем все было идеально. Внешность, склад ума, манеры. Ему очень рано пришлось повзрослеть. Когда умерла мама, Джексону было десять лет, младшей сестре Оливии всего лишь пять. Отец все время пропадал на работе. Сразу после университета он с супругой открыл небольшую собственную фирму. Дела начинали идти просто великолепно, это требовало немалых усилий и времени. Оставить дело, в которое вложены все накопленные средства, он не мог. Пришлось чем-то жертвовать. Сделав выбор в пользу хорошего благосостояния своих детей, отец был лишен радости проводить с ними столько времени, сколько ему хотелось. Его старания быстро оправдались. Спустя три года маленькая фирма превратилась в огромную компанию, с лидирующей позицией на рынке. Дети воспитывались с нанятыми преподавателями. У каждого из них имелась своя помощница. Они ни в чем не нуждались, кроме родительской заботы и ласки, как и все обыкновенные дети.

Едва Джексону исполнилось шестнадцать, отец предложил ему участвовать в делах фирмы. Найти подход к подростку в таком возрасте оказалось не сложно. Джексон не упрямился, не перечил, с радостью принял поступившее предложение. Таким образом он имел возможность находиться рядом с отцом.

Отец охотно рассказывал сыну обо всех делах. Другой ребенок, на его месте, мог не справится с поставленными задачами, но не Джексон. Даже если у него что-то не получалось, он находил человека, способного помочь ему в том или ином вопросе. Нужна помощь или консультация юриста – в фирме имеется юридический отдел, помощь экономиста, пожалуйста, в помощь ему финансовый отдел. Его отец очень тщательно подходил к подбору персонала. Как правило, отделами руководили грамотные, надежные и проверенные люди. Обращаясь к ним, Джексон точно знал, что найдет самый лучший и верный ответ. Отец не мог нарадоваться такому рвению сына. Компания продолжала разрастаться на глазах. В восемнадцать Джексон самостоятельно руководил одним из филиалов. После окончания университета правил компанией на ровне с отцом, который несказанно гордился им. Цель Джексона была достигнута – отец души не чаял в сыне.

Молодой человек со всей ответственностью относился не только к работе, но абсолютно ко всему. Передавшееся от матери чувство справедливости, чаще мешало, нежели помогало в жизни. Порой, когда разум твердил одно, Джексон неумолимо следовал за внутренним позывом своего сердца. Он никогда и не в чем не проигрывал, и был убежден – проигрывают только лузеры. В нем сочеталось несочетаемое. И в этом всем он был прекрасен. Джексон всегда мог постоять за себя. Посещение спортивных секции, предали ему дополнительной уверенности в собственных физических силах.

Вот и в этот вечер в клубе, он не смог пройти мимо девушки, явно нуждающейся в помощи. К тому же она была слишком прекрасна, чтоб дать какому-то мерзавцу притрагиваться к ней. Джексон привез Элли в отель. Бережно держа ее в своих объятиях, занес в номер, в котором остановился, и уложил на кровать. Плеснул немного выпивки в стакан, и расположился с сигаретой в кресле у открытого окна. Он редко курил, напрочь не перенося запаха дыма. Тут вдруг захотелось закурить.

Элли спала. На ее лице проскользнула улыбка, благодаря которой Джексон заметил ямочки на ее щеках. Он смотрел на спящую девушку и сам невольно улыбался.

«Красавица!» – подумал Джексон, продолжая пристально смотреть на Элли. В своей жизни он повидал не мало красивых девушек. В той, что спала перед ним, было что-то особенное. Джексон никак не мог оторвать от нее взгляд, но его пленила не ее красота. Он сам не понимал, что именно привлекло его внимание. Разум не находил ни одного внятного объяснения, а сердце нежно трепетало от испытываемых эмоций. По телу пробежала странная дрожь. Джексон удивился волне нахлынувших чувств и усмехнулся собственным мыслям. Он закурил еще одну сигарету, потушил ее и уснул сидя в кресле.

Проснувшись ранним утром, Элли присела на кровать, подогнула к груди колени, и накрыла их покрывалом. Она осмотрелась по сторонам. В просторной комнате никого не было. Голова раскалывалась на части. Она схватилась обеими руками за вески и произнесла вслух:

– Где это я?

– О, ты уже проснулась? – входя к ней и поправляя галстук произнес Джексон. – Да чтоб тебя…! – его галстук никак не поддавался. – Прости, это я не тебе, ненавижу эти удавки на шее.

Элли напрягла память, пытаясь вспомнить стоящего перед ней мужчину. Все усилия были напрасны. Его внешний вид располагал к доверию.

– Помощь нужна?

– Да. Не помешала бы.

Элли встала, слегка пошатываясь, помогла Джексону с галстуком. Вчерашний отрыв в клубе давал о себе знать. У нее резко закружилась голова. Элли едва не упала на пол. Джексон словно предчувствуя, такой поворот событий, бережно подхватил девушку и вновь усадил на кровать. Он протянул ей стакан с водой, в который заранее опустил растворимую таблетку от похмелья.

– Держи, выпей, должно полегчать, – сказал он и вновь замер.

Элли потянулась за стаканом. На мгновение они встретились взглядом. Джексона будто током ударило. Он отдал Элли стакан, и виновато опустил глаза вниз. Затем медленно отошел от девушки, повернувшись в сторону окна. Джексон не мог понять, что сейчас произошло. Он хотел вновь взглянуть на Элли. Медленно повернув вначале голову, развернул к ней весь корпус тела. Он пристально смотрел на сидящую перед ним девушку, которая даже в такое раннее утро и после столь бурной ночи выглядела прекрасно.

«Кто ты и что ты со мной сделала?», – думал он продолжая не сводить с нее глаз. Ему были любопытны такие чувства, не ведомые до сих пор.

– Ты не подумай, я вообще не пью. Вчера как-то все навалилось, думала поможет, – говорила Элли, делая глоток за глотком спасительного напитка.

Ее слова вернули сознание Джексона из беспокойных раздумий. Он качнул головой, будто желал пробудиться от секундного сна, и прогнать то чувство и состояние, которые на него нахлынули.

– Поверь моему жизненному опыту, выпивка не помогает, лишь прибавляет проблем, – с уверенностью в голосе произнес Джексон.

– Ты так и не ответил на мой вопрос. Где я и кто ты? – Элли с подозрением взглянула на Джексона.

– А что ты помнишь со вчерашнего вечера?

– Да…почти ничего, – в этот момент бровь Элли виновато приподнялась, а губы сжались.

– Ну, будем считать, что я твой ангел хранитель. Спас тебя от злых рук демона и оберегал всю ночь, – с ухмылкой и в то же время на полном серьезе ответил Джексон.

– Звучит красиво, но очень пафосно! – сердито ответила Элли, робко поглядывая на Джексона.

В голове вертелось: «Какой мужчина! Как у него только получается, говорить с таким серьезным выражением лица такие нелепые вещи?».

Джексон подошел к тумбе напротив кровати. Взял с нее наручные часы, надел их и продолжил:

– Да, ты права. К сожалению, после того как мы сели в такси, ты успела произнести лишь свое имя – Элли, и моментально выключилась. Как ты понимаешь, адрес, по которому тебя следовало отвезти, остался неизвестным. Так что, у меня было не так много вариантов. Пришлось везти тебя в свой номер. Надеюсь, ты не против?

– Думаю это уже не имеет никакого значения, – сказала Элли посмотрев на Джексона вопросительным взглядом. – А между нами…? – Элли не произнесла фразу целиком, предполагая, что молодой человек сам догадается, о чем она намеревалась спросить. Джексон решил подшутить над девушкой:

– Ты о чем, я тебя не понимаю?

Губы Элли сжались. «Что же ты такой недогадливый?» – злилась она на Джексона.

– Ночью, между нами, что-то было? – уже напрямую спросила Элли.

Джексона забавляла эта ситуация. Он решил не сразу рассказать то, что именно было этой ночью:

– А-а-а, ты про это, – произнес Джексон, продолжая делать вид что вовсе и не догадывался, о чем говорит девушка. – Ну это ты точно должна была запомнить.

– Ты серьезно? – сгорая со стыда, Элли опустила голову. В ее жизни никогда не было случайного секса, более того, вся интимная жизнь начиналась и заканчивалась на работе. В случаях с клиентами она знала, как себя вести, но здесь, все было иначе. На лице четко прослеживалась растерянность от сложившейся ситуации.

– Прости, прости, я пошутил. Признаюсь, неудачная шутка, – еле скрывая улыбку на лице продолжал Джексон. Видя реакцию Элли, он понял, что слегка перегнул палку. Его лицо стало серьезным, в голосе появилась твердость, – Я не из тех мужчин, которые пользуются женскими слабостями.

– Надо же, а по тебе и не скажешь! – съязвила Элли, желая задеть своего спасителя, усмехавшегося над ней все утро.

Она злостно посмотрела на Джексона. Его скулы сжались, от сказанных в его адрес слов. Элли решила смягчить обстановку:

– Да ладно, я думала такие уже вымерли, как динозавры. И… спасибо тебе! – последняя фраза девушки прозвучала мягко и убедительно. Джексон невольно улыбнулся краешком губ. Его каменное выражение лица тотчас исчезло. Напряжение, которое присутствовало между ними сходило на нет.

– Да без проблем. Это была увлекательная ночка и приятная утренняя беседа, – улыбался Джексон, смотря в глаза Элли.

Он будто намеревался сказать что-то очень важное, но ограничился фразой:

– А сейчас прости, мне пора бежать. Будешь уходить, сдай ключи на ресепшне, – он накинул пиджак, взял с собой бумажник со стола и направился к выходу.

– И как же зовут моего спасителя? – вдогонку крикнула Элли.

Джексон обернулся, и ровным голосом ответил:

– Джексон. Как я уже говорил вчера, мое имя ничего тебе не скажет. Береги себя Элли! – Джексон вышел из номера отеля.

«Джексон», – проговаривала она в уме.

Некоторое время Элли просидела в неподвижном состоянии. Голова начала проходить, вместе с этим появилось осознание произошедшего. Она вдруг вспомнила про клуб, Говарда и несостоявшийся приватный танец.

«Ну все, мне конец! Говард меня убьет!», – вертелось у нее в голове.

Элли приняла душ, привела себя в порядок и вышла из номера. В лифте она столкнулась с мужчиной, с которым вчера пересеклась у стойки бара.

– О, привет, красавица! Помнишь меня? Стив. Вчера у стойки бара в клубе, – произнес мужчина.

И Элли вновь вздрогнула от его голоса. Она пристально на него смотрела, пытаясь понять почему ее организм выдает такую странную реакцию на голос незнакомого мужчины.

«Может он не такой уж и не знакомый?», – никак не могла припомнить Элли.

Молча стоять и смотреть на незнакомца с вытаращенными глазами стало уже как-то неловко. Отвлекшись от своих мыслей, Элли ответила:

– Да, помню. Похоже в тот момент я была еще не столь пьяна.

– Самокритично! – усмехнулся Стив. Бегая по девушке пожирающим взглядом, добавил, – По тебе и не скажешь, что ты вообще пила. Выглядишь все так же потрясно.

– Вот интересно, вас всех с утра переклинивает или через одного? – закатив глаза в сторону, сказала Элли.

– Не понял? Я вообще-то это в качестве комплимента, – Стив и не думал обижаться на слова девушки, поняв, в чем дело продолжил, – Похоже у кого-то со вчерашнего дня все еще болит голова и от этого кто-то не в духе?

– Да быть не может, – продолжала злиться Элли толи на себя, толи на Стива, а может и на весь белый свет.

Стива эта ситуация даже веселила. Было видно, что Элли редко выпивает и похмелье ей давалось чрезмерно сложно. Ей, как истинной девушке нужно было на ком-то выпустить пар, а тут под руку попал Стив. Он оказался весьма не против побыть «боксерской грушей» в руках такой очаровательной красотки.

Лифт спустился на первый этаж. Элли подошла к стойке регистрации отеля, отдавая ключи от номера произнесла: «Добрый день, от четыреста восемьдесят восьмого, возьмите пожалуйста». Стив находился неподалеку, и с легкостью расслышал произнесенные Элли слова. В его голове возник целый ряд мыслей, которые он не стал озвучивать девушке. На прощание произнес:

– Не злись, красавица. Хорошего тебе дня.

– Ты прости, я это не нарочно, – решила оправдаться Элли, понимая, что напала на Стива без причины.

– Все в порядке, – подмигнул он ей и продолжил, – Вынужден откланяться, я должен бежать!

– Что за суета с утра? Все куда-то бегут?

– Я же говорил, у моего лучшего друга сегодня свадьба!

– Да, точно. Хорошо повеселитесь! – с улыбкой произнесла Элли и вышла из отеля.

До начала бракосочетания лучшего друга оставались считанные минуты. Стив на всех парах мчался к живописному месту, на берегу озера, где молодожены арендовали шикарную виллу для самой громкой свадьбы года. Здесь обитало несколько семей белых лебедей, воздух был свеж и чист, атмосфера наполнена любовью. Подъезжали гости, располагались на скамьи, чтобы на улице у арки встречать молодых. Жених надевал свой свадебный костюм и над ним во всю суетились сестра и парочка друзей.

– Где же мой шафер? – нервничая произнес жених.

– Я уже здесь, – произнес Стив, вбегая в комнату.

Он и был шафером на свадьбе своего лучшего друга Джексона. Стив – высокий голубоглазый блондин, который в студенческие времена просто сводил всех девчонок с ума. Не смотря на тридцатилетний возраст – холост. К браку относился очень серьезно: «раз и на всю жизнь». Обычно о таком мечтают девушки, надеясь, выйти замуж и прожить бок о бок с одним мужчиной, полную ярких эмоций жизнь. С тех пор, как сам потерпел неудачу в любовных чувствах, был убежден, чем жениться и испытывать малейший дискомфорт, лучше уж оставаться одному. Так и поступал. Стив продолжал купаться в женском внимании, но все его отношения быстро заканчивались. Мгновенно вспыхнувший интерес к женскому полу остывал с такой же стремительной скоростью. Ну а если его пытались затащить под венец, то отношения тут же им прерывались. Реже, но и девушки были инициаторами расставания с таким красавцем. Они понимали, Стив – это человек, которого интересуют лишь развлечения, серьезные отношения не про него. Как не странно, со всеми своими бывшими девушками он оставался в хороших отношениях. Никто из его знакомых не понимал, как ему это удается.

– Вы не оставите меня на несколько минут с самым завидным и красивым женихом наедине? – обратился он ко всем присутствующим в комнате. – Оливия, ты как всегда прекрасна, – сказал Стив младшей сестре Джексона.

Он подошел к Оливии, миниатюрной блондинке, уже повзрослевшей, двадцатидвухлетней девушке. Внешне, она далеко не была похожа на ту тринадцатилетнюю девочку, с которой его когда-то познакомил Джексон, но внутри, в ней все еще находилась озорная, капризная девчонка, из неприлично богатой семьи. Стив поцеловал ее, как родную сестренку, после чего все вышли. Шафер и жених остались наедине.

– Что это на тебя нашло, Стив? – невозмутимо спросил Джексон поправляя пиджак.

– А ты…ничего мне не хочешь рассказать? – с загадочным тоном произнес Стив.

– Рассказать? Что например? – недоумевал Джексон.

Стив присел на край стола и пристально смотрел на Джексона, который был абсолютно спокоен. Затем, решил продолжить:

– Например о том, кто сегодня ночевал в твоем номере? – Стива распирало от любопытства. Ведь со времен, как Джексон встретил свою будущую супругу, о других девушках он и слышать ничего не желал.

– Стив, да брось. Неужели ты мог подумать…– и Джексон не успел договорить, как Стив его перебил.

– Да, я подумал! А что нужно было подумать? Вчера вечером, ты, не дождавшись нашего главного сюрприза, и никого не предупредив, сбегаешь с собственного мальчишника. Утром из твоего номера выходит такая красотка. Это ты так решил распрощаться с холостяцкой жизнью? Мог бы и сообщить, что не вернешься. Мы с ребятами, пусть и не сильно, но все же волновались за тебя, – Стив смотрел на Джексона и улыбался.

– Так, дружище, для успокоения твоей души хочу сказать, между мной и той, как ты выразился – красоткой, ничего не было. У меня свадьба Стив, ты мой шафер, давай не будем забывать об этом и наконец выйдем к гостям.

– У вас точно ничего не было? – уточнил Стив, не понимая зачем задал этот вопрос.

– Ты что, запал на нее? – усмехнулся Джексон, а у самого в этот момент словно что-то сжалось в груди.

И вот опять. Опять то чувство, как утром в номере отеля, когда Джексон передавал Элли стакан с водой и не смог даже взглянуть на нее. Но сейчас девушки нет рядом, а неведомое чувство есть. Следующие слова Стива вновь вернули Джексона в реальность:

– Ты ведь знаешь, я заядлый холостяк, – сказал в свое оправдание Стив.

Прошла церемония бракосочетания. Джексон женился на своей возлюбленной. Он учился на последнем курсе, когда без памяти влюбился в очаровательную первокурсницу. С первой встречи между ними вспыхнули чувства. Спустя год, он окончил университет, и готов был сразу жениться на той, которую любил всем сердцем. Родители девушки, что шла с ним под венец, поставили условие: свадьба состоится лишь после того, как их дочь получит диплом. Прошло еще четыре года. И вот, спустя пять долгих лет они по праву могли называть себя супругами.

За это время, став генеральным директором, Джексон полностью взял управление компании в свои руки. Отец со спокойной душей доверил дело всей своей жизни повзрослевшему и набравшемуся опыта сыну. Сам занимался лишь крупными сделками, оставив себе время для личной жизни, которой у него не было семнадцать лет.

Глава 4

Любая случайность, не случайна.

Следующим утром, после бракосочетания, молодожены улетели в свадебное путешествие. Солнце, море, пляж, красавица жена, все, что необходимо для счастья, находилось в одном месте. Джексон действительно выглядел очень счастливым. Он устраивал свей супруге сюрпризы, стараясь всеми силами разнообразить каждый ее день. Молодожены погружались на морские глубины, любуясь невероятным подводным миром. Обедали в ресторане, расположенном прямо под облаками. За ужином пили одно из самых дорогих вин на земле. До медового месяца влюбленные не раз отдыхали вместе. Но это был первый, и самый невероятный совместный отдых в статусе мужа и жены. Три недели райского месяца пролетели незаметно. Все возможные виды развлечений были уже испробованы. Молодые супруги решили пройтись по местным магазинам. Супруга Джексона с восторгом примеряла наряды и подбирала к ним соответствующие шляпки. Джексон выступал в роли судьи. Он кивал головой одобряя очередной ее наряд или угрюмо корчил лицо забраковывая нелепый выход. Супруги дурачились. Им было несказанно весело. Со стороны оба выглядели забавно. Персонал магазина подхватил их озорное настроение. Девушки-консультанты, нарочно приносили самые нелепые наряды, жена Джексона поддакивая надевала их, Джексон раскинулся в кресле, изображая обморочное состояние. Вернуть его в сознание, из поддельного обморока, помог телефонный звонок.

– Джексон, дружище, привет! – раздался голос в трубке.

– Это Стив, – произнес Джексон своей супруге, указывая на телефон. Та в свою очередь, крутилась перед зеркалом, получая от этого массу удовольствия.

– Я должен поговорить. Отойду ненадолго, ты не против? – не дожидаясь ответа, Джексон подошел к жене, поцеловав ее в висок, вышел из магазина.

– Все хорошо, иди, – ответила она ему вдогонку, не отрываясь от зеркала.

– Да Стив, я весь во внимании, – продолжился разговор по видеосвязи.

В компании Джексона Стив занимал должность главного юриста. У него были неприятные известия. Не готовя долгую вступительную речь, он перешел сразу к делу:

– Нашего крупного инвестора пытаются переманить конкуренты. Если у них это получится, мы не только потеряем хорошую прибыль от сделки, конкуренты обойдут нас на несколько шагов вперед, после чего нам придется очень сильно постараться, чтоб вернуть доверие заказчиков. Ты и сам это прекрасно понимаешь.

– Ты лично с ними связывался? – в голосе Джексона не было напряжения, его мозг перебирал множество вариантов, пока Стив отвечал на поставленный вопрос.

– Конечно! Кому еще я мог доверить такую сделку. Они хотят говорить только с тобой, – виновато ответил Стив, – если бы не это обстоятельство, я не в коем случае не побеспокоил бы тебя в твой медовый отпуск.

– Я знаю. Стив, я сегодня же вылечу вечерним рейсом, – уже о принятом решении сообщил Джексон.

Он всегда был тверд в своих решениях, принимал их быстро не смотря на сложность ситуации. Если по каким-то причинам мог не сработать план «А», на этот случай всегда был готов план «Б». Правда случаев, чтоб понадобился тот самый план «Б», в его жизни еще не было.

– А как же… – хотел уточнить Стив, но Джексон даже не дал ему договорить.

– Никаких как же, эту ситуацию нельзя так оставлять. Спасибо, что сообщил.

– Джексон, у тебя все в порядке? Голос какой-то напряженный, – поинтересовался обеспокоенно Стив.

– Да, конечно. Это все из-за инвесторов, – ответил сухо Джексон.

– Я встречу вас в аэропорту.

– Договорились! До встречи!

Через пять часов самолет вместе с Джексоном на борту уже совершал посадку. Как Стив и обещал, он встречал молодоженов. На встречу к нему шел лишь Джексон.

– Ты один? – удивился Стив, продолжая вглядываться в толпу и искать глазами супругу Джексона.

– Да. Я решил, если мне не удается использовать полностью свой медовый месяц по назначению, то пусть моя жена насладится им вдоволь. В эти минуты к ней навстречу летит ее мама. Думаю, им – девочкам, будет о чем поговорить и чем заняться оставшуюся неделю, – сказал Джексон без какого-либо сожаления в голосе.

– Насладиться медовым месяцем в отсутствии супруга? Джексон, это что-то новенькое… – произнес Стив с ухмылкой. Он взглянул на Джексона, который второпях выходил из здания и беглым взглядом искал припаркованную машину Стива.

– У нас с женой впереди еще много незабываемых месяцев. Да что там месяцев, вся жизнь впереди. Сейчас давай к делу, – Джексон странным образом отреагировал на колкое замечание своего друга. Стив не мог этого не заметить.

Когда речь шла о работе для Джексона ничего больше не существовало. В эти минуты он был очень похож на своего отца, хотя сам всячески старался не быть таким, как он. Джексон прекрасно помнил, как будучи ребенком, ему не хватало отцовской заботы и отцовского совета. Его отец никогда не посещал спортивные соревнования, в которых участвовал Джексон. Он не был на родительских собраниях, при этом, являлся спонсором всех мероприятий, проводимых в школе. Одним словом, отца никогда не было в жизни своих детей, которые в нем нуждались.

Джексон был убежден, в своей семье он иначе расставит приоритеты. Супруга и дети всегда будут для него на первом месте. Сейчас, выбирая между делом и личной жизнью, он выбрал дело. И пусть его жена отнеслась к этому с пониманием, так, Джексон нарушил обещание, которое когда-то дал сам себе. Сейчас его это мало заботило, необходимо было спасать компанию. У Джексона, конечно, был готов план «А» и даже план «Б», который скорее всего не понадобится.

Друзья отправились к машине. Стив сел за руль, Джексон расположился на соседнем сидении. В дороге разговор продолжился.

– Джексон, ты, конечно, меня прости, но с тобой явно что-то не так. Ты ждал свадьбы пять лет. Сейчас, когда вы наконец-то вместе, ты оставляешь свою жену на островах и на всех парах мчишься по делам. Я не понимаю тебя, дружище, – Стив очень любил своего друга и пытался ему помочь.

– Стив, ты сам знаешь, как для нас важна эта сделка, – Джексон продолжал прикрываться делами.

– Знаю, но неужели она важнее твоих отношений? – Стив пытался разговорить Джексона.

– Нет, конечно. Не говори ерунды, – начинал злиться Джексон. Он не желал, чтоб его расспрашивали и тем более обвиняли в том, что он предпочел работу своим отношениям. – Мои отношения в полном порядке. Стив, что ты так завелся я тебя не пойму? – перешел он в наступление.

– Это я тебя не пойму друг. Выкладывай! – Стив давно знал Джексона и его всевозможные уловки, поэтому никак на них не реагировал.

– Ну ладно-ладно, – Джексон сдался под натиском Стива. – Да, я ждал целых пять лет, когда смогу надеть обручальное кольцо своей возлюбленной. Я желал этого всем своим сердцем. Возможно, я даже слишком сильного этого хотел. В тот момент, когда это произошло, все стало каким-то приторным и ровным. Я получил то, что хотел и будто потерял к этому интерес. Больше нет дикого желания, быть постоянно вместе, каждую секунду, как раньше. Я счастлив, по-настоящему счастлив, но сам не понимаю, что не так. Может это случается со всеми, после свадьбы…ты просто чувствуешь себя спокойнее, зная, что она уже твоя жена. Теперь вы вместе, на всю жизнь, и былой трепет напрасен. Честное слово, я не знаю, что не так, – Джексон выглядел растерянно. Он выпалил все на одном дыхании. Стив слушал, не перебивая.

– Та-а-а-к, думаю, нам нужно выпить. Это не здоровая хандра. Давай, заскачем тут в одно местечко, а потом уже по домам. – Стив не мог оставлять друга в состоянии апатии.

Молодые люди заскочили в тот самый ночной клуб, где три недели назад праздновали мальчишник. Сидя за столиком, они заказали выпить и решили полностью погрузиться в шумную атмосферу клуба. В этот вечер стартовала премьера специальной шоу программы, которую так давно готовила Элли. Полураздетые танцовщицы в ярких костюмах и карнавальных масках, отплясывали в один такт отрепетированный танец. Первый номер был воспринят зрителями на ура. Атмосфера в зале за одно мгновение сменилась с мрачной и удручающей, на яркую и полную загадки. Посетители сидели в предвкушении следующих номеров.

Говард прибежал в гримерку к девочкам и его переполняли эмоции:

– Элли, дай я расцелую твои ручки – моя спасительница! Сегодня полный зал людей и они все еще продолжают приходить. Это невероятно! – захлебываясь от собственных чувств тараторил Говард, что было ему вовсе не свойственно.

Он расцеловал Элли обе руки, и с удовлетворенным видом направлялся к выходу. Там остановился в раздумьях. Говард решил, что в этой ситуации, где позволил себе обнародовать собственные эмоции, потерял лицо строгого руководителя. Решив исправить положение, он, проходя мимо одной из девушек, шлепнул ее по попе и начал всех поторапливать:

– Быстрее девочки, быстрее. Не понимаю, за что я вам плачу такие деньги?

Теперь, после этих слов, он был похож на себя прежнего. Хотя, кто знает, возможно Говард внутри мягкий и ранимый человек, а вся его строгость и стеклянный взгляд, это лишь маска, которую он надевал при общении с подчиненными, на рабочем месте. Как бы там ни было, это не имело никакого значения ни сегодня, ни в какой-либо другой день. Все привыкли видеть его строгим в любой ситуации. После того, как вся шоу программа была отыграна Говард, как и обещал выдал аванс всем ее участницам.

«Если так и дальше пойдут дела, – хвасталась Элли в гримерке девочкам, – то я скоро смогу купить себе собственное жилье.»

Она давно присматривала себе свою собственную квартиру. Пусть не большую, даже совсем крошечную, но свою. И не где-нибудь, а в Нью-Йорке. Правда теперь, жизнь в этом городе не казалась ей такой сказочной, как когда-то. Пока ей приходилось мириться со всеми трудностями на ее пути. Жить на съемной квартире, тратить уйму времени на то, чтоб добраться до работы и спать по четыре часа в сутки. Все остальное время работать, работать и еще раз работать.

Прошедший месяц был слишком тяжелым. Месяц подготовки к шоу, постоянных репетиций и недосыпов. Теперь со спокойной душей можно было выдохнуть, ведь поставленная когда-то цель, в которую мало кто верил, не просто сработала, а вызвала бурю эмоций и восторга у посетителей. После шоу, Элли решила расслабиться. Она переоделась и спустилась в зал. Направляясь к стойке бара, заметила за столиком двух ее новых знакомых, Стива и Джексона. Элли не планировала к ним присоединяться, пройти мимо не поздоровавшись, было не удобно.

– Какие люди! – с восторгом произнесла она.

– О, Элли, детка, – произнес Джексон, который в тот момент уже был изрядно пьян. – Не пропустишь с нами по рюмочке?

– Кажется кому-то уже достаточно, – подхватил не менее пьяный Стив. – У нас завтра инвесторы, помнишь? – продолжил он, напоминая Джексону о сделке.

– Помню! – коротко ответил Джексон, после чего его голова упала на плечо Элли, сидевшей рядом.

– Итак, мальчики, думаю вам пора по – домам, – произнесла, усмехнувшись девушка.

– Совершенно верно! – подытожил Стив.

– Элли, потанцуй со мной, – жалобно простонал Джексон, все так же продолжая лежать на плече у девушки.

Он повернулся к ней лицом. Их глаза встретились. Взгляд обоих был очень пронзительным. Они, не отрываясь смотрели друг на друга, словно находились под гипнозом. Джексон чувствовал дыхание Элли, невыносимо притягательный аромат ее кожи сводил с ума. Наличие выпивки в организме мешало совладать с собственными эмоциями, которые и без того были на грани безумства и по сию минуту оставались для него загадкой. Если бы в следующее мгновение Элли не согласилась на танец с Джексоном, то он поцеловал бы ее прямо здесь и сейчас.

– Хорошо. Один танец и потом по домам, договорились? – еле слышно произнесла Элли. Из-за шума в зале, Джексон не расслышал ее слов, но четко прочел сказанное по губам.

– Договорились, – согласился Джексон.

Они вышли на танцпол. Ноги Джексона спотыкались друг о друга. Он делал всяческие усилия над ними, но ничего не выходило. Перед тем, как обхватить Элли обеими руками за талию Джексон сделал глубокий вдох и наконец смог совладать со своей походкой, но не с эмоциями. Элли положила свои тонкие руки ему на плечи, от чего Джексона начало лихорадить. Не выдавая своего состояния, он попытался отвлечься беседой.

– Ты прекрасна, – услышала Элли, от чего ее щеки стали гореть. На лице выступил румянец, которого в темноте зала не было видно. – Как же ты прекрасна, – продолжал бормотать Джексон, словно в бреду.

Тут их глаза встретились, и между ними вновь появилась та самая искра, от которой у обоих пошли мурашки по коже. Руки Джексона прижали Элли крепче к себе. Она ощутила его страсть и мужскую силу, которую до сих пор видела в пронзительном взгляде. Танец был окончен, но Джексон не торопился выпускать девушку из своих объятий. В знак благодарности за согласие выйти и потанцевать с ним, он поцеловал Элли коротким, но уверенным поцелуем в губы.

«Какая сладкая», – подумал он.

«Какой властный», – подумала она.

На пути к выходу, Джексон успел влить в себя еще две рюмки той самой выпивки, которую они со Стивом пили до этого. Все троя вышли на улицу. Джексона пришлось вести под руки. Слева его несла Элли, с правой стороны толи нес, то ли сам держась за Джексона, шел Стив.

– Элли, я прошу тебя, проследи, чтоб он отправился прямиком домой, – произнес Стив, еле шевеля губами. – Ему очень плохо, поэтому только домой, – для пущей убедительности, Стив положил свою правую руку себе на грудь, словно давал Элли клятву. Голова его болталась из стороны в сторону, и казалось, она вот-вот упадет с плеч. Глаза и вовсе были закрыты. Но когда голова возвращалась на место, глаза резко открывались и становились больше прежнего в два раза.

– А как же…– начала Элли, но не успела закончить фразу.

– У меня еще есть неотложные дела, – торопливо ответил Стив.

– Не переживай, прослежу, – с ухмылкой и явным недовольством ответила Элли.

Стив усадил в машину такси Элли с Джексоном. Продиктовав таксисту нужный адрес, попрощался с ними. Сам сел за руль своей машины и со свистом куда-то укатил.

Элли стоило не малых усилий затащить Джексона в его двухэтажный особняк. Усадив его на кровать, она принялась снимать с него одежду. Еле справившись с пиджаком, Элли расстегнула рубашку и пыталась стянуть ее с Джексона. Тот в свою очередь спал сидя на кровати. Поняв, что ничего не выйдет, Элли уложила его в одежде. Она поправляла Джексона, обходя его то слева, то справа, стараясь не уронить на пол. Поворачиваясь во сне, Джексон умудрился разок съездить Элли рукой по голове. Она выбилась из сил, и на минутку прилегла на кровати, рядом с мертвецки пьяным мужчиной. Так прошла не минута, а вся ночь. Утром, Джексон открыл глаза и не поверил тому, что видит. Сердце заколотилось сильнее, опять появилось неведомое чувство. Рядом с ним, на соседней подушке, спала не его жена, а Элли. Солнце освещало ее светлое лицо, она была прекрасна. Спустя некоторое время девушка открыла глаза и произнесла:

– Доброе утро!

– Доброе…– произнес Джексон, и продолжил с сочувствием – Это какое-то дежавю, только в прошлый раз на моем месте была ты.

– Спасибо, что напомнил, – произнесла Элли, недовольным тоном, показывая, что подробности их первой встречи можно было и не упоминать. – Если ты мне подскажешь, где у тебя волшебные таблетки от похмелья, то мое присутствие может быть весьма полезным.

На этот раз Элли принесла Джексону стакан с таблеткой и отправилась на первый этаж огромного особняка для того, чтобы приготовить им завтрак.

– Я буду ждать тебя внизу. Надеюсь, ты любишь блины, – сказала Элли спускаясь.

Ночью она не успела оценить всю красоту и пространство дома. Сейчас, спускаясь по лестнице вниз, Элли была ошеломлена. Высоко под крышей второго этажа брала свое начало хрустальная люстра и свисала вплоть до пола первого этажа. Она не казалась огромной, наоборот, благодаря своей структуре и материалу, будто парила в воздухе. Лестница вела прямо к гостиной, которая плавно перетекала в столовую, совмещенную с кухней, невероятных размеров.

«Сколько же человек здесь проживает?», – удивлялась Элли масштабам дома.

Натуральное дерево, камень, стекло, каждая мелочь в отделке была продумана до мелочей. Через огромную панорамную стену все пространство первого этажа освещалось ярким дневным светом. Казалось, что стена вот-вот испарится и Элли окажется в сказочном саду, расположенном по другую сторону от себя. Все вокруг сияло чистотой, точно здесь никто и не жил.

«Совсем новая посуда. Из нее ели хоть раз?», – разговаривала Элли сама с собой, разглядывая кухонную утварь.

Холодильник, битком набитый продуктами. После всего увиденного, этот факт уже не вызвал у Элли ни вопросов, ни удивления.

Джексон, ошарашенный обнаружением девушки в своей спальне, пытался прийти в себя. Как не странно, у него было ощущение, что Элли всегда жила в его доме, каждое утро он видел ее спящей рядом в постели, и каждое утро она готовила ему завтрак. Он не понимал, что с ним происходит. Ему это дико не нравилось, ведь все в своей жизни он привык контролировать. Только, как можно было контролировать то, что он даже не способен понять? Вся ситуация выводила его из равновесия, к которому он так привык. План «А» и план «Б» оказались тут бесполезны, как и еще дюжина планов потерпевших крах.

Элли нажарила парочку блинов. Когда на плите тихо свистел чайник и из него валил пар, словно мимо мчался крохотный поезд, к столу спустился Джексон. Босой, в брюках и рубашке нараспашку. Так паршиво он не выглядел и не чувствовал себя никогда. Не помог даже контрастный душ.

Для Элли в эту минуту он был самым обаятельным мужчиной. Накаченное тело, крепкое, мужественное, даже в таком не собранном состоянии у него был достаточно пронзительный взгляд, от которого все еще продолжало бросать в дрожь. Джексон покорил ее сердце еще при первой встрече, правда в тот момент, Элли этого еще не понимала. Ее – «ангел хранитель», как сам он тогда признался.

Она чувствовала дикое стеснение, и необъяснимое волнение, когда он подносил ей стакан с водой в номере отеля, и когда она помогала завязывать ему галстук. В прошлый раз, было очень удобно списать все чувства на алкоголь. Элли считала, что именно он помутил ее разум. Но что же произошло вчера, когда он положил свою голову ей на плечо? Что за странные чувства она испытала во время танца, когда его сильные руки прижимали ее тело к нему, и сейчас, когда он сидел полуобнаженный напротив?

– Элли, я надеюсь ночью не позволил себе ничего лишнего? – чуть прищуривая глаз спросил Джексон. Он прекрасно помнил происходящее, до мельчайших деталей, пока находился в сознании. Джексон знал, что в пьяном состоянии не способен снять с себя даже туфли. Но ему безумно интересно было посмотреть на реакцию девушки.

Элли ничего не сказала ни о вчерашнем поцелуе, ни о том, что ей пришлось волочь его в дом.

«Хитёр», – подумала Элли, и решила не вестись на его уловку, ответив вопросом на вопрос:

– А как бы тебе хотелось?

«Умная чертовка», – подумал Джексон и заулыбался.

– А мне сейчас хочется лишь одного, попробовать что ты там приготовила. Аромат невероятный!

– Тогда давай завтракать, – невозмутимо, словно хозяйка дома продолжила девушка.

За завтраком Джексон и Элли не обмолвились ни словом. Он сделал несколько телефонных звонков, при этом передвигался по столовой то в одну сторону, то в другую, периодически поглядывая на девушку. Затем сел обратно за стол и прищурившись наблюдал за тем, как Элли грациозно наливает ему кофе, и как она ест.

Элли двигалась по кухне, точно балерина на огромной сцене. Ее движения были плавными, не спешащими. Казалось, что от проделываемых действий она получала несказанное удовольствие. На ее лице присутствовала легкая улыбка. И снова эти ямочки на щеках. Ах, как они сводили его с ума. Джексон был в полном смятении. Он все еще не понимал, что с ним происходит, и откуда такое влечение к совершенно незнакомой девушке. Всего лишь три недели назад он женился на той, с которой готов был прожить всю свою жизнь, и как он думал, любил всем сердцем. А сегодня, в эту минуту, его сердце дико колотилось при виде Элли. За пять лет знакомства со своей супругой, он даже в мыслях не допустил, что может поцеловать другую девушку или придаться страстям с кем-то, кроме нее. Тогда почему все его мысли были лишь о том, чтоб подойти к Элли и зацеловать ее ямочки на щеках? Джексон не находил ответа. Чем больше он думал об этом, тем сильнее запутывался в собственных мыслях и чувствах. Сделав еще несколько глотков кофе, Джексон решил прервать молчание:

– Спасибо за завтрак. Я должен идти, – на большее у него не хватило ни смелости, ни сил. Он посчитал, что лучше будет уйти пока не натворил глупостей, из-за мыслей, что лезли ему в голову.

– Опять пора бежать? – с улыбкой произнесла Элли, напоминая ему тем самым, об их первом расставании.

– Опять! – признался Джексон пожимая губами, словно ничего с этим не мог поделать.

– Неужели опять свадьба? – продолжала Элли.

– Свадьба? Ты это про что? – Джексон не мог понять, откуда ей известно про свадьбу. Он не нашел ничего лучше, чем задать этот нелепый вопрос.

– В прошлый раз, когда мы виделись, Стив сказал, что у вас друг женится.

«Нет смысла врать и уворачиваться. Тем более, зачем я ей буду лгать? Она обычная девушка, с которой я познакомился в клубе», – оправдывал себя Джексон. Сердце начинало колотиться все сильнее.

– Да, женился, – еле слышно и потупив взгляд в сторону ответил Джексон. Фраза Элли «друг женится», вернула его с небес на землю. – Свадьба друга, три недели назад…, в общем, это я женился в тот день. Я тот самый жених, – Джексон выдохнул.

– Вот как. Поздравляю! – сказала Элли сжав руки в кулак. Она натянула на все лицо фальшивую улыбку, за которой скрывала шок от услышанной информации. Земля уходила из-под ног.

«И почему так закружилась голова? В глазах потемнело. Руки стали какими-то ватными. Что происходит?», – не понимала Элли.

Облокотившись обеими руками на стол, она схватилась за вески. Джексон понял, что-то не так.

– Тебе плохо? – подбежал он к девушке, и подхватив на руки, усадил на диван в гостиной.

– Нет, все в порядке. Неделька выдалась сложной, вот и переутомление дает о себе знать, – Элли выпутывалась, как могла. Только бы Джексон не заподозрил, что он и есть, причина ее головокружения. – Знаешь, мне тоже уже пора, ты не вызовешь мне такси?

– Я сейчас на работу, могу тебя подкинуть куда скажешь, – вежливо предложил Джексон.

– Спасибо, не стоит, – отказала Элли.

Машина подъехала и Элли собралась уходить.

«Что же я наделал?», – подумал Джексон, – «Нельзя отпускать ее вот так…».

Он догнал Элли в дверях. Взяв за запястье, развернул лицом к себе и пристально посмотрел ей в глаза.

– Ты забыла сумочку, – тихо, еле слышно произнес Джексон.

Элли молча взяла у него свою сумочку и в знак благодарности лишь кивнула головой.

– Элли! – Джексон не хотел, чтоб она уходила. В голове все перемешалось, сердце продолжало дико колотиться.

– Не нужно. Не продолжай. Так будет лучше для нас обоих, – сказала Элли глядя ему прямо в глаза.

Она прикрыла его рот своей ладонью, чтоб Джексон больше не смог ничего сказать. Он и не говорил. Джексон взял Элли за руку, что касалась его лица и еще крепче прижал ее к своим губам. Вначале он наслаждался ее мягкостью и невероятно вкусным ароматом, водя свой колючий подбородок по нежной руке девушки вправо и влево. Затем поцеловал ее ладонь и отпустил. Все это время Элли с теплотой смотрела на Джексона.

Она вышла. Джексон все еще стоял у открытой двери и наблюдал, как Элли отдаляется от него все дальше и дальше. Ее силуэт скрылся за воротами, а он все еще стоял и смотрел в пустоту, которую еще несколько секунд назад заполняла невероятная девушка. Пустота образовалась не только в том месте, где только что прошла Элли, но и внутри Джексона. Он никак не мог собраться с мыслями. Мозг хаотично воспроизводил ее черты лица, темно карие глаза, ямочки на щеках, аромат кожи, нежность прикосновения рук. Его все еще лихорадило, но сейчас это чувство не вызывало странных вопросов, оно стало безумно сладким и приятным.

Некоторое время спустя, Джексон все же решил заняться текущими делами компании. Ему удалось удержать инвесторов, сделка с которыми была столь важна для его бизнеса.

Глава 5

Притворяясь другим человеком, ты все равно остаешься собой, а маска, надетая тобою, остается всего лишь маской.

Элли ехала в такси по широким улицам Нью-Йорка. Машина остановилась, застряв в огромной пробке, которые для такого большого города вполне привычное дело. Передвигаясь с ничтожно медленной скоростью, до съемной квартиры осталось добираться минут сорок. Всю дорогу таксист слушал новости по радио. Элли грустила сидя на заднем сидении такси. Новости закончились. Судя по чертыханью таксиста, он был не рад услышанному из радиоприемника. Наконец-то, вспомнив, что он едет не один, и дабы разбавить мрачную атмосферу Нью-Йоркских пробок, таксист спросил у Элли:

– Мисс, может сделать музыку погромче?

– В этом нет никакой необходимости. Спасибо! – вежливо отказалась Элли, а сама все думала о Джексоне:

«Какой у него пронзительный взгляд. А какие чувственные губы, и поцелуй…», – Элли провела рукой по своим губам, будто Джексон только что их коснулся. Мысли увлекали ее все дальше и дальше. Отдавшись мечтаниям, она находилась где-то вдали от Нью-Йорка, от такси, в котором находилась, от шумной Нью-Йоркской пробки, где, то и дело слышались нервные поторапливающие крики водителей и сигналы машин.

«Джексон-мужчина моей мечты!», – продолжала мечтать Элли, – «Но даже если бы жизнь позволила нам быть вместе, то это совершенно невозможно. Мы точно из разных миров. Он-идеал, а я пала так низко, что не знаю, где выход».

Таксист, что вез Элли, мужичок лет так за шестьдесят, среднего роста. Из-под его фуражки виднелись кудрявые седые волосы. Лицо светилось добротой и отзывчивостью, которую так редко можно встретить в наши дни. Не желая показаться назойливым и обременять разговорами свою пассажирку, все же решил ради приличия поинтересоваться, все ли у девушки в порядке.

– Что же вы с утра такая грустная? На вас прям лица нет. Неужели у такой очаровательной девушки, как вы, все настолько плохо?

Элли ничего не ответила, лишь улыбнулась, в знак того, что все хорошо и поводов для волнений нет, у самой, к горлу подкатил ком.

– Вы простите, если я лезу не в свое дело, но кого я только не встречал в своем такси. И такой взгляд, как у вас мне хорошо знаком, – продолжал, кивая головой, говорить таксист.

– И что же вам говорят мои глаза? – поддержала разговор Элли. Все равно лучше, чем мечтать о Джексоне, который каким бы невероятным не был, принадлежал другой.

– Они полны грусти. И как показывает мне мой жизненный опыт, ваша грусть вызвана одним из самых прекрасных чувств на земле.

– Каким же? – с явным недоверием к своему собеседнику обратилась Элли.

– Любовью конечно же! – улыбнулся таксист.

– Если уж у вас такой большой жизненный опыт, сможете ли вы ответить: любовь – это дар или наказание? – покусывая нижнюю губу спросила Элли, через секунду уже жалевшая о том, что продолжала беседу.

– И дар, и наказание. Без одного не бывать другому. Не познай человек горесть разлук, терзаний сердца, разочарования, он не сможет оценить чувств, дарованных ему свыше.

– Как у вас все просто, – Элли не довольная ответом откинулась глубже на спинку кресла и подумала: «Что я делаю, спрашиваю советов у таксиста?»

– Нет, это вовсе не просто. В жизни ничего не происходит просто так.

– Зачем тогда жизнь сводит нас с людьми, отношения с которыми с самого начала не имеют ни единого шанса? – грустно спрашивала Элли.

– А откуда вам знать, что жизнь свела вас понапрасну? Просто в этот жизненный период вам нужен именно этот человек. Не торопитесь с резкими выводами.

– Все равно, не понимаю, для чего же мы встретились… – сказала Элли пожимая плечами.

– Вы, молодое поколение, совершенно не имеете терпения. И очень часто ищите ответы не там, где нужно.

– Хм, а где же их искать? И есть ли вообще ответы на все эти вопросы?

– Чтоб найти ответ на этот вопрос, вам нужно ответить себе на парочку других вопросов.

– Ситуация усложняется, – уже заулыбавшись произнесла Элли. Ее глаза загорелись от оживленной беседы. – Каких же? – Элли заинтересованно принялась слушать таксиста.

– Вот скажите мисс, изменилось ли что-то в вашей жизни, после того, как вы поняли, что любите? Ведь возможность испытать такие яркие чувства дается не каждому. И разве любовь, даже если она не взаимна, приносит одни лишь хлопоты и разочарование? О нет, она обязательно делает нас лучше. Вначале вам, конечно, будет казаться, что весь мир рушится, но если посмотреть на ситуацию под другим углом, то со временем, вы начнете замечать вокруг себя вещи, на которые раньше не обращали внимания.

– Вы и вправду так думаете? – удивилась Элли.

– Не я так думаю мисс. Все заложено в нас. Нужно лишь дать себе время и возможность увидеть и прочувствовать это.

Элли задумалась, и поняла, что с такой точки зрения она не рассматривала вспыхнувшие в ее груди чувства. До встречи с Джексоном она и не любила никогда по-настоящему. Она подсела ближе к таксисту и совершенно иначе начала воспринимать его слова. Тем временем мужчина продолжил:

– В один прекрасный день, вы обязательно найдете ответы на все свои вопросы, но будете ли вы к ним готовы?

– Конечно! – с уверенностью ответила Элли. – Я этого и хочу.

– Порой, то, чего мы так сильно хотим, оказывается вовсе нам не нужным. Зачастую мы сами этого не осознаем. Мы всеми силами стараемся найти ответы на вопросы, добиться поставленной цели, приобрести желаемое. Добившись, понимаем, что нам нужно было вовсе не то, о чем мы так страстно грезили. Выходит, уйма времени и сил потрачено впустую. Так что, мой вам совет, не торопитесь, разберитесь вначале в себе.

– Знаете…я обязательно воспользуюсь вашим советом, – сказала девушка таксисту и поинтересовалась, как зовут ее собеседника.

– Чак, просто Чак, – от радости быть полезным заулыбался мужчина и заерзал на кресле сидения.

Элли с умилением разглядывала мужчину в сером, слегка потрепанном, строгом костюме. Только сейчас она заметила на его шее галстук с забавным орнаментом, напоминавшем маленьких верблюдов. Чак приоткрыл свое окно, и от резкого дуновения ветерка к Элли донесся аромат его туалетной воды. Это был стойкий, крепкий аромат, которым пользовались мужчины его возраста. Ей было безумно интересно, почему такой интеллигентный и образованный человек, работает таксистом. Чак с удовольствием поведал ей свою историю:

– После университета я работал школьным учителем. Преподавал историю. Я с детства любил читать, поэтому в школе мне даже дали кличку – библиотекарь. Ведь я и в самом деле, проводил в библиотеке все свое свободное время. Читал без разбора, все, что попадало под руку. Будучи взрослым юношей, увлекся книгами об отношении между людьми. Знания, что я черпал из различных книг по психологии, помогли нам с супругой воспитать троих прекрасных детей. Но книги не смогли ответить на все вопросы и предугадать все жизненные ситуации. Порой жизнь такого фортеля может выкинуть. Человек, преодолевший трудности и препятствия на своем пути, становится не только сильнее, но при желании и мудрее. Эх, что мы с моей Маргарет только не пережили. Но по-прежнему любим друг друга.

– И вы уверенны, что это любовь? – Элли слушала Чака приоткрыв рот.

– Конечно! Что же еще! – смеялся Чак. – И сейчас я люблю ее еще сильнее чем прежде. Она мой воздух, мой мир, вся моя вселенная. Она всегда была рядом. Когда, я был при смерти из-за рака, и когда все вокруг отвернулись от меня, предъявив абсурдные обвинения в домогательствах к коллеге. Представляете, после тридцати пяти лет работы в школе, меня заставили уволиться. А моя супруга по сей день говорит, что чувствует себя со мной, как за каменной стеной. На самом деле, я без нее не справился бы со всем этим. Она моя надежная опора.

– Значит, работа в такси, от безвыходности?

– Поначалу – да, брался за любую возможность заработать. Сейчас, я уже год, как на пенсии, и честно признаюсь, так привык к этой работе, вот и колешу. Общаюсь с интересными людьми, применяю на практике накопленный жизнью опыт, – продолжал смеяться Чак.

– Чак, спасибо, что скрасили мою поездку! Это был очень увлекательный разговор. Теперь я постараюсь посмотреть на свою ситуацию иначе, – сказала Элли рассчитываясь с таксистом. Ее переполняли эмоции. Она иначе взглянула на всю ситуацию, которая еще час назад казалась неразрешимой задачей, осложняющей ее и без того сложную жизнь. – Чак, вы удивительный! Как же мне повезло, что сегодня я села именно к вам в машину. Приятно было с вами пообщаться.

– Берегите себя мисс! – прокричал Чак вслед покидающей машину пассажирке.

В этот день Элли никуда не выходила. Запершись дома, она наслаждалась своим уединением в компании с любимым фильмом – «Унесенные ветром», который пересматривала время от времени. Элли мечтала стать такой же сильной, как Скарлетт. Главная героиня киноленты отличалась особой предприимчивостью, темпераментом и умением выживать в любой ситуации.

«Если Скарлетт справилась, со всеми ударами судьбы, то и я смогу», – утешала себя девушка.

В сложных жизненных ситуациях, когда Элли не знала, что делать, она повторяла фразу: «Я подумаю об этом завтра». Как не странно, эта техника всегда срабатывала. Придаваться долгим уныниям не было времени. Повторив в очередной раз излюбленную фразу, Элли легла спать.

Наступил, ничем не отличающийся от остальных дней, вторник последней недели сентября. Элли не торопилась на работу. Она пропустила общественный транспорт, который курсировал мимо ее дома. Вышла пораньше, решив немного прогуляться. На улице ощущался легкий ветерок, но весьма комфортный для того, чтобы прогулка была приятной. Элли шла и думала о разговоре с таксистом, который говорил о любви, как о великом даре вселенной.

«И как это у него так все складно вышло, что даже боль, испытываемая от этого чувства у него сладка и приятна?», – размышляла девушка и ее губы непроизвольно растянулись в улыбке. Солнце нежно ласкало ее голову, а ветерок развивал послушные пряди волос. В последнее время ей пришлось многое пережить. Полтора года назад у нее случился срыв, из-за постоянной депрессии, которая чуть не привела к суициду. Элли начала посещать навязанного ей психолога. В связи с тем, что визиты носили больше обязательный характер, чем реальную помощь, толку от них не было вовсе. Элли стала замкнутой. Круг ее общения резко сократился.

Такого комфорта, как в это утро, она давно не испытывала. В душе невиданное спокойствие, в мыслях полный порядок. Впервые за столь длительное время, появилось истинное желание, взять все в свои руки и изменить свою жизнь.

«Вот бы эта дорога длилась целую вечность», – мечтала Элли и не заметила, как пришла в клуб. – «Я хозяйка своей судьбы!», – неустанно твердила она себе. Плана по спасению себя у нее пока не было, поэтому пришлось вернуться в суровую реальность и продолжать работать.

После завершения очередного выступления, в гримерку к Элли заглянул Говард. Он сообщил, что у нее на сегодня появилась еще работенка: приватный танец для особенного гостя. К обычным посетителям Элли никогда не выходила на приватный танец. Но если гость был и вправду «особенный», то к нему отправляли одну из самых лучших девочек.

– И чем же он отличается от других наших посетителей? – поинтересовалась уставшая девушка. Элли сидела вся в поту и смывала с себя грим. Готовиться к приватному танцу не было ни сил, ни желания.

– У тебя десять минут. Твой клиент в зеленой комнате, – Говард не желал выслушивать возмущения девушки. Он выпалил всю необходимую информацию, прикрыв за собой дверь гримерки, испарился прочь.

Для приватных танцев в клубе были отведены специальные комнаты, обставленные в разных тонах. Танец мог состояться, как для одного гостя, так и для целой компании одновременно, все по предпочтению заказчика. Высокий подиум располагался по центру комнаты, по кругу, его огибал мягкий диван.

Элли на скорую заскочила в душ, взъерошила волосы, ярко подвела помадой губы. Она вошла в комнату для приватных танцев, стены которой были обиты зеленым бархатом. Вдоль стен, с зеркального потолка и до пола свисали кристальные шаровидные нити. Свет, при попадании на них, рассеивался по всей комнате.

«Особенный» клиент удобно расположился на диване и выпивал что-то достаточно крепкое. Элли в специальной маске, серебряном бюстгалтере и такого же цвета бикини, с изумрудными вкраплениями, вспорхнула на подиум. Ее одежда мало что прикрывала. Став спиной к заказчику, она грациозно выгнула спину, от чего ее ягодицы сильнее выступили назад. Откинув правую ногу в сторону, она положила левую руку себе на талию, приподняла подбородок вверх, кистью правой руки коснулась лба. Элли вошла в образ. Включилась музыка, она начала танцевать. Когда девушка повернулась к мужчине, заказавшему танец, ее словно током ударило. Элли всеми силами старалась не подавать вида, что узнала своего клиента. Перед ней, на зеленом диване сидел Стив. Он успел влить в себя такое количество выпивки, что был просто не способен, узнать танцующую перед ним девушку в маске.

– Сними маску, я хочу увидеть личико такой очаровательной и милой девушки, – попросил мужчина.

– С чего вы взяли, что я очаровательная? Возможно, маска скрывает мои недостатки, – резко ответила Элли, не прерывая своего танца.

– Я уверен, ты истинная красотка. Ну же, я не обижу тебя чаевыми, – продолжал он настаивать.

– Вы думаете все можно купить? – взбесилась Элли, не желая себя выдавать.

Мужчина громко рассмеялся.

– А ты еще сомневаешься? Я купил твой танец! Ты танцуешь для меня только потому, что я заплатил за это! – громко кричал Стив.

– Да пошёл ты! – вырвалось из уст Элли, и она не закончив танец, выскочила из комнаты.

– Эй, ты куда? Я не за это тебе плачу! – продолжал кричать он, вслед убегающей девушке. – Ты еще пожалеешь об этом!

Элли убежала в гримерку, но Стив не собирался отступать. Он подозвал к себе Говарда и пригрозил, доложить об инциденте хозяину заведения, который является его давним приятелем. Говард вначале задрожал от страха, потом его начало дико потряхивать от переполнявшей злости к Элли, устроившей ему неприятности. Он нервно затеребил руками. Пообещав исправить ситуацию, сообщил Стиву, что сейчас к нему спустится другая девушка и выполнит все его пожелания.

– Вы меня не поняли! Мне нужна девушка, что сейчас была со мной в комнате. И пусть она лично принесет мне свои извинения, за сорванное удовольствие, и за свой колкий язык, – Стив продолжал кричать на менеджера.

Говард сорвался с места, как ужаленный. Ворвался в гримерку к Элли и заорал истошным криком, если она не вернется к заказчику, то может собирать свои вещи и проваливать прочь. Ему не нужны были проблемы с такими клиентами, как Стив.

Элли хоть и привыкла всегда настаивать на своем, но зная Говарда понимала, что сейчас не тот случай, и он вовсе не шутит. Девушке пришлось подчиниться. У ее напарницы в гримерке всегда имелась бутылка с алкоголем. Выпив пару глотков, она решила: «Была не была. Может и не стояло привлекать к себе столько внимания, тогда ситуация могла принять совершенно иной поворот».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.