Тарана Азимова
Фатима. Испытание

Том второй

Пролог

Аслан-бек¹ был мужчиной в возрасте тридцати лет. Высокий, поджарый и крепкого телосложения, так как регулярно тренировался как на саблях, так и в рукопашном бою. Его темные волосы всегда были убраны назад, а взгляд темных глаз был остер, как у орла.

Он был младшим братом визиря Сулеймана, но в отличие от старшего брата так и не обзавелся семьей, все больше уделяя времени политике и устройству государства, так как входил в Совет шаха Бади-Кудра. Но это была не самая главная его обязанность при дворе. Мало кто знал, но он был начальником тайной охраны при султане, а место в Совете было лишь ширмой, которой он прикрывался.

У Аслан-бека были свои люди везде. Он заведовал многими делами в городе и в шахстве. Но самое ценное, что было в его распоряжении, была городская библиотека. Туда допускались не все. Только высшие чины могли попасть и прикоснуться к этому кладезю знаний.

Сам же Аслан-бек проводил в ней много времени. Он любил тихое уединение после суматохи дня.

Вот и сейчас он сидел над очередным фолиантом, переписанным его писцами вручную, погрузившись в чтение, когда к нему тихо подошел один из служащих, низко поклонился и, не говоря ни слова, зная, что тут нужно соблюдать тишину, передал Аслан беку два письма.

Прочитав их, Аслан усмехнулся.

Первое было от его племянника. В нем говорилось, что тот вскоре приедет и привезет с собой невесту. Просил помочь обустроится в городе.

Второе письмо было более интересным. Оно было от его старшего брата Сулеймана и гласило следующее:

Мир твоему дому, Аслан бек.

Пишу тебе, чтобы сообщить, что вскоре прибудет в Бади-Кудр мой сын. С ним будет девушка. Она была под стражей, и Фархад выкрал ее и увез. Мои люди сообщили, что везет он ее в Бади-Кудр, так что, скорее всего, он к тебе обратится с просьбой о помощи. Ты должен понимать, что он мой единственный сын, и ты должен, как дядя, оказать ему любую поддержку. Однако знай, тот факт, что он оставил дом ради какой-то девчонки, совсем меня не радует. Он должен вернуться!

Девушка, тем не менее, представляет определенный интерес. Хотя видеть ее в Шарване, и уж тем более рядом со своим сыном, я бы не хотел.

Нам удалось узнать, что она обладает уникальным даром управлять влагой, в особенности кровью других людей. И, несмотря на то, что она больше проявляет себя как знахарка, ее можно использовать в более нужных для государства делах. Она может останавливать человека, лишать его возможности двигаться и даже остановить сердце. Думаю, весьма полезное качество при допрашивании подозреваемых. Обдумай это.

Но самая моя большая просьба – это убереги моего сына от поспешных действий. Мои люди идут за ними, так что тебе нужно просто насколько возможно отсрочить его женитьбу. А уж я позабочусь о том, чтобы сына вернули домой.

Да хранит тебя Аллах.

У Аслан-бека уже имелись кое-какие соображения на счет этой девчонки. Осталось только дождаться ее прибытия.

Глава 1

Караван медленно брел по пустыне. Погонщики не спешили. Они знали, что путь далек. Но также знали, что изнурять животных нельзя. Вереница верблюдов, навьюченных разным товаром, растянулась на несколько сот метров.

В самом конце каравана на верблюдах ехали трое: двое мужчин и один подросток. Они так же, как и все в караване, были одеты в светлую просторную одежду, на головах чалма, а пол-лица прикрыта свисающим ее краем, предохраняя лицо от ветра и песка.

Караван останавливался лишь на ночь, когда устраивались на ночлег. Тогда разжигали костры, заваривали чай, жарили лепешки, чтобы поужинать сейчас, а так же про запас на следующий день. Так как во время пути ели, сидя прямо на верблюдах.

В остальное время караван неуклонно шел на восток, пробираясь сквозь раскаленные барханы.

Трое парней, которые ехали в конце каравана, всегда держались особняком. Видимо, они были братьями, и старшие два всячески опекали младшего: приносили ему еды, воды и тренировались с ним по утрам, пока солнце не начинало припекать.

На пятые сутки пути добрались до оазиса. Тут было решено чуть задержаться: пополнить запасы воды, дать отдых верблюдам и размят затекшие мышцы.

Двое старших братьев, чуть попив воды, набрали полные бурдюки, и присели в тени финиковой пальмы. А младший задержался на берегу озера с кристально чистой водой.

Фатима не могла поверить, что она спаслась от неминуемой смерти. И она безмерно была благодарна за свое спасение Фархаду. Ведь, без суда и следствия, ее хотели казнить лишь за то, что она переоделась парнем и сопровождала сына визиря в пути, якобы обманывая его в своих корыстных целях. На деле же она просто бежала из совей родной деревни, от нежелательного замужества, чтобы затеряться в большом городе и остаться там помощницей сестры своей мамы – знахарки тетушки Зибейды.

Однако судьба распорядилась иначе, и вот сейчас она снова убегает, но не от замужества, а от смерти. Ведь лишь благодаря настойчивости Фархада, удалость ей спастись. Именно он, подкупив стражников, помог ей сбежать из темницы и присоединиться к каравану, идущему в Бади-кудр.

Зато теперь рядом с ней любимый человек – Фархад, тот самый сын визиря, который признался ей в своих чувствах и помог сбежать из заключения.

Фатима обернулась на парней, которые устроились под пальмой. Ее брат Камран и Фархад о чем-то тихо переговаривались. На сердце стало тепло от одного взгляда на любимого мужчину. Она любила в нем все: его стать, его голос, его глаза, но пуще всего – его лучезарную улыбку.

Фархад, заметив ее взгляд, махнул ей рукой. Она ответила тем же, улыбаясь.

По утрам, пока жара еще не была невыносимой, они по-прежнему устраивали тренировочные бои на мечах. А днем, сидя на верблюде, Фатима старалась разобрать писания в свитках, которые передала ей тетушка. С самой тетушкой Зибейдой Фатиме увидеться не случилось. Но она надеялась когда-нибудь вернуться в Шарван и навестить тетю.

Сейчас, сидя у воды среди зеленой травы и высоких пальм, Фатима старалась применить те знания, которые вычитала из свитков. Хотя свиток сейчас не был перед ней – Фатима всегда хранила его за пазухой – но она четко помнила положение рук, которое должно быть при этом простеньком упражнении.

Дело в том, что Фатиме достался не простой дар от матери знахарки – дар магии воды. Он дремал в девушке многие годы и проявился поздно, поэтому привыкнуть к нему и развить его Фатиме еще только предстояло.

Магия проявлялась до сих пор спонтанно: в моменты сильного волнения или страха. Теперь же Фатима хотела потренировать ее так, чтобы смогла использовать и в покойном состоянии духа.

Пять суток они ехали по пустыне и экономили воду, как могли. Поэтому тренироваться с ней Фатима не рисковала. А вот когда они добрались до оазиса, девушка решила вдоволь поплескаться и поиграть водой.

Она соединила запястья, расставляя кисти рук широко, и, не касаясь воды, просто потянула ее на себя. Ладони заполнились водой – это было восхитительное чувство. В руках у нее словно перекатывалась водяная сфера.

Фатима покатала шар под ладонями, а затем усилием воли заставила тот чуть приподняться над руками, но не высоко, чтобы посторонние не заметили. У нее получилось. Шар приподнялся над ладонью на два ногтя и, когда Фатима обрадовалась, и внутри все ликовало, шар вдруг распался, и вода плашмя рухнула обратно в ладони. Фатима расстроилась. Нужно больше тренироваться.

Задерживаться у воды слишком долго она не могла, чтобы не привлекать к себе ненужного внимания. Поэтому попытавшись еще пару раз, она отошла от воды и присоединилась к брату и Фархаду.

Кямран был хмур. А Фархад встретил ее лучезарной улыбкой. Той самой, которая так нравилась Фатиме, и которой он одаривал только ее.

Девушка присела рядом. Фархад обхватил ее руки, от чего по телу девушки прошла дрожь. Они еще не были близки. В дороге не могли проявлять друг к другу знаки внимания, ведь для всех Фатима должна оставаться юношей, чтобы избежать лишних расспросов, а возможно, и домогательств.

– Фархад! – тихо рыкнул на друга Кямран. Тот отдернул руки. Как бы ни тянуло Фархада к Фатиме, но нужно было держать себя в руках. Его очень тянуло к ней. Но он тешил себя надеждой, что по приезде в Бади-Кудр он обнимет Фатиму покрепче и больше никогда с ней не расстанется. Обязательно сыграют свадьбу по всем законам шариата.

А пока, Кямран прав. Нужно сдерживаться.

– Ну как? – спросил он, заглядывая Фатиме в глаза. Она покачала головой и отвела глаза расстроенно.

– Может, ты что-то упустила в свитах? – поинтересовался брат.

– Я читала очень внимательно, – вспыхнула Фатима.

Хотя они и считались семьей со средним достатком, но отец каждого из своих детей обучал чтению и письму с раннего детства. Не хотел, чтобы его дети были невеждами. Приглашал учителей из мектаба², чтобы те обучали основам графического письма и чтения. Братьям это полезно, так как они со временем займутся делами семьи и будут вести счета, покупать и продавать. А Фатиме это тем более было нужно, ведь она помогала матери и должна была уметь читать записи с рецептами различных зелий и мазей.

Поэтому и свитки, которые передала ей тетушка Зибейда, Фатима читала с легкостью. Но вот повторить то, что в них требовалось сделать, у нее получалось плохо. И от этого Фатима очень расстраивалась.

Она понуро опустила голову. Фархад взял ее за подбородок, побуждая посмотреть ему в глаза. Но, опомнившись, одернул руку.

– У тебя получится, – тихо сказал он. – Нужно просто тренироваться больше.

– А может быть, эти свитки не полные? – поинтересовался Кямран. – Может, в библиотеки Бади-Кудра мы найдем недостающие листы?

– А что у тебя не выходит? – спросил Фархад, обращаясь к Фатиме.

– Водный шар. Сделать я его могу, а метнуть не получается. Даже удержать долго на весу не могу.

Фархад откупорил свой бурдюк с водой и вылил немного в ладонь.

– Попробуй еще раз. Я прикрою, чтобы не было видно.

Фатима протянула руки и вода скользнула в ее ладони. С рук Фархада вода капала и, падая на песок, тут же впитывалась, образуя темные пятна. А в руках Фатимы держалась, образовав шар.

Фатима сосредоточилась на воде в своих ладонях. Водя, образовав сферу, перекатывалась с одной руки на другу.

– Это великолепно! – тихо восхищался Фархад, наблюдая за ее действиями.

Фатима улыбнулась, воодушевившись, направила все свои силы и заставила шар приподняться в воздух.

– Отлично, умница! – похвалил ее Кямран. Но в этот момент Фатима, приободренная похвалой, оторвала взгляд от воды и шар, словно лопнул, проливаясь сквозь пальцы и быстро впитываясь в песок.

Стоило Фатиме потерять сосредоточенность, как все валилось из рук. Она опустила руки на колени, и повесила голову.

– Ничего, – тронул Фархад Фатиму за плечо, глядя, как она расстроено смотрит на темное пятно на песке.

– А из песка ты воду вытянуть сможешь? – спросил брат, задумчиво глядя на влажную землю.

Фатима перевела удивленный взгляд на него, потом снова на пятно. Возможно, это у нее получится.

Девушка протянула руки к мокрому пятну. Сосредоточилась. И вот песок двинулся, но вместо воды вверх поднялся столбик влажного песка.

– Интересно, – протянул Фархад и тронул маленькую колонну. Но та не осыпалась, а стояла плотно. – Попробуй стеночку сделать, – добавил он.

Фатима провела рукой, и там, где она проводила, поднимались столбики влажного песка. Девушка убрала руки, расстроено уложив их на колени.

– Это замечательно, – восхищался Фархад, стараясь подбодрить свою любимую. Но она сидела понуро.

– Ты только осваиваешь свой дар, – заговорил Кямран, – не стоит ожидать, что с первого раза у тебя все будет отлично получаться. Ребенок тоже не сразу может встать и пойти. Он сначала делает робкие шаги, и только спустя несколько месяцев встает твердо на ноги.

Он был прав. Фатима это понимала, но все рвано была расстроена.

Мимо проходил один из погонщиков верблюдов – Самед. Он любил переброситься словечком и общался со всеми путниками каравана.

– Да хранит вас Аллах, сущие дети. С песком играют! – сказал он, видя горку песка. – Вы лучше воду берегите, она в пути пригодится. Не тратьте в пустую. И, да, – чуть отойдя, добавил он, – скоро выезжаем.

Фатима расстроилась еще сильнее. Но твердо решила тренироваться усерднее. А для этого ей понадобится вода. Поэтому, встав, девушка направилась к источнику, набрать полный бурдюк.

Глава 2

Солнце клонилось к закату, но караванщики и не думали останавливаться. Будут идти до позднего вечера. И лишь тогда, когда на небе зажжется первая звезда, встанут они на стоянку.

Один из погонщиков, тот самый словоохотливый Самед, рассказал троим попутчикам, что они торопятся пройти мимо еще одного оазиса, огибая его по широкой дуге. Так как в нем с недавних пор обосновалось кочевое племя. Про них ходили разные слухи, что мужчины у них суровые, дивы, а женщины прекрасны, как пери³. Поэтому мужчины того племени никого и близко не подпускают к оазису. И частенько грабят караваны, проходящие слишком близко от их поселения.

Фатима после этого рассказа была сильно напряжена. Она озиралась, оглядывалась, вздрагивала от любого постороннего звука.

– Не волнуйся, – говорил ей Фархад, который ехал рядом, а не позади, – мы сможем отбиться. У нас много сильных мужчин в сопровождении.

Но это было н совсем так. Большую часть мужчин, идущих с караваном, составляли торговцы. Бойцы они были никакие. Правда, с ними шло несколько охранников, но защищать те будут в первую очередь своих господ.

Однако Фархад всячески старался успокоить Фатиму, поэтому чуть преувеличил, говоря об охране каравана.

Вот, наконец, на небе зажглась первая звезда. Погонщики остановили караван, и стали устраиваться на ночлег.

Никаких палаток и даже навесов не делали. Ночь обещала быть ясной, и поэтому только разожгли костры, чтобы отпугивать ночных хищников, а тюки с верблюдов даже не снимали. Животных просто вынуждали сесть, чтобы те отдохнули.

Каждый занимался своим делом: кто-то кормил верблюдов, кто-то жарил лепешки на садже⁴. В них заворачивали сыр, взятый еще из города, который заквашивали в бараньей шкуре, и он доходил уже в пути.

Сыр издавал малоприятный запах, но на вкус, да еще с лепешкой, был весьма вкусным. Караванщики не привыкли к роскоши. Ели то, что не требовало особых усилий в приготовлении.

Кямран отошел. А Фархад с Фатимой примостились около верблюда. Мужчина потянул девушке финики, которые собрал еще в оазисе с пальмы. Фатима засмущалась, но взяла один. Фархад перехватил ее кисть и поцеловал, чем невероятно смутил девушку. Сейчас они были вместе. Хотелось большего, но нужно было соблюдать осторожность. И это еще сильнее щекотало нервы.

– Я с нетерпением жду, когда мы доберемся до Бади-Кудра, – сказал Фархад, жадно заглядывая в девичьи глаза. – Скорее хочу назвать тебя своей. Уверен, дядя поможет нам все организовать как можно быстрее.

– А если он будет против? – заволновалась Фатима, помня настрой отца Фархада.

– У него нет на это причин, – уверенно сказал Фархад. – Это отец хотел сделать из меня вельможу, а дядя Аслан поймет меня.

Фатима успокоилась. Она была рада просто быть рядом с любимым. Хотя бы иногда держаться за руки, касаться друг друга, говорить, не стесняясь. Она впервые в жизни общалась с парнем, который не являлся ее родственником. И это очень волновало и будоражило кровь. Она сама не понимала, что с ней происходит. Щеки наливались румянцем, стоило Фархаду прикоснуться к ней, а все тело опалял жар. Ее влекло к Фархаду, хотелось прижаться к нему, обнять покрепче. Но было нельзя. Нужно запастись терпения. Скоро, очень скоро они будут вместе.

***

Ночь была темной. Почти все спали. Лишь несколько охранников сидело у костров на страже. Но и они были сонными и, не чувствуя опасности, дремали. То тут, то там раздавались ржание стреноженных коней, и сопение верблюдов. Видимо, именно из-за этих звуков охранники не обратили внимания на звуки копыт приближающихся лошадей, а когда заметили, было уже поздно.

Фатима проснулась от криков. Заря только занималась, но в предрассветных сумерках уже было хорошо видно, что что-то не так.

Камрана и Фархада рядом не оказалось, а ее саму грубо схватили под локоть и прикрикнули:

– А ну, встал и пошел к остальным. Только потому, что ты малец, бить больно тебя не будем, – сказал незнакомец и расхохотался.

Фатима вскочила на ноги и огляделась. Верблюды и кони спокойно стояли там же, где и вчера, а вот всех людей выстроили в ряд и поставили на колени.

Вокруг ходили люди, одетые в черное одеяние, с саблями наперевес и с каким-то необычным оружием.

Их было человек десять. Фатима сразу поняла, что на их караван напали разбойники, но судя по оружию – это не просто кочевники. Такое оружие было большой редкостью и стоило очень дорого.

Оно было огнестрельным. Говорили, что его завезли из далекой страны, но откуда именно Фатима не знала.

Ее толчками в спину направили к остальным, сидящим на песке караванщикам, и посадили с краю.

Похоже, она была последняя, кого подняли. Фархад оказался чуть поодаль, а Кямрана она не смогла и вовсе отыскать глазами, так как еще было не достаточно светло.

К ним подъехал всадник. Видимо он был тут главный. Он соскочил с лошади и у Фатимы перехватило дыхание от страха. Это был просто великан: высоченный, с широкой спиной и крепкими руками. Он возвышался над остальными разбойниками и вел себя очень вольно.

– Нам известно, – начала он, прохаживаясь вдоль ряда сидящих на коленях людей, – что среди вас есть женщина!

Фатима вздрогнула. Но сумерки скрыли это от невнимательных разбойников. Рядом с ней оказался тот самый словоохотливый погонщик Самед, но даже он не уловил это движение.

– Скажите нам, кто это, и мы оставим вас в покое. Нам нужна только она, – между тем продолжал разбойник. – Если вы не скажите, мы оставим вас так сидеть на солнце без воды. И в конце вы все равно нам ее покажете. Так что в ваших же интересах сдать ее побыстрее и продолжить путь.

Кровь отхлынула от лица Фатимы. Кто эти люди и зачем им нужна именно она? Как они узнали? Неужели это те самые кочевники, о которых говорил Самед?

Вопросы кружились в голове, а Фатима лишь теребила край шаровар.

«Нельзя так делать», – пронеслось у нее в голове. – Я должна вести себя, как мужчина!»

Поэтому, превозмогая себя, она положила руки на колени.

Разбойники же расхаживали вдоль сидящих караванщиков, размахивая оружием.

Время шло. Солнце уже встало и стало припекать. Некоторые разбойники решили время даром не терять и стали шарить по тюкам, выискивая что-нибудь для себя.

Один из погонщиков не выдержал и крикнул:

– Не трогай товар. Тебе же женщина нужна, так ее и ищи.

– А может быть, ты нам ее и покажешь? Раз такой языкастый! – подошел один из разбойников к нему. – Хотя мы никуда не торопимся. Женщины – слабые создания. Чуть солнце припечет, так она сама себя и выдаст.

– Да, – поддакнул ему другой. – Упадет в обморок. А мы ее и приберем.

Снова раздался отвратительный хохот.

– Нет среди нас женщин, – запричитал Самед, сидящий рядом с Фатимой. – Аллахом клянусь, я бы знал. Я знаю всех в этом караване.

Разбойник, который так пугал Фатиму одним только видом, подошел к Самеду ближе, и Фатима затаила дыхание. Фархад напрягся, обернувшись на нее.

– Ты-то нам и нужен, – начал разбойник. – Покажи, кто больше всех похож на женщину.

– Да, есть у нас один.

Фатима прикрыла глаза. Сердце бешено колотилось, ладони вспотели. Она уже начала подумывать о том, чтобы применить свой дар, так как разбойник стоял очень близко к ней. Она ощущала ток его крови и биение его сердца. Но ей не хотелось выдавать себя.

Самед, между тем, проложил:

– Высокий, долговязый такой, с жеманными манерами.

Фатима выдохнула. Ее никак нельзя было назвать высокой. Она еле доставала Фархаду до подбородка.

– Покажи его! – крикнул разбойник и, схватив Самеда за шиворот, встряхнул, побуждая встать.

Вдвоём они направились вдоль ряда сидящих на коленях людей. Подошли к одному долговязому парню. Фатима, затаив дыхание, во все глаза смотрела, что будет дальше. И не одна она смотрела. Всем было интересно, неужели они и не заметили, что среди них есть женщина.

Угрожая оружием, парня подняли.

– Сними чалму! – приказал ему главный разбойник.

Тот послушно стянул с себя головной убор.

– Волосы коротки, – сказал один разбойник другому.

– Их и постричь можно.

– Я не женщина, – пытался остановить разбойников парень. У него были нежные черты лица, и был он худощав. Совсем не как остальные мужчины в караване.

– Сними рубаху, – продолжил издевательства все тот же разбойник.

Парень послушно выполнил и это.

– Грудей нет, – сказал очевидное один из разбойников.

– Может быть, она плоскогрудая, – расхохотался другой. – Снимай штаны, посмотрим, что у тебя между ног.

– Я клянусь вам, что не женщина, – пытаясь избежать глумления над собой, крикнул юноша.

– Снимай! – прикрикнул на него тот, который только что хохотал. И для убедительности ткнул юноше в грудь оружием. Сейчас разбойник был сосредоточен, больше и тени улыбки не было на его лице. В эту минуту он был похож на дельца, который пришел за товаром и оценивает его. Видимо, ему хорошо заплатили, раз он так настойчив.

Юноша повиновался.

Фатима отвела взгляд, понимая, что это зрелище не для ее глаз. И ее охватил ужас. Что если они поймут, что она девушка, и заставят так же опозориться перед всем караваном.

Руки похолодели и мелко дрожали.

– Парень он, – услышала Фатима заявление худощавого разбойника.

– С таким маленьким? Я бы поспорил, – сказал широкоплечий, который явно был у них предводителем. И снова раздался противный хохот со всех сторон.

– Одевайся! – бросил ему кто-то из разбойников.

– Кто еще похож на девушку, – спросил широкоплечий разбойник, снова подойдя к Самеду. Тот только руками развел.

– Нет больше таковых.

– А как на счет этого, – и широкоплечий разбойник указал на Фатиму.

– Он? – недоумевая, Самед двумя руками указал на нее. – Это совсем еще мальчик. Вчера с песочком играл.

Сердце Фатимы бешено колотилось, подступая к горлу. Во рту пересохло. Тяжело дыша, она не решалась поднять взгляд на разбойника, который так пугал ее.

Она ощутила пульсацию на кончиках пальцев. Дар просился наружу, подстегиваемый страхом.

– В песочек, говоришь? – медленно проговорил разбойник. – Мальчики очень похожи на девочек. Встань! – рявкнул он.

Фатима на трясущихся ногах поднялась, еле заставляя себя стоять прямо.

На периферии зрения увидела, как дернулся Фархад, который сидел неподалеку.

– Сними чалму! – гаркнул разбойник.

Фатима поняла, что сейчас повториться представление, которое только что устроили с другим парнем. Но деваться ей было некуда.

Она потянулась дрожащими руками к головному убору и медленно стянула его.

Короткие волосы рассыпались, прикрывая глаза, уши и затылок.

– Совсем юнец, – констатировал Самед.

Разбойник только фыркнул.

– Махмуд! Махмуд! – вдруг раздался истошный крик.

Широкоплечий разбойник обернулся. К ним бежал еще один мужчина из разбойников.

– Что такое? – рыкнул на него Махмуд.

– Буря! Буря! Пески!

И подбежавший указал в сторону висевшего над горизонта солнца.

Глава 3

Все обернулись в ту сторону, куда указывал прибежавший разбойник.

Фатиме показалось, что для этого времени суток солнце слишком низко над горизонтом, но потом она осознала, что это поднятый в воздух песок, стеной идущий в их сторону.

Паника охватила девушкой. А вокруг началась суета.

– Уходим! – крикнул Махмуд, стоявший перед ней минуту назад, а теперь вскочивший на лошадь. – Не вставать! – гаркнул он на одного караванщика, который хотел тоже побежать к своему верблюду. – Вы останетесь сидеть так, – гадко ухмыльнулся Махмуд. – Раз мы не нашли женщину, то вы умрете здесь все, – и для убедительности пригрозил огнестрельным оружием. – Так мы смело скажем своему хозяину, что ее больше нет.

Расхохотавшись, он пришпорил свою лощадь и ускакал. Вскочив на коней, разбойники еще раз пробежали вдоль ряда, стоящих на коленях караванщиков, чтобы удостовериться, что те не двигаются с места.

Затем, пришпорив коней, они помчались прочь в обратном направлении.

А среди караванщиков началась настоящая паника. Люди стали метаться взад и вперед, срывая с верблюдов паласы и накрываясь ими. Но сложность была еще и в том, что животные не стояли смирно в ожидании бури, они тоже метались, и многие, те, что не были стреножены, уже давно убежали.

Каждый бежал, куда мог. Каждый спасался, как мог.

Песчаная буря на горизонте неуклонно приближалась с невероятной скоростью. Ветер с каждой секундой только усиливался. Песок уже засыпал все вокруг: он попадал в уши, в глаза, скрипел на зубах.

Фархад и Кямран подскочили к Фатиме, которая стояла ни жива, ни мертва, еще не отойдя от потрясения. Ведь ее личность чуть не раскрыли.

– Как ты? – спросил Фархад, обхватывая невесту за плечи, заглядывая в глаза.

Посмотрев на брата и на жениха, она коротко кивнула.

– Надо уходить, – сказал Кямран, всматриваясь в горизонт.

Верблюды, которых не успели схватить хозяева, вскакивали на ноги и убегали прочь.

– Наши верблюды! – воскликнул Кямран, чуть ли не хватаясь за голову. Он и Фархад так были обеспокоены состоянием Фатимы, что ни один из них не позаботился раздобыть средство для передвижения.

Фатима словно очнулась от этого возгласа. Заозиралась вокруг. Не успела она отойти от одного кошмара, как начался другой. И как теперь им спастись от бури. Сердце бешено колотилось.

Буря приближалась. Мелкие частички пыли и песка носились в воздухе, закрывая видимость.

Кое-как намотав чалму обратно, Фатима смочила ее край водой и закрыла пол-лица. Дышать стало легче, но видеть лучше она не стала. Протянула бурдюк с водой Фархаду. Он и Кямран сделали то же, что и она, прикрываясь влажным краем чалмы от вездесущего песка.

Пара капель воды упала на песок, образовывая темные пятна.

Фархад обнял Фатиму, прижимая ее крепко к себе.

Кямрану такое своеволие не понравилось, но в данной ситуации он смолчал.

– Все будет хорошо, – говорил Фархад любимой.

– Да, – усмехнулся Кямран, глядя на влажные пятна на песке. – Это тебе не в песочек играть.

И хотя всем было ясно, что выбраться им не удастся, вслух этого никто не произносил.

Глава 4

«В песочек играть?» – пронеслось в голове у Фатимы. Она вспомнила, что так говорил Самед, когда она…

Фатима отстранилась от Фархада. От воодушевления сердце забилось еще чаще. Только бы успеть! У нее должно получиться. Ведь это вопрос жизни и смерти не только для нее, но и для ее близких людей.

– Вылей воду из бурдюка на землю вокруг нас! – сказала она так яро, что даже сама удивилась своему порыву. Она была воодушевлена своей идеей, а времени объяснять детали у нее не было. Как и задумываться над тем, что сподвигло ее так смело и настойчиво указывать Фархаду.

– Зачем, Фатима? – улыбнулся он, опасаясь, не тронулась ли она умом от пережитого и надвигающегося кошмара.

– Просто сделай! – уже чуть смягчив тон, сказала она. В глазах ее была мольба.

«Верь мне!»

Сомнения Фархада можно было понять. Ведь даже если им удастся каким-то чудом пережить эту бурю, оставшись без воды в пустыне, они точно погибнут. Но увидев мольбу в глазах любимой, он не смог отказать, и стал лить живительную влагу из своего бурдюка на песок, надеясь, что Фатима точно знает, что делает.

– Кямран, встанем плотнее, а лучше сядем, – попросила она брата. Я не знаю, на какую высоту смогу его поднять.

– Кого? – недоумевал брат.

– Песок! – только и воскликнула Фатима.

Ветер подхватил ее голос и унес вдаль. Кажется, теперь до мужчин стало доходить, что задумала девушка.

Она села на колени, призывая Фархада и Кямрана последовать ее примеру. Еще не до конца понимая, что она задумала, мужчины все же последовали ее примеру.

Откупорив бурдюк, Фатима щедро полила водой песок вокруг них.

Ветер закручивал вихри из песка, и видеть становилось все сложнее. А песчаная буря неумолимо надвигалась стеной, подступая все ближе и ближе.

Опустошив бурдюк полностью, Фатима сосредоточилась и протянула руки к влажному песку. Нужно торопиться, пока влага не впиталась в глубь земли или не испарилась от жары и ветра.

Сердце колотилось где-то в горле, стучало в ушах. Фатима собралась и направила всю свою силу к кончикам пальцев, а от них – к влаге. И вот постепенно влажный песок стал подниматься стеной. Сначала не высокой, однако он поднимался все выше и выше. Вот уже поднялся до уровня плеч, еще чуть выше. Но, не покрыв их головы целиком, движение песка остановилось, образовав подобие тандыра с открытым верхом.

– Воды не хватило! – в отчаянии воскликнула Фатима.

Тогда Кямран откупорил свой бурдюк и без промедлений щедро плеснул водой перед Фатимой. В тот же миг купол из песка укрыл их полностью от непогоды, погружая в полную темноту и тишину.

Глава 5

Все внешние звуки стихли. Остались лишь звуки тяжелого дыхания и стук сердца. Фатима все еще не могла поверить в то, что у нее получилось, что она укрыла себя, жениха и брата от бури. И теперь им оставалось лишь ждать. Но в этот момент, когда нервное напряжение спало, на нее навалилась смертельная усталость. Так бывало каждый раз, когда она либо слишком часто, либо слишком интенсивно использовала свой дар. Она никак не могла натренироваться достаточно, чтобы не чувствовать этот откат силы.

Девушка покачнулась и уперлась руками в песок у своих колен, грозя упасть в обморок.

– Что с тобой, Фатима? – всполошился Фархад, обхватывая девушку и прижимая ее к себе. Он еще не разу не был свидетелем того, как она в полной мере использует свои силы.

– Она ослабевает каждый раз, как использует свой дар, – пояснил Кямран.

– Это ужасно, она не должна себя так истощать! – воскликнул Фархад, и его голос гулко отразился от песчаных стен. Фатима поморщилась и сжалась. Фархад прижал ее крепче.

Кямран хмурился, но в темноте этого, конечно, никто не видел. Однако он опять был недоволен тем, что жених ведет себя так вольно по отношению к его сестре. И будь сейчас другие обстоятельства – была бы драка.

Но Фатиме нужно было передохнуть. И Кямран только тихо злился.

Буря не могла длиться вечно, и вскоре должна была стихнуть.

Они оказались накрытыми куполом из влажного песка. Но места под куполом было очень мало.

Снаружи этот купол очень походил на тандыр, но полностью закрытый, без отверстия сверху. И песок, скорее всего, сейчас засыпал их все сильнее и сильнее.

Фархад крепко прижимал Фатиму к себе, а она постепенно приходила в себя. И понимание того, что так близко к своему жениху она никогда еще не находилась, накрыло ее. Поэтому одно волнение сменилось другим.

И она никак не могла выровнять дыхание и унять сердцебиение.

Фатима чуть дернулась, но отстраниться в таком ограниченном пространстве было сложно, да и не очень-то ей и хотелось отстраняться.

Фархад, который минуту назад негодовал из-за столь тяжелого состояния Фатимы, после использования дара, воспринял ее движение по-своему. Он крепче прижал ее к себе и зашептал в самое ухо:

– Все хорошо! Ты молодец, – хотя сам очень испугался за нее и был готов взять с нее клятву больше никогда не использовать свои силы. – Теперь можно успокоиться, – он взял ладонь девушки в свою и чуть сжал. – Мы в безопасности.

Но от его действий девушку кинуло в жар. Она раскраснелась, а сердце забилось лишь еще чаще. Хорошо, что в темноте ее горящих щек не было видно.

Кямран сидел хмурый. Внутри него все клокотало. С одной стороны, он понимал, что Фархад любит Фатиму и доказал это, отказавшись от высокой должности, от почета, от роскоши и удобства, которые ему сулил отчий дом. С другой же стороны, Фархад еще не являлся законным мужем Фатимы перед лицом Аллаха, и подобных вольностей спускать тому с рук было нельзя. Поэтому, еле сдерживая гнев, он тихо, но жестко сказал:

– Убери руки от моей сестры!

Фархад поднял на того взгляд и нахмурился. Глаза понемногу привыкали к темноте, и друзья могли различить силуэты друг друга. Но выражения лица разобрать было невозможно. Поэтому Фархад недоумевал, неужели его друг зол на него?

– Ты знаешь, как я люблю твою сестру, – при этих словах Фатима покраснела еще сильнее. – Я никогда бы не позволил себе лишнего. Я уважаю ее и тебя.

– Просто убери от нее руки! – грозно повторил брат.

– Я ее жених! – прижимая Фатиму сильнее к своей груди, выдал Фархад.

– Не перед лицом Аллаха! – возмутился Кямран.

– Это лишь вопрос времени.

– Убери руки!

Брат, возможно, и понимал, что Фархад в чем-то прав, но сейчас было дело принципа, заставить того убрать руки от сестры. Кямран потянулся за саблей.

Этот жест не укрылся ни от Фатимы, ни от Фархада. Девушка вздрогнула, а Фархад напрягся, прижимая невесту к себе еще плотнее.

– Кямран, – заговорил он. – Сейчас не время, и не место.

– Кямран, – обратилась к нему Фатима. – Он ничего плохого не сделал…

– Молчи! – прикрикнул на нее Кямран.

– Не смей кричать на нее! – воскликнул Фархад, теперь уже и сам потянувшись к ножнам.

Оба мужчин подскочили, обрушив свод купола из песка, который прикрывал их от бури.

Но пустыня встретила их не порывами ветра, а ясным солнцем.

А еще их встречали пять всадников, одетых в черные одежды, которые возвышались над ними и внимательно разглядывали появившихся из-под странного куполообразного возвышения людей.

Глава 6

Племя Салима когда-то вело кочевой образ жизни. Но в пустыне это довольно сложно. Они перегоняли верблюдов с одного пастбища на другое, оседая то там, то тут. Приходилось переходить всю пустыню вдоль ли поперек. И лишь в самое жаркое время года, оседали они в оазисе под названием Булаг и пережидали зной. А затем снова отправлялись перегонять свои огромные стада верблюдов. Приходили в крупные города, торговали там верблюдами, запасались провизией и снова в путь. Однако некоторые семьи оставались в оазисе Булаг, который находился близ караванного пути и в относительной близости от большого города, в котором, при необходимости, можно было закупить все необходимое.

Со временем все больше и больше семей оставались в оазисе, и старейшинами было принято решение о том, чтобы обосноваться здесь навсегда.

Место, и в правду, было хорошим: из высокой скалы бил ключ, стекая по склону и образовывая небольшой водопад, а внизу, за многие десятилетия, образовался водоем с кристально чистой водой.

Вокруг росли финиковые пальмы, трава и кустарники. Тут даже водились какие-то мелкие зверьки, а птицы часто слетались на вершину скалы, чтобы напиться из ключа.

Когда стали вести оседлый образ жизни, возникла необходимость в большем запасе еды. Стали разводить не только верблюдов, но и баранов и коз. Но порой нужна было какая-то утварь и разного рода предметы, раздобыть которые было негде. Тогда мужчины племени выходили в пустыню, чтобы встречать караваны. С кем-то удавалось договориться, у кого-то забирали силой. Караванный путь раньше пролегал через этот оазис, но с тех пор, как тут поселилось племя Салима, караваны стали обходить этот оазис стороной. Ходило много слухов об их племени, и многие из них люди Салима распускали сами. Пусть караванщики бояться. Так легче с ними договориться, не применяя силы. У Салима было уже две жены и пятеро детей – он не любил насилие.

Недавно мимо оазиса прошел караван. Салим и его люди потихоньку следили за ним. Хотели выйти к караванщикам и договориться, но вдруг заметили преследователей. Их было человек семь или десять. И все хорошо вооружены.

– Может, это сопровождение? – спросил Халил, друг и помощник Салима.

– Вряд ли. Они идут так, словно не желают быть замеченными, – ответил на это Салим.

Это действительно оказались преследователи. Они, видимо, что-то или кого-то искали, так как построили всех караванщиков в ряд и посадили на колени. Затем зачем-то раздели одного мужчину, перешли ко второму, но им помешали совершать эти варварские действия. Началась буря.

Жившее здесь многие десятилетия племя Салима уже привыкло к ним. Примерно в паре дней езды отсюда было море, и перепады температуры на суше и водном пространстве создавали порой сильные ветра. Они-то и поднимали тучи песка и пыли.

Преследователи быстро ускакали, а караванщики суетились, пытаясь поймать своих верблюдов и укрыться от бури.

Салим и его люди быстро смочили свисавший край чалмы водой и закрыли лица. Бурю переждали в расщелине. А когда вышли, обнаружили странное образование. Оно было похоже на большой валун, но он был песчаного цвета. Они знали тут каждый куст и каждый камень. Этого тут точно никогда не было.

Подойдя ближе, Салим и его люди услышали голоса, исходящие их этого образования, видимо, полого внутри. А уже через секунду оттуда выскочили двое молодых мужчин, обнажив сабли и, очевидно, собираясь нападать друг на друга. Но, увидев людей Салима, замерли от неожиданности. В этой суете не сразу Салим заметил еще одного юношу – совсем еще мальчишку с широко распахнутыми глазами, полными страха.

– Кто вы? – спросил Салим.

– Мы путники, – ответил один из мужчин, не растерявшись. – Шли с караваном. Но началась буря, и нас засыпало песком.

– Странно вас как-то засыпало, – задумчиво произнес Салим. – Куда направлялись?

– В Бади-Кудр, – ответил другой, бросая косые взгляды на первого говорившего. – А вы кто?

– Мы – жители этой пустыни. Мы видели ваш караван. Кто напал на вас?

– Мы не знаем. У нас нечего красть, – не верно истолковав интерес Салима, сказал первый.

– Мы не разбойники! – гордо сказал Салим, ведь чаще им удавалось договориться с караванщиками. – Идемте с нами, – пригласил он троих парней. – Умоетесь с дороги. Но оружие мы у вас заберем. И чтоб без глупостей!

Глава 7

Фатима испугалась не на шутку. Во-первых, два ее близких и любимых человека решили подраться и выяснить отношения. И где? Посреди пустыни, когда им и так угрожает опасность. Но как бы она ни храбрилась и не старалась быт сильной, страх охватывал ее, стоило представить, что один из мужчин победит, а другой – проиграет. Поверженный, окровавленный. Кто это будет? Брат, любимый с детства, заботящийся о ней и оберегавший в пути. Либо Фархад – любимый, с кем она хотела провести всю жизнь, познать радость любви, материнства и жить в согласии до конца своих дней?

Что будет, если один из них победит? Как она может смотреть в глаза другому?

Но когда она увидела стоящих перед ними всадников, то сначала решила, что это те же самые разбойники, что искали девушку в караване. Она вся сжалась и глядела на них испуганными глазами.

«Это конец! – думала она. – Даже после бури они нашли меня!»

Но когда Салим заговорил и представился. Она чуть успокоилась.

Люди Салима спешились и забрали все оружие у всех троих. А Фатиме тоже пришлось отдать свой короткий нож, который подарил ей Фархад, ведь воспользоваться им она все равно не собиралась. А злоупотреблять гостеприимством не хотела.

– Как зовут вас? – спросил Салим всех троих.

– Я Фархад, – почему-то взял слово ее жених. – Это мой друг – Кямран, а это его сестра и моя невеста Фатима.

Он решил не таить от племени того факта, что с ними девушка. И сразу обозначил, что она занята.

– Друг? – хмыкнул Салим, и чуть сощурился. Однако больше ничего не сказал, видя, что и так между друзьями пробежала кошка. Ему было все равно, какова причина их разлада – на территории его племени никаких драк не будет.

А вот тот факт, что с ними девушка, его совсем не удивил.

– Я дам вам лошадь. Поедешь со своей невестой. Кямран, – обратился он к брату Фатимы, -ты можешь поехать с кем-нибудь из моих людей, – завершил он. – Селение не очень далеко, но верхом будет быстрее.

Кямран кипел он негодования. Фархад представил его сестру, как свою невесту, хотя они и помолвлены-то не были. И сейчас они будут ехать в обнимку. Фархад будет прикасаться к его сестре и все это безнаказанно!

Фархад первый вскочил в седло предложенной лошади. Хотя Фатима уже неплохо научилась держаться в седле во время их предыдущего путешествия, ей все равно было бы спокойнее, если бы управлял кто-нибудь другой. Плюс после перенесенного отката силы она все еще находилась в вялом состоянии и могла не управиться с животным. Но когда Фархад протянул ей руку, чтобы помочь взобраться в седло, она густо покраснела. Только сейчас поняла, как им придется ехать.

Фатима была в шароварах, но, несмотря на это, села она в седло боком, прижимаясь плечом к груди Фархада. Мужчина схватил поводья и хлестнул или лощадь, взяв девушку в кольцо своих рук. Как не старалась Фатима держать расстояние, но при каждом покачивании лошади, она соприкасалась с Фархадом, и это еще больше волновало ее. Все тело обдавало жаром, а внизу живота стало тяжело. Фатима не понимала, что за новые ощущение охватили ее тело, но ей было очень приятно это волнительное чувство. Она полностью отдалась им не замечая никого и ничего кругом. Прижалась плечом к широкой груди Фархада. Словно в целом мире остались лишь они одни. Фархад чуть сдвинул поводья, прижимая Фатиму к себе чуть крепче.

Сила бушевала в венах Фатимы. Она ощущала дикое биение своего сердца, а вместе с тем ощущала такое же быстрое биение сердца Фархада, и понимала, что он сейчас тоже взволнован их близостью.

Кямран ехал чуть позади и не мог видеть всего этого. Но он сидел темнее тучи и был крайне недоволен сложившейся ситуации. Он молил Аллаха, чтобы поскорее доехать до города, до первой же мечети, чтобы мулла засвидетельствовал их брак перед лицом всевышнего.

Глава 8

Путники ехали по пустыне, и, казалось, не было тут места жизни. Но, подъехав к скале и обогнув ее, они увидели чудесный пейзаж: в лощине в окружении скал, образовалось огромное озеро, по берегам его густо росла трава, кустарники, а над ними возвышались пышные финиковые пальмы, плодоносящие в этих условиях круглый год.

– Добро пожаловать в оазис Булаг, – сказал Салим, широким жестом обводя все кругом.

Фатима чуть не ахнула от увиденного. Это был самый крупный и красочный оазис, который ей доводилось видеть. Чуть поодаль от берега озера стояли постройки из глины, крыш которых были сделаны из листьев пальм. Тут же стояли верблюды и лошади.

Подъехав ближе, они услышали детский смех. В самую жару малышня плескалась в воде у берега в тени раскидистых пальм.

Всадники подъезжали ближе к постройкам и только тут спешились. Фатима была вся красная, но вовсе не от жары. Так близко к Фархаду она никогда не находилась, и сейчас испытывала странное смущение.

Навстречу к ним вышли мужчины. Из домов выходили женщины. Они не таили своих лиц от незнакомцев и держались с мужчинами на равных.

Одна женщина с ребенком на руках подошла к Салиму и потянулась к нему за поцелуем. Тот приобнял ее и поцеловал прямо в губы. От этого зрелища Фатима смутилась еще сильнее.

– Посмотри, кого пустыня нами привела, – сказал он обращаясь к ней и ко всем остальным.

Люди с интересом стали разглядывать троих путников.

– Мы направлялись в Бади-Кудр, – взял слово Фархад. – На наш караван напали разбойники. Но, к счастью, ограбить они нас не успели – началась песчаная буря.

– Как же вы ее пережили? – задался вопросом один мужчина из поселенцев.

Повисло молчание. Фархад с Кямраном не знали, стоит ли говорить этим людям о необычных способностях Фатимы. Но, неожиданно для них, она сама заговорила. Превозмогая смущение и перешагнув через обычай молчать в присутствии посторонних мужчин, Фатима заговорила:

– У меня есть дар управлять водой. Я возвела купол из влажного песка над нами. И так мы переждали бурю.

Фатиме было неловко. Но почему-то она понимала, что для того, чтобы овладеть такой своенравной стихией, как вода, ей и самой нужно стать смелой и решительной.

Поселенцы стали переглядываться между собой.

Многие слышали о магах и колдунах, но видеть одного из них воочию, было удивительно. Так же колдунов все представляли себе, как грозных и коварных обманщиков. А перед ними сейчас стояла очаровательная невинная девушка.

– Как зовут тебя? – спросила женщина Салима.

– Фатима.

– Я Халима. Будь нашей гостьей.

Кямран и Фархад были несколько обескуражены. Они не привыкли, чтобы женщина говорила вперед мужчины. Но здесь на это никто внимания не обратил. Мужчины лишь кивали в знак согласия.

Фатима улыбнулась.

***

– Мы не сможем задержаться надолго, – сказал Фархад, когда они сидели за столом, накрытым специально для них хозяйкой дома. – Нам необходимо попасть в город.

– Он не так далеко, как вам кажется, – сказал Салим. – В сутках езды отсюда. Отдохните, наберитесь сил. А после, мы покажем вам дорогу.

– У нас есть золото, – сказал Кямран. – Мы можем вам заплатить за лошадей.

– И что я буду делать с вашим золотом? – усмехнулся Салим. – У нас есть почти все.

– Вы могли бы покупать, что необходимо у проходящих мимо караванщиков, – предположил Кямран.

– И сделать это место караван-сараем? Проходным домом для караванщиков? Тогда наши жены и дети не смогут спокойно жить, – возмущенно произнес Салим. – Вы наверняка заметили, что уклад нашей жизни отличается от широко распространенного. У нас женщины на равных с мужчинами.

Фатима взглянула на Халиму. Та неспешно подливала чай мужу.

– Мы обмениваем товар на товар, – тем временем продолжал Салим. – У нас есть финики, шерсть, а самое главное – вода.

С этим не поспоришь. В пустыне что угодно можно отдать за воду. Фатима при упоминании о воде, вся засияла. Она так и видела, как будет тренироваться с кристально чистой водой.

Но ее размышления были резко прерваны криком:

– Халима! Халима! – кричала какая-то женщина. Дверь распахнулась и в дом ворвалась растрепанная женщина, и запыхавшимся голосом повторила: – Халима!

– Что такое? – Халима поднялась с подушек.

– Сестра. Алия. Началось!

Глава 9

Халима все поняла без дальнейших объяснений. Она накинула платок и выбежала вслед за пришедшей женщиной. А вот остальным было невдомек, что происходит.

Салим встал.

– В чем дело? – спросил его Фархад.

– Сестра Халимы беременна. Но плод был большим, и повитуха обещала трудные роды. Мы все и так переживаем, особенно Халима. А сейчас, видимо, роды начались. Можете отдыхать здесь, – бросил он, выходя.

Фатима подскочила и выбежала за ним.

Ни Фархад, ни Кямран не успели остановить и вразумить девушку не встревать. Женщина должна слушать мужчину и не вмешиваться, если ее не просят. Хотя здесь, в этом поселении, явно этот порядок не соблюдался.

– Я могу помочь! – крикнула Фатима вслед Салиму. – Я знахарка.

Салим оглядел нее с ног до головы. Что-то прикинул для себя, но все же кивнул, в знак того, что она тоже может идти с ним.

Они быстрым шагом подошли к одному из домов. На пороге стоял мужчина и держал на руках мальчонку годов трех.

– Что там? – спросил Салим у мужчины.

– Я не знаю, – растерянно произнес тот. – Меня повитуха вытолкала за дверь, и не говорит ничего.

Из дома доносились истошные женские крики, потом они смолкали лишь для того, чтобы уступить место не менее жутким стонам.

Малыш на руках мужчины расплакался, узнав голос матери.

Фатима поняла, что просто не может стоять тут без дела.

– Уведите ребенка, – попросила она. – Я знахарка, и тоже помогу.

В этот момент подошел еще один мужчина. В руках у него было тяжелое ведро с водой.

– Я отнесу, – перехватила Фатима ведро, как пушинку, и влетела в дом. Вода никогда не казалась ей тяжелой. В своем селении Фатима каждый день ходила за водой к реке или к колодцу и никогда не чувствовала тяжести от ведер.

Оказавшись в доме, ей понадобилось пару секунд, чтобы привыкнуть к полумраку. Тогда она увидела женщину на кровати, которая обливалась слезами и потом.

Рядом стояла пожилая женщина и чуть давила ей на живот. Очевидно, ребенок был крупный, и роженица никак не могла разродиться. С другой стороны от рожавшей стояла Халима, которая держала ту за руку и что-то ласково ей нашептывала в перерывах между потугами. Она же вытирала той пот с лица и приглаживала волосы.

– Что стоишь? – крикнула на Фатиму пожилая женщина. – Тащи ведро сюда.

Фатима подошла ближе и поставила ведро у ног повитухи.

– Я знахарка. Могу помочь, – пролепетала Фатима, понимая, что толку от нее не много. Мать никогда не допускала ее до родов. Но Фатима интуитивно понимала, что с этими родами что-то пошло не так.

– Воды отошли. А плод крупный, – сетовала повитуха. – Без жидкости не проходит. Надо сделать разрез.

– Погодите! – воскликнула Фатима, понимая, что это очень болезненно и заживать будет долго. – Я сделаю по-другому.

Она опустила руки в воду. Сердце бешено билось в груди.

Должно получиться! Хотя Фатима едва ли имела точный план, но будто сама вода ей подсказывала, что нужно делать.

Вода скользнула в руки и, словно перчатки, облепила их. Жидкость перетекала вдоль руки от кисти к локтю, но ни капли не падало на пол.

Фатима поднесла руки к промежности роженицы, под удивленные взгляды Халимы и повитухи.

Она двинула руку окутанную водой в лоно женщины, вливая немного туда. Теперь Фатима чувствовала ребенка. Она впустила еще воду в лоно женщины, позволяя жидкости обволакивать тело малыша. Когда тот был полностью окутан водой, Фатима сжала кулак, словно схватив кусочек водяной веревки, и тихонько потянула воду на себя.

Роженица вновь закричала: движения Фатимы удачно совпали с потугами, а возможно, их и вызвали. Фатима тянула водяной жгут, наматывая его на руку, словно настоящую веревку. И вот через несколько мгновений появилась головка малыша. Руки у Фатимы дрожали, но она не разжимала кулаков. Сделала круговое движение кистью, намотав воду еще одним витком вокруг своей руки, и снова тихонько потянула.

И снова потуги. Показались плечики, а потом ребеночек почти сразу выскользнул. Тут уже его подхватила повитуха, которая растерялась лишь на мгновение, когда увидела действия Фатимы.

Она была достаточно старая, чтобы слышать легенды, о магах и волшебниках, которые заговаривают воду, огонь, ветер и землю. И сейчас у повитухи не оставалось ни капли сомнения в том, кто именно стоит перед ней.

Старуха ловко обернула ребеночка, завязала пуповину и стала чуть постукивать малыша по спинке.

Он не произнес ни звука. Все замерли. По повитуха знала свое дело. Она продолжала легонько постукивать новорожденного по спинке. И тут на весь дом раздался детский плач.

– Приложи его к груди, – сказала повитуха, роженице. – Поздравляю, у тебя родился богатырь!

Глава 10

Фатима вышла из дома, покачиваясь, но с улыбкой на лице. К ней тот час же подскочил Фархад и она буквально осела в его объятьях.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Бек – титул мелких феодальных правителей, а также должностных лиц в странах Ближнего и Среднего Востока.

Вернуться

2

Мектаб – то же, что и школа.

Вернуться

3

Пери – мифические существа в образе прекрасных девушек в персидской мифологии

Вернуться

4

Садж – большая выгнутая чугунная сковорода.

Вернуться