Надежда Алданен
Военные каникулы, или Двое во Вьерне

Глава 1. Военные каникулы

Áли Анкóнен сидела дома и читала книгу, однако у повествования уже не получалось полностью захватить внимание девушки. Но ведь надо же было как-то убить время! Али подняла глаза от книги и усмехнулась сама себе. С некоторых пор свободного времени у нее стало слишком много. «Ну, что же, это ведь именно то, чего ты так желала последние два года! Свобода, куча времени! Наслаждайся же!» – злорадно говорила она сама себе. Желание-то исполнилось. Но вот ведь беда: желания имеют обыкновение исполняться не так, как нужно.

Али вздохнула. На диванчике в углу мурлыкала сонная кошка по имени Касси. Обычно мурчание любимицы успокаивало девушку, но только не по вечерам воскресенья. Она вообще не любила воскресенья, эти ленивые дни, когда просыпаешься перед обедом и весь день ходишь разбитой, словно и не отдыхала ночью. А с некоторых пор все стало еще хуже.

Полгода назад монархи двух карликовых государств, граничащих друг с другом, чего-то не поделили. Конфликт закончился взаимным объявлением войны. Но даром что не дураки, монархи не торопились нападать друг на друга открыто. Несмотря на это, армии обоих государств были приведены в полную боеготовность (если в карликовых государствах подобное явление вообще можно было назвать армиями). Все «ожесточенные бои» пока что ограничивались только всего лишь пограничными стычками, но по факту не доходили даже до драк между личным составом. И у многих старших офицеров, в том числе Али, потихоньку появлялись подозрения, что все это такая насмешка монархов над собственными подданными. Чем бы король не тешился!

Еще больший стыд у офицеров вызывала реакция мира на эту глупую войну. Восток с высоты своего опыта называл этот конфликт «возней младенцев». Запад, откровенно потешаясь, – «цыплячьей склокой». А на самобытном юге говорили «борьба львят».

«Ну, хоть львята, а не тушканчики» – думала иногда Али, проклиная день, когда она согласилась стать военнослужащей.

Али носила звание подполковника. Она сама не знала, почему выбрала эту стезю, но девушку такая профессия вполне устраивала. А когда началась «война», Али и еще пятьдесят человек личного состава пришлось отправиться в пограничную деревню под названием Вьерне. «Стратегически важный населенный пункт», так это звучало в приказе. Но самое замечательное заключалось в том, что одна половина Вьерне находилась в государстве Али, а другая – по ту сторону границы, на территории вражеского государства. Граница между Северным и Южным государством проходила прямо по центру деревенской площади.

Так и жили подполковник Анконен и пятьдесят человек личного состава под ее началом уже третий месяц в этой богом забытой деревне. Иногда у девушки появлялась циничная мысль: а вспомнил бы вообще их монарх о Вьерне, если бы деревня не оказалась «важным стратегическим пунктом»?

Конечно, все было бы совсем печально, если бы не местные жители: ровесница Али Кара Бартель, дядюшка Бу Эдельсон и мальчик Сора Брем.

Кара и Али подружились сразу же. Несмотря на свою простоту и добрую наивность, Кара обладала креативным мышлением, а к решению каждой проблемы старалась подходить с энтузиазмом, начиная с прополки огорода и заканчивая постройкой сарая.

Дядюшка Бу Эдельсон вообще-то был дедушкой. Ему шел семьдесят девятый год, однако Али никогда не дала бы ему больше пятидесяти пяти. Узнав о его истинном возрасте, девушка была, мягко говоря, шокирована. А дядюшка Бу весело подмигивал и говорил, что надо просто хорошо питаться, заниматься физкультурой и следить за собой. А еще дядюшка Бу прекрасно рассказывал истории, знал миллион легенд, мифов и рассказов. По пятничным вечерам Али и Сора иногда ходили к дядюшке Бу и слушали его до самой ночи.

Соре Брему было четырнадцать лет, и он очень хотел стать офицером, как Али. Он уговорил ее научить его маршировать, отдавать воинское приветствие и начал заниматься спортом. Несмотря на каникулы, Сора каждый день вставал спозаранку и несся на площадь, чтобы поглазеть на построение. В глазах его горел восторг, и мальчишка едва сдерживался, чтобы не броситься к своим кумирам.

Сора каждый день «ходил в разведку». Он знал окрестный лес и по два часа ежедневно пропадал среди деревьев, пытаясь «выследить врага». Возвращался мальчик в восемь часов. Он стучался к Али, и едва дверь открывалась, следовал доклад с наиподробнейшим изложением деталей обстановки в лесу. И хотя через пять минут военный доклад превращался в дружеский разговор, Сора не изменял своей привычке.

Громкий стук в дверь отвлек Али от невеселых мыслей. Она посмотрела на часы и усмехнулась – восьмой час, вот и Сора! Отложив книгу и открыв дверь, девушка улыбнулась и приготовилась слушать мальчика. Тот поднял руку к виску и как всегда громко отрапортовал:

– Разрешите доложить, главнокомандующая!

– Разрешаю! – ответила Али серьезно.

Поначалу ей было сложно удержаться от смеха при подобном обращении. В конечном итоге она все же научилась сдерживаться, видя, что мальчику ее реакция причиняет боль.

– Лес чист, главнокомандующая, врага и его следов не обнаружил! Ни травинки не примято, ни веточки не сломано! Все тихо, как всегда! – почти кричал Сора.

– Вольно! – ответила Али, когда он закончил доклад.

После девушка пригласила его войти. Касси мурлыкнула, приветствуя мальчика.

– Как дела дома, Сора? – спросила Али.

В последнее время с ним невозможно было говорить ни о чем, кроме военной тематики. Девушке это просто-напросто начало надоедать, ведь она и так ежедневно сталкивалась военщиной.

– Да никак, – махнул рукой мальчик. – Скукота. Не то, что в военном колледже!

Последняя фразу он протянул с мечтательным видом.

– Ты не боишься, что твои ожидания совсем не совпадут с реальностью? – усмехнулась Али. – Сомневаюсь, что в колледже все так уж прекрасно.

– Зато как интересно! Вот ты, Али, настоящая героиня! Ты защищаешь нашу страну от нападения этих противных южан!..

– Ага, если бы еще это все было всерьез, – пробормотала Али, но Сора не услышал, продолжая вслух мечтать о том, как он станет офицером, будет сражаться с врагами и станет героем.

– А Кару ты видел сегодня? – внезапно спросила Али, прервав мальчика.

– Она целый день работала в саду, – недовольно проговорил Сора. – А сейчас сидит на веранде и вяжет. Я проходил мимо их дома.

– Давай-ка прогуляемся. Я бы хотела повидаться с ней.

Она надеялась, что Сора не догадается о ее истинных намерениях – закончить разговоры о службе. Али была хорошим другом и могла бы часами слушать кого-нибудь, но при условии, что человек не рассказывает о своих интересах каждый день по нескольку часов три месяца подряд. Друзья вышли из дома и направились в сторону дома семьи Бартель.

Для прибывших во Вьерне военнослужащих построили простые одноэтажные деревянные дома: строительство развернулось грандиозное. Али, как командующей, достался домик с чердаком, на придомовом кусочке земли росли несколько яблонь. Заниматься садом и огородом Али никогда не любила, поэтому участок выглядел неухоженным и заросшим.

По дороге к дому Кары и ее родителей Али и Соре встретились два рядовых.

Они о чем-то спорили, опираясь на покосившийся забор, но увидели Али и мгновенно встали по стойке «смирно».

– Здравия желаю, подполковник! – прозвучали хором их голоса.

– Вольно, – весело ответила Али, и рядовые расслабились.

Сора же смотрел на девушку с восхищением.

Больше всего в службе Али раздражала необходимость носить форму. И хотя во Вьерне она могла не соблюдать абсолютно все правила, плевать на них она не собиралась. Али исправно надевала и летние форменные ботинки, и юбку, и рубашку цвета хаки с коротким рукавом, а под нее – белую или черную майку. В жаркие дни девушка носила рубашку расстегнутой.

У калитки дома Кары Али распрощалась с Сорой. Он продолжал восторженно, почти влюбленно, смотреть на Али и мечтать о погонах генерала. И все же хорошо, что у парнишки появился такой интерес, ведь летом в деревне практически нечем было заниматься.

– Эй, Кара, привет! – крикнула офицер.

– Здравствуй. Калитка открыта, заходи!

За недолгое время их знакомства Али успела полюбить Кару, и совершенно не ожидала, что они смогут так крепко подружиться. Несмотря на то, что девушки были созданиями разных миров, Али нравилось общаться с подругой. А сколько всего Кара умела создавать собственными руками! Она шила, вязала, вышивала, плела корзины; да что там, Кара могла бы даже построить дом!

Али очень ценила свою подругу. Лишь одна вещь немного смущала девушку: Кара очень часто говорила о своем возлюбленном и женихе Хельде Аренберге. У Али уже заканчивались предлоги для смены темы разговора о Хельде на какую-то другую. Перебивать подругу прямо Али не хотела, но слушать в сотый раз истории о первом парне на деревне тоже. Прямо как Сора с его военщиной в самом деле.

Али толкнула калитку и вошла во двор. Кара спустилась с крыльца ей навстречу.

– Чудесный у тебя сад! – офицер оглядела чистый и ухоженный участок. Никаких гнилых прошлогодних яблок на земле, а трава аккуратно подстрижена.

– Если бы ты хоть немного времени уделила время своему саду, то добилась бы того же! – добродушно ответила Кара.

– Это совсем не мое, я же говорила! Как дела?

– Неплохо, – ответила Кара. – А ты как? Наверное, наскучило уже здесь сидеть без дела.

– Еще как. Хоть бы кто напал, наконец… – невесело пошутила Али. – Я вообще деревни никогда не любила.

Кара начала разливать чай по красивым чашкам. Сейчас она осталась с тремя старшими братьями на хозяйстве, родители уехали в ближайший город купить необходимые для ведения хозяйства инструменты. Али часто давала матери Кары список нужных ей вещей и деньги (к счастью, жалование выдавали вовремя), а госпожа Бартель была только рада помочь «невыездной».

– Но, если бы не ты, тут было бы совсем грустно, – улыбнулась Али.

Кара поставила перед подругой свежие булочки и тоже улыбнулась.

Лето только начиналось, июнь потихоньку вступал в свои права, и с каждым днем становилось все теплее. Девушки сидели на веранде, пили чай и о чем-то болтали. Кара еще и умудрялась не отвлекаться от вязания.

– Что это? – спросила Али, с интересом рассматривая бесформенный пока что вязаный предмет красного цвета с узорами.

– У Хельда, оказывается, нет шарфа. А он и молчал! Так что подарю ему на Праздник Урожая.

– Ага. Ты большая молодец, много всего умеешь!

Кара с улыбкой что-то ответила. Али внезапно захотелось спать. Отогнав сон, так не вовремя подступивший, девушка посмотрела на темнеющее небо. Подруги молчали, каждая думала о своем.

Вот Кара, думала Али, уже столько лет верна своему Хельду и их любви. Осталось им только пожениться, хоть Кара пока не торопилась с этим. Сама же Али ничего подобного никогда не переживала. Она, конечно, влюблялась, но это были всего лишь сильные увлечения, без намека на серьезность. Не считая, наверное, своей самой первой любви.

Али была готова бежать за этим человеком на край света, но это-то и оказалось неправильным. Он видел, что вот она, никуда не денется, поэтому позволял себе открытое пренебрежение по отношению к ней. В конце концов, это и убило в ней всякие чувства. Пока, наконец, спустя какое-то время Али не поняла – она его уже не любит. Они расстались и Али вдруг почувствовала, будто нет больше того обруча на шее, что мешал глубоко и свободно дышать. В конечном счете девушка жалела убитого на весь этот фарс времени.

Потом влюбленностью стал друг. Как такое вообще могло получиться, девушка до сих пор не понимала. Он просто внезапно признался ей в чувствах. Впрочем, эта история закончилась так же бесславно, как и первая. Они теперь даже с днем рождения друг друга не поздравляют.

Третьи отношения и вовсе не начинались никогда. Но зато закончились. А все из-за того, что Али умудрилась дать парню ложную надежду. Глупо получилось, но время назад не вернуть. С этим человеком Али тоже теперь не общалась. Но тут уже она испытывала к нему неприязнь: человек оказался совсем не таким, каким хотел казаться. Девушка разорвала все отношения, когда все его маленькие скелеты стали вываливаться из шкафа, а ослабленные временем дверцы их уже не могли удерживать их внутри.

Али посмотрела на Кару. С каким усердием и любовью она вяжет своему Хельду этот шарфик!

Иногда девушке тоже очень хотелось почувствовать себя любимой, ощутить тепло обнимающих ее рук, прижаться к широкой груди любимого и заботливого мужчины. Но Али тут же отметала подобные мысли. Одной как-то все же привычнее, да и нужно ли это все ей на самом деле? Вообще, любовь – это лотерея, непредсказуемая и неожиданная, а девушка скорее предпочитала знать, какой же поворот будет следующим.

Сумерки опускались на деревню. Али допила чай, поблагодарила Кару и отправилась домой. Завтра рано утром очередное построение на площади. Надо бы лечь пораньше, чтобы быть к утру полностью готовой. В одиннадцатом часу Али, наконец, легла спать. Рядом умиротворенно мурлыкала Касси.

Все было прекрасно и ничто не предвещало беды.

Глава 2. Досадная неожиданность

Утром Али провела построение, перекличку и отпустила подчиненных по домам.

Глупая формальность, но некоторые люди, особенно военные, уж очень требовательны к следованию правилам. Так что каждый день начинался ни свет, ни заря вот с такого представлением для жителей, раньше подобного ни разу не видевших.

Очередное летнее утро обещало быть теплым и приятным, и Али решила прогуляться за пределами деревни по лесной опушке. Она уже давно приметила раскидистый клен вдали от проселочной дороги и иногда отдыхала в тени под кроной. И в этот раз девушка расположилась прямо на траве, полной грудью вдохнула чистый теплый воздух; почувствовала, как грудная клетка расширяется под его напором, растягивая одеревеневшие мышцы.

Воздух и тишина были, пожалуй, самыми большими плюсами деревенской жизни. Живя в городе, Али настолько привыкла к его загазованности, что уже не чувствовала этого. Только во Вьерне она вдруг по-настоящему поняла – дышать полной грудью можно и даже нужно, это замечательно!

Солнце медленно поднималось к зениту, Али безмятежно валялась на травке и даже уже почти задремала, как вдруг…

– Али! АЛИ!!

Подскочив от неожиданности, девушка оглянулась и увидела Сору. Тот несся к ней вдоль кромки леса, а на дороге стояла пыль столбом – так быстро он бежал. Мальчик тяжело дышал, пот катил с него градом.

– Сора, ты напугал меня! Ну, у тебя и видок, что-то…

– Скорее, Али! Там, там… Меня послали отыскать тебя, – тут он задохнулся от быстрого бега и больше не смог ничего сказать, судорожно глотая воздух и дыша ртом.

Мальчик был взволнован и встревожен. Али это не нравилось: что за беда приключилась в деревне?!

– Сора!

– Война, Али! – крикнул мальчишка, хватая ее за руку.

Он потянул девушку в сторону Вьерне. Али остолбенела на секунду, а в следующий миг сорвалась с места и кинулась в деревню.

Сора, не отставая, бежал рядом и умудрялся тараторить:

– Они пришли совсем неожиданно, со стороны юга. Южане, Али! Их много! Командующий одет в белую форму, весь блестит! Они ходят по своей части деревни и осматривают каждый дом! Наши солдаты стоят на площади и охраняют, но белый пока не приказывал атаковать.

Сумбурная речь ребенка нагнала еще больше тревоги. Неужели это открытая война? Нет, только не это! Сора говорит, что их много, и если он прав, то Вьерне станет первой захваченной врагом деревней! Но нельзя было дать страху взять верх над хладнокровием. Вероятно, Сора просто переволновался, вот и преувеличивает.

Али и Сора вбежали в деревню и помчались прямо на площадь. Еще издалека девушка увидела своих подчиненных. Они стеной стояли у самой государственной границы. Затормозив на краю площади, Али подошла к солдатам уже спокойным шагом. Одновременно она пыталась пригладить волосы так, чтобы они не выглядели совсем уж растрепанными. Вытащив травинку из волос, Али совсем сникла. Ну почему именно в этот момент?! Отбросив эмоции в сторону, она старалась держаться достойно.

– Командующая! – сказал кто-то, и рядовые с офицерами выпрямились по стойке «смирно».

– Доложить обстановку! – приказала Али.

Старшина отдал воинское приветствие и хотел было начать доклад, как за спиной девушки раздался приятный мужской голос:

– Господа! При всем моем уважении…

Али резко обернулась. Перед ней по ту сторону границы стоял мужчина лет тридцати, высокий шатен с короткими, чуть растрепанными волосами. Тонкие темные брови, почти без изгиба, были нахмурены, узкие губы досадливо поджаты. Темно-серые живые глаза смотрели из-под длинных черных ресниц. Офицер обладал атлетическим телосложением, что весьма выгодно подчеркивала парадная военная форма. Видимо, это и был командир южан, о котором говорил Сора. Знаки отличия на его форме указывали на звание полковника.

Незнакомец выглядел раздраженным. Похоже, не понравилось ему, что северяне опередили их аж на три месяца и уже давно стоят во Вьерне. Южане славились своей гордостью и стремлением быть всегда во всем первыми. В свою очередь это не могло не досаждать их соседям-северянам, всегда спокойным и рассудительным.

– Леди, могу я поговорить с вашим командующим? – не пытаясь скрыть свои эмоции, обратился полковник к Али.

– Я вас слушаю, говорите, – ответила она.

Он ей не понравился. Слишком фамильярный, только что пришел, но уже держался, как будто Вьерне – его вотчина. А внешний вид! Красивая форма буквально кричала о серьезных амбициях и желании выделиться: белая с синими вставками в области карманов брюк и кителя, и золотыми элементами – пуговицами и эполетами. На поясе в позолоченных и украшенных ножнах висел кинжал с костяной рукоятью.

– Вы? Это шутка? – удивился незнакомец.

– Добро пожаловать во Вьерне! – злорадно сказала Али и тут же представилась: – Подполковник Анконен!

Выражение лица офицера стало снисходительно-насмешливым.

– Так вот оно что! В таком случае, скажу я вам одно: вы, может быть, и успели занять деревню первыми, но это ничто! Посмотрим, кто из нас останется здесь!

Этот вызов стал последней каплей, Али взвилась.

– Låt oss se! Definitivt inte ni!¹ – в ярости проговорила она на своем родном языке, глядя в серые глаза полковника.

– On regardera, ma chérie fille², – повторил офицер.

Круто развернувшись, он направился к своим солдатам. Али смотрела вслед наглецу, кипя от гнева и ярости. Она порывисто развернулась и поспешила покинуть площадь. Нужно было не забыть назначить часовых.

***

Так прошло несколько дней. Обосновавшиеся в своей половине деревни южане, впрочем, особой агрессии не проявляли. Однако между двумя личными составами шла «негласная словесная» война. Встречаясь после построений утром, рядовые пытались поддеть друг друга, вспоминая все новые и новые обидные или просто смешные факты о странах и различные стереотипы друг о друге.

«Разведка» в виде Соры в первый же день доложила Али, что солдат у полковника под началом всего шестьдесят пять. Камень свалился с плеч девушки: она-то уже почти поверила этому бело-синему хорохорившемуся павлину, ведь вел он себя так, будто под его контролем армия из полтысячи человек!

Али была очень благодарна Соре. Она радовалась тому, что жители деревни на запрет о пересечении границы внимания не обращали. Во Вьерне вообще жили очень дружелюбные и хорошие люди. Несмотря на государственную границу, жители Вьерне считали друг друга своими. И война нисколько не повлияла на их дружеские отношения.

В общем, к удивлению Али, все шло даже лучше, чем она представляла поначалу. Девушка иногда думала о том, что, возможно, среди вражеских офицеров могли царить те же чувства, что и среди ее соотечественников. И Али сразу поняла: южане ожидали, что будут отбивать атаки партизан, а получили дружную спокойную деревню и кучку несерьезных вражеских солдат. А ведь и северяне думали ровно точно так же.

Но, пожалуй, центром всего этого оказалось все-таки противостояние двух командующих – Али и Ниманда, вражеского полковника. Имя наглеца девушка так же узнала от Соры.

Глава 3. Второе счастье

С момента прибытия в деревню вражеского войска прошла неделя. С того дня Али пришлось исполнять кучу дурацких обязанностей. Она составляла патрули, чего никогда раньше не делала, два раза в день обходила деревню сама, а еще пришлось проводить еще одно построение вечером. И все это для того, чтобы поддержать боевой дух личного состава. Ниманд не отставал. Дошло до того, что он начал выставлять своих подчиненных в качестве часовых на центральной площади.

Однажды утром на очередном построении Али мельком бросила взгляд на офицера. Она обратила внимание, как странно он себя вел. Ему как будто стоило огромных сил не потерять самообладание. Когда он попытался что-то сказать своим солдатам, его голос дрогнул, а сам он побелел от злости.

После развода подчиненные разошлись, а Али замешкалась на площади, стоя спиной к границе.

– А-а-а, – протянул голос за ее спиной. – Леди Ари.

Обернувшись, девушка увидела, что Ниманд подошел совсем близко к границе. Его дурацкая парадная форма сверкала на солнце. Офицер носил ее постоянно, и Али было интересно, как при каждодневном ношении она остается такой же белой и чистой. Порой воображение услужливо подкидывало картинку длинного бесконечного шкафа с вешалками, на которых висели нимандовы формы.

– Али, – поправила девушка.

– Oh, excusez-moi, Ali. J’ai une offre intressante.³

– Меня это, во всяком случае, не интересует.

– Жаль, – Ниманд хитро подмигнул. – Вы девушка интересная.

Он явно издевался, и Али не собиралась терпеть такое фамильярство. Воистину, наглость – второе счастье! В два шага девушка преодолела расстояние до границы, а затем, не переступая ее, ловко смазала наглецу по щеке. Удар получился не сильным, но ощущаемым. Ниманд покачнулся. Вид у него был преглупый.

– Vad idiot ni är!⁴ – прошипела Али.

Она резко развернулась и пошла домой. Пылая от ярости, Али, однако, поблагодарила небеса за то, что на площади кроме них двоих никого больше не было.

После этого инцидента Ниманд стал делать все ради того, чтобы взять реванш. Но каждый раз во время построений Али замечала, что он жутко злился, хотя и старался не показывать этого. Это удивляло, ведь он злился даже тогда, когда все шло хорошо. Девушка решила не зацикливаться на нем. Всего лишь еще одно досадное недоразумение, которое не стоит и капли внимания.

Все солдаты и офицеры в армии Ниманда были довольно простыми и заурядными на первый взгляд, и лишь к одному из них Али присмотрелась посерьезнее.

Это был высокий и статно сложенный человек, ловкий как кошка и сильный как медведь. Али часто видела, как он бегает утром до построения вдоль лесной опушки. На одном из построений Али сумела разглядеть его звание – подполковник. Он часто сопровождал Ниманда, словно тень, в прогулках по деревне и посиделках во дворах. Врага нужно знать в лицо, и Али продолжала наблюдать за таинственным офицером с идеальной прической.

Шли дни, отношения между армиями накалялись. Порой рядовым с обеих сторон приходилось удерживать своих не в меру распалившихся товарищей, не давая тем кинуться друг на друга и затеять драку. Даже солдаты понимали, что без особой необходимости не следует провоцировать открытый конфликт.

Офицеры не принимали участия в провокациях. Али, например, пропускала абсолютно все слова Ниманда мимо ушей. И с течением времени, надо отдать ему должное, он как будто успокоился: девушка практически не слышала от него колкостей. Не участвовал в перепалках и хмурый черноволосый подполковник. Он вообще был необычайно молчалив, и Али иной раз задавалась вопросом, а не немой ли он.

В один из жарких летних дней Али шла к Каре, по дороге думая о чем-то своем.

– Али! – услышала девушка оклик.

Она узнала голос, закатила глаза и обернулась:

– Что?

По ту сторону границы шагал Ниманд. Подойдя к забору какого-то участка, он закинул руки на ограду и сказал:

– Я хотел бы, чтобы вы составили мне компанию.

– Это исключено, – ответила Али, отметив, что он снова в своей парадной форме, даже кинжальчик не забыл.

– Мы бы могли поговорить об отношениях между нашими армиями. Обсудить границу. Деревня все-таки одна. Уверен, вы согласитесь со мной, когда я расскажу вам о своих соображениях.

– Нам нечего обсуждать, Ниманд.

– Вы знаете мое имя? – удивленно спросил он.

– А вы решили поговорить со мной по-человечески? – и Али тут же ответила: – Зря вы считали, что это может остаться тайной.

– Так все же, вы согласны на une petite promenade⁵?

– Nej, tack⁶. И я не хочу больше с вами разговаривать, Ниманд.

И Али пошла дальше, оставив его глубоко раздосадованным. Ничего удивительного: ей казалось, что Ниманд мог пойти на что угодно лишь бы снискать славу и удовлетворить свои амбиции. Хотя Али и не имела склонности к паранойе, но вот оставаться с ним наедине ей не очень-то хотелось.

С Карой она встретилась, а вот рассказывать о Ниманде не стала. Пусть это останется только между ними, это даже солдат-то не касается, не говоря уже о гражданских. Этим же вечером на построении она украдкой взглянула на него. Он снова был рассержен чем-то. Когда построение закончилось, девушка поспешила покинуть площадь, хоть бы Ниманд опять не пристал.

Дома Али решила лечь спать пораньше. Она попробовала уснуть, но ничего не получалось. Провалявшись в обнимку с Касси с полчаса, Али все-таки встала и оделась. Возможно, прогулка на свежем воздухе поможет потом уснуть. Али дошла до площади и уже хотела поворачивать назад, как раздался визг. Резко развернувшись, она поначалу никого не увидела. Лишь через десять секунд глаза различили вдалеке силуэты ребенка и мужчины.

– Пусти! – кричал первый.

– Ты, отвратительный мальчишка, думаешь, твое поведение осталось бы безнаказанным?

Это же Ниманд! Что он делает?!

– Ты враг! – ответил мальчик.

И тут Али похолодела от ужаса: Сора!

Не задумываясь, девушка бросилась через границу. Она знала, что такое вопиющее нарушение может привести к открытой войне, но Сору надо было спасать. Схватившись за пистолет, Али затормозила в пяти метрах от борющихся.

– Ниманд! – крикнула она.

Мальчик и офицер обернулись, оба тут же замерли от неожиданности. Ниманд держал Сору за воротник. Парнишка, увидев Али, весь сжался. Полковник же сощурился.

– Отпустите мальчика! – Али, почти не отдавая себе отчета вытащила пистолет из кобуры, но направлять на офицера пока не торопилась.

– Уберите оружие, Али, – приказным тоном отозвался Ниманд.

– Я не позволю вам навредить Соре!

– Он шпионил. Для вас?

– Что?

– Шпионил, – по слогам проговорил офицер, рассерженно глядя на Али.

– Нет, этого не может быть! – девушка не верила своим ушам.

Сора не мог поступить так низко. Ведь одно дело посчитать солдат на площади и выведать имя Ниманда, услыхав обрывок разговора, и совсем другое прокрадываться ночью в чужие владения и выведывать военные тайны. Еще и в самоволку.

– Но он это делал, – с нажимом ответил Ниманд. – Он вам потом сам расскажет. А сейчас…

– Ниманд, он всего лишь мальчишка. К тому же, не лишенный детских фантазий.

– Али! – Ниманд предупредительно кивнул на пистолет.

– Только после того, как вы отпустите Сору!

Ниманд досадливо тряхнул головой, но разжал пальцы и отпустил мальчишку. Сора перебежал на другую сторону площади.

– Марш к моему дому и жди меня! – грозно крикнула ему Али, убирая пистолет.

Мальчик виновато кивнул и сорвался с места, только пятки засверкали.

– Так-то лучше, – Ниманд заметно расслабился, когда Али убрала пистолет.

– Что вы себе позволяете? – гневно спросила девушка, подходя к офицеру.

– Что ВЫ себе позволяете? – недовольно ответил полковник, кивая на границу.

– Сора – всего лишь глупый ребенок! Вы не имели права с ним так обращаться!

– Ваш Сора нуждается в хорошей взбучке! Спросите у него, чем он занимался на построениях? А сегодня у меня под окнами? – глаза Ниманда метали молнии.

И все же его претензии к мальчишке были справедливы, и Али оставалось лишь пойти на попятный. Девушка умела признавать свои ошибки, пусть это и не всегда было приятно. Она вздохнула.

– Я надеюсь, это останется между нами, Ниманд, – разворачиваясь, чтобы уйти, проговорила Али. – Сегодня ничего не случилось. God natt⁷.

– Вы направили на меня пистолет, Али, – холодно ответил он. – Но меня радует, что вы тоже хотите мира. Bonne nuit⁸!

Предпоследняя фраза заставила Али немного оступиться, но она все же перешла границу. Тоже?..

Глава 4. Ничто не предвещало беды

Али вскоре пришла домой. На крыльце с убитым видом сидел Сора.

– В чем дело? – сердито спросила девушка. – Как ты мог так подставить меня?

– Я хотел разведать, чем занимается враг. Но случайно отвлекся, а когда вернулся к наблюдениям, то понял, что он стоит у меня за спиной, – всхлипнул Сора. – Я испугался, Али.

Глядя на расстроенного мальчика, Али быстро перестала сердиться.

– Какой ты глупый, Сора, – сказала она, присаживаясь рядом. – Нельзя подглядывать за людьми, это неприлично и невежливо. Не важно, кто этот человек тебе – друг или враг. Мы должны уважать всех, даже своих врагов.

Конечно же, Али умолчала, что на самом деле обычно процветало в военной среде: шпионаж, разведка, партизанство и диверсии. В конце концов, в данный момент речь шла совершенно о другом.

– Уважать врагов? – переспросил Сора.

– Да. Офицер не убийца, а защитник – такой же, как и его противник. А защитники всегда достойны уважения.

– А-а, – протянул Сора.

– Ниманд что-то говорил про построения. Что он имел в виду?..

Сора замялся.

– Ну, э-э-э… В общем, все это время я мешал ему проводить построения, чтобы он выглядел совсем по-дурацки, Али. Я… В общем, я делал кое-что, чтобы его позлить.

Али была просто убита. Так вот, в чем дело! Ну, кто ж знал?!

– Сора! – строго сказала Али. – С сегодняшнего дня я запрещаю тебе приближаться к площади менее чем на сто метров во время наших построений! В течение недели ты в это время будешь вне поля зрения кого бы то ни было из солдат!

– Хорошо, – виновато понурил голову мальчишка.

– Это послужит для тебя хорошим уроком. И надейся на благородство Ниманда. Если бы он в действительности был таким, каким ты его себе представляешь, у нас уже были бы большие проблемы. А ты еще хочешь поступать в военный колледж! Там никто и близко не потерпит ничего подобного!

– Я понял, Али. Я больше не буду вести себя как детсадовец и подставлять тебя.

Девушка улыбнулась и обняла Сору. Мальчик обнял ее в ответ.

– Домой сам доберешься?

– Конечно.

– Маме ни слова. Скажи, что был у меня. Ты достаточно наказан за свои ошибки.

– Спасибо, Али! Пока! – и он убежал.

А Али, глубоко вдохнув теплый ночной летний воздух, встала со ступеньки и вошла в дом. Прогулка действительно нагнала усталости. А одна-единственная фраза не выходила у девушки из головы: «Я рад, что вы тоже хотите мира, Али».

Она-то считала, что прекрасно знакома с типажом такого человека, как Ниманд. Амбициозный, целеустремленный. Такие люди всегда проявляли гиперответственность. Они продумывали каждый шаг, а за лаврами полезли бы даже в Ад, если бы знали наверняка, что получат их.

И вот после его слов представления Али развалились, как песчаный замок под напором волн. Неужели Ниманд тоже считал, что война – это глупость?..

***

На следующее утро сразу после построения Али отправилась в аптеку, докупить кое-каких медикаментов. К счастью, аптека располагалась на территории северного государства.

За прилавком никого не было. Девушка прошла к нужному стеллажу с лекарствами. Наклонившись, чтоб рассмотреть препараты на нижних полках, Али увидела знакомый черный кожаный пояс с золотыми цепями, за которые были подвешены позолоченные ножны.

Офицер чуть не упала от неожиданности. Выпрямившись, она обошла стеллаж и заглянула в соседний ряд. Собственной персоной, в дурацкой белой парадной форме, там стоял Ниманд Рехштайнер и что-то с печальным видом рассматривал.

– Ниманд? – удивленно воскликнула Али.

– Али! – повернулся он к ней.

Он явно воспринял их встречу скорее как приятную неожиданность.

– Что вы здесь делаете?

– Танцую, – ответил Ниманд, но сразу добавил: – Покупка лекарств является уважительной причиной для пересечения границы.

– Вы не выглядите больным, – усмехнулась Али.

– К сожалению, Фурнó сам не может сходить за лекарствами, – убийственным тоном ответил офицер.

– Фурно?

– Фурно Эберлé. Вы его наверняка видели, высокий черноволосый, подполковник. Он мой друг и он слег с гриппом вчера. Ума не приложу, как? Лето ведь на дворе.

– Бывает. Но что тогда вы делаете перед полкой с мазями от боли в суставах?

– Я толком не успел разглядеть, что здесь лежит. Впрочем, я все равно совершенно не разбираюсь в лекарствах. Нам их обычно выдают с рецептами в санчасти. А помогать кому-то тем более никогда не приходилось, – развел руками Ниманд.

– Идемте, – Али поманила его за собой и обошла стеллаж.

Офицер покорно проследовал за ней.

– Грипп, значит, – пробормотала девушка. – Возьмите вот это.

Она сняла с полки ярко-зеленую коробочку.

– Помогает снять боль в горле, – объяснила она. – И вот это (белая упаковка с большими буквами), против насморка.

Али поискала еще с минуту и, наконец, в руках у Ниманда оказалась третья плоская ярко-красная коробочка.

– А вот это поможет восстановить иммунитет.

Она выпрямилась и посмотрела на Ниманда. В его глазах было неподдельное восхищение.

– Что такое? – с недоумением поинтересовалась она. – В коробках есть инструкция по применению.

– Вы спасли моего друга, Али, – сказал Ниманд с восторгом. – Я ваш должник. Только попросите, я что угодно…

Али еле слышно охнула и возвела глаза к небу.

– Али, я серьезно.

– Ну, хорошо. Отстаньте от меня, бога ради, Ниманд, – сказала Али. – Это все, чего я прошу.

Полковник разом сник и выглядел разочарованным. Он, кажется, надеялся на более приятное желание.

– Что ж, уговор есть уговор, – проговорил он.

Али кивнула и отошла к другому стеллажу, оставив разочарованного полковника. Тот с минуту постоял на месте, а затем пошел оплачивать покупку.

Весь оставшийся день Али занималась делами по хозяйству. Приехав во Вьерне, она решила как следует отдохнуть от быта, поэтому вот уже несколько недель она не утруждала себя серьезной уборкой. Да и дворик она запустила уж слишком сильно: между плиток торчали сорняки, а скамейка под одной из яблонь скрылась за высокой травой. Конечно, можно было попросить кого-нибудь из подчиненных солдат или даже жениха Кары Хельда покосить траву. Но Али решила сделать все сама, заодно и научиться.

К вечеру девушка валилась с ног. Она хотела было прилечь и отдохнуть с книжкой, но раздался громкий стук в дверь. Девушка потащилась к двери, безмолвно вопрошая, кого же принесла нелегкая в такой час. А за дверью стояла напуганная и взволнованная Кара.

– Али! Сора пропал! – закричала она.

Гром среди ясного неба.

– Как? Когда? – накинулась Али на подругу.

– Еще утром, его мать думала, он ушел погулять, но он не возвращается! Его нигде нет!

– Черт бы драл этого мальчишку, – воскликнула Али.

Переодеваться не было времени, и девушка выскочила из дома в домашних шортах и майке. Подруги вышли на главную улицу. Потихоньку спускались сумерки, еще немного и станет совсем темно.

– Ладно, Кара. Поспрашиваешь у местных? А я займусь той стороной, – Али махнула в сторону вражеской части деревни.

– Если тебя там увидят, это обернется большими неприятностями!

– Я знаю. Но Сору я в беде не оставлю, – она вспомнила случай с Нимандом, об этом она подруге так и не рассказала.

Если мальчик опять попался офицеру, только Али сможет его вытащить из неприятностей.

– Будь осторожна.

– Конечно. И Кара, прикрой меня перед жителями и солдатами, если что.

– Разумеется.

Девушки разошлись.

Пересекать границу прямо посреди площади было бы самоубийством. Али перешла ее по прилегающей к площади улице, прячась между заборами жилых участков и деревьев. Девушке удалось пройти на южную сторону незамеченной. На улицах было пусто, большинство жителей деревни в это время видели уже десятый сон.

Али углубилась на вражескую территорию. Дома, предоставленные военным, она замечала издалека: над дверями висели красные флажки с синими крестами.

Девушка шла дальше, за пределы деревни. Возможно, Сора ушел на озеро. Туда можно было попасть и не заходя на территорию врага, но это заняло бы слишком много времени. Вдруг позади раздались голоса. Патрульные солдаты! Как же Али забыла про них! Говорившие приближались, а Али не знала, что делать. Она не успеет убежать. Если патрульные Ниманда ее тут поймают, они в праве будут объявить войну, сославшись на вражеское вторжение. Сердце успело отбить один удар, как вдруг кто-то схватил девушку за плечи и резко дернул назад. Али едва не вскрикнула, но ей зажали рот ладонью и потащили куда-то через проулок между домами.

Девушка попыталась вырваться. Страх накрыл ее ледяной волной. Внезапно тащить ее перестали и кто-то прошипел на ухо:

– ТССССС!

Офицер начала вырываться еще яростнее. И оружия у нее с собой не было!

– Ради всех святых, Али, успокойтесь!..

Девушка замерла.

– Неужели.

Хватка ослабла, Али отпрянула в сторону.

– Ниманд! – шепотом воскликнула она.

– Да, это я. И, похоже, вовремя. Что вы здесь забыли? – офицер выглянул из-за угла дома и тут же сам ответил на свой вопрос: – Не прогуляться же вы вышли. Если бы мои парни увидели вас здесь, даже я не смог бы вас спасти. Мне пришлось бы написать в штаб о вторжении и…

– А будто вы не напишете! – раздраженно перебила его Али.

– Я только что спас вашу жизнь. Как вы думаете, это имело бы смысл, если бы я намеревался развязать войну? – Ниманд вопросительно поднял бровь.

Али была вынуждена про себя согласиться, что не имело бы.

– Так что вам нужно в моей стране?

– Сора пропал.

– Тот самый мерзкий мальчишка? – скривился Ниманд.

– Сора не мерзкий! Я пошла искать его. Я надеюсь, что ваши люди не нашли его раньше.

– Я понимаю вас, – перебил Ниманд. – Мои парни знают, что Сора шпионил.

Али ахнула.

– Патрульные ушли, – как ни в чем не бывало, сообщил Ниманд. – Где вы хотели искать его?

– Я шла к озеру.

– Идемте.

– Что?

– Я иду с вами.

– Нет, давайте без этого!

– Какая вы упрямая! Вы чуть не попались моим солдатам, и все равно хотите в одиночку продолжать поиски! – Ниманд нахмурился, а затем добавил: – Это не обсуждается. Я иду с вами!

Али поняла, что от него не отвязаться. Тем более, он действительно только что спас ей жизнь. В конце концов, она недовольно кивнула.

– Отлично, идем, – и офицер направился за дома.

– Озеро там, Ниманд!

– Дворами будет безопаснее.

А выйдя к озеру, Али сразу увидела Сору. И внутри что-то оборвалось: мальчик лежал на берегу без движения.

Глава 5. Двое во Вьерне

– Сора!

Али подбежала к нему. Коснувшись шеи, она почувствовала пульс. Жив, слава богу!

– Без сознания? – спросил подошедший офицер.

– Похоже. Что же с ним случилось! Нужно срочно отнести его в наш медпункт, – Али опустилась перед мальчиком на колени. – Помогите, Ниманд.

Он внимательно посмотрел на Али, затем присел рядом с Сорой и поднял мальчика с земли.

– Какой он легкий, – удивился Ниманд. – Сколько ему лет?

– Четырнадцать, – ответила Али, шагая рядом.

– Не может ребенок в четырнадцать лет весить так мало. Что-то с ним явно не так. Он не болен?

Али покачала головой и с тревогой закусила губу. А Ниманд с Сорой на руках в этот раз пошел прямо по главной улице деревни. Он почти бежал, и девушка едва поспевала за ним. Перед границей офицер остановился.

– Я не хочу рисковать и дальше не пойду, – сказал он. – Вы справитесь, Али. Тем более медпункт не далеко.

Ниманд передал мальчика девушке. Та взвалила парнишку на плечи. Сора действительно оказался очень легким!

Переступив границу, Али повернулась и проговорила вслед уходящему полковнику:

– Спасибо, Ниманд.

А затем так быстро, как могла, пошла к медпункту деревни. Девушка не заметила, как после ее слов резко, будто споткнувшись, остановился Ниманд.

***

Когда Сора очнулся, выяснилось, что с ним почти все в порядке. Утром он поссорился с родителями и убежал из дома. Весь день мальчик бродил по лесу, а под вечер решил погрустить у озера. Из дома он убежал, даже не позавтракав. Разумеется, к концу дня мальчик совсем ослаб. Он упал в обморок прямо на берегу буквально за минуту до того, как его нашли Али с Нимандом.

Выяснилось также, что Сора сильно не добирает в весе. Он плохо питался и был совсем худым. Доктор назначил ему сбалансированную диету и теперь, когда мальчик приходил к Али, она обязательно кормила его чем-нибудь очень сытным.

– Я так растолстею, – недовольно ворчал Сора, доедая овощной салат и огромный мясной стейк.

Впереди мальчика ждал десерт из булочек с кремом, испеченных Карой.

– Не растолстеешь, ты еще мал для этого. И вообще, не обязательно голодать, чтобы быть стройным. Просто тренируйся, условия ведь позволяют.

Али говорила о небольшой спортивной площадке. Помимо нескольких турников и бревен для гимнастики площадка была оснащена тренажерами и волейбольным полем. Монарх распорядился построить все это в деревне, чтобы его солдаты не скучали и не теряли формы.

– Я не умею, – сказал Сора.

– Не страшно, я научу тебя. Завтра после построения сходим на площадку. Будешь упражняться под моим руководством, повторять за мной.

Сора согласно закивал и снова принялся за еду.

***

Июнь закончился, наступил жаркий июль. Даже в летней форме офицеры изнывали от жары, а вот Ниманд продолжал носить парадную. Разумеется, просто так носить парадную форму военнослужащим было не положено, но во Вьерне Ниманд стал сам себе командиром и мог устанавливать свои правила. Чем и воспользовался. А Али замечала, что такой его вид раздражал не только ее солдат, но и даже подчиненных самого Ниманда. Единственным, кого не выводила из себя эта яркая одежда с обязательным атрибутом в виде кинжала, был Фурно.

И хотя напряжение в отношениях между армиями за прошедший месяц немного снизилось, рядовые все равно не упускали возможности поддеть друг друга.

С момента происшествия с Сорой минули две недели. Али как-то поймала себя на мысли, что потихоньку привыкает к присутствию Ниманда в деревне. Да и он, похоже, тоже смирился с тем, что северяне пришли во Вьерне первыми.

Али надеялась, что, глядя на своих начальников, солдаты тоже перестанут заниматься ерундой. Ее надежды оправдались лишь частично. Офицеры и старшины действительно перестали обмывать кости врагам. А вот некоторые рядовые никак не могли прекратить вступать в глупые перепалки.

Вернувшись однажды от дядюшки Бу Эдельсона, Али решила лечь спать пораньше. Как выяснилось позже, не зря. Проснулась она от громкого стука в дверь. Вскочив с кровати, она не сразу поняла, что случилось. Тут же она вспомнила, как к ней постучалась Кара после пропажи Соры.

Прямо в пижаме Али выскочила из чердака-спальни и сбежала по ступенькам вниз. Стук повторился, в этот раз громче. Бросив взгляд на часы, она увидела, что стрелки показывают четвертый час утра. Да что могло произойти?!

В три прыжка оказавшись возле двери, Али распахнула ее, ожидая увидеть кого угодно, но только не…

– НИМАНД!

– Доброй ночи, Али. Впустите меня, пожалуйста. Если меня увидят здесь… – и он решительно шагнул за порог.

Шокированная девушка отступила на шаг назад. Офицер проскользнул в дом, Али закрыла за ним дверь. Какая наглость! Здравый смысл просто вопил о том, что полковника немедленно надо вытолкнуть обратно за порог и закрыть дверь. Но вспыхнувшее искрой в душе неожиданное чувство оказалось сильнее.

– Боже правый, Ниманд, четвертый час ночи! – разозлилась Али. – Что вы себе позволяете?

– Простите меня. Я не знал, как еще это сделать. Но мне нужно поговорить с вами.

– Я очень люблю спать, Ниманд. Благодарите бога, что я вчера вечером вернулась домой в хорошем настроении! Именно поэтому я не стану убивать вас за то, что вы разбудили меня среди ночи.

Она пригласила его сесть, а сама ушла в ванную. Через пять минут, умывшись и переодевшись, Али вышла в гостиную.

Ниманд тут же вскочил.

– Али, я прошу прощения. Вот, это вам, – и он протянул ей небольшой, но пышный букетик полевых цветов.

Изумленная Али посмотрела сначала на букет, а потом на ночного гостя, но цветы взяла. Бутоны их были закрыты: Ниманд сорвал их ночью и пришел к ней.

– Это все, конечно, очень мило, – сказала Али. – Но что вам все-таки нужно?

– Я хочу обсудить границу.

– Igen⁹… Я же сказала, нам нечего обсуждать.

– Но так было бы удобнее для обеих сторон! Я ведь не предлагаю забыть о ней. Мы просто сможем ее пересекать, когда нам понадобится что-то. Не ради прогулок или веселья, по уважительным причинам.

Нахмурившись, Али посмотрела на Ниманда. А ведь идея не такая уж и плохая, особенно после случая с Сорой. И все же это был очень слабый предлог для того, чтобы вломиться вот так посреди ночи в чужой дом. Но раз пришел, нужно его выслушать.

– Хорошо, что вы предлагаете? – все-таки сдалась девушка.

– Давайте неофициально отменим границу. А чтобы сохранить дисциплину, установим время, когда можно ее пересекать.

– Вы же понимаете, что, если об этом самоуправстве узнает кто-то наверху, ничем хорошим для нас с вами это не закончится? – мрачно спросила девушка, гадая, какова же была истинная причина его визита.

– Я понимаю, Али. Но, с другой стороны, мы уже убедились, что нашим монархам нет дела до Вьерне. С тех пор как моя армия здесь, от нашего правителя не пришло ни одного распоряжения.

Али кивнула, удивившись тому, что он рассказал ей об этом. Не побоялся ведь потерять репутацию в глазах девушки! Но сейчас это оказалось не так уж важно. Ниманд сидел без распоряжений только один месяц, а она уже все четыре.

– Хорошо. На построении я сообщу своим подчиненным о решении. А теперь уходите.

– Спасибо вам, Али. Но я бы хотел… ваше персональное разрешение. Фурно очень спортивный человек, и…

– Да, хорошо. Пусть занимается на площадке. Туда теперь ходит Сора. Может, ваш Фурно чему-нибудь научит мальчика.

Ниманд просиял. Девушка открыла дверь и посторонилась, пропуская его. Офицер замешкался на пороге.

– Ради бога, Ниманд! – прошипела Али. – Многие жители уже просыпаются в это время!

– Ухожу, – и он, улыбнувшись, быстро удалился, растворившись в предрассветном сумраке.

Али вдохнула прохладный ночной воздух. Она глядела ему вслед с удивлением и непониманием. Когда он так изменился? Когда он из амбициозного и наглого солдафона превратился в вежливого и спокойного мужчину? Как бы там ни было, этот человек начал открываться для нее с новой стороны.

Утром на построении Али объявила солдатам о формальной отмене границы. Она предупредила их, что обязательным условием для ее пересечения были какие-либо важные дела и уважительные причины. Али видела, что подчиненные не одобрили это. Тогда она сослалась на происшествие с Сорой, но и это не слишком-то убедило солдат, и Али втайне порадовалась, что написать рапорт или доложить обстановку в столицу имеет право только она. Заканчивая построение, девушка украдкой взглянула на Ниманда. Он, похоже, находился точно в таком же положении, как и она. Это немного успокоило ее. Когда он повернулся в ее сторону, она почти незаметно для остальных улыбнулась ему. Полковник замер: он явно этого не ожидал, а Али развернулась и отправилась домой.

***

Шли дни. Несмотря на то, что границу неофициально устранили, солдаты не торопились переступать ее. Из южан такой возможностью пользовались только Ниманд, Фурно и еще пара офицеров. И, конечно, это привело к тому, что Али и Ниманд стали сталкиваться чаще. Девушка стала замечать, что все чаще думает о нем. Она безуспешно пыталась оправдать это недавней встречей, но в глубине души знала, что причина кроется в совсем другом. «Не потому ли, что он тебе интересен?» – иногда шептал ей внутренний голос.

Ниманд уже давно перестал пытаться задеть Али. Весь его апломб исчез, он стал вежлив, деликатен и отчасти именно поэтому Али перестала видеть в нем врага. Не давала покоя и мысль о полевых цветах, которые он принес тогда ночью. Да и о самом его визите. Али все чаще ловила себя на том, что ей это было приятно.

Сора продолжал ходить на спортплощадку. Он стал контактировать с Фурно, спрашивая у офицера советы. Однако Фурно держал дистанцию, отвечая на вопросы, он не выводил отношения с мальчиком за рамки «учитель-ученик». Южанин старался посещать площадку так, чтобы не сталкиваться с подчиненными Али и не провоцировать их на лишнюю агрессию. Иногда они с Нимандом приходили позаниматься, но площадка оказывалась занята играющими в волейбол северянами. В такие моменты друзья не выходили из тени растущих вокруг площадки деревьев, и вражеские солдаты их не замечали. Но если в одной из команд играла Али, Фурно, как не пытался, не мог заставить Ниманда уйти. Тот с зачарованным видом наблюдал за тем, как девушка подает и отбивает мячи; весело улыбается, когда атака проходит успешно и хлопает по плечам своих товарищей по команде.

Как-то однажды вечером Али вышла прогуляться. Жара уже немного спала, девушка спустилась с крыльца и отправилась на задний двор своего дома, оценить масштаб неухоженности участка. Несколько неподстриженных яблонь, сорняки и отросшая трава. Надо было бы на этот раз попросить Хельда подрезать ветки яблоням и покосить траву. Али спокойно осматривала яблони, как вдруг ее тихо позвали:

– Али!

Она обернулась. На территории ее дома возле забора, отделяющего участки, стоял Ниманд.

– Что вы здесь делаете? Вам что-то нужно? Должно быть, у вас снова ко мне важный разговор, раз вы перелезли через забор ко мне в сад! – Али разозлилась не на шутку. – В следующий раз вы залезете прямо ко мне в спальню?! В дом однажды уже вломились!

– Прошу вас, не злитесь на меня. Я хотел…

Он сделал несколько шагов к Али. Вдруг на улице послышались голоса солдат. У девушки в глазах потемнело: рядовые сейчас увидят Ниманда!.. А вот офицер не растерялся. Схватив девушку за руку, он распахнул двери маленькой кладовой, толкнул туда Али и заскочил сам, как можно плотнее прикрыв дверь.

Кладовая предназначалась для хранения садовых инструментов, а поскольку хозяйка дома не любила заниматься садом и огородом, помещение пустовало. Али и Ниманд с трудом уместились в крохотном пространстве и теперь стояли почти вплотную друг напротив друга. Голоса солдат зазвучали совсем близко – видимо, они остановились у границы участка Али. Разговаривая о какой-то ерунде, они вовсе не торопились уходить.

Несколько минут Али смотрела на дверь, прислушиваясь к разговору. Но шея вскоре стала затекать, и девушка повернулась к Ниманду. Оказывается, все это время он не сводил с нее взгляда. Его чувства к ней; эмоции, которые Али у него вызывала, невысказанные словами, отразились в его глазах, и девушку от этого бросило в жар. Она обо всем догадалась, но решила не подавать вида. Али вопросительно свела брови, но офицер никак не отреагировал.

Она глубоко вдохнула, попытавшись успокоить колотящееся сердце. Али ощутила приятный тонкий запах парфюма офицера. Девушка подняла взгляд и отметила, что у Ниманда очень длинные и густые ресницы; внезапно осознала, что эта деталь ей безумно в нем нравится. Несколькими секундами позже Али рассердилась на себя за это.

Неестественно сгорбленная спина Ниманда заныла и начала болеть. Подняв руку, он уперся ладонью в стену над головой девушки, чтобы хоть как-то распределить нагрузку. Офицер не мог заставить себя перестать смотреть на Али. Он уже давно признался себе в том, что она ему нравится, но теперь он понял, что эта симпатия гораздо глубже. Лучик света, проникающий сквозь щель в створках дверец, разбивал мрак, и Ниманд мог разглядеть каждую черточку миловидного треугольного личика девушки. Взгляд офицера скользил по ее бровям, утончавшимся к кончикам; широко распахнутым большим светло-серым глазам; аккуратному носу; чуть приоткрытым полным губам маленького рта и небольшому подбородку. Под нижней губой, почти у самого уголка рта девушки Ниманд заметил маленькую родинку.

Блики плясали на черных непослушных волосах Али, а по виску катилась капелька пота. Как же приятно было стоять так близко к ней, стараясь ни одним случайным движением, ни одним слишком шумным вдохом не разрушить этот чудесный миг! Когда девушка повернулась и посмотрела на него, он не отвел взгляда, хоть это и потребовало от него невероятных усилий. Так они и стояли, в тесной узкой каморке, глядя друг на друга, а солдаты тем временем давно ушли.

Али внезапно опомнилась. Она тут же поняла, что опасность миновала. Толкнув рукой дверь, она вышла из кладовой и разрушила это странное общее наваждение. Она отошла от кладовой на пару шагов и остановилась, глубоко и часто дыша.

– Али! – за ее спиной тихо позвал Ниманд.

– Советую вам уйти, пока солдаты опять не вернулись, – сказала Али, стараясь сохранить голос твердым.

Ниманд сделал шаг к ней, но она тут же без оглядки быстро направилась к крыльцу дома. Полковник только услышал, как поворачивается ключ и щелкает механизм дверного замка. С секунду постояв на месте, он направился к забору, перемахнул через него и скрылся в тени деревьев.

Али прислонилась к двери и закрыла глаза. Что это было? Она почувствовала какую-то странную слабость, колени дрожали и подкашивались. Девушка подумала, что если потеряет твердую опору, то непременно упадет. Али не знала, сколько ей потребовалось времени, чтобы прийти в себя. Наконец она отошла от двери, почти бегом пересекла комнату и упала на диван. Подтянув к себе подушку, девушка обняла ее и свернулась клубком.

С приятной дрожью она вспомнила эти мгновения в кладовой – Ниманд был так близко! Стоило ему только наклониться, он мог бы коснуться губами ее губ. А если бы Али подалась чуть вперед, то смогла бы положить голову офицеру на грудь и услышать стук его сердца. Но никто из них ничего такого не сделал. Али поняла, что жалеет об этом. А с другой стороны, они ведь не смогут быть вместе. Даже если в итоге из их отношений ничего серьезного так и не получится! Они – офицеры двух воюющих стран. Любые их отношения – измена родине. А подобное ни для Али, ни для Ниманда просто неприемлемо! И от этих мыслей разом пропадало все тепло, дрожь сходила на нет, оставались лишь колючие иголки досады.

Али прекрасно понимала – ее чувства взаимны. А сам Ниманд? Что думал об этой ситуации он? Но не подойдешь, не спросишь просто так. Девушка одним движением перевернулась на другой бок. Закрыв глаза, Али уткнулась лицом в подушку. Ниманд…

Первое впечатление он, конечно, произвел совершенно дурацкое. А вот гораздо позже показал себя настоящего. Али вспомнила о цветах: она ни разу с тех пор не открывала книгу, в которой они хранились. Ей было как-то неловко это сделать. И неловко признаться себе, что ей приятен такой знак внимания, что ей нравится Ниманд; что незаметно для самой себя, девушка влюбилась в этого наглеца.

Если бы он только не был полковником вражеской армии! Как же невовремя Ниманд, ворвавшись к ней в душу, все перевернул там вверх дном, оставив ее одинокий уютный мир в полном беспорядке. Приятном беспорядке.

Глава 6. Сора

На следующий день Али с тяжелым сердцем отправилась на построение. Но ей, если можно так сказать, повезло: Ниманда не было. Вместо него развод провел Фурно. Быстро закончив дурацкое мероприятие к большому удивлению солдат, Али отпустила их по домам, а сама решила прогуляться, подальше от деревни, привести мысли в порядок. Девушка решила уйти к лесному озеру: она уже давно облюбовала место на берегу под большой раскидистой плакучей ивой. Ветви ивы низко спускались над водой и берегом, образуя уютный купол, под ним можно было спрятаться от чужих глаз.

Странно, но это уединенное лесное озеро отнюдь не было популярно у местного населения. Жители Вьерне предпочитали весело проводить время на реке. К ней вела восточная дорога, одна половина которой проходила по территории южан, а другая – северян. В какой-то момент дорога круто сворачивала, уходя вглубь территории южной страны, а до реки оставалось несколько сотен метров по грунтовке. Али нравилось, что на озере практически никогда и никого не было.

Пройдя через площадь, девушка свернула на западную дорогу и направилась к выходу из деревни. Фурно проводил ее странным взглядом. А она не обратила на подполковника никакого внимания. Очевидно, что тот знал обо всем: Ниманд наверняка рассказал о случившемся лучшему другу.

На озере было тихо и свежо, квакали лягушки, плескалась рыба. Али присела под ивой и стала смотреть на воду. Вчера ночью она долго обдумывала ситуацию, в которую попала: ее угораздило влюбиться во вражеского полковника. Особенно смешно получилось, что это оказалось взаимно. Однако девушка четко знала: между ними ничего не будет, кроме вчерашнего недоразумения. А о нем, в свою очередь, не узнает никто. Они оба просто не могли спровоцировать эскалацию и без того напряженных отношений между странами.

Эти отношения должны прекратиться, об этом она думала всю ночь и сегодня утром во время построения. Из двух зол она решила выбрать меньшую. Это единственный выход.

– Али?

Девушка подскочила от неожиданности.

– Ниманд! – воскликнула она, поднимаясь на ноги. – Что вы здесь делаете?

– Гулял, – ответил полковник, не глядя на нее.

– Это вам Фурно сказал, что я здесь? – спросила девушка. – Не отпирайтесь.

Она смотрела на Ниманда, пытаясь угомонить отчаянно бьющееся сердце.

– Вы правы, – вдруг с улыбкой сказал он. – Я искал вас.

– Это еще зачем?

– А вы как думаете?

Сделав несколько шагов, он подошел к девушке. Теперь их разделяла всего пара метров. Али почувствовала, будто падает в пропасть. Уверенности как не бывало, только какое-то непонятное предвкушение на грани страха.

– Ниманд, – сказала она, стараясь, чтобы голос не дрогнул. – Я уверена, что нам нечего обсуждать…

Слова застряли в горле, все тело словно оцепенело, когда полковник подошел к ней еще ближе и взял ее за руку. Подняв кисть девушки, он прижал ее ладонь к губам. Темно-серые глаза офицера озорно блеснули.

– А я уверен, Али, что есть, – он на секунду прикрыл глаза, затем, снова посмотрев на нее, проговорил: – Я хочу быть ближе к вам…

Дзинь! Али показалось, что это слова Ниманда разбили остатки ее уверенности. Девушка метнулась к полковнику, обхватила руками его шею и поцеловала его. Она сама не знала и не ожидала, что сделает это. А руки Ниманда обняли ее за талию, он прижал девушку к себе, отвечая на ее поцелуй.

Через минуту Али прервала поцелуй, но не отстранилась. Ниманд чувствовал, как она мелко дрожит в кольце его рук. Странно, ведь не холодно, даже наоборот. Он опустил голову, коснувшись лбом ее лба, и закрыл глаза.

– Ниманд, я… – проговорила девушка шепотом. – Я подумала, что если не сделаю этого, то буду потом долго жалеть.

– Значит, все правильно сделала, – так же шепотом ответил он.

– Нет, – Али покачала головой. – Мы ведь не можем быть вместе. Мы оба это знаем.

Ниманд слегка улыбнулся.

– Тогда зачем ты поцеловала меня?

– Поступки влюбленной девушки лишены логики, – грустно усмехнувшись, ответила Али.

Она сделала шаг назад, а Ниманд, вопреки ее ожиданиям, отпустил ее. Он серьезно смотрел на нее, как будто не веря, что она сказала правду.

– Послушай, Ниманд, мы не должны больше встречаться. То, что я сделала и то, что сказала – было искренне. Я не жалею. Это было здорово. Но мы не можем встречаться. Ты же понимаешь это?

– Да, измена родине и все такое. Ты об этом ведь думаешь? Я согласен с тобой. Мы рискуем всем. Не только собой, верно? – странная улыбка появилась на его губах.

Али ощутила укол совести. Здравый смысл просыпался в ней, и теперь она укоряла себя за минутную слабость. Но, как она уже сказала, если бы она не сделала этого, то очень бы жалела. Она не знала, что сказать ему еще. Боги, как глупо все получилось! Девушка отступила на несколько шагов назад, собираясь уйти, но Ниманд схватил ее за руку и притянул к себе, еще раз крепко обняв. Несколько секунд – и Али, вырвавшись, пошла в сторону деревни, оставляя полковника на берегу озера в одиночестве.

Никто из них двоих не заметил, что третий, все это время наблюдавший за ними из-за куста дикой сирени, бессильно опустился на колени.

***

Несколько дней пролетели незаметно. У Али, как не странно, было все хорошо. Мысли о Ниманде не покидали девушку, но она была уверена, что поступила правильно. Они никогда не смогут быть вместе, и лучше, чтобы все закончилось, так и не начавшись. Али старалась не смотреть на Ниманда. Как только она его видела, сразу вспоминались моменты у озера. Интересно, а о чем думал он, глядя на нее?

Однажды Али случайно бросила взгляд на Ниманда во время построения. Он выглядел (или старался выглядеть?) так, будто ничего не происходило. Перехватив ее взгляд, он вежливо кивнул ей, но от нее не ускользнуло, что при этом он нахмурился.

В общем, все шло своим чередом и ничто не менялось.

Кроме одной вещи – поведения Соры. Он почему-то начал избегать Али и перестал посещать построения, хотя раньше не пропускал ни одного. Мальчик не приходил к Али по вечерам, а если они встречались на улице, то перебегал на другую сторону дороги и делал вид, что не заметил девушку. Если перейти дорогу было невозможно, он просто разворачивался и быстро уходил.

Али удалось как-то застать Фурно в одиночестве на спортивной площадке и спросить у него, что происходит с мальчиком. А подполковник ответил, что вот уже несколько дней не видел Сору на спортплощадке. Али очень хотела поговорить с мальчишкой, но он не давал ей такой возможности. Решив, что у него могут быть временные трудности, например, в семье, Али оставила попытки поймать его в деревне и сосредоточилась на своих делах.

Недавно на построении, которое к концу превратилось просто в дружеское собрание армии (что не могло не радовать), Али предложила сделать для деревни что-нибудь полезное. Солдаты и так часто жаловались ей на то, что заняться здесь совсем нечем. Иногда Али отпускала их по двое-трое в ближайший город и вскоре заработала себе отличную репутацию «своего командира». При этом она понимала: такие поездки – серьезное нарушение дисциплины, и, если бы кто-нибудь узнал, ей бы грозило в худшем случае увольнение. Но солдаты, не будь дураками, молчали ведь даже такие короткие отлучки спасали их от скуки.

В тот вечер они все вместе обсуждали, что же можно сделать для деревни и ее жителей полезного. Али предложила помочь с облагораживанием территории: привести в порядок улицы, скосить траву, разбить вокруг площади клумбы. К тому же каждый житель деревни мог присоединиться к работам при желании.

Али никак не ожидала, что солдаты откликнутся на эту идею с таким энтузиазмом. Похоже, они и правда устали сидеть целыми днями без дела. Глядя на то, как подчиненные заинтересованно обсуждают эту идею, девушка ощутила гордость и радость.

Удивительно, но заинтересовались и южане. Али уже собиралась уходить, как ее окликнул Ниманд. Сердце на секунду замерло, а потом забилось быстрее. Девушка оглянулась и увидела, что офицер стоит у самой границы. Подойдя поближе, она поздоровалась:

– Добрый вечер, Ниманд.

– Добрый вечер.

От Али не ускользнула пара косых взглядов ее солдат. Но сейчас девушка не стала заострять на этом внимание.

– Вы ведь не собираетесь выяснять отношения прямо здесь? – с опаской спросила она, мучаясь от того, что не может просто пересечь чертову границу, подойти к нему вплотную и обнять.

– Восприму этот вопрос несерьезно, – ответил Ниманд, помрачнев. – Я просто хотел узнать, что за мероприятия вы обсуждали со своими солдатами? Я заметил, что вы держались друг с другом, как друзья. Это же не военная тайна?

– Отчего же, – ответила Али, повернув голову немного правее и украдкой посматривая на него. – Моим подчиненным нечего делать. Мы решили помочь деревне. Как только все подготовим, начнем облагораживать нашу территорию.

– Ваши люди согласны на это? – удивился Ниманд.

– Более того, они сами предложили кое-какие идеи. Северяне неплохие люди, Ниманд. Хотя я знаю, как наши народы иногда относятся друг к другу.

– Il y a des gens parfaits parmi des Nordiques¹⁰, – тихо сказал Ниманд, и грусть отчетливо прозвучала в его голосе.

– Bland sydlännings också¹¹, – ответила Али. – Ниманд, а могу я задать один вопрос?

Она не смогла удержаться от этого.

– Хоть сто один.

– Почему вы постоянно носите эту форму?

Ниманд, кажется, немного воодушевился.

– Я считаю, что это поднимает боевой дух рядовых и мотивирует.

Но Али посмотрела на него со скептицизмом.

– Но это всех раздражает, Ниманд. Всех, кроме Фурно.

– Серьезно?.. – похоже, он даже не подозревал об этом.

– Еще как серьезно. Ладно, мне пора.

– Постойте, Али. Я только что подумал, что мы могли бы вам помочь. Мои люди могли бы заняться нашей стороной деревни. И я хотел бы спросить, что именно вы собираетесь делать? Мы бы присоединились к нам.

Али удивленно посмотрела на него. Интересный поворот.

– Ну, хорошо, нет проблем.

Когда она рассказала об их планах, офицер произнес только одно-единственное тихое «Спасибо». В ответ девушка кивнула. Махнув рукой, она развернулась пошла домой, отчаянно желая остаться рядом с ним хотя бы еще ненадолго. Уходя, она услышала судорожный выдох. Два дурака, созданные друг для друга, и они не могут быть вместе из-за стечения обстоятельств!

После этого разговора Ниманд перестал носить парадную форму. Как и остальные военнослужащие, он теперь надевал повседневную летнюю форму. И Али испытывала неловкость, признаваясь себе, что ей нравится такой его новый образ.

В назначенный день военнослужащие обеих армий принялись за работу. Али взяла совок для земли, рыхлитель и кадку с саженцами цветов. Утром несколько рядовых навезли к краю площади несколько центнеров земли и огородили место бордюром, создав, таким образом, клумбу. По другую сторону границы было сделано то же самое – командующие заранее обговорили, что все лучше делать симметрично.

Али самозабвенно перекапывала землю, как по ту сторону клумбы на плитку площади с грохотом приземлилась кадка с цветами. Девушка дернулась от неожиданности и подняла голову, рассерженно глядя на возмутителя спокойствия.

– Простите! – еле слышно проговорил Ниманд.

Али вздохнула. Он ведь согласился с ней тогда у озера! Зачем же он это делает? Зачем постоянно пытается выйти с ней на контакт? Несмотря на свое решение, в глубине души девушка все еще хотела, чтобы их отношения имели хоть какой-то шанс. Но Али всякий раз брала под контроль свои эмоции и прислушивалась к голосу разума.

– Что вы здесь делаете? – спросила она, не глядя на офицера.

– Сажаю цветы. Вы ведь не против?

«Я только «за», – мелькнула мысль, а вслух девушка сказала:

– Ваше дело, разве я могу возразить.

– Еще как. Если вам неприятно мое общество, я уйду.

Но Али пожала плечами. Какое-то время они работали молча. Никто из них не решался заговорить первым. В конце концов, Ниманд спросил:

– Как у вас дела, Али?

– Все хорошо, – с некоторым удивлением ответила она.

– Я рад. Не представляю, каково было сидеть в этой деревне столько времени.

– Да. Уже пятый месяц пошел.

– Али, как вы вообще попали в армию? Если это, конечно, не секрет и я не лезу не в свое дело.

– Да нет, отчего же. Я попала под программу обязательного призыва для доукомплектации старшего офицерского состава, – ответила она с усмешкой. – Вы знаете: берут гражданских с расчетом на то, что они потом займут часть ведущих должностей. Якобы армии нужны такие кадры, нестандартные, с незамыленным креативным мышлением – ну и так далее.

Ниманд закивал.

– Да, я слышал об этой программе. Но среди моих знакомых таких людей нет. Точнее, не было. А как ваша семья отнеслась к этому?

– Хорошо, – просто ответила девушка.

Меньше всего ей хотелось обсуждать этот семейный вопрос сейчас. Ниманд же выглядел сбитым с толку, но Али вдруг ободряюще улыбнулась.

– Ну, а вы?

– Династия. Кадровый военный. Отец много рассказывал о своей службе, и мне с детства хотелось какой-то военной романтики. И вот теперь я тоже здесь. Должен сказать, я не могу не радоваться этому.

Али с упреком посмотрела на Ниманда и поспешила перевести разговор на другую тему. В конце концов, если они поговорят об отвлеченных вещах, никому от этого хуже не станет.

***

Через несколько дней после этого разговора, в конце очередного «рабочего» дня (на этот раз Али ухаживала за деревьями), вымотанная и с затекшей спиной, девушка отправилась домой принять душ. Она подумала, что потом неплохо было бы сходить к озеру: там сейчас тихо и прохладно, можно спокойно подумать.

Али добралась до озера без приключений. Присев у кромки воды девушка стала наблюдать за рыбками, плавающими под самым берегом. Она задумалась о Соре, совсем не понимая, что же творится с этим мальчишкой. Друзей Соры спрашивать бесполезно, они все равно ничего не расскажут. Нет, тут нужен какой-то другой подход.

– Али! – окликнул кто-то так громко, что даже рыбки уплыли с мелководья.

Девушка обернулась.

– Ниманд! Послушайте, мы с вами стали слишком часто сталкиваться «случайно»! – недовольно проговорила она, в который раз пытаясь унять дикое сердцебиение.

– Не только вам хочется теплым вечерком посидеть у озера и подумать, – сварливо отвечал офицер.

Али встала и повернулась к нему, однако не сказала ни слова, а просто стояла и смотрела на офицера. Да и он тоже не отличался сейчас рвением. Так бы они и стояли здесь, если бы не звонкий голос, дрожащий от ярости:

– Отойди от нее!

Офицеры одновременно обернулись. А Сора вихрем понесся к Ниманду. Али заметила, как что-то блеснуло в его руке: мальчик держал длинный охотничий нож. Офицер отреагировал быстрее. Он схватил подбежавшего Сору за руку с ножом и сильно сжал его запястье. Когда мальчик выронил нож, Ниманд легонько ударил парня в солнечное сплетение и отпустил руку. Сора отшатнулся и, не удержавшись на ногах, упал.

– Ниманд! – вскрикнула Али.

– Все с ним будет в порядке, – сказал тот. – Вы только посмотрите на это!

Он брезгливо поддел нож носком берца. Али с непониманием и испугом посмотрела на Ниманда. Сора вскоре действительно немного отошел от удара. Тогда Ниманд рывком поднял его на ноги и прислонил к дереву для большей устойчивости.

– Что ты себе позволяешь? – грозно спросил Ниманд.

Сора с ненавистью посмотрел на него, но промолчал. Он повернулся к Али.

– Отвечай ему, Сора, – потребовала та.

– Ненавижу тебя! – выплюнул паренек. – Враг! Сначала ты пришел в мою деревню, а теперь отнял у меня Али! Мою Али!

Ниманд отпустил Сору и отступил на шаг назад.

– Глупый мальчишка! – рассердился он. – Ты, наверное, мечтаешь развязать настоящую войну?

Мальчик не ответил.

– Сора! Как ты можешь? Мы ведь с тобой столько об этом говорили… Мы же друзья! – воскликнула Али.

– Мы были друзьями, пока ты не предпочла мне его! – заявил он.

– Ты неправ! Никого никому я не предпочитала, – грустно сказала Али. – С чего ты вообще взял, что у нас с Нимандом что-то есть?

– Я видел вас! – зазвенел его голос. – И не раз! Ты предала нас всех, общаясь с… этим!

Али остолбенела от ужаса, а Ниманд напрягся.

– Это ничего не значит, – наконец выговорила девушка. – Мы не можем быть вместе, даже ты должен был это понять.

Но мальчик выпрямился, как струна. Не глядя ни на кого, он отошел на пару шагов вглубь леса, а затем бросился бежать. Когда он исчез, Ниманд посмотрел на Али.

– Я от него этого не ожидала, – девушка подняла дрожащую руку и запустила тонкие пальцы в волосы, убирая назад челку.

Ниманд в ответ лишь повел плечом. Настроение его испортилось окончательно. Он развернулся и пошел прочь. Али не подошла к нему, не позвала. Зачем? Они же все решили.

Вечером, лежа в постели, девушка подтащила к себе безмятежную Касси. Кошка обрадовано умостилась в объятиях хозяйки и замурлыкала. Уткнувшись носом в пушистую мягкую шерсть любимицы, Али вздохнула. Кошка в ответ лишь сонно моргнула зелеными глазищами и продолжила мурчать.

***

С неприятного случая у озера прошла неделя. И за все это время Али ни разу не видела Сору, а с Нимандом встречалась только на построениях. Иногда девушка ловила на себе неодобрительные взгляды Фурно Эберле. Однако Али откуда-то знала, что Фурно можно доверять, он хороший и преданный друг, хоть и не была с ним знакома.

Фурно очень напоминал Али ее давнего лучшего друга – Тойве Сааресто. К сожалению, во Вьерне он не поехал. А девушке иногда так хотелось поделиться всем, что было у нее на душе, с Тойве! Он бы точно помог как-нибудь решить эти проблемы. Разница между Тойве и Фурно заключалась в том, что второй был серьезен, даже мрачен, до неприличия. Сааресто же даже на заданиях и в командировках умудрялся львиную долю времени тратить на развлечения и веселье. С ним невозможно было соскучиться, ведь ни одну из своих идей Тойве не использовал дважды. А вот в остальном эти два человека походили на братьев: оба умны, сильны и преданы. Да даже внешне похожи!

Как-то вечером Али, по своему обыкновению, сидела на крыльце и читала книгу. Пришлось накинуть повседневный китель: набежали тучи, поднялся ветер, вот-вот начнется дождь. В конце концов, на улице оставаться стало совсем некомфортно. Али понялась и зашла в дом, напоследок оглянувшись на улицу. Надвигался не просто дождь – ливень! Вдали в небе уже виднелась серая пелена. Вот жителям деревни это, конечно, только на руку. После стольких дней жары сухая земля, наконец, напитается влагой, и всходы пойдут с утроенной скоростью.

Али заперла дверь на ключ и продолжила чтение, расположившись перед камином. Примерно через час девушку стало клонить в сон. Убрав книгу в шкаф, офицер уже собралась подняться к себе в спальню, как раздался стук в дверь. Брови девушки поползли вверх. Одиннадцатый час вечера! А когда Али открыла дверь, то даже не удивилась, увидев на пороге Ниманда. Ну что же он никак не успокоится?!

– Ниманд!

– Али, я хотел поговорить…

В этот момент совсем рядом прогремел гром, и по земле застучали капли дождя. Вскоре стук их слился в один гудящий звук, начался ливень. Слова гостя утонули в этом шуме: не поговоришь!

– Зайди в дом! – прокричала Али.

Она распахнула дверь шире и, впустив офицера, заперла ее на несколько замков. Затем задернула плотнее шторы на абсолютно всех окнах.

– Да ты просто мастер конспирации, – проговорил Ниманд.

– Думаешь, будет лучше, если тебя увидят? – съязвила в ответ девушка. – Чего ты хотел? Я думала, мы с тобой еще неделю назад все решили.

Но Ниманд молчал. Он разглядывал обстановку в комнате. В прошлый раз он не особо уделял внимание интерьеру. Но теперь чем дольше Ниманд его рассматривал, тем больше он удивлялся. Дом Али изнутри походил на дом какого-нибудь охотника: камин, сложенный из больших камней, перед ним на полу из темного дерева искусственная шкура медведя. Тут же стоял угловой диван с кучей пухлых мягких подушек, валявшихся на нем как попало, справа от дивана – в тон ему кресло. У противоположной стены располагался большой книжный шкаф, а справа от него еще одно кресло, накрытое двумя шкурами. На стене висели оленьи рога.

По планировке дом Али не отличался от дома Ниманда. Разве что чердака и лестницы на него не было, а кухню и гостиную соединяла не арка, а обычная дверь.

– Интересный интерьер. Ты сама так все обустроила?

– Да. И это разительно отличается от моей городской квартиры. Там все весьма прозаично. Вот я и подумала, что здесь неплохо бы сделать что-то интересное.

Он посмотрел на Али. Все это время она исподлобья следила за ним взглядом, в котором явно читалось легкое раздражение.

– Может, я лучше пойду домой? – вдруг сказал он, неожиданно продемонстрировав совершенное отсутствие логики в своих поступках.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Посмотрим! Точно не вы! (шв.)

Вернуться

2

Посмотрим, дорогая моя. (фр.)

Вернуться

3

Я с интересным предложением. (фр.)

Вернуться

4

Что вы за идиот! (шв.)

Вернуться

5

Небольшую прогулку (фр.)

Вернуться

6

Нет, спасибо (шв.)

Вернуться

7

Спокойной ночи (шв.)

Вернуться

8

Спокойной ночи (фр.)

Вернуться

9

Опять (шв.)

Вернуться

10

Среди северян есть прекрасные люди (фр.)

Вернуться

11

Среди южан тоже (шв.)

Вернуться