# Смерть по расчету

Алексей Викторович Макеев, Николай Иванович Леонов

Новая книга легендарного тандема Леонов-Макеев.

Студентка Алена, приехавшая в столицу, пропала при невыясненных обстоятельствах. Полковники МВД Гуров и Крячко выясняют, что в свое время у девушки были любовные отношения с ее преподавателем. Тот имел репутацию ловеласа и соблазнил уже не одну жертву. На допросе мужчина заявил, что давно расстался с Аленой. Вскоре оперативники узнают, что у подозреваемого есть родной брат, сотрудник службы безопасности банка. Дело приняло необычный оборот, когда сыщики узнали жуткую историю этой странной семьи…

Николай Леонов, в прошлом следователь МУРа, не понаслышке знал, как раскрываются самые запутанные уголовные дела. Поэтому каждая его книга – это правдивая захватывающая история с непредсказуемой интригой и неожиданным финалом. Главный герой этих книг, полковник Лев Гуров – сыщик высокого класса, к тому же с массой положительных человеческих качеств. Его уважают друзья, боятся враги и любят женщины. Он – настоящий отечественный супермен. Романы о Льве Гурове вот уже сорок лет неизменно привлекают поклонников отечественного детектива.

Ставшая классической серия «Черная кошка» насчитывает более 200 книг, вышедших тиражом в десятки миллионов экземпляров.

© Макеев А.В., 2021

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2022

## Смерть по расчету. повесть

### Глава 1

Из затянутого морозными узорами окна был виден темный двор, яркие квадраты дома напротив и обледенелая дорога. Эту картинку Лидия изучила до мельчайших деталей, сегодня она то и дело переставала готовить салат оливье и фирменную курицу с картошкой и в который раз прижимала лоб к окну, хотя знала, что Егор сегодня не придет, Новый год он встречает в компании друзей, о чем предупредил мать-пенсионерку месяц назад. Школьные друзья отмечали вместе праздники, несмотря на то что уже давно окончили школу и последние пять лет учились в разных заведениях города и уже проходили стажировку. Для Лидии давно стали привычными одинокие праздничные вечера, и тем не менее она с удовольствием готовила праздничный ужин, зная, что завтра после обеда Егор вернется домой и пойдет проверять холодильник в поисках жареной курицы или любимого салата. А сегодняшний день перед сменой старого года новым кроме готовки можно посветить неспешной уборке. Когда-то женщина слышала по радио о забавной традиции в Италии: в новогоднюю ночь итальянцы выкидывают старую мебель, таким образом избавляясь от проблем уходящего года. Выносить на помойку стулья или крепкий кухонный стол, которые смастерил своими руками ныне покойный муж, она, конечно, не готова, а вот вытащить из шкафов накопившийся хлам, ненужные газеты, старую одежду – это можно. В углу коридора ждали три объемных пакета со старыми вещами. Лидия заспешила, стрелки старых часов уже показывали половину десятого, и нужно было успеть отнести мусор к бакам в темном углу двора, забежать к старушке-соседке с поздравлением и привести себя в порядок, перед тем как налить бокал шампанского и сесть с ним у телевизора.

Она натянула старую куртку, сунула голые ноги в растоптанные сапоги и, прихватив тяжелые пакеты, поспешила по лестнице вниз. Во дворе мысленно отругала дворника за то, что не убрал скользкие наросты льда на узких тропинках. Она осторожно шла в сторону мусорки, когда рядом заскрипел снег от чьих-то шагов. Лидия краем глаза заметила две приближающиеся темные фигуры – высокого мужчину в коричневой дубленке, укутанного в шарф по самые брови, и хрупкую девушку в роскошной пушистой шубе. Девушка, поравнявшись с Лидией, вдруг нелепо взмахнула рукой и рухнула прямо на пакеты, из которых посыпались ржавые банки, обрезки обоев и пустые упаковки из-под круп. Лидия протянула руку, чтобы помочь девушке подняться. В этот момент за оградой соседнего двора засвистела и взорвалась петарда, высоко взмыв в небо и осветив на секунду все пространство вокруг. Пенсионерка отчетливо увидела искаженное от страха лицо девушки, в глазах у нее застыл ужас, губы прошептали еле слышно:

– Помогите, умоляю, Лесник.

Из-за грохота петарды Лидия плохо расслышала слова девушки и только приоткрыла рот, чтобы переспросить, как мужчина ловко поднял свою спутницу из сугроба за локоть и увлек по тропинке в сторону дороги. Лидия дернулась бежать вслед, но зацепилась ногой за развалившийся мешок с мусором и упала в сугроб. Когда она выбралась и добежала до дороги, парочки уже не было, только впереди в темноте мигнули два огонька уносящегося автомобиля.

Женщина вернулась обратно, собрала рассыпавшиеся вещи, поставила их аккуратно возле мусорных баков, вдруг кому пригодятся, и пошла в гости к соседке.

Новогодний вечер пролетел незаметно: она поздравила по телефону всех родственников, улыбнулась словам Егора, когда он восторженно поздравил ее по телефону, съела пару ложек салата, выпила полбокала шампанского и послушала речь президента. Все это время из головы Лидии не выходила девушка. Она раз за разом вспоминала, как во дворе мелькает хрупкая фигурка девушки, как свет от петарды высвечивает ее лицо – бледное, с изящными скулами, по-детски пухлыми губами, дрожащими от страха, как мужская рука в перчатке резко выдергивает спутницу из сугроба и настойчиво ведет, сжимая локоть незнакомки, направляя девушку вдоль тропинки к дороге.

Это ощущение отчаяния и беспокойства за незнакомую девушку, попавшую в беду, не давало покоя, Лидия не могла выкинуть ее просьбу из головы и пойти спокойно спать. Но кто же может помочь? В полиции над ее рассказом только посмеются или разозлятся из-за того, что в новогоднюю ночь пожилая женщина просит разыскать среди миллионов людей девушку, которую она даже толком описать не сможет, а уж тем более объяснить, что случилось.

Уже сбросив халат и лежа под одеялом, Лидия решительно взяла телефон и набрала номер мобильника сына. Тот ответил не сразу, веселье в клубе было в разгаре. Сквозь грохот музыки мать объяснила Егору, что хочет поговорить с его старым школьным приятелем Сашей Голубцовым, который отучился на юрфаке и с сентября проходил стажировку в оперативно-разыскном отделе ГУВД Москвы.

Сашка оказался парнем понятливым, вышел на улицу, внимательно выслушал рассказ пожилой женщины. Он согласился с доводом, что обращаться в местное отделение полиции смысла нет сегодня.

– Лидия Федоровна, история странная, но я понимаю, что вы хотите помочь человеку. Праздник, конечно, но я сейчас постараюсь своему начальнику позвонить, Гурову. Он мужик нормальный, может, подскажет, что можно в этой ситуации сделать.

* * *

Лев Гуров встречал Новый год вместе с женой Марией. Под бой курантов они выпили шампанского, попробовали деликатесы на столе, обменялись подарками. Лев получил роскошный набор – кожаное портмоне и блокнот в таком же переплете, а Мария – изящные серьги из серебра, изготовленные на заказ.

В два часа ночи за женой приехало такси; в ресторане знакомый меценат организовал новогоднюю вечеринку для вип-гостей, в том числе послов из других стран. Машу и ее коллег по театру пригласили выступить с комедийным номером. Им оплатили такси туда и обратно и предложили провести пару часов в приятной компании высоких гостей. Гонорар за полчаса выступления был более чем привлекательным, да и жена была в восторге от возможности встретить Новый год в домашней обстановке, а потом еще и развлечься в кругу подруг по актерскому ремеслу. Лев хотел было сопровождать супругу на выступление, но потом представил, что придется провести несколько часов, слушая шумную женскую болтовню о подарках, гостях вечеринки и прочих «важных» вещах, и решил, что останется дома, лучше уберет со стола, избавив тем самым жену от домашних хлопот утром.

Звонок от стажера, лопоухого и въедливого Саши Голубцова, застал Гурова возле посудомоечной машины, куда сыщик складывал грязные тарелки.

– Лев Иваныч, с праздником вас, – неуверенно буркнул парнишка, и Гуров внутренне хмыкнул: ну да, позвонить начальству, хоть и временному, с поздравлениями…

– И тебя, – откликнулся он и выжидающе умолк.

Парень немного помялся.

– Извините, конечно, что в праздник дергаю… – сказал наконец он в трубку.

После рассказа стажера Лев записал номер телефона женщины, которая столкнулась со странной просьбой о помощи. Он несколько секунд сопоставлял факты в голове: девушка обратилась за помощью к случайному человеку, значит, не надеялась по пути столкнуться с сотрудником полиции или ДПС; она, возможно, специально разыграла падение, чтобы незаметно попросить о помощи; ее спутник отреагировал мгновенно и постарался скрыться вместе с незнакомкой как можно быстрее, так что девушка вполне может быть заложницей преступника.

Гуров понимал, что произошедшее может оказаться пустышкой. Но знал также, что есть шанс спасти человека, если вовремя принять меры. Да и что еще делать? В телевизор пялиться? И он решил переговорить лично с Лидией Шубиной, поэтому набрал номер ее телефона, представился и уточнил, может ли сейчас подъехать к женщине и побеседовать. Получив ее согласие, Лев покинул квартиру, завел верную «Тойоту» и направился в соседний район по названному женщиной адресу.

По пути, когда он несся по улицам столицы, то и дело встречая людей в смешных колпаках и пьяные компании с петардами в руках, Гуров прислушивался к своим ощущениям. В разыскном деле работа опирается на факты: показания свидетелей, фотографии, улики, выписки из документов, но иногда сыщик, как охотничья собака, чует дичь. Трудно объяснить разумными рациональными доводами это ощущение – вот он, преступник, рядом, можно протянуть руку, поймать ниточку и размотать клубок, который к нему приведет.

Вот и сейчас Гуров чувствовал внутри это нарастающее ощущение, что рядом совершается преступление и нужно бежать по горячим следам, чтобы поймать злоумышленника и унять этот охотничий зуд. К тому же дом Лидии был в двадцати минутах езды, он успеет смотаться туда и обратно до возвращения жены.

Дверь ему открыла невысокая хрупкая женщина лет шестидесяти. Она приветливо сказала:

– Здравствуйте, меня зовут Лидия Федоровна. А вы – Лев Иванович Гуров из оперативного розыска, мне Саша Голубцов про вас рассказал. Вы извините, что я вот так вас побеспокоила в новогоднюю ночь, но у меня эта девушка из головы не идет. Может, как-то можно ей помочь?

– Обещать ничего не буду, сами понимаете, – суховато откликнулся Гуров. – Расскажите подробно, Лидия Федоровна, об этой вашей встрече.

Женщина устроила гостя на кухне, налила ему чаю и описала, что произошло во дворе, да так детально, что Гуров удивился фотографической памяти пенсионерки.

– А сможете помочь составить фоторобот девушки?

– Конечно, – уверенно кивнула хозяйка квартиры, – у меня она перед глазами стоит, молодая ведь, лет двадцать девочке. Жаль, что мужчину я совсем не сумела рассмотреть в темноте, а девушку во время взрыва петарды рассмотрела хорошо. У нее на шубе пуговица в форме круглой большой жемчужины. Еще шрам такой специфический в уголке рта.

– Почему так думаете? – заинтересовался Гуров.

– Я всю жизнь медсестрой в реанимационном отделении отработала, – отозвалась женщина. – Такой шрам остается от трубки, которую пациентам в коме устанавливают. Еще на шее шрам от катетера бывает, но под шубой его уж не рассмотришь. Насчет шрама я уверена, не раз людей с такой отметиной видела.

– Что она вам сказала? Повторите, я запишу. – Гуров достал новехонький блокнот и открыл на первой странице.

Женщина ответила:

– «Помогите, умоляю, лесник» – вот и все, что мне удалось расслышать. – Лидия Федоровна покачала головой. – Она еще что-то прошептала, но сквозь грохот фейерверка я не смогла разобрать что именно. Так теперь корю себя, не успела ни мужчину рассмотреть, ни номера, ни марки машины.

Гуров улыбнулся загрустившей собеседнице:

– Вы и так много запомнили для такой короткой встречи. Попробую разобраться, все равно праздники.

Про себя размышлял: заводить дело, разумеется, никто не будет. «Нет тела, нет дела» – старая шутка. А тут… вроде даже в розыск никто не подавал. Могло и почудиться пенсионерке… Хотя интуиция подсказывала: все не так просто. А значит, аккуратненько, через знакомых, нужно провентилировать, не пропадала ли девица с соответствующими приметами. Что еще? Больницы проверить? Можно.

По дороге к Шубиной его еще мучили сомнения, может быть, пожилая женщина слишком серьезно восприняла эпизод с упавшей девушкой или от скуки пенсионерке в новогодней суматохе захотелось привлечь к себе внимание. Но стоило увидеть ясные глаза женщины и пообщаться с нею, как Гурову стало ясно: Лидия Федоровна здравомыслящий и спокойный человек. Так что малейшие сомнения в ее адекватности у него развеялись. В ее пользу играло и то, что она много лет проработала, спасая людей в реанимации. У каждого мента есть воспоминания о больничных коридорах, когда ждешь в них, выживет сослуживец или умрет. Потому к медикам у Гурова отношение было уважительным. К большинству из них. Все это вкупе, в том числе и период вынужденного безделья в праздники, окончательно убедили сыщика, что нужно разобраться с новогодним происшествием.

– Ой, спасибо вам, – смущенно махнула рукой женщина. – Какой вы молодец, в новогоднюю ночь помчались рассказы старой тетки слушать. Остались еще у нас настоящие сотрудники в органах, кто не из-за денег работает, а чтобы с преступниками бороться. С Новым годом вас, кстати!

– С новым счастьем! – пожелал в ответ Гуров и, распрощавшись с пенсионеркой, направился обратно домой, по пути составляя план действий на завтра.

* * *

Дома он нырнул под одеяло и только прикрыл глаза, как в замочной скважине зашевелился ключ – Мария вернулась домой. Она была в прекрасном настроении, прошла в комнату и спросила мужа:

– Спишь? – Не дождавшись ответа, женщина начала пересказывать все события и новости новогоднего вечера. – Там, представляешь, французский посол за Костырко как давай ухаживать, прислал к нам на стол дорогое шампанское и ананас, потом пригласил ее на танец. Девчонки чуть не умерли от зависти при виде моих сережек. Гуля, новая помощница звукооператора, про которую я тебе рассказывала, у нее муж еще в Останкино работает, она сказала, что точно такие серьги видела в Париже на ювелирной выставке. Ты что, Левка, из Франции заказал их?

Мария замерла, прислушиваясь к дыханию мужа, на секунду ей показалось, что он что-то ответил, и она продолжила делиться впечатлениями:

– Я их не стала разочаровывать, сказала, что из Франции. А обратно нас хотел отвезти какой-то финн, он так смешно говорит по-русски. Дефчонкы! – Мария рассмеялась вспоминая. – Я ему так строго говорю, у меня муж в полиции работает, так что я закон соблюдаю и с пьяным в машину не сяду. Так он на колени начал вставать и умолять не сажать его в русскую тюрьму. Забавно было, тйюрмьу пожалюйста, не нада рюски мадам.

Пока Мария снимала макияж, она еще немного погримасничала перед зеркалом, вспоминая финна, потом обратилась к мужу, но он уже сладко спал, не слыша ее веселый рассказ.

Утром Гуров проснулся рано, чмокнул теплую щеку жены и прошел на кухню. На чистый стол Лев поставил тарелку с оливье, блюдо с бутербродами с красной икрой, остатки сельди под шубой и принялся не спеша завтракать. Телефон зазвенел переливчатой мелодией, на дисплее высветился знакомый номер, звонил старый друг и коллега, энергичный балагур и покоритель женских сердец Стас Крячко.

– С Новым годом! Что, не спится? – бодро поприветствовал приятеля Лев.

На том конце беспроводной линии, судя по причмокиванию, Станислав Крячко тоже завтракал наверняка фирменными пирогами жены Натальи, которые до сих пор в семье Гуровых вспоминали во время каждого застолья.

– И вас с Новым годом! Да вот проснулся и решил проверить, чем там Лев Иванович занят, может быть, спит после бурной ночи с любимой женой. А он буржуйствует, красной икрой небось завтракает, отсюда чувствую. Приятного аппетита!

Гуров рассмеялся проницательной шутке Стаса, но потом вспомнил происшествие новогодней ночи и сменил тон на более серьезный. Он поделился с приятелем рассказом о девушке, которая просила помощи у случайной прохожей, и своими планами обзвонить больницы и посмотреть сводки происшествий по городу за последние сутки.

Крячко сразу же предложил:

– А давай Шубину на составление фоторобота? Могу сам твою пенсионерку отвезти. Потом в районы фоторобот закинем, может, и вынырнет информация по твоей девушке со шрамом.

Гуров хмыкнул в ответ, он понимал, почему его коллега с таким рвением предложил отвезти женщину в полицию для составления фоторобота. Причиной такой активности была новая сотрудница в отделе судебных экспертиз, Вера Голубева. Девушка была дальней родственницей жены Стаса, все пять лет ее учебы в институте они заботились о Вере, подкармливали студентку и неизменно приглашали на все семейные посиделки. После получения диплома Вера с прекрасными характеристиками и высокими отметками без труда получила работу в отделе экспертиз и вот уже полгода тренировалась в проведении баллистических, почерковедческих и прочих исследований. Но лучше всего ей удавалось составление фотороботов, или, если прибегнуть к профессиональному языку, субъективного портрета. Благодаря умению Веры мягко общаться со свидетелями и точно подбирать черты лица в компьютерной программе полицейским уже удалось раскрыть несколько дел. Так что теперь Крячко всегда с большим удовольствием наносил визиты в кабинет экспертов, пользуясь возможностью поболтать с родственницей, угостить ее вкусными «приветами» от жены Натальи и в кратчайшие сроки получить заключение специалиста.

Но реакцию Гурова приятель воспринял по-своему:

– Да понимаю, что сейчас только дежурные спецы на месте, но я договорюсь. Сейчас созвонюсь с Верочкой и отвезу ее на работу, делов-то на пару часиков. Отблагодарю, конечно. Она с друзьями вчера отмечала Новый год, а сегодня пора и нас навестить. Сразу после составления фоторобота поедем к нам, Наташа с утра тесто завела, готовится.

Гуров хмыкнул еще раз, но согласился с предложением Стаса, фоторобот пропавшей девушки мог сильно облегчить работу по ее поиску. Он продиктовал адрес и телефон Шубиной, дав Крячко добро на звонок родственнице.

– Как думаешь, что могло обозначать слово «лесник»? – уточнил он напоследок у Стаса.

Опытный опер задумался на несколько секунд:

– Самое первое, что на ум приходит, это банда с Бугринской рощи. Лесники, которые грабили дачи состоятельных граждан, а потом организовали себе настоящую колонию в глубоком лесу, с местом для хранения награбленного имущества. Мы их еще тогда со спецназом совместно брали, даже вертолет пришлось использовать.

– Да уж, этих лесных братьев забыть трудно, – вспомнил об этом деле Лев. – Но они же сейчас все уже как второй год на зоне.

– Так, может, другой лесной житель появился, который похищает девушек. Запрос надо сделать по лесным хозяйствам, сотрудникам и жителям близлежащих деревень показать фоторобот, – продолжал строить план оперативных мероприятий Крячко.

– Мысль хорошая. – Гуров вздохнул. – Только если ты мне в этом частном расследовании поможешь. Орлову, думаю, нет смысла звонить, какой тут повод для официальных оперативных мероприятий? Ни жертвы, ни заявления, только показания пожилой свидетельницы.

– А ты ему и не позвонишь, – ответил Стас. – Наш генерал на каникулы укатил в Швейцарию.

– Главное управление уголовного розыска теперь новогодние корпоративы в Цюрихе проводит? – пошутил Гуров.

Но Крячко на шутку не отреагировал:

– На лечение дочку повез, у нас тут не сделают такую операцию. Моя Наташа помогала им с оформлением кредита, так что теперь нам раскрываемость в двести процентов надо держать, Лева, чтобы начальника не подвести, ему этот кредит платить каждый месяц мно-о-ого лет.

Льву стало стыдно, что забыл о тяжелой ситуации в семье своего начальника и друга, генерала Петра Николаевича Орлова. Прошлой зимой у его дочери диагностировали заболевание почек, и весь год самоотверженный отец поднимал все связи и делал все возможное, чтобы решить проблему со здоровьем любимой дочери.

Гуров отправил Орлову эсэмэску с поздравлением: пусть тот и вне зоны доступа, ну так получит сообщение позже, когда вернется в Москву.

Гуров услышал шум воды в ванной, Мария проснулась и умывалась. Он заботливо сварил для нее чашку кофе с щедрой порцией свежих сливок. Сам задумался о загадочных словах вчерашней жертвы похищения. В том, что девушку увезли без ее на то согласия, он был практически уверен, на новогодний розыгрыш ее поведение не было похоже, да и спутник мгновенно среагировал на ее просьбу к пенсионерке и постарался как можно быстрее исчезнуть из-под внимательного взгляда Шубиной. Что же может обозначать слово «лесник»? Неужели и правда завелся преступник, проживающий в лесу или занимающий соответствующую должность, как предположил Стас? Но, судя по описанию, мужчина не походил на работника подобной сферы: дубленка, кожаные перчатки, шарф, так будет одет скорее состоятельный интеллигентный человек, а опытные охотники и лесники предпочитают камуфляж, удобные куртки на синтепоне и теплые меховые шапки, в таком снаряжении можно не бояться замерзнуть в лесу. И привычку так одеваться не забывают, даже будучи в городе.

Лесник, лесник – слово застряло в голове у Гурова, как мелкий камешек, попавший в обувь, который мешает при ходьбе.

Мария прервала его размышления поцелуем в щеку:

– Доброе утро! Кофе в самый раз! С Новым годом! Как хорошо дома, никуда торопиться не надо. Сейчас почитаю и начну собираться, ты помнишь, что мы сегодня едем в гости к Тарасюкам? Я тебе приготовлю рубашку и брюки. Лева, почему такое лицо, ты забыл о визите? Я предупреждала тебя на прошлой неделе, Женя Тарасюк – моя одногруппница по театральному институту, она вернулась в Москву после пяти лет проживания в Нью-Йорке, будет интересно с ней встретиться.

Маша внимательно посмотрела на мужа, она прекрасно знала: когда у Льва такой отрешенный вид, значит, он весь в мыслях о работе. Какая мысль его тревожит первого января утром? Мария ласково обвила шею своего азартного сыщика:

– О чем задумался, служивый?

Гуров подхватил жену на руки и закружил по кухоньке:

– Какая ты все-таки у меня, Маша, чудесная! И умная! Настоящая жена сыщика. Задумался о Тарасюках и о Леснюках… и о Лесниках.

Мария сквозь смех пыталась сделать строгое лицо:

– Какие леснюки, Лева?! Та-ра-сю-ки! Очень распространенная украинская фамилия, между прочим. Поставь меня уже, я не пушинка!

– Ты пушинка и снежинка, – дурачился Лев, как мальчишка. – Конечно, поедем к твоим Тарасюкам. Но сейчас для тебя дед Мороз припас еще один подарок.

Лев унес жену на руках в спальню и вручил комплект кружевного белья такой красоты, что Мария ахнула и бросилась сейчас же его примерять. Примерка затянулась на пару часов, потому что Лев принял в ней активнейшее участие. Затем он выскользнул из теплых объятий жены и уединился в комнате, которая служила ему кабинетом, а Маша оборудовала в ней небольшую гардеробную. Он включил компьютер и вбил в поиск «реанимационное отделение город Москва», поисковая система выдала ему сотни телефонов и адресов – Гуров вздохнул, с таким объемом информации ему не справиться и до конца января, а опыт показывает, что первые три дня в поиске пропавшего человека самые важные, потом следы остывают, очевидцы забывают события и детали.

Гурову нужен был помощник, ретивый и энергичный, именно такой стажер не так давно пришел на практику с юридического факультета последнего курса МГУ, Александр Голубцов. К тому же парень косвенно и был причиной появления в жизни Гурова этого дела с пропавшей девушкой. Голубцов сразу взял трубку, но после бурной новогодней ночи долго соображал, что же хочет от него опытный опер.

– Так это вы про девушку, которую тетя Лида вчера во дворе встретила? – наконец сообразил Сашка. – Конечно, обзвоню реанимационные отделения, не вопрос, Лев Иванович. А можно я буду представляться как Александр Голубцов, оперативный уполномоченный? Для солидности.

– Можно, хотя это преступление, статья 288 УК РФ, наказывается арестом сроком до трех месяцев, – хмыкнул Гуров.

Голубцов охнул от такой перспективы. Но Гуров его успокоил:

– Считай это личным поручением, которое тебе дал старший оперативный уполномоченный по особо важным делам Главного управления уголовного розыска МВД России, – отчеканил свою официальную должность Лев. – Не всегда мы можем официально действовать, только формализм в нашей профессии бывает лишним. Так что давай действуй, представляйся и запрашивай в реанимационных отделениях информацию, была ли за последние пять лет пациентка по фамилии Лесник, девушка от 16 до 25, блондинка изящного телосложения. Фамилия редкая, может, персонал вспомнит, если нет, то придется подать официальный запрос в архивы. Это, Александр, путь законный, но такой долгий, что спасать потом будет некого. А мы, оперативники, на латыни operativus, значит «действенный», так что действуй, стажер!

– Слушаюсь, – подтвердил выполнение приказа Александр и отключил связь.

Гуров грустно улыбнулся: когда-то он и сам был таким горячим и наивным парнишкой, рвался в бой. Впрочем, не так уж много изменилось с тех лет… Разве что седых волос прибавилось да ответственности побольше, чем у стажера.

После беседы со стажером Гуров созвонился со Стасом, тот ответил бодро, но очень сдержанно:

– Полковник Крячко у телефона!

– Я так понимаю, проводишь время в приятной компании, а через пару часов ждет застолье. Как Вера справилась? Не зря молодого специалиста побеспокоили? Фоторобот составлен, Лидия Федоровна смогла вспомнить внешность девушки?

– В процессе, – отрапортовал приятель. – Вот пока перерыв сделали, это непростое дело, не каждый сможет со свидетелями так грамотно работать, как Вера. Необходимо восполнить затраченную энергию, шоколадные конфеты – идеальный вариант.

– Точно, и как закуска к коньяку подойдут, – иронично отозвался Лев на слова друга.

– Это можно, но позже, после того как дорисуем девушку и до дома доберемся. Наташка к своим пирогам и рюмочку нальет, в честь праздника-то. Результат сфотографирую и отправлю тебе на телефон. Еще час – и готово.

Отключив связь с Крячко, Лев задумался, что еще можно предпринять для оперативного розыска девушки при таком скудном наборе фактов.

Отрабатываются два направления, осталось сделать еще один звонок давнему знакомцу, который мог помочь вот в таком неофициальном расследовании. С Дмитрием Тюменковым Лев начинал работу в органах, когда тот был совсем юным следователем с огромными амбициями, а Гуров – начинающим сыщиком. Потом они пошли разными дорогами, Дмитрий перевелся в систему ГИБДД и дослужился до звания полковника, как и Лев, но совсем в другой должности – начальника подразделения розыска автотранспорта. Хотя Гуров по должностной лестнице не двигался, Тюменков уважительно относился к старому знакомому, понимая, что именно на таких кадрах и держится российская правоохранительная система, именно они работают не ради звезд или высоких должностей, а азартно искореняют преступность. Звонку Гурова он обрадовался, душевно поздравил с Новым годом и внимательно выслушал просьбу сы-щика:

– Запрос по своим каналам, конечно, отправлю, как будет информация по девушке, сразу отзвонюсь. А ты поторапливай спеца своего с фотороботом, так работать будет проще моим бойцам. Ох, Левка, года бегут, а ты не меняешься. Все такой же охочий до сложных загадок! Помогу чем смогу, обращайся в любое время.

Гуров отключил связь и прислушался, из соседней комнаты доносилось пение жены, Мария в прекрасном настроении выбирала наряд для предстоящего вечера.

Телефон сыщика снова зазвонил, в трубке зазвучал взволнованный голос стажера:

– Лев Иванович! Нашлась девушка!

– Живая, в реанимации? – уточнил Гуров.

– Ой, – осекся Сашка Голубцов. – Неправильно я выразился, извините. Не девушка нашлась, а ее след, ну то есть данные. В третьей больнице медсестра в реанимации взяла трубку и сразу вспомнила ее из-за редкой фамилии.

Гуров взялся за блокнот для записей.

– Давай по порядку, что вспомнила женщина, и продиктуй мне телефон, адрес этой больницы и как зовут медсестру.

– Так, вот я записал все слово в слово, как на настоящем допросе. – Стажер лихорадочно шуршал листами с записями. – Девушка у них лежала примерно полтора-два года назад, зовут Алена Лесник. Тогда ей было лет 19–20, точно медсестра не помнит, как и отчество. Привезли ее на «Скорой» после не-удачного суицида, наглоталась таблеток. Так, еще вспомнила, что девушку родители забирали. А из личных наблюдений, медсестра сказала, что Алена очень симпатичная девушка, но тихоня, ни с кем не общалась.

Лежала она в 51-й городской клинической на улице Алябьева, в отделении анестезиологии и реанимации. Медсестру зовут Орлова Любовь Викторовна, она там работает всю жизнь.

– Молодец, много узнал, – оценил полковник старания стажера. – Адрес, место учебы или работы, кто еще приходил, кто «Скорую» вызвал девушке, кто был лечащим врачом?

От такого количества вопросов Голубцов опешил:

– Это я как-то не подумал спросить. Лев Иванович, я сейчас позвоню еще раз и уточню все важные моменты.

Но Гуров остановил старательного парнишку:

– Давай-ка я сам еще раз переговорю с этой медсестрой. Ты пока отдыхай, а завтра еще для тебя будет задание.

– До свидания. – По голосу было слышно, что Голубцов раздосадован своей оплошностью, так ему хотелось принять участие в настоящем расследовании, пусть даже и частном.

Лев же снова активировал телефон, от Крячко пришли несколько фотографий – черно-белое изображение девушки с изящными чертами лица и большими глазами, под нижней губой крошечный шрам.

Лев зашел в спальню, где перед огромным зеркалом крутилась жена, на кровати был разложен ворох платьев, ремней, сумочек; голубую рубашку и серые брюки для мужа она уже сложила на гладильной доске. По одному выражению лица Льва она все поняла.

– По делам собираешься съездить? – За несколько лет Мария привыкла к тому, что для мужа любимая работа превыше всего, и он готов много часов проводить в отделе или в долгих беседах со свидетелями, лишь бы распутать очередной преступный узел, поэтому строго нахмурилась, но кивнула: – Давай только быстрее, в 8 часов надо быть у Тарасюков, одежду я тебе приготовлю.

– Лучший мой подарочек – это ты. – Гуров чмокнул жену и, накинув дубленку, пошел греть и очищать от снега машину перед поездкой. Он решил, что сам съездит в отделение реанимации и поговорит с медсестрой, покажет ей фоторобот, потому что при поиске пропавшего человека счет идет на часы и важна каждая зацепка, каждый свидетель. По своему опыту Гуров знал, что лучше сейчас потратить час и побеседовать со свидетельницей, чем отложить разговор на неделю, к тому времени все свидетели уже начнут забывать детали, следов будет все меньше, как и шансов на обнаружение пропавшей.

Ожидая, пока машина прогреется, Гуров успел отправить фоторобот Тюменкову. Тот моментально отписался: «Хорошенькая девочка. Разошлю по своим».

Как только Гуров тронулся, позвонил Стас:

– Ну как, Лев, получил фоторобот девушки? Постаралась Верочка, все быстро и точно сделала. У тебя как успехи? Ты поехал уже куда-то, неугомонный?

– Да, тороплюсь в реанимацию, кажется, напали на след девушки. Расшифровал я этого лесника, в реанимации два года назад лежала наша потеряшка. Зовут Лесник Алена, возраст и внешность подходят. Еду в больницу, хочу медсестре, которая ее вспомнила, показать фоторобот. Если узнает, то у нас все данные будут, а это уже половина дела сделана.

– Вот ты, Гуров, настоящий сыщик, за пару часов уже и половину жизни девицы узнал! – обрадовался Крячко. – Но я, приятель, домой. У меня сегодня вечер в прекрасной женской компании. Приезжайте с Машей, посидим, редко у нас свободные вечера выдаются.

– Спасибо, давайте послезавтра соберемся. Сегодня у нас по плану рассказы о жизни в Америке, в гости идем к Машиной однокурснице. Я уже почти доехал, отзвонюсь тебе, сообщу, что разузнал.

– Жду, – откликнулся Крячко и разъединил связь. Как и Гуров, он не мог пройти мимо потенциального преступления, привычка следить за соблюдением закона стала второй натурой сыщика.

Лев оставил автомобиль напротив серого муниципального здания больницы, центральный вход был закрыт в связи с праздниками, и он зашел в помещение, куда привозили больных на машинах «Скорой помощи».

После изучения служебного удостоверения врач выдал ему халат, бахилы, позвонил в отделение реанимации, сообщил о прибытии сыщика, объяснил Гурову, как туда пройти по запутанным больничным коридорам.

Возле дверей отделения реанимации его уже ждала высокая крупная женщина лет тридцати. Она кивнула Гурову на ряд металлических стульев в коридоре:

– Здравствуйте, я Любовь Орлова, как киноактриса. Документы принести, паспорт? Давайте здесь поговорим, в отделение без специальной обработки и костюма нельзя.

– Документы не надо, без протокола пообщаемся. – Гуров показал женщине фоторобот, составленный по описанию пенсионерки. – Узнаете девушку?

– Сегодня уже звонил ваш сотрудник по поводу нашей пациентки Алены Лесник. – Медсестра вгляделась в рисунок. – Вот на нее девушка очень похожа. Разве что у Алены волосы длиннее были. А что с ней произошло?

– Мы пока только собираем информацию. – Лев Иванович уклонился от вопроса женщины, слишком уж долго объяснять, что его сюда привело. – Можете подробнее рассказать, как она сюда попала, чем вам запомнилась?

– Это было примерно два года назад, точнее уже не могу вспомнить, привезли ее после попытки суицида, наглоталась таблеток. Ей промыли желудок, девушка долго приходила в себя, несколько дней лежала под капельницей. Девочка такая хорошенькая, – всплеснула руками женщина.

– Не знаете, кто ей «Скорую» вызвал?

– Вот этого не знаю, она очень закрытая девушка, себе на уме. Жалоб никаких, ни о чем не просила. У нас часто пациенты плачут, капризничают от боли, а она молчала почти все время.

– А кто лечащий врач был, можете вспомнить?

В ответ женщина лишь пожала плечами:

– Ой, с той поры столько через меня людей прошло, уже подзабылось. Я ее и запомнила только потому, что молодая, хорошенькая, у нее кровать возле окна стояла, утром капельницу ей ставлю и думаю, ну вот красавица же какая, кудри, как у принцессы из сказки, до пояса, может и моделью работать, и замуж выйти. И вместо этого себя до суицида довела.

Она помолчала и продолжила:

– Можно карточку поднять, там и врач указан будет. Только для этого от вас официальный запрос должен прийти.

Гуров в знак благодарности кивнул и подумал, что, если потребуется, оформит запрос, а пока ограничится беседой.

Дверь отделения распахнулась, и выглянул врач, молодой мужчина в белоснежном костюме:

– Любовь Викторовна, назначение написал пациенту в третьей, нужно срочно прокапать. Вы еще долго?

Женщина вопросительно взглянула на Гурова, потом перевела взгляд на врача:

– Это вот из полиции, по нашей давней пациентке, Алене Лесник. Не помните такую, у кого она была-то? – Она приподнялась со стула. – Мне пора идти, вы еще хотите что-нибудь спросить?

– Да мне бы ее данные: адрес, дату рождения, – попросил сыщик.

Врач тряхнул головой:

– Подождете минут двадцать?

– Я тогда пошла? – Женщина направилась к двери, на ходу она обернулась. – Вот еще вспомнила, телефон она у меня однажды попросила, чтобы родителям позвонить. Так отец на нее орал ужас как, что даже мне было слышно, как же можно так, ведь это ребенок твой, тем более девочка такая робкая, молчаливая.

– Спасибо, – успел поблагодарить Лев, прежде чем медсестра исчезла за металлической дверью с надписью «Отделение реанимации и анестезиологии».

Он замер в ожидании, сидя на металлическом стуле. В голове крутились мысли: данные по девушке есть, можно отрабатывать эти зацепки. Необходимо опросить жильцов дома, где последний раз пенсионерка видела девушку, пообщаться с ее родителями и знакомыми, только вот вопрос, ведь нет никакого официального повода для расследования, и времени нет, чтобы ходить по квартирам и задавать жильцам вопросы о событиях вечера Нового года.

«И зачем тебе это нужно, Гуров? – размышлял Лев – Сидел бы сейчас дома и любовался на жену в нарядах или у Стаса в гостях лакомился пирогами Натальи, а ты вместо этого сидишь на металлическом стуле в отделении реанимации и ожидаешь, когда вернется медсестра».

Его мысли прервал молодой доктор, он протянул Гурову густо исписанный лист бумаги:

– Вот все, что нашел в наших архивах и в компьютере. Если необходимо восстановить детальное лечение, то нужно спуститься за медицинской картой в архив. Могу позвонить заведующему отделением и попросить помочь с этим вопросом. Если потребуется, можем оформить официальный запрос задним числом.

– Нет, надеюсь, ваших записей хватит. Спасибо вам, очень помогли! – Лев обрадовался, что парень сэкономил ему время, без официальных запросов предоставив нужную информацию.

– Да на здоровье! – улыбнулся врач. – Понимаю, работа у вас такая, ни праздников, ни выходных. Мы тоже так живем, я всегда врач – и дома, и на работе, и в праздники. Ну раз выбрал такую профессию, надо помогать.

После слов врача все сомнения у Гурова сразу испарились, не один он такой правильный бросился помогать просто так незнакомой девушке, оказавшейся в беде. В машине он внимательно прочитал исписанный лист бумаги:

«Лесник Алена Игоревна, 19 лет, диагноз, лечащий врач, анамнез, назначения, даты поступления и выписки из стационара, адрес проживания, номер полиса, номер больничного листа, студентка экономического университета».

Сыщик бережно убрал листок бумаги во внутренний карман дубленки и завел машину. Настроение поднялось из-за того, что так быстро удалось получить фоторобот девушки, а теперь и ее адрес.

Пока они ехали в гости в редком в праздничный день потоке машин, пока с интересом слушали о жизни в далекой стране, пробовали угощение, Лев время от времени вспоминал об этом листке, укорял себя, что снова думает о работе, и тут же улыбался, вспоминая слова врача, уж больно они ему понравились: «Он врач, а я сыщик и сыщиком останусь и дома, и в гостях, раз выбрал такую профессию, надо помогать».

Видимо, и стажер, и Стас Крячко также никак не могли просто наслаждаться свободным временем, вечером от них стали идти сообщения в телефон.

«Лев Иванович, извините, что так вышло! Поручите мне еще задание, я обязательно справлюсь!» – просил стажер Голубцов, балагур Крячко писал: «Открыл Америку? Какие на завтра распоряжения, Колумб? Куда двигаемся дальше относительно разыскиваемой девицы?»

Стас, не получив ответа, не выдержал и позвонил, когда они возвращались из гостей уже по ночному городу:

– Молчишь, будто тебя аборигены съели! Раскопал что-нибудь по девушке?

– Да, есть адрес ее проживания. И с фотороботом неплохо было бы опросить жителей дома, где ее видела пенсионерка. Может, найдутся свидетели.

– Давай я пройдусь по жильцам, мне тут ехать пятнадцать минут до нужного адреса, – предложил Крячко, он перешел на таинственный шепот: – Завтра Наталья с Верой на каток собрались, а меня что-то на коньки не тянет. Так что я по твоей личной просьбе занят на завтра и никак не могу своих дам сопровождать.

– Договорились, я тебе еще стажера подкину, чтобы ты мою личную просьбу за пару часов выполнил.

Дома, пока жена была в душе, Лев написал Голубцову эсэмэс с предложением завтра поработать в паре с опытным сыщиком Крячко, дождался восторженного ответа: «Конечно! Я не подведу!» – и, тихо прокравшись в комнату, лег в кровать под бок к уже задремавшей Марии.

### Глава 2

Ранним утром Гуров открыл глаза еще до того, как зазвонил будильник – сказывалась многолетняя привычка рано вставать. Он сварил кофе, приготовил для жены завтрак и с запиской оставил на столе в кухне. Сам же отправился к запорошенной снежком машине, чтобы поехать по адресу, где проживала пропавшая Алена Лесник. В девять утра в столице улицы были свободны, редкие автобусы и автомобили ехали без уже ставших привычными пробок.

Квартира располагалась в отдаленном районе, где новые многоэтажки теснились друг к другу, как опята на лесной полянке. Гуров уже хотел нажать на кнопки домофона, как дверь открылась, и маленькая девочка вынесла на руках крохотного песика. Полковник вежливо посторонился, пропуская их на прогулку, и шагнул в подъезд. На двенадцатом этаже сыщик не успел даже поднять руку, чтобы нажать кнопку звонка, как дверь резко открылась, и из квартиры вылетела девушка. Невысокая девица с округлым лицом и темной челкой под лихо надвинутым на лоб беретом ойкнула, не успела остановиться и врезалась в Гурова:

– Извините! Я опаздываю!

Лев протянул ей удостоверение:

– Здравствуйте. Старший оперуполномоченный Гуров Лев Иванович. Мне необходимо с вами переговорить. – Так просто от опытного сотрудника не убежать.

Девушка с мольбой взглянула на открывшиеся створки лифта.

– Да я не против, но опаздываю жуть! Проспала, такси стоит миллион, а мне через двадцать минут кровь из носа списки надо отдать из деканата, иначе мне трындец! Вы на машине, может, подкинете меня? Потом все, что хотите, расскажу, мне скрывать нечего!

Гуров кивнул, но уточнил, перед тем как пройти в лифт:

– А Лесник Алена здесь проживает? Она дома?

– Здесь, – кивнула девица и резво нажала кнопки лифта. – Я Ира Бабакаева, подруга Аленки. Но ее дома нет, она со своим парнем за городом на новогодних каникулах в доме отдыха на лыжах катается. А что случилось?

Лев замялся, не хотелось пугать подругу Алены:

– Не могу подробнее рассказать, тайна следствия.

Ира не настаивала, она лишь поправила торчащий во все стороны шарф и вздохнула:

– Эх, на Аленку всегда беды сыплются, а она только терпит.

Уже сидя на переднем сиденье, девушка назвала адрес, а потом закусила губу:

– Если честно, я рада, что пришли.

– Почему? – удивился опер. Он внимательно взглянул на подругу Алены, заметил, как девушка хмурится, глядя на свое отражение в боковом зеркале.

Та несколько минут обдумывала ответ:

– Мы с Аленой много лет дружим, со школы. Она молчаливая, никогда не жалуется. Но… Даже не знаю, как вам объяснить. Только не думайте, что я глупая истеричка. – Девушка пытливо заглянула в лицо Гурову и, после того как он в знак одобрения кивнул, предлагая продолжить рассказ, проговорила: – Аленка домашняя девчонка, ее мать одна воспитывала. Алена собиралась Новый год встречать со своим новым парнем, должна была второго числа домой вернуться. Вчера эсэмэску написала, что останется до пятого января в загородном доме отдыха.

– Почему вас это смутило? – осторожно уточнил Лев, он внимательно слушал рассказ Ирины.

– Ой, можно на «ты», я не привыкла к такому обращению. – Девушка нервно поправила косо надетый берет. – Да не похоже это на Аленку, она любит дома сидеть, а если едет куда-то, то собирается как бабушка, чтобы все с собой было на каждый случай жизни. Когда нас с ней отправляли в оздоровительный лагерь, у меня рюкзачок, а у Алены два чемодана с вещами. Она всю жизнь такая, не любит неожиданностей и спонтанных путешествий, и вдруг внезапно решила остаться в доме отдыха. Вроде и в полицию не пойдешь с таким сообщением, я пыталась ей позвонить, несколько эсэмэсок написала, но она отвечает очень сдержанно.

– А когда в последний раз от нее сообщение пришло?

– Первого числа вечером, часов в шесть. Она написала мне, что в лесу классно и что решила остаться еще дней на пять.

Машина уже подъезжала к центральному входу университета, и девушка заволновалась:

– Одна минута осталась, я побежала! Вы идите спокойно, на втором этаже кафедра экономики, как раз ведомости раздам преподавателям и освобожусь.

Красный шарф девушки замелькал на ступеньках университета, а Гуров поставил машину на сигнализацию и набрал знакомый номер. Крячко сонным голосом ответил:

– Ох, доброе утро, только глаза открыл. Отлично вчера посидели.

– Про наш договор не забыл? О моей личной просьбе?

– Иду, уже иду. Через час буду по адресу, помощничка жду, а то не в том я возрасте и звании, чтобы по квартирам бегать.

– Ты ему сам позвони и приказ отдай, у меня тут институт, экзамены и сессия.

Стас застонал в трубку, видимо, поднялся с кровати усилием воли, и сбросил звонок. Гуров шел по коридорам университета, где, несмотря на праздничные дни, кругом толпились собравшиеся сдавать экзамены студенты; они нервно переговаривались, стоя перед аудиториями, дочитывали свои записи, тайком прятали шпаргалки в складках одежды. На втором этаже Лев заметил нужную надпись на двери и зашел в кабинет. В помещении никого не было. Вслед за Гуровым в дверь просунул голову какой-то лохматый студент и уточнил:

– А зачет по инглишу у 315-й группы в какой аудитории?

Лев мог только развести руками. В этот момент в помещение кафедры ворвалась Ирина. Она до сих пор не успела снять шарф и берет. Девушка стала лихорадочно перебирать на столе документы:

– Я сейчас вернусь! Перепутала ведомости, посидите здесь пять минут.

Девушка снова вылетела из кабинета, на ходу отбрыкиваясь от налетевших студентов:

– А в 10-й аудитории никого нет! Экзамен отменили?

– Возьмите справку, у меня освобождение от физкультуры! А с меня зачет требуют!

– Ой, а меня забыли включить в ведомость для сдачи экзамена! Как теперь найти историка?

Ирина простучала каблучками по коридору:

– Расписание на доске информации и на сайте!

Девушка вернулась через пару минут, закрыла дверь на замок и наконец сняла с растрепанных волос берет и размотала шарф. Она сноровисто включила чайник, насыпала в две чашки коричневые гранулы растворимого кофе.

– Давайте кофе выпьем? Ну и утречко, если бы не вы, ох мне была бы головомойка.

Девушка разлила кипяток по кружкам, достала из сумки миниатюрное зеркало и поправила растрепанные волосы и перекосившийся воротник блузки.

– Давно в университете работаете? – поинтересовался Гуров, не желая, чтобы девица воспринимала беседу как допрос.

Но Ирина не относилась к натурам, легко смущающимся, у девушки явно был боевой характер. Она глотнула кофе.

– Уффф, вот теперь проснулась. – Она задумалась. – С сентября работаю, года еще нет. Я же училась здесь вместе с Аленкой, потом продолжила обучение в магистратуре. Я теперь работаю на полставки у себя же на кафедре лаборантом.

– Расскажите подробнее об Алене, вы квартиру вместе снимаете? – Гуров снял дубленку и тоже попробовал кофе.

– Аленка меня на полгода старше, мы из одного города. В детский сад вместе, в школе за одной партой, у нас мамы вместе работают. Ее мама логопед в детском саду, а моя там же методист. Раньше мы вместе учились в филиале универа в Ярославле. Потом я перевелась на очное отделение в Москву, а незадолго до окончания университета и подруга вдруг захотела самостоятельности. Она тоже перевелась на очное отделение, переехала в столицу, мы стали квартиру вместе снимать. А после окончания университета Алене купили здесь жилье, но она предложила мне вместе жить, вдвоем веселее. Квартира двухкомнатная, так что мы друг другу не мешаем.

– На зарплату логопеда двухкомнатную квартиру в Москве не купишь, – резонно заметил оперативник.

– Это отец Аленке купил в честь окончания университета. – Подруга замялась. – Он у нас в Ярославле раньше бандитом был, сейчас уважаемый бизнесмен. Но Алена не горит желанием с ним общаться, он никогда с ее матерью не жил, в воспитании не участвовал. Откупается просто деньгами от нее, учебу оплатил и купил квартиру. Аленка про отца не любит говорить, раз в год ему звонит по просьбе матери.

– А он как относится к дочери? – уточнил Гуров, вспомнив, как медсестра из реанимации рассказывала о беседе Алены с отцом на повышенных тонах.

Девушка пожала плечами:

– Да как, звонит иногда и требует, чтобы та замуж вышла, пошла работать, куда он решил. У ее папани нрав крутой, любит наводить свои порядки.

– А где Алена работает?

– Сейчас уже нигде, сначала устроилась по специальности экономистом, но недавно уволилась. В новом коллективе не прижилась. Она девчонка симпатичная, вот ее офисные дамочки невзлюбили. А подруга у меня… безобидная, что ли, на место ставить не умеет, только дома закроется в комнате и плачет. Довели, вот и написала заявление на увольнение.

– Впечатлительная девушка, – хмыкнул Гуров и спросил: – Это правда, что Алена пыталась покончить с собой?

Ирина внимательно посмотрела на полковника:

– Да, полтора года назад. После неудачного романа она наглоталась таблеток, повезло, что я опоздала на автобус и вернулась домой. Вызвала ей «Скорую», откачали. – Девушка замолчала, ее пальцы нервно теребили уголки документов. – Что случилось? Что с Аленой? Вы задаете вопрос за вопросом, ведь что-то случилось, да?

Девушке не откажешь в проницательности, подумал Гуров. И рассказал о встрече в новогоднюю ночь, после чего показал собеседнице фоторобот. Глаза Иры тревожно заблестели.

– Да, это она. – Девушка протянула свой телефон, где было фото двух подруг на фоне родного университета, и тут же встрепенулась: – Но ведь она пишет мне сообщения!

Сыщик сравнивал фоторобот и фотографию девушки, несомненно, это была она, даже крошечный шрам возле нижней губы можно было рассмотреть.

– Вы не пытались с ней созвониться?

– Да разок набирала, но абонент был недоступен. Потом она эсэмэску кинула – мол, связь неустойчивая, только писать можно. Ну я и успокоилась… Зря, да?

Гуров серьезно взглянул на Ирину:

– Ситуация непростая. Не пугайтесь раньше времени. Делать выводы пока рано. Но мне бы помогло, если бы вы подробно рассказали, с кем она дружила, встречалась.

– Грустная это история. – Девушка встала и проверила, нет ли за дверью лишних ушей. Она понизила голос: – Преподаватель с нашей кафедры, Георгий Жилин, приезжал к нам в Ярославль преподавать свой курс в филиале. У Алены с ним случился роман месяца на три. Жилину уже за тридцать, а она еще студенткой тогда была, только перешла на четвертый курс. Она ради него перевелась на очное отделение, там платить больше, но Аленка… тогда она убедила отца, хоть и не рвется с ним общаться. Тот оплатил. Ну и переехала в столицу, а Жилин… Он ее не отпускал, держал в любовницах, играл как кошка с мышкой, она по первому звонку к нему мчалась. Короче, такая типичная драма, когда девчонке взрослый мужик голову дурит. Мужику под сорок, карьеру сделал научную, при должности, звание заработал… Но зачем-то катается по провинциям с лекциями и экзаменами. – Ирина перешла на шепот: – Об этом вся кафедра знает: о том, что Жилин ездит в командировки, чтобы крутить романы с абитуриентками и студентками филиалов. В каждом городе по любовнице, преподавательницы фыркают, а декан сказал, что это его право, свободный мужчина делает что хочет. Он же студенток не принуждает… А они – девицы совершеннолетние. Вот из-за него Аленка наглоталась тогда таблеток, довел Жилин ее до ручки.

Ирина выпрямилась и заговорила громче:

– Но это давно уже было. За последние полгода Аленка забыла об этом неудачном любовном опыте, повзрослела, что ли. Жилин со своими бесконечными романами не на виду, надоело ей страдать, новый ухажер появился. Тоже с нашего факультета, но на год младше, в этом году выпускается, Артемом зовут. Они начали недавно встречаться, Алена долго отказывала ему, но он мальчишка шустрый и настойчивый. Ухаживал, подарками ее завалил, она с ним ожила, расцвела.

Ирина с надеждой взглянула на оперативника:

– Может, это все ошибка? Просто похожая девушка, не мог Артем так с Аленой поступить, чтобы она помощь начала просить у прохожих. Он такой парень воспитанный, музыкой занимается. Вернется пятого января, и вместе посмеемся над этой дурацкой историей.

Лев не стал разочаровывать девушку. Он знал немало историй о разбитых надеждах близких и родственников относительно пропавших людей.

– А когда вы последний раз видели Алену? – продолжил сыщик свои расспросы.

– Два дня назад, тридцать первого декабря, я прибежала домой в обед. Мне Аленка запекла курицу с картошкой, салатик приготовила и с сумкой поехала на вокзал, они там с Артемом должны были встретиться, чтобы поехать на электричке.

– В каком настроении была Алена? – Гуров никак не мог понять, в какой момент что-то случилось, отчего девушка начала просить о помощи.

– Она сияла вся, – улыбнулась Ирина. – Я ее давно такой не видела, Артему приготовила подарок – часы красивые.

– А вы сами где встречали Новый год?

– Да к парню своему поехала, – пожала плечами девушка. – Собралась, Аленку проводила и уехала. Если надо, телефон дам, позвоните – мы с его родителями Новый год отмечали.

У девушки зазвонил телефон, и Ирина ойкнула:

– Аленкина мама звонит, я не буду отвечать. Боюсь! Не хочу рассказывать, что ее полиция ищет. Она после операции на сердце, ей волноваться нельзя.

Телефон замолчал, но тут же снова раздались резкие трели. Девушка вздохнула и ответила на звонок. Она включила громкую связь, чтобы Гуров слышал ее беседу с матерью Алены.

– Ирочка, доброе утро! – раздался тихий голос. – Извини, что отвлекаю тебя, ты работаешь, наверное. Ты с Аленочкой давно разговаривала?

– Здравствуйте, тетя Таня. – От волнения голос девушки слегка дрожал. – Она вчера мне написала, что еще останется за городом в доме отдыха вместе с Артемом.

– Да, мне она тоже написала. Все равно переживаю, хотела поговорить с дочей, она трубку не берет. Он хороший мальчик, Артем этот?

– Все в порядке, тетя Таня, – постаралась успокоить собеседница Ира. – Он отличный парень, видимо, отдыхают хорошо. За городом сейчас классно, красота.

– Да, да, конечно, – вздохнула женщина на том конце беспроводной линии. – Извини, что надоедаю. Я после той истории с взрослым поклонником никому не верю. Единственная дочка все-таки. Ты мне звякни, Ирочка, если она тебе еще напишет или позвонит.

– Конечно! – охотно согласилась девушка. – Вы не волнуйтесь, вам нельзя.

Несколько секунд в кабинете висела тишина. Еще совсем недавно веселая, Ирина подняла на Гурова глаза, полные слез, губы у нее дрожали:

– Умоляю, найдите Алену!

Оперативник нахмурился, по роду деятельности он часто сталкивался с плачущими людьми и человеческим горем, и каждый раз будто кошка проводила острым когтем по душе, оставляя царапину. Он никогда не давал напрасные обещания и не пытался утешить, считая, что лучшая поддержка – хорошо сделанная работа сыщика. Гуров спросил, отвлекая девушку от печальных мыслей:

– Как связаться с Артемом, знаете? И еще мне необходим список студенток, у которых преподавал Жилин за последний год. Сможете такой организовать? И, конечно, контакты самого преподавателя – адрес и телефон.

Ирина закивала и с готовностью принялась за работу, она находила нужную информацию в компьютере и распечатывала на принтере один документ за другим. Одновременно отвечала на вопросы посетителя:

– Артема самого я видела числа 29 или 28 декабря, он провожал Алену после киносеанса, зашел к нам на чашку чая. Они тогда рассказали мне, что хотят встретить вместе Новый год за городом. Это давняя мечта подруги, и Артем взялся ее осуществить, забронировал номер в загородном отеле. Даже ездил туда заранее и нарядил елку, которая растет под окном. – Девушка положила перед оперативником толстую стопку распечаток. – Вот что еще меня смущает, она ни одной фотографии этой елки не прислала и вообще впечатлениями не делится. А она, я ее знаю, она написала бы и фотки прикрепила бы со всякими елочками, сугробами, снеговиками, – развела руками девушка.

– С Артемом пытались связаться?

– Наоборот, старалась им не мешать. Я так была рада за подругу, что у нее жизнь наладилась!

– Жилин сейчас в командировке или в городе?

Ирина снова принялась смотреть информацию в компьютере:

– У него с пятого января будет несколько экзаменов здесь, а потом после 10 января он уедет в командировку на три дня.

Гуров подробно записал все сведения, что получил от подруги Алены, забрал распечатанные документы, обменялся с ней номерами телефонов и покинул кафедру, тем более в кабинет уже начали возвращаться преподаватели, закончившие принимать зачеты и экзамены у студентов, – несли ведомости.

В машине он пролистал кипу бумаг. Да уж, чтобы узнать, не случились ли еще неприятности с девушками из списка студенток Жилина, необходимо потратить много часов на работу с полицейской базой пропавших людей. Он позвонил Стасу, чтобы посоветоваться, как работать побыстрее в этом направлении, но тот ответил на звонок неожиданно резко:

– Ох, ты паршивец! Ну все, сейчас три шкуры с тебя спущу!

– Это что я тебе такого сделал? – Гуров был ошарашен такой реакцией.

– Да это я не тебе! – Крячко тяжело дышал в трубку. – Тут один паршивец петарду взорвал. Лев, мы с Сашкой к пенсионерке нашей пойдем, стажеру нужно первую помощь оказать.

– Буду через час, – мгновенно отреагировал Гуров и нажал на педаль газа.

### Глава 3

Стас утром собирался на опрос жильцов. Голова у него была тяжелой, вчера они с женой и Верочкой отлично провели вечер, до поздней ночи осваивая новый караоке. А вот сегодня после сна ему было не так радостно, но пара кружек горячего чая привела в порядок мутную голову. Полный энтузиазма стажер Сашка Голубцов уже прислал ему несколько сообщений о том, что готов выполнять поручение Гурова. Стас даже подумал, а не отправить ли ретивого парня одного на такое монотонное дело, как поквартирный обход, но устыдился своих мыслей, ведь стажер будет это делать в первый раз – растеряется, ошибок наделает, и важная информация может ускользнуть. Поэтому уже через полчаса он стоял во дворе и тщательно зарисовывал схему расположения дома, забора и подъездов. Попутно он поучал любопытного Голубцова:

– Сейчас я для себя рисую, чтобы понятно было, кто где стоял и шел. А при следственных действиях такая схема с подписями свидетеля – часть уголовного дела.

Голубцов слушал, широко распахнув глаза.

– Сейчас начнем по подъездам ходить, я для тебя распечатку с фотороботом взял. Будешь ее показывать и спрашивать народ, кто что видел и слышал. Если найдется свидетель, сразу звони мне, пообщаемся более подробно.

– А если спросят, что случилось, что мне тогда говорить? – уточнил старательный Голубцов, ему очень хотелось сегодня выполнить поручение идеально.

– Как что, тайна следствия. Зачем народ пугать. Ну все, ты в первый подъезд, я в пятый, и записывай, в каких квартирах успел поговорить.

Сашка с беспомощным видом остановился перед закрытой дверью подъезда. Крячко тут же пришел на помощь; он позвонил в первую попавшуюся квартиру и отрапортовал:

– Оперуполномоченный по особо важным делам полковник Крячко. Откройте, пожалуйста, необходимо задать вам пару вопросов. – Он подтолкнул Голубцова в глубь подъезда: – Не робей!

Сам он тоже начал рутинный обход.

– Добрый день! Оперуполномоченный по особо важным делам полковник Крячко. 31 декабря находились дома? Супругу, брата, свекра можете позвать? Слышали звуки, крики, громкий шум? Видели такую девушку? Мужчину ростом около метра восемьдесяти пяти в темной дубленке?

Сыщик показывал фоторобот, благодарил за поздравления с Новым годом, выслушивал жалобы на шумных соседей, старательно избегал расспросов на тему происшествия, отказывался выпить в честь праздника. Жильцы почти всех квартир в этот праздничный день были дома. Так, квартира за квартирой, они обошли весь дом, но так и не нашли свидетелей – 31 декабря почти все жильцы были заняты подготовкой к праздничному столу и ничего подозрительного не заметили.

На улице Крячко, закончивший первым обход, хмуро просматривал записи. Двери не открыли всего в двух квартирах, чьи хозяева, по заверению соседей, в них не живут, а лишь сдают свою недвижимость посуточно.

Голубцов вышел из подъезда и едва успел спрятать во внутренний карман куртки свою часть записей, как под ноги ему метнулась рыжая лохматая собака. На шее у животного что-то с треском шипело и горело. Стас не успел даже сказать и слова, как Сашка выдернул из-под ошейника собаки петарду и хотел отбросить в сторону, но было уже поздно – пиротехническое изделие сработало за секунду до того, как Голубцов разжал ладонь. От боли парень вскрикнул и прижал обожженную руку к куртке. Крячко бросился к стажеру, перехватил руку и, мельком глянув на поврежденную конечность, щедро обложил ладонь снегом.

– Все в порядке, ожог небольшой. До свадьбы заживет. Держи, держи, снег чистый, только сегодня утром выпал. – Крячко успокаивал парня, а сам окинул взглядом сугробы – что там за темное пятно мелькает? Одним броском он перелетел через снежную кучу и поймал за рукав мальчишку лет десяти. Тот рванулся, пытаясь убежать, но опер крепче сжал руку пацана и потащил упирающегося шкета к подъезду.

– Отпусти, чего надо? Я ничего не сделал! Сейчас как заору, в полицию сядешь, что ребенка хотел украсть! – заверещал пацаненок. Но Крячко запустил в карман его грязной куртки руку и вытащил еще три петарды и зажигалку.

– Ничего не сделал, говоришь? – Он вытянул ладонь, предъявляя доказательства хулиганского поступка мальчишки. – То есть не ты петарду собаке за ошейник засунул и поджег?

– Не я! – насупился мальчишка, но от его голоса пес в ужасе заскулил и бросился искать защиты между ног Голубцова.

– Ну раз ты не ты, то тогда как свидетеля я тебя забираю с собой в отделение, там возьмут с твоих рук пробы, чтобы убедиться, что на них нет следов пиротехнического состава и шерсти собаки, да и отпустим, раз ты не виноват. – Стас собирался и дальше вести диалог с юным хулиганом, но перехватил испуганный взгляд стажера. Тот со страхом смотрел на огромный пузырь от ожога, вздувающийся на ладони. В этот момент и позвонил Гуров, мальчишка воспользовался заминкой и попытался было снова вырваться из рук сыщика, но лишь взбил снежный покров ногами.

Крячко потащил всю компанию в квартиру пенсионерки, надеясь, что сердобольная женщина окажется дома. Лидия была дома, открыла дверь, а при виде ожога повела себя как настоящий профессионал: без оханья увела Сашку в ванную комнату, откуда он вышел с обработанной и забинтованной рукой. Пенсионерка протянула ему тюбик:

– Каждый день смазывай и накладывай новую повязку, через месяц будешь как новенький. Молодцы, что сразу холодное приложили. – Она повернулась к мнущимся на пороге Крячко и его малолетнему пленнику: – А вы мойте руки и за стол, пообедаете и дальше продолжите свои войны.

Через десять минут Стас, глядя, как малец с жадностью уминает борщ, представился:

– Меня зовут Станислав Васильевич, я из полиции. А тебя как зовут?

– Димка, – шмыгнул носом мальчишка. Он со вздохом удовлетворения доел последнюю ложку борща, отодвинул тарелку и снова нахохлился.

– Ты в этом доме живешь? – Крячко продолжил расспрашивать мальчика. Парнишка глянул на Сашку, тот сочувствия к нему не проявил. Хозяйка квартиры тоже защищать малолетнего хулигана не торопилась.

– В первом подъезде, – обреченно ответил мальчишка. – Дяденька, я больше не буду! Только к родителям не ходите! – Он даже слезу пустил.

Стас пожал плечами:

– На этот раз прощаем, да, Саша?

– Ну да, – кивнул стажер. Времени заниматься воспитательной работой не было. Да и пацан, похоже, перепугался из-за содеянного.

Крячко показал мальчишке фоторобот пропавшей девушки:

– А вот эту девушку не видел в новогодний вечер во дворе или в подъезде?

– Слышал, как ругались возле квартиры, – пробурчал мальчик, каждое слово из него приходилось вытаскивать клещами.

– Ее голос слышал? Уверен?

– Я ее и видел, сверху, через перила. В шубке была в пушистой, лицо похоже, волосы такие же. Вот мужика не видел, врать не буду.

– Расскажи подробно, что ты слышал.

– Ну… я на лестнице сидел в подъезде, от мамки прятался. – Мальчишка покосился на лица взрослых, видимо, по привычке ожидая бурной реакции на то, что он, брошенный ребенок, живет в трудной семье, но, увидев, что никто не охает, продолжил: – В квартире под нами никто не живет, а тут как расшумелись возле двери. Девка давай плакать, а мужик ей сказал что-то про любовь.

– Про любовь? – удивился Крячко.

– Ага, – кивнул мальчик. – Типа, щас будет тебе вечная любовь.

– А голос какой у мужчины был?

– Обычный, старческий, как типа у тебя.

От такого комментария Стас аж хмыкнул, но учить постреленыша хорошим манерам не стал.

– Они входили или выходили из квартиры?

– Входили, – уверенно заявил Димка. – Он ее тащил еще так, шумно. Мамка так стукается об мебель, когда перепьет.

– Какой номер у квартиры, из которой они вышли?

– Одиннадцатая, наша пятнадцатая прям над ними. Я хотел посмотреть, что за новые соседи, но, когда заплакала девка, испугался и не спустился по лестнице.

– Ладно, Димка, спасибо, что помог нам, – закончил беседу опер. – Давай проводим тебя до дома.

Лидия Федоровна при виде нахмурившегося лица мальчика махнула рукой:

– Пускай посидит еще, погреется, вечером отправлю его домой. Я его мать знаю, не скоро хватится.

Напарники поблагодарили женщину за горячий обед. Перед уходом Стас заглянул на кухню к мальчику, присел перед ним на корточки и заглянул в глаза:

– Спасибо еще раз, что помог нам. Понимаю, что мать обижает тебя, но вымещать свою обиду на более слабом может только глупец или трус. А ты парень хороший, смелый, так что учись себя защищать, а не отыгрываться на других.

– Ладно. – Глаза у Димки заблестели от навертывающихся слез. – Не буду, я понял.

Стас оделся, вышел на улицу в сопровождении молчащего Голубцова. Он уже хотел отвезти стажера домой, как во двор въехал знакомый автомобиль. Гуров открыл окно:

– Ну что, все живы?

– Живы, – вздохнул приятель. – Давай ко мне домой, посидим, я расскажу, что тут потом и кровью добыли.

Голубцов взмолился:

– Можно мне с вами? У меня уже почти ничего не болит, честное слово!

В квартире Стаса царила тишина, женщины, как и планировали, уехали развлекаться на каток. На кухне мужчина по-хозяйски выставил на стол остатки новогоднего изобилия, в том числе и фирменный пирог жены. Пока пили чай из глубоких синих чашек, Сашка и Стас подробно отчитались, как прошел их визит на место происшествия. А Гуров, в свою очередь, поделился информацией, которую узнал от Ирины.

– Какие версии, полковник Гуров? – После выпитого чая и съеденных пирогов Крячко был в прекрасном настроении.

– Криминальная: похищение девушки может быть связано с ее влиятельным отцом. Любовная: хороший мальчик мог во время ссоры потерять самообладание. И серийная, но она, – Гуров шлепнул по толстой стопке списков студенток, – требует длительной проверки, вот если найдутся еще пропавшие, то будет и версия. А пока берем в работу то, что посвежее. Все-таки уже два года минуло как Алена прекратила отношения со взрослым любовником, диплом получила, начала встречаться с другим парнем, так что даже точек пересечения у них нет.

– Я за то, чтобы папеньку пощупать, – заявил Стас. – Деньги за выкуп заложника – самый частый мотив похищений. Да побеседовать с преподавателем необходимо, посмотреть, что он за птица.

– Я с Жилиным встречусь, – предложил Лев.

– Тогда мне достается горячий молодой жених, – выбрал Крячко фронт работ на следующий день.

– А на мне проверка сотен студенток? – У Голубцова вытянулось лицо от огорчения.

– Ох, Сашка, тебе же сидеть в тепле и перебирать девчонок, и тот еще недоволен. А мы, два опытных опера, будем бегать по холоду, беседовать с подозреваемыми. – Но увидев, как стажер совсем поник, Стас понял, что переборщил с шутками, и дружелюбно хлопнул Сашку по плечу. – Не кисни, в работе опера разные бывают моменты, когда с пистолетом бегать приходится, а когда за компом посидеть. Тем более у тебя боевое ранение, немного заживет – и можно снова на передовую. Ты мне лучше скажи как начинающий сыщик, что еще можно проверить, в каких местах след девушки поискать?

– А машину, на которой они уехали, никак не опознали? – принялся размышлять Голубцов, но Гуров в ответ лишь отрицательно покачал головой. – С подругой вы побеседовали, в университете она уже не учится. Может быть, тогда на работу к ней стоит сходить?

– Можно, думаю, даже местные сплетницы расскажут о ней кое-какие слухи, но на похищение вряд ли потянет. – Крячко взял ручку и лист бумаги, чтобы записывать важные для поиска пункты. – Думай, Сашка, думай.

– Квартира! – воскликнул стажер от посетившей его голову мысли. – Она же точно была в квартире с мужчиной, который ее, по всей видимости, и похитил. Надо узнать, кто владелец, либо это сам преступник, либо квартиру сдали в аренду, в любом случае появится ниточка.

Гуров в знак одобрения кивнул: соображает стажер.

Вдохновленный Голубцов стал выстраивать логические цепочки дальше:

– Надо поговорить с ее родителями. А еще проверить на вокзалах, уезжала ли она на электричке тридцать первого декабря.

Гуров покачал головой:

– Без официального повода сложно будет дать ее фоторобот как ориентировку для поиска. Попробую договориться. А с родителями… Подождем еще завтрашний день, если Алена все так же не будет выходить на связь, а только эсэмэски рассылать, то ее подруга Ирина поговорит с родителями, чтобы подали официальное заявление о розыске в отдел полиции.

Мужчины еще немного поговорили, обсуждая план действий, допили чай и отправились по домам, а короткий зимний день уже заканчивался багровым закатом.

### Глава 4

На следующее утро Гуров отвез Марию на репетицию, в новогодние праздники в театре шел спектакль за спектаклем, все билеты активно раскупали, чтобы интересно провести длинные каникулы.

Сам же сыщик поехал плутать по тесным проездам нового района, где проживал Жилин. Он припарковал машину подальше от дома преподавателя, прошелся вдоль парковки возле дома, обращая внимание на машины, которые там стояли. Вдруг попадется автомобиль с какими-то особенными отметинами, следами аварии. Но железные кони стояли ровными рядами, с большими сугробами на крышах, и это говорило о том, что владельцы не выходили из дома уже несколько дней.

Вход в дом охраняла консьержка, с интересом смотрела телевизор у себя в каморке, но на появление гостя бдительная женщина отреагировала сразу:

– Здравствуйте. Вы в какую квартиру?

– Я к Георгию Жилину.

– Так нету его, с утра убежал в университет. Так и сказал, поеду, Марья Михална, наставлю двоек. Такой шутник, хоть и ученый. А что передать?

Гуров лихорадочно соображал, что же можно сказать любопытной консьержке, чтобы не спугнуть подозреваемого. Он просительно улыбнулся и ссутулился, всей позой стараясь выразить неуверенность в себе:

– Да вот и не знаю, как подступиться. У него моя дочка учится, полгода балду гоняла, а сейчас экзамен завалила. Хотел его попросить еще раз принять экзамен. В университете сказали, до пятого числа его не будет, так что выпросил кое-как адресок. Все-таки родной ребенок, отчислят – и куда потом девке деваться? Может, удастся его уговорить? Когда он будет, не знаете?

Женщина окинула визитера с головы до ног изучающим взглядом, видимо, результат осмотра ее устроил, потому что она участливо предложила:

– Так вы его подождите в машине, уже часа четыре прошло, может, вернется. Он человек спокойный, хоть и с деньгами и заслуженный, а такой тихий, никаких скандалов или жалоб от соседей не поступало, даром что не женат.

– Спасибо, вы ему не говорите, лучше я сам, – пробормотал Гуров. – А вдруг он в командировку уехал?

Но женщина уверенно качнула головой:

– Если в командировку едет, он всегда мне об этом говорит, я цветы у него дома поливаю в эти дни. – Она повернулась к календарю и провела пальцем по строчкам чисел. – Вот у меня отмечено, когда он уезжает, так я себе кружочком обвожу, до какого числа мне за квартиркой присматривать. Да вы посидите на парковке в машине, у него иномарка такая черная, 715 номер. Спросите, вдруг навстречу пойдет, зачем ребенку-то жизнь губить.

– Спасибо, большое спасибо. – Сыщик заторопился к выходу, чтобы не столкнуться с Жилиным рядом с каморкой вахтерши и не раскрыть свое прикрытие.

Он устроился в машине, достал телефон и позвонил Крячко.

– Доброе утро! Стас, у меня мысль появилась. Про владельца квартиры можно же узнать у Верочкиного жениха, помнишь, как он нас выручил, в пять минут пробил квартиру с притоном в деле о ночных бабочках.

– Доброе, спрошу сейчас. – Приятель с утра был в отличном расположении духа. – Вроде у них все там к свадьбе идет, так что как будущий родственник не откажет мне в услуге.

Верочка, хоть и посвящала много времени работе эксперта, успевала устраивать и свою личную жизнь. Уже больше года она встречалась с неразговорчивым программистом, который поначалу не впечатлил Стаса и его жену своими небрежными нарядами и вечным молчанием за столом, но со временем выяснилось, что жених открывает рот, чтобы говорить умные вещи, а над его внешним видом взялась поработать Верочка, так что постепенно парень приоделся, освоился и сумел вписаться в круг общения своей подруги. А еще он стал незаменимым помощником обоим оперативникам, если было необходимо получить сведения как можно быстрее, без официальных запросов. Так получилось и в этот раз, уже через 15 минут на телефон пришла эсэмэска от Крячко: «Пирогова Мария Андреевна, 1949 года рождения, купила эту квартиру год назад, там же и прописана. Другой недвижимости на нее не оформлено».

Где же искать эту Пирогову, вздохнул Гуров, прописана в квартире, но по факту никто в ней не проживает, а другого жилья на нее не зарегистрировано; потерялась владелица квартиры – ниточка, которая вела к похитителю Алены, оборвалась.

Пока Гуров ломал голову, где разыскать Пирогову, его напарник по частному расследованию бодро поднимался по лестнице старенькой пятиэтажки. Он приехал по адресу, где проживал новый бойфренд девушки, но на сигналы домофона никто не ответил. Сыщик без труда зашел в подъезд, нужная квартира располагалась на втором этаже, из-за двери гремел тяжелый рок. После продолжительного стука раздался выкрик:

– Пошли к черту! Буду слушать сколько захочу.

– Открывайте, полиция. – Крячко показал корочки в дверной глазок и на всякий случай положил руку на кобуру служебного оружия под курткой. Дверь мгновенно распахнулась, и в дверном проеме показался взъерошенный парень в растянутой домашней одежде; вокруг глаза у него расплылся красно-синий фингал, а лицо украшали красные царапины. Он буркнул:

– Чего? Я музыку не выключу, имею право по закону до десяти вечера слушать.

– Артем Чепкасов? Я по другому поводу. – Стас старался настроить парня на миролюбивый тон, хоть расцарапанное лицо вызвало у него тревогу, уж не девушка ли сопротивлялась и оставила на нем такие отметины. – Давай я войду и поговорим. Потом можешь дальше слушать свою музыку.

Парень молча пожал плечами, соглашаясь, и исчез в полумраке коридора, оперативник пошел за ним; музыка стихла и после сразу же раздался звук открывающегося окна. От этого легкого скрипа Крячко сразу сгруппировался и бросился в комнату, но парня там уже не было, он выпрыгнул в окно и по крыше соседнего дома убегал, прихрамывая на левую ногу. Возле примыкающей к дому высотки он подтянулся, ловко взобрался по пожарной лестнице на открытый балкон и сразу же исчез за дверью. Крячко измерил взглядом расстояние до крыши здания внизу и не стал прыгать: неловкое приземление – и можно упустить преступника, а то и на больничной койке оказаться. Вместо этого он бросился прочь из квартиры, добежал до многоэтажки, на ходу просчитывая, в какой квартире следует искать Артема. Высотка оказалась бывшим общежитием, где длинный коридор заканчивался общим просторным балконом. На третьем этаже деревянная дверь свободно болталась, возможно, из-за того что парень толчком выдрал завернутые в петли шурупы. До лестницы он с поврежденной ногой дойти не успел бы, значит, скрывается на этом этаже. С противоположного конца коридора, где, видимо, располагалась прачечная, шла женщина с охапкой чистых простыней. Она легко толкнула боком дверь и шагнула в комнату, Стас нырнул следом за ней. Женщина от неожиданности потеряла дар речи: