Владимир Анин
Одиночка

Глава I

Озорное августовское солнце щекотало лучами верхушки яблонь, которые, будто стеснительные девицы, покачиваясь на ветру, прикрывали густой кроной крупные наливающиеся плоды. Ослепительно голубое небо отражалось в безупречно чистых окнах добротного, выкрашенного в яркие лубочные цвета домика с белоснежными наличниками. За углом этого чудного строения, словно перекочевавшего из доброй сказки, на широкой скамье стояли два больших таза. В одном из них грудой скрученных канатов лежало отжатое белье, в другом ещё плескалась чуть тронутая белой мыльной мутью вода.

Лиза выплеснула воду на землю. Поправив рукой выбившиеся из-под косынки светлые волосы, она взяла таз с бельем и направилась к небольшому сараю, возле которого трепыхались на ветру развешенные на веревках многочисленные штанишки, маечки и рубашечки всевозможных размеров. Сняв сухое бельё и повесив на его место только что постиранное, Лиза вернулась к лавке и присела, продолжая держать таз в руках. Раннее утро, а она уже устала. Ещё бы! Столько работы! Только всё это не беда, когда работа в радость. Лиза сняла косынку, и волосы рассыпались по плечам. Большие серые глаза весело глядели из-под нависших золотистых прядей на богатый плодами сад, обильно родящий огород и пестреющие всеми мыслимыми и немыслимыми цветами клумбы. На Лизе был голубой с белым спортивный костюм и кроссовки, её любимый наряд. Она не любила ни платья, ни сарафаны. В них она чувствовала себя некомфортно и совершенно не понимала, как прочие женщины умудряются вести домашнее хозяйство в такой непрактичной одежде.

Посидев немного, Лиза встрепенулась и бодро взбежала на крыльцо.

В доме стоял полумрак, плотные занавески были зашторены, царила тишина. Лиза свалила бельё на большой обеденный стол и, поставив таз в угол, одну за другой одёрнула занавески на всех трёх окнах. В комнате сразу стало светло. Лиза открыла одно окно, и вместе со свежим утренним воздухом в дом ворвался птичий щебет, стрёкот кузнечиков, шум ветра и ещё множество звуков, которые можно услышать только на природе, где-нибудь в деревне, и которые, сливаясь воедино, воспринимаются горожанином как «загородная тишина».

Лиза достала из шкафа старенькое детское одеяльце и постелила его на стол. Вскоре рядом появился перемотанный изоляционной лентой утюг с треснутым корпусом. Включив утюг в розетку, Лиза вышла на веранду, служившую летней кухней. На плите в большой кастрюле, надуваясь пузырями, булькала созревающая овсяная каша. Лиза немного успокоила кашу, помешав деревянной ложкой с длинной ручкой, и вернулась в комнату. Утюг уже успел нагреться и недовольно фыркнул, выпустив пар.

Куча неглаженного белья быстро таяла, а рядом росла стопка отутюженных вещичек. Наконец последние штанишки заняли своё место на вершине стопки. Лиза выдернула шнур из розетки и поставила утюг на подоконник. Стопка вещей скрылась в шкафу, туда же отправилось служившее подстилкой старое верблюжье одеяльце.

Лиза бросила взгляд на большие овальные часы, висевшие на стене, – ровно восемь. Она подошла к детской комнате и открыла дверь.

– Подъём!

В ту же секунду дом, словно ожив, наполнился гомоном, визгом, стуком, скрипом и множеством прочих звуков. Один за другим из комнаты выбежали шестеро мальчишек погодков в трусах и в майках: десятилетний Ваня – самый старший, за ним Андрюша, Володя, Ярик, Игорёк и Славик. Последним, седьмым, выбежал Мишка, самый маленький, без трусов.

– Куда? – Лиза поймала голопопого мальчишку и унесла обратно в детскую.

Через мгновение она уже вышла, на весу натягивая на Мишку трусы. Прикрыв озорнику срам, Лиза поставила его на пол и легонько шлёпнула. Мишка, хохоча, убежал.

На лужайке перед домом выстроились рядком семеро мальчишек, по возрасту и по ранжиру. Они двигались почти синхронно, плавно выполняя упражнение, отчего казалось, будто они разучивают какой-то танец: шаг вперёд – блок левой рукой, шаг вперёд – удар, шаг назад.

Лиза, сняв кроссовки и перехватив волосы резинкой, стояла в боевой стойке, как заправский сенсей. Она была серьёзна и сосредоточена, придирчиво наблюдая за движениями питомцев, которые усердно выполняли команды своего тренера-мамы.

– И р-р-раз!

Лиза нанесла по воздуху удар ногой с разворотом. Мальчишки повторили удар. У старших получилось очень даже неплохо. Только Игорёк и Славик выполнили его довольно коряво, а Мишка, закрутившись, вообще шлёпнулся на землю. Ребята дружно захохотали.

– Ваня, ко мне! – скомандовала Лиза. – Остальные, встаём по парам. Пять минут спарринг.

Мальчишки беспрекословно исполнили приказ и, встав попарно, принялись лупцевать друг друга. Причём трёхлетний Мишка почти не уступал пятилетнему Славику. Лиза спарринговала с Ваней, который для своих десяти лет демонстрировал очень неплохую технику.

Наконец утренняя тренировка закончилась. Мальчишки гурьбой бросились к стоящей у дома бочке, посрывали с себя майки и, схватив ковшики, принялись обливаться водой. Лиза, присев на скамейку, обтирала ноги мокрым полотенцем и с улыбкой наблюдала за детьми.

– Мам, а ты знаешь, как Ванька метко кидать научился? – сказал Андрюша, первым отойдя от бочки.

– Знаю, – ответила Лиза.

– Нет, ты не знаешь, он ещё метче может, и дальше. Вань, покажи.

– Да ну! – отмахнулся Ваня.

– Покажи, Вань, – попросил Володя.

– Покажи, покажи! – подхватили остальные братья.

Ваня поднял с земли камушек и, несколько раз подбросив его на ладони, показал пальцем на высокую яблоню, до неё было метров тридцать, не меньше. На самой верхушке дерева зеленело крупное яблоко. Лиза положила полотенце на скамейку и подошла к детям, с интересом наблюдая за старшим сыном. Раздался свист разрезаемого воздуха, и Ваня застыл с вытянутой рукой, сощурившись и выгнувшись вперёд всем телом. Мальчишки затаили дыхание, и только когда яблоко, подпрыгнув, сорвалось и полетело на землю, оглушили Лизу радостным воплем. Мишка, визжа от восторга, побежал к яблоне. Славик и Игорёк устремились за ним. Старшие дети снисходительно наблюдали за младшими.

– Ну, ты прямо Вильгельм Телль. – Лиза потрепала Ваню по голове и зашла в дом.

– А кто это? – спросил Володя.

– Ты что! – воскликнул Ярик. – Это же легендарный герой Швейцарии, знаменитый искусный лучник!

– А ты откуда знаешь? Ты что, в Швейцарии был?

– Он всё знает, – сказал Ваня, похлопав Ярика по спине. – Он же у нас Ярослав. Мудрый. А тебе стыдно не знать. Книжки надо читать.

– А чой-то мне стыдно! – фыркнул Володя. – Подумаешь, умники! Выдумали какого-то Теля-метеля!

– Нет, не выдумали! – вскричал Ярик.

– Отвянь, клоп! – отмахнулся Володя.

– Сам отвянь!

– Мальчики, завтракать! – донёсся из дома голос Лизы.

Уже через минуту все семеро мальчишек сидели за столом и наворачивали ароматную кашу, запивая густым деревенским молоком.

Ярик всё время исподлобья поглядывал на Володю и наконец не выдержал:

– Мам, скажи этому… – он кивнул на брата, – что Вильгельм Телль вправду был.

– Не этому, а Володе, – поправила Лиза. – Он же твой брат!.. Наверное, был. Во всяком случае, в книжках так пишут.

– Вот! – торжествующе воскликнул Володя. – А в книжках всё – выдумки.

– В книжках всё правда! – возмутился Ярик.

– Ага! Скажи ещё, что про Бабу Ягу правда. И про людоеда…

– Мам, скажи ему.

– Кончайте спорить, – ответила Лиза. – Неважно, был такой человек или его выдумали. Но всех метких людей сравнивают с Вильгельмом Теллем.

– Мам, а чего папа так рано уехал? – облизав ложку, спросил Андрюша.

– У него сегодня важное мероприятие в городе.

Муж Лизы, Андрей, работал главным агрономом крупного сельскохозяйственного комбината, и ему частенько приходилось мотаться в город по разным надобностям. Но в этот день случай был особый – в районной администрации премировали лучших тружеников села.

– А перед этим ему надо в поле заехать, – сказала Лиза.

– Вечно ему в это поле надо! – проворчал Володя.

– Это же его работа! – возразила Лиза. – Он столько трудится, эксперименты проводит.

– А когда он приедет? – спросил Ярик.

– Вечером.

– А подарки привезёт? – поинтересовался Игорёк.

– Если будете себя хорошо вести.

– Мам, а мы тоже эксперимент проводили, – сказал Ваня и хитро посмотрел на братьев.

– Какой эксперимент? – насторожилась Лиза.

– Да не, ты не бойся, ничего опасного. Мы это в школе ещё не проходили, но мы узнали, что это называется…

– Акустика, – вставил Ярик.

– Акустика? – переспросила Лиза.

– Акустика, – подтвердил Ваня. – Ну, звук. Вот. Ты знаешь, какая у нашего Мишки акустика?

– В каком смысле?

– Ща покажем.

Ваня выскочил из-за стола, подбежал к серванту, достал оттуда тонкий стеклянный бокал на длинной ножке и, поставив его на стол, крикнул:

– Мишка, волк!

Мишка бросил ложку и, скривившись, так пронзительно завизжал, что все невольно схватились за уши. Стоявший на столе бокал звонко треснул, и большой осколок стекла упал на стол. Визг прекратился. Мишка взял ложку и как ни в чём не бывало продолжил есть кашу. Остальные мальчишки с любопытством смотрели на треснувший бокал.

Лиза тоже некоторое время растерянно таращилась на бокал, потом посмотрела на Мишку и, окинув взглядом мальчишек, укоризненно покачала головой.

– Экспериментаторы… А зачем посуду переводить?

– Наука требует жертв! – заявил Ярик.

– Ах, жертв? Ну что ж, тогда собирайтесь – пойдём приносить жертву другой науке – ботанике.

Мальчишки вопросительно посмотрели на маму.

– Огород будем полоть, – пояснила Лиза, и комната наполнилась недовольным гулом.

Вечерело. Андрей Терехов неспешно вёл свою «Ниву» по пустому шоссе, на лице его блуждала улыбка. За окном накрапывал дождик, «дворники» лениво смахивали вязкие капли с лобового стекла. Из динамиков лилась старая песенка в исполнении Юрия Антонова.

– И так прекрасно возвращаться, – подпевал Андрей, – под крышу дома своего…

Оглушительный рёв, возникший из ниоткуда, заставил Андрея вздрогнуть. В ту же секунду его обогнал несущийся на бешеной скорости огромный чёрный джип.

– Вот чёрт! – выругался Андрей. – Напугал, ненормальный.

Зазвонил телефон. Андрей, не отрывая взгляд от дороги, нащупал рукой лежавший на пассажирском сиденье мобильник.

– Да!

– Андрюш, привет! Как дела? – донеслось из трубки.

– Привет, милая! – ответил Андрей. – Секунду, громкость убавлю. – Он приглушил музыку. – Да, я тебя слушаю.

– Извини, – отозвалась Лиза, – я громкость убавить не могу. – Она оглянулась на шумно играющих мальчишек. – Как всё прошло?

– Нормально. Грамоту дали.

Андрей бросил взгляд на лежавшую рядом на сиденье грамоту, озаглавленную «Лучшему агроному».

– Лучше бы они тебе премию дали, – посетовала Лиза.

– Да уж! – согласился Андрей.

– Ты скоро?

– Думаю, через полчасика буду.

– Отлично! Гостинцы мальчишками купил?

– Конечно, купил.

– Значит, устроим сегодня пир?

– Обязательно! Можете накрывать на стол.

– Уже бегу. Я тебя люблю!

В трубке раздался звонкий чмок.

– Я тебя тоже люблю, милая! Целую.

Дорога нырнула в густой перелесок и, сделав крутой вираж, вывела в широкое бескрайнее поле. Сразу за опушкой, у обочины возвышалась синяя будка автобусной остановки. Прямо перед ней, уткнувшись мордой в бетонное основание, стоял чёрный джип.

– Доездился, – буркнул Андрей.

Он остановил машину неподалёку от джипа и, схватив мобильник, открыл дверь.

– Эй! У вас всё в порядке? – крикнул Андрей, подходя к месту аварии и вглядываясь в затонированные до черноты окна джипа.

Внезапно джип резко сдал назад, едва не сбив Андрея, тот едва успел отпрыгнуть. Джип, соскочив с бордюра, затормозил и покатил вперёд. Андрей испуганно посмотрел ему вслед и перевёл взгляд на то место, откуда джип только что отъехал. На остановке лежала женщина. Андрей подбежал к ней. Женщина не дышала.

Он смахнул с телефона капли дождя и набрал «112». На том конце почему-то не отвечали. Джип, ставший причиной трагедии, спокойно удалялся. Андрей посмотрел на экран телефона и чертыхнулся – проклятый аппарат каким-то образом переключился в режим фотосъёмки. Андрей перевел телефон в режим звонков и снова набрал «112».

Джип уже почти скрылся из виду, как вдруг ослепительно ярко вспыхнули красные огни стоп-сигнала – и сразу белый фонарь заднего хода. Джип быстро сдал назад и резко остановился напротив Андрея. Тонированное стекло поползло вниз. Андрей поднял взгляд и удивлённо уставился в окно джипа. В окне чернело дуло пистолета. Выстрел прогремел будто гром. В это мгновение вспыхнула молния, и небо, словно эхо, ответило раскатистой канонадой. Джип сорвался с места и вскоре исчез, растворившись в серой мороси.

На остановке, упав прямо на тело женщины, лицом к небу лежал Андрей. Глаза его были широко раскрыты, мелкий дождик поливал лицо, смывая струйку крови, сбегающую из тёмного отверстия во лбу…

Поминки проходили в доме Тереховых. Народу было немного, но в тесной избе, не предназначенной для таких мероприятий, места всем не хватало. А потому мужчины, выпив по несколько стопок за помин души покойного, вышли из-за стола и, разбившись на две группки, вполголоса о чём-то беседовали во дворе. Женщины хлопотали, убирая со стола.

На стуле возле стены сгорбилась одетая в чёрное Лиза. Лицо её осунулось, глаза, теряющиеся на фоне тёмных кругов, бесцельно смотрели в пустоту. Рядом стояли шестеро мальчишек, с непониманием и страхом взирая на происходящее вокруг. Только самый младший – Мишка, сидел на полу возле маминых ног и играл в машинку.

Подошёл директор агрокомбината, кругленький лысый мужичок со страдальческим лицом.

– Лизонька, примите мои самые глубочайшие соболезнования.

Лиза подняла на него взгляд и молча кивнула.

– И ещё… – Директор замялся. – Сейчас, наверное, не самое подходящее время. Но у меня нет выхода… Я понимаю, и я вас не тороплю, но всё же…

– Вы хотите, чтобы мы освободили дом? – спокойно спросила Лиза.

– Вы только не подумайте! Андрюша был для нас… Но жизнь продолжается, и я должен… У меня ведь обязательства…

– Ильич, побойся Бога! – накинулась на него Кузьминична, дородная тётка лет шестидесяти, одетая в заношенное траурное платье.

– Шо ж ты девке даже у себе прийтить не даёшь! – присоединилась к ней не менее дородная, разве что лет на пять помоложе, Петровна, в таком же одеянии.

– А мне что делать? – горестно воскликнул Ильич. – Жилплощадь служебная. Мне надо нового агронома нанимать. Кто сюда без жилья-то пойдёт?

– Значит, таперче можно мать с дитями на улицу выбросить? – грозно спросила Кузьминична.

– Почему на улицу? У Андрея же осталась квартира в Южногорске?

– И шо? – вмешалась Петровна. – Да ты знаешь, шо енто за квартира? Лизавет, сколь там комнат-то?

– Одна, – машинально ответила Лиза.

– Одна! – Кузьминична всплеснула руками и сурово посмотрела на директора. – И ты хочешь их всех в енту одну комнату запихнуть, ирод?

– Он у ентом весь – эксплуататор! – заявила Петровна.

– Буржуй! – бросила Кузьминична.

– Да что вы на меня накинулись! – взвизгнул Ильич. – Я же никого сейчас не гоню… Ну не могу я без агронома, не могу!

Лиза подняла на него пустые, словно высохшие колодцы, глаза.

– Мы уедем. Девять дней отметим и уедем.

Глава II

Лиза стояла на автобусной остановке в окружении сыновей. На ней были джинсы и лёгкая кофточка, на ногах кроссовки. Дети тоже были одеты весьма скромно: старшие в потёртых джинсах, младшие в заштопанных шортах. В ногах – котомки, узлы и один чемодан. Рядом топтались Кузьминична и Петровна. Было довольно жарко. Но погода стояла переменчивая, небольшие облачка одно за другим скрывали ненадолго ласковое солнышко, и сразу поднимался ворчливый ветер, а с ним возникал и неприятный холодок, норовивший забраться за шиворот и пощекотать между лопаток.

– Вот Ильич, нелюдь! – поёжившись, проворчала Петровна. – Хошь бы автомобиль вам отдал! Всё ж полегче было б.

– Как бы он отдал? – возразила Лиза. – Автомобиль-то – служебный.

– Бедные! – всхлипнув, посетовала Кузьминична. – Как же вы тапереча-то?

– Ничего! Как-нибудь!

– Ты ж нам весточку-то подай, как доберётесь: шо там и как, усё ль у порядке, – наставляла Петровна.

– Обязательно! – пообещала Лиза. – Ой, а телефона-то вашего у меня нет! – Она достала из кармана мобильный телефон. – Продиктуете?

– Так у мине маво телефона тоже нема, – ответила Петровна и рассмеялась, вздрагивая всем своим дородным телом. – И не было николи! Я ж с ентими вашими мобильными…

– Я телеграмму дам… – нашлась Лиза. – Или письмо напишу.

– Да когда тебе там писать будет! – возразила Кузьминична. – Мы тебе сами позвоним. – Она взглянула на Петровну, словно ожидая подтверждения. – Из сельсовета.

– Точно, – согласилась Петровна. – Оттудова и позвоним. У табе номер тот же будет? Андрюшин?

– Да, – ответила Лиза. – Она посмотрела на телефон, на вспыхнувшем экране высветилась фотография чёрного джипа. – Вань, что это?

– Папка, наверно, где-то щёлкнул, – предположил Ваня, заглядывая в телефон.

Лиза несколько мгновений всматривалась в фотографию и убрала телефон обратно в карман.

– Ты там осторожно, в городе-то, – сказала Кузьминична. – Опасно! Бандиты кругом.

– Да что вы такое говорите, тётя Катя! Какие бандиты?

– Верно Кузьминична говорит, – самым серьёзным тоном заявила Петровна. – Я сама по телевизеру видала. Жуть!

– Я ведь жила в городе, – напомнила Лиза.

– У-у! Когда это было! – воскликнула Кузьминична.

– Не волнуйтесь, тётеньки, мы о маме позаботимся, – вмешался Ваня и повернулся к братьям. – Правда?

– Да! – хором ответили братья.

– Видите, какие у меня защитники? – Лиза улыбнулась, и глаза её подозрительно заблестели.

Автобус, скрипнув тормозами, остановился и с лязгом распахнул заметно тронутую ржавчиной дверь. Из автобуса, держа перед собой чемодан, вышла Лиза. Следом за ней выскочил Володя и вместе с матерью помог выбраться братьям. Водитель помахал им рукой, и автобус, обдав Лизу с ребятами едким чёрным дымом, укатил.

– Ну что, мальчики, дальше пешком, – сказала Лиза и, подхватив чемодан, зашагала вдоль дороги.

Дети двинулись следом.

– Ма-ам! Долго ещё? – поинтересовался спустя некоторое время Володя.

– Нет, ещё чуть-чуть.

– А чуть-чуть это сколько? – спросил Игорёк.

– Чуть-чуть – это вон за тем домом, – ответила Лиза.

– За каким? – не унимался Володя.

– Вы можете заткнуться? – не выдержал Ваня. – Вот заладили: «сколько», «за каким». Придём – увидите. Что пристали к мамке?

Некоторое время шли молча. Наконец Лиза свернула во двор, и по растянувшейся процессии пробежал гул облегчения.

Подойдя к старенькому пятиэтажному дому, Лиза остановилась, чтобы перевести дух, и оглянулась на ползущую за ней делегацию. Возле подъезда на лавочке сидели две старушки, полная и худая, и подозрительно поглядывали на пришельцев.

– Здравствуйте! – поздоровалась Лиза.

– Здрасьте, – в разнобой пробурчали мальчишки.

– Здравствуйте! – отозвалась полная старушка.

– Ходют тут, ходют… – проворчала худая.

– А вы к кому? – поинтересовалась полная старушка.

– А потом лампочки в подъезде пропадают… – продолжала ворчать её товарка.

– А мы к себе, – ответила Лиза.

– Чего-то не припомню я вас, – недоверчиво произнесла полная старушка.– Из какой квартиры?

– Из тринадцатой.

– Несчастливая квартира… – буркнула худая старушка.

– Так там уж давно никто не живёт, – сказала полная. – А раньше… Кто там раньше-то жил? – спросила она у худой.

– Андрей, – подсказала Лиза. – Терехов.

– Точно – Андрей. А вы ему кем будете? – сощурившись, продолжала выспрашивать полная старушка.

– Я жена Андрея.

– А сам-то Андрей где?

– А его нет.

– Как нет?

– Умер.

– А…

– А это наши дети.

– И что ж, вы теперь тут жить будете?

– Попробуем, – сказала Лиза.

Ей уже надоел этот допрос с пристрастием, и она поспешила распрощаться с чересчур бдительными старушками.

– Мальчики, пойдёмте, – позвала она ребят и вошла в подъезд.

– До свидания, – в разнобой попрощались те со старушками и послушно проследовали за мамой.

– Ишь ты! – фыркнула полная старушка. – «Попробуем».

– Расплодили! – отозвалась худая.

– Слыхала? Андрей-то умер. Мать-одиночка, стало быть.

– Житья от них теперь не будет.

Лиза вставила ключ в замочную скважину и на мгновение замерла. Воспоминания нахлынули на неё, словно цунами. Она вспомнила, как первый раз Андрей привёл её в эту квартиру, как им здесь было хорошо, какие планы они строили на будущее. Вспомнила, как сообщила мужу о своей первой беременности. А потом Андрею неожиданно предложили работу в богатом агропромышленном комбинате, и они, не задумываясь, переехали в деревню…

Мальчишки нетерпеливо смотрели на маму. Почувствовав этот взгляд, Лиза опомнилась и повернула ключ.

В прихожей было темно и пахло вековой пылью. Лиза нерешительно переступила порог и поставила чемодан на пол. Из-за спины её осторожно выглядывали дети. Наконец они тоже зашли в квартиру и скучились в прихожей. Ваня толкнул одну из дверей, которая вела в комнату, и в прихожую брызнул яркий свет. Игорёк и Славик сбросили обувь и устремились в комнату. Мишка прямо в уличных башмаках побежал за ними. Ваня поймал его, стащил башмаки и только после этого отпустил.

Лиза сняла кроссовки и прошла в комнату, старшие дети последовали её примеру.

Обстановка в комнате была весьма скромная: старые бледные обои, выцветшие занавески на окне, тахта, стол-раскладушка, один стул.

– Это что, наш новый дом? – удивился Игорёк.

– Да, – ответила Лиза, улыбнувшись и с любовью оглядывая словно вернувшееся из юности гнёздышко.

– Такой маленький? – не поверил Славик. – А где мы будем спать?

– Ничего, как-нибудь устроимся, – пообещала Лиза.

Завершив лёгкую влажную уборку, старшие ребята стали помогать маме разбирать вещи. Младшие – Игорёк, Славик и Мишка, – освобождённые от повинности, играли в углу комнаты, сидя на полу. Славик держал в руках игрушечный самолёт, свою самую любимую игрушку. Ему стало тесно в углу, он «взлетел» и повел самолёт по направлению к окну, облетая суетившихся старших братьев, так и норовивших его сбить. Славик «приземлился» на подоконник, прокатился, как полагается, до конца «взлётной полосы» и посмотрел в окно.

Посреди двора стоял огромный человек в синем комбинезоне и внимательно смотрел на застывшего в окне мальчика.

Славик шарахнулся он окна, уронив самолёт на пол.

– Мама! Мама!

– Что такое? – крикнула Лиза из кухни.

– Там людоед! – взвизгнул Славик.

Ребята, побросав вещи, бросились к окну.

– Какой ещё людоед? – сказал Ваня.

– Вот выдумщик! – фыркнул Андрюша.

– Где? – вскрикнул Володя, чуть не вышибив лбом стекло.

– Где? – вторил ему Игорёк.

– Дайте мне тоже посмотреть! – вопил Ярик.

Мишка молча протискивался к окну.

Устроившись наконец на подоконнике, все семеро устремили взгляды во двор, посреди которого неподвижно стоял пугающий своим обликом великан. Лиза, взглянув в его сторону, даже ойкнула и, раздавая шлепки, погнала сыновей с подоконника.

– Ну-ка, быстро все от окна!

Она не смогла удержаться от того, чтобы ещё раз не взглянуть на чудовищную фигуру, застывшую посреди двора. Их взгляды встретились. Холодок пробежал у Лизы по спине, и она поспешила задёрнуть занавески.

Разложив стол и придвинув его к тахте, всё семейство приготовилось ужинать. Ваня, Андрюша, Володя и Ярик устроились на тахте. Мишка забрался на колени к Ване. Игорёк и Славик делили единственный стул, громко хохоча, каждый старался спихнуть другого.

 В комнату вошла Лиза, неся большую кастрюлю.

– Хватит баловаться! – прикрикнула она и принялась раскладывать дымящуюся картошку по разнокалиберным тарелкам.

– Он первый начал, – сказал Игорёк.

– Нет, он первый! – возразил Славик.

– Сейчас оба пойдёте ужинать в туалет, – пригрозила Лиза.

– Или к людоеду, – вставил Ваня.

Игорёк и Славик замерли на стуле.

Лиза забрала Мишку у Вани и уселась с ним на принесённый из кухни табурет, тоже единственный в доме.

– Всё, мальчики, ешьте. Приятного аппетита!

– Спасибо! – хором ответили братья и дружно принялись орудовать – кто ложкой, кто вилкой, кому что досталось.

Из прихожей донёсся звонок мобильного телефона.

– Я подойду! – крикнул Ярик и, спрыгнув с тахты, помчался в прихожую.

– Нет, я! – завопил Игорёк и бросился следом за братом.

Через мгновение в комнату влетел Ярик с телефоном в руке.

– Отдай! Отдай! – требовал Игорек, вбегая за ним.

– Тихо ты! – шикнул на него Ярик и поднёс трубку к уху. – Я слушаю!

– Отдай! Отдай! – не унимался Игорёк.

– Отстань! – прошипел Ярик и крикнул в трубку. – Здравствуйте, это Ярослав говорит… Да, баба Кать, это я, Ярик… Да, сейчас дам. – Он повернулся к Лизе. – Мам, тебя.

Игорёк проворно выхватил у Ярика трубку и сам подал её Лизе.

– Аллё! – сказала Лиза. – Да, здравствуйте… Ой, всё хорошо, спасибо… Доехали прекрасно… Вот ужинать сели… Нет-нет, ничего. А у вас как?.. Ну, я рада… Спасибо… Спасибо… Да, конечно, обязательно. И ей тоже привет. До свидания!

Она отключила телефон и посмотрела на притихших мальчишек.

– Баба Катя и баба Поля передают всем привет, – сообщила Лиза и взглянула на телефон. – Опять эта машина! Вань, ты можешь её убрать?

– Зачем? Прикольная же! – Ваня взял трубку. – И номер прикольный – три шестёрки. Смотри!

– Прикольный… Ладно, ешь давай.

Лиза отобрала у него телефон и вгляделась в фотографию джипа.

– Мам, а что мы завтра будем делать? – неожиданно спросил Ярик.

– Много чего. – Лиза вздохнула. – Первым делом надо к тёте Гале съездить?

– А кто такая тётя Галя? – поинтересовался Славик.

– Тётя Галя – это папина сестра.

– Разве у папы есть сестра? – удивился Игорёк.

– Есть, – ответила Лиза.

– А почему мы её никогда не видели? – спросил Игорёк.

– Потому что она никогда к нам не приезжала, – пояснил Андрюша.

– Потому что она нас не любит, – вставил Володя.

– Ну, почему сразу… – возразила Лиза. – Просто она… В общем, так бывает.

– Значит, точно не любит, – подытожил Игорёк.

– А зачем нам к тёте Гале? – спросил Славик.

– Тётя Галя – наша единственная родня в этом городе, – пояснила Лиза.

– А что мы ещё будем делать?

– А ещё… Ещё мне надо на работу устроиться.

– Зачем?

– Чтобы деньги были, чучело! – встрял Володя.

– Сам ты чучело! – огрызнулся Славик.

– Так! Ну-ка не ругаться! – строго сказала Лиза. – Да, чтобы деньги были. А ещё надо Ваню, Андрюшу, Володю и Ярика в школу записать. А вас – в детский сад.

Мишка слез у мамы с колен и, встав на четвереньки, пополз в угол, где его ждали игрушки.

– А Мишка тоже пойдёт в детский сад? – поинтересовался Славик.

– И Мишка пойдёт, – подтвердила Лиза. – А вы с Игорьком будете за ним следить, чтобы его там никто не обижал.

– Мам, нашего Мишку и так никто не обидит, – хмыкнув, заметил Ваня и переглянулся с братьями. – Он же у нас этот… как его…

– Ага! – хихикнув, согласился Андрюша.

– Что значит «этот»? – не поняла Лиза.

– Ну… – Ваня на мгновение замер в предвкушении. – Мишка, волк!

Пронзительный визг, донёсшийся из угла комнаты, больно ударил по барабанным перепонкам. Старенькая чашка в руках у Лизы с громким хлопком раскололась пополам, и Лиза облилась чаем.

– Ах, так? – крикнула Лиза, вскакивая.

Она схватила со стола кухонное полотенце и бросилась на Ваню. В результате вся ватага с визгом и хохотом принялась бегать вокруг стола – с пола на тахту и снова на пол. Мишка, довольный, сидел на полу и, хлопая в ладоши и хохоча, наблюдал за этим действом.

А спустя полчаса свет в квартире погас. Комната погрузилась в темноту южной ночи, в густоте которой едва были различимы силуэты спящих вповалку ребят. Наступившую тишину нарушало лишь монотонное посапывание. Младшие дети спали на тахте, улёгшись поперёк. Лиза со старшими детьми устроилась на полу, на брошенных вместо матрасов вещах.

– Мам, – раздался голос Игорька, – а это правда был людоед?

– Правда, – сквозь сон отозвалась Лиза.

– И он нас может съесть?

– Может.

– Мам, я его боюсь.

– Хорош болтать! – прошипел Володя. – Спи уже!

– Спи, Игорёк, спи, родной, – пробормотала Лиза. – Никто тебя не съест.

– Обещаешь?

– Обещаю.

– Даже серый волк?

– Даже серый волк.

– Я тебя сейчас сам съем! – прорычал Володя.

– Спите, мальчики, – зевая, сказала Лиза. – Утро вечера мудренее.

– Спокойной ночи, мамочка! – сказал Игорёк.

– Спокойной ночи!

Глава III

Солнце заливало комнату апельсиновым светом, проникая своими лучами даже в самый дальний уголок. Мальчики завтракали, вокруг стола суетилась Лиза, то раскладывая по тарелкам кашу, то разливая чай, то убирая со стола посуду. Сама она по привычке поднялась ни свет ни заря и уже давно позавтракала, даже два раза чай попить успела – ведь обычной утренней работы, той, к которой Лиза привыкла в деревне, тут не было. Но на зарядку она ребят всё же успела сводить. Спустились гурьбой на улицу, пробежали несколько кругов вокруг дома и немного размялись. Устраивать традиционную утреннюю тренировку Лиза пока не стала. Во-первых, пожалела ребят – устали с дороги, во-вторых, не хотелось привлекать к себе внимание любопытных соседей. Ну и, в конце концов, сама поленилась, в кои-то веки.

– Так, мальчики, мне пора. Я поехала к тёте Гале, – объявила Лиза. – Ведите себя хорошо, слушайтесь Ваню и Андрюшу.

– Вот ещё! – фыркнул Володя.

– Я постараюсь побыстрее вернуться, и пойдём гулять. А пока никому дверь не открывать, из квартиры не выходить.

– А как мы узнаем, что это ты, если нельзя дверь открывать? – поинтересовался Ярик.

– Как узнаете? – Лиза растерянно посмотрела на входную дверь. – Надо будет поставить глазок.

– А что такое глазок? – спросил Игорёк.

– Это такая штучка, в которую смотришь и видишь, кто за дверью стоит, – объяснила Лиза.

– Ух ты! Волшебная?

– Ну, почти… А пока я вам песенку спою.

– Козлятушки, ребятушки… – усмехнувшись, проблеял Володя и тут же получил звонкий подзатыльник от Вани.

– Нашу любимую, – уточнила Лиза.

– Майтифки, майтифки! – выкрикнул Мишка.

– Да, «Мальчишки». – Лиза улыбнулась. – Ванечка, проводи меня.

Ваня встал из-за стола и вышел вслед за Лизой в прихожую.

– Я на тебя надеюсь. Постарайтесь не разнести квартиру в первый же день, – сказала Лиза, открывая дверь.

– Не волнуйся, мам, – успокоил её Ваня.

– «Не волнуйся»… Легко сказать. Ладно! Папин телефон я оставила на кухне. Если что, сразу звони, понял?

– Куда? – спросил Ваня.

– Не знаю… – растерянно пробормотала Лиза.

Она и вправду не знала, куда звонить, «если что». А главное – кому?

– Ладно, мам, будь спок – всё будет ок! – заявил Ваня.

– К окну не подходи и ребят не подпускай.

– Почему?

– Потому, – отрезала Лиза.

– Хорошо.

– Всё, пока!

Лиза чмокнула Ваню в щёку и выскочила за дверь.

Она вышла из подъезда и оглянулась на окно пятого этажа. В окне никого не было. Лиза облегчённо выдохнула, повернулась и едва не налетела на огромного человека, того самого, который вчера их всех так напугал, и в котором младшие мальчишки дружно признали людоеда. Он был всё в той же спецодежде и молчаливо наблюдал за Лизой с высоты своего огромного роста. Лиза, конечно, тоже не была дюймовочкой, но этот человек был более чем на голову выше её. Лиза в ужасе шарахнулась и едва ли не бегом устремилась к выходу со двора.

Адрес Гали, старшей сестры Андрея, Лиза помнила наизусть, хотя никогда там не бывала. Между Андреем и Галей когда-то давно ещё возникли непримиримые разногласия, скорее всего из-за Лизы – Галя очень любила своего брата, страшно ревновала и даже представить себе не могла, что он свяжет свою жизнь с какой-то посторонней женщиной, тем более с детдомовской, коей и была Лиза. Без роду, так сказать, без племени. Профурсетка. Мало ли что спортсменка! В общем, всё это привело к тому, что Галя перестала общаться с братом, а вскоре Лиза с Андреем уехали в деревню, и родственная связь совсем оборвалась. Правда, Андрей регулярно писал Гале поздравительные открытки: ко дню рождения, на Новый год, Восьмое марта – а Лиза исправно носила их на почту. А недавно ей пришлось отправить Гале телеграмму. По поводу Андрея. Галя на похороны не приехала, то ли не смогла, то ли не захотела. Но, как говорила Лиза ребятам, Галя была их единственной роднёй в городе, и не навестить её было просто неприлично.

И вот, проехав несколько остановок на автобусе, Лиза уже поднималась по тёмной лестнице чужого дома, изучая номера квартир, и остановилась возле чёрной обшарпанной двери, на которой белой краской было выведено «23». Лиза нажала на кнопку звонка.

Дверь открыл небритый мужик в тренировочных штанах и майке, с заросшими густой шерстью плечами и мохнатыми руками. В руках он держал надкусанный солёный огурец.

– Чего надо?

Лиза слегка поморщилась от пахнувшего на неё перегара.

– Простите, – сказала она, – мне нужна Галя Сухова.

Волосатый мужик окинул Лизу похотливым взглядом.

– А я за Галю сойду?

Из-за спины его выглянула толстая тётка в бигуди.

– Кто там ещё? Ты кто такая?

– Я к Гале пришла, – ответила Лиза.

– К какой ещё Гале?

– Суховой.

– Никакой Суховой не знаем, – отрезала тётка в бигуди и, схватив волосатого мужика за майку прикрикнула: – А ты давай пошёл! И ты тоже катись отсюда, – бросила она Лизе и захлопнула дверь у неё перед самым носом.

– Подождите, я же к Гале… – растерянно проговорила Лиза.

Некоторое время она стояла в нерешительности, таращась на закрытую дверь. Потом повернулась и медленно пошла вниз по лестнице. Внезапно дверь позади неё распахнулась дверь, и на пороге снова появился волосатый мужик.

– Эй, ты! Слышь!

Лиза обернулась.

– Она вроде на Строительную переехала, – быстро проговорил мужик и закрыл дверь.

– Спасибо! – обрадованно прошептала Лиза.

Она без труда нашла Строительную улицу, правда, пришлось тащиться на другой конец города. Но город был небольшой, так что через полчаса Лиза уже входила во двор, окружённый четырьмя домами, – это, собственно, и была вся Строительная улица, если не считать небольшого магазинчика и почты. Но и в четырёх пятиэтажках найти нужную квартиру непросто.

В песочнице играли дети. Четыре мамаши, забыв про детей, оживлённо беседовали о чём-то своём. Лиза было направилась к ним, но заметила неподалёку крупную дворничиху орудующую метлой. Решив, что справки лучше навести у неё, Лиза подошла к дворничихе.

– Добрый день! – поздоровалась Лиза.

– Для кого добрый, а для кого и не очень, – буркнула дворничиха.

– Извините… – растерялась Лиза.

– Не извиняю, – рыкнула дворничиха.

– Простите…

– Не прощаю. Ну, чего тебе? – Дворничиха остановилась и грозно посмотрела на Лизу.

– Я ищу сестру своего мужа. Мне сказали, она где-то тут живёт.

– Мало ли кто тут живет, – ответила дворничиха и вновь принялась мести, поднимая облака пыли.

– Сухова Галина, – уточнила Лиза.

– Мало ли тут Галин.

Лиза давно не виделась с Галей, последний раз они встречались ещё до рождения Вани, то есть больше десяти лет назад. Но Лиза надолго запомнила тут встречу. Галя закатила брату грандиозный скандал. Собственно, с этого их общение и прекратилось.

– Ну, такая… с рыжими волосами, – сказала Лиза. – Скандалить любит.

– Так бы сразу и сказала, – буркнула дворничиха и показала метлой. – Вон в том доме. Третий подъезд, третий этаж. Квартира сорок.

– Спасибо! – обрадовалась Лиза и поспешила к подъезду.

– И передай ей, чтоб мусор на помойку носила, – крикнула вслед дворничиха, – а не сваливала у подъезда!

Лиза остановилась возле двери с номером «40», нажала на кнопку звонка и прислушалась. Снова позвонила. Наконец из-за двери донёсся скрипучий голос:

– Звонят и звонят… Кто?

– Галя! – обрадованно воскликнула Лиза. – Галя, это Лиза.

– Какая ещё Лиза? – проворчала за дверью Галя.

– Жена Андрея.

За дверью стало тихо. Пауза тянулась, наверное, с полминуты. После чего замок щёлкнул и дверь приоткрылась, натянув толстую цепочку. В щель выглянул внимательный глаз, изучающе уставился на Лизу. Наконец Галя сняла цепочку и открыла дверь.

– Здравствуй, Галя! – воскликнула Лиза, узнав золовку, на вид совсем ещё молодую и симпатичную женщину с густой копной рыжих волос, прибранных в аккуратную старомодную причёску.

Несколько секунд Галя буравила Лизу суровым взглядом, затем, не говоря ни слова, отступила в сторону, приглашая войти.

В прихожей было темно, но Галя почему-то не включила свет, а молча направилась в комнату и села в кресло. Лиза, скинув кроссовки, прошла следом за Галей в большую уютную гостиную, обставленную очень старой, но добротной мебелью. Лиза присела на стул возле стола и огляделась. Обстановка в доме была не слишком богатая, но и не бедная. Кругом царили чистота и порядок, указывающие на то, что в доме живёт аккуратная и рачительная хозяйка.

Лицо Гали не выражало никаких эмоций, она выжидательно смотрела на Лизу. Лиза, напротив, не могла сдержать радостных чувств:

– Вот! Я наконец нашла тебя. Мы вчера приехали. Я с утра – сразу к тебе, а тебя там нет. Я даже испугалась. А потом добрые люди подсказали, где тебя искать…

– Ты зачем пришла? – ледяным тоном спросила Галя.

– Я? – Лиза немного опешила. – Ну… я же говорю, мы вчера приехали…

– От меня что надо?

Лиза, конечно, не рассчитывала на тёплый приём, но она даже представить себе не могла, что золовка встретит её, как самого ненавистного врага.

– Галя, ты прости, пожалуйста. Мне так неловко… – пролепетала Лиза.

– А братец что же, сам побоялся прийти? Тебя подослал?

– Братец? – Лиза совсем растерялась. – Ты… разве не знаешь?

– Что я должна знать?

– Я же… телеграмму тебе… Только я не знала, что ты переехала. Я на тот адрес…

– Давай короче!

– Андрей умер, – прошептала Лиза.

– Это его проблемы… – фыркнула Галя, и тут глаза её округлились, кожа на лице мгновенно приобрела синевато-белый оттенок. – Что ты сказала?

– Андрей умер, – повторила Лиза. – Погиб.

– Что?! – вскричала Галя, вскакивая.

– Две недели назад. – Лиза тоже встала.

– Мой брат? – дрожащим голосом произнесла Галя, надвигаясь на Лизу. – И ты мне об этом только сейчас сообщаешь?

– Я же… телеграмму… – бормотала Лиза, пятясь к двери.

– Это ты! Ты виновата! – еле слышно сказала Галя.

– В чём? – испуганно спросила Лиза.

– Во всём! – прошептала Галя, растерянно рыская взглядом по комнате, словно ища чего-то. – Андрюша! Братик… Убирайся.

– Что? – не поняла Лиза.

– Вон! – заорала Галя жутким голосом.

Лиза схватила кроссовки и прямо босиком выбежала из квартиры.

Галя, сгорбившись, с перекошенным от ужаса и гнева лицом, как-то сразу постарев лет на десять, попятилась и упала в кресло. Уронив голову на руки, она беззвучно зарыдала.

Усталая и огорчённая, поднималась Лиза по лестнице своего дома. Когда до квартиры оставался всего один пролёт, взгляд её упал вниз, под ноги. Навстречу ей по ступеням весёлым ручейком бежала вода. В два прыжка Лиза оказалась у своей квартиры и потянулась к кнопке звонка. Рука так сильно дрожала, что Лиза, промахнувшись, со всей дури ткнула пальцем в стену. Она вновь прицелилась в кнопку звонка, но тут дверь в квартиру распахнулась. Лиза с криком отшатнулась и едва не упала с лестницы. На пороге стоял он. Великан. Чудовище. Людоед. Или бог его знает кто. Но такой безобразный, такой страшный…

– Мам, это ты? А мы уже всё починили.

Из-за спины у великана выглянул Ваня. Хотя выражение «из-за спины» в данном случае было не совсем уместно, поскольку Ваня едва доставал великану до пояса. Лиза растерянно переводила взгляд с Вани на великана и обратно.

– Это дядя Гриша, сантехник, – сказал Ваня.

Лиза, придя наконец в себя, бросилась в квартиру.

Володя, Ярик, Игорёк и Славик, стояли с тряпками в руках. Посреди комнаты красовалось ведро, полное воды. Мишка сидел на тахте и играл в кубики, пытаясь сложить башенку, но башенка всё время падала.

 Вошёл Андрюша, тоже с тряпкой.

– Всё, в ванной сухо.

– Что здесь происходит? – с трудом ворочая языком от пережитого волнения, спросила Лиза.

– Мы хотели кораблики попускать… – начал Ваня.

– Это Ванька всё придумал! – тут же вставил Володя.

– Я ничего не понимаю! – воскликнула Лиза срывающимся голосом, будто вот-вот заплачет.

– Кран сорвало, – раздался густой и низкий голос откуда-то сверху. – Старый уже совсем.

Лиза вздрогнула и, обернувшись, посмотрела наверх.

– А вы, вообще, кто? – поинтересовалась она, уже немного осмелев.

– Мам, это же сантехник, – подсказал Ваня.

– А, ну да – дядя Гриша. А что вы здесь делаете, дядя Гриша? Как вы сюда попали?

– Это я его впустил, – признался Ваня.

– Я этажом ниже был, – пробасил дядя Гриша. – Услышал крик…

– Ой, да, мы так заорали! – радостно воскликнул Володя.

– Это ты заорал, когда тебя холодной водой окатило, – заметил Андрюша.

– А ты не орал? – взвился Володя.

– Я на помощь звал, – возразил Андрюша.

– Я поднялся, смотрю – вода из-под двери бежит, – сказал сантехник. – Позвонил.

– Мам, я спросил: кто там? – вставил Ваня.

– Да, он спросил, – подтвердил дядя Гриша.

– Я ведь говорила – никому не открывать! – рассердилась Лиза.

– Мам, ну… – попытался оправдаться Ваня.

– Вообще-то, ваша мама права, – заметил дядя Гриша. – Незнакомым людям открывать нельзя. Вас, простите, как зовут? – обратился он к Лизе.

– Елизавета… Лиза.

– А меня – Гриша, – сказал сантехник и улыбнулся во весь рот. – Вот и познакомились. Теперь я – ваш знакомый.

– Очень приятно! – отозвалась Лиза. – Вы уж извините, что я вас…

– Испугались? Да ничего, я привык. С такой рожей, как у меня… Я сам себя иногда пугаюсь, когда в зеркале вижу. – Гриша хохотнул, будто гром громыхнул, Лиза даже вздрогнула. – Ладно, не будем о грустном. Кран я вам заменил, так что можете спокойно мыться… И даже кораблики пускать. А я, наверно, пойду.

Лиза почувствовала неловкость.

– Погодите! Может, чаю с нами попьёте?

Вскоре все уже сидели за столом. Единственный стул уступили гостю. Пили чай с сушками, которые купила по дороге Лиза.

– Мам, а дядя Гриша совсем и не людоед, – заявил Славик. – Правда, дядя Гриша?

– Правда, – ответил Гриша, усмехнувшись. – Я ем только непослушных детей.

– Нет, не ешь! – закричал Славик. – Я знаю, ты – добрый великан!

– Ты прав, – согласился Гриша. – Но иногда так хочется отведать какого-нибудь дитяти.

Он протянул свою огромную лапу и пощекотал Славика. Славик радостно взвизгнул и захохотал. За столом царило веселье.

– Ну и голосище! – удивился Гриша. – Уши заложило.

– Вы ещё не знаете, как наш Мишка умеет, – отозвался Ваня. – Хотите послушать?

– Вань, прекрати, не надо, – воспротивилась Лиза.

– Отчего же? – возразил Гриша.

– Ну смотрите, сами попросили, – ехидно прищурившись, сказал Ваня и поднял руку, требуя тишины.

Мальчишки разом смолкли и зачем-то заткнули уши.

– Мишка, волк! – крикнул Ваня.

Мишка, выплюнув кусок сушки, изрыгнул из своей трёхлетней гортани чудовищный, на грани ультразвука, визг. Чашка в руках у Гриши лопнула и окатила озадаченного сантехника горячим чаем.

– Миша! Ваня! – рассерженно крикнула Лиза. – Извините! – сказала она Грише и, схватив полотенце, помогла ему вытереться. – Как вам не стыдно, мальчики!

– Ничего, ничего, – говорил Гриша.

– Я предупреждал, – оправдывался Ваня.

– Он предупреждал, – согласился Гриша. – А я и вправду такого ещё не видывал!

– Решили нас совсем без посуды оставить? – проворчала Лиза.

– Вы знаете, а у меня дома есть чайный сервиз, – сказал Гриша. – Совсем новый. И он мне совершенно не нужен. Я вам принесу.

– Ой, что вы, не стоит, – возразила Лиза.

– Как же не стоит? Вас вон сколько!

– Ничего! Я вот скоро устроюсь на работу и…

– А вы кто по профессии?

– Никто. – Лиза вздохнула. – В юности занималась спортом. А потом… – Она кивнула на детей. – Вот моя профессия. Я – профессиональная мама.

– Ну, ничего. Я с начальником ДЭЗа переговорю. Она у нас женщина хорошая, авось найдётся для вас что-нибудь.

– И откуда вы такой добрый на нашу голову свалились?

– Из сказки, – вставил Славик.

– Из сказки? – переспросила Лиза.

– Ну, конечно! А где ещё живут добрые великаны!

– Мам, а когда мы гулять пойдём? – дёрнув Лизу за рукав, спросил Игорёк.

– Сейчас, чай попьём и пойдём.

– Ура! – хором закричали братья.

– Мам, а когда ты нас в школу запишешь? – напомнил Ярик.

– Завтра, – ответила Лиза. – Первым делом с утра этим займусь.

Глава IV

На следующее утро Лиза действительно отправилась в школу. Старое трёхэтажное здание неопределённого цвета располагалось неподалёку, примерно в десяти минутах ходьбы. Поскольку до учебного года оставалось ещё две недели, беспорядочно заросший густой зеленью школьный двор пустовал. Лиза уверенно поднялась по крошащимся ступеням и зашла внутрь.

В самой школе тоже было пусто, пахло пылью и плесенью. У входа похрапывал за столом седой вахтёр.

– Извините! – прошептала Лиза, боясь напугать дядьку спросонья.

Дядька не реагировал. Лиза откашлялась и сказала уже в голос:

– Извините!

Ноль эмоций.

– Где можно записать детей в школу? – громко спросила Лиза.

Вахтёр продолжал безмятежно спать.

– Ну, ладно.

Лиза толкнула вертушку и направилась по коридору вглубь здания, вчитываясь в таблички на дверях. Наконец ей попалась табличка с надписью «Завуч». Лиза постучала в дверь.

– Войдите! – донеслось из-за двери.

Лиза открыла дверь и шагнула в кабинет.

– Да, конечно, я вас поняла… Обязательно…

За столом у окна сидела крупная женщина лет сорока, с совершенно неподходящим её облику макияжем, в строгом костюме, который был ей слишком тесен, и разговаривала по телефону. Взглянув на неё, Лиза подумала, что почему-то все завучи выглядят одинаково.

– Здравствуйте! – поздоровалась Лиза. – Можно?

– Проходите, – ответила завуч и вернулась к своему разговору. – Да, да, конечно, всё так и будет. В точности… Хорошо. До свидания. – Она положила трубку и, не глядя на Лизу, принялась что-то писать в блокноте. – Слушаю вас.

– Я бы хотела записать детей в школу, – сказала Лиза.

– Двоих? – спросила завуч.

– Почему двоих? Четверых.

– Все ваши?

– Да.

Завуч оторвалась от своего блокнота и уставилась на Лизу:

– Садитесь.

Лиза села на стул.

– Вам сколько лет? – поинтересовалась завуч.

– А при чём здесь… Ну, тридцать.

– И у вас четверо детей?

– Вообще-то семеро, но трое ещё маленькие.

– Не может быть! Надо же, какая удача! – воскликнула завуч.

– Что вы имеете в виду? – насторожилась Лиза.

– Да ничего! Только то, что вам несказанно повезло! Вас как зовут?

– Елизавета. Сергеевна.

– Очень приятно, Елизавета Сергеевна. А меня Аврора Николаевна. – Завуч расплылась в слащавой до тошноты улыбке. – В наше время иметь столько детей! У вас, должно быть, счастливая семья? И замечательный муж?

– Мой муж умер, – сказала Лиза.

– Одиночка, значит.

– Почему же одиночка? У меня семеро детей.

– Я в том смысле, что… – Завуч на мгновение замялась. – Мужа-то у вас теперь нет. И это замечательно!

– Что вы имеете в виду?

– Ну… если бы он вас бросил, он был бы просто негодяем. А так… Я, безусловно, очень сожалею, но…

– Спасибо, – оборвала её Лиза. – Так что с ребятами? Я могу записать их в вашу школу?

– Конечно! Сколько им лет?

– Десять, девять, восемь, и семь.

– Неужели так бывает? – не поверила завуч.

 Лиза в ответ пожала плечами.

– Потрясающе! – не переставала удивляться завуч, торопливо записывая что-то в свой блокнот. – А младшим сколько?

– А это зачем?

– Ну, мы просто должны знать всё о семьях наших учеников. К тому же ваши маленькие скоро подрастут и тоже к нам придут.

– Шесть, пять и три, – ответила Лиза.

– Шесть, пять и три, – повторила завуч, записывая. – А вы кем работаете?

– Я ещё не работаю. Мы только переехали. Раньше в деревне жили. Муж работал агрономом.

– Потрясающе! А дети в школу ходили?

– Конечно.

– Давайте свидетельства о рождении и справки.

Лиза достала из сумки документы и протянула завучу.

– Потрясающе! – снова воскликнула завуч и, записав данные, вернула Лизе свидетельства. – Ну что ж, Елизавета Сергеевна, ждём вас первого сентября.

– Спасибо, – выдохнула Лиза с облегчением. – До свидания.

– Всего хорошего, – отозвалась завуч, продемонстрировав образец наиомерзительнейшей улыбки.

Звонок в дверь прервал шумную игру. Володя вышел в прихожую, следом за ним выглянули Игорёк и Славик.

– Кто там? – спросил Володя.

– Это я, мама, – ответила за дверью Лиза.

– Скажи пароль.

Лиза наклонилась к двери и запела:

Мальчишки, мальчишки,

Пускай пролетают года,

Мальчишки, мальчишки,

Для нас вы мальчишки всегда!

В прихожую выскочил Мишка.

– Мама, мама, писля! – заверещал он.

Володя открыл дверь и впустил маму. Лиза подхватила Мишку на руки.

– Вы посмотрите, кто меня встречает!

– Мам, я правильно сделал? – осведомился Володя.

– Правильно, – сказала Лиза и потрепала его по голове.

Володя гордо посмотрел на вышедших в коридор Ваню и Андрюшу.

– Сегодня, надеюсь, у нас без происшествий? – спросила Лиза.

– К сожалению, да, – вздохнул Ваня.

– Я тебе дам «к сожалению»! – Лиза попыталась отвесить ему лёгкий подзатыльник.

– Скучно, – сказал Ваня, уворачиваясь.

– Ага, – согласился Андрюша. – Мам, можно мы погуляем?

– Я же сказала, без меня – нет.

– Мам, ну чего мы как маленькие? – возмутился Ваня. – В деревне же мы гуляли. Даже по темноте.

– Вот именно! В деревне.

Звонок в дверь прервал их спор. Лиза открыла дверь. На пороге стоял Гриша, в руках у него был большой белый плюшевый медведь и картонная коробка.

– Здравствуйте, – пробасил он.

– Здравствуйте! – ответили хором братья.

– Здравствуйте, – поздоровалась Лиза.

– Это мишка для Мишки, – сказал Гриша и протянул плюшевого медведя Мишке.

Малыш, обалдевший от неожиданно свалившегося на него счастья, принял игрушку, которая была размером с него самого, и так и застыл посреди прихожей в обнимку с медведем.

– Миша, что нужно сказать? – напомнила Лиза.

Мишка, хлопая глазами, растерянно посмотрел на Гришу, потом на Лизу.

– Ну? – сказала Лиза.

– Сибо! – пролепетал Мишка.

Мальчишки дружно рассмеялись.

– Гриша, ну что же вы стоите в дверях? – воскликнула Лиза. – Проходите.

Ярик дёрнул Лизу за рукав и шепнул:

– Мам, а почему ты не спросила, кто там?

Лиза задумчиво посмотрела на него и, пожав плечами, призналась:

– Забыла.

Гриша с коробкой в руках прошёл на кухню следом за Лизой.

– Гриша, пообедаете с нами? – спросила она.

– С удовольствием.

– Я сейчас быстренько макароны сварю. Вы любите макароны?

– Обожаю. А мы пока с ребятами вашу тахту починим.

– Да что вы! Не стоит.

– Стоит, а то у неё скоро ножки совсем отвалятся. На чём спать будете?

Лиза пожала плечами.

– А это вам, – добавил Гриша, – как обещал.

Он поставил на стол коробку. Лиза оторвалась от готовки и заглянула внутрь.

– Гриша! Ну, зачем?

– А что там? – воскликнул, вбегая на кухню, Игорёк. – Можно посмотреть?

Не дожидаясь позволения, он сунул нос в коробку и вытащил яркую цветастую чашку.

– Ух, ты!

– А мне? Я тоже хочу! – закричал Славик, влетевший на кухню вслед за братом.

– Тут на всех хватит, – успокоил его Гриша. – Ну, или почти на всех. Сервиз на шесть персон. Кому-то придётся довольствоваться старой чашкой.

– Ну, это уж мы как-нибудь переживём, – отозвалась Лиза. – Славик, осторожно, не разбей! Спасибо вам, Гриша.

– Да не за что. Кстати, я по поводу вас с начальником ДЭЗа договорился.

– Как, уже?

– С завтрашнего дня выходите на работу.

– Гриша. Я даже не знаю, как вас благодарить.

– Ну что вы!

Гриша изобразил улыбку, больше похожую на оскал, и вышел, а Лиза вернулась к плите.

– Людоед, – усмехнувшись, сказала она.

Народу в ресторане было немного. Обеденное время уже прошло, а до ужина оставалось ещё часа три-четыре. Небольшой уютный зал был обставлен добротной мебелью: дубовые столы, покрытые белоснежными скатертями, элегантные стулья «а ля Людовик XIV». Стены украшали произведения современного искусства, о значимости и ценности которого не спорит сегодня лишь ленивый.

За столиком у окна сидели две женщины. В первой можно было сразу узнать школьного завуча, хотя появление её в таком фешенебельном месте казалось весьма странным. Напротив завуча, спиной к выходу, сидела дама в элегантном тёмном платье. Обнажённую шею украшало дорогое монисто, на руках переливались богатые украшения: перстни, браслеты. Женщины пили кофе.

– Это просто уникальная находка, – тараторила завуч. – Я вам точно говорю. Такое встречается… я не знаю… в общем, редко встречается. Представляете, целых семь детей! И все мальчишки! Погодки, кроме самого младшего – там два года разница. И живут без отца!

– Бросил? – спросила женщина в тёмном.

– Нет. Он вроде как умер, я ещё не до конца выяснила. Но факт в том, что детей воспитывает одна мать. А она сама ещё девка молодая. Я поначалу даже не поверила, что у неё семеро по лавкам, пока она мне документы не показала.

– Выходит, одиночка?

– Вот именно!

– А другие родственники?

– Похоже, что никого. Да и знакомствами ещё не успели обзавестись – они только на днях из деревни приехали.

– Из деревни?

– Ну да. И здесь их никто пока не знает. Так что если вы поторопитесь…

– Я сама знаю, что мне делать.

– Да, конечно, но… Могу я рассчитывать?

– Можешь.

 Женщина в тёмном достала из сумочки конверт и бросила его на стол. Завуч схватила конверт и заглянула внутрь. Пальцы её судорожно пересчитали лежащие в конверте купюры, и на лице возникло выражение облегчения. Она залпом допила кофе.

– Составь подробную справку: адрес, имена и прочее – сама знаешь, – сказала женщина в тёмном.

– Завтра же сделаю, – заверила завуч. – Как только…

– Сегодня, – оборвала её женщина в тёмном.

– Как скажете, Ада Георгиевна. Ну, так я побегу?

– Беги.

Завуч выползла из-за стола и спешно покинула ресторан. Ада, так звали женщину в тёмном, достала из сумочки мобильный телефон.

– Волк? Через два часа навести нашу знакомую в пятой школе. У неё для нас есть информация. Одиночка.

Детский дом Южногорска располагался в красивом светлом особнячке, утопающем в зелени небольшого ухоженного парка, окружённого высоким забором. Вышколенный охранник открыл ворота, впуская чёрный «БМВ» с тонированными стёклами.

«БМВ» подкатил к главному входу, возле которого неуклюже припарковалась старенькая «Лада». Из «БМВ» выскочил шофёр и услужливо открыл заднюю дверь. Грациозно выставив ногу, обутую в чёрную лакированную туфлю на невероятно высоком тонком каблуке, из машины вышла Ада. Навстречу ей из дома выбежала воспитательница, уже немолодая женщина в строгом костюме.

– У нас комиссия из области! – возбуждённо прошептала она Аде на ухо. – Приехали без предупреждения. Я сказала, что вас нет, а они…

– Разберёмся, – проронила Ада и уверенной походкой зашла в дом.

По коридору туда-сюда сновали воспитанники детского дома. Разного возраста, одетые в зелёную форму, они торопливо здоровались, пугливо поглядывая на стремительно шагающую по коридору Аду. Следом семенила воспитательница, вместо Ады кивками отвечая на приветствия воспитанников. Из комнаты в конце коридора вышли три человека: две женщины неопределённого возраста, крашеная блондинка и крашеная брюнетка, и неприятного вида пухлый лысоватый мужичок. Все трое были в костюмах мышиного цвета, отличавшихся лишь покроем, и с конторскими портфелями в руках.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.