Лина Филимонова
Золушка на час

© Филимонова Л., 2022

© ООО «Издательство АСТ», 2022

Глава 1
Наивная горничная и голый миллионер

Лиза

Я не успела приложить ключ к панели домофона, как дверь распахнулась и выпустила пожилую интеллигентную пару. Зеркала и мрамор холла сияли, отражая свет дорогих ламп просторного холла, на стенах висели абстрактные полотна, в углах стояли кадки с благородными пальмами. Да тут можно устраивать королевские приемы!

Лифт полностью соответствовал элитному дому: хром, зеркала, простор – и стеклянная стена, открывающая вид на центр города. Поднимаясь, я любовалась мириадами огоньков, которые один за другим зажигались в наступавших сумерках. Красота! Так бы и осталась жить в этом шикарном лифте.

Перед выходом посмотрелась в зеркало. Да уж. В своих старых драных джинсах, любимой заношенной футболке, в кедах, с рюкзаком и дулей на голове я выгляжу здесь как совершенно чужеродный объект. Хотя в каком еще наряде прикажете идти на работу новоявленной уборщице?

На двадцать седьмом этаже я обнаружила всего две квартиры и сразу отыскала нужную дверь. Куда делся ключ, ведь только что держала его в руках? Стояла у двери, а ключ, зараза такая, все не находился. Не могла же я выронить его в лифте… А, вот он.

Но достать ключ из кармана рюкзака я не успела – дверь бесшумно, даже без щелчка распахнулась. Я растерянно хлопала глазами. Что происходит? Меня не предупреждали о таких чудесах техники, как двери, открываемые силой мысли.

Оказалось, дверь открылась вовсе не по волшебству – ее распахнул мужчина. Высокий, атлетически сложенный, с влажными, зачесанными назад темными волосами. И в халате.

Он не должен здесь находиться! Тетя Оля заверила меня, что в пятницу вечером хозяина не бывает дома.

– Здрасьте, – проблеяла я.

И что теперь делать? Входить или бежать? Признаться, я склоняюсь к последнему: мне будет очень неуютно в обществе этого холеного, еще и полуобнаженного красавца.

– Входи, – произнес он, окидывая меня оценивающим взглядом серых стальных глаз.

Во взгляде читалось откровенное удивление. Со мной что-то не так?

Он должен был знать, что я приду, тетя Оля его предупредила. И раз он дома, то наверняка потому, что захотел сам познакомиться со своей временной горничной, точнее, помощницей по хозяйству. В общем, с той, кто в ближайшие две недели станет наводить чистоту в его холостяцком пентхаусе.

Поколебавшись, я сняла кеды и робко сделала пару шагов. Где тут постирочная, о которой говорила тетя Оля? Там стоят стиральная и сушильная машинки, гладильная доска и хранится все, что нужно для уборки. Только я собиралась спросить, как хозяин пентхауса произнес:

– Ты не похожа на профессионалку.

Ну что ж, лучше сразу сказать правду.

– Да, я раньше никогда не делала это… за деньги. Но я уверена, что справлюсь. Ничего сложного в этом нет.

– Большой опыт?

На его губах заиграла улыбка. Какая-то странная… не знаю, как объяснить. Как будто с подвохом.

– Ну конечно. Когда делаешь что-то каждый день, чему-то да научишься.

– Вот как…

Теперь он откровенно ухмыляется. Что такого смешного я сказала?

– То есть ты уверена, что справишься профессионально?

– Справлюсь. В конце концов, я это люблю.

Да, я люблю наводить порядок. Это меня успокаивает. Когда в жизни что-то идет не так, а это случается довольно часто, хватаюсь за тряпку и до блеска мою окна или раскладываю вещи на полочках – по цветам, размерам и назначению. Или натираю полы, отодвигая шкафы и кровати, уничтожая залежи пыли в самых дальних углах.

Так что если в моей квартире идеальный порядок – это признак того, что в жизни полный отстой, а вот если в раковине скопилась грязная посуда и везде разбросаны носки – значит, я счастлива.

– Ладно, по ходу разберемся, – все с той же ухмылкой заявил мой новоявленный работодатель. – Не хочешь пройти в ванную?

Я удивилась. Тетя Оля говорила, что по пятницам по плану стирка, глажка и уборка кухни. Но я, конечно, могу и перестроиться.

Надо найти эту постирочную с моющими средствами, но сначала прикину объем работ в ванной.

Марк

Я сидел перед ноутбуком и видел в углу экрана изображение с камеры: к двери подошла какая-то пигалица – неужели это и есть девушка по вызову? Рановато, да и не похожа она на дорогую проститутку. Ладно, разберемся.

Открыв дверь, подумал, что это все же ошибка: насколько я знаю, подобные дамы не приходят к клиентам в таком простецком виде. Хотя… может, какие-то новые веяния в этой сфере? Я давно не пользовался услугами профессионалок.

Может, клиентам нравятся невинные и наивные студентки в джинсиках и маечках, с небрежно собранными в пучок волосами. С испугом в огромных зеленых глазищах.

Я завелся.

И тут она заявила, что это ее первый опыт за деньги. Может, врет, но звучит искренне и до идиотизма простодушно: то ли она сама по себе недалекая, то ли переигрывает.

Говорит, занимается этим каждый день и очень это любит. Цирк какой-то!

Пока она шла в ванную, я смотрел на маленькую аккуратную попку, обтянутую джинсами, и разрывался от желания. У меня никого не было уже пару месяцев, и я очень рад прервать затянувшееся воздержание с этой малышкой.

Я слышал, как включилась, а потом выключилась вода. Что она там так долго возится? Я умираю от нетерпения. Интересно, она выйдет в полотенце или в халате? Или решит сразу продемонстрировать себя во всей красе?

Ручка двери дернулась вниз. Я сбросил халат.

Лиза

А где мой рюкзак? Кажется, я забыла его в прихожей – положила на пол, когда снимала кеды. Ладно, потом заберу.

Ванная потрясная, под стать квартире: темные стены, светлый пол, неправильной формы зеркала, две раковины, словно парящие в воздухе. Смесители стеклянные, с подсветкой. Как ими пользоваться-то? Оказывается, достаточно поднести руки.

Я вымыла ладони с мылом. Лицо горело – хотелось умыться прохладной водой, но я не знала, как изменить температуру: никаких ручек и даже кнопок не отыскала. А, вот – нужно всего лишь коснуться синего участка на смесителе. Наигравшись с температурой воды, открыла шкаф, взяла чистое полотенце для рук, вытерлась и бросила его в корзину. На автомате разложила полотенца по размеру, а предметы на полочке расставила линеечкой. Похоже, я волнуюсь.

В ванной почти идеальная чистота, осталось помыть сантехнику и заняться бельем из корзины. Схожу за моющими средствами и заодно отнесу полотенца в стирку.

Я вышла из ванной с грудой полотенец в руках. Сделала несколько шагов, подняла глаза… и замерла с распахнутым ртом.

Мой работодатель застыл неподалеку от ванной совершенно голый – халат валялся у ног. Под рельефным прессом восстало то, чего я еще никогда в жизни не видела так близко. Это… пугало. Возможно, твердое, готовое к бою орудие отчасти даже завораживало меня, но все-таки пугало.

Я завопила и, спотыкаясь, бросилась обратно в ванную. Дверь закрыла на замок и забаррикадировала корзиной для белья – так себе препятствие, конечно, но лучше, чем ничего.

Можно ли открыть замок снаружи? Очень надеюсь, что нет.

А тетя Оля утверждала, что Марк приятный во всех отношениях мужчина. Да он настоящий маньяк!

Марк

Я сразу понял: что-то не так.

Девчонка с деловым и задумчивым видом вышла в той же одежде и с ворохом мятых полотенец в руках. И тут увидела меня.

Она так испугалась, будто застала меня за поеданием человеческих глаз или разделыванием котенка. Заорала и убежала в ванную.

Мой боевой товарищ был сражен наповал. За всю историю наших с ним приключений он еще ни разу не доводил женщин до такой паники! Что с ним (или со мной) не так? Почему девушка, которая пришла удовлетворить определенные потребности моего организма, бросается наутек, едва завидев средоточие этих потребностей? Тут явно какая-то ошибка.

Я надел халат, вернулся в прихожую и поднял с пола голубенький рюкзачок. Так, что тут у нас? Телефон, расческа, кошелек, обертка от шоколадки. Студенческий билет. Елизавета Ивановна Зайцева. Факультет романо-германской филологии.

Елизавета… Лиза. Где-то совсем недавно я слышал это имя. Точно! Вспомнил: так зовут протеже моей постоянной помощницы по хозяйству, Ольги Васильевны. Ей требовалась срочная операция, и она нашла себе замену – соседку по имени Лиза. Новая уборщица должна была прийти в пятницу вечером, а сегодня четверг… Все понятно. Девчонка перепутала дни.

И теперь дрожит в моей ванной, боясь выйти к грязному извращенцу. Что же делать?

Я подошел и осторожно, даже робко, чтобы не напугать ее еще больше, постучал в дверь.

– Я сейчас вызову полицию, – раздалось из ванной.

– Давай тогда я дам тебе телефон, – предложил. – Без него это будет сложно.

Она притихла.

– Послушай, тут такое дело… Я хочу извиниться. Вышла ошибка. И причина этой ошибки не во мне.

– Что? Какая ошибка?

– Сегодня четверг, – сообщил я.

– Не может быть! – вскрикнула она после нескольких секунд раздумий.

– Я тебя не ждал.

– И поэтому скачешь голым по квартире, размахивая… этим самым?

А она за словом в карман не лезет. Это хорошо. Значит, не так уж сильно испугалась.

– Дело в том, что я ждал… другую девушку.

– И принял меня за нее… Какая чушь!

– Не чушь. Если учесть, что я не знал, как она выглядит.

– Не знал, как выглядит девушка, с которой ты собирался заняться…?

– Да, так бывает.

Собеседница помолчала, видимо, переваривала информацию.

– Ты ждал проститутку! – догадалась.

– Именно.

– Фу, как мерзко.

Ну вот, теперь я знаю, как она относится к моему способу снять напряжение, хотя ее мнения никто не спрашивал! Мне не нужны оценки.

– Выходи, тебе ничто не угрожает.

– Ты одет?

– Да.

– В халате?

– Да.

– Я выйду, когда ты наденешь нормальную одежду, а не это вот распахивающееся недоразумение.

– А галстук нужен? – съязвил.

– Всенепременно!

Тихо выругался, но побрел переодеваться. Действительно, принимать девушку у себя дома в халате на голое тело не совсем прилично.

Надел джинсы, футболку и вернулся к двери ванной. Постучался.

– Выходи. Я оделся.

– А как я узнаю, что ты говоришь правду?

– Никак, если не выйдешь.

– У меня в руках бритва, – грозно произнесла она.

– Мне уже страшно.

У нее точно в голове опилки. Угрожает мне безопасной бритвой!

– А еще я очень сильно кусаюсь. И у меня ядовитая слюна. Как у гадюки.

Ну что за детский сад!

– Ладно, хватит валять дурака, выходи.

Щелкнул замок, ручка поехала вниз. Я отошел подальше от двери, чтобы не напугать девушку. В образовавшуюся щель просунулся аккуратный носик, затем показались огромные зеленые глаза. Лиза смотрела настороженно, недоверчиво. Нижняя губа прикушена… о, боже! Хорошо, что я надел тесные джинсы!

Организм настроился на разрядку: я с ходу завелся от одного вида этой девчонки, и теперь не так просто приказать себе не думать о ее упругой попке, не смотреть на сексуальные пухлые губы…

Так. Смотрю в глаза. Ее неприязненный взгляд охлаждает лучше ледяного душа. Я ей определенно не нравлюсь. Эх, жаль, что наше знакомство произошло именно так. Девчонкой определенно стоит заняться.

Лиза

Какая идиотка! Перепутала дни. И откуда у меня возникла уверенность в том, что сегодня пятница?

А, знаю почему: последний зачет перенесли с пятницы на четверг, а в голове уже сложилось, что на новую работу мне выходить в день зачета. И я забыла внести в эту картинку изменения…

Тетю Олю положили в больницу в понедельник. Она знала об этом за месяц, поэтому подготовилась: устроила генеральную уборку у своего работодателя, заранее все перестирала и перегладила, чтобы у меня было меньше работы. Вообще она ходит к нему три раза в неделю: в понедельник, среду и пятницу, и весь объем работ поделен на эти три дня.

– Ничего сложного нет, – уверяла она. – Марк – человек аккуратный, да и дома почти не бывает. Так что работа не бей лежачего.

О том, что ее хваленый миллионер – неразборчивый сексуальный маньяк, она меня не предупредила. Конечно, откуда ей знать: перед ней он, наверное, не тряс эрегированным членом. При воспоминании об этом щеки запылали. От возмущения, скорее всего.

Тишина. Похоже, Марк на самом деле ушел переодеваться.

Зря угрожала ему бритвой и ядовитыми укусами. Глупо получилось… Ну и пусть себе думает, что я глупая! Я и не должна казаться интеллектуалкой: чтобы навести в квартире чистоту, много ума не нужно.

Вот только не уверена, что после произошедшего хочу здесь работать. Пусть тетя Оля ищет себе другую замену, я тут и секунды лишней не останусь!

– Хватит валять дурака, выходи, – позвал Марк.

Согласна, хватит. Я открыла дверь.

Он стоял поодаль, сложив руки на груди. На нем были джинсы и футболка, галстук, конечно, не надел. На полу у ног валялся мой рюкзак. Он что, рылся в моих вещах?!

– Еще раз приношу свои извинения, – произнес мужчина.

Только сейчас я по-настоящему оценила его голос: низкий, вкрадчивый, обволакивающий, как бархатная перчатка. Завораживающий… Но меня не очаровать, я не поддаюсь гипнозу!

– Я сама виновата, – признала я. – Перепутала дни. Но как вы могли подумать… Разве я похожа на проститутку?!

– Непохожа, – покачал головой. – Я был удивлен.

Точно. Вот почему он так странно смотрел.

Господи… Я ведь заявила, что впервые делаю это за деньги, но очень люблю эту работу и точно справлюсь. Какой стыд и ужас!

– Я пойду, – сообщила я.

– Можешь остаться. Тогда не нужно будет приходить завтра.

Я и не собираюсь приходить завтра! Но ему этого пока не скажу.

Взгляд снова задержался на рюкзаке.

– Вы рылись в моих вещах?!

– Пришлось, – мужчина пожал плечами.

Ни капли сожаления в голосе.

– Это… мерзко!

– Я уже понял, что не нравлюсь тебе. Но, надеюсь, личная неприязнь не помешает выполнять свою работу.

Да не собираюсь я тут работать!

Схватила рюкзак, заглянула в него. Надо было поставить мышеловку, чтобы всякие извращенцы не шарили там своими длинными пальцами.

– Не волнуйся, я ничего не украл. Можешь проверить.

– Обязательно проверю, – буркнула. – От таких маньяков, как вы, всего можно ожидать. Может, у вас хобби красть шоколадки из чужих рюкзаков.

Он хмыкнул:

– Шоколадку съел не я. И можно на «ты»? За дверью ванной ты мне не «выкала».

Я застегнула рюкзак, набросила лямку на плечо.

– Придешь завтра?

Не буду говорить ни «да», ни «нет».

Мне и не пришлось: у двери раздалась громкая навязчивая мелодия. Домофон. Знаю, кто там пришел, и уже уношу ноги из этого гнезда похоти и разврата!

Рванула к двери, Марк – за мной. Он поднял трубку домофона. Я дернула ручку – не открывалась. Попыталась еще раз, уже сильнее.

– Надо нажать, – произнес Марк.

Но не показал, как это сделать.

Я обернулась – мужчина как-то странно смотрел на меня. Стало не по себе. Он точно маньяк и извращенец!

– Выпусти меня, – сказала я максимально спокойно.

– До завтра, – он отворил дверь.

Я даже не стала прощаться. Ноги моей больше здесь не будет!

Лифт открылся, и я увидела очень красивую девушку – никогда бы не приняла ее за проститутку! Стильная, ухоженная, с умеренным макияжем. Никаких мини-юбок, чулок в сетку и боевого раскраса. Видимо, у меня устаревшие представления о представительницах этой профессии, особенно об их элитной разновидности.

Ладно, мне эта информация не нужна. Забуду все, что сегодня было, как страшный сон.

Марк

Когда новая горничная скрылась за дверями лифта, я наконец увидел ту, кого ждал. Девица – высший класс: ничего кричащего, никакой вульгарности. Шик, лоск и легкая профессиональная усталость во взгляде.

– Привет, – произнесла она хрипловатым голосом и переступила через порог.

– Стой здесь, – скомандовал я.

– Слушаю и повинуюсь, – пропела она.

Я сходил в спальню, вытащил из портмоне несколько купюр и вернулся с намерением вручить проститутке деньги и выставить ее за дверь. Но меня ждал сюрприз. Она успела снять свой деловой жакет, под которым была лишь какая-то сетчатая, выгодно подчеркивающая выпуклости, штука.

Грудь призывно вздымалась, соблазнительные губы приоткрылись в улыбке…

Будь все это полчаса назад, до прихода взбалмошной юной горничной, я бы не заставил себя уговаривать: взял бы ее за шею и… снял напряжение.

Но сейчас она мне абсолютно неинтересна. Хотя…

Нет. Не хочу. Я не хочу ее.

Я хочу ту, которая только что от меня сбежала. И добьюсь ее, чего бы это ни стоило.

– Одевайся, – скомандовал.

– Что-то не так?

– Все так.

Сунул ей деньги. Она взяла их, но неторопилась одеваться.

– Может, все же попробуем? Ты даже не представляешь, от чего отказываешься…

– Я мало дал?

– Более чем достаточно, – отозвалась она.

И подняла с пола жакет.

Кажется, я задел ее профессиональную гордость. Признаться, меня это мало волнует.

Я уже предвкушаю завтрашнюю встречу с юной, и, судя по всему, не очень опытной Лизой.

Лиза

– Режешь меня без ножа, – запричитала тетя Оля, когда я сообщила, что не смогу ее подменить.

Сослалась на дела, на перенесенный зачет. На самом деле я все сдала, но тетя ведь этого не знала. Врать было стыдно, но и назвать настоящую причину тоже неловко.

Мы сидели в холле больницы, куда тетя Оля добралась только с моей помощью. Я отговаривала ее от этого путешествия, предлагала посидеть в палате, но она была неумолима:

– Проветриться хочу, и так все бока отлежала.

Так что мы уединились на продавленном кожаном диванчике, между чахлым фикусом и стеной с жуткими плакатами, иллюстрирующими симптомы разных заболеваний. Начнешь их разглядывать – сразу почувствуешь себя смертельно больной…

– Где я до завтра найду замену? – задумалась тетя Оля.

– Ну, в твое агентство можно обратиться.

– Ага, конечно, в агентство! Да там любая схватится за эту вакансию, попробуй ее потом выгони!

Тетя Оля дорожила своей работой, все время рассказывала, как ей повезло: другие помощницы по хозяйству горбатились на семьи с детьми, перестирывая горы белья и разгребая жуткие завалы грязи, ей же достался одинокий миллионер. Щедрый, аккуратный, непривередливый, с покладистым характером. Все коллеги ей завидовали и мечтали занять это место.

– Я не могу сейчас потерять работу, – сказала тетя Оля. – Знаешь, сколько денег мне потребуется на лекарства? Одна баночка таблеток пятьдесят тысяч стоит! А мне их полгода пить.

– Что, все так серьезно?

Я почувствовала себя эгоисткой: только о себе думаю, а у тети Оли серьезные проблемы!

На самом деле тетя Оля никакая мне и не тетя, но очень близкий человек. Она была бабушкиной соседкой, нянчилась со мной с детства и после смерти бабушки помогла мне прийти в себя и обустроиться в квартире: я тогда поступила в университет и решила съехать от родителей.

Мне было неловко трогать бабушкины вещи, переделывать все по-своему, но тетя Оля говорила:

– Семеновна не держалась за тряпки, как другие старухи, легко все выкидывала. Она была бы счастлива, что ты тут живешь и распоряжаешься!

Тетя Оля постоянно меня поддерживала, а я готова отказать ей в помощи чуть ли не единственный раз, когда она меня о чем-то просит…

– Что врачи говорят? – виновато поинтересовалась.

– Говорят, если буду придерживаться диеты и пропью курс этих дорогущих лекарств, через полгода буду как новенькая.

– Это же отличная новость!

– А то! А теперь рассказывай, что там у вас случилось с Марком? Ума не приложу, чем он мог тебя обидеть. Серьезный, обходительный мужчина…

– Да ничего не случилось, – промямлила я. – У меня зачеты.

– Не ври мне, – строго произнесла тетя Оля. – Ладно бы умела, а то глаза отводишь, краснеешь. Больно смотреть, как ты мучаешься.

Ну вот, меня разоблачили. Придется сказать правду, не всю, конечно.

– Просто я дни перепутала, вломилась не вовремя, помешала ему отдыхать, и мы поругались.

Не описывать же соседке свои приключения с голым миллионером!

– Странно все это, – произнесла тетя Оля. – На него не похоже, чтобы он на пустом месте в бутылку лез, и ты человек неконфликтный… Недоговариваешь что-то.

Я опустила глаза.

– Он что, к тебе приставал? – догадалась тетя Оля. И потрясенно на меня уставилась.

– Нет! – замотала я головой.

Ведь и вправду не приставал. Ко мне. Он просто разделся перед той, кого считал проституткой.

– Давай так, – предложила тетя Оля. – Завтра ты сходишь к нему. Может, все будет нормально…

– Может, – пробурчала.

Только если его не окажется дома. Я на это очень надеюсь!

– Если все же не захочешь работать, до понедельника кого-нибудь найдем.

– Ладно! – я нехотя согласилась.

Хоть и придется идти в логово маньяка, но всего лишь один раз. И я обязательно возьму перцовый баллончик. И электрошокер.

Глава 2
Паук расставляет сети

Марк

Я проснулся с предвкушением праздника, словно двенадцатилетний мальчишка, у которого сегодня день рождения и он точно знает, что ему подарят крутой мопед, а вечером придут друзья, и он объестся любимым шоколадным тортом.

В общем, меня переполняло нетерпение. До вечера еще так далеко, а мне так хочется шоколадного торта…

День тянулся долго, переговоры никак не заканчивались, и я впервые в жизни чуть не согласился на не самые выгодные для себя условия лишь потому, что хотел остаться один и предаваться мечтам о Лизе. Да что за черт! Надо было вчера оставить проститутку, тогда сегодня ничто не ударяло бы в голову и не мешало здраво мыслить.

В обед позвонила Ольга Васильевна.

– Как ваше здоровье? – вежливо поинтересовался.

– Жить буду, может, даже долго и счастливо, – ответила она. – Ко мне заходила Лиза… Говорит, у вас произошел неприятный инцидент.

Неужели рассказала все в подробностях? Ну и ну. Я думал, постесняется.

– Сегодня она выйдет на работу, но вообще просит найти ей замену. Я обязательно что-нибудь придумаю.

Что это еще за новости? Какая замена? Мне не нужна замена.

Мне нужна Лиза.

– Я уверен, она справится с обязанностями.

– То есть вы на нее не сердитесь?

– Я?

Интересно, что там насочиняла эта фантазерка? Что разбила дорогую вазу, и я выставил ее за дверь? Хорошо бы знать ее легенду, а то приходится действовать наугад.

– Все в полном порядке, – произнес максимально нейтральную фразу. – Мне бы хотелось, чтобы она осталась. Не люблю, когда в доме мелькают новые лица. Вы, Лиза, еще кто-то… это слишком.

Неплохой аргумент, хоть и не очень убедительный.

– Я постараюсь уговорить ее остаться.

– Постарайтесь. Знаю, как вам важна ваша работа, – усилил давление стальным тоном. Это намек. Не будет по-моему – возможно увольнение. Уверен, Ольга Васильевна все прекрасно поняла.

А я, положив трубку, задумался. Значит, Лиза замыслила побег… Видимо, придется менять свои планы. Притормозить, чтобы она перестала бояться.

Будет лучше, если сегодня она меня вообще не увидит. Выдохнет, расслабится. В следующий раз придет со спокойной душой. Тут-то я ее и подкараулю.

Лиза

Перцовый баллончик я положила в рюкзак, а электрошокер сунула в карман джинсовой куртки. Их мне подарил папа, когда я переехала в бабушкину квартиру. Он переживал, что вечерами я буду возвращаться одна, и таким образом позаботился о моей безопасности.

Баллончик самый обычный, а шокер похож то ли на кастет, то ли на огромное кольцо. Удобная штука, наверное – использовать его по назначению мне еще не доводилось.

Тетя Оля по пятницам с семи занимается уборкой, и я буду следовать ее расписанию. Днем Марк может работать дома, но вечером в пятницу всегда куда-нибудь уходит – так она сказала. И эта мысль успокаивающе согревала.

В этот раз я не разглядывала необычные картины в холле и не обращала внимания на потрясающий вид из лифта. Пока ехала на двадцать седьмой этаж, сердце гулко, слишком быстро и взволнованно билось, медленно сползая в левую пятку.

Вот и дверь квартиры. Достала электронный ключ, приложила его к панели, набрала код, который помнила наизусть. Кстати, как вчера Марк узнал, что я пришла? Хотя на этот вопрос ответить очень легко: тут везде понатыканы камеры.

Вспомнив наш диалог, в очередной раз залилась горячим румянцем стыда. Что я несла! И как выглядела в его глазах!

Дверь открылась, я осторожно прошла внутрь. Свет зажегся сам собой. Тишина. Похоже, сегодня я здесь полноправная хозяйка.

Для начала обошла всю квартиру, чтобы убедиться в отсутствии Марка и заодно осмотреться. Пентхауз представлял собой открытое пространство, практически без стен и дверей, так что осмотр занял немного времени – все как на ладони.

Правда, поднимаясь по лестнице на второй этаж, в спальню, я немного волновалась: а вдруг Марк все же там? Развалился на кровати в чем мать родила и покачивает членом, чтобы нарочно испугать меня.

Именно так себя ведут извращенцы-эксгибиционисты. В голове у них что-то замкнуло, и без экстрима они кайфа не получают, а потому им нравится распахивать плащ и пугать своей дубиной маленьких девочек.

Ладно, сама знаю, что это чушь. Марк не эксгибиционист и пугать меня вчера не собирался. Он просто планировал переспать с проституткой. И переспал. Когда я ушла. Нет! Я не буду представлять, как это происходило, иначе меня можно считать такой же извращенкой, как тех дядек в плащах!

Спальня оформлена в том же минималистичном стиле, что и вся квартира: камень, дерево, сталь, огромная кровать с серебристо-серым бельем – ничего лишнего. На мой вкус – холодно и не очень уютно, зато модно – и людям нравится.

Так, вообще-то сегодня мне в спальне делать нечего. Пора уходить отсюда.

Не успев дойти до лестницы, я услышала внизу шаги…

Марк

Я не собирался идти домой. Хотел поехать загород, в свою хижину на берегу озера, нередко провожу там выходные, в тиши и уединении. Сегодня день выдался напряженный, и отдых на природе, вдали от городской суеты – именно то, что мне нужно.

Приняв такое решение, я сел в машину и… сам не заметил, как оказался возле дома. Интересно, Лиза уже пришла? Начало восьмого, а Ольга Васильевна обычно приходила к семи. Но моя новая горничная, конечно, может не придерживаться четкого графика: вчера вообще дни перепутала – видимо, пунктуальностью и обязательностью она не отличается.

Я же решил не заходить домой!

И не буду – просто посмотрю, горит ли свет. Сидя в машине, этого не увидеть…

Кажется, сегодня у меня раздвоение личности: моя разумная половина принимает взвешенные продуманные решения, а неразумная кладет на них болт и поступает по-своему.

Крышу сносит от желания увидеть Лизу! Ладно, не только увидеть: мои фантазии разнообразны, конкретны и абсолютно неприличны. Осуществить их немедленно я не могу, во всяком случае, не нарушая уголовный кодекс и принятые в обществе моральные нормы. Но я же могу просто ее увидеть? Взгляну одним глазком и уйду, не снимая личины серьезного и порядочного человека, который не собирается покушаться на ее честь.

Так я себя уговаривал, поднимаясь на лифте.

Свет горит, значит, Лиза пришла, и значит, через пару минут я смогу любоваться ее симпатичным носиком и аккуратной упругой попкой. И, наверное, она снова испуганно уставится на меня своими зелеными глазищами…

Лиза

Я заметалась по спальне, не зная, куда бежать и за что хвататься. И зачем меня сюда понесло? Драила бы кухню, выглядела бы занятой горничной, а сейчас Марк подумает, что я просто из любопытства шарюсь по его спальне. Ну да, правильно он подумает.

Ладно. Спускаюсь.

Главное – держать лицо. Не надо выглядеть виноватой и испуганной: я на работе, у меня много дел, и в спальне тоже была по делу – правда, не знаю, по какому. Сегодня по плану стирка, глажка и кухня.

Увидев Марка, я опешила. Какой серьезный респектабельный мужчина! В строгом костюме, при галстуке, с кожаной папочкой. Неужели это он мне вчера устроил стриптиз, демонстрируя свои выдающиеся достоинства? Трудно в это поверить, глядя на него сейчас.

– Добрый вечер, Лиза, – произнес он вкрадчивым, обволакивающим голосом.

По спине побежали мурашки. Какой тембр, какие богатые вибрации! Ему бы в опере петь или заклинателем змей работать.

– З-здравствуйте, – пропищала.

Мой голос, к сожалению, глубиной и бархатистостью не отличается. Пищу как сиплая мышь.

– Как дела? – вежливо поинтересовался он.

А сам на меня едва смотрит. Не думаю, что ему интересен мой ответ, так что я буркнула: «Нормально». И пошла в постирочную.

Марк бросил папку на диван и направился в зону кухни. Я успела увидеть, как он открыл холодильник и достал бутылку воды. Измучился жаждой, бедный.

Я забросила первую порцию белья в машинку, засыпала порошок, нажала нужные кнопки и решила наконец снять джинсовую куртку. Жарковато тут, да и неудобно. В этот момент в дверях неожиданно появился Марк. Уставился на меня, как будто впервые видел. Рука запуталась в рукаве, я дернула полу куртки. Из кармана выпал электрошокер и покатился прямо к ногам моего серьезного работодателя. Я бросилась за розовым орудием устрашения, но Марк оказался проворнее – быстро поднял его и принялся с недоумением разглядывать.

– Что это? – поинтересовался.

– Отдайте. – Я протянула руку.

Мне не хотелось признаваться: подумает еще, что я его боюсь! А я не боюсь. Это так, для собственного спокойствия.

– Это какой-то гаджет? – спросил Марк.

– Это мое, – ответила я.

И, так как возвращать мою собственность он не торопился, я вырвала шокер из его пальцев. Вернее, намеревалась это сделать.

Не поняла, как это случилось, но между нашими ладонями проскочил разряд электричества. Невольно вскрикнув от адской боли, я пошатнулась, в глазах мгновенно потемнело, тело охватило дрожью.

И я рухнула на пол.

Марк

Эта дурочка притащила с собой электрошокер, надо же было до такого додуматься! К тому же розовый и круглый, поэтому сначала я и не понял, что это: подумал, какая-то электронная игрушка. А когда увидел, что она спешит ее отобрать, меня еще больше разобрало любопытство.

Лиза подходила все ближе, я, естественно, не торопился возвращать ее собственность. Надеялся, что она полезет отбирать, завяжется потасовка, а там и до объятий недалеко… И она действительно протянула руку к розовой игрушке. Я собирался резко убрать ее за спину, а девушку слегка приобнять, как бы случайно.

В тот момент, когда наши руки соприкоснулись, сомкнувшись на непонятной штуковине, что-то сверкнуло перед глазами. Мои пальцы ударило током, но, видимо, большая часть разряда пришлась на Лизу.

С искаженным от боли лицом она резко отпрянула и мягко, словно перышко, на подогнувшихся коленях опустилась на пол.

Отбросив розовую штуку, предназначение которой теперь прояснилось, я кинулся к горничной:

– Лиза! – мой голос сорвался.

Я по-настоящему испугался за нее. Кто знает, какой силы был разряд и как он подействовал на эту хрупкую малышку!

Подхватив ее на руки, я осторожно вышел из постирочной и направился к дивану. Ее тело, в первые мгновения обмякшее и безжизненное, через пару секунд напряглось. Похоже, она приходит в себя.

Сейчас в ее огромных глазах не страх, а скорее безграничное удивление. Кажется, она не поняла, что произошло. Зашевелилась. Обхватила мою шею руками.

Ого! Похоже, наши отношения будут развиваться стремительно.

Я уже дошел до дивана, но отпускать ее мне не хочется. Сейчас она вся моя – маленькая, легкая, юная и невыносимо желанная. Ее теплые ладони сомкнулись на моей шее, ее сердечко быстро бьется рядом с моим. Губы манят так, что сдерживаться больше невозможно…

И тут она сказала:

– Мне не нравится этот галстук.

Лиза

Это случилось внезапно, но в то же время словно в замедленной съемке: не могу объяснить, как эти две противоположности соединились.

Я будто оказалась в долгом непрерывном кадре: вспышка молнии, электрический удар, тело слабое, податливое, как тряпичная кукла. Ноги не держали, и я оказалась на полу.

Вдруг время ускорилось: мгновение – и я уже на руках Марка, держусь за его шею. Он меня куда-то несет.

Как я тут оказалась? У меня что, была кратковременная потеря памяти? Вроде нет…

Так я что, опять зависла? Да нет, это Марк застыл на месте, пристально смотрел на меня и даже, кажется, слегка улыбался: уголки губ приподнялись, замерцали искорки в глазах. Его взгляд гипнотизировал…

Все-таки зависла.

Посмотрела на галстук: красный, как креветка. Неприятный цвет, режет глаза. Мне он не нравится.

– Чем он тебе не угодил? – удивленно усмехнулся Марк.

– Кто? – не поняла я.

– Галстук.

Я что, произнесла это вслух?

Так. Что происходит? Почему мой работодатель держит меня на руках?

Все. Мозги наконец встали на место, я все осознала и вспомнила: меня только что вырубило электрошокером, а Марк… куда он меня принес?! Ага… К дивану. Хочет уложить на мягкие подушки.

– Поставьте меня, – попросила. – Все в порядке.

Думала, он сразу же ослабит хватку и даст мне принять вертикальное положение. Вместо этого он еще крепче прижал к себе.

Марк

Как же не хочется ее отпускать! Но, видимо, придется. Пугать малышку в мои планы не входит: наоборот, мне нужно наладить с ней контакт, подружиться.

Опустившись на колено, я осторожно положил ее на диван и далеко не сразу убрал свои руки с ее тонкой талии и изящной шеи. Тянул, сколько можно. Целых десять секунд!

Зато Лиза сразу отпрянула: отодвинулась, вжалась в диван. Боится… Это плохо.

– Как себя чувствуешь? – спросил я.

– Прекрасно, – ответила и попыталась встать.

Удержал ее, положив ладонь на хрупкую ключицу. Как мне хотелось скользнуть пальцами ниже, к упругому холмику, выступающему под футболкой! Слегка прикоснуться, осторожно сжать, а потом…

Так, спокойно. Вдох-выдох. Держим свои похотливые желания в узде! До поры до времени…

– Полежи немного, – произнес я. – Все же тебя здорово шарахнуло.

– Да все нормально!

Отбросив мою руку, она уселась на диване.

Лиза

Да все со мной хорошо, не хочу я лежать! Чувствую себя странно, развалившись на диване, в то время как работодатель склонился надо мной. Его прикосновения, вроде бы естественные и соответствующие ситуации, почему-то вызывают у меня ощущение острой неловкости. Вот и сейчас он, стремясь удержать меня в горизонтальном положении, опустил тяжелую руку мне на плечо. Тепло от его ладони будто растеклось по моей коже обжигающей, плавящей волной. В груди возникло неясное томление, мне почему-то захотелось выгнуться ему навстречу…

Что со мной происходит? Похоже, это последствия удара током.

Я села, освободившись от руки Марка. Однако лучше не стало.

Получилось так, что я сидела на диване, а он стоял передо мной на коленях, расположив руки по бокам так, словно заключил меня в кольцо, не желая отпускать. Его глаза располагались чуть-чуть выше моих. Я посмотрела на него. Лучше бы не делала этого!

Что это за взгляд? Затуманенный, жадный, в чем-то хищный. Наверное, так голодный тигр смотрит на бегущую по саванне добычу. Знает, что легко может ее настичь, но ждет подходящего момента.

Я опустила глаза, почувствовав, как щеки запылали румянцем.

– Хочу пить, – произнесла я.

Это было чистой правдой. В горле пересохло так, что язык еле ворочался. Видимо, тоже последствия удара током…

– Воды? – спросил Марк. – Или, может, лучше горячего чая?

Голос звучал нормально, в нем не было хищной страсти. Я снова взглянула ему в глаза: смотрит сочувствующе, слегка улыбается. Само дружелюбие и отзывчивость!

Может, тот его взгляд померещился? Скорее всего. Сейчас я, наверное, плохо соображаю, хотя убеждена в обратном.

Марк

Как трепетали ее ресницы, когда она скромно потупила глаза, наткнувшись на мой взгляд, наверное, слишком откровенный! Я заметил легкий румянец на ее щеках. Это смущение или возбуждение?

Она снова закусила губу. Я сейчас не выдержу и наброшусь на нее!

Нет, нельзя. Она и так смущена, я окончательно напугаю ее и навсегда закрою для себя возможность узнать поближе. Намного ближе…

Лиза положила руки на колени и выпрямилась, будто собиралась встать. Она не смотрела на меня, и я мог беззастенчиво разглядывать ее тонкую хрупкую шейку, острые ключицы, пухлые губы, созданные для поцелуев. И небольшую дерзкую грудь, выпирающую под натянувшейся тканью футболки.

Нет, туда мне лучше не смотреть. Это слишком туманит мой разум.

Она сказала, что хочет пить. И сглотнула.

Знала бы она, какая сильная жажда мучает меня! Я словно путник, который неделю брел по пустыне и наконец нашел оазис с чистым ручьем: вроде бы можно напиться, хочется броситься в воду с головой… Но нельзя. Иначе все исчезнет, как мираж.

Пора брать себя в руки. Больше нельзя оставаться в этой провоцирующей на безумства позе.

Я встал и подал ей руку. Она проигнорировала и поднялась сама.

– Поставлю чайник, – произнес я.

– Наверное, все же лучше воды, – сказала Лиза. – Прохладной.

Принес бутылку из холодильника. Протянул ей.

Она открыла, жадно приникла к горлышку губами. О-о-о! Я еле воздержался и не застонал от острого, чуть не разорвавшего мои джинсы, желания.

Лиза

Марк вручил мне бутылку воды и завозился с чайником: налил питьевую воду из специального крана, нажал клавишу, открыл шкаф, где выстроились нераспечатанные пачки разного чая.

– Ты какой любишь? Черный, зеленый? Есть белый и улун. Правда, я не помню, как его правильно заваривать.

– Я уже напилась, – сообщила я.

Обернувшись, он как-то странно посмотрел на меня и бутылку в моей руке.

– Вода – это не то. При стрессе полезен горячий сладкий чай.

– Так то при стрессе…

– Хочешь сказать, что для тебя удар током – дело привычное?

– Ага, – отозвалась я. – Регулярно практикую дважды в день.

Он хохотнул.

– Вижу, ты и, правда, приходишь в себя.

– Да. Пришла и собираюсь остаться.

– Тогда можно задать личный вопрос?

– Личный?

Я напряглась. Терпеть не могу личные вопросы. В моей жизни есть странное и трудно объяснимое с точки зрения логики обстоятельство, которым я совершенно не хочу делиться с окружающими.

– Зачем тебе электрошокер?

А, такой вопрос. Уф.

– На всякий случай. – Пожала плечами. – Папа подарил.

– А папа не научил тебя им пользоваться?

– Научил. И все было нормально. До сегодняшнего дня.

– То есть ты била людей током направо и налево, и тебя все устраивало.

– Не совсем. До сегодняшнего дня я им ни разу не пользовалась.

На этот раз его взгляд был испытующим.

– Боялась сюда идти?

Пришлось сознаться. Трудно врать, если тебе задают прямой вопрос и при этом смотрят с явной симпатией.

– Немного, – выдавила я.

– Хотела шибануть меня разрядом, если я опять сниму халат?

– Ага, – кивнула, глядя на него. – По самому больному месту.

Он поморщился.

– Жестоко. Надеюсь, теперь это желание отпало?

– Пока не вижу необходимости.

Марк снова засмеялся. Его так легко рассмешить! Сегодня он необыкновенно милый, и, пожалуй, даже начинает мне нравиться.

Тетя Оля права – таких работодателей еще поискать надо: позаботился обо мне, когда я распласталась на полу по собственной глупости…

– Так что, зеленый? Хотя нет, лучше черный. Он бодрит.

– Ладно, пусть будет черный. Мне все равно.

– Заварю с бергамотом, – сообщил он.

Кипяток полился в заварочный чайник, Марк накрыл его крышкой, достал чашки, поставил их на барную стойку у окна. Мы что, вместе будем чаевничать?

Внезапно вспомнила, что я здесь, вообще-то, не гостья, а горничная, и мое дело – стирать и убирать, а не распивать чаи в обществе работодателя. Тетя Оля меня по этому поводу тщательно проинструктировала: «Марк – человек дружелюбный, держится как будто на равных. Но не надо забывать, что ты на него работаешь! Держи дистанцию». А я совсем забыла о дистанции. И держусь неподобающе. Развалилась на стуле, в то время как тот, на кого я работаю, хлопочет по хозяйству.

Марк

Заваривание чая подействовало на меня отрезвляюще. Джинсы больше не разрывались, я мог контролировать взгляд и голос. Надо быть крайне осторожным, действовать аккуратно, чтобы не спугнуть мою сладкую добычу.

И тут она ко мне подошла. Внезапно возникла у левого локтя, я даже вздрогнул от неожиданности.

– Там, наверное, стирка закончилась. Я пойду.

Это что еще за бунт?! Кому я тут готовил чай и ради кого усмиряю свою похоть?

– Да к черту стирку! – вырвалось у меня. – В смысле, она подождет. Садись, пей чай. Я настаиваю.

Лиза поколебалась, но все же плюхнулась на барный стул перед окном. Почему она снова напряглась? Я как-то не так себя веду? Надо расчехлить все свое обаяние, быть милым и простым, чтобы она больше не видела во мне врага. И не передумала на меня работать.

Думаю, у меня получилось. К концу чаепития мы болтали как старые друзья. Лиза за обе щеки уплетала найденные в моих закромах печеньки, а я жалел, что не запасся шоколадками и конфетами. Сам я сладкого не ел, но она, насколько я понял, его обожала и вдохновенно рассказывала о десерте под названием «Анна Павлова», который готова есть на завтрак, обед и ужин. Надо внести его в список покупок, доставляемых мне курьером. Пусть он всегда будет в моем холодильнике, это станет дополнительной приманкой.

Главная приманка, конечно, – я сам. Лиза должна понять, какой я хороший, милый, щедрый и при этом чертовски соблазнительный. Такой, что устоять невозможно!

Когда чай закончился, я задал самый волнующий вопрос:

– Придешь в понедельник?

Она кивнула.

О боги! У меня получилось! Лиза остается на меня работать. Всего на две недели.

За это время я должен ее приручить.

Думаю, смогу: может, даже дойдет до главного, ради чего я все это затеваю. Если не получится – продолжим позже, уже не как работодатель и подчиненная.

– Я постараюсь не путаться под ногами, – закрепил я свой успех. – Скорее всего, меня вообще не будет дома.

– Хорошо, – кивнула она.

Что это промелькнуло в ее взгляде? Легкое разочарование? Бинго!

– Но мои планы быстро меняются, иногда мне удобнее работать здесь, а не в офисе. Если я буду мешать, можешь гнать меня взашей.

Улыбается. А я внутренне ликую.

Она меня больше не боится. И уже немного хочет, но пока еще это не осознает…

Глава 3
Облом для плейбоя

Лиза

– Светка Перепелкина заболела, – возбужденно кричала в трубку моя лучшая подруга Полина. – Танцуй!

– А что с ней случилось? – спросила я.

– Загремела в инфекционку с каким-то вирусом. Сказали, недели две там проторчит, а то и больше.

– Не повезло…

– Ей – да, зато тебе счастье привалило! Ты что, не рада?

– Рада.

Наверное, надо объяснить, почему меня должна радовать болезнь однокурсницы.

Дело в том, что лучшие студенты нашего курса едут в летний языковой лагерь, на море. Там будет очень весело: кроме учебы, предполагается общение с коллегами из других стран, а самое главное – после окончания смены участники получают престижный сертификат и приглашение на стажировку за границу.

Я пролетела: оказалась в списке кандидатов, но жирная черта, отделяющая счастливчиков от неудачников, красовалась прямо над моей фамилией. Те, кто выше, в том числе Полина, должны ехать, я и нижерасположенные оставались дома.

И вот теперь, когда одна из счастливиц заболела, я автоматически попадаю в число победителей. Это, на самом деле, ошеломляющая новость. Сочувствую Перепелкиной… но радуюсь до чертиков, готова прыгать от счастья!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.