Наедине с природой
Андрей Биксалеев

Редактор Е. В. Филиппова

Фотограф А. А. Биксалеев

Дизайнер обложки А. В. Днепровская

© Андрей Биксалеев, 2025

© А. А. Биксалеев, фотографии, 2025

© А. В. Днепровская, дизайн обложки, 2025

ISBN 978-5-0055-9675-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Вступление

«Творения природы совершеннее творений искусств» —

Цицерон Марк Туллий

Наша природа многогранна. Даже в пределах одного края она может быть чрезвычайно разной в своём многообразии. Её уголки населяют удивительные существа – от крохотных насекомых, до грациозных редких кошек – амурских тигров и леопардов. Чего только не встретишь в природе нашей страны: и степи, и величественные горы с ледниками, и даже субтропики. Порой природа выступает не только в роли вдохновителя, но и в роли учителя. Она учит терпению, созидательности и мудрости. Наши братья меньшие заставляют взглянуть иначе на жизнь. Какие-то определённые места врезаются в нашу память и вызывают тёплые ассоциации.

Эта книга скорее является откровением моего внутреннего мира, жизненной философией, которая тесно переплетается с природой. Именно природа учит меня быть наблюдательным, интересующимся, терпеливым.

Книга создана в основном из журналистских очерков, которые были опубликованы в разные годы в еженедельных забайкальских изданиях «Читинское обозрение», «Земля» и др. Здесь собраны мои мысли и чувства о природе родного края и некоторых других уголках России. Я постарался также рассказать и о маленьких обитателях, которые окружают нас всюду, порой даже в черте городов. К сожалению, у многих людей они вызывают антипатию, поэтому с помощью этой книги я постараюсь изменить мнение об этих существах в лучшую сторону.

Я благодарен тем людям, которые привили мне любовь к природе и писательскому делу с самых малых лет – моим родителям. Именно они научили меня находить удивительное в обыденных вещах, останавливаться и наслаждаться моментом, никуда не спешить.

Хочу выразить большую благодарность моему учителю и другу в одном лице, – за поддержку, приглашения в уникальные экспедиции, походы и каждый раз получение новых знаний о природе – Олегу Валерьевичу Корсуну.

За умение рассказывать о сложных вещах простым языком, и подталкивание меня к написанию книги, я бы хотел сказать спасибо Ольге Георгиевне Локотко.

Отдельная благодарность моим уважаемым преподавателям Екатерине Александровне Игумновой, Ирине Фёдоровне Кривенковой и Марине Владимировне Гилевой. Их любовь к живой природе и богатый исследовательский опыт продолжают поддерживать мой интерес в этой области и пополнять багаж знаний.

Благодарю Сергея Владимировича Алкина и Геннадия Максимовича Агафонова, за ценные замечания и скрупулёзное изучение моих текстов, а также за тёплые слова поддержки.

Огромное сердечное спасибо редактору Екатерине Валерьевне Филипповой, за труд, проделанный над этим сборником, и приведение моей грамматики в порядок.

За способность встать рано утром и отправиться наблюдать первый весенний дождь или пение птиц я всегда буду обязан Юрию Тимофеевичу Руденко. К сожалению, его уже нет с нами, но его ценные уроки и оптимизм по отношению к природе и людям, навсегда останутся в моей памяти.

Прошу прощения, если вдруг кого-то забыл упомянуть, но так или иначе, я помню помощь, а также значимость всех людей, что делили со мной путь во время походов, прогулок и экспедиций.

Было решено сделать две главы, первая из которых посвящена удивительным животным и растениям, что повстречались на моём пути. Они оставили неизгладимые впечатления и эмоции.

Вторая часть посвящена интересным местам Забайкальского края, Дальнего Востока, и некоторому жизненному опыту, который я получил благодаря природе.

Глава I Братья наши меньшие

Жизнь у обочины

Обыкновенная автомобильная трасса за городом. Проезжая на машине, видишь довольно скучный пейзаж: с одной стороны почти вертикальный обрыв, уходящий на метры вниз, с другой – запылённые деревья, редколесья, старые пожарища. Казалось бы, всё занесло пылью от дороги и жизни здесь никакой нет… Решаешь остановиться и пройти подальше, в поисках интересных снимков. Может быть, повезёт там, вдали от трассы? Берёшь фотоаппарат и вступаешь в лес. Между краем дороги и березняка блестит неприметная лужица воды. Перешагиваешь её и устремляешься дальше, в царство лешего.

Лес и правда будто находится под покровительством волшебных сил. Подстилка из густого сырого мха проваливается под ногами, вокруг тишина, лишь слышно изредка шуршание автомобильных колёс. Вот на высокой сосне гаркнула ворона. В воздухе приятно пахнет сыростью, как после грибного дождя. Вот старый замшелый пень, наверху которого дружно взошли маленькие сосёнки. Тут же неподалёку целая поляна колдовских грибов – мухоморов. Красиво, но чего-то не хватает, всё это я уже много раз видел и фотографировал. Решаю пройти ещё дальше…

Но, к сожалению, лес в скором времени заканчивается, и я выхожу на горельник. Пустая опушка с обгоревшими пнями и поваленными соснами – печальная картина. А ещё года три назад здесь был просто сказочный лес с мощными берёзами, соснами и осинами. Но теперь, по вине неосторожного обращения с огнём, здесь лишь выжженное поле, которое совсем не радует глаз. И чтобы этот лес восстановился, понадобится не менее 15 лет, а то и больше, и это с учётом того, если он вновь не пострадает от пожаров или вырубок.

Расстроившись такой картиной и тем, что не удалось добыть новые фотографии, возвращаюсь к машине. Вдруг взгляд падает на лужу возле самого края леса, с виду обычную. Приглядевшись, вижу, что это не простая лужа, а настоящий «клондайк» жизни! Возле автодороги, где всё выглядит таким безжизненным и серым, на самом деле полно живых существ. Этот маленький водоём, как оазис посреди пустыни расположился у трассы. А жители его – молодые сибирские углозубы. Ещё их называют четырёхпалыми тритонами и вот уж кого не ожидаешь встретить в таких местах. Животные очень интересные, это единственный вид хвостатых амфибий, которые встречаются на территории Забайкалья. Они самые настоящие хищники, хотя и размеры их пока не превышают пяти сантиметров. Здесь у них пищи в достатке – всевозможные рачки и личинки водных насекомых, на которых они охотятся. Очевидно, весной взрослые тритоны отложили здесь икру, и эти малыши жили и развивались всё время. Скоро они ещё немного подрастут и покинут водоём. Вот с дерева упал листок на воду, и с виду неуклюжие амфибии, которые только что лениво плавали у поверхности воды, с молниеносной скоростью уплыли на дно, спрятавшись там под коряжками.

Сибирский углозуб, или четырехпалый тритон (Salamandrella keyserlingii)

Несмотря на всё ещё сохраняющиеся наружные жабры, молодые тритоны уже способны выходить на сушу

Лужица эта оказалась небольшой запрудой, образовавшейся из бегущего неподалёку ключика. Вода в ней очень прозрачная, видно каждую деталь. Дно выстлано опавшими листьями и тонкими веточками, среди которых живут не только углозубы, но и множество других организмов. Присмотревшись, замечаю улиток-прудовиков и катушек, которые неторопливо взбираются по подводной коряге; под листком притаилась личинка стрекозы. Кстати, личинка стрекозы, или, в переводе с греческого «наяда», что означает «русалка», «богиня ручьёв и озёр», также является хищником, и будь эти тритоны чуть меньше, они могли бы попасться ей на обед. Если приглядеться ещё, то у поверхности воды можно заметить мелкие красноватые скачкообразно передвигающиеся точки – это ветвистоусые рачки. Они также играют большую роль в пищевой цепи этого водоёма. Всё здесь взаимосвязано и каждый организм играет определённую роль. Одним словом – это маленький мир со своими героями.

Сделав снимки углозубов, покидаю этот оазис с приподнятым настроением и новыми впечатлениями…

«Читинское обозрение»

№36 (1364) // 09.09.2015 г.

«Краснокнижник» в городе

Порой чтобы сделать какое-то открытие, вовсе не нужно идти далеко, городские «джунгли» тоже могут удивить. Одним из таких сюрпризов оказалась редкая бабочка – бражник Татаринова – вид, включённый в Красную книгу Забайкальского края.

Абсолютно случайно он был обнаружен в дендрарии Забайкальского краевого краеведческого музея, научным сотрудником Евгенией Валерьевной Морозовой. По словам профессора Олега Валерьевича Корсуна – этот бражник встречается в основном в степях южных районах Забайкалья, а эта бабочка является первой находкой данного вида в городе Чита. Общий ареал бражника Татаринова от Забайкалья до Приморья, встречается также и в Монголии, Японии, Северном Китае. Бабочка была названа в честь видного российского дипломата, врача, писателя Александра Алексеевича Татаринова, который совершал сборы бабочек в Пекине с 1840-х годов.

Бражник Татаринова (Callambulyx tatarinovii)

Как и большинство бражников, эта бабочка активна в основном в вечернее и ночное время суток. При полёте её крылья движутся настолько быстро, что человеческий глаз их даже не видит. А когда бражник кормится нектаром цветов, то зависает на одном месте в воздухе. Из-за такой особенности создаётся впечатление, что это не насекомое, а птица – колибри. Именно поэтому порой поступают сообщения от жителей городов о якобы замеченных колибри, но при детальном рассмотрении оказывается, что это вовсе не тропические птицы, а насекомые.

«Читинское обозрение»

№26 (1562) // 26.06.2019 г.

Угощения природы

Хороша брусника в конце августа – ароматная, приударенная первыми морозцами. Крахмальные зёрна переспевшей ягоды рассыпаются во рту кисло-сладкими нотками. Вокруг тишина. Только в кронах молодых сосен гуляет теперь уже осенний ветерок. Полакомившись ягодой, встаёшь с земли, благодаришь лес за его дары и идёшь дальше.

Хорошо вот так гулять по августовскому сосняку. Жары нет, надоедливая мошкара уже неактивна, яркое солнце и ясное небо. Молодые хвоинки приятно покалывают руки, когда я пробираюсь через заросли. Под ногами ещё скачут кобылки, жуки-скакуны перелетают с места на место, сверкая своими ярко-синими металлическими брюшками.

Вот на прогретой солнцем поляне виден бугорок из листьев и хвои. Аккуратно расчистив верхний слой, обнаруживаю под ним рыжик. Ещё один подарок природы. Рыжики, пожалуй, самые вкусные и безвредные грибы, которые можно встретить в забайкальском лесу. У них нет мимикрирующих двойников и их необязательно долго вымачивать перед едой, конечно, если речь идёт о чистых местах сбора. Его ярко-оранжевая шляпка с пластинками-ламелами и ещё более яркий сок, выделяющийся на срезе, создают впечатление, что я держу солнце в руках.

Ты подрастай, я присмотрю

Где-то вдалеке слышен глухой голос ворона. Суетливые поползни сопровождают меня весь путь, карабкаясь по стволам деревьев. А вот куча съеденных шишек – наковальня дятла. Эти птицы выбирают удобные расщелины в коре деревьев или пнях, а затем зажимают в них сосновые шишки, чтобы было удобнее доставать семена.

Среди сосен начинают проглядывать осины. А значит, здесь могут быть подосиновики. И верно, они не заставили себя долго искать. Вот первый гриб, словно апельсин, светится терракотовой шляпкой на длинной стройной ножке. Но, увы, лесные обитатели в виде личинок разных насекомых уже успели полакомиться подосиновиком изнутри, устроив себе там уютные домики. Что ж, надо же и им чем-то питаться.

Солнце клонится к горизонту, подчёркивая золотом контуры деревьев, распушённые стебли кипрея и тропинку. Пора возвращаться домой.

Вертишейка

С приходом майского тепла оживают первые насекомые, а это значит, что в Забайкалье вернулись насекомоядные птицы. Одни из таких – белопоясные стрижи, прилёт которых не остаётся не замеченным городскими жителями – громкое чириканье сразу же выдаёт присутствие этих перелётных птиц.

Прилетают и горихвостки, которых также можно сначала узнать по мелодичной песне, а чуть позже увидеть и саму птичку. Огненно-рыжая грудка самца-горихвостки, словно костёр среди молодой листвы деревьев, вспыхивает то на одной ветке, то на другой.

Среди фоновых видов в окрестностях Читы можно встретить и более редких птиц. Например, вертишейку.

Вертишейка заняла наблюдательный пункт

В двадцатых числах мая, проходя по окрестностям посёлка Каштак, я услышал крик птицы, напоминающий чем-то дятла. Однако, всё же песня отличалась. Этот голос был протяжным «ти-ти-ти». Вскоре удалось обнаружить и самого певца. Он расположился на электростолбе. По внешнему виду птица несколько напоминала кукушку, однако была значительно меньше в размерах. Её оперение было бежевого цвета с бурыми пестринками. От клюва через глаз тянулась тёмная полоса. Клюв острый, прямой.

Ранее я не видел подобных пернатых. Сфотографировав и показав свою находку профессору Олегу Валерьевичу Корсуну, удалось узнать, что это вертишейка. Довольно редко встречающаяся, тем более в окрестностях города.

Своим названием вертишейка обязана защитному поведению. При опасности она расправляет хвост, крылья и начинает вращать головой, набрасываясь на обидчика. Также при опасности во время пребывания птицы в гнезде вертишейка начинает издавать шипящие звуки, вращая головой и копируя поведение змеи. Таким образом, неприятель, покушающийся на жизнь птицы, может легко решить, что в дупле находится опасная змея.

Я не зря спутал поначалу голос вертишейки с дятлом, ведь они из одного семейства – дятловые. Однако в отличие от большинства дятлов, эти птицы самостоятельно не делают дупла в деревьях, а занимают брошенные, либо же выгоняют из них более мелких птиц. Питается вертишейка насекомыми, её любимое блюдо – муравьи и их куколки.

«Читинское обозрение»

№23 (1559) // 05.06.2019 г.

Воспоминания осени

Зима… Зима в Забайкалье, как известно, неласковая, с пробирающими до костей ветрами, низкой температурой, доходящей местами до -45 градусов по Цельсию и ниже, малоснежная. Но каждое время года прекрасно по-своему. Нам, забайкальцам, перезимовать бывает весьма и весьма нелегко – холод, скользкий лёд, тонны тёплой одежды… Долгими зимними вечерами у меня обыкновенно рисуются воспоминания о наступлении осени, моём любимом времени года после лета.

Вот вдоль автомобильной трассы, тянущейся по живописной забайкальской степи, стоит несжатый овёс. Он уже поник, но все еще сохранил свою зеленую окраску; вдалеке заметны неубранные скирды сена. Сворачиваю с основной дороги и углубляюсь в степное царство. Фотоаппарат на шею и вперёд, за новыми снимками! Вдруг в трёхстах метрах замечаю несколько журавлей-красавок.

Красавка – самый маленький представитель журавлиных

Величественно вышагивая на высоких тонких лапах, собирают они пищу на слегка заболоченной земле – зазевавшихся насекомых, зёрна овса, пшеницы. Присев на корточки, подбираюсь поближе. Нужно двигаться не напрямую к птицам, а как бы по круговой, понемногу сокращая дистанцию, чтобы не спугнуть фотомоделей. Вот до журавлей уже около двадцати метров, но ближе подходить не стоит – улетят. Аккуратно навожу объектив, резкость, спуск затвора, и вот снимок готов. И правда, красавки! Графитно-серые пёрышки чуть взъерошились от степного ветра, изящная, гибкая чёрная шея, два пучка белых перьев, тянущихся от внешнего правого уголка глаз к спине, словно корона украшают этих птиц. Любуясь прекрасными созданиями, забываешь счёт времени. Кажется, готов всю жизнь не отрывая глаз наблюдать красоту сибирской природы с её тоненькими былинками, колышущимися под порывами ветра, с бескрайними просторами степей и лесов, которые люди, увы, совсем не ценят, с огромными водными угодьями, и конечно с этими благородными, величественными птицами.

Вдали слышен печальный крик журавлей, собирающихся в стаи для отлёта на юг. Поднимаю голову к небу – оно уже не такое, как прежде. Какое-то особенное, хмурое, но в тоже время таящее в себе отголоски лета, солнце светит хоть и ярко, но тепла излучает всё меньше. Наконец, на горизонте появляется клин журавлей из девяти птиц. Мгновение, и мои фотомодели взмахивают мощными крыльями, срываясь с земли, поднимают облачко из сухих травинок и устремляются вслед за своими собратьями, подхватывая прощальную песню и унося с собой частичку забайкальского лета в далёкие края.

Такие моменты врезаются в память на всю жизнь, согревая душу в суровые зимы и вызывая щемящие сердце чувства любви к природе, к вечному и в тоже время такому хрупкому миру.

«Читинское обозрение»

№9 (1389) // 2.03.2016 г.

Восьмиглазый мечтатель

Вот уже два часа, вдыхая приятный, резкий аромат листвы чёрной смородины, я пробирался через крапивно-смородиновые заросли в поисках особых фотомоделей. Но не птиц, не земноводных, а пауков-скакунов!

Среди основной части людей пауки не пользуются глубоким уважением к своим персонам. Ещё бы – они покрыты множеством волосков, с кучей глаз и лап, а некоторые и вовсе смертельно опасные. Но пауки-скакуны, уверен, не оставили бы равнодушным даже самого закоренелого арахнофоба.

И вот, наконец, мои поиски вознаграждены. На сухой ветке притаился серый комочек и направил на меня свои восемь глазок-бусинок. Прыг, и он уже на другой ветке – вот почему это паук-скакун. Эти пауки небольших размеров, гиганты среди них, пожалуй, вырастают не больше одного сантиметра. Паутины они не плетут, вернее, плетут, но лишь для того, чтобы сделать себе укрытие, или повиснуть на паутинке, если вдруг случится неосторожно упасть на землю. Окраска их тела всевозможная, от серого до чёрного, рыжего и даже синеватого цвета. Лапки и тело покрыты частыми волосками. На макушке головогруди смешно топорщатся отдельно стоящие редкие волоски, словно он напуган.

А глаза! Глаза – это и для пауков зеркало души. У скакунов они выразительные, крупные, и смотрят так, что кажется, – это паук-мечтатель. Действительно, за свои мечтательные глаза эти пауки так полюбились множеству фотографов-анималистов.

Мечтательный взгляд

Кажется, паучку не терпится отправиться в странствия на соседние ветки, а оттуда на другие кусты и далее в большой мир. Но на самом деле это территориальные пауки, не терпят они чужаков на своих территориях, храбро несут караульный пост и поджидают очередную зазевавшуюся мошку или тлю. Вот и при виде меня скакун занервничал. Пока я наводил объектив, никак моя фотомодель не могла усидеть на месте. То туда, то сюда крутился на листочке. Но только я попал в фокус, щёлкнул затвором камеры, а модели уже нет – она одним ловким прыжком взгромоздилась на аппарат и начала его изучать. Пришлось аккуратно поместить скакуна на одуванчик – там его будет сложнее потерять при очередных акробатических трюках. Семена-парашютики одуванчика подхватывает ветер и, отрываясь, уносит к небу в путешествие по миру, а восемь блестящих бусинок-глазок, отражающих в своём блеске окружающую природу, словно провожают их в путь и говорят: «Эх, если б я только мог летать…».

Фотосессия закончена, – мне всё же удалось поймать несколько хороших кадров, и с благодарностью за работу, возвращаю паука-скакуна на его родной смородиновый караульный пост.

«Читинское обозрение»

№38 (1418) // 21.09.2016 г.

Забайкальские хамелеоны

Проходя по берёзовому лесу в летнюю пору, вблизи водоёмов можно заметить необычных лягушек ярко-зелёного, а порой и серого цвета. Они ловко маскируются среди кустарников, но стоит чуть приблизиться к ним, как они, мгновенно чуя опасность, пикируют вниз. Иной раз можно обнаружить их вовсе в необычном месте, например, в пне.

Как-то раз, изучая население трухлявого пня, я убрал сгнившую древесину, и вот чудо – из него выбралась лягушка, облепленная трухой от гнилушки. Однако что-то в ней было не так, её тело было более округлым, уплощённым, а цвет серовато-голубой, совершенно не такой, как у сибирской лягушки, в основном обитающей у нас. Аккуратно очистив от мусора лягушку, я заметил чёрную полоску, идущую вдоль тела от ноздрей через глаз и к брюшку. Сомнений нет – это не обыкновенная лягушка вовсе, а краснокнижный вид амфибий – квакша дальневосточная.

Театр теней

Кроме чёрной полосы и экзотической яркой окраски, квакши отличаются также более мелкими размерами (4—5 см) в сравнении с сибирской лягушкой, которая намного крупнее. А также наличием присосок на кончиках пальцев, благодаря чему они могут ловко взбираться по веткам кустарников, коре деревьев и даже по гладким поверхностям.

Днём они ведут скрытный образ жизни, предпочитая в жару находиться в укрытиях, а ближе к вечеру выходят на охоту в поисках всевозможных насекомых и пауков. В воде они проводят незначительную часть жизни, лишь во время размножения навещают водоёмы. В это время самцы, раздувая свои резонаторы, издают довольно громкие звуки, оправдывая своё русское название «квакша», и тем самым оповещая других самцов, что водоём уже занят для будущего потомства. Самки откладывают икру в хорошо прогретую воду, где из неё в дальнейшем будут вылупляться крошечные головастики. К сожалению, не всем им суждено дожить до стадии взрослой квакши, поэтому в одной кладке их так много – от 300 икринок и более. Если же головастик квакши уже полностью сформирован, но не имеет выхода на сушу, он может утонуть, находясь долгое время в воде. Также угрозу представляют многочисленные хищники. Но главная опасность, – это пересыхание водоёмов с икрой.

Молодая квакша

Кроме того, как я уже говорил, квакши включены в Красную книгу Забайкальского края, как редкий малоизученный вид. У нас в Забайкалье проходит северная граница их ареала, наиболее часто можно их встретить в долинах рек Амурского бассейна.

Как только моя квакша попала из убежища на зелёный ковёр из мха, в её цвете начали проявляться оттенки зелёного. Таким образом, эти удивительные животные способны менять окраску в зависимости от места их нахождения на зелёный, серый, коричневый и даже голубоватый. Кстати, могут менять окраску они также и от своего настроения. Если квакушка замёрзла, она может стать бледной, а если её что-то не устраивает – почти чёрной. Вот такой забайкальский хамелеон.

Как и все земноводные, квакши являются холоднокровными, температура их тела зависит от температуры окружающей среды, и если долго держать её в руках, то животное может получить серьёзный ожог, вплоть до теплового удара, поскольку температура тела человека намного превышает комфортную температуру для лягушки. Поэтому любоваться этими прекрасными созданиями лучше на расстоянии.

«Читинское обозрение»

№48 (1532) // 28.11.2018 г.

Зелёные, почти «человечки»

Охотник в зелёном камуфляже, притаившись среди веток небольшого кустарника, выслеживает свою добычу уже не один час. Вдруг неподалёку решает передохнуть бабочка-белянка. Не заметив, как за ней пристально наблюдает пара фасеточных глаз с ветки напротив, она восстанавливает свои силы после долгого полёта. Вот к ней устремляются мощные лапы, и нерасторопная путница уже в «руках» охотника. Часы ожидания вознаграждены. А зовут нашего охотника богомол!

Вы спросите: «Но разве богомолы живут у нас в Забайкалье?»

Конечно же, нет! Крайняя восточная граница в России, где мы можем их встретить – это восточная часть Амурской области. У нас же он не обитает, поскольку климат у нас сухой, а зимы малоснежные и холодные. Больно уж теплолюбивы зелёные человечки.

«Тогда причём здесь наш край и эти насекомые?»

А притом, что всё же временами богомолы попадают к нам, так сказать, автостопом. Приезжают случайными попутчиками с автомобилями из соседних регионов, из-за близлежащих границ с южными странами. К сожалению, на новых местах богомолы могут продержаться недолго, всего лишь на одно лето. Но бывает, что наблюдательные люди замечают гостей и продлевают жизнь насекомых в домашних условиях.

Это удивительные насекомые, ведь не зря заголовок указывает на их схожесть с человеком. Вы только взгляните: их глаза столь выразительны, что на каждой фотографии кажется, что они позируют. Когда богомол сидит в засаде, его пара передних сложенных конечностей напоминают молящегося человека, откуда и пошло его научное название Mantis religiosa (богомол обыкновенный). Конечно, существует не один вид этих удивительных созданий, их более 2750 видов, и каждый год открываются всё новые и новые. И все они великолепные мастера маскировки и охоты. Обычно люди относятся с пренебрежением к насекомым, да ещё и к тем, которые едят красивых бабочек и прочих мелких животных. Но если бы не эти ловкие охотники, вредители резко бы возросли в своей численности. Поэтому богомолы – это одни из полезнейших насекомых в природе.

Богомол обыкновенный (Mantis religiosa)

Мне доводилось встречать богомолов в Приморье и в Крыму. В Крыму обитает несколько видов богомоловых, но я имел возможность наблюдать за видом Хиеродула транскавказика (Hierodula transcaucasica), которая намного крупнее обыкновенного и выглядит более экстравагантно. А вот на Дальнем Востоке – в Приморье и Хабаровском крае, – обитает тот самый обыкновенный, или религиозный богомол.

Именно этот вид и является нашим летним гостем вдоль юго-восточных границ Забайкальского края. Выглядит он поскромнее: ненавязчивая светло-зелёная, иногда желтоватая или коричневая окраска без узоров, маленькая, но внушающая наличие незаурядных мыслительных способностей голова, способная двигаться почти на 180 градусов. Передние ловчие лапки до ужаса напоминают человеческие руки. У него и манера расположения лапок за едой, почти как у людей. Да вы взгляните сами, чем не человечек?

«Читинское обозрение»

№29 (1461) // 19.07.2017 г.

Зимний гость

Дубонос одна из немногих птиц, зимующих в Забайкалье, которых можно встретить в черте города. Птичка эта чуть крупнее воробья. Со светло-коричневой головой, кремовой грудкой и коротким хвостом. Из других пернатых она выделяется мощным толстым клювом, оттого и название – дубонос. С таким носом можно легко дробить даже самые толстые скорлупки орешек, семян и косточки черёмухи.

В сравнении с другими птицами, дубоносы славятся смелостью, а также тем, что быстро привыкают к местам, где находятся кормушки. Они практически не боятся человека и на его появление реагируют достаточно флегматично.

Однако герой нашей статьи пошёл ещё дальше.

Где-то в середине февраля сотрудники краеведческого музея начали замечать, что на решётку окна прилетает птица и стучится в форточку.

В музейный дендрарий часто прилетают разнообразные птицы. Среди них большой и малый пёстрый дятел, поползни, свиристели, щуры, не говоря уже о многочисленных воробьях, голубях и синицах. Но ни одна из них не удивляла своим поведением так, как это сделал дубонос. Он прилетал практически ежедневно и люди начали подкармливать птицу семечками. А та и не отказывалась от лакомства.

В ожидании обеда

Крепко сбитый пуховичок прилетал около одиннадцати часов утра, реже в обеденное время. Деловито усаживался на решётке одного и того же окна. Заметьте, он выбирал определённое место. И принимался стучать клювом по стеклу. Как и подобает этому виду птиц, при появлении людей по ту сторону окна, он делал вид, что никого не замечает и безотрывно продолжал давать сигналы азбуки Морзе по стеклу. Что двигало этой птичкой, отработанная технология попрошайничества или же личные мотивы, так и останется загадкой.

Однако наш дубонос не так прост, как кажется. Частенько было замечено, как он пугал даже огромных по сравнению с ним голубей, и отбирал их пищу.

Прошло около полутора месяцев, а пернатый бандит всё продолжает наведываться к музейному окошку. Так дубонос обрёл пропитание и всеобщее признание среди сотрудников музея, став живым талисманом дендрария.

«Читинское обозрение»

№14 (1550) // 03.04.2019 г.

Под Читой растут орхидеи

Загадочна и богата на сюрпризы забайкальская природа – даже обыкновенный и привычный нам сосновый лес в окрестностях нашего города, может принести необычные находки.

Поднимаюсь по просёлочной дороге на Батарейную сопку, кругом вижу однотипный пейзаж – сосны изредка чередуются с осинами и небольшими берёзками, лесные кузнечики выскакивают в панике из уже слегка пожухлой травы посреди дороги. В глубине слышится стук дятла. Кое-где проглядывают уже отцветшие ирисы одноцветковые, гвоздики и козельцы. Всё привычно для хвойного сухого леса.

Вдруг в небольшом овраге замечаю необычный фиолетовый цветок. Подойдя ближе, узнаю в нём гнездоцветку клобучковую. Это самая настоящая орхидея, между прочим, краснокнижная! Правда, как и многие забайкальские орхидеи, цветки её совсем крошечные – около 0,5 см, зато источают приятный аромат совсем как «взрослые» цветы.

Гнездоцветка клобучковая (Neottianthe cucullata)

Отличить эту орхидею от других цветковых растений довольно просто. Листья её плотные, эллиптической формы, имеют глянцевую поверхность. Само растение в высоту достигает не больше 30 см. Чаще всего образуют розетку из двух листьев, из которой тянется стрелка с колосовидным соцветием из нежных фиолетовых или розовых цветков.

Гнездоцветка имеет клубнекорни, что отражено в её названии, на которых, как у всех орхидей, находится грибная микориза. Орхидеи и микроскопические грибы находятся в симбиозе, помогая таким образом друг другу обмениваться полезными веществами. При необходимости грибы помогают переводить полезные вещества для орхидей в доступную для них форму, а также участвуют в прорастании семян орхидеи, образуя для неё благоприятную среду.

В конце августа гнездоцветки отцветают, и мне удалось застать всего несколько доцветающих растений. Если бы не цветки, мне бы не удалось обнаружить это интересное, необычное растение.

Но и на этом удивительные встречи не закончились. На обратном пути я встретился с ещё одной орхидеей – гудайерой ползучей. До этого момента мне не попадался этот вид.

Среди небольшого осинника в густой подстилке из мха притаились эти орхидеи. Одна, две, три… семь или больше экземпляров удалось насчитать на небольшом пятачке! Как и в случае с гнездоцветкой, название гудайеры также отражает её корневую систему – у неё длинные ползучие в разные стороны корни, которые дают начало новым растениям.

Эту орхидею выдают необычные листья. Они намного жёстче, чем у гнездоцветки, тёмно-зелёные, матовые, а по всей поверхности тянется белый рисунок над жилками, словно лист окантован изящным кружевом. Из розетки также выходит стрелка с закрученным по спирали соцветием. Цветки у гудайеры чисто белые, мелкие.

К сожалению, мне не удалось застать в цветущем состоянии орхидею – слишком поздно для неё. Этот вид орхидей достаточно редкий, уязвимый, после пожаров абсолютно не восстанавливается, и встречается в лесах, возраст которых не менее 95 лет…

Зафиксировав точки произрастания забайкальских орхидей, покидаю лес, в надежде вернуться сюда через год и проведать местную экзотику.

«Читинское обозрение»

№43 (1475) // 25.10.2017 г.

Поход за живыми смарагдами

Меня всю жизнь интересовали жуки, особенно бронзовки. Наверное, каждый из нас встречался хоть раз с этими замечательными насекомыми, которые выглядят как драгоценные камни. Они имеют очень интересную структуру окраса – их цвет определяется не пигментами, а особым расположением микро-призмочек. Подобно отражателям на автомобилях, эти призмочки дарят бронзовкам великолепные цвета, от светло-зелёного, до красного и даже голубоватого.

Одним жарким июньским днём я решил отправиться на поиски этих живых изумрудов. Вооружившись фотоаппаратом, я вышел из дома достаточно рано, около 9 часов, чтобы успеть дойти до цветочной поляны. Преодолев небольшой овраг, я очутился в сосновом лесу. Хоть лес находился и недалеко от города, воздух здесь был чистым, повсюду было слышно пение птиц, стрекотание кузнечиков и кобылок. Через полчаса показалась окружная трасса. Перейдя дорогу, я попал в точно такой же лес, только растительность здесь была гуще, и под ногами был сочный зелёный мох, а это значит, что неподалёку находится ручей. В детстве я бывал в этих местах и помню, что называли этот ручей Заячий ключ. В давние времена здесь даже охотились на крупных животных, но теперь построили город, и это место стало служить для прогулок.

Я остановился и прислушался. Неподалёку шумел поток воды, и я пошёл в сторону звука. Это оказался маленький ключик. Он извергал свои воды прямо из недр земли и впадал, наверняка, в реку Ингоду, которая бежала прямо за этим лесом. Вода в ручье была чистая, как слеза. Приглядевшись, я увидел полную энергии и стремительной суматохи подводную жизнь. По камешкам ползали личинки ручейников и кое-где сидели неторопливые улитки-прудовики. Вода разглаживала подводные растения своим стремительным потоком, которые укладывались словно послушные волосы гребнем. Берега этого замечательного ключа были густо окружены различным мхом – от маленьких ёлочек, до пушистых зелёных веточек со спороносными коробочками на длинных тонких ножках.

Сделав несколько кадров ручейка, я продолжил свой путь. Мне предстояло пересечь ещё один лес.

Тропинка постепенно стала исчезать в густой траве, начали попадаться камни. Идти становилось всё сложнее, склон становился всё круче, начался бурелом из поваленных деревьев и кустарников. Вдруг почти из-под ног у меня выскочила куропатка, и взлетела с оглушительным трепетом своих пёстрых крыльев. Жаль не удалось увидеть её раньше – получился бы отличный снимок. Проводив птицу взглядом, я продолжил свой путь.

Бурелом постепенно оставался позади, лес начал немного редеть. Я оказался на самой вершине горы. Здесь дул приятный, свежий ветерок, вокруг была опушка. Когда-то тут был такой же лес, но несколько лет назад безжалостный пожар всё уничтожил. Но в траве я заметил много новых всходов миниатюрных сосенок. Вот было бы здорово, если бы лет через 20—30 этот лес начал снова восстанавливаться. Подобрав удачный ракурс, я сделал снимок нового поколения сосен, и двинулся дальше. Теперь я шёл под горку, это было куда легче. Лес начал снова сгущаться, и путь впереди было сложно разглядеть. Спустился я довольно быстро и даже так разбежался, что едва успел остановиться – впереди был резкий обрыв посреди леса. Преодолеть его было сложно, поэтому пришлось затратить время на поиск более низкого места. Наконец, я спустился по выступающему сосновому корню вниз. Тут местность резко переменилась.

Передо мной открылось широкое поле, поросшее ковылём. Вдалеке виднелось блестящее русло Ингоды. Солнце лихо играло отблесками на водной поверхности. В поле на большом расстоянии друг от друга росли маленькие берёзки, признак смены лесов. На местах бывших сосняков всегда возникают берёзы, которые своими кронами защищают молодой сосновый подрост.

Летний ветерок разгонял ковыль подобно ласточке, рассекающей морскую гладь. Приглядевшись, я заметил дикую косулю метрах в ста от меня. Посмотрев в бинокль увидел ещё одну. Вероятно, здесь пасётся небольшое семейство. Под ногой у меня хрустнула ветка и чуткие, грациозные животные устремились в гущу ковыльной степи со скоростью ветра. Я тоже пошёл дальше, протаптывая дорожку в поле. Острые семена ковыля втыкались в одежду и в сумку, и через час я стал похож на соломенное пугало. Очистившись от семян-пассажиров, я огляделся и понял, что нахожусь посреди сельскохозяйственной полосы: трактора здесь всё вытоптали, а новая трава ещё не успела нарасти.

Вдалеке я увидел яркую, зелёную поляну, это означало, что цель близка. На поляне каждый цветок, каждая травинка заявляла о себе. В воздухе стоял замечательный аромат лугового разнотравья. Чего тут только не росло: и жарки, и ирисы, не говоря уже о многочисленных саранках, которые дурманили голову своим медовым запахом. Воздух был наполнен весёлым гулом пчёл, которые трудились на кустиках белой таволги, собирая вкуснейший нектар. Там же по соседству я увидел жуков-усачей и пестряков – изрядных сладкоежек.

На зонтиках борщевиков вели свою размеренную жизнь золотистые гоплии. Эти маленькие жучки напоминают уменьшенных бронзовок, они также сверкают как маленькие драгоценности в лучах солнца – всё-таки, они их братья по систематической группе. Крупные зонтики растений напоминали корону, которая усеяна «бриллиантами» – мелкими гоплиями и ещё одними братьями бронзовок, восковиками. Эти не сверкают, но имеют красивую, почти тигровую окраску. И вот на одной из таких корон я заметил тот самый изумруд, или как раньше называли этот камень, смарагд, ради которого и было совершено всё путешествие.

Гоплия золотистая (Hoplia aureola)

В борщевике сидела величественная бронзовка и сверкала своими зелёными латами на солнце. Вот он, живой изумруд, красивейшее создание среди насекомых, король забайкальских жуков. Насекомое сидело на зонтике, и погрузив голову в сладкий нектар неторопливо наслаждалось им. Пока я фотографировал его, то замечал на других цветах других бронзовок, которые также неторопливо сидели и объедались. Вдруг подул ветерок, и все жучки зарылись поглубже в цветочную гущу, чтобы их никто не беспокоил. Как только выглянуло палящее солнце, мой герой фотографий неожиданно взлетел с оглушительным жужжанием и перелетел на следующий цветок.

Бронзовки металлические (Protaetia metallica) на серпухе

Летают, надо сказать, они довольно неуклюже и забавно, часто выделывая в воздухе различные акробатические петлеобразные трюки. Наверное, это их плата за то, что они способны летать, не раскрывая надкрыльев. Бронзовки – это единственные жуки, которые умеют летать со сложенными надкрыльями. На полёты они довольно ленивы и чтобы бронзовка взлетела, нужно солнцу хорошенько её погреть. Пока я делал множество кадров с их участием, то не замечал, как солнце начало понемногу садиться. Сделав снимок поляны напоследок, я покинул это чудное царство цветов и насекомых до следующего лета…

«Читинское обозрение»

№12 (1548) // 20.03.2019 г.

Пробуждение болотных певцов

В первой половине апреля просыпаются в Забайкалье насекомые. Иногда заметить первых бабочек-крапивниц можно аж в марте. Но в основном просыпаются членистоногие ближе к теплу. А вместе с ними пробуждаются ото сна земноводные – одни из самых древних животных нашей планеты и одни из самых удивительных.

За свою жизнь земноводные проходят несколько стадий развития и сменяют водную стихию на сушу во взрослом состоянии. В Забайкалье всего четыре вида земноводных, один из них включён в «Красную книгу Забайкальского края». Существует ещё недоказанная вероятность обитания у нас и пятого вида – жабы обыкновенной, поскольку её останки находили в пластовых захоронениях. Но в наши дни ни одного подтверждённого факта обнаружения этой амфибии не было сделано.

Зимуют амфибии в суровых забайкальских условиях в иле, норах птиц или грызунов, в трухлявых пнях и под корой деревьев. Температура их тел понижается вместе с окружающей средой, и животное переходит в состояние оцепенения – анабиоз, когда все процессы затормаживаются. Так земноводные могут пережидать холодные зимы.

Однако с наступлением тепла лягушки, квакши, жабы и сибирские углозубы выходят из укромных убежищ.

Порой в начале мая, когда уже устанавливается стабильный температурный плюс, а лёд на ручьях ещё не растаял, можно заметить тритонов, или сибирских углозубов. Это единственный вид хвостатых земноводных у нас в крае. Тритон имеет длинное тело с четырьмя лапками и длинный плоский хвост. Это животное несколько напоминает ящерицу по форме тела.

В мае тритоны приступают к размножению. Взрослых особей можно встретить в лужицах, старицах, ручьях со слабым течением. В это время они возвращаются в водную стихию, чтобы отложить икру. После того, как дело сделано, взрослые тритоны покидают водоёмы и стараются держаться влажных лугов или пойм, а крохи-икринки предоставлены сами себе. В кладке их может быть сотни, но выживают лишь десятки. Именно поэтому природа предусматривает такое большое количество икринок.

Личинка углозуба

У будущих углозубов с самого рождения полно врагов. Например, хищники в виде личинок стрекоз, водных жуков и птиц. Порой и сами собратья могут заклевать более мелких соплеменников. Если случается засуха, то колыбель с малышами, увы, погибает полностью.

Начинают свой путь тритоны с икринки, затем, развиваясь, они становятся похожими на взрослых особей, только ещё сохраняют жабры для жизни под водой. Жабры имеют наружное строение и ветвятся по бокам головы, напоминая уши инопланетян. Во взрослом же состоянии жабры рассасываются, и тритоны покидают водоём, начиная осваивать другую, не менее агрессивную среду обитания – сушу.

Два других вида амфибий, более обычных для Забайкалья – это лягушка сибирская и жаба монгольская. И если лягушки для нас привычны, то о жабах монгольских, самых крупных наших земноводных, которые достигают иногда до 9—10 см в длину, знают немногие.

Своё продолжение рода они начинают также в начале-середине мая. Самцы, как и многие жабы и лягушки, привлекают самок громкими, порой слышимыми за несколько десятков метров, песнями. Затем жабы откладывают икру в водоёмы, давая начало новому поколению.

Эти амфибии населяют поймы рек и озёр от центрального Забайкалья до самого юга, на границе с Китаем и Монголией. Порой жаб можно встретить даже среди степи. Это основная особенность жабы монгольской – она, в отличие от других земноводных, может обходиться без воды большее количество времени. У неё более жёсткая и толстая кожа, которая предотвращает её от обезвоживания. По телу амфибии разбросано множество бугорков, напоминающих бородавки, а также множество шипов и пятен зелёного цвета, делающих жабу похожей на камуфляжную форму военных.

Жаба монгольская (Buffo raddei)

Ещё один интересный факт о жабах: передвигаются они, в отличие от лягушек, не прыжками, а ходьбой. Прыгают они слабо и неуклюже. Также эти земноводные имеют довольно мощные когти на кончиках пальцев.

И, наконец, четвёртый, самый редкий вид амфибий нашего края – квакша дальневосточная. Об этом удивительном редком земноводном уже подробно говорилось в рассказе «Забайкальские хамелеоны».

Квакши способны менять окраску под цвет окружающей обстановки

Редкость того или иного вида земноводного не меняет того факта, что все эти существа являются уникальными в своём роде. Каждый из них выполняет важные функции в круговороте веществ, и потеря любого из них грозит катастрофой для всей природы в целом. Амфибии весьма хрупкие создания, их может убить даже тепло наших рук – оптимальная для человеческого тела температура 36,6 градусов может причинить лягушкам и тритонам серьёзные ожоги, вплоть до гибели. Поэтому при встрече с земноводными, пожалуйста, любуйтесь этими прекрасными созданиями со стороны, и это уже будет большая благодарность природе.

«Читинское обозрение»

№21 (1609) // 20.05.2020 г.

Тропические, северные гости

На дворе был январь, погода стояла довольно прохладная, пасмурная, за окном чуть порошил снег. Мелкие снежинки словно сонные белокрылки кружились в потоке холодного воздуха и медленно опускались на землю. В такую погоду очень хорошо проводить время дома, за чтением увлекательной книги.

И вот я в один из таких дней предавался воспоминаниями о прошедшем летнем времени. Как было замечательно летом, когда идёшь по цветастому лугу, на котором концерты кузнечиков сменяются жужжанием пчёл, добывающих сладкий нектар. Солнце пригревает, изумрудная трава купается в его лучах, а ты идёшь с фотоаппаратом и запечатлеваешь всю эту безмятежность летнего дня…

Но теперь зима и богатый мир насекомых отошёл ко сну. Всё дремлет под толстым слоем снега. Я уже было начал разочаровываться в красоте зимнего времени, как вдруг услышал доносящийся со двора нашего дома слабый свист, отдалённо напоминающий звук от намокших автомобильных тормозов. Прислушался. Звук стал усиливаться. Выглянув в окно, я увидел великолепную картину: на заснеженных яблонях, что растут у нас во дворе, сидели красивейшие птицы – зимние гости.

Свиристель обыкновенный (Bombycilla garrulus)

Это были свиристели. Птички с поистине тропическим обликом. Всё тело их серое, а крылья украшены красными, жёлтыми и белыми пестринками очень ярких тонов. Ну и конечно главная черта, которая придаёт им тропический облик – это большой, пушистый хохолок, он имеется и у самок, и у самцов. На самом деле свиристели не имеют никакого отношения к тропикам, а лишь так нарядно выглядят. Живут и гнездятся они на севере нашего края и точно такое же расселение у них по всей России. А к зиме перебираются южнее. Например, прилетают в города и посёлки, где не так холодно и можно найти достаточно вкусных ягод, оставшихся на деревьях. Когда приходит весна, они снова перебираются в северные участки.

Не теряя времени я взял фотоаппарат и быстро побежал во двор. Через 3 минуты я был уже возле той самой яблони. Отсюда картина была ещё изумительнее. Хохлатые красавцы, чуть больше воробья, раскачивались на тонких заиндевелых веточках яблони, объедая её замёрзшие плоды, заливались красивыми однотонными, но очень благозвучными мелодиями.

Эти птицы довольно доверчивы и подпускают людей к себе на близкое расстояние. Поэтому я приблизился на максимально близкую дистанцию к ним и сделал несколько снимков. Свиристели и не думали улетать, они по-прежнему ели яблочки, пели свои протяжные звонкие мелодии; казалось, что зима для них самое прекрасное время года.

Пока я любовался на них, другие люди тоже заинтересовались птицами. Некоторые говорили, что видят их впервые и спрашивали, как они называются, другие уже знали кто это, и тоже радовались их прилёту. Вот маленький ребёнок со своим отцом подошли. Мальчику так понравились свиристели, что он подбежал совсем близко. Пернатые гости всё же испугались и взлетели высоко вверх, усевшись на старой берёзе. Через несколько минут птицы поняли, что им не грозит опасность, и вернулись дружной стайкой на прежнее место. Среди свиристелей на яблоньке вертелись ловкие и не менее симпатичные большие синицы, которые тоже давали свои мелодичные концерты. Они более увёртливы и трусливы, поэтому сфотографировать их бывает очень сложно.

Прошло уже часа два, и зимний вечер начинал вступать в силу, а наши «тропические» гости всё сидели и не прекращали дарить людям свои песни. На улице похолодало и я пошёл домой. Шёл с торжественным настроением оттого, что повидал свиристелей и даже сфотографировал их. Теперь я понял, что и зима полна жизни и ярких красок. Дома я продолжал наблюдать за свиристелями из окна. Они по-прежнему сидели на веточках, и при приближении автомобилей дружно взлетали повыше, а через некоторое время снова рассаживались за праздничным столом. Только когда стало уже совсем темно, птицы разом взлетели и скрылись за соседними домами.

Весеннее сафари со львами мира насекомых

Последние недели апреля выдались по обыкновению холодными, с порывистым пронизывающим ветром. Однако вскоре установилась тёплая, почти летняя погода, а это сулит оживление природы, ускоренное таяние льда на реках. В такую погоду грех не выбраться за новыми впечатлениями за город, в окрестные уголки.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.