Рука касается руки…
Стихи
Татьяна Ляшенко

В. В. Ляшенко Иллюстрация на обложке

© Татьяна Ляшенко, 2022

ISBN 978-5-0055-7460-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Я, может быть, выйду на свет

Сперва является строка…

Сперва является строка —
Такая лёгкая, простая —
Невесть откуда прорастая,
Живёт правами сорняка,

И вроде ничего не ждёт,
И вроде ни о чём не просит,
Но неизбежно, словно осень,
Включает мира поворот;

Невесть зачем и почему
Она волнует и тревожит,
И отступить назад не может,
Послушна плану своему;

Своих настойчивых послов
Сзывает, как мессия паству,
Влечёт к мучительному рабству
И тянет в паутину слов;

Из пустоты небытия
Явившись будто бы случайно,
Несёт в себе закон и тайну —
Своё божественное «Я».

22 октября, 2021

В обычной квартире…

В обычной квартире с гостиной и спальней
В одном из подъездов кирпичного дома
Жила-была девочка – девочка Таня.
Возможно, что вам она тоже знакома.

Водились у Тани конфетки в кармане
Её голубого с оборками платья,
В заветной шкатулке – атласные ткани
И нитки цветные для вышивки гладью.

Что нравилось Тане? Купание в ванне,
Молочные пенки, с картинками книжки,
Прогулки вдоль улиц, старинные здания,
А в зоопарке – слоны и мартышки.

Когда вечерами на старом диване
Читала она или в куклы играла,
О чём она думала – девочка Таня?
Какими мечтами себя развлекала?

Что в будущем, Таня? Быть может, Испания?
Жаркое солнце на небе Гранады?
И вечер, что так незаметно настанет,
И чувство, что вспыхнет от первого взгляда.

А может, карась, запечённый в сметане
На маленькой кухне, на газовой плитке,
Вино золотое в высоком бокале,
И взгляды, и шутки, и свет, и улыбки.

О чём не известно ни папе, ни маме,
Ни розовой кошке, ни плюшевой мыши?
О чём и теперь не расскажешь словами
И даже стихами, увы, не напишешь?

У жизни немало для нас обещаний,
А грёзам и снам ни конца нет, ни края.
Жила-была девочка – девочка Таня.
Я знаю её? Совершенно не знаю…

22 сентября, 2018

Июль

Июльский полдень. Воздух пахнет мёдом.
Мне повезло: я из июля родом,
И где бы я и с кем бы ни была,
Несу в себе запас его тепла.

Его любить возможно без усилий,
Как стрекозе скользить у белых лилий,
Как облакам, меняясь на пути,
По небу плыть; как лилиям – цвести;

Как ряби пробегать по водной глади,
Как ветру путать ивовые пряди,
Как солнцу отражать себя в волне —
Я б тоже с этим справилась вполне.

Когда однажды снова буду дома,
Где в воздухе медовая истома,
В янтарном свете солнечного дня
Найдётся здесь работа для меня.

И я смогу (покажут пусть, как надо)
В июльском небе тихо плыть куда-то,
Или тревожить водяную гладь,
Или сквозь воду стеблем прорастать.

2 июля, 2020

На Смоленском вокзале

Реальность безжалостна. Дождь на вагонном стекле
Рисует косые короткие тонкие иглы.
Зачем (ты не знаешь ли?) люди на этой земле
Всё время играют в такие жестокие игры?

Как будто листая роман, за главою главу,
Мы все что-то ищем, а значит, наверно, обрящем.
Но я не люблю этих мыслей – я просто живу,
От прошлого с будущим прячу себя в настоящем.

А мне скоро сорок – уже через несколько дней,
И близкая осень зовёт меня в сторону юга.
Прощается город со мной. Под вуалью дождей
Стыдливо скрываем мы слёзы свои друг от друга.

5 июля, 2016

Протвино в ноябре

Мокрый осенний лес,
Листья давно в утиле.
Я родилась не здесь,
Но здесь меня приютили.

Жребий случайный мой —
Чье-то принять наследство:
Взял и позвал домой
Город чужого детства.

Здесь получают в дар,
Запросто, как в довесок,
Целый Лесной бульвар
Вместе, представьте, с лесом;

Патину ноября —
К золоту стройных сосен
(Не пропадать же зря
Скопленному на осень);

Входят в один набор
Тонкой реки извивы,
Тихий пустынный бор,
Долгие ветви ивы,

Серые облака,
Скученные опрятно —
Кажется, их пока
Здесь выдают бесплатно.

Спрятавшись в ноябре
Под запыленной мглою,
Бабочкой в янтаре
Заперто здесь былое,

Свернуто в узелок,
Чтобы никто не выдал;
Рядом с ним дремлет бог,
Хрупкий железный идол,

И, говорят, в ночи
Слышно чуткому уху,
Как сердце его стучит
Сумеречно и глухо;

Каждый его удар,
Шороха леса тише,
Тоже положен в дар —
Всякому, кто услышит.

18 ноября, 2021

Про самоизоляцию

Между завтраком и обедом
Я лежу, укрытая пледом,
И тревожно переживаю
Неожиданный День сурка:
Время словно остановилось,
За окном свирепствует вирус,
Бесконтрольно теперь гуляют
Только кошки и облака.

Между завтраком и обедом
Втихаря завидую шведам
И немножечко белорусам —
Но не очень, а так, слегка.
Если вдруг засну ненароком,
То увижу во сне глубоком,
Как по миру легко и просто
Бродят кошки и облака.

Между завтраком и обедом,
Полусном или полубредом
Контрабандой впущу немножко
Заоконного ветерка,
И, к стеклу прижимаясь ближе,
Нечто важное я увижу:
Во дворах облака как кошки,
В небе кошки как облака.

5 апреля, 2020

Цикличное

Бреду от тупика до тупика,
И кажется, что двигаюсь кругами,
Но путь, что возникает под ногами,
При каждом шаге непонятно нов.
(Мне, как обычно, не хватает слов
Для истины – для лжи всегда хватает.)
Упрямый призрак в воздухе витает,
Сгущает тени, навевает сны;
Рельефный выступ каменной стены
Из темноты он лепит, как из глины,
Окно, и стол, и силуэт мужчины,
И сумерки в плену оконных рам —
Приём, доступный только мастерам.
В немом восторге от его работы
Иду – и не считаю повороты,
Забывшая про пол и потолок,
Начитывая свой мартиролог,
Иду к давно определённой цели:
Мне обещали свет в конце туннеля,
А также крылья цвета молока.

22 августа, 2020

Аритмичные мысли…

Аритмичные мысли с трудом превращаю в слова,
хоть и хочется в них заключить мою грусть и усталость.
Все системы зависли, лишь гулко шумит голова;
от чужой болтовни только лёгкая слабость осталась.

День похожий на день: по дороге зайду в магазин,
поброжу вдоль аллей, отвлекусь от любимой работы…
Что, простите, за хрень! Хоть не верь предсказаньям И-цзин —
но выходит, что в ней всех симфоний записаны ноты…

Я не буду простой —
эту роскошь мне вряд ли купить
за сомненья мои и желание прыгнуть повыше.
Уплачу за постой – вот и всё, что сумела скопить…
Отгремели бои, канонады я больше не слышу —

это значит, что всё: можно просто работать, и жить,
и не ждать ничего, и себя понапрасну не мучить.
Кто себя не спасёт – тот не сможет другим предложить
даже тени того, что смягчит изначальную участь.

Как Платон из пещеры, я, может быть, выйду на свет,
прокляну эту боль, что глаза так мучительно режет,
но с вопросами веры сведу свои счёты на нет —
в окончательный ноль, от себя возвращаясь к себе же.

Сокровенный исток, нитевидный, потерянный пульс,
звук, за грань тишины уходящий по руслам артерий —
если это не Бог, то чего же тогда я боюсь?
Все иные смешны и совсем несерьёзны потери.

23 июня, 2016

Я смотрю, мне кажется,
в зеркало…

Я смотрю, мне кажется, в зеркало – но это не точно:
Может быть, это сцена в отчаянном свете рамп;
Может быть, в отражениях светильников потолочных
Разворачивается банальнейшая из драм.

Как будто я зритель, узнавший себя в актёре,
В невозможно родной асимметрии лица;
Как будто в случайно подслушанном разговоре —
Вся моя жизнь от начала и до конца.

Ведь это же точно мы – бесхитростные, нагие,
У древа познания стоим вплотную почти,
Но отчего вместо нас говорят другие —
Те слова, что нам так важно произнести?

В чужом исполнении те же радости и напасти —
Просты и естественны; не ясно лишь, почему
Одному человеку выдали столько страсти —
Я не понимаю и, видимо, не пойму.

И любопытно, и всё же слегка досадно,
Что так неуклюже кто-то наколдовал:
Мы с тобой из поколения теплохладных,
Выплюнутые Богом во временной интервал,

Где очень долгий ноябрь и обидно короткое лето,
Где райских садов не увидеть сквозь пепел и дым,
Где, героически погибая в борьбе за это,
Мы скучные пьесы играем пред залом пустым.

16 ноября, 2021

Я сижу на берегу залива

Лето. Долгожданная свобода…

Лето. Долгожданная свобода.
Каждый день для счастья предназначен.
– Говорят, любовь живет три года?
– Может, так, а может и иначе…

Солнце греет каменные плиты.
Я сижу на берегу залива.
Неслиянны полюса магнита —
Точно так и мы с тобой… С обрыва
Вниз гляжу: внизу мурлычет море,
Лижет берег – без конкретных целей.
На скамейке рядышком со мною
Шелестит страницей Марк Аврелий —
Вот и все свидетели момента
Истины из воздуха и камня…

Это я – с приветом из Сорренто.
Не скучай. Люблю. Целую. Таня.

13 августа, 2013

Из Неаполя

На улице, что в уборе
Платанов, скрестивших лапы,
Художник рисует море,
Цветы и родной Неаполь,

Зелёные горы Искьи,
В порту бессчётные лодки —
И солнечных красок искры
Горят на его полотнах.

А мимо проходят люди,
А мимо проходят годы —
И лучше уже не будет,
И тот, кто на пике моды,

Невольно стремится к спаду.
Лавровый венок увядший —
Плохой капитал; не надо
Жалеть о нём, но ведь дальше

Известно что… И из тени
Сомнений, тревог, обиды
Растут городские стены,
Цветы и морские виды

Неаполя, Капри, Искьи,
Заливы, долины, горы —
Привычно движенье кисти…
Купите пейзаж, сеньоры!

26 июля, 2014

Когда опечалится сердце…

Когда опечалится сердце,
Заноет, как в клетке стальной,
Отправимся в Грецию греться,
Знакомиться с местной волной.

Отбросим тревогу и робость,
Исправим судьбы перекос,
Поедем на Кос и на Родос,
А с Родоса снова на Кос.

И где-нибудь на Санторини,
Где я в тебя снова влюблюсь,
Заметим на пляже эриний,
А с ними в компании – муз;

И может, прекрасную Нику
В купальнике цвета травы
Застанем в разгаре каникул
Практически без головы.

Мы сделаем массу открытий,
Мы к истине встанем лицом.
Мы Критику встретим на Крите
В аллее за Кносским дворцом

И примем её как родную,
Затащим в таверну, и там
Я ей от души зарифмую
Сто грамм и четыреста грамм.

А после графинчика узо,
Едва зайдёт речь о втором,
Случайная пьяная муза
Наш столик заденет бедром.

Нам станет легко и азартно,
Разгладятся хмурые лбы.
Сократ нам уступит стократно
В искусстве словесной борьбы.

В своих рассуждениях длинных
Достигнем основ, а затем
В Афинах поспорим о финнах —
Других не останется тем.

А дней через десять – гляди-ка! —
Уже самолёт до Москвы.
Вернёмся обратно, как Ника —
На крыльях и без головы.

29 августа, 2017

Любимому

На свете есть разные страны,
Есть реки, моря, океаны,
Есть пальмы, кокосы, бананы
И много красот и чудес;
Гостиницы есть и отели,
Где мы коротаем недели,
Но лучше всего, в самом деле,
Что ты на Земле этой есть.

Есть в мире песчаные пляжи,
И есть каменистые пляжи,
И скалы отвесные даже
Встречаются с пенной волной.
Прекрасны долины и горы!
Прекрасны закаты над морем!
Но лучшее место – в котором
Ты рядом и счастлив со мной.

Всё будет: янтарные звёзды,
Загар, отливающий бронзой,
И луч восходящего солнца
Пронзит облака остриём;
И осени будут, и зимы,
Ведь нам они необходимы,
Но лучшее время, любимый, —
Когда хорошо нам вдвоём.

Мы будем мечтать о хорошем
И всё, разумеется, сможем,
Мы станем друг другу дороже
Всех прочих сокровищ земных.
А если начать всё сначала,
То я возражать бы не стала,
Чтоб снова удачно совпало
И время, и место – и мы.

14 Февраля, 2018

Рыбу ловить
в Неаполитанском заливе…

Рыбу ловить в Неаполитанском заливе —
тоже жребий, не хуже прочих.
Каждый рыбак хочет быть счастливым —
а если по правде, то кто не хочет?

Каждая лодка в заливе знает,
что счастье всегда приходит с рассветом,
что счастья много, и всем хватает,
но только не всякий помнит об этом;

что счастье похоже на белую пену
морской волны – руками не схватишь,
домой не возьмёшь, не повесишь на стену,
не поставишь на тумбочку около кровати,

не спрячешь в сейф… И большая ошибка
заявлять на счастье особые права;
над тобой даже самая крохотная рыбка
посмеётся – и будет, конечно, права…

Оттого, должно быть, рыбак и весел,
оттого и поёт, бросая в море сеть,
и лучшие из его неаполитанских песен,
разумеется, о счастье – о чём же ещё петь?

20 июля, 2017

Ritorno ¹

Есть некий тайный смысл в любой случайной мысли,
Как в ниточке ковра, вплетаемой в узор.
Едва ли год прошёл – и снова я на Искье,
Знакомые черты перебирает взор,

И думается вдруг о чём-нибудь далёком,
Бессвязном, словно сон, скользящем, как волна:
О том, что дождь в Москве; о том, что вроде Гоголь
В большом восторге был от местного вина;

О том, как хорошо быть в юности поэтом,
Когда весь этот мир так оживлённо нов;
Но если жизнь идёт без внятного сюжета,
Откуда же сюжет возьмётся у стихов?

Подумается вдруг, что эти дни – лишь бегство
От суетных забот, что мне не по плечу,
Но я с собой тащу тревожное наследство —
И от себя его уже не отличу.

Когда же на плечах блестят морские брызги,
А небо высоко, лазурно и светло,
Тускнеют миражи – и снова я на Искье
Всей кожей жадно пью блаженное тепло.

Повадлива душа на подлые приманки,
Да так уж суждено – об этом ли скорбеть?
Вздыхает лёгкий бриз. А в Арагонском замке
Закатные лучи переплавляют медь.

Июль, 2019

Прощание

Вот и всё – и мне пора домой.
Тает берег в розоватой дымке;
Облака батистовой волной
Застывают, как на фотоснимке.

Ветер стих. Блестит морская даль,
И синеет палуба парома.
«Расставаться жаль…» – «Конечно, жаль!»
«Надо же! мы скоро будем дома!…»

Пять минут осталось до гудка,
А потом, как прежде, полным ходом
В небесах помчатся облака,
Пенный след дугой расчертит воду,

И душа, привыкшая к теплу,
Взгляд последний бросит над заливом:
«Искья, слышишь? Я тебя люблю!
До свиданья! И за всё – спасибо!»

И быть может, ветер донесёт
До меня в прощальном крике чаек:
«Доброго пути! А через год
Возвращайся! Я уже скучаю!»

Август, 2018

Дрина

Дрина – это река.
Над ней плывут облака,
И небо над Дриной синее,
Очень красивое.

В Дрине бежит вода,
Это нормально (да?),
И рыбы живут в воде,
Почти как везде.

В Дрине красивые камни
Можно потрогать руками,
Зеленые есть и красные,
Вполне безопасные.

У Дрины есть берега
(На то она и река):
Сербский – который низкий,
Крутой – боснийский.

Да не об этом речь:
Только бы рекам течь,
А всё, что уносят течения, —
Не имеет значения.

21 августа, 2021

И вот опять страница,
словно дверь

Дневник

Бессистемен и дик мой интимный дневник,
Как заброшенный сад, медуницей заросший по пояс;
Словно мыслетупик, или мыслеродник,
Или мыслеприют – закольцованная мыслеповесть.

Вот зима невпопад раскрошила агат,
Растолкла его в ступе, засыпала наши дороги;
По-имперски богат за окном снегопад —
Я, пожалуй, на память его сохраню в мыслеблоге.

Или вдруг вразнобой между мной и тобой
Полетят мыслефразы, как листья в осеннюю бурю.
Отыграем отбой, возвратимся домой —
И оставим друг друга в подвалах своих мыслетюрем.

У интимных страниц нет доверенных лиц.
Я брожу здесь одна, оживляя вниманием тени,
Будто пленных девиц, вывожу из темниц
В жалких рубищах слов – вереницы тревог и сомнений.

Не зазорно порой и увлечься игрой:
Демиургом лететь над полями и чувствовать кожей,
Как не знаемый мной безымянный Другой

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

* Возвращение (ит.)

Вернуться