Сергей Скиба
Жнец

Глава 1

Последняя рюмка, как всегда, оказалась лишней. Не то что бы Сет часто выпивал, но когда приходилось участвовать в вечеринках, не хотелось выглядеть слабаком. Вот и теперь, ощущая дрожь в ногах и шум вместо мыслей, он пытался ровно ставить ноги на асфальтовую дорожку. Получалось… Правда, с трудом. Идти нужно было через парк пользовавшийся дурной славой. Поговаривали, что за последние десять лет в нём бесследно исчезло человек тридцать. Количество ограбленных и вовсе не поддавалось подсчётам. Однако делать крюк, что бы обойти опасную местность решительно не хотелось, особенно в таком состоянии.

– Да и Бог с ним. – голос предательски хрипнул. – Хм… последняя рюмка точно была лишней.

Сет свернул у фонаря в глубь парка. Это был последний фонарь, дальше дорожку освещало только сияние новой луны, оно было настолько слабым что парк, выглядевший при свете солнца достаточно ухоженно, теперь казался непроходимой чащей. Хотя было достаточно светло что бы разобрать направление движения. Глаза и так уставшие после дневного напряжения стали сдавать высвечивая невероятные картины. Часто приходилось останавливаться и вглядываться в темноту. Через десять минут такой ходьбы шум в голове усилился. Сет присел на лавочку у тропинки, чтобы перевести дух. Пейзаж, насколько можно назвать пейзажем тёмную стену деревьев вокруг, стал медленно вращаться.

– Фууу… Не стоило так набираться – разговор с самим собой всегда немного успокаивал.

– Да действительно – голос, раздавшийся рядом, показался Сету, как бы выразится точнее, несколько замогильным. Таким, что мороз кожу дерёт. Впрочем, при данных обстоятельствах это неудивительно.

Незнакомец приблизился с другой стороны лавки и не спрашивая разрешения присел на край. Оба молчали. Сет потому, что не знал что сказать, а незваный гость, видимо, по каким-то своим причинам. Так они просидели молча около пяти минут. Да о чём, собственно, разговаривать двум незнакомым людям ночью посреди шумящих листвой деревьев городского парка. Немного сдвинувшись и слегка повернув голову Сет попытался, насколько это было возможно в темноте, разглядеть незнакомца. Даже учитывая скудное освещение, лицо соседа показалось ему жутко бледным, как у мертвеца. Затем произошло необъяснимое. Мужчина резко развернулся, сложилось впечатление, что глаза его при этом сверкнули зелёным, как собачьи, если на них направить луч света. В следующее мгновение незнакомец уже сидел рядом, почти соприкасаясь с соседом по лавке лбами. Бац! В глаза ударил ослепительный свет. От неожиданности включились рефлексы. Тело вскочило само, преодолевая опьянение попыталось отодвинутся, но затёкшие ноги не слушались и Сет, потеряв равновесие, рухнул на траву у дорожки. Огляделся и через несколько секунд понял, что слепящий свет вокруг распространяет солнце. По тому как оно поднялось над кронами деревьев можно было предположить, что уже часов одиннадцать дня.

Чертовщина!

Поднявшись он попытался отряхнуть одежду на которой толстым слоем лежала пыль. Хотя скорее даже не пыль, больше было похоже на пепел остающийся от выкуренной сигареты. Такой же лежал на лавке и под ней.

– Ничего не понимаю.

Немного постояв в растерянности и заметив приближающегося прохожего Сет резко повернулся и почти бегом ринулся в сторону дома.

Только попав внутрь своей квартиры и закрыв оба замка он позволил себе немного расслабиться и отдышатся. Сознание лихорадочно искало пояснений, но мозг, отягощенный похмельем, упрямо выдавал глупые мысли о грязных туфлях и жутком перегаре. Дело, однако, мог поправить холодный душ. Скинув плащ и зайдя в ванную комнату Сет подошел к зеркалу и, взглянув на себя, обнаружил на шее следы крови. Запёкшиеся пятна испачкали воротник рубашки и пиджака, но ран и царапин не было. Приблизив лицо к зеркалу он потёр пальцами место где проходила шейная артерия. Что-то показалось ему странным, но что именно сообразить не удалось. Ну и ладно. Всё тело вдруг охватила жуткая усталость, принимать душ расхотелось. Наскоро умывшись и скинув кое-как одежду он прошел в спальню и, не дойдя до кровати несколько шагов, отключился.

Очнулся потому что опираться головой о ножку кровати не совсем удобно, к тому же шея в таком положении совсем затекла. Да и прохладно, чёрт возьми, на полу без одеяла. Во рту чувствовался металлический привкус и присутствие чего-то лишнего. Машинально сплюнув Сет уставился на обломки зубных пломб. Не то что бы он их никогда не видел, просто странно, как это выпали все три пломбы сразу. Доктор обещал, что держатся они, будут долго, а тут такое. Провёл языком по зубам и… Что такое!? Не обнаружил ни одного разрушенного зуба, все были целыми. Вроде и не было никаких походов к стоматологу. Совершенно идеальные челюсти. Ком подкатил к горлу, в ушах зашумело. В такие минуты, когда страх сковывает движения, а сердце бьётся в десять раз быстрее обычного, хочется кричать. Сет уже было хотел вскочить и бежать куда глаза глядят, но вдруг заметил что совершенно не чувствует биения своего сердца. Вот тут в пору было испугаться по настоящему. Он нащупал дрожащими пальцами своё запястье, как это делают врачи в фильмах, пульса не было.

– Твою мать! – даже голос изменился, стал более грубым.

Ком стянувший желудок напомнил о себе и стал двигаться к горлу. Сета стошнило, причём несколько раз. Он задрожал всем телом и снова отключился.

Сколько времени прошло оставалось только догадываться но, учитывая, что остатки вчерашнего ужина на полу и лице успели, как следует подсохнуть, часов не менее трёх. Левый глаз даже плохо открывался, шутка ли несколько часов пролежать в наспех пережёванном и сдобренном обильной порцией алкоголя винегрете. Он поднялся и побрёл в ванную. Тело ломило, но умыться было просто необходимо. Ополоснувшись холодной водой, поднял взгляд. Из рамки зеркала над раковиной смотрел смутно знакомый молодой человек с бледноватым оттенком кожи и чёрными как смоль волосами. Черты лица заострились. В принципе ничего не изменилось кардинально, но в облике появился некий налёт мрачности. Это не выражалось в чём-то конкретно, а как бы прочитывалось между строк.

– Жутковато… – внезапная мысль оборвала фразу.

А ведь он не включил светильник в ванной комнате и при этом входя машинально прикрыл за собой дверь. В маленькой комнатке нет окон. Однако, всё видно чётко и ясно, только что освещение не идёт от единого источника. Свет просто есть и всё. Так иногда бывает в очень пасмурную погоду, когда солнце скрыто за пеленой облаков и кажется, что свет везде, но в то же время идёт ниоткуда. Каждый предмет, стоящий на настенной полочке был прекрасно виден, но не отбрасывал тени.

Сет вышел из ванной комнаты в узкий коридор и двинулся в кухню. За окном было светло, как днём, но на небосводе улыбкой клоуна маячила всё та же новая луна. Ещё вчера при её свете он не мог чётко разглядеть асфальтовую дорожку под ногами, а теперь горизонт вырисовывался ясной чертой. Даже лесополоса за дальним домом, обычно кажущаяся тёмной полоской, ясно просматривалась.

Понятно одно. Произошло что-то из ряда вон выходящее. Что именно загадка. Конечно, соображения были, например превращение в вампира. Губы Сета непроизвольно изогнулись в ухмылке. Вампиры. Муть какая. К тому же он видел своё отражение в зеркале чего вроде бы не должно быть. Хотя знания о вампирах были почерпнуты из художественной литературы и фильмов, а как оно там на самом деле кто его знает. Что вообще люди достоверно знают о невидимых кровопийцах долгожителях? Пожалуй, что ничего. Да и вообще – всё это детские сказки на ночь.

В конце концов, решив, что утро вечера мудренее растерянный парень отправился в спальню с целью прилечь, но вид пятен непонятного цвета у кровати, да и общее возбуждение надежды на спокойный и крепкий сон оставляли мало. Пришлось вернуться на кухню и заварить чай. К стати, по идее же вампиры не едят и не пьют ничего кроме крови. У них несварение желудка начинается. Отпив пару глотков чая и откусив от бутерброда с колбасой, Сет понял: либо фильмы лгут, либо вурдалак из него не ахти какой. Однако это не снимало с повестки дня других странностей. Взгляд упал на набор кухонных ножей и так внезапно улучшившееся ночное зрение подсказало ещё одну идею. Взяв со стеллажа нож, он с силой полоснул им по ладони, но сразу же пожалел об этом. Руку пронзила резкая боль, заставившая с силой сжать пальцы в кулак. То что он хотел этим доказать, забылось, оставив место только осознанию своей глупости.

– Ну и идиот же я. Ещё бы горло себе перерезал. – В сердцах бросил горе-экспериментатор.

И тут заметил, что по всем законам кровь, которая должна хлестать из раны, не то что бы не течёт, даже не капает. Только больно и всего-то. Сет разжал кулак. Пролегая почти через всю ладонь красовался порез. Кровь тёмно-бурого цвета только чуть-чуть выступила по краям раны и напоминала тягучий кисель. Вот это точно уже не лезло ни в какие ворота. Немного медицинского пластыря поверх и уже через несколько минут никакого дискомфорта не ощущалось. А ведь такие порезы должны болеть как минимум несколько часов и затем мешать двигать пальцами хотя бы ещё пару дней. Однако ничего такого нет.

В голове просто сотнями мелькали мысли одна другой страшнее. Простых пояснений не находилось. Весь жизненный опыт говорил, что такого просто не может быть. Оставались только идеи из области фантастики, но так можно надумать чего угодно. От генетических мутаций до превращений в зомби и жутких болезней. Всё чаще Сет вспоминал встречу с незнакомцем в парке. Именно с неё всё и началось. Пытался припомнить детали, которые упустил или которые тогда казались ему несущественными, но в свете последних событий могущие оказаться важными.

Пепел! То немногое что незнакомец оставил после себя.

Найдя так и оставшийся лежать на полу у двери плащ. Сет внимательно его осмотрел и нашел в кармане немного сероватого порошка. Аккуратно собрал его в пластиковый пакет. Допил чай и поскольку на улице уже забрезжил рассвет стал собираться. Как замечательно, что судьба одарила его знакомством с парнем из криминалистической лаборатории. Паша конечно человек со странностями, что учитывая специфику его работы не удивительно, но дело с ним иметь можно.

Сборы отняли около полутора часов. Трехдневная небритость и тем паче трехдневная неумытость не способствует плодотворным беседам. Но когда с приготовлениями и подготовкой было окончено Сет почувствовал себя намного лучше.

Уже подходя к выходу из подъезда в голове вдруг мелькнуло опасение. А вдруг он действительно вампир. Сейчас выйдет на солнечный свет и останутся, как в сказке, рожки да ножки. Он быстро высунул руку в пластыре в дверной проём на яркий солнечный свет. Ничего страшного не произошло. Усмехнувшись и плюнув через плечо он вышел во двор и осмотрелся. Глаза слепило немного больше обычного, а в остальном ничего странного. Ещё раз ухмыльнувшись, и окинув взглядом близлежащие дома, ничем не отличающийся от других прохожих молодой человек энергично зашагал к остановке троллейбуса.

Глава 2

Здание областной прокуратуры, где работал Паша, встретило Сета унылой серостью. Пришлось битый час ждать в вестибюле пока дежурный созванивался с криминалистом и выписывал пропуск. Государственное учреждение всё-таки.

Паша очень удивился просьбе проверить состав порошка, но бутылка коньяка купленная по дороге оказалась отличным средством убеждения. Поэтому долго он не расспрашивал, а вытащил из сейфа стаканы и стал нарезать ломтиками лимон.

– Паха. Слышь? А что коньяк разве с лимоном пьют? Я думал с шоколадом. – поинтересовался Сет.

– Не знаю как где, а у нас тут всё с лимоном пьют. Водку, коньяк, чай. Хотя чай редкость, денег на него не напасешься. Водку в основном. – заулыбался Паша. – Это даже к лучшему, что ты пришел именно сейчас. Тут у меня новое оборудование поставили, проверю в работе. Скоро к нам из штатов легавые приедут для обмена опытом. Вот высокое начальство и расщедрилось. Раньше я бы этот порошок месяц проверял, а теперь за час разберёмся. Так, где ты его взял, говоришь?

– Ты мне сначала скажи что это, а я тебе потом скажу где.

– Даёшь. Поставь себя на моё место. Ну что мне думать, а? Хотя ты всегда был странным. Да к стати, ты прошлый раз так и не рассказал что у тебя за имя такое Сет? Раз пять обещал уже, но что-то обязательно перебивает.

– Да это и не имя. Прозвище. Рубились часто в компьютерном клубе в стрелялки. Я себя так подписывал. Ещё это мой ник в просторах Интернета. Вот и приклеилось с тех времён.

– Фанат контра страйк? – во время разговора Паша умудрялся наливать коньяк и размешивать принесённый гостем порошок с какой-то жидкостью. Вставлять колбы в штативы. Нажимать кнопки на клавиатуре. Было видно, что он в этой лаборатории как рыба в воде.

– Да, было время. Хотя мы с ребятами и сейчас туда захаживаем иногда.

– Кому ты рассказываешь? Я же с вами был прошлый раз.

– Во, блин, точно! Ну что там, показало что?

– Какой ты быстрый я же сказал, как минимум час возится. Это тебе не контра. Тут высшее образование не всегда помогает. Наливай, давай, твоя очередь.

– Так коней же на переправе не меняют?

– Так то на переправе, а тут современная научная лаборатория криминалистической экспертизы. Здесь эксперты работают. Улавливаешь разницу?

– Я воль, май хенерале! – схватился за бутылку визитёр.

Так, вспоминая прошлые вечеринки и общих знакомых, парни постепенно подбирались к моменту, когда в бутылке осталось чуть более трети. Затем криминалистическая чудо машина извергла из динамиков что-то наподобие мышиного писка. Паша вскочил.

– Ну вот. Пошли глядеть, что ты за гадость мне притащил.

– Самому интересно.

– Хм. Чудный ты хлопец. Надеюсь, не наркоту приволок.

– Паша, с наркотой бы я знал что делать так, без твоих экспертиз.

Криминалист стал всматриваться в колонки цифр и знаков. Сет тоже попытался понять, что там высветило на дисплее, но видимо сказалось отсутствие высшего образования. Понятного было мало, а если быть честным, то почти ничего.

– Фига се. – В голосе Паши слышалось удивление. – Явно не наркота. Судя по составляющим, это… В общем, такое остаётся после кремации.

– Чего?

– Чего, чего. Человека если сжечь, похожий пепел получится. Но…

– Паха давай без драматических пауз. Будь проще и люди к тебе потянутся.

– Ладно. Очень похоже на человеческие останки после пожара, просто жутко как похоже. Однако не совсем. Есть отличия.

– Ты же мне толком ничего не сказал, эскулап. Выражайся точнее.

– Ты мне к стати тоже. Давай колись, откуда это у тебя.

Они посмотрели друг другу в глаза. Пауза длилась секунды, затем Сет решился. Он рассказал все, что с ним произошло после вечеринки в пятницу. Про незнакомца в парке и всё остальное. Паша, конечно, позволил себе усомниться в рассказе. Особенно в моменте с порезанной ладонью. Пришлось отклеивать пластырь. На руке не было даже намёка на недавнюю рану. На полках в лаборатории было много разных инструментов. Сет выбрал скальпель и снова рассёк себе руку, причём на том же месте. История с не вытекающей кровью повторилась. Сказать, что криминалист был удивлён – это всё равно, что ничего не сказать. Он был просто шокирован. Но, прежде всего он был учёным и как любому учёному, ему хотелось добраться до сути явления.

– Так говоришь и пульса нет. Может, ты не там проверял.

– Ну конечно. Где пульс проверять я уж знаю. Сам глянь. – Сет протянул Паше руку.

– Мда. Действительно нет. Слушай, я тебя уже боюсь. Накинешься ещё, загрызёшь.

– Иди ты.

– Да ладно, шучу. Но я тебя теперь просто так не отпущу. Давай ещё по рюмке выпьем и проведём дополнительные тесты.

– Я тебе что, мышь подопытная?

– Мышь, не мышь. Я же тебя не в клетку сажу, а предлагаю проверить, что оно к чему, да как. Не хочешь не надо. Тебе самому что ли неинтересно?

– Интересно. Но страшно.

– Мне, думаешь не страшно? Вдруг это заразно!? А я с тобой от одного лимона откусывал.

– Шутник, блин. Мне вот не до шуток.

– Я тоже вполне серьёзен. Это может быть редкой формой болезни или ещё чего. Я конечно не врач, но кой чего смыслю. Не попрёшься же ты в больницу, в самом деле.

– Да, в больницу… – задумчиво почесал затылок Сет. – Ладно. Давай свои тесты. Предупреждаю, куски от себя отрезать не дам.

– Во. Узнаю боевого товарища. Вперёд по кочкам науки. Сначала проверим состав крови. При заболеваниях, прежде всего, изменяется именно он. Закати рукав. – Криминалист достал шприц и надев иглу осторожно воткнул его в вену на руке Сета. – Глянем на отклонения от нормы. Я конечно не патологоанатом, но определённый курс по этому делу изучал. А на счёт отрезания кусков не волнуйся. Это не понадобиться. Пока.

Набрав два миллилитра крови в шприц Паша выдавил пару капель на предметное стекло микроскопа. Но микроскоп не понадобился, чтобы заметить отклонения. Во-первых, цвет крови был заметно темнее, чем у любого человека. Во-вторых, вязкость выше и, в-третьих, оказавшись на предметном стекле кровь начала испарятся, хотя, должна была бы свернуться.

– Думаю, дальнейшие эксперименты в этом направлении должного результата не принесут. – Учёный нахмурился. – Я и так вижу, что твоя кровь, не только на человеческую не похожа, а вообще нарушает общепринятые законы химии. Какого беса спрашивается, она испаряется, тем более с такой скоростью? – говорил криминалист, разглядывая в окуляр микроскопа медленно исчезающее пятно.

– У меня спрашиваешь? Ты тут у нас с «вышкой». Думай, давай.

– Хм… Думай. Я не знаю, что думать. Тут «вышка» не поможет. Приветствуются смелые идеи, есть такие?

– Ну, я тут размышлял на досуге, – с долей застенчивости сознался Сет. – Всё мистическая муть в голову лезет. Вампиризм там,.. чепуха, в общем.

– Ну может не такая уж и чепуха, – заметив стеснение товарища поддержал Паша. – Медицина, знаешь ли, наука неточная. Мало ли какие есть явления, о которых ей неизвестно. Да и то, что я успел разглядеть в микроскоп… это… эээ… В общем, я не только такого никогда не видел, такого быть не может в принципе. Не буду вдаваться в подробности тебе мало понятные, скажу только, что сейчас я готов поверить во что угодно. Хотя возможно, что всё вполне объяснимо с научной точки зрения. В общем, паниковать рано. Ты жив, чувствуешь себя неплохо, как я погляжу. Дышишь. Давай будем разбираться.

– Как разбираться? Откуда отталкиваться?

– Ну я, как и ты в вампиров верю мало, но всякие сказки на чём-то основываются. Предположим, ты превратился в существо, которое есть прототип древних легенд о вампирах. Я думаю, конечно, многое выдумки, но что-то правдивое должно же быть в этих легендах. Вот давай проверим что именно. Что ты вообще знаешь о вампирах?

– Ну, они боятся солнечного света, святой воды, распятий, чеснока, серебра…

– Серебра? А что ты думаешь, святая вода из себя представляет? Предположим, она становится «святой» после того как в ней определённое время побыло серебро. По крайней мере, мне знакомый семинарист так рассказывал.

– Начнём с серебра, значит? Солнечный свет, кстати, мне нипочём.

– Окей.

Слава Богу, в лаборатории был почти весь набор таблицы Менделеева. Парни смешивали кровь Сета со всем, что попадалось под руку. Это заняло не один час. Трудность была только в том, что сама кровь на воздухе быстро «усыхала». К тому же запасы её в теле не безграничны. Приходилось действовать расторопно и в темпе. Что в принципе для криминалиста со стажем особого труда не составляло. Занятие настолько увлекло исследователей, что каждый раз, когда в комнату заходил очередной сотрудник с уликой для исследования. Паша громко и гневно возмущался.

– Скока блин можно!? Я тут вам что? Один на всю область? Вон к Кириллу в пятый кабинет неси.

Хотя некоторые образцы всё-таки приходилось принимать и оформлять. Это так же отнимало уйму времени. К вечеру выяснились некоторые детали. Например: при испарении кровь заметно нагревалась. Нитрат серебра заметно ускорял процесс испарения, а вот сок чеснока никаких эффектов не добавлял. Что вызвало возмущение криминалиста по поводу безалаберного расхода закуски.

Поскольку коньяк закончился Паша достал из сейфа водку. Эксперименты стали принимать более смелый оборот. Порезав палец, Сет высыпал на ранку немного кристалликов нитрата серебра и сразу же взвыл от боли. На пальце образовался ожог.

– А вот такого быть не должно. Ик… – авторитетно заявил Паша. – Максимум на коже должны оставаться тёмные пятна. Нитрат серебра используют в медицине для обеззараживания ран, в растворе конечно, но… Ик… Чтоб ожог.

– Я полагаю надо прекращать наши изыскания. – пробормотал Сет. – Пока чего не вышло нехорошего. Я лучше завтра ещё зайду.

– Да и мне уже домой пора. Завтра я кстати выходной. Поразмышляю, на досуге в Интернете погляжу. Давай если что через пару дней встретимся.

– Окей.

Они вышли на улицу, и поскольку им было в разные стороны то, пожелав друг другу спокойной ночи, расстались.

Глава 3

Дома Сет долго не мог уснуть. Спать не хотелось совершенно. Хмель выветрился по дороге из прокуратуры. Оставалось лежать, тупо уставившись в телевизор. Как назло ничего интересного ночная программа телепередач не предусматривала. Бродить из комнаты в комнату быстро наскучило, зато появилось желание прогуляться по настоящему. Одевшись, Сет вышел на улицу и побрёл в сторону парка. Благо теперь освещение не играло никакой роли. Ночное зрение работало отменно. Удалось даже не напрягаясь прочесть с расстояния в полтора метра обрывок газеты валявшийся на дорожке. Всего три дня назад он не смог бы этого сделать и при свете солнца. Это значило, что Сет не только стал прекрасно видеть в темноте, но и приобрёл просто орлиную зоркость.

Очередной раз поворачивая по причудливо изогнутым аллеям городского парка парень нос к носу столкнулся с двумя подозрительными типами в спортивных костюмах. Они что-то в пол голоса обсуждали, но сразу замолкли при его появлении.

– Оба-на! Костян глянь. На ловца и зверь бежит. Подходи не бойся парняга. – пробасил стоящий ближе верзила.

– Не пугай человека Хмырь. Он нам может новый мобильник несёт и денег, а ты сразу наехал. Давай братело показывай что принёс. – в тон ему заговорил второй задорно скалясь.

Отступать было некуда. Кричать глупо, глухой ночью в парке и собаки в одиночку боялись бродить. При ближайшем рассмотрении парни оказались спортивного телосложения, а значит и бежать не имело смысла. Хмырь, который был немного ниже своего товарища, но заметно шире в плечах двинулся к Сету. Приблизившись на расстояние вытянутой руки, он без долгих разговоров размахнулся, явно метя кулаком в челюсть. Да так и застыл на месте. Не совсем застыл, он продолжал двигаться. Однако движения эти были настолько медлительны, что Сету не составляло особого труда, немного отодвинувшись в сторону избежать столкновения своего лица с чужим кулаком. Физиономия нападающего приняла несколько удивлённое выражение. Брови не спеша, поползли вверх, губы изогнулись. И все в той же небрежно-заторможенной манере. Это вызывало ухмылку. Костян при этом продолжал молча стоять в стороне, а его товарищ попытался повторить свой манёвр ещё несколько раз, только с различными вариациями. Пока Хмырь безуспешно размахивал руками, пытаясь настичь своего оппонента. Сету пришла в голову мысль дать сдачи раз уж грабители попались такие нерасторопные. Чуть наклонившись, он проскользнул под рукой нападающего и что есть силы врезал тому в подбородок. Раздался лёгкий хруст, и спортивный костюм вместе со своим обладателем плавно оторвался от земли. Воспарив, он так же медленно как пух из подушки стал оседать спиной на асфальт. Ещё секунда и Хмырь лежал без сознания, но с таким блаженным выражением на небритом лице, что Сету с трудом удалось сдержать хохот. Костян в это время достаточно прытко удалялся в чащу парка с хрустом ломая кустарник. Делал он это настолько искусно, что становилось совершенно ясно: бежать от него действительно не имело смысла, догнал бы.

Зашумел слабый ветерок. Окружающий мир вдруг зашевелился в привычном ритме и только теперь стало понятно, что не грабители были неумелыми, а Сет двигался быстрее чем обычно. осознание этого поражало и даже слегка пугало. Захотелось поскорее оказаться под защитой родных стен. Ноги сами заспешили к дому. По дороге он размышлял, что заставило его тело и сознание работать в ускоренном темпе. Замедлялся ход времени? Звучит маловероятно. Разгонялся метаболизм? Очень может быть, даже, скорее всего. Ведь случается, что в состоянии стресса у людей бывают похожие ощущения. Правда, чтоб настолько ускорялся, возможно, даже в тысячи раз. Решив не мучиться и расспросить потом об этом Пашу, Сет прибавил шагу и скоро оказался у родного микрорайона.

Оставалось пройти ещё несколько переулков. Волнение после стычки с незнакомцами не проходило. Луна только набирала силу. Вдоль улиц светились неоновые огни реклам и вывесок ночных заведений. Решив немного успокоить нервы, Сет зашел в первую попавшуюся забегаловку и присел у края стойки бара. Заказал бокал пива и осмотрелся.

Обычная кафешка, ничего особенного. Стены обиты деревянными панелями, подвесной потолок помят в некоторых местах ударами пробок из бутылок шампанского. Унылое, тусклое освещение. Он бывал тут и раньше. Однако сегодня что-то в окружающей обстановке заставляло его нервничать. Беглый осмотр ночных посетителей чуть не выбил из его руки бокал. За угловым столиком сидел знакомый спортивный костюм, причём в окружении пяти амбалов явно бандитского вида. Костян развалившись на стуле в упор смотрел на свою неудавшуюся жертву и в пол голоса что-то говорил товарищам. Каждый из них, по крайней мере, один раз бросил косой взгляд в сторону бара.

Вот невезение так невезение. Второй раз в течение пятнадцати минут наткнутся на неприятности. А в том, что неприятности будут, сомневаться не приходилось. Компания громил тем временем разделилась на два лагеря. Трое вышли на улицу по дороге бросая хмурые, ничего хорошего не предвещавшие взгляды на Сета. Трое осталось сидеть на месте, откровенно враждебно уставившись на него. Ну что прикажете делать? Можно конечно было просидеть в баре до утра. Скорее всего, братки не станут затевать разборку среди скопления людей. Но воодушевившись недавней победой, да и вообще всем случившимся за последнее время…

Сет неспеша поднялся, нарочно медленно поправил задравшуюся штанину и энергично, как можно быстрее, но так чтоб не выглядеть убегающим, направился к двери. На улице в нескольких шагах от выхода стояли трое приятелей. Они совершенно не ожидали столь раннего появления молодого человека и видимо были несказанно удивлены и обрадованы столь быстро наметившейся развязке конфликта. Особенно удивился парень стоявший ближе всех к выходу. Поскольку казавшаяся столь лёгкой жертва, вдруг не сбавляя шага, ловко взвилась высоко в воздух и заехала коленом ему прямо в отвисшую челюсть. Об остальных событиях троица долго спорила позже, но уже после выхода из больницы. Чётко сошлись только в одном: всё случилось настолько молниеносно, что почти никто ничего не успел осознать.

Вторая половина команды, та, что сидела за столиком, чуть помедлив, так же устремилась к выходу. Костян, выходивший из бара последним, увидел четверых лежащих на асфальте друзей и щуплого парня который, немыслимо изогнувшись, отправлял в нокаут ещё одного нападающего. В голове не укладывалось, как такой заморыш смог так быстро уложить пятерых опытных бойцов. Однако расспрашивать его об этом Костян постеснялся. Да и ноги, приученные к быстрому бегу утренними тренировками уже несли его прочь от злополучного заведения.

Впрочем, Сет был сам обескуражен столь лёгкой победой. Ещё выходя из дверного проема он физически ощутил как мир вокруг затормаживает своё движение. Тело видимо немного уступало в скорости мозгу, поэтому чувствовалось напряжение в мышцах, как-будто двигаешься в густом киселе вместо воздуха, но это сковывало члены только отчасти, скорее придавая движениям плавности и уверенности чем сдерживая их. Это даже не было дракой, просто избиение малолетних сопляков. Поворот событий внушал чувство собственного превосходства, поэтому Сет совершенно не раздумывая бросился вдогонку за удаляющейся фигурой.

Убегающий спортивный костюм только и успел, что свернуть в ближайшую подворотню. Ему казалось что в кромешной темноте тело прижавшееся к мусорному баку останется незамеченным. Хрупкая надежда разрушалась по мере приближения торопливых шагов. Вот незадача всего несколько метров от главной дороги, а такая темень и это практически в центре города. Костян попытался на ощупь пробраться ещё дальше в глубь незнакомого двора, но мощный подзатыльник заставил его замереть на месте. Жуткий страх сковал мысли.

Сначала Сет хотел только как следует напугать обидчика. Он прекрасно ориентировался в темноте и видел застывшее выражение ужаса на лице человека в спортивном костюме. Но когда взяв его за грудки заглянул ему в глаза, то, повинуясь какому-то непонятному чувству глубоко вдохнул. Вдохнул совсем не лёгкими чтобы заполнить их воздухом, а пустотой образовавшейся чуть выше солнечного сплетения. Вдохнул то, что определённо присутствовало внутри каждого человека – Жизненную силу. Дух, если хотите. Зыбкий, едва заметный зеленоватый туман вышел из глаз, рта, носа, из пор на лице Костяна и устремился заполнять пустоту, ощущаемую Сетом тем яснее, чем более она заполнялась. Незадачливый грабитель в спортивном костюме обмяк, подогнул ноги и выскользнув из держащих его рук упал на землю. Сет отчётливо слышал, как сердце братка перестало биться. Так же отчётливо как шум от проезжающих где-то за спиной автомобилей. А буквально через секунду осознал биение у себя в груди. Он торопливо нащупал своё запястье и удивлённо почувствовал размеренную пульсацию под кожей.

– Пульс, блин!

Глава 4

Приятели сидели на кухне, допивая по очередной чашке кофе. Один долго рассказывал, а другой внимательно слушал.

– Теперь Паха, я чувствую весь свой организм.

– Ну, я тоже. Это все чувствуют, что тут такого?

– Нет, ты не понял. Ты вот слышишь, как твоё сердце бьётся?

– Ну.

– А как печень работает слышишь?

Паша отрицательно помотал головой.

– Вот. А я слышу. Более того, я это могу контролировать. Ты, например, рукой можешь шевелить, как захочешь правильно? А я могу сердце остановить. Да что там сердце. Я кровью могу шевелить.

– Не понял.

– Вот гляди.

Сет взял с полочки нож выставил руку и слегка порезал запястье. Из ранки выступила несколько капель крови. Тонкой струйкой эти капли стали сползать вниз. Затем остановились и так же медленно проделали обратный путь и скрылись под кожей. Порез затянулся на глазах.

– Очуметь! – воскликнул криминалист – Регенерация это понятно, сердце останавливать про такое я тоже слышал. Но вот чтобы кровь возвращать в рану!? Это же жидкость. Чёрт! Как?

– Сам в шоке.

– А скажем на клеточном уровне или глубже… в генах ковырял?

– Страшно, сотворю ещё чего с собой. Сам понимаешь это не цацки. Я не специалист даже в анатомии, а в генетике так тем более. Да и как это делать представляю очень смутно. Свою кровь я вижу, а вот клетки нет, как ими в таком случае управлять?

– Ну, если быть честным в генетике пока ни один человек не специалист в достаточной мере, а вот то, что ты, возможно можешь модифицировать генный код, пусть даже только в себе самом, открывает для науки просто гигантские перспективы. Тут Нобелевской премией пахнет.

– Тут моей жизнью пахнет или смертью, а ему нобелевку подавай… Засранец.

– Ты же кладезь неизведанного, дай хоть помечтать.

– Ну, мечтай, мечтай, мечтатель… Да, как там моё дело?

– А нет никакого дела. Те бродяги, которым ты морды набил, вообще в милицию не обращались. Да и не думаю, что такие личности в органы жаловаться пойдут. Труп найденный в подворотне это Костинский Константин Петрович, 32 года. Три судимости. Грабёж, вымогательство, короче рецидивист со стажем. Патологоанатом, который работал с трупом мой хороший знакомый. Говорит причина смерти ему непонятна, но в виду отсутствия внутренних и внешних повреждений, а так же каких либо ядовитых составов в организме, смерть признана естественной.

– Ну, хоть что-то радует.

– Да что ты жалуешься всё? Что тебе не нравиться? Ты может теперь бессмертный как Кощей. – заулыбался Паша.

– Не факт, Паха, совсем не факт. Может это кратковременное состояние. Потом бац! Покойник.

– Маловероятно, – покачал головой криминалист. – Но мне тут пришло в голову кое-что интересное, а не проверить ли наличие таких случаев ранее. Я долго изучал статистику несчастных случаев по области и кое-чего нарыл. Знаешь, бывают автокатастрофы где всё в лепёшку и куча трупов, а один кто-то без царапины.

– Везучий видимо.

– Согласен, везунчики бывают. Однако есть один индивид. У тебя в районе кстати проживает. С которым, такая бодяга случалась три раза. Причём заметь, все три раза от госпитализации отказался, хотя был изрядно потрёпан.

– И что это доказывает?

– В принципе ничего, но знаешь, как наши менты работают? Проверяют версии. Ты же всё равно в отпуске вот и займись.

– Ты мне предлагаешь, заявиться к нему домой и прямо спросить, какого чёрта вы гражданин до сих пор живы? Может слежку устроить?

– Предлагаю встретить в переулке, вырубить и провести вскрытие.

Оба дружно расхохотались. Но идея зацепила Сета. А учитывая, что он уже четвёртый день не спал, совершенно не чувствовал усталости и действительно был в отпуске. Почему бы и не приглядеть за мужиком, чем как говорится, чёрт не шутит. Друзья ещё немного поболтали о том, о сём. Паша взял у Сета кровь из вены, как он выразился для нужд науки и уехал к себе, а хозяин дома открыл серую картонную папку оставленную криминалистом. Ничего существенного в ней не было. Один листочек с фамилией и адресом. Ни фотографии, ни примет. Как там действует доблестная милиция? Для начала установить наблюдение, присмотреться. Потом по обстоятельствам.

Глава 5

Дом объекта наблюдения выходил окнами на злополучный городской парк. Присев на лавку недалеко от подъезда Сет стал разглядывать жизнь кипящую вокруг. Во дворе дома бегала ребятня. Взрослые входили и выходили из дома. Колесили автомобили, тщетно пытаясь найти место для стоянки. Обычная тихая суета. Затем стало понемногу темнеть. Народу поубавилось. Зажглись фонари вдоль аллей парка. Как гирлянды загорались и тухли окна в наблюдаемом доме и только три окна, которые особо интересовали наблюдателя оставались погруженными во мрак. За тот час, что Сет просидел на улице, ни единого изменения не произошло. Хозяина, скорее всего, нет на месте. Хотя это можно легко проверить. Зайти и позвонить в дверь. Если что, то сказать, что ошибся. Но лучше зря не светится. Взгляд упал на таксофон, будка с которым одиноко стояла дальше по аллее. Их уже почти все демонтировали, так как народ усиленно избавлялся от проводных телефонов переходя на мобильные, но до этой будки руки у мэрии ещё не дошли видимо.

И как он сразу не додумался? Девушка из справочного бюро бодрым голоском искажённым отвратительной связью сообщила, что по такому адресу действительно значится телефонный номер. Оставалось только позвонить на него. Абонент не отвечал. Не отвечал он ни через полчаса, ни через час.

– Что я делаю!? Тоже мне Шерлок Холмс. – тихо вырвалось у Сета, когда он краем глаза заметил наручные часы.

Сколько можно попросту тратить время на чепуху. Он решительно поднялся со скамейки и зашагал в подъезд. После первого же звонка дверь распахнулась, на пороге стоял невысокого роста старичок.

– Здравствуйте я корреспондент газеты «Московский Комсомолец». Разрешите задать вам несколько вопросов? – и чего я про «Комсомольца» вспомнил-то? Его наверное у нас и не печатают, спохватился Сет, но исправляться не стал. Дедушка, однако, никакого подвоха не усмотрел.

– Наконец-то и о пенсионерах вспомнили! – затараторил он – Входите, входите. Я только вашу газету и читаю.

Значит, печатают всё-таки, ну и славненько. Хотя, было уже около десяти вечера, старик странности в этом не замечал, спокойно пропустив незнакомца внутрь. Двухкомнатная квартирка оказалась завалена старыми газетами, тряпками и прочей рухлядью. Невооруженным взглядом заметно, что дед холостяк. Это хорошо, меньше свидетелей. Пока они шли на кухню пенсионер-одиночка успел обругать правительство и принялся за бизнесменов. Говорил он много и без умолку, видать свободные уши ему попадались не часто. Сет несколько раз пытался вставить хоть слово, но хозяин только повышал гневность речи, глядя на эти потуги гостя. За десять минут, пока закипал чёрный от нагара чайник, монолог докатился до второй мировой и товарища Сталина. Видимо последняя тема вызывала у деда особое уважение и он позволил себе трёхсекундную паузу. Которой гость решил незамедлительно воспользоваться во избежание дальнейшего продолжения.

– Виталий Константинович – для солидности Сет вынул папку оставленную ему Пашей, держа её так, чтобы хозяин не видел содержания и ещё раз пробежал глазами и так уже заученный наизусть адрес. – Наш отдел статистики ДТП обнаружил, что вы часто попадали в аварии на дорогах.

– Вот! Летают проклятые, никаких правил не соблюдают! Жаловаться без толку! Никто и слушать не хочет пенсионера! – дед разъярился не на шутку, стал размахивать руками и сбил со стола хрустальную пепельницу. Она жалобно звякнула о пол, а окурки разлетелись словно осколки при взрыве. – К начальнику ГАИ вообще не пускают! Везде нужно платить! Крохоборы! А медики что творят! Меня вот в прошлый раз жутко покалечило, я три дня с кровати не вставал! Но в больницу ни ногой, там же всё договорено, мигом пустят на органы! А что они в больничных картах пишут! Да во время войны ни один шифровальщик под страхом расстрела не смог бы прочесть их писанину! Нет у меня к ним доверия! Ни к кому нет! Только вот вашу газету читаю, правильно пишите, насущно и злободневно!

Дальше Сет уже слушал невнимательно. Размышляя про себя: Ну, Паша удружил злодей, я тоже хорош. Дело с три раза попавшим в аварию человеком уже не казалась чем-то странным, бывают совпадения и круче. Теперь придётся выслушивать деда как минимум ещё минут сорок. Что же он курит-то такое? Боже. Хоть бы немного табака в кизяк добавлял. Даже глаза заслезились.

С расчётами он не ошибся, пенсионера пришлось выслушивать ровно сорок минут, но это на кухне, потом ещё сорок в коридоре и десять уже стоя в лифте. Дед хватался руками за автоматические двери пытающиеся закрыться и говорил, говорил… Часто возникало желание вырубить старичка, но воспитание не позволяло. Наконец когда гостеприимный хозяин наклонился поправить сандалию слетевшую в пылу объяснения, у дверей чудом получилось захлопнуться и лифт уехал. Виталия Константиновича это нисколько не смутило, он продолжал говорить. Старческий недовольный голос был слышен даже на первом этаже. Как его интересно соседи выдерживают.

Двигаясь к дому «нечаянный сыщик любитель» вытащил мобильник и битый час выговаривал Паше какой он засранец, со всеми его идеями, мыслями и не пошел бы он туда, где, таким как он и подобает находиться в виду того, что Сет любезно просит его туда пойти. В общем, договорились на пятницу крепко выпить где-нибудь на нейтральной территории.

Глава 6

Придя домой, наскоро перекусив и приняв душ, Сет уселся перед компьютером. Чтобы поиграть в игру всех времён и народов – «контру». Взгляд упал на значок браузера. Паша конечно парень умный, но надо же и самому потихоньку разбираться, что к чему. Сет запустил поисковик, ввёл в строку поиска «вампир», чуть подумал и добавил «немертвь». Выдало кучу разной дряни, причём процентов на десять порнографического содержания. Так-с что тут у нас, ага:

«Вампиры – из определенных источников это "не мёртвые". Демоны встающие из своих могил. Обычно их называют вампиры-нусферату, что значит "человек, ставший вампиром". Питаются эти милые существа кровью людей. А если людей нет, то приходиться довольствоваться, чем есть. С кровью вампиры выпивают душу людей, обретая тем самым бессмертие».

Это было самое умное, что удалось выудить. Немного побродив по бескрайним просторам Интернета, Сет добавил в поисковик слово «Вампиризм», после чего дела пошли веселее. Кучи ссылок на заумные статьи длинной в триста страниц интересовали мало. Правда попадалось и кое-что привлекающее внимание:

«Оказывается, призраками, привидениями, вампирами или бесами становятся души самоубийц или людей погибших в результате алкогольного или наркотического опьянения. Как же это происходит?».

Смешно конечно, бывшие просторы СССР должны просто кишеть подобной живностью. Это же сколько нариков и алкашей преставилось после развала огромной страны и пришедшего экономического кризиса. Учитывая, что они бессмертны и ничем не болеют, а значит продолжают квасить – то каждый второй ханурик гипотетический вурдалак или как они там называются.

– Будем искать. – вспомнилась фраза из любимого кинофильма.

После чего нашлось это: «Вам никогда не приходило в голову, что рядом с вами живет вампир? Посмотрите внимательно вокруг. В сущности, вампиром может оказаться всякий. Бледноватый, вежливый парень из квартиры напротив. Ваш обаятельный начальник с проникновенным взглядом. Лет ему немало, но почему это он выглядит так молодо? Коллега по работе, всегда подтянутая, с превосходной фигурой, зачем-то старательно покрывающая лицо густым слоем защитного крема каждый раз выходя из офиса».

Мда, если их реально много и они сильны, зачем прячутся тогда? Геи значит перестали стесняться своих предпочтений, а диаспора вампиров боязливо прячется? К тому же если бы их было реально много, то вездесущие папарацци уже давно бы сняли документальный фильм. После часа изучения вырисовались следующие приметы олицетворяющие Вампиризм:

а) Боятся солнечного света.

б) Ощущают непреодолимую жажду крови.

в) Во много раз сильнее человека.

Первые два пункта Сета уж точно не касались, а вот последний его заинтересовал. Ну, то, что он имеет мгновенную реакцию проверенно, но вот на счёт силы не уверен. Да чего тут гадать Сет встал и подошел к двери в спальню. Дверь, как и во всех ещё советских постройках фанерная, но достаточно крепкая, не чета нынешним бумажным, которые легко дырявятся случайным ударом локтя. Сосредоточился и со всей силы ударил в центр двери. Хлопок. Кулак пробил насквозь фанеру и разворотил деревянные вставки, которые разлетелись по комнате, но успели впиться в кожу десятком заноз. Стало очень больно, да так, что в глазах потемнело.

Он сидел на кухне, вытягивая пинцетом деревянные щепки из кисти. С каждой следующей занозой, вздыхая и мысленно обзывая себя балбесом. Дверь в спальню зияла сквозной пробоиной диаметром сантиметров двадцать. Кто её теперь будет заделывать интересно.

– Не ты ли? – спросил Сет глядя в своё отражение в зеркале.

Отражение промолчало и снова сосредоточилось на отбитых костяшках. Впрочем, небольшие ранки затягивались прямо на глазах, стоило только извлечь из них занозу. Зато разрешился вопрос с силой. Раньше он не то, что пробить дверь насквозь, краску с неё вряд ли ободрал бы.

Глава 7

– Да бабуля. Конечно, помню… на днях приеду. Да я и собирался сразу в начале отпуска, только дела свои хотел закончить. В субботу буду, после обеда. – Сет отложил телефон.

Совсем замотался со всеми этими непонятными проблемами. Забыл, что каждый отпуск он обязательно навещал свою бабушку и гостил у неё несколько дней. Жила она недалеко, буквально в десяти километрах от города, в маленькой деревушке. После смерти родителей это был его единственный родственник. Старушка много раз намеревалась его усыновить но, учитывая её возраст и доходы (да ещё старческие неврозы) попечительский совет не позволил ей даже оформить опекунство. Пришлось Сету до совершеннолетия маяться в детдомах. Бабушка его навещала не часто, на маленькую пенсию много не наездишь, но стабильно. Забывать или оставлять внука совсем без присмотра она не собиралась. Когда ему исполнилось восемнадцать, он какое-то время прожил в её доме, пока не нашел подходящую работу в городе. А сейчас старался навещать бабулю чаще, да и денежные переводы посылал регулярно хотя и самому не всегда хватало.

Придётся отложить дела насущные и обязательно съездить в гости. Долго гостить, конечно, он не собирался, но пару дней стоило уделить любимой родственнице.

Утро субботы встретило его на автобусной станции пасмурным небом. Накануне первый раз за последнее время удалось уснуть. Едва заставил себя вылезти из постели. В такую погоду только дрыхнуть до обеда, но автобусы ходили в захудалую деревеньку не часто и следующий был только вечером. Микроавтобус ехал резво, но поскольку останавливался почти на каждой остановке, поездка тянулась и тянулась.

Сет покинул душный салон только к обеду. Вокруг деревенский пейзаж. Разбитая сельская дорога и дворы, дворы, дворы… Бедность тут соседствовала с богатством. Вот полуразрушенная халупа, окруженная покосившимся забором непонятного цвета, а буквально в тридцати метрах двухэтажный дом, обшитый пластиком и с торчащей из стены спутниковой антенной. Забор из железобетонных плит вокруг особняка делал его похожим на режимное здание. Не хватало только колючей проволоки и вышек по периметру. Причём буквально пол года назад этого строения тут не было. Несмотря на сравнительную близость к областному центру (десять километров конечно немало, но для загородной дачи на лето, не так уж и далеко, да и места тут живописные) бомонд селится тут, не спешил, да и средний класс тоже, а вот мелким дельцам давно пора уже было обратить на деревушку внимание. Глядишь, понастроят себе домики тут, а заодно может и дорогу починят, а может и газ протянут.

Так за раздумьями Сет незаметно подошел к дому своей бабушки. Здоровенный старый пёс неизвестной масти (все, что осталось от некогда большого бабусиного хозяйства, годы здоровья ей не добавляли и постепенно держать живность, немолодой женщине, стало в тягость) поначалу залаял, но потом, принюхавшись, узнал молодого хозяина. Сет потрепал его по холке и вошёл в дом. Бабулиной радости не было предела, она успела налепить внуку его любимых пельменей и уже доваривала первую партию оных. Кухня насквозь пропахла пельменным духом. От таких ароматов слюна выделяется автоматически. Так что как говорится: «С корабля на бал».

– Здравствуйте, Степановна. – всю жизнь, проработавшая в колхозе бухгалтером, Степановна заслужила у односельчан немалый авторитет и все называли её уважительно по отчеству. Так повелось, что и внук с детства подхватил такую привычку. По-другому её называть как-то и язык уже не поворачивался.

– Здравствуй внучек. Помой руки, переодевайся и за стол. Где штаны твои лежат, надеюсь, помнишь ещё.

– Конечно.

За завтраком или правильнее будет – за обедом, в неспешной беседе выяснилось: крыша протекает, сарайчик для угля развалился, а насос в колодце вместо того чтоб поливать огород планомерно высаживает предохранители на счётчике электроэнергии. Все эти мелкие недоразумения были решены в течение трёх часов, но сразу же нашлись другие, третьи, четвёртые и конца этому видно не было до самого вечера. Если ты живёшь в деревне, то переделать всю работу просто невозможно. Слава Богу, что ровно в двадцать ноль-ноль соседки Степановны имели обыкновение собираться у её двора на лавке для обсуждения новых слухов и старых сплетен. Этот сбор означал окончания мучений, поскольку в двадцать один ноль-ноль на деревне полагался отход ко сну. Естественно, что на следующий день всё начнётся по новой, но это будет завтра, а пока стоило выйти вместе со Степановной. Некоторые новости озвученные на таких собраниях просто умиляли. Сет никогда не отказывал себе в удовольствии послушать седых сплетниц.

Где-то в то же время, как сплетничали бабульки, деревенская молодёжь начинала собираться на дискотеку. По одному, а иногда небольшими компаниями они проходили мимо лавки и естественно сразу же становились объектами для пристального внимания старых перечниц.

– Гляди Галкина дочка как вырядилась, ну вся в мать пошла. Тоже видать в подоле принесёт.

– А кто это с ней под руку?

– Да Димки Поливанова сынок. Хороший хлопец, а связался с такой…

…

– Да Митрофанов ещё в прошлом годе с Полиной развёлся. Вывез всё хозяйство, ничего не оставил…

– Знатный жмот, тот ещё.

…

– А кудЫ ж она пойдёт то, с двумя то дитЯми, бедная, вот и терпит горемычная.

Это могло бы тянуться часами, но заканчивалось всегда в девять вечера. Отход ко сну это на селе святое, а пока есть время… и разговор начинается сначала, но уже в других лицах и других временах. Скоро Сету наскучило однообразие кумушек. Сидя возле них он заметил несколько знакомых, прошедших в сторону сельского дома культуры, вернее, бывшего дома культуры. Теперь предприимчивые односельчане Степановны устроили в здании небольшое, но довольно уютное кафе. Там можно было не только выпить-покушать, но и потанцевать. Для этого имелся внушительных размеров вестибюль – наследие дома культуры имени Ленина. По крайней мере, обветшалое и уже было готовое рассыпаться здание приобрело после перестройки под кафе более-менее презентабельный вид. Пожалуй, стоило догнать знакомых и присоединиться к ним. То, что они идут именно в кафешку сомнений не вызывало хотя бы потому, что больше пойти было просто некуда.

– Степановна. Пойду я, пожалуй, прогуляюсь.

– Ага. Сходи внучек. Я дверь на ночь тогда не буду запирать, придёшь домой не забудь запереть.

– Понято.

Догоняя парней уже скрывшихся за поворотом, Сет лихорадочно вспоминал их имена. В лицо он помнил каждого, хотя друзьями их, конечно, назвать нельзя (несколько раз они отдыхали на природе вместе, да и познакомились в том же кафе, в которое, пожалуй, парни сейчас и направлялись), но вот с именами было хуже. Сету всегда трудно давалось запоминание имён новых знакомых. Вот напасть-то и окликнуть их не получится, не кричать же «Эй вы!»? Неудобно получится. Сет попытался напрячь память и в тот же миг что-то в мозгу щёлкнуло, зрение помутилось и он ясно увидел картинку. Перед внутренним взором как видео запись стало прокручиваться воспоминание знакомства с парнями.

***

– Саня.

– Вова.

– Олег.

– Очень приятно, меня все друзья Сет называют. – улыбаясь он каждому пожал руку.

Саня был старшим и не только возрастом. В этой компании он был явным заправилой, даже рукопожатие его выдавало, сильное и уверенное. Вова или как он любил, чтоб его называли: «Вован» пытался показать себя более влиятельным, чем он есть, но даже в его движениях чувствовалась явная неуравновешенность и нервозность. На таких людей обычно не стоило полагаться. Такие приносят неприятности. Олег. Олег это… Ничего конкретного о нём понять было нельзя, молчание было его вторым именем. Молчание и задумчивый, упрямо-прямолинейный взгляд. Он мог уткнутся в одну точку и полчаса глядеть туда не моргая, а мог целый час без умолку рассказывать что-нибудь в основном о своей нелёгкой жизни. Работал местным ветеринаром, видимо работа накладывала свой отпечаток.

Ребята были спокойной компанией и проводить с ними свободное время было легко. Никакого напряжения и раздумий, расслабляйся, пей и веселись. Единственный минус – нужно обязательно смеяться над тупыми шуткам Сани, но они были не такими частыми и это было меньшим злом по сравнению с компанией себя. Пускай и любимого, но одинокого.

Видение было таким чётким и явным, что Сет опешил и остановился не совсем понимая где находится – там, в прошлом или тут в настоящем. Всё закончилось так же резко, как и началось. Тихая тёмная улица и мерное сияние звёздного неба над головой. Сет добавил шагу.

– Санек! – его вскрик, словно эхом отозвался лаем собак проживающих в окрестных домах.

Компания молодых людей впереди замедлила шаг и остановилась.

***

Они уже практически час сидели за столиком в кафе. Пили пиво, заедали фисташками и вспоминали былые дни, а Сет всё находился под впечатлением своего неожиданного видения. Он пытался силой воли вызвать другие воспоминания или хотя бы повторить то, что видел, но ничего не получалось. Решив, в конце концов, поэкспериментировать в тишине и на свежую голову плюнул и отдался во власть наступающего опьянения.

Глава 8

Утром Сет застал Степановну тихо пускающую слезу у окна. Оказалось недавно ей посчастливилось насобирать со своей скудной пенсии денег и приобрести маленького поросенка, который только-только стал набирать вес, но сегодня когда она зашла в сарай его кормить хряк умудрился пропасть в неизвестном направлении. То-то вчера из сарая доносилась возня, когда Сет чинил проводку насоса, а он то думал, что показалось. Оказывается, свин шумел.

– Ладно, Степановна не печальтесь, может ещё найдётся ваша пропажей поищем.

– Вряд ли. Сам он не смог бы уйти, видать злые люди помогли. А я же новый замок на сарай купила. Вот напасть. А ночью я во двор по надобности выходила, так заглядывала, Боренька на месте был. И…

Остальное повествование потонуло в тихом всхлипе. Сет вздохнул и вышел во двор к сараю. Новый, действительно хороший амбарный замок был нетронут. При ближайшем рассмотрении оказалось, что трогать его и не нужно, потому как кольца вбитые в косяк и в дверь, за которые замок собственно и цеплялся, легко вынимаются из давно рассохшегося дерева. Вставляются кстати так же замечательно. В общем, ключ совершенно не нужен, выдернул колечко – бери что хочешь, потом поставил на место и все, как и было. Оставалось непонятным, почему это пёс не поднял тревогу.

– Охранник хренов, – в сердцах сплюнул Сет, глянув на безмятежно дрыхнущего Бонифация (сокращённо Бонька).

Подошел, пнул легонько барбоса ногой. Боня продолжал безмятежно посапывать. Не помогли крики и таскания за уши. Либо сон у пса воистину богатырский, либо попросту опоили дворнягу. Тут Сет наконец догляделся что клочок бумажки прилипший к собачьей шерсти вовсе не бумажка, а пластиковая пуля-шприц. Он видел такие у ребят из службы спасения, когда они отлавливали бродячих собак в городе. Естественно к пуле полагалось пневматическое ружье, которого поблизости видно не было и из этого следовало, что оное ещё находится у хозяина. Пулю видимо забирать побоялись, уж очень пёс суров на вид. Вряд ли в небольшой деревне много народу имеет такие ружья и патроны.

– Действительно, у ветеринара сельского есть такая вещица, он из него быков усыпляет, когда кто попросит, а когда и собак бешеных, – подтвердила Степановна. – Раньше участкового просили, чтоб застрелил, да сейчас, участковый поменялся и новый наотрез отказывается стрелять. Животных говорит, любит шибко, а пистолет у него не выпросишь, не положено говорит. Вот приходится ветеринару усыплять бычков перед убиением. А ещё раньше у нас мясник убоем занимался тому не усыплять, не застреливать не надобно было, только бутылку водки да кусок мяса за работу, да помер Пахомыч лет пять, как помер.

– Ясненько, – мягко перебил тираду Степановны внук. – Ветеринар это Олег, который через два переулка живёт?

– Он самый. Только вряд ли взялся бы такой смирный парень так нехорошо шалить.

– Вот пойду и спрошу, – обнадёживающе улыбнулся Сет. – Да вы не переживайте Степановна спокойно поговорим и всё, если что не в порядке я за участковым схожу. Всё будет нормально.

Олег сначала долго пялился сквозь пришедшего и нечленораздельно мычал. Потом мотнул головой, пригласил в дом и достал из холодильника два пива. Одну бутылку предложил гостю, вторую почти залпом выпил сам. Минуты три его опухшую физиономию ещё корчили гримасы. Потом целебный напиток-опохмелятор подействовал и в глазах парня появилось осмысленное выражение. Сет ещё раз повторил свой рассказ начатый на пороге.

– Да… Здоровья я гляжу у тебя немерено, – невпопад выдал ветеринар. – Вчера с нами наравне выпивал, а сегодня как огурчик выглядишь. Везёт тебе. Мне вот теперь болеть до обеда как минимум. Ну да ладно. А на счёт ружья, было такое. Вот только… Видел новый дом с бетонным забором, недалеко от остановки автобусной?

– Ну, видел, – Сет неспеша потягивал пиво, смотрел в глаза Олегу и не замечал у того ни тени беспокойства, либо ничего не боится, либо не из-за чего ему беспокоиться.

– Так вот, недавно заехал туда почти целый табор цыганский, нет дом конечно большой, но как такая толпа там умещается ума не приложу.

Олег умолк уставившись в выцветший ковёр лежащий на полу и промолчал минуты две.

– Причём тут табор? – напомнил о своём присутствии гость.

– Да вот притом. Цыгане, знаешь ли, народ наглый вороватый, любят сволочи скопом налетать. У них как у мушкетёров, один за всех… – как ни в чём не бывало продолжил ветеринар, будто и не делал паузы в разговоре. – В общем, повадились трое их молодых сопляков своего ротвейлера вечером выводить выгуливать и на прохожих натравливать… развлекаются скоты… ну я взял с собой ружьишко как-то вечерком, засел у забора, да и подстрелил зверюгу усыпляющим зарядом, потом вышел, надавал оплеух засранцам. Через полчаса у моего дома весь табор, вышибли дверь, вломились, сильно не били, но напугали качественно, я чуть не обделался. Винтовку забрали и деньги, какие были.

– К участковому ходил?

– Ходил, конечно, но похоже он сам их побаивается. Я говорит человек одинокий мне до пенсии всего два года, зачем мне проблемы лишние с такими соседями. Да и безнадёжное это дело цыган разрабатывать, они своих не сдают, мушкетеры хреновы, блин… А ты нетрезвый совсем, иди, проспись и забудь. Пришлось смириться.

– Да…

– Что да? Как ты вообще мог на меня подумать? Вы же меня после полуночи домой практически приволокли, какие кабанчики в таком состоянии? Да и уважают Степановну местные, к кому к кому, а к ней бы никто не полез.

– Я ж тебя ни в чём не обвинял, просто разузнал, что к чему. Пули такие, сам понимаешь, на дороге не валяются.

– Ладно, проехали, – отмахнулся Олег. – Может ещё по пивку? Обмоем невинно усопшего свинёнка.

– Нет, Олежка спасибо хочу быть трезвым, когда к цыганам пойду.

– Ты тронулся? – ветеринар покрутил пальцем у виска.

– Да ладно, я же не в драку лезть, попытка не пытка, может, возместят по-хорошему.

– Ну-ну. Разве что пенделями и подзатыльниками они тебе возместят. Не суйся ты, себе дороже.

– Посмотрим.

– Ну, как знаешь, я предупреждал.

Глава 9

Вернувшись домой Сет первым делом полез на чердак и достал из потайного места свой старый школьный портфель. Давным-давно в детстве ему удалось выменять в интернате два кастета на пачку печенья. Кастеты были добротные, тяжелые и на тот момент слишком большие для его детских рук. Поэтому были благополучно спрятаны и надолго забыты. Ещё в портфеле был старый, потёртый журнал пошлого содержания, литровая баночка окурков (с таким трудом собранная во времена лихих девяностых годов) и разная памятная мелочь, типа фантиков от жвачек. Теперь это добро вызывало снисходительную улыбку, а раньше считалось целым богатством для не балованного воспитанника интерната лишь пару раз в год забираемого бабулей на каникулы домой. Сет вздохнул перебирая в руках своё былое богатство, затем взвесил в руках кастеты. Пальцы вошли в пазы как влитые, приятная тяжесть добавляла кулакам весомости. Широкие металлические кольца вокруг пальцев расширялись к наружной стороне, становясь прикрытием для костяшек. Такими штуками можно дробить кости челюстей как пенопласт.

– Мой размерчик.

Сет спустился вниз и пару раз приложился кулаками в кастетах к старой яблоне росшей за домом, затем ударил в пол силы. Отколовшийся от ствола кусок своим размером внушал уверенность в хорошем исходе предстоящего разговора.

***

Кованные трёхметровые ворота цыганской усадьбы выкрашены в ядовито-зелёный цвет. Они отдавали таким звонким гулом при ударе ботинком, что Сет даже встрепенулся. Смуглый парнишка лет десяти так быстро высунулся из-за приоткрытой калитки, будто давно стоял за ней дожидаясь гостей.

– Чего тарабанишь придурок? Баро отдыхает после обеда, сделал тишину и смылся отсюда, – говорил он с заметным акцентом, как и полагалось цыгану.

Сет поначалу даже опешил, но начинать разговоры сразу с разборок не хотелось.

– Баро – это у вас старший тут?

– Пошел вон, холоп! – надменно выдал пацан.

Этот нахал даже не стал закрывать калитку, хамил и при этом нагло смотрел в глаза человеку втрое старше и сильнее. Ничего не боятся сволочи, ну и ладно. Сет резким движением ухватил мальчугана за ухо, развернул и придал ускоряющий толчок чуть ниже спины. А сам прошел внутрь. Прямо посреди двора обнаружилась симпатичная беседка с каменной печью для барбекю в центре. На вертеле дожаривались останки смутно похожие на поросячьи. Вокруг вальяжно расселись молодые парни лет по двадцать – двадцать пять. Восемь человек. Очень друг на друга похожие, видимо родственники. Они дружно подскочили и с воплями негодования кинулись к непрошеному гостю. Один при этом прихватил стул, двое бежавших следом, взяли со стола кухонные ножи.

Клац. Время замедлило свой бег. Сет отстранёно подумал, что может цыгане просто для него на одно лицо, а вовсе не родственники. Так же не спеша, он уклонился от удара стулом, перехватил руку стулоносца, крутанул его вокруг себя и с ускорением отправил в объятья ближайшего противника с ножом, тот на бегу не успел среагировать и почти до половины вогнал лезвие в бок своему товарищу. Затем они в унисон вскрикнули, стукнувшись лбами и стали падать. Третий бегущий обозрел ситуацию и решил притормозить, а Сет любезно ему в этом помог. Молниеносно приблизился вплотную к сопернику и двинул раскрытой ладонью в грудь, почувствовав как хрустнула грудная кость под пальцами. Хорошо хоть кастеты не успел надеть, а то убил бы идиота на месте. Нападавший полетел в обратном направлении, причём преодолел в полёте метров семь.

Только теперь остальные сидящие у костра стали подниматься со своих мест. Хотя, что значит только теперь. Это Сету казалось, что прошла почти минута, а для них всё случилось в считанные мгновения. Когда самый старший сын цыганского барона подскочил со своего стула, оказалось что все его братья уже лежат кто где, а наглый светлокожий парень с такими чёрными глазами что не различить зрачки, стоит рядом и мёртвой хваткой держит его за горло. В глазах ромала потемнело.

В доме ситуация почти повторилась, с той лишь разницей, что нападали ещё и женщины, даже старушка сидевшая у телевизора по-молодецки резво подскочила норовя садануть своей палкой по макушке непрошеного гостя. Пришлось отбиваться. Впрочем, женщин Сет не бил, только легонько отталкивал подальше.

В особняке поднялась суматоха, мужчины вопили, дети плакали, женский пол галдел как толпа на рыночной площади. Всего в большой зале, куда ворвался Сет, было человек шесть, не считая женщин и детей. В общем, громадная комната была битком набита орущими ромалами. Затем распахнулась резная двустворчатая дверь, в залу картинно вошел упитанный мужик в красной шёлковой рубахе и с одноствольным охотничьим ружьём, нарочито медленно вскинул ствол. Не целясь, выстрелил, как говорится «от живота», было заметно, что стрелять он любит и что главное умеет.

В комнате воцарилась тишина. В боку неприятно засаднило, затем боль собралась в тугой комок чуть ниже левой ключицы. Сет глянул на рану. Стрелял Баро (а это был, несомненно, он) не дробью, заряжено было видимо что-то вроде пули или как там, у охотников, эти штуки называются. Получилась почти аккуратная дырочка в левом плече, в неё свободно можно просунуть большой палец, но крови нет. Сет напрягся, тело вытолкнуло тупоносую пулю, а края раны сошлись, оставив просто алый рубец. Жалко с рубашкой так не получится, а значит Степановна будет ругаться из-за безвременно погибшей практически новой рубахи. С этими невесёлыми думами Сет вырвал у оторопевшего цыгана винтовку, придирчиво осмотрел резной приклад, цевьё украшенное серебром и ствол с гравировками, после чего легко согнул последний в дугу.

Баро резко развернулся и скрылся в повороте коридора, надрывно вопя и призывая какого-то владыку. Сет кинулся вдогонку, ещё выскочит гад через чёрный выход, лови его потом в огородах. Благо убегающий совершенно не скрывался, громко топая и с силой хлопая дверями, иначе Сет заблудился бы уже на втором повороте. Дом действительно оказался довольно большим и тёмным, сказывалось практически полное отсутствие окон, искусственное освещение было выключено, что впрочем, совершенно не мешало преследовать жертву. А всё ночное зрение и… Запах. Сет чувствовал запах убегающего, если бы его спросили он не смог бы объяснить как, но он нашел бы перепуганного цыгана с закрытыми глазами даже в лабиринте Минотавра. Обнаруживать в себе новые возможности почти каждый день всё-таки чертовски приятно. Сет потянул ноздрями воздух и почуял чёткий след.

Свернув в очередном коридоре, он влетел в просторную комнату обставленную в старинном стиле. Цыганский барон стоял на коленях и упирался лбом в пол. Над ним возвышался во весь свой могучий рост (около метра с кепкой) сутулый и худой, совершенно лысый старик. Его кожа была буквально зеленоватого оттенка, даже скорее салатного. Старик улыбнулся, расправил сутулые плечи. Театрально наступил цыгану на спину и внезапно совершил такой молниеносный бросок, что Сет еле успел среагировать. Среагировать-то успел, но поделать уже ничего не мог, поскольку острые и длинные клыки (Сет мог поклясться, что когда перед этим дед улыбнулся, клыков у него не было) уже впились в шею разрывая артерию. Отвратительно завоняло палёной кожей. Старик заскулил и отскочил назад, как ошпаренный. Низ лица у него дымил и слегка оплавился, будто плеснули кислотой. Он замер в метре от Сета, ошалело тараща глаза, затем медленно преклонил одно колено и приложив правую руку к сердцу склонил голову. Левой в это время умудряясь схватить всё ещё лежащего Баро за шиворот и толкнуть в сторону двери шепнув: «скройся собака».

– Нижайше прошу великого владыку простить мою невольную глупость. Я столько прожил затворником среди людей, что разучился видеть. Я Знахарь, Свободный, бывший лейтенант Каина.

– Э… Вольно. – только и нашелся, что сказать Сет.

Мысли крутились тугим клубком неразберихи. Знахарь приподнял голову и удивлённо повёл бровью. Сзади скрипнула дверь, цыган выползая услужливо её за собой захлопнул. Переминаясь с ноги на ногу Сет неспешно осмотрел комнату. Камин, несколько стульев, журнальный столик, кресло-каталка, стол с ноутбуком и разбросанными явно старинными книгами, ещё полка над столом заставленная такими же. Окна в комнате не было, огонь в камине создавал приятный полумрак с прыгающими тенями.

Ну и что говорить этому явно необычному старичку? Вроде нечего, но и стоять столбом тоже неправильно. Сет медленно прошелся к камину и по ходу пнул кресло, отчего оно мерно закачалось. Зеленокожий исподлобья следил за гостем, его лицо оставалось совершенно спокойным. Владеть собой он явно умел. Понять, что у «зелёного» на уме возможным не представлялось. Знахарь встал, широко открыл глаза лишённые белков и зрачков. Два чёрных, бездонных провала уставились перед собой. Затем он моргнул и глаза стали самыми обычными. Отливающая зеленью радужка прекрасно гармонировала с зеленоватой кожей. Нижняя челюсть дымить перестала, но раны не пропали и сквозь разъеденную кожу были видны нижние зубы и часть кости. Внятно разговаривать, однако, это ему не мешало.

– Я не совсем понимаю, мой лорд… – начал старик и осёкся.

Сет взглянул ему в глаза и тот сразу же отвёл взгляд, чуть опустив голову, явно опасаясь прогневить гостя. Поскольку толкового ничего в голову не приходило, а выдавать свою совершенную неосведомленность и полную растерянность раньше времени не хотелось, Сет решил потянуть время. Стал чинно расхаживать вдоль стен. Медленно, стараясь не выказывать интереса, рассматривал комнату, хотя и так уже достаточно насмотрелся. Иногда искоса бросал безразличные взгляды на старика. Вечно так продолжаться не могло. Долгое молчание выдавало так же как и непродуманные слова, а поскольку пауза уже достаточно затянулась, медлить было больше нельзя, оставалось положиться на удачу и постараться не взболтнуть лишнего.

– Цыган своих ты совсем распустил, нехорошо…

– Неужели своим поведением эти глупые холуи нарушили законы маскарада, мой лорд? – брови удивлённо изогнулись над зелёными глазами.

– Нет. – не стоило сразу в чём-то обвинять старика, вдруг спросит, какой именно параграф странного закона нарушен, можно попасться, но и сразу оправдывать его не нужно, а то вдруг замолчит. – Но благоразумия ради они должны вести себя потише.

– Моя вина, мой лорд. Видимо я слишком увлёкся своими исследованиями и совершенно выпустил из виду, что меня окружает, по сути, свора бродяг за которыми нужен глаз да глаз. Мне очень жаль, что всё зашло так далеко и вы вынуждены были вмешаться.

Лицо хозяина дома превратилось в маску глубокого раскаяния, вернее попыталось превратиться, поскольку отсутствие некоторых кусков кожи на нижней челюсти скорее делало его похожим на испуганного ребёнка, который умер несколько недель назад. Старик снова умолк, нужно было срочно подыскивать тему для продолжения разговора. Что он там лепетал в начале? «Бывший лейтенант Каина» это подразумевает, что Каина Сет должен знать, если не в лицо, то понаслышке, а вот самого Знахаря может и нет, раз лейтенант-то он бывший. Пожалуй, тут можно было рискнуть.

– Знахарь… Знахарь… Что-то не припомню тебя.

– Неудивительно мой лорд, я всего лишь один из тринадцати старших слуг к тому же не самый первый.

– Тринадцати слуг?

«Вот идиот, ляпнул как последний кретин, как пить дать поймет, что я незнаком ни с каким Каином» – подумал Сет. Однако это незнание не удивило хозяина комнаты.

– Мало кто знает о тринадцати. Француз запретил мне рассказывать эту историю, тем более, что прошло уже около тысячи лет.

Ещё и француз какой-то добавился… Стоп! Что он мелет этот старикан? Какая тысяча лет? На вид ему не более шестидесяти. Неужели кто-нибудь вообще, даже учитывая последние наблюдения за собственным здоровьем, может прожить такую уйму лет? Но поскольку выдавать себя непродуманными фразами не хотелось, Сет искоса взглянул на деда из-под поднятых бровей. Может многозначительная пауза заставит того говорить.

– Безусловно, я не так могущественен, как мог бы стать за такой период любой вампир, всё дело в проклятии, которое наложил на меня Каин в период опалы, мой лорд.

Значит вампир всё-таки. Так вот откуда клыки и скорость атаки, которой позавидовал бы и молодой спецназовец. Хотя, что собственно Сет знает о вампирах, только то, что почерпнул из художественной литературы. Не густо. Но в голове уже стало проясняться. Значит и он сам тоже вампир как минимум, непонятно только почему это старик так уважительно к нему обращается. Вроде у кровопийц, чем дольше живешь, тем ты сильнее. Похоже этот зелёный в своём развитии остановился предположительно эдак лет с тысячу назад и в этом видимо и есть проклятие, которым наградил его Каин. Но ведь до этого он этому самому Каину служил. Пусть даже недолго, но вампирского стажа в любом случае должен иметь больше чем Сет. Однако, укусив соперника получил ожог. Значит, он слабее и должен подчинятся? Так можно много придумать чего угодно. Пожалуй, насчёт прояснения высказывание преждевременное, всё так же запутанно, как и было. Ну что прикажете делать?

Первое: сознаться, что ничего не понимаешь в происходящем – это значит, доверится зеленокожему который может использовать такую ситуацию как заблагорассудится, а учитывая опять же познания о вампирах они должны быть все жуткие злюки и пройдохи.

Второе: продолжать корчить из себя не Бог весть кого – это чревато разоблачением из-за недостатка информации. Практически то же самое что и первый вариант.

Третье: погрозить пальцем, наказать следить за цыганами получше и не теряя лица покинуть помещение – это упустить такой удачный шанс разобраться в происходящем.

Пожалуй из всех вариантов третий самый неподходящий. Жить, возможно, очень долго жить и совершенно не понимать что происходит, а потом и клясть себя за то, что упустил такую возможность. Ну, нет уж.

Все эти размышления длились в голове Сета целую вечность, но часы над камином отмеряя мгновенья успели передвинуть секундную стрелку только два раза. Клац. Время пошло с нормальной скоростью. Он уже и сам не замечал когда переходил в этот свой транс, при котором секунды становились минутами. За каких то два удара сердца можно было бы передумать уйму мыслей, но к сожалению нельзя почерпнуть и крохи информации, а значит, придётся сдаваться. Ну и ладно, возможно не так страшен чёрт…

Глава 10

Они сидели в креслах возле камина, глядя на догорающие остатки дров, которые распространяли мягкие блики света. Сидели друг напротив друга и Сет рассказывал свою историю. Когда он попросил Знахаря присесть тот сразу поник, видимо думая, что разговор пойдёт о его недосмотре за слугами, но по мере повествования настроение дедка менялось. Вначале на лице появилось облегчение, а затем и некая весёлость. Под конец он вообще открыл шкафчик в столе и достал початую бутылку вина и два бокала. Вампира явно забавляла эта история и, в конце концов, он покровительственным тоном заявил.

– С такими как вы, молодой человек, так приблизительно и должно получатся. – и с улыбкой добавил. – Такая у вас «спящих» карма.

– «Спящих»?

– Что бы предвосхитить глупые вопросы начну с самого начала. На заре времён, ещё до великого потопа. Как написано в библии: «И сыны Божьи увидели, что дочери человеческие хороши и спускались на землю, и каждый брал себе в жены, какую хотел. Рождались от них нифилимы издревле славные создания». Приблизительно так. Славными они, кстати, были не потому, что имели мягкий характер и доброе сердце, а потому что прославились огромной силой, непомерной живучестью и такой же злобой. Вседозволенность часто порождает зло. В принципе я полагаю, что и великий потоп понадобился Всевышнему, что бы избавится от этих моральных уродцев, а человеки просто попали под горячую руку. Как вы, наверное, знаете, если читали библию или смотрели телевизор (было на эту тему пару мультфильмов), во время потопа спаслись только Ной и его семья, у него было три сына и у каждого соответственно супруга. По преданию одна из этих женщин имела в роду нифилима. Господь либо не озаботился проверкой генеалогического древа сей дамы, либо так и было задумано (Пути Его неисповедимы, как говорится), но зараза в виде нескольких генов проникла в послепотопный период. Естественно за тысячелетие человеческой истории кровь круто перемешалась и сейчас практически невозможно определить, кто является носителем таких генов, но предположительно это одна восьмая человечества. Немало, но к счастью основная масса таких людей являются носителями неактивного гена. Так вот легенды серафимов (есть такой рыцарский орден, когда-нибудь я вам о нём расскажу подробнее) говорят, что раз в сто лет рождается спящий, то есть человек с геном активным. Я понятно излагаю?

– Более чем.

– Сей индивид ничем не отличается от своих собратьев кроме одной маленькой детали: его кровь жутко ядовитая субстанция. Ядовита она, правда, только для вампиров. Достаточно одного маленького глотка и испившего буквально разъедает как кислотой. Что вы сейчас во всей красе и можете лицезреть на моём подбородке. – И Знахарь, неуклюже задрав голову, попытался выпить из бокала не пролив, что учитывая практически полное отсутствие нижней губы, дело не простое, но у него почти получилось надо сказать. – Мне, правда, повезло. Я успел всего лишь только прокусить кожу. Вашему давнишнему знакомому, с которым вы имели честь познакомиться в городском парке глубокой ночью, повезло значительно меньше. Думаю, та горстка пепла, что вы обнаружили под лавкой, собственно и всё, что осталось от бедняги.

– А куда одежда делась?

– Ну, вы какое-то время были в беспамятстве, скорее всего, растащили бродяги. Вас видимо трогать побоялись. Но мы отклонились от темы. Так вот: Естественно, что во время укуса слюна кусающего попадает в рану, что вызывает определённую реакцию, а именно ген нифилизма (если так можно выразиться) переходит в гиперактивное состояние. Это буквально в считанные часы перестраивает структуру ДНК и вы становитесь тем, кем сейчас и являетесь.

– Нифилимом?

– Спорное заявление. Пожалуй, нет. Берите выше. Скорее неким потомком Божьих сынов.

– Э… Ангелом что-ли?

– Хм… Да будет вам известно молодой человек, что практически все ангелы, спускавшиеся к человеческим девам, позднее приняли сторону сатаны и стали падшими или в простонародье демонами, таких оказалось около трети от общего числа. Так что скорее уж, вы фигура больше демоническая, чем ангельская. Хотя и это достаточно спорно. В разных источниках таких существ называют по всякому: похитители душ, лорды, жнецы. Всё дело в том, что вы можете впитывать дух непосредственно, а значит, очень быстро входите в силу и как следствие начинаете захват власти и…

– Впитывать дух?

– О… Это вообще отдельная тема. Человек, да будет вам известно, состоит из трёх составляющих – это тело, дух и душа. Как написано всё в той же библии: Вдохнул Господь в тело дыхание жизни и стал человек душою живою. Это «дыхание» и есть дух. Жизненная сила. Не задумывались, почему в ветхом завете запрещается есть животных вместе с их кровью? Так и написано: «Плоти же с кровию её с душою её не ешьте». Запрет этот так же перенесён и на новый завет. В крови растворена жизненная сила существ, их дух. Проживая жизнь человек постепенно растрачивает эту силу. Наибольшая её концентрация у младенцев, наименьшая у стариков. Когда дух полностью выходит из тела наступает смерть. Аккумулировать эту энергию невозможно, по крайней мере, для простых смертных. Мы, вампиры, а в те времена, видимо, ещё простые смертные люди, одними из первых научились собирать дух. Полагаю изначально, первые опыты некромантов ставились на животных, но на их духе долго не протянешь, хотя и можно увеличить продолжительность жизни. Идеальное бессмертие может дать только людской дух, естественно выпитый прямо из тела, кровь, налитая в банку не является вместилищем духа. Выпивая около стакана человеческой крови в неделю можно жить практически вечно, выглядеть молодым и при этом становится год от года сильнее, быстрее, выносливее. – Знахарь встал и стал расхаживать по комнате с видом университетского ректора, заложив руки за спину. – Для этого всего лишь необходимо прекратить растрачивать столь ценную энергию на удержание души в теле, то есть умереть. Именно поэтому нас наживают нежитью или живыми мертвецами.

– То есть, у вас нет души?

– А что такое, по-вашему, эта самая душа? – тут вампир разошелся не на шутку, стал повышать голос и даже размахивать руками, эдакий оратор-патриот вампиризма. – Насколько я понимаю из фразы: «Вдохнул Господь в тело дыхание жизни и стал человек душою живою» Душа есть не что иное, как соединение духа с телом и ничего больше. Тело как видите, присутствует, а уж резервом духа я располагаю, уж поверьте мне, тоже немаленьким.

Тут он остановился, как будто что-то вспомнил, сделал глубокий вдох и сел на своё место. Голос его опять приобрёл вкрадчивость и медлительность как в начале беседы. Знахарь вообще говорил медленно с расстановкой, как уверенный в себе человек, вернее вампир. Такого послушаешь и как-то подсознательно просыпается уважение к говорящему.

– Хотя с другой стороны теория о наличии души не лишена смысла. Впрочем, это всё беседы теологического плана к нашей теме отношения не имеющие. Так вот… Наши предки научились аккумулировать дух, переваривая кровь жертв. Если не переусердствовать, то донор восстанавливает недостачу буквально в течение месяца. Вы же можете вытянуть дух из человека бескровно, напрямую. Причём донорами для вас могут служить даже вампиры, что даже предпочтительнее, поскольку в этом случае духа вы получаете во много раз больше. Именно поэтому вас называют повелителями и владыками. Честно говоря, создания моего ранга вас просто боятся.

– Есть ещё и ранги? Всё запутаннее, чем я думал.

– Деление, конечно, весьма условное. Низшие это «полукровки» – вновь обращённые из людей. Молодые и неопытные, слышащие зов хозяина, своего творца и вынужденные ему подчиняться. Они не способны творить себе подобных, хотя часто люди, выпитые ими до дна и соответственно умершие, становятся зомби. Вам знакомо это понятие?

– Ага. Ожившие мертвецы.

– Ну, скорее уж умершие живчики. Впрочем, это редкость к тому же срок их жизни недолог, быстрое разложение и уже явная смерть. Так… Если полукровка живёт достаточно долго и досыта питается, что в таком сочетании получается далеко не у всех, то наступает момент, когда он становится достаточно сильным и перестаёт слышать зов создателя. Эта фаза называется «свободный». Свободные и составляют основной костяк нашей расы. Сильные, быстрые и что немаловажно бессмертные создания. Хотя бессмертные сказано достаточно преувеличенно, скажем долгоживущие. Способные создавать себе в помощь полукровок. Это и есть квинтэссенция слова «вампир». Далее… Если свободный живёт достаточно долго…

– И хорошо питается… – вырвалось у Сета.

– Именно так молодой человек, именно так… Он становится «Хозяином». Просто однажды ты просыпаешься с ощущением собственного могущества – как говаривал Каин. Хозяева могут создавать свободных, минуя фазу полукровки, они сильны и часто мудры. Кто попало, как вы понимаете, просто не доживает до этого момента. Таких не много, меньше сотни.

– Я почему-то думал, что если вампир укусил человека, то человек становится…

– Вампиром? Полная чушь и домыслы. «Обращение» достаточно трудный ритуал, доступный даже не каждому свободному. Та толпа сброда, что вы видели во дворе, – Знахарь на мгновение осёкся. – Каждый укушен мною, по крайней мере, раз пять. Они производят впечатления вампиров?

– Непохожи… а жертвы… они соглашаются добровольно?

– Не просто добровольно, они считают это привилегией. Дело в том, что наша слюна, попадающая в человеческую кровь, способствует открытию резервов. Казалось бы, вытягивая дух, мы приближаем смерть, а вот нет. Человеческий организм загадка, каким-то образом он вырабатывает недостающее, да ещё и с запасом. Вы видели Баро? Выглядит лет на сорок – сорок пять, а ведь ему уже семьдесят три года. Мой старейший слуга, весь табор это его дети, внуки, правнуки и праправнуки. Внушительно, не правда ли? Заметьте, они мне преданы как собаки, любого готовы за меня разорвать, а вы говорите жертвы. Скорее симбиоты.

– Понятно. А что происходит когда «хозяин» живёт достаточно долго и хорошо питается?

– Я рад, что вы снизошли до разумного диалога, молодой человек. Отвечаю: Хозяин становится вами мой дорогой лорд. Как видите право стать «жнецом» может быть не только врождённым, но и ещё честно заработанным. Правда, в истории, насколько мне известно, лиц заслуживших такое право можно перечесть по пальцам одной руки. Врождённые же лорды долго не живут. «Тихий Совет» не потерпит конкуренции, которая, безусловно, будет иметь место, если вы будете жить достаточно долго и…

– Хорошо питаться, – усмехнулся Сет. – Это я уже понял, а что ещё за «Тихий Совет»?

– О… Это довольно молодая организация. В средние века, когда Вампиризм так сказать вошел в моду, численность свободных неконтролируемо увеличилась, и соответственно возросло количество полукровок многие из которых, заметьте, просто купили свой статус. Людям всегда хотелось жить долго, а если есть спрос, то появится и предложение. Так вот эта невоспитанная и мало что понимающая орда стала вести себя с некоторой долей вседозволенности. Говоря кратко: творили что заблагорассудиться. Человеческой части населения это естественно пришлось не по нраву, учитывая некоторые тогдашние события, я бы даже сказал, невмоготу стало. В какой-то момент разразилась буря в анналы истории вошедшая как «Охота на ведьм». Представьте себе: святая инквизиция, используя всего лишь крестьян и костры, вырезала под корень почти всю популяцию не только слабых неподготовленных к отпору полукровок, но и большую часть свободных, даже нескольких хозяев… Как вы понимаете становление «свободного» происходит на протяжении не одной сотни лет, это был удар, скосивший тогдашний костяк нашей расы под корень. Даже сейчас, ощущаются последствия… В спешном порядке был создан некий орган (позже получивший название «Тихий Совет») призванный спасти хотя бы то, что осталось. Не знаю уж, на какие ухищрения пошли члены новоиспечённого совета, но им удалось убедить человечество, что вампиров не существует вовсе. Впрочем, инквизиция буйствовала ещё достаточно долго, естественно пострадала масса совершенно невинных людей и видимо это стало одной из причин превращения словосочетания «охота на ведьм» в имя нарицательное. Представьте, что смогут сделать сегодняшние политики объединившись, если возникнет похожая ситуация. Имея бомбы, пушки и разрывные патроны. Тихий Совет создал свод правил названный Закон Маскарада – вампиры обязаны притворяться людьми и всячески скрываться.

– Я думал, вампиры неуязвимы…

– Заблуждение. Многие ткани действительно легко регенерируются, но есть определённые ограничения. Для среднестатистической особи выстрел в голову из дробовика одинаково смертелен, будь ты человек, животное или вампир. Что бы избежать ненужного словоблудия расскажите мне, что вы вообще знаете о вампирах.

– Ну, я читал «Дракула. Брема стокера».

– Сомнительное достижение… – увидев как Сет поморщился Знахарь спохватился: – Простите старого дурака, мой лорд, давнишняя заскорузлая привычка вставлять свои пять копеек, продолжайте, пожалуйста – Быстро добавил он лукаво улыбаясь.

– Зачем ты называешь меня на «вы», не то что бы мне было неудобно, просто режет слух и очень похоже на издевательство.

– Прошу прощения. Речь не в коем случае не идёт об издевательстве, хотя признаю, некоторая доля иронии в моём обращении присутствует. Думаю, мы можем легко это исправить. – Лицо лысого старика обрело серьезность, хотя в глазах ещё таились искорки задорного ребёнка желающего игр и веселья. – Не пойми меня неверно. Я не хотел тебя обидеть. Просто очень редко выпадает такая замечательная возможность, как подтрунивать над существом, которое теоретически намного могущественнее тебя. Пусть даже в данный момент находится, так сказать, в твоей полной и безраздельной власти. Я имею в виду, конечно же, информационный аспект дела. Давай забудем этот глупо неуместный клочок наших отношений и познакомимся заново.

– Конечно же, информационный, – передразнил Сет. – Но начать похорошему было бы замечательно…

Вампир поднялся и протянул руку. Пришлось встать и пожать её, чтобы не обидеть старика. Ладонь оказалась совершенно холодной и твёрдой, складывалось впечатление, что прикасаешься к руке покойника.

– Знахарь.

– Сет. – говорить своё настоящее имя он не собирался. – Это кличка конечно…

– Клички, дорогой друг, удел псов. А у тебя я полагаю прозвище, как и у меня впрочем.

– А… ну да.

– Своё, ты одобрил сам, а моё досталось мне в наказание. Очень любил на заре времён поэкспериментировать с науками, да и сейчас, если честно балуюсь, за что так сказать и был заклеймен товарищами по службе. Поскольку времена были седые и тёмные.

– А имя у тебя есть?

– Нет. Вернее, если оно и было, я об этом ничего не знаю…

Знахарь замолк, всматриваясь в потолок. Затем как будто что-то решив для себя отдёрнул таки свою руку, поскольку они так и стояли, сжимая рукопожатие, и уже стала ощущаться некоторая неловкость. Присели как по команде вместе и Сет что бы немного сгладить неловкость, взял свой бокал. Движение получилось дёрганным и неловким, вино плеснуло через край на пол. Желая выровнять бокал Сет пролил ещё немного напитка себе на штаны, после чего замер, глубоко вздохнул и улыбнулся. Заметив, что Знахарь тоже скалится безгубым ртом, он сел поудобнее и за весь вечер впервые расслабился. Вампир задрал голову и просто вылил своё вино себе в глотку, наконец найдя оптимальный способ питья, затем откинулся на спинку кресла и стал рассказывать. Голос его зазвучал намного дружелюбнее, чем был за всю беседу.

Однажды, открыв глаза, я ничего не увидел. Затем понял, что имею знание о том, что могу видеть, но не имею знаний о том, что именно я могу видеть. Кажется, я немного закрутил, да? Ладно… Очнулся в полной темноте, совершенно ничего не помня. Вытянув руки, обнаружил, что лежу в замкнутом пространстве, напоминающем ящик. Напрягся и попытался сдвинуть крышку, получилось. Она была жутко тяжелая, эта крышка, вырезанная из тёмного камня. Это был гроб, вернее саркофаг. Он стоял посреди огромного круглого зала куполом уходящего в темноту. Факелы приделанные к стенам на высоте человеческого роста практически догорали. Их умирающий свет не достигал вершины купола.

Ещё там были они… Тринадцать одинаковых саркофагов из чёрного мрамора, расположенных по окружности вокруг невысокого постамента в центре. На постаменте испещренном множеством витиеватых символов, как демон ночи возвышался незнакомец. Тогда он казался мне воплощением могучей силы и безраздельной власти. Я был напуган, точнее мы все были напуганы, все тринадцать мертвецов одновременно вылезающих из своих мраморных утроб. Конечно же, мы не знали что мертвы, да мы вообще ничего не знали, и это делало двухметровую фигуру с мышцами атлета стоящую в позе уверенного в своих силах воина – Богом. Богом, по крайней мере, для нас ничтожных. В последствии Каин всегда старался поддерживать в нас непоколебимую уверенность в своём превосходстве над нами. Мы не могли ему не верить, поскольку не представляли, что может быть иначе. Мы были только слугами призванными для служения и почитания. Владыка не стремился безраздельно властвовать над нами предоставляя определённые свободы и поощрения, но наказания за неугодные поступки были страшны. По крайней мере, по началу. Это потом я понял, что отсечённая рука отрастёт снова, а выбитый глаз через несколько недель снова станет видеть. В начале же было просто жутко, я уж молчу про то, как это мучительно болезненно. Каждому было дано новое имя в соответствии с умениями или качествами. Моё мне досталось за тягу к составлению различных зелий и интерес к наукам сопутствующим этому.

Мы стали Апостолами. Так нас называли те немногие, кто выживал после знакомства с нашей силой. Хотя это было много позже. В начале же было обучение. Обучение всему, что должен знать Свободный. Несколько веков, что хозяин натаскивал нас, мы менялись, становились сильнее, быстрее и живучее. Естественно всех учили владеть оружием, а в последствии тактике, стратегии боя и основам командования армией. Пока не настал момент выполнять своё предназначение, уготованное нам создателем. Сейчас мне даже смешно: мы именовались Свободными, хотя, по сути были рабами Каина. Несли его волю в окружающий мир. Воля его сводилась к одному: ВЛАСТЬ. Он хотел властвовать над всем и вся. Обладать миром или мирами, коли таковые существуют. И мы его верные генералы вели непобедимую армию Каина. Практически четыре сотни лет мы создавали бойцов полукровок и обучали их всему, что некогда преподал нам наш создатель. Земли вокруг Замка Заката опустели и пришли в упадок. Неплодородная почва и суровый климат и до этого не способствовали развитию региона, а уж после воцарения Каина почти все пахари переродились в нежить. Орала были перекованы в мечи.

Когда численность армии возросла до пяти тысяч, в нынешнее время число смехотворно, но учитывая тогдашние реалии и качество воинов вампиров, это неимоверное количество. Возникли естественные неурядицы с питанием. Беря во внимание специфику потребностей кровопийц, выход тут один: движение в людские массы или попросту завоевание. Вот тогда-то мы и заслужили своё звание Кровавых Апостолов Заката. Реки крови и горы трупов.

Столетняя война, а соответственно и более чем обильное питание, превратили наших полукровок в закалённых кровью и сталью бойцов. Северные пределы мира стали вотчиной тьмы и хаоса порождённой всевластием вампиров. Что такое для вечно живущих простой смертный – букашка. Слабый выдох натруженных лёгких. Ничто.

Такое положение вещей естественно не могло продолжаться вечно. Когда влияние Каина стало распространяться в южные земли. Людские Князья, обычно разрозненные междоусобицами, стали объединяться перед лицом новой опасности. Но что они могли противопоставить мощной и мобильной армии приходящей после заката и бесшумно пробирающейся внутрь укреплений и замков. Наутро солнце освещало только безлюдные пустые строения. Солнце. Только его лучи затормаживали продвижение наших войск. Сложно спрятать тысячное войско от неумолимо наступающего рассвета. Нет, мы не рассыпаемся в прах от одного прикосновения лучей светила, но пятнадцатиминутное пребывание вампира под прямыми солнечными лучами обеспечит ожоги четвёртой степени даже для самых стойких. Благо практически любой замок обычно изобилует подвальными помещениями. Там мы прятались днём как крысы и мечтали о возвращении в Северные пределы. В место, которое смертные называли Сумрачные Земли, поскольку рассвет там не наступал никогда, а вечно царили утренние сумерки: Когда солнце вот-вот должно взойти и окончательно рассеять тьму. Такое «вот-вот» зависло там навечно, даруя раздолье нашей расе. Надо сказать, что пребывание наше в подвалах было не долгим, поскольку мы продвинулись на юг всего лишь до мест, где день продолжался несколько часов, но уже это сильно замедлило наше движение.

«У Сета возникла уйма вопросов о местонахождении данных территорий, но Знахарь рассказывал с таким важным видом, видом человека раскрывающего нечто давно давящее и не дающее покоя. Такое, что никому и никогда не было открыто. Перебивать его казалось немыслимым оскорблением».

А затем исчез Тринадцатый. Впрочем, он всегда был самым невезучим. Пожалуй, одного его Каин наказывал больше раз, чем нас всех вместе взятых. Просто ходячая неприятность. Даже только переродившись в зале призыва и вылезая из саркофага он умудрился срезать себе с руки два пальца каменной крышкой.

Со своим отрядом он был послан на захват следующего замка и подготовки плацдарма для прибытия основных сил. Ничего выдающегося. Закат, наступление темноты, молниеносный марш-бросок (километров сорок не больше), преодоление стен и укреплений, быстрая резня, затем разведка подземелий. Обычное задание. Даже я, не самый сильный из Апостолов, проделывал такое не один раз. Гонец должный прибыть с докладом об успехе ещё до конца ночи, не явился не в следующую ночь, не в послеследующую. Разведчики, посылаемые нами каждую новую ночь, так же не возвращались. Естественно Каин послал на разведку Тень.

Седьмой кто выбрался из каменного гроба наружу был Тень. Замечательный разведчик, получивший своё прозвище по заслугам. Тихий как кошка и незаметный как капля воды в водопаде. Не очень хороший воин, но идеальный убийца и шпион. Он выбрался из саркофага седьмым и в седьмую ночь после пропажи Тринадцатого был послан в Замок Луга для проверки наших опасений.

Этот замок и окружающие его земли имели стратегическое значение. Именно это строение отвечало всем нашим требованиям для наилучшего ведения дальнейшей компании. Гигантские подземные катакомбы на которых он был построен были бы замечательной базой для размещения основных сил, а гористая местность со множеством естественных пещер идеальным укрытием для небольших карательных отрядов, которые могли укрепить наше влияние в округе. Каин собирался сделать его своей резиденцией и именно оттуда начинать крупномасштабное завоевание мира. Хм…

Перед восьмым восходом солнца Тень вернулся. Ещё до конца седьмой ночи. Семёрка его счастливое число и именно этим числом был украшен его стяг, но в этот седьмой день вести были плохими. В замке Луг всю ночь ярко горели факелы и он был полон народу. Смертные праздновали свою первую победу над нежитью. На стенах стоял тройной караул, а пьяные солдаты в тавернах шептались о скором походе. И что самое скверное Тень заметил в замке Перворожденных.

Перворожденные или Светорожденные, Справедливые, Мирные – дошедшие до наших времён предания называют их ещё Эльфами. Великая и могущественная раса долгоживущих. Как людям удалось заполучить их в союзники история умалчивает. Хотя лично я думаю, что эльфы как существа мудрые сами предложили людям помощь в деле постановки зарвавшейся нежити на положенное ей место.

В любом случае Каина это не слишком испугало, скорее расстроило. От своих планов он в любом случае отказываться не собирался. Зато немного их подкорректировал и вместо обычного отряда в двести вампиров отправил на взятие Луга всю армию. На следующую ночь мы все были у стен. Нас естественно не ждали, поскольку на восходе Армия Зари сама должна была отправиться нам на встречу, но прихода нашего опасались. Отряды вампиров были замечены ещё на подходе, поприветствовать их вышли тысячи горящих ярко-алым пламенем стрел, а стрелять эльфы, надо сказать умеют. Так у стен замка Луг встретились закат и рассвет. Две армии, два полюса. Не буду подробно описывать дальнейшую схватку. Скажу только что впервые увидел, как сражается Перворожденный. Их сила и скорость ничуть не уступает вампирьим, а уж мастерство владения клинком, пожалуй даже превосходит. Их воины с парными мечами – «танцующие лезвия», кажется, так их называли этих убийц. Я как завороженный смотрел с какой грацией эти машины смерти прореживают ряды наших полукровок. Грандиозное зрелище надо признаться. Нашим закалённым в боях воинам, конечно, тоже было что продемонстрировать противнику, но оказалось что нас почти в три раза меньше, да и их маги выдавали такое, о чём я со своим шаманством даже сейчас могу только мечтать.

Именно тогда я начал понимать, что мир гораздо обширнее, чем мне казалось, что в нём есть место для эльфов, драконов и магов, а Сумеречные земли (которые были для меня огромной вселенной) это лишь маленький клочок карты, который легко можно закрыть ладонью. Тогда у меня мелькнула мысль, что может и Каин не всемогущий бог, а всего лишь один из нас. Хотя тогда подобное отдавало мне въедливым запахом ереси и стоило бы мне головы, если бы я упомянул это в слух. Подумать только, сколько всего превратилось за это время в легенды и сказки. Я рассказываю минувшее как мультфильм с элементами фэнтези и любой здравомыслящий, современный человек услышав такое только покрутит пальцем у виска. Да…

В Замок Заката нас вернулось ровно четырнадцать. Каин, что обычно было ему несвойственно, не бросил своих Апостолов в бой. Мы наблюдали всё со стороны, находясь в резерве. Мы генералы и апостолы Каина и ещё один. Все звали его Клык. Он и до перерождения отличался завидной статью и силой, а уж после… Просто гигант. К тому же достаточно проворный и умелый воин. Но владыка приблизил его к себе, кстати, буквально за несколько лет до краха, скорее благодаря собачьей преданности Клыка, чем за физические данные. После смерти Тринадцатого, а теперь в его смерти уже не приходилось сомневаться, Клык занял его место. Хотя нет, не его. Тринадцатый был последним апостолом, а Клык стал первым. Остальные его завистливо недолюбливали. Ещё бы: мало того, что простой полукровка, пробился в Свободные, так ещё помнил своё прошлое до перерождения (по этому поводу мы завидовали всем, поскольку своего прошлого не помнили только мы) и был поставлен над нами, апостолами, старшим – то есть стал правой рукой Каина. Невиданная удача, хотя надо признать вполне заслуженная.

В последующий месяц в Закат вернулось ещё с полсотни наших воинов. Это всё что смогло уцелеть в битве. Некоторых посчитали мёртвыми, некоторые успели сбежать с поля боя, когда поняли неизбежность поражения. Последние, кстати, подошли к замку не намного позже нас.

Но вернулись мы в никуда. Территория вокруг была опустошена и покинута даже животными. Земли Заката стали безжизненной пустыней, а вокруг практически на неделю пешего пути были только предрассветная серая мгла да ветер, завывающий в пустых коридорах и башнях поместий и замков разорённых вампирами. Люди не спешили в них возвращаться. Да собственно и возвращаться было некому. Мы сами, своими клыками и когтями уничтожили всё живое в округе. Никто не выживал после нападений, а новые жильцы только плевались, услышав о северных пределах населённых нежитью. Единственные создания осмеливающиеся забредать далеко в глубь Сумеречных земель – воины Ордена Серафимов. Небольшие мобильные группы хорошо вооруженных и подготовленных к схваткам с нежитью людей, натасканных Перворожденными – маленький подарок эльфов младшим братьям. Серафимы стали всё чаще прохаживаться по Сумраку, вылавливая и предавая огню все, что посмело остаться живым после смерти. Светорожденные научили их такому, что по эльфийским понятиям людям ни в коем случае знать не полагалось. Взамен взяв слово, что данные знания навсегда останутся внутри ордена и будут использоваться только для борьбы с нежитью. Учитывая напыщенность и показное превосходство эльфов над всем и вся, а так же ревностное оберегание своих секретов, дело почти немыслимое. Видимо Каин умудрился напугать даже ничего не боящихся Перворожденных.

Естественно, что Сумрак не ограничивался землями Заката. Вокруг проживали и другие кланы вампиров находящиеся в относительном мире с людьми. И если до этого они просто побаивались Каина. В виду своей малочисленности и слабости сидели тихо и не показывали носа, довольствуясь лишь объедками с барского стола. То теперь осаждаемые Серафимами с одной стороны и сильным оттоком людских доноров с другой, стали предъявлять Каину определённые претензии. Кое-кто как я слышал, даже пытался вести переговоры с людьми но, судя по всему, это не увенчалось успехом.

Круг сужался. Мы стали опасливо коситься по сторонам находясь на поверхности и переместились жить в замковые подземелья. Часто собирались вместе, обсуждая возможные дальнейшие действия, и с сожалением замечали, что нас становиться всё меньше. Кого-то забирали Серафимы, кто-то сбегал, ища лучшей доли. Мы не пытались искать бежавших, было не до того. Лишь Каин, удалившись в Зал Призыва, казалось, не замечал надвигающейся опасности. Ничего не изменилось в его поведении, он вёл себя так словно всё идёт по намеченному плану. Даже, пожалуй, был веселее обычного и постоянно пропадал в своей берлоге, проводя бесчисленные эксперименты, как мне казалось. Каин заставил нас перетянуть целую уйму ящиков в Зал Призыва, что в них он не распространялся, а спрашивать нам не полагалось, хотя лично мне было безумно интересно. Но навыки и привычки привитые нам с момента перерождения не оставляли даже возможности помыслить о каком-либо непослушании либо проявлении излишней инициативы. «Создателю виднее, ибо он мудр» – Это всё что приходило в наши головы при появлении спорных вопросов.

Единственный кто не был подвержен слепой вере и безоговорочному подчинению Каину, как ни странно, был Клык. Клык, который-то и пробился в верха только благодаря щенячьей преданности хозяину. Мало того, что он был умелым и сильным воином, оказалось в его черепе находиться что-то помимо ливера. Причём его ума хватало даже на то чтобы скрывать такие опасные вещи как проницательность и ум. Каин никогда не любил выскочек, а таковым был любой, кто выражал в его присутствии мысль более здравую, чем мысль создателя. Именно Клык зародил в наших душах зерно сомнений и как мы вначале считали – предательства. Ему удалось так убедить никому не доверяющего Каина в своей преданности, что тот допустил его в свой святая святых Зал Призыва. Там Клык, совершенно случайно, увидел открытую книгу.

Надо сказать, что достаточно зрелые вампиры обладают фотографической памятью. Возможностью вспомнить всё виденное до мельчайших подробностей. Даже то, что было незамечено при изначальном осмотре, может быть тщательно изучено в последствии благодаря концентрации определённых сил и навыков.

Так вот. Поднявшись в смотровую башню, возвышавшуюся над замком, вести очередной дозор (поскольку нас осталось слишком мало, эта обязанность так же была возложена и на апостолов), Клык маялся от безделья и занимался всем кроме естественно обзора прилегающих земель для выявления надвигающейся возможной опасности. Решив немного потренировать память, он досконально вспомнил открытые страницы книги и прочёл их. После чего немедленно покинул пост, собрал остальных апостолов в дальней келье, что, кстати, было непросто проделать незаметно, и сообщил, что жить нам остаётся трое суток.

В книге описывался древний ритуал передачи духа от тринадцати вампиров одному единственному, вследствие которого этот единственный становился равным ангелам небесным, а остальные умирали. Приблизительно так. Даже ежу стало бы понятно кого приготовил Каин для жертв ритуала. Но честно признаюсь никого из нас тринадцати кроме Клыка эта перспектива не пугала. Мы были призваны для служения и почитания. Всю жизнь мы были рабами и слугами. Возможность послужить создателю ещё один последний раз наполняла наши сердца только гордостью. Клыку стоило немалых трудов убедить нас в том, что мы имеем право на жизнь не меньше чем Каин. Поначалу, правда мы скопом накинулись на него, связали, и уже было собрались препроводить его к хозяину, но он вымолил дать ему последнее слово. Впоследствии оказалось, что брат Клык весьма красноречив и умеет чертовски логично мыслить. Никогда бы не сказал этого до этой его пламенной речи. Вечно серьёзный до угрюмости, молчаливый и склонный к одиночеству он производил впечатление весьма посредственного, если не сказать тупого, исполнителя приказов. Он удивил нас всех, ещё больше мы удивили себя сами, вдруг осознав пределы своей так называемой свободы под крылом создателя. Мы, его верные рабы, уже давно заслужили право называться ему ровней и только вбитые в нас законы поведения не давали понять этого. К этому времени каждому из нас было около тысячи лет. Только распоследний дурак, переродившись во тьму Свободным вампиром, мог за это время остаться всего лишь – Свободным вампиром. Мы все давно стали Хозяевами, даже простое осознание этого факта освободило нас от вечного служения Каину. Мы уже отдали свой долг создателю.

Однако нужно было обвыкнуться с вновь приобретённой свободой, тысячелетие рабства не может пройти бесследно и предложение Клыка немедленно бежать было непреклонно отклонено, мы всё ещё верили в мудрость хозяина.

В назначенный час, ровно через трое суток, в день зимнего солнцестояния Каин призвал нас к себе. Зал Призыва был всё так же велик и яркий свет только что зажженных факелов не рассеивал тьму, скрывающую потолок, что не мешало бы нам видеть все так же чётко, как при свете дня видит человек, если бы чуть выше колон окружающих алтарь не клубился тёмный непроглядный туман. Восьмиугольный постамент в центре зала был всё так же испещрен символами. Теперь я знал, что это руны силы, они часто попадались мне в моих изысканиях, я даже пытался использовать их в некоторых своих экспериментах, впрочем, не добившись больших успехов из-за недостатка информации. Каин видимо знал о них неизмеримо больше, но не спешил посвящать меня в эти знания, хотя и видел во мне предрасположенность к тайным наукам. К старым рунам видимым мною прошлый раз добавилось много новых. Мы, конечно, бывали здесь неоднократно, но обычно алтарь был скрыт чёрным сукном, а нам предписывалось не отрывать взгляд от пола, находясь в зале. Как я уже говорил по окружности вокруг постамента вместо бывших здесь ранее саркофагов теперь стояли колонны. Каждая около двух метров в высоту и полметра в обхвате, с каждой свешивалась посеребрённая цепь, последнее звено которой было кандалами. На каждой был выбит знак, такие же знаки красовались на стягах дарованных каждому из нас Каином. Колонна каждого была отмечена и предназначалась только ему.

Как гром среди ясного неба поразило меня понимание. Всё бывшее до этого: наше перерождение, обучение, последующая война, воспитавшая нас и позволившая нам войти в силу, поражение – лишившее нас верных полукровок, готовых гореть за нас в адском пламени и оставившее нас один на один с Каином, всё это лишь подготовка к ритуалу должному пройти сегодня. Тысячу лет создатель воспитывал и откармливал нас как свиней на убой. Но, чёрт возьми, такое упорство в достижении цели вызывало восхищение. Я поразился мудрости и терпению своего хозяина. Планировать что-либо это лишь часть дела, воплощение в жизнь всегда несоизмеримо труднее, тем паче растянувшееся на тысячу лет. Вся моя жизнь была лишь частью этого ритуала. Я был создан для его проведения и в последний миг не нашел в себе сил отказаться от замысла создателя. Когда остальные двенадцать апостолов бросились в бой, я преклонил колени и опустил голову перед владыкой воистину достойным быть равным небесным ангелам.

Знахарь замолчал, глядя в пустоту перед собой. Хотя он видимо видел в этой пустоте нечто происходившее очень давно и бывшее ему дорогим. Прошло, наверное, минут пять, прежде чем Сет осмелился нарушить тишину, опустившуюся на комнату и прерываемую только тихим потрескиванием дров в камине.

– И что случилось потом? Судя по тому, что ты здесь, вы победили.

– Мы проиграли. Каин стал Хозяином, задолго до того как мы появились, иначе у него бы просто не хватило сил на наше создание. Он был не только умелым бойцом, но и обладателем навыков магии крови, Доступной любому достигшему статуса Хозяина но, к сожалению, миновавшему нас, апостолов. Я думаю, Каин каким-то образом затормаживал наше развитие, преследуя свои давно задуманные цели.

– Он оставил тебя в живых в награду за то, что ты не напал на него?

– Нет, скорее в наказание. Он не умертвил никого из тринадцати. Он был настолько силен, что смог победить и при этом оставить нас в живых. Мы были просто детьми по сравнению с гигантом. Я, конечно, не видел самой схватки, но по тому насколько быстро она окончилась, могу судить, что ему не стоило бы больших усилий даже вырезать всех Перворожденных в замке Луг в одиночку. Единственное, почему он этого не сделал, было то, что таков был план.

– Так он вас отпустил.

– Ты был невнимателен, Каин не настолько великодушен. Он выбрал для нас наказание хуже, чем смерть. Наложил на меня заклятие, после которого моя кожа приобрела этот неестественный для вампира зеленоватый оттенок, а волосы рассыпались в прах. Я остаюсь таким же слабым как в день перерождения, сколько бы не пытался копить силы. Моим братьям досталась доля не лучше, они лежат в тех саркофагах, из которых вышли при перерождении, находясь в неестественном полусне. Лишенные возможности умереть или хотя бы уснуть и неспособные выбраться наружу. По сравнению с их участью мне просто повезло.

– Ты не пытался им помочь?

– За те тысячелетия многократных попыток исцелиться, я понял, что не могу помочь даже себе. Я заперт в своём проклятии. Да и не каждый вампир способен пройти врата, закрывающие Зал Призыва.

– Кажется, я начинаю догадываться, о чём ты попросишь меня за свою помощь.

– Честно говоря, совершенно не собирался рассказывать тебе эту историю так скоро.

– Да, думаю, до того момента пока я окажусь достаточно силен, чтобы сразиться с Каином пройдёт не один день, но я рад, что ты оказал мне доверие сразу. Я…

– Сразиться с Каином?

Знахарь разразился таким заливистым смехом, что кресло под ним чудом не затряслось вместе с телом владельца. Сету даже показалось, что оно таки немного сместилось, хотя весить должно было порядочно.

– Сразиться… Да ты с ума сошел друг мой. Отважный, но глупый. Да я бы и не стал просить о таком, даже если бы в этом была необходимость, это же самоубийство.

– То есть, необходимости нет? Он разве не охраняет больше свой зал?

– Я ещё не рассказал конец истории. И ты сделал неправильные выводы. Уложив апостолов в саркофаги… Ума не приложу, почему он не провёл ритуал над нами насильно? Видимо для этого нужно согласие жертв, а может ещё что-то мне неизвестное, но он провёл обряд, выбрав тринадцать первых подвернувшихся вампиров из оставшейся армии. Не удивлюсь, если даже добровольцы нашлись. Естественно такая замена не могла быть адекватной, но подходящее время для ритуала выпадает раз в год, а воспитание новых апостолов и подавно долгий процесс. Поэтому Каин выбрал парней покрепче среди оставшихся и попытался довольствоваться малым. Не знаю, как всё прошло, но визуальных изменений я в нём не заметил, когда он вышвыривал меня через арку ворот. Никогда до этого я не замечал, что в зале есть какие либо двери кроме тех, в которые мы входили, но… Я вывалился в незнакомую пещеру, вход позади захлопнулся. Немного пошатавшись по тоннелям мне удалось выйти наружу. Как мне удалось не наткнуться после на отряды рыскающих повсюду Серафимов, сам не знаю, видимо повезло. Я брёл около недели, не разбирая дороги, пока не осел в каком-то селении, люди которого стали считать меня старым свихнувшимся шаманом. Всё-таки кое-что могу по мелочи – излечить недуг, принять роды. Времена, нравы и империи менялись, я искал средство исцеления и оставался на месте, чтобы не потерять места заключения своих братьев, ландшафт, знаешь ли, за эти годы порядком изменился. И вот я тут, разговариваю с тобой и нахожусь до сих пор в начале намеченного пути. Хотя благодаря твоему появлению теперь, по крайней мере, есть надежда.

– Чего-то я не возьму в толк…

– Если дослушаешь, возьмешь.

– Извини.

– Ничего. Так вот. Некоторое время Каин ещё проявлял активность в этих землях, а затем резко исчез. Это случилось буквально через год после моего изгнания, после очередного дня зимнего солнцестояния. Не знаю, может, он решил заменить качество жертв ритуала – количеством и двух обрядов хватило, может быть были другие причины. Он исчез, а я ждал его появления, но недолго – лет сто пятьдесят. Затем осмелел и сделал вылазку к замку. Замка конечно уже не существовало, даже руины стёрлись временем, но подземелья остались и арка ворот тоже. Мне удалось их открыть, однако входить в них я опасаюсь. Поскольку ни один из посланных мной внутрь разведчиков назад не вернулся, а их за эти тысячелетия было ой-ой-ой как много. Последний раз даже японский робот.

– Боже мой! Сколько тебе лет?

– Честно говоря я сбился на второй тысяче, но по развитию я всё тот же свежеподнятый Свободный.

– Погоди-ка – Сета вдруг осенила догадка – так ты хочешь использовать меня как очередного разведчика? А если Каин всё ещё там и именно поэтому никто не вернулся? Сомнительное предприятие…

– Он всё ещё там и за это время ни разу не дал о себе знать? Чушь! Я думаю, ему не удалось проведение второго обряда и он погиб. Только этим можно объяснить его внезапное исчезновение. Дикая глупость несколько тысячелетий сидеть в катакомбах для существа с такими амбициями как у него.

– Ну ладно, но тогда может после неправильного проведения обряда там царит что-то похуже, чем Каин? Раскалённая магма, серное озеро, Содом и Гоморра какая-нибудь. Да мало ли… – Сет поежился, когда представил, как он открывает ворота, а на него летит струя раскалённого пламени, а затем вдруг осознал нестыковку в рассказе Знахаря. – Постой. Ты говорил, что открыл ворота, а они ведь находятся прямо в Зале Призыва, я так понимаю?

– Совершенно верно. – полуистлевшие губы вампира соорудили подобие доброжелательной улыбки.

– Какого же тогда просто не заглянуть во внутрь?

– Правильное наблюдение мой дорогой будущий лорд-правитель, – подобие улыбки стало шире: – Так и нужно мыслить. Я всё ждал, когда ты спросишь. Тут признаюсь, есть небольшая загвоздка. В дверном проёме клубиться непроглядная тьма наподобие той – что раньше окутывала потолок зала.

– Так может эта тьма и убивает всё живое и неживое тоже, раз даже робот не вернулся.

– А вот и нет. В один из дней я было чуть не решился сам исследовать зал, глупость с моей стороны, но иногда даже самая глубокая чаша терпения может переполниться – надоело жить в неизвестности. Здравый смысл вернулся ко мне вовремя, но я успел по локоть погрузить руки в этот чёрный туман как видишь ничего не случилось. Нет, я думаю, сама эта тьма безопасна, угрозу видимо представляет то, что она скрывает. И… – Знахарь немного повысил голос, когда заметил, что Сет собирается что-то возразить – Я не говорил, что робот не вернулся.

Сет даже подпрыгнул от возмущения. Ну что за раздражающая манера утаивать важные сведения, а затем делать из собеседника дурака. Он уже хотел начать обличительную тираду, но Знахарь не дал ему этого сделать, продолжив говорить.

– Вижу, вижу твою реакцию, но поверь, ничего важного он из этого путешествия не вынес. Робот, эдакий маленький жук на гусеницах, имел очень простую программу: въехать вовнутрь и сразу же выехать назад. Естественно к нему прикреплена камера. В течение пяти секунд, что она работала в зале, ничего кроме помех эта камера не зафиксировала, а затем и вовсе сломалась. Я перебрал несколько вариантов аппаратуры, даже простой плёночный фотоаппарат и прибор – собирающий пробы воздуха. Робот курсирует туда и обратно достаточно часто, иногда я запускаю его чтобы просто понаблюдать саму процедуру (от скуки, в общем) и одно я знаю точно: зал сохранился. Он не засыпан и в нём нет ничего опасного. Робот протаскивал привязанную к нему веревку, по крайней мере, метров на десять во внутрь, прежде чем встречал препятствие, я думаю это одна из колонн находящихся в зале, и беспрепятственно возвращался обратно. Крыса в прицепленной к роботу клетке совершенно не пострадала. Уйму времени ломаю голову, почему не вернулся ни один человек или полукровка. Поскольку пропадают только существа наделённые интеллектом я подумал, что возможно нужен кто-то в чих жилах течёт что-то погуще обычной крови. Например, один из вампиров Хозяев, Каин же проходил.

– А может достаточно и свободного? Ты ведь однажды тоже прошел.

– Разумное замечание именно эта мысль чуть было не подтолкнула меня попробовать самому. Я упоминал этот случай. Однако при здравом размышлении я припомнил одну деталь, Каин проклял меня уже после того как мы вышли. Сам понимаешь, на какие выводы это наталкивает.

– Тогда почему бы не попросить одного из свободных…

– Ну, нет! В моём теперешнем состоянии я не смогу контролировать такого порученца, а это чревато как минимум разглашением тайны, а то и попахивает вмешательством Тихого Совета. Такое внимание мне не к чему.

– А меня контролировать, значит, ты сможешь?

– А тебе самому не нужно такое внимание. Значит и мой контроль тоже не нужен. Здесь мы с тобой обоюдно заинтересованы.

– Угу. Единственное различие только в том, что я совершенно не заинтересован вообще проникать в этот ваш Зал Призыва. На кой ляд мне это? Кроме конечно информации, которую ты можешь мне предоставить.

– А я и не прошу тебя туда проникать. Я рассказал тебе эту историю, чтобы с чего-то начать наше партнёрство. В надежде, что ты оценишь доверие, которое я тебе оказываю своим рассказом. Теперь не только я могу сдать тебя Тихому Совету, но и ты меня. Совет считает меня обычным Свободным, слегка сбрендившим от старости и рассказывающем небылицы о апостолах. Иначе давно бы прибрал к рукам моих братьев и меня. Мы в равных положениях. Это подтверждает мою добрую волю и показывает желание сотрудничать, а не использовать.

– О! Ну это…

– Надеюсь, что так называемое тобой «это» – станет началом нашей дружбы.

– Мда… Я тоже, тем более что если, как говориться, хоть половина из того, что ты рассказал, правда…

– Ты сомневаешься в моих словах?

– Нет. Просто твой рассказ всё так переворачивает с ног на голову, всю историю человечества, а это несколько шокирует.

– Ну не настолько чтобы вся знаемая тобой история была неправдивой, просто взгляд с другой стороны не более. Да, кстати, солнце уже село, не желаешь прогуляться? Тут не далеко.

Закат действительно давно догорел и на небе во всю сияли звёзды. Пожалуй, только в деревенской местности, в отсутствие неоновых огней города, можно увидеть столько звёзд.

В комнате с камином оказалась потайная дверь прикрытая ковром. Знахарь поднял его и они вышли в коридорчик, который в свою очередь заканчивался гаражом. Старик негромко вскрикнул и тот час из бокового прохода выскочил парень лет тридцати одетый в приличный костюм, ещё бы фуражку и галстук получился бы вылитый водитель английских лордов.

– Заводи свой тарантас Рад, проедемся к фабрике.

Говоря это Знахарь уже открывал дверцу видавшего виды Опеля и махнул Сету рукой, приглашая внутрь. Автомобиль завёлся с пол оборота и тихо урча, мягко тронулся. Ехал Рад потихоньку, даже несколько осторожничая. Всё же старые подружки бабули как всегда болтают лишнее, мол, гоняют цыгане по ночам на своей чёрной машине как угорелые спасу нет. Сет про себя улыбнулся. Старым деревенским сплетницам только дай открыть рот.

– Вот езжу на этой развалюхе, а ведь у меня в городской резиденции лимузин, – Знахарь откинулся на спинку сиденья и смотрел в боковое окно. – Но привык, знаешь ли, за эти годы к осторожности. Не гоже тут на лимузине ездить, да и дороги тут для него не очень.

Автомобиль не разгонялся более шестидесяти километров в час, а уже через пятнадцать минут они были на месте. Небольшое серое, двухэтажное здание встретило их светящимися окнами.

– Пришлось тут для отвода глаз кирпичный заводик построить. – улыбнулся Знахарь. – Однако оказалось что глина в здешнем карьере действительно хороша, кирпичи качественные выходят. Опять же и местные жители довольны и привози к катакомбам хоть фурами что угодно, а подозрений не вызовешь. Нам сюда.

Он указал рукой в обход основного строения. Там прижимаясь к небольшому взгорку, находилось ещё одно строение, вернее даже не прижималось, а вросло в него. Задней стены не было видно, поскольку здание казалось засыпано возвышающимся над ним холмом. На крыльце вывеска гордо гласила: «Администрация». Внутри действительно всё выглядело как в офисе небольшой фирмы. Кабинеты с надписями: Директор, бухгалтер и прочие атрибуты административных зданий.

Они вошли в серую, невзрачную дверь с рисунком швабры и ведра на облупившейся поверхности и пройдя вниз один пролёт лестницы оказались в невысоком зале без окон. Вдоль стен стояли стеллажи с инструментами и прочей ерундой сопутствующей автомастерским. Три человека в синих робах что-то негромко обсуждали, склонившись над чем-то лежащим на столе в углу. Завидев гостей, они поприветствовали зашедших кивками голов и вновь вернулись к своим делам. Знахарь увлёк Сета к дальней стене помещения, где в углублении был встроен подъёмник, достаточно большой для перевозки легкового автомобиля. Вниз он двинулся со скрипом и клацаньем, хотя двигался плавно. Внизу их встретил ещё один зал с шершавыми стенами явно естественного происхождения, скорее он напоминал небольшой грот. Единственная вещь явно сделанная руками мыслящего существа, кроме конечно доставившего их сюда подъёмника, была арка полукруглой формы, вырубленная в стене. Арка состояла из панелей покрытых причудливыми знаками. Они слабо мерцали зеленоватым светом. Внутри арки плавала чёрная, непроглядная мгла. Клубилась, будто дым от горящей покрышки.

– Ну, вот собственно мы и на месте – нарушил вампир царящую в зале гнетущую тишину.

Перед аркой, словно брошенная игрушка стоял миниатюрный гусеничный танк, только без башенной надстройки. Выглядывающие из-под кожуха шестерни и пружины в корне убивали мысль о какой либо электронике могущей присутствовать в его чреве. Сет подошел ближе и рассмотрел ручку приделанную сбоку и явно служащую для завода пружины. Как в детских игрушках.

– Ты же говорил японский робот? – недоуменно повернулся он к Знахарю.

– Не надо думать, что я лгун, – склоняясь над роботом старик перевернул его на бок с явным усилием, игрушка видимо весила немало, – Вот взгляни.

На днище, ближе к левой гусенице красовалась надпись: «Made in Japan». Ручка на боковой поверхности действительно служила для завода робота. Смешно конечно называть роботом самоходную игрушку, могущую двигаться только вперёд или назад. На задней панели маленького вездехода было несколько рычагов, посредством которых выставлялась дальность его движения вперёд, затем срабатывал механизм, и гусеницы крутились в обратную сторону. В движение его приводила пружина, которую естественно каждый раз нужно было заводить заново.

– Никакая электроника там не работает. – пояснил Знахарь. – Всё приходит в негодность только прикоснувшись к чёрному туману. Пришлось изготовить на заказ этот анахронизм. Мороки конечно с ним много, но работает исправно.

– А ты говорил, прибор для пробы воздуха запускал.

– Верно, насос на такой же пружине и с резиновым мешком. Вездеход проехал внутрь насос закачал воздух в мешочек, а уже тут мы этот воздух проверяли на примеси ядовитых газов. Просто и безотказно.

Они вернулись в цыганский особняк задолго до наступления рассвета. Попусту рисковать Знахарь не любил. Хотя его автомобиль и был оснащён специальными стеклами, не пропускающими ультрафиолет, ездить днём вампир никогда не удосуживался. Совершая свои вылазки только с наступлением темноты. Лучше перестраховаться.

– Теперь Сет хотелось бы обсудить наши дальнейшие действия.

– Какие действия?

– Ты же не собираешься и дальше влачить своё жалкое людское существование, имея таких друзей как я?

– Ну не знаю, не такие уж мы ещё друзья. Да и какое существование по твоему я должен влачить?

– В общем так. Для начала уволься с работы, продай квартиру. Отъезд твой не должен быть внезапным. Исчезни медленно. Распусти слух среди знакомых, что нашел местечко получше. Прописаться тебе будет лучше у своей бабули – не стоит нарушать паспортный режим. В ближайшие лет сорок твои документы могут нам пригодиться. Квартиру тоже продавай с умом, деньги конечно небольшие, но ненужных подозрений вызывать не стоит.

– И чем же я буду заниматься? Торчать в твоей пещере?

– Нет, учиться. Учиться всему, что должен знать, тот в кого в ближайшие века я собираюсь тебя превратить, похититель душ.

***

В тот же день лёжа в кровати Сет размышлял. Он не спал уже трое суток. Видимо организму перестроившемуся на новый лад сон не особо нужен. Знахарю он ничего не обещал кроме разве что подумать. Но то, что они узнали друг о друге, вроде как уже обязывало его принять предложение стать учеником вампира. В любом случае, возврата к старой жизни уже не будет. Существовать в одиночку, по крупицам собирая информацию о себе самом и знать, что есть существо способное всё досконально разъяснить глупо. Это понятно. Но и бросаться в объятия первого встречного глупость не меньшая. Пусть даже его история и внушает доверие. Настолько насколько вообще может внушать доверие старая легенда. С другой стороны в душе уже зрело предчувствие великих событий могущих случиться согласись он на ученичество. Это как попасть в сказку. Разве не об этом мечтает каждый мальчишка отходя ко сну? Стать частью чего-то тайного и великого. Сет ещё долго придумывал плюсы и минусы двух вариантов выбора, но в глубине души знал, что сделал выбор ещё там, в доме Знахаря.

***

За окном темнело. На улице полное безветрие отчего открытая форточка никак не помогала разогнать духоту в полупустой квартире. Наполовину выпитая четвёртая чашка кофе успела остыть. Заняться практически нечем. Скукота. Телевизор, компьютер и кое-что из мебели Сет уже успел продать, а вот с квартирой не заладилось. Несколько покупателей приходили, но одних не устраивал район, а других дом старой постройки. Цена вроде всех устраивала, но ответ был один и тот же: «Мы подумаем и вам перезвоним». В общем, делать было совершенно нечего и как назло в холодильнике закончилось практически всё, даже остывший кофе был последним.

– А не пройтись ли нам по магазинам – спросил Сет у своего отражения в окне кухни.

Знахарь пояснил ему, что есть обычную пищу теперь необязательно, вампирам это вообще противопоказано, а ему – потомку ангелов небесных – в общем-то можно. Только пользы от этого дела мало, лучше использовать естественный рацион – живых людей. Убивать их при этом не обязательно, после процедуры впитывания духа помнить жертвы ничего из последних часов жизни не будут. В общем, особо заморачиваться не стоит. Нашел тихое безлюдное место, высмотрел одинокого прохожего, стукнул по куполу для острастки и пользуйся. Через пару часов человек приходит в себя, глядь: лежит посреди улицы целый и невредимый, если не считать шишки на голове. Упал, потерял сознание, очнулся всё на месте, ничего не пропало, с кем не бывает. А ещё лучше использовать для этого дела пьяниц, не очень приятно конечно, но возни меньше. На возражения типа: «Я стесняюсь» и «Мне их жалко всех» Знахарь строго сказал, что жалеть и стесняться можно сколько угодно, а делать это всё равно рано или поздно придётся.

– Такова твоя природа и лучше, если ты осознаешь это сразу, чем будешь забивать голову заумными плаксивыми отговорками. Я бы предложил потренироваться на ком-то из табора, но не хочу создавать у тебя обманчивую иллюзию лёгкости таких действий. Дай человеку рыбу, и он будет сыт один день – научи человека ловить рыбу и он будет сыт всегда. Считай это своим первым уроком.

Лучшего места для засады, чем славно известный городской парк искать даже не стоило. Единственный минус – близко от дома. С одной стороны, конечно, это хорошо, но вот с другой: вдруг увидит кто, а этот «кто» может оказаться соседом по лестничной клетке. Если сразу в милицию не позвонит, так начнёт слухи распространять. В другом районе меньше шансов быть замеченным кем-нибудь знакомым, а соответственно и быть опознанным в последствии. Хотя, скорее всего за один раз, а скоро всё равно ведь переезжать, ничего страшного не случиться.

Подбадривая себя такими рассуждениями, Сет слонялся по парку часа два и уже совсем отчаялся найти подходящую мишень. Ну не очень популярна эта местность для ночных прогулок в одиночку, даже парочки здесь предпочитают не появляться после захода солнца. Единственные прохожие встреченные им за это время – группа подвыпивших рабочих возвращающихся с производства. Но восемь человек слишком много для тихой «трапезы», к тому же третьим с права в первом ряду идущих, был сосед по лестничной клетке. Вот уж действительно недобрый знак.

Уже совсем собравшись возвращаться домой не соло нахлебавши Сет наконец-то набрёл на долгожданную цель. Правда жертв было две и подошли они сами, но не возвращаться же, в самом-то деле, с пустыми руками. Да ребята и сами уходить явно не собирались а, подойдя ближе, разделились и обошли его с двух сторон, беря в клешни. По тому, как слаженно они действовали, Сет понял, что скорее всего это грабители. Ничего выдающегося парни собой не представляли: среднего роста и комплекции. На спортсменов похожи мало. Таких раскидать пара пустяков. Когда ближайший оказался рядом и резко дёрнулся, Сет сосредоточился и усилием воли ускорил реакции организма.

Вылезать из-под одеяла совершенно не хотелось, но оно сбилось в комок и его не хватало, чтобы укрыть правую ногу. Отчего конечность порядком замёрзла. Было конечно не очень холодно, на дворе почти лето, да и форточки закрыты, но достаточно неуютно. Тем более, что бедро было совершенно мокрое от пота. Сет попытался разлепить веки. Со сна в мозгу слегка шумело. Он потряс головой, чтобы разогнать дремоту и левый глаз таки открылся, предлагая для обозрения ногу в брюках и туфле лежащую на тротуаре городского парка. Под правым боком плескалась неглубокая лужа, именно она вызывала неприятное чувство, что нога у бедра мокрая.

– Какого чёрта!?

Сет уставился на запястье, где до недавнего времени были часы. Пошарил по карманам. Пропали мобильный телефон и кошелек набитый деньгами, которые дал ему Знахарь:

– Это на первое время. Да не нужно делать такие глаза. Мы партнёры – Всё моё твоё. Тем более что когда ты войдешь в силу то сможешь снять с меня проклятье, а это намного дороже любых ценностей. Считай, что я плачу тебе за лечение.

Знал бы он, куда пошли эти деньги.

Правый глаз всё отказывался открываться и Сет, ощупав его, обнаружил огромную гематому. После того как он понял, что случилось, сразу же заболела голова и рёбра (видимо ещё били, пока лежал без сознания). Незадачливый похититель душ кисло улыбнулся уголком рта. Поохотился называется. Хорошо хоть ничего не сломано вроде. Остальное легко лечится. Он попытался сосредоточиться и убрать опухоль на лице. В голове зашумело, трещиной по черепу расползлась острая боль. Понятное дело, больше пробовать исцелиться не стоило. Сет медленно поднялся и поплёлся назад к дому, слава Богу, что ключи от квартиры валялись рядом всё в той же луже. Грабителям незнающим его адреса они естественно не к чему. Он был так уверен в своих силах, что произошедшее ограбление, получившееся у его возможных жертв так легко, порядочно шокировало. Он в одиночку уложивший бригаду бандитов и разобравшийся с целым табором цыган был банально и быстро уложен двумя мелкими грабителями, позор. Вот Знахарь повеселиться, узнав эту историю. Идти было неприятно, кружилась голова, а до дома ведь ещё так далеко: целых пять минут ходьбы – жуть.

Боль молотом стучавшая теперь уже в висках успокоилась только к утру. Идею заявить в милицию Сет отбросил сразу. Не хотелось привлекать ненужного внимания. Только после принятия холодного душа в черепной коробке прояснилось настолько, что стало возможным усилием воли снизить опухоль вокруг правого глаза. Синюшный оттенок кожи, правда, остался, но не настолько заметный, чтобы трудиться сосредотачивая внимание на исцелении, когда в ушах всё ещё стоял гул, да и силы от таких действий быстро таяли – как будто бежишь стометровку на ускорение.

***

По плану на сегодня было посещение знакомого криминалиста Паши. Только он знал часть истории и мог непродуманным поведением вмешаться в «тихое исчезновение» подняв ненужный шум или вообще начав своё расследование. Любопытство сильная вещь, а его Паше не занимать. Сет долго обдумывал стратегию поведения относительно старого приятеля. Что стоит ему говорить, а что нет. В конце концов, не придя ни к какому выводу, решил, что определиться на месте и вызвал такси. Благо, что он сообразил не таскать все деньги с собой и большая их часть благополучно сохранилась, а значит можно позволить себе не трястись в троллейбусе. По дороге купил бутылку коньяка – не то пойло, что они пили в прошлый раз: пакетик чая на бутылку самогона, а настоящего дорогого коньяка.

Что же всё-таки делать с Пашей? Рассказать ему всё? Это в корне перевернёт его жизнь, нужны ли такие потрясения непричастному обывателю? Может придумать какую-нибудь историю из разряда: «всего теперь боюсь и уезжаю в деревню, чтоб никто не нашел» или «всё прошло и я теперь как все»? Но сомнительно, что криминалист на такое купится. Он всё-таки, какой никакой, а мент, да и логики, как и ума, ему не занимать. Всё поймет и, конечно же, полезет в бутылку – призывая во всём сознаться, а то и примется тайно шпионить выискивая правду. Это превратит старого приятеля, если не во врага так в ненужного свидетеля, а зачем оно надо? Стоп. А пусть лучше он будет всезнающим союзником. Мало ли что на уме у Знахаря. Стелет-то он конечно мягко да вот не положит ли жестко? Решено: Знахарю о Паше ни слова, а криминалисту рассказать всё как есть, пусть сам решает, что ему делать. Если начнёт на каждом углу кричать: «Помогите вурдалаки окружают!» дальше психлечебницы всё равно не добежит, примет всё спокойно и серьёзно (что, скорее всего и произойдёт) окажется достойным помощником и соратником с возможностью в будущем стать бессмертным. Что со счетов тоже сбрасывать не стоит, такая гипотетическая возможность окрылит кого угодно.

Сказать, что Павел был сильно удивлён, было бы преувеличением. Да, его брови в некоторые моменты повествования доползали почти до середины лба, но никаких других признаков сильных переживаний не наблюдалось. Он был сосредоточен, а вопросов не задавал вообще, предпочитая просто молча слушать. Лишь когда повествование было окончено, а раскупоренная бутылка коньяка и наполненные рюмки так и остались нетронутыми, он залпом выпил свою порцию, включил вентилятор вытяжки установленный над печкой его домашней кухни и закурил, выдыхая дым в вентиляцию. После третьей затяжки снизойдя до вопроса:

– Ты ему веришь?

– В смысле в эту историю или вообще?

– Вообще.

– Не знаю. Пока его поведение никаких подозрений не вызывало.

– Это пока. Представь себе человека живущего достаточно долго, чтобы все его родственники умерли и даже память о них стёрлась. Достаточно долго чтобы понять, что ничто под луной не вечно и обременённого только одной заботой: жить ещё дольше и лакать кровь вёдрами. Все рамки ограничивающие смертного индивида, ну там: честь, совесть, мораль – стираются и остаётся только инстинкт самосохранения. Такой может выкинуть какой угодно фортель. Тем паче, что раз он не помнит своего существования до превращения, если таковое существование вообще было, это подразумевает полную чуждость человеческим чувствам и эмоциям. Что думаешь делать?

– Да пока ничего особенного: держать глаза и уши открытыми, а вот рот открывать поменьше.

Самая лучшая стратегия я полагаю.

– Хотел тебе именно её и посоветовать, но раз ты сам додумался, то мог бы ещё и догадаться, что давно уже пора наливать по второй. – Паша лучезарно улыбнулся и прокашлялся. – В горле что-то пересохло. Кстати, что ты ему рассказал обо мне и что думаешь говорить теперь?

– О тебе я не упоминал. – Сет немного помедлил, наливая коньяк. – И впредь тоже собираюсь помалкивать. Может ты мне пригодишься как секретный козырь.

– Эт правильно, что не упоминал, а на счёт козыря посмотрим. Сам понимаешь не такие мы с тобой большие друзья, чтоб я за тебя и в огонь и в воду, но посильную помощь окажу. Если что нужно не стесняйся. Мне конечно чужие проблемы не к чему, своих хватает, но жуть как любопытно, что дальше будет.

– А не страшно?

– Бояться глупо. Ну, оказывается, мир полон вампиров, делов то, жили же до этого. Значит и ещё поживем, если вести себя будем правильно. Поэтому номер мой из телефона сотри, выучи наизусть и сотри. Если надо будет встретиться, отправляй сообщение любого содержания. С точкой, если нужно срочно – значит в течение часа на вокзале у шестой платформы или с запятой – значит в ближайший четверг у меня на работе. Я для тебя открою спецпропуск на все четверги, так что с документом, удостоверяющим личность, приезжай.

– Гляжу ты опытный подпольщик. – усмехнулся Сет.

– Опытный, не опытный. – Паша тщательно размазал остаток сигареты о пепельницу. – может эта фигня нам и не пригодиться никогда, но подстраховаться не помешает. Я тут такого от следователей наслушался, жуть берёт. Лучше глупо и бесполезно играть в Штирлица, чем оказаться в тёмной подворотне с развороченным горлом.

– Согласен. – Сказал Сет подхватывая бутылку.

Домой он отправился, когда стемнело. И снова изрядно на подпитии. Немного подремал

в такси в надежде что полегчает, однако не полегчало. Настроение осталось боевым – хотелось вернуться в парк и поискать тех двух уродов, завладевших его телефоном. Однако для начала решил всё-таки зайти домой выпить кофе и переодеться.

Как часто бывает – человек разгоряченный алкоголем считает, что море ему по колено, а горы по плечо и совершенно не замечает, что у него под ногами. На этот раз это был порог дверей подъезда. Споткнувшись, Сет неудачно попытался удержать равновесие и упал на четвереньки. Буквально на расстоянии вытянутой руки и его лица обнаружилась морда соседского ротвейлера.

Надо сказать, собака была известна на весь квартал, соседи не однократно жаловались участковому, что её отпускают гулять без намордника, а иногда и без присмотра. Однако кроме сурового: «Разберёмся» от милиционера так ничего и не дождались. Оно и понятно когда хозяин собаки твой толи кум, толи сват. Вот и разгуливала эта злобная тварь, где заблагорассудиться и частенько в тёмное время суток. Телесных повреждений правда никому не причиняла, но пугала изрядно.

Сет попытался подняться на ноги, но ротвейлер вдруг оскалился и угрожающе зарычал, подобрав задние лапы для прыжка. Он конечно и раньше порыкивал на прохожих, но скорее так – для проформы. Сейчас же, шерсть на загривке стояла дыбом, а торчащие клыки и капающая из пасти слюна оставляли мало надежды, что собачка решила просто поиграть. Когда пёс прыгнул Сет, машинально выкинул руки, перед собой пытаясь защититься. По счастливой случайности ему удалось ухватиться за ошейник и челюсти с лязгом сомкнулись буквально в сантиметре от его носа. Ротвейлер попробовал вырваться для нового захода и замотал головой из стороны в сторону. Пальцы жнеца стали соскальзывать с ошейника. Времени на раздумья совершенно не оставалось, а пресловутое ускорение никак не желало включаться и тогда Сет из последних сил подтянул собачью морду поближе к себе и вдохнул, пытаясь проделать то же что и с одним из бандитов в подворотне. Буквально в ту же секунду пальцы соскользнули, но зеленоватое свечение уже разлилось перед его лицом. Пёс обмяк и поскулив завалился набок. Светящийся зеленоватый туман вышедший из его пасти благополучно исчез в глазах похитителя душ. Опьянение резко отпустило. Сет всё ещё чувствовал усталость и небольшие признаки похмелья, а вот идея прогулки в парк сразу же показалась совершенно тупой.

«Значит, трезвею, а это хорошо» – подумалось ему.

***

– Клиент на квартиру нашелся на следующий день. Цену, правда, пришлось немного сбавить, зато оформление он взял на себя. Это заняло ещё два дня. Теперь я совершенно свободен от движимого и недвижимого имущества и прописан у бабули. Наплёл ей разной чуши про новую работу. Так что лучше, если меня односельчане видеть не будут. Я как бы уехал, не очень далеко, но надолго. Обещал навещать чаще. Деньги отдал ей. Это ничего?

– Что прости? – Знахарь, вроде бы внимательно слушая, умудрялся одновременно еще и витать в облаках.

– Ну что я деньги…

– На это счёт можешь никогда не волноваться, деньги для меня значения не имеют. Да и вообще ты зря переживаешь. Я был сильно удивлён твоим умением так легко переходить в состояние ускоренных реакций. Тебе удалось вызвать его дважды за один день и потом ещё раз тут, при битве с табором. – Знахарь лукаво улыбнулся – Одно это говорит о твоей неординарности. Такое состояние даже Каину не всегда давалось легко. Для этого нужны определённые психофизические навыки и подготовка, а ты так с бухты-барахты хочешь, чтобы всё время получалось. Так не бывает. Я думаю, легкость, с которой это удавалось тебе ранее, обусловлена стрессом при перерождении. Стресс прошел, организм восстановился и теперь нужны более мощные усилия. Со временем ты научишься этому. Что касается исцеления здесь тоже не всё так просто. О собаке вообще забудь. Многие молодые вампиры начинают с животных. Здесь ничего зазорного нет. Единственное что меня беспокоит это твоя, так внезапно открывшаяся беззащитность. Вот с ней мы начнём бороться в первую очередь. Пойдём.

Они вышли из комнаты в коридор и спустились по лестнице в подвал. Затем вампир подошел к дальней стене толкнул один из кирпичей, которыми она была выложена. Открылся небольшой проход. Оба чудесно могли бы ориентироваться и в полной темноте, но Знахарь клацнул выключателем и комнату за проходом заполнил свет. Это было достаточно просторное помещение. Вдоль стен стояли металлические шкафы, а в центре манекен с вытянутой вперёд рукой сжимающей деревянное подобие меча.

– Вот собственно мы и на месте. Посмотри в шкафах, может что-нибудь понравиться.

Сет стал по очереди открывать дверцы. За каждой были стеллажи с разным оружием от помпового дробовика до револьвера. В последнем шкафу были красиво уложены на подставках разнообразные мечи и сабли. Знахарь между тем начал преподавательским тоном:

– Убить кого-либо не используя для этого определённые спецсредства достаточно трудно, а уж вампира так практически невозможно. Лучший способ – это разрушить мозг, именно этот орган восстанавливается хуже всего. Поэтому стрелять нужно всегда в голову. Попадания в другие части тела лишь на время задержат противника. Не хочу сказать, что сражаться придётся именно с вампирами, но если ты научишься убивать нас, то уж других существ опасаться тебе не стоит.

– А если пользоваться серебряными пулями?

– Это конечно существенно повысит поражающий фактор, но не жди, что любая нежить рассыпается в прах только от соприкосновения с серебром – это чушь. Замечание, однако, правильное и пули лучше действительно иметь серебряные. Данный металл обладает свойством наносить нам ожоги и если он остаётся в ране никакие усилия не излечат её, не говоря уже о том, что это чертовски болезненно. Я разработал специальные пули, имеющие мягкий легко ломающийся сердечник, покрытый серебряной рубашкой. Такие при попадании разлетаются в теле мелкими осколками. К сожалению, они практически бессильны против бронежилета, поэтому повторяю – стрелять нужно в голову. Вообще же, куда результативнее дробовик или автоматическое оружие, а в идеале огнемёт. Однако все перечисленные мной виды оружия имеют ряд недостатков. Главным образом это неточность. Чем мощнее агрегат – тем больше вероятность зацепить своих и ограниченнее боезапас. Также они запрещены к хранению и тем паче к ношению. Да и таскать с собою огнемёт занятие не из приятных. Другое дело холодное оружие.

Знахарь шагал вдоль зала от стены к стене и смотрел себе под ноги, по мере рассказа кивая головой. Ни дать ни взять учитель географии в интернатской школе. Даже голос с назидательными нотками. При последних словах он остановился у дальнего шкафа и почти любовно оглядев его содержимое достал длинный самурайский меч.

– Катана. Тебе он может быть известен как меч самураев. Заточен с одной стороны, но благодаря легкому изгибу лезвия им одинаково удобно и колоть, и рубить, и резать, а благодаря удлинённой рукояти можно эффективнее использовать обратный хват меча. Кстати это также позволяет активнее и маневреннее действовать им при двойном хвате. Классический клинок руби-тяни, правой рукой направляешь рубящий удар, а левой тянешь меч на себя. Получается рубить и резать одновременно. Имея достаточный навык таким способом можно рассечь даже средневековые рыцарские доспехи. Да будет тебе известно, что изобретён он отнюдь не японцами, как принято думать. Первый такой клинок придумал и выковал мой брат Мечник. Сделал он это специально для меня, поскольку я всегда был достаточно нерасторопен в бою. Это потом уже к кому-то из японцев попали эскизы. Но у самураев того времени практически не было доступных металлических руд, которые необходимы для хорошей стали. Так что их кузницы ковали хлам. Впрочем, это отдельная история. А вот брат Мечник не имел недостатка в отличной стали.

– Мечник?

– Я уже упоминал, что Каин дал нам имена соответствующие занятиям или умениям каждого. Брат Мечник был отличным фехтовальщиком и талантливым кузнецом. Как-нибудь потом я расскажу тебе о каждом из апостолов.

Знахарь прокашлялся и сделал ещё несколько искусных взмахов. Со стороны выглядело просто и быстро, но одновременно грациозно и красиво.

– Так вот… Боезапас естественно безграничен, точность поражения близка к стопроцентной, никаких осечек или непредвиденных неисправностей. Единственный недостаток любого холодного оружия – малый радиус действия. Он искупается полной уверенностью в смерти цели, обусловленный наличием отсеченной головы или расчленённого тела. Ещё его можно преспокойно возить в багажнике или повесить на стену и при этом не вступать в противоречия с законом. Жаль, что открытое ношение запрещено.

– А чем хуже наша казацкая сабля?

– Абсолютно ничем. Ты, конечно, можешь выбрать любой понравившейся тебе клинок. Но я советую остановиться именно на катане поскольку именно этим мечом я владею лучше всего, а следовательно смогу обучить тебя более полно.

– Ну, катана, так катана. – пожал плечами Сет. – Мне такие тоже всегда нравились, как в фильмах у «нинзей».

– Так называемые тобой «ниньзи» – никогда не пользовались такими клинками. Поскольку всегда были просто убийцами. Убийце ни к чему таскать с собой такое длинное лезвие. Они имели ножи, которые были гораздо короче и назывались… Ммм… кажется танто.

– Кажется? Ты же говорил, что вампир может вспомнить все, что с ним происходило.

– Это так, но моё проклятье наградило меня так же и способностью забывать. Иногда мне даже кажется, что я обычный старый больной человек. Хм. В начале девятнадцатого века я несколько лет провёл в Великобритании и достаточно неплохо научился говорить по-английски, а теперь не могу связать и двух слов. Видимо придётся учить язык заново. Смешно право.

Сет в это время извлёк из шкафа ещё один самурайский меч и обнажив его сделал шутливый выпад в сторону Знахаря.

– Чудесно. Я смотрю, ты определился с выбором. Теперь верни клинок на место. Там за шкафом есть мешок с деревянными макетами, достань несколько.

Макеты были точными копиями катан и даже весили столько же. Видимо, для того чтобы тренирующийся сразу привыкал действовать понастоящему.

Они взяли по макету и встали друг против друга. В следующие пол часа Сет понял, что кажущийся слабым и болезненным Знахарь здорово притворяется. Деревянные клинки, конечно, были тупыми, но старый вампир слабо размахиваясь, умудрялся наносить такие удары, да ещё и в самые неожиданные места, что казалось, будто трещат кости. Он не совершал лишних движений и почти не двигался, но стоило только приблизиться на расстояние удара и ты уже на полу корчишься от боли. Ровно через тридцать две минуты Сет взмолился.

– Так, на сегодня тренировка окончена. Болит уже практически всё.

– Тренировка? – брови Знахаря вопросительно изогнулись, а на губах появилась улыбка. – Никакой тренировки не было. Я просто показывал, что может сделать умелый воин. Тренировки мы начнём завтра. Утром стрельбы, после обеда фехтование. А пока давай-ка я научу тебя правильно медитировать и сосредотачивать внимание. Садись.

– Куда садиться?

– На пол.

***

В следующие две декады дни были похожи один на другой. Каждое утро слуга цыган выносил из тира практически ведро разнообразных стреляных гильз. Сет стрелял из всего, что было в арсенале. По мере нагревания одного ствола брал другой и палил, палил, палил по мишеням, пока не начинали дрожать руки.

Оказалось скрытый подвал намного больше дома стоящего на поверхности. Под землёй находился не только достаточно длинный тир, были ещё небольшой бассейн и лаборатория. На вопрос, зачем ему две лаборатории Знахарь сказал что, во-первых, их три (две в доме и одна на кирпичном заводе), а во-вторых, именно в эту, подвальную, никто кроме него самого не входит. Впрочем, Сета он в неё всё-таки пригласил. Комната скорее была похожа на библиотеку старинных книг. Пыль, грязь и паутина обильно покрывающие всё кроме письменного стола – подтверждали, что кроме старика в ней действительно никто не бывает, даже уборщик.

После обеда фехтование. Знахарь не только отлично умел управляться с мечом он, что даже более важно, умел учить других этому, как оказалось непростому делу. Тысячелетие создания и подготовки собственного войска – ценный опыт. Пусть номинально Армия Заката и принадлежала Каину всё же она была разбита на кланы и каждый апостол командовал своим.

Вечером медитации. Поначалу было непонятно зачем часами просиживать в одной позе и пытаться расслабится и вызвать состояние, которое и описать-то толком никто тебе не может.

– Когда оно придёт, ты сам поймёшь. – это все объяснения которые дал старый вампир.

Пока на исходе второй недели это не случилось. Описать чувства омывающие разум, когда не ощущаешь тела, но чётко осознаешь где находиться каждый орган и можешь вмешаться в любой процесс протекающий в организме, действительно не просто. Это как склониться над картой с линейкой и карандашом, пытаясь проложить курс корабля. Для юнги это непосильная задача. Знахарь пытался помочь и направить, но поскольку опыт его пребывания в трансе такого рода, был чисто теоретическим – развёл руками.

– Этому, уж прости, ты должен научиться сам. Я думаю, твоя природа подтолкнёт тебя сама.

К концу третьей недели Сет уже просто физически не успевал заживлять все синяки остающиеся после уроков фехтования. Казалось, что хуже уже некуда. Тут-то Знахарь и нанял специалиста по рукопашному бою. Теперь они измывались над похитителем душ поочерёдно. Благо, что не нужно было заниматься физической подготовкой типа поднятия тяжестей и бега.

– Мышцы нежити не увеличиваются от физических нагрузок. Все занятия вырабатывают лишь необходимые навыки. А вот чтобы стать сильнее нужно питаться, а с этим у тебя пока глухо. Для дальнейшего совершенствования тебе необходимо заняться этим вплотную. Сегодня же вечером возьми машину и отправляйся в город. Назад можешь не спешить. Ждать я тебя буду только с победой. – с этими словами ключи от Опеля перекочевали из рук в руки.

– Советы будут?

– Все советы я тебе уже дал, а сомнения и глупые моральные убеждения ты должен побороть сам.

Сет садился за руль автомобиля с тяжелым чувством, что нужно сделать что-то отвратительное, но необходимое. Как ампутация конечности чтобы не умереть от гангрены. Всю дорогу до города он только и делал, что убеждал себя в том, что страшного ничего нет. Умертвлять кого-либо не обязательно, но то, что оба предыдущих случая закончились кончиной жертв, уверенности в благополучном исходе дела не внушали. Правда ни собаку, ни бандита Костяна особо жалко не было, но неприятная тяжесть на душе давила и мешала спокойно дышать.

Древний вампир чудесно разбирался в тонкостях поглощения крови: сколько нужно выпить, чтобы человек потерял сознание или впал в кому или умер, но совершенно не знал, как впитывать дух живых. Субстанцию нематериальную, следовательно, не поддающуюся измерению. Да и о самом процессе имел только смутное представление. Придётся новоиспечённому похитителю душ действовать на свой страх и риск, без подсказок. Ещё Знахарь описал уйму способов, как захватить жертву: от явно агрессивного и запугивающего, до застающего врасплох и обманчивого, но одно дело знать всё в теории и совсем другое действовать на практике.

Размышляя, что и как делать Сет приближался практически к въезду в город, когда фары высветили из мрака одинокую фигуру женщины на обочине. Одета она была, мягко говоря, вызывающе. Туфли на длинных каблуках, юбка короче некуда и вырез блузки оставляющий мало места для полёта фантазии – всё буквально кричало о традиционно древнем способе заработка. Дорожная проститутка. Внезапная мысль осенила потомка нифилимов. Как он раньше не додумался до такого? Это же так просто. Лично он, конечно, раньше с такими женщинами дела не имел, но судя по статьям из газет, на дорогах работают только девочки из нижней касты ночных бабочек. Те, кому не осталось места в городе. Они обычно не имеют сутенёра и работают на свой страх и риск, а значит никаких свидетелей.

Опель резко затормозил и сдал назад. Женщина на обочине дороги казалось только и ждала этого. Подскочив к автомобилю она ловко открыла дверцу. И если яркий макияж только подтверждал подозрение о ее профессии, то слова сразу убили любые сомнения.

– Десять баксов час. Пятьдесят ночь.

– Садись.

– А денежки то у тебя есть, мальчик? – Она произнесла это без издёвки, но с ехидной улыбкой.

Сет не ответил, вынул из кармана скрученные в толстый тугой рулончик деньги он помахал ими в воздухе. Ночная бабочка без разговоров уселась в машину. Дорога ведущая в город не была оживлённой магистралью. Проезжающего транспорта немного. Да кого, в конце концов, заинтересует одинокий автомобиль, остановившийся на обочине. Тем более простоять он собирался всего несколько минут. Руководствуясь такими размышлениями Сет решил действовать немедленно. Пока не ушла решимость или не стало жаль эту падшую женщину.

Он взял её за подбородок и потянул к себе. Она резко отстранилась.

– Эй, не так быстро. Ты что собираешься сделать это прямо тут, горячий мачо? Давай хоть отъедем немного дальше от дороги.

– Нет. Просто купец есть, нужно же рассмотреть товар поближе.

– Ах, проказник… – расплылась в улыбке ночная бабочка. – Ну смотри, смотри. Я за просмотр денег не беру. Но если надумаешь потрогать, то придётся раскошелиться.

Вблизи проститутка выглядела потрёпанно и невзрачно. «Боевая раскраска» лишь подчеркивала, что красота сошла из этого лица не так давно, но уже вряд ли вернётся. Отвратительный запах алкоголя и сигарет только усиливал неприязнь. Даже как-то легче стало, что придётся проделать это с человеком несколько несимпатичным.

Сет опять осторожно взял женщину за подбородок, притянул её лицо к своему и вдохнул. Через секунду после того как зеленоватая дымка поползла к его глазам, женщина обмякла и стала заваливаться набок.

Это так легко, просто «вдыхать» и чувствовать приятное чувство наполнения, что потребовались определённые усилия, чтобы остановиться и перестать черпать дух из расслабленного тела. Это удалось не сразу, но удалось. Сет обеспокоенно схватил руку незнакомки и прощупал пульс. Тот был слабым, но размеренно постоянным.

Оглядевшись в поисках других автомобилей или возможных прохожих Сет вынул из кармана несколько помятых купюр и вложил в чашку бюстгальтера проститутки. Не доллары конечно, но поскольку предлагаемыми услугами он не воспользовался, значит, сойдут и наши. Выйдя из машины, выволок бесчувственную проститутку наружу и как можно осторожнее оттащил подальше от проезжей части дороги. Ещё раз огляделся вокруг. Никого.

Глава 11

– Ну что же, пожалуй, ты теперь не пропадёшь. Первый раз всегда самый трудный, последующие даются легче. – Сказал Знахарь выслушав историю.

– Ну, это не первый…

– Нет, нет. Предыдущие разы не в счёт, они были вынужденными и делались под давлением обстоятельств, а этот первый осмысленный.

– Ну, если так, то ты прав.

– Думаю, нам следует отметить это событие. Кстати как ты себя чувствуешь?

– Нормально. Как и до этого. Только поначалу, ну сразу после… Был офигенный подъем сил.

Они шли спускаясь по лестнице в сторону подвала. Вампир вёл ученика в секретную лабораторию. С прошлого посещения здесь ничего не изменилось, всё те же пыль и паутина. Знахарь завалился в кресло у стола. Кивнул Сету на табурет напротив, вынул из выдвижного ящика бутылку вина и грязные бокалы. Впрочем, степень их чистоты старика не смутила, он наскоро вытер посуду полой халата и налил напиток.

– За почин!

Лицо старика полностью восстановилось и чуть выдающиеся клыки делали улыбку хищной. Сет пригубил вино и задал давно вертящийся на языке вопрос.

– Слушай Знахарь, а если во время охоты я нарвусь на одного из вас?

– О! Будь спокоен, они не встречаются в дикой природе. – усмехнулся вампир отпустив шутку. Сет не первый раз отметил, что старик практически всегда ведёт себя как обычный человек. Хотя его поведение должно бы здорово отличаться, учитывая происхождение. – Да и в наших занятиях медитацией ты продвинулся достаточно чтобы дальше дело пошло быстрее и без моего участия, поэтому скоро у тебя откроется истинное зрение. Будешь различать вампиров «на глаз». Если же всё-таки ошибёшься, советую прикончить вурдалака. Такие свидетели тебе ни к чему. Желательно стереть в пыль. Я научу, чуть позже.

– Ладно, ну а если серафима встречу? Они же, наверное, защищаться умеют. Есть приметы, по которым я их узнавать могу?

– Я думал, это я словоохотлив. – опять улыбнулся Знахарь, потягиваясь в кресле как кот и разглядывая настенный светильник сквозь бокал с вином, но продолжил без долгих колебаний. – Серафимов давно нет. Они исчезли вместе с Каином. Очень давно.

– Каин исчез, Орден Серафимов исчез. Откуда ты знаешь? Может они притаились, как и ты, чтобы однажды нанести неожиданный удар.

– О нет, нет. Я вовсе не говорил, что притаился. Это обманчивое впечатление сложилось у тебя, потому что я живу достаточно уединённо, но это не мешает мне иметь разветвлённую сеть шпионов по всему миру.

– Прямо таки и по всему миру.

– Тебе никогда не казалось странным, что в век глобализации и развития информационных технологий, когда многие народы переплелись между собой достаточно тесно – только одна народность умудряется жить везде, но стараясь ни с кем не вступать во взаимосвязь?

– Цыгане что ли? Погоди, ты хочешь сказать, что все цыгане в курсе и работают на тебя?

– Ну-ну. – покачал головой вампир. – Хотелось бы, но к сожалению далеко не все. Только избранные члены таборов знают о вампирах много. Работают? Хм. Скорее сотрудничают с нашей расой. Со всей расой, а не только со мной. Каждый вампир уверен, что придя в любой табор цыган он может рассчитывать на полное их почтение и подчинение. За службу же, с незапамятных времён, мы передаём им определённые знания и умения. Каждый из них может отличить человека от вампира – это у них врождённое. Во многом благодаря этой способности именно эта нация и была избрана для служения. К тому же они свободны от предрассудков остального человечества, практически не подчиняются властям и живут достаточно обособленно. Все новости и слухи рано или поздно попадают и ко мне. Медленно, но верно. Естественно такое положение вещей имеет и свои минусы – новости обо мне тоже разлетаются и с этим ничего не поделаешь.

– То-есть Тихий Совет рано или поздно узнает и о том, что ты приютил похитителя душ?

– Всенепременно. Именно для этого я представил тебя моим подопечным, как нового ученика. Пока ты справляешься с отведённой ролью.

– А твои занятия в недрах кирпичного завода?

– Не волнуйся. Я напустил такого туману, что остальное сообщество попросту считает меня свихнувшимся исследователем магии крови.

– Ты как-то обещал рассказать об этой магии.

Знахарь вздохнул. Подлил вина в бокалы и с явной неохотой стал говорить.

– Как ты помнишь – дух жизни растворён в крови. Каждый Свободный вампир накапливает дух веками. Постепенно кровь меняется, набирает вес, превращается в субстанцию более могущественную, чем та, что течёт в жилах рядового человека. А ещё есть Руны Силы. Если написать такую шариковой ручкой на листке бумаги – это останется просто символом. Начертав же их кровью, даже простой человек может привести в движение определённые законы природы. Это всегда порождало разного рода шаманов и магов, истории о которых, впрочем, сильно преувеличены. Человек слаб и век его короток. Другое дело существа подобные тебе и мне. Я говорил, что покажу, как превратить кого-либо в пепел, изволь.

Взяв обломок карандаша и чистый лист Знахарь начертил на нём круг с несколькими пересекающимися линиями внутри.

– Запомни этот знак. Это руна тления. Нарисуй её так, чтобы твоя кровь коснулась кожи любого существа. В зависимости от твоей силы целевое тело, а это должно быть именно бездыханное тело – либо разложится за несколько часов до скелета, либо за секунды сгорит в пепел.

– А если написать на живом?

– Каин однажды проделал такое на мне. Ощущения конечно не из приятных, но не смертельно. Однако, мощь Каина была легендарной. Если такую руну нанесёшь ты, то никаких последствий не будет, не обольщайся. – снова заулыбался старик, поглядывая на Сета, как на неразумного ребёнка. – Рун не так много. Лично я знаю двенадцать. Их можно комбинировать, создавая достаточно замысловатые плетения. Именно комбинации дают мощные эффекты. Одиночные руны почти бесполезны. Только некоторые работают сами по себе, большинству требуется связка с другими рунами. Я пытался создавать определённые комбинации, но сейчас, я слишком слаб для этого. Научившись в достаточной мере управлять своей кровью, вампир может просто брызнуть несколько капель в противника. Образовав определённый символ эти капли просто выжгут в том дыру с кулак или заставят его собственную кровь фонтаном вырваться из тела. Со стороны зрелище завораживающее, можешь мне поверить. Да я сам так умел. Всего каких-то несколько тысяч лет назад.

Знахарь с грустью вздохнул и принялся наполнять опустевшие бокалы. Он выложил перед собой листы бумаги, на каждом была руна. Мысли его видимо блуждали где-то далеко. Лишённая освещения подземная комната напомнила Сету как давно он не видел солнца. С другой стороны, теперь появилась возможность чаще видеться с бабулей. Удалось основательно подладить ей дом, да и отопление паровое сделать. Сам, конечно, он этим не занимался, всё делали наёмные работники. Пришлось наврать Степановне с три короба про новую работу. Иначе откуда такие деньги на ремонт. Но не рассказывать же ей правду, в самом-то деле.

Старый вампир с зеленоватым оттенком кожи между тем спохватился и снова продолжил.

– Ладно. Расслабились и хватит. Пойдём, помашем мечами.

* * *

Сет уже в третий раз за последние пять минут оказался на полу сбитый с ног Знахарем.

Тот стоял, медленно и грациозно помахивая деревянным клинком.

– Что-то ты сегодня совсем не хочешь работать, дорогой друг.

– Это от выпитого. В голове немного шумит.

– Так протрезвей и начинай оказывать сопротивление. Никакого удовольствия сражаться с таким слабым противником.

– В каком смысле протрезветь?

– В прямом. – Знахарь перешёл на менторский тон. – Так. Сядь, расслабь тело и сосредоточь разум. Ну, как обычно во время медитации. Когда войдёшь в транс силой воли заставь свой организм выбросить лишнее. В данном случае алкоголь, но так можно избавляться и от действий различных ядов.

Расслабить тело получилось сразу. Вот сосредоточиться заняло какое-то время. Выпитое вино туманило мысли. Но постепенно удалось и это. Ощутив, теперь уже обычное чувство полёта и отсутствия тела, Сет попытался проделать то, что советовал Знахарь. Он глубоко вдохнул, а затем, медленно выдыхая, представил, как из организма выходят винные пары. В голове практически мгновенно прояснилось. А вот в воздухе жутко запахло свежим перегаром. Сет даже от неожиданности открыл глаза. Вампир стоял на расстоянии трёх метров. Размахивал перед лицом рукой, словно отгонял надоевшее насекомое. На его лице застыла гримаса брезгливости.

– Ну и запах, сударь. Таким можно сбить с ног буйвола. Я, естественно, сдаюсь. А ты, раз пошла такая пьянка, закрой глаза и попытайся обозреть комнату. Не представляй её перед мысленным взором, а именно ощути, что находиться вокруг. Это не так трудно на самом деле.

Сет не стал тратить время на бесплодные возражения. Для Знахаря, всё казалось не сложным и убеждать его в обратном не имело смысла. В конце концов, почему бы не попытаться. Он закрыл глаза и постарался «увидеть» что его окружает. Комната вдруг стала расплывчато проявляться вокруг. Где-то неясными тенями, где-то полупрозрачной дымкой. Это были лишь слабые намёки на определённые предметы обстановки, но достаточно ёмкие, чтобы определить где что находиться.

Внезапно к лицу вспышкой приблизилась яркая нить, словно светящийся след бьющего хлыста. Инстинкт заставил уклониться прежде чем Сет осознал, что делает. В то же мгновенье у самого лица воздух рассекло резкое движение. Он открыл глаза и увидел улыбающегося Знахаря. Тот стоял чуть позади, баюкал в руках деревянный клинок и улыбался. На лбу вампира тускло пульсировала алым светом сложная вязь рун. Знаки рассеялись довольно быстро.

– Ну вот. Я же говорил, что это не так сложно. Ты легко увернулся от удара даже не видя его. Был, конечно, определённый риск. Тринадцатый апостол таким вот способом отхватил знатную оплеуху от Каина. Тебе повезло больше.

– Ясно. – кивнул жнец. Была мысль поругаться с вампиром, чтобы больше не использовал таких опасных приёмов обучения, но сейчас мысли занимало совсем другое. – Есть вопрос. Ты же вроде говорил, что слаб для составления плетений из рун.

– Это так, – согласился старик.

– Но я только что отчётливо видел, как на твоём лице светилась комбинация, причём там не было ни одной из рун, которые ты мне показывал.

– Это просто чудесно, мой лорд. Это означает, что в восприятии ты так же силён как Каин. Ни один Свободный, из тех с которыми мне удалось пообщаться не смог разглядеть это клеймо. То, что ты видишь, это проклятье оставленное моим создателем. Надеюсь, обретя силу ты сможешь стереть его, а я послужу тебе в полную свою мощь.

Знахарь стоял в пол оборота, держа деревянный меч опущенным. Сету подумалось, что было бы чертовски неприятно получить таким по голове. Возмутительные способы обучения у вампиров. Жаль в Комитете образования жалобу на такой способ научить видеть невидимое не примут.

– Кстати, ты видишь руны достаточно отчетливо, что бы зарисовать?

– Э … Вообще-то я их уже не вижу. Знаки просто мелькнули и сразу погасли.

– Надеюсь, ты их хотя бы запомнил?

– Ну …

– Вспомни. Сосредоточься и вспомни немедленно. Это важно. – Голос Знахаря обрёл твёрдость, лицо чуть ли не излучало нетерпение.

Сет поразился лёгкости и отчетливости, с которой ему удалось прокрутить в уме события произошедшие только что. Видимо, для похитителя душ главное сделать несколько первых шагов, а остальное даются легче. Он полностью припомнил все мгновения последних минут. Просто, как перемотать фрагмент фильма и просмотреть заново. Заметил даже детали, которые до этого ускользали от его внимания. Такие как незакрытая дверца пятого шкафа, маслянистое пятно на полу. Но совершенно не мог разглядеть в своих воспоминаниях руны на лбу Знахаря. Причудливая линия знаков расплывалась розово-алым свечением и только оставляла за собой угасающий след при движении.

– Прости Знахарь. Ничем не могу тебе помочь. Рун я не помню.

– Что ж, так я и думал. Не всё так просто, но что я хочу от существа переродившегося месяц назад? Даже то, что ты их просто разглядел, уже великое достижение. Надежда есть. И поздравляю с открытием третьего глаза.

– Что?

– Теперь ты видишь истинным зрением.

Только тут Сет понял, что обстановка и сам Знахарь теперь выглядят не так как раньше. Появилось много дополнительных деталей. Например странные синие линии на зелёной коже старика.

Дальнейшая тренировка утратила интерес и они снова перешли в лабораторию. Стали допивать оставшееся вино и разглядывать разложенные на столе рисунки рун. Вампир пояснял значения каждой.

– Руна Сложения или Руна Взаимосвязи, как ещё её называют. Служит для связки отдельных знаков в плетения. Сама по себе бесполезна, но в сочетаниях с другими используется очень часто. Теперь эти четыре: земля, вода, огонь, воздух. Понятия не имею для чего они и как работают, но упоминаются почти во всех источниках. Теперь Руна Исцеления. Налагается на раны. Полезная штука.

– Чем она интересно полезна? Я, например, лечу себя без всяких рун и доволен. – Алкоголь уже во второй раз за сегодня стал оказывать своё действие на Сета. При опьянении он становился более разговорчивым, чем обычно.

– Попробуй исцелить кого-нибудь помимо себя и обнаружишь что это достаточно проблематично без использования этой руны.

– Ну, если смотреть с этой стороны. Кстати, странно напиваться второй раз в течение получаса, не находишь?

– Я так часто делаю. Мне, знаешь ли, приятен сам процесс захмеления. Конечная стадия мне не интересна. Опьянение то немногое, что осталось нам от людского существования. Пищу наш организм отвергает. Вот спиртное другое дело. Есть даже несколько клубов где напивается исключительно нежить. Да! Я чуть не упустил из виду немаловажную деталь. – Знахарь даже подпрыгнул в кресле. – Тебе нужно засветиться перед Тихим Советом.

– То есть?

– Полагаю, мои наивернейшие слуги уже отнесли весть, куда следует, что у меня есть ученик. Если не желаешь чтобы тебя считали отребьем, а то и стали придирчиво разбираться кто ты такой и откуда взялся. Нужно, так сказать, выйти в свет. Вампиры живут обособленно и получить достойное уважение в их среде достаточно сложно. Хотя, нам оно и не нужно. Пусть хотя бы оставят в покое. Но, есть одно препятствие.

– Я так и знал, что ты это скажешь.

– Если ты хорошенько приглядишься истинным зрением, то заметишь, что мою кожу покрывает замысловатый рисунок. Можно сравнить его с вздувшимися венами.

– Полчаса мучаюсь, желая спросить, что это такое. Не хотелось тебя перебивать.

– Этот рисунок есть у всех вампиров, естественно, кроме тебя поскольку ты не вампир.

– И что будем делать?

– Нарисуй его на себе.

– Как?

– А это уже не знаю. Каин мог проявлять и убирать свой рисунок силой воли. Маскировался под человека чтобы не замечали Сервфимы. Думаю и ты сможешь. Иди и пытайся, потому что завтра нас ждёт выход в свет.

– Блин. Знахарь. Я понятия не имею, как это сделать, а ты хочешь чтобы завтра это уже было.

– Теряешь время лорд жнец.

В голосе старого вампира отчётливо проявилось упрямство. Значит, дальше спорить бессмысленно. Сет залпом допил вино. Поднялся и сосредоточившись резко выдохнул винные пары, чтобы протрезветь, а заодно и насолить Знахарю. Запах оставшийся в комнате отдавал прокисшей брагой.

* * *

Лёжа в своей комнате погруженный в транс он размышлял, как проделать фокус с рисунком на коже. Для обычных людей рисунок был невидим. Видимо вампиры воспринимают также и ультрафиолетовую часть спектра. Потом его осенило. Не нужно разбираться в хирургии, что бы заживить порез на пальце. В прошлый раз, когда у него болела голова, да так, что казалось, будто на плечах сидит бес с молотком и беспрестанно лупит по черепу. Сет просто пожелал смерти злобному рогатому монстру и боль сразу отступила. Главное направить мысли в нужную сторону, а остальное организм сделает сам. Начал действовать. Было трудно постоянно думать о проявлении рисунка, внимание отвлекалось на посторонние размышления, но где-то за час ему удалось «разрисовать» левую руку до плеча. Посмотрев на руку и обычным зрением, и истинным, он убедился, что дело пошло. Рисунок появлялся и исчезал в зависимости от того каким зрением посмотреть. Оставалось только проделать процедуру над остальной кожей на теле и он будет неотличим от обычного вампира.

На закате следующего дня Знахарь застал его стоящим в одних плавках перед зеркалом и рассматривающего свою работу.

– Да. Мастер. Каин, конечно, делал это за пару минут, но ты тоже молодец. – И с улыбкой добавил. – Всё тело конечно же покрывать рисунком не стоило. Хватило бы и в местах доступных для обозрения. Ты же не собираешься явиться в клуб в одних трусах? Зато теперь можешь хоть в бассейн, хоть в баню. Никто и не заметит что ты не совсем вампир. Скажи, а под трусами, ты тоже разрисовал?

– Очень смешно. Лучше перестраховаться, чем потом попасться на такой мелочи и сожалеть.

– Да, ты прав, прости. Осталась небольшая проблема.

– Ну что ещё?

– Нежить называется нежитью, потому что мертва. Наша кровь холодна, а сердце не бьётся. Думаю, ты тоже не нуждаешься в подобных атрибутах. У тебя есть пульс только потому, что ты запустил его сам неосознанно. Сумеешь избавиться от этого рудимента?

– Почему ты не предупредил вчера? Я бы потренировался.

– Думал ты догадаешься сам.

– Как видишь, не догадался. Ладно, потренируюсь в машине.

– Одевайся. – Знахарь положил на постель пакет. – Жду в гараже.

В пакете оказался неплохой чёрный костюм.

***

Притворяться мёртвым оказалось просто. Организм давно перестроился и работал теперь совсем по другим законам. Главное чтобы в теле было присутствие определённого количества духа, а бьется сердце или нет, значения не имело.

Опель мягко подкатил к одному из баров в центре города. Над входом тускло мерцала вывеска: «Полуночник». По бокам двери стояли двое верзил в дорогих костюмах. Смуглая кожа и определённый тип лица выдавал в них цыган. Они даже не пошевелились когда вновь прибывшие вошли внутрь.

Зал, открывавшийся взору, просто поражал размерами. Слабые светильники располагались совершенно хаотично и практически не разгоняли темноты царившей тут. Но находящимся внутри это конечно совершенно не мешало. Лишь несколько барменов и официанток были лишены синеватых линий, покрывающих кожу вампиров. Но даже не видя рисунка можно было определить кто из присутствующих человек. Люди двигались по залу неуверенно, скорее по памяти, чем видя куда идут.

Знахарь смело направился к одному из свободных столиков. Признаков еды в этом заведении не наблюдалось. Ну конечно, вампирам это ни к чему. Зато бар просто ломился от выбора спиртного. Они заказали уже традиционную для своих посиделок бутылку вина. Сет нарушил молчание первым.

– Ну и где тут регистрация вновь поступивших?

– Никакой регистрации. Смотри. – Знахарь кивнул в нужную сторону. – Там в центре, на возвышении. С отвратной прилизанной причёской. Сейчас как раз что-то говорит, видишь?

По дальней от входа стене вдоль всего зала тянулось возвышение, образовывавшее как бы второй этаж внутри здания. Сидящим там было великолепно видно весь зал и тех кто в нём находился.

На возвышении стоял столик. Всего один, но достаточно большой, чтобы за ним умещалось пятнадцать человек. Тот о ком говорил Знахарь сидел во главе этого стола. Выглядел он щеголевато. Орлиный профиль, медленные манерные движения. Молодой столичный граф в глубинке, не иначе. Презрением к окружающим сквозило от него на километр.

– Француз. – прошептал Знахарь. – Он в этой области старшина Тихого Совета. Следователь, судья и палач в одном лице. Он уже заметил тебя и видел с кем ты пришел. Это всё что нужно. Теперь он знает, что есть новичок, и что за него отвечаю я.

В это время к их столику подошла смазливая официантка и приятным голосом попросила присоединиться к месье Французу. На лице Знахаря появилось удивлённое выражение, но тем не менее он сразу поднялся и двинулся в сторону металлической лестницы. Сие, на вид, хлипкое сооружение поднималось на постамент возвышающийся над полом. Высотой около трёх метров он был достаточно большим, но совершенно не огорожен какими либо перилами. Лестница так же была лишена этих мер безопасности. Сету даже стало немного жутковато идти по ней.

Когда они были где-то на середине Знахарь повернул голову и в полголоса проговорил.

– Не вздумай садиться. Встанешь у меня за спиной, у левого плеча. Не разговаривай и ни на кого не глазей.

Француз кивнул вновь прибывшим и кивнул на стул недалеко от себя. Голос у него оказался под стать внешности – высокий и противный:

– Давно не появлялся, Знахарь.

– Да как-то всё не досуг знаешь ли.

– Вижу, сотворил себе нового помощника. – Хозяин стола вскользь взглянул на Сета. – Ну да это твоё личное дело. Я позвал тебя потому, что ты хорошо разбираешься в винах. Почтенный Полуночник, хозяин этого трактира, угостил нас этим напитком, но не желает сознаваться, как он называется. Вино де такое старое, что этикетка истлела, а название кануло в лету. Испробуй, сделай милость.

Стоявший неподалёку официант быстро наполнил бокал и поставил перед Знахарем. Тот взболтнул содержимое, понюхал и отпил маленький глоток. Криво улыбнулся и глянул на Полуночника, с каменным лицом сидевшего тут же.

– Думаю, любезный хозяин трактира несколько слукавил говоря, что этикетка истлела. Я пробовал это вино очень давно, но как сейчас помню, что подавалось оно из глиняного кувшина. Этикетки на нём просто не могло быть. Монахи старого маленького прихода на юге Франции называли его просто «вином» поскольку были мало образованы. Делали они его для себя и ограниченными партиями. Нужды придумывать название у них не было, как и бутылок для укупорки. Редкие остатки этого вина если и находятся, то обязательно в кувшинах и запечатаны воском. Могу только добавить, что букет действительно замечательный. Напиток чудесен.

– Благодарю тебя Знахарь. Ты очень помог. Не смею тебя больше задерживать. Помни, что ты всегда желанный гость в этих стенах.

Садясь в машину, Знахарь зло сплюнул на тротуар. Даже дверцей хлопнул громче обычного. Сет недоумённо взглянул на него.

– В чём дело старый кровопийца? Вроде всё прошло как по маслу. Хотя я вообще не понимаю, зачем мы суда явились.

– Как по маслу!? Нет. Это всё очень странно. Думаешь, ему нужен мой совет? Да плевал он, как называется какое-то там вино. Я несколько раз являлся сюда с новыми полукровками, никогда Француз не обращал на меня никакого внимания, а теперь решил совета спросить. Я первый раз и к лестнице этой подошел даже.

– Считаешь, он подозревает что-то?

– Подозревает? Не такое он существо, что бы на подозрения полагаться. Ему что-то известно. Либо о Зале Призыва, либо о тебе, либо что-то третье нам непонятное, а может и всё сразу. Он позвал меня, чтобы посмотреть, что я буду делать после разговора с ним. Сто процентов за нами следят.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.