# Тамора – королева гоблинов

Джим К. Хайнс

Когда Тамора обнаружила в мусорке за школой двух гоблинов, она, конечно, могла бы пройти мимо и забыть об этой странной встрече. Однако совсем недавно бесследно исчез её лучший друг Андре, и надо быть последним тупоголовым гоблином, чтобы не связать эти события. Вряд ли ей кто-то поверит, поэтому Тамора берётся выяснить правду сама и вскоре узнаёт о множестве невероятных вещей – о волшебном проходе в другой мир, о магической войне злых эльфов, о пророчестве, о трёх земных детях-воинах… Как же разобраться во всём этом и спасти Андре и других пропавших ребят? Похоже, пришла пора позвать на помощь друзей. Как обычных, живущих по соседству, так и совершенно необыкновенных – зеленокожих, которые почему-то зовут Тамору своей королевой…

Jim C. Hines

Tamora Carter: Goblin Queen


Published by permission of the Author and his literary agents, JABberwocky Literary Agency, Inc. (USA) via Alexander Korzhenevski Agency (Russia)

Copyright © 2020 Jim C. Hines

Cover art by TK

All rights reserved.


© Рыбакова Е.Ю., перевод на русский язык, 2021

© ООО «Издательство «Эксмо», 2022

## Глава 1. «Медоед» против гоблинов


Раньше Тамора ходила на роллер-дерби просто ради удовольствия – ей нравилось бегать до полного изнеможения, когда всё тело приятно ноет от усталости. Ну, и два с половиной часа испытывать пределы своих возможностей тоже увлекательно.

С тех пор же, как две недели назад её лучший друг Андре бесследно пропал, девочка нашла в этой игре спасение. Ступив на каток «Хрустальный дворец», двенадцатилетняя Тамора Картер вместе со всеми своими проблемами тут же исчезала и превращалась в Ящера из команды «Медоеды Большеречья».

В сегодняшнем бауте она играла как блокер, изо всех сил стараясь расчистить дорогу для джеммера своей команды и одновременно преградить путь джеммеру противника. Это было похоже на шумные, хаотичные гонки на роликах, совмещённые с весёлой потасовкой.

Как раз то, что ей нужно.

Команда Таморы потеряла четыре очка. Бросив быстрый взгляд через плечо, Ящер заметила, что приближается красный джеммер.

Пот струился из-под шлема Таморы. Она дёрнула головой, чтобы он не затекал в глаза, и сделала на роликах частичный шпагат. Дэйзер, грузная девочка слева, повторила этот трюк. Обе повернули носы коньков внутрь, резко затормозив и преградив дорогу джеммеру красной команды, заставив её замедлиться.

– Отличная командная работа! – это гаркнула тренер, крупная женщина по прозвищу Колючка. Голос её прорезал гвалт из грохота роликов и криков игроков, как ковш снегоочистителя зимнюю слякоть Мичигана. Колючка была самым быстрым конькобежцем, которого Тамора видела, и обладала мощью сумасшедшего грузовика.

Красный джеммер сделала рывок вперёд, намереваясь проскользнуть между Таморой и Дэйзер. Мышцы Таморы запротестовали, когда она растянула их в попытке остановить противницу, но было слишком поздно: джеммер перескочила через соприкоснувшиеся коньки двух девочек.

Манёвр был рискованный, но удачный. Дэйзер поёжилась и выехала за границы поля. Красная команда издала торжествующий вопль.

Тамора заскрипела капами на зубах и обернулась на свою команду. Белый джеммер быстро приближалась. Тамора ринулась вперёд, не обращая внимания на боль в ногах, и заняла такую позицию, чтобы помешать красным блокерам преградить дорогу. Если не получится остановить красную команду, то можно хотя бы заработать несколько дополнительных очков.

– Ящер, вернись! – закричали из её команды.

Тамора вырулила на внутреннюю дугу трека и продолжила свой путь. Впереди четыре красных блокера встали вместе, образовав живую преграду. Вылетев на прямую, Тамора низко присела и увеличила скорость. Она врезалась прямо в команду противников и бедром оттёрла старшую девочку, которая называла себя Гарпией. Та потеряла равновесие и схватила Тамору за майку.

Обе упали. Шлем Таморы ударился о пол, и в глазах вспыхнуло. Защищаясь, она съёживалась, когда другие игроки огибали её и перепрыгивали через неё.

Свисток Колючки оповестил о конце джема.

– Что это ещё такое, Гарпия?

Девочка выплюнула капу.

– Ящер поставила мне подножку!

У Таморы защипало нижнюю губу, и она почувствовала кровь во рту.

– Ты схватилась за меня, неуклюжая утка…

– Хватит, прекратите обе! – Колючка подъехала и встала между ними, разнимая забияк. – Гарпия, блокировка сделана по правилам, и ты это знаешь. Вы обе скажите спасибо, что не сломали лодыжки. На штрафную скамью немедленно!

Гарпия закатила глаза, но спорить не стала. Никто не спорил с Колючкой.

– У тебя кровь, Ящер, – сказала тренер.

– Я знаю. – Капа спасла Тамору от потери зубов, но губу она всё-таки рассекла.

Боль её не смущала, но правила были чёткие: на катке никакой крови. Обидно, что её вывели из игры, когда до конца баута оставалось всего несколько минут.

– Ты шла впереди всей команды, – продолжала Колючка. – Ты молодец, но…

– Я всё понимаю.

Итак, она снова стала Таморой Картер. Девочка поднялась и укатила с трека, а Колючка заставила остальных тренировать скольжение на двух коленях.

Тамора сдёрнула с головы шлем и села на скамью рядом с горсткой других удалённых с поля девочек и наблюдавших за происходившим на катке родителей. Её отец по ночам работал в больнице, а днём отсыпался, так что ему редко удавалось прийти на тренировку, хотя настоящую игру он никогда не пропускал.

Отец неохотно записал её в подростковый клуб роллер-дерби. Дочь взяла его измором, всё время твердя про преимущества спортивных занятий. Все родители были помешаны на физической активности и пребывании детей на свежем воздухе, подальше от смартфонов, планшетов и видеоигр. Особенно видеоигр. Андре постоянно получал нагоняй от мамы с папой за то, что проводил много времени за играми.

От мыслей об Андре у девочки перехватило горло. Она заморгала, жалея, что нельзя пронестись по катку, доводя себя до изнеможения, чтобы не было сил думать о потере друга.

После тренировки Тамора обычно брала в ларьке два коктейля с замороженным виноградным соком и направлялась к Андре, где оставалась, пока папа не звал её домой ужинать.

Но Андре Стюарт пропал, так же как и Кевин Лорд и Элизабет О’Нил. За одну ночь бесследно исчезли трое детей, и никто не имел представления, что с ними случилось. Тамора злилась от бессилия. Знать бы, где их искать.

Она порывисто вздохнула, вытерла лицо и вынула из рюкзака пластиковую бутылку со спортивным напитком. Попив, бросила в рюкзак тренировочную майку и наколенники и начала менять колёса роликовых коньков. Отец подарил ей на день рождения сменные колёса – теперь она могла чередовать розовые, которые использовала в спорткомплексе, и неоново-зелёные, на которых носилась по городу.

– Эй! – Гарпия, чьё настоящее имя было Пейдж Рид, усмехнулась. – Пардон за это падение. Надо было догадаться, что ты его не выдержишь.

Тамора заметила, что мать Пейдж наблюдает за ней, сложив руки на груди. Видимо, она послала дочь извиняться. Тамора облизала кровь с распухшей губы и отвернулась.

– Чепуха.

– Тебя подвезти домой? – окликнула её мать Пейдж.

Тамора покачала головой:

– Нет, спасибо, миссис Рид, я сама доберусь.

– Те дети, которые пропали, наверное, тоже считали себя очень самостоятельными. – Миссис Рид подошла ближе. – О чём только думает твой отец, позволяя тебе колесить на роликах по городу одной…

– Говорю же: я сама, – не очень вежливо ответила Тамора. – До моего дома рукой подать.

Миссис Рид отпрянула и нахмурилась, отчего стала похожа на загорелую веснушчатую гаргулью. Пейдж только ухмыльнулась.

Тамора вытерла губу рукавом, сгорбилась и стала наблюдать за последними минутами тренировки, надеясь отвлечься от мыслей об Андре.

Но не помогло.

***

В то время как все остальные вышли через главную дверь на большую парковку, Тамора закинула рюкзак за плечи и покатила по коридору к запасному выходу.

– Папа не позволяет мне колесить по городу одной, – бормотала она себе под нос. Отец даже не знал об этом: он считал, что Тамора возвращается домой с тренировки вместе с группой подруг, потому что дочь так ему сказала. А поскольку по вечерам отец всегда занят приготовлением ужина, он никогда не узнает, что она его обманывает.

Таморе было стыдно лгать, но не настолько, чтобы прекратить. Каток находился совсем рядом с домом, и девочка не первый год возвращалась домой на роликах по улицам Большеречья без всяких приключений.

Задняя стоянка была предназначена только для сотрудников спорткомплекса, а значит, в том числе и для Колючки. Эта крупная женщина имела на удивление крошечную машину – «Мини-Купер» с откидным верхом и чёрными полосами на капоте. Он стоял прямо под мигающим фонарём.

Тамора приблизилась. Крыша автомобиля оказалась порвана, хотя два часа назад, когда девочка проезжала мимо на каток, была целой. Вероятно, во время тренировки кто-то забрался внутрь. Тамора стала поворачивать назад, но тут её внимание привлекли голоса около ржавого зелёного контейнера для мусора в другом конце парковки. Девочка решила, что ругаются два ребёнка.

– Не могу есть, – капризно тянул один из них, девочка. – Полно насекомых.

– И я, – ответил мальчик и тут же завопил: – Ой, Гулку ужалили язык!

По парковке разнёсся смех девочки.

Тамора осторожно покатила к контейнеру. Куда это годится, чтобы кому-то приходилось копаться в помоях в поисках еды. У неё было десять долларов – вполне достаточно, чтобы купить несколько кусков пиццы. К тому же, может, эти дети видели, кто вломился в машину Колючки. Или сами это сделали. В таком случае стоит только закричать, и Колючка примчится. А учитывая, как тренер любит свою машину, маленькие безобразники будут умолять, чтобы их сдали в полицию.

– Привет, ребята. Что вы тут… – начала Тамора, но вдруг осеклась.

Кожа у девочки оказалась цвета голубой ели. Одета она была в странный плащ с оторванными рукавами, открывающий голые руки. Талию стягивал ремень жёлтой поясной сумки, отчего плащ сзади собирался складками, как юбка. Чёрные волосы сосульками спадали на плечи, нос был широким и плоским. Огромные желтоватые глаза при виде Таморы изумлённо распахнулись.

Из-за спины девочки выглянул её друг с кожей зеленоватого оттенка. Вместо одежды на нём было рваное полотно синего брезента, перекинутого через плечо, как тога, которое морщилось и похрустывало при каждом его движении. В руках он держал пластиковый стаканчик с остатками подтаявшего мороженого и помадкой на дне. Пара злых пчёл жужжала у края ёмкости.

– Опасность! – Девочка выхватила из сумочки осколок синего пластика и стала размахивать им, как ножом.

Мальчик бросил Таморе в голову стаканчик, который достиг бы цели, не будь он пластмассовым, а так он просто упал на асфальт между ними. Пчёлы поднялись вверх, покружили вокруг мальчика, заставляя его отмахиваться, и улетели.

Мальчик зло посмотрел им вслед.

– Противные насекомые.

– Не бойтесь. Извините, что я вас напугала. – Теперь, приглядевшись получше, Тамора поняла, что плащ девочки был на самом деле мешком для мусора, в котором проделали дыры для головы и рук. Направляя своё самодельное оружие на Тамору, девочка выхватила из-за контейнера грязный рюкзачок с изображением «Хеллоу Китти». Рюкзак трещал по швам от всякого хлама – от банок из-под напитков до плюшевого сиреневого слоника и набора серебристых компакт-дисков.

Девочка надела рюкзак на плечи и забралась на контейнер.

– Вы взяли эти диски в той машине? – Тамора указала на «Мини-Купер» Колючки.

Приплясывая на краю контейнера, девочка стала дразнить Тамору, показывая язык.

Тамора подивилась такой развязности, но подъехала к грубиянке с другой стороны.

– Кто вы такие?

Оба ребёнка были примерно такого же роста, как Тамора, но она уже стала сомневаться, что они дети. Сначала она думала, что кожа у них раскрашена или приобрела такой цвет из-за болезни, но незнакомцы выглядели не хворыми, а какими-то странными. Головы у них были с низкими покатыми лбами и большими надбровными дугами, как у пещерного человека, подбородки слишком сильно выдавались вперёд, обнажая огромные, слегка заострённые зубы нижней челюсти.

– Сапоги на колёсах! – Девочка указала ножом на ролики. – Моё!

– Не надейся, – ответила Тамора. – Кроме того, ты, скорее всего, шлёпнешься на землю и сломаешь копчик.

– Что сломаю?

– Очень хрупкую косточку на попе.

Девочка вскинула голову. Мальчик обернулся на свой зад, словно пытался разглядеть там потайную косточку.

– Что вам тут нужно? – спросила Тамора.

– Сапоги на колёсах! – ответила девочка.

– А ещё хавчик, – добавил её спутник, грустно глядя на валяющийся на земле пластиковый стаканчик. – В основном хавчик.

Голубая девочка облизала губы. Язык у неё был тёмно-синий.

– Съедим человечка?

– Чего-чего?

Больше Тамора не успела сказать ни слова – дерзкая девочка прыгнула на неё с контейнера, подняв пластиковый ножик. Тамора быстро отъехала в сторону, и нападающая шлёпнулась лицом в асфальт. Тамора пнула её в локоть, отчего девочка заорала и уронила нож.

– Что ты хулиганишь? – воскликнула Тамора. – Я пытаюсь вам помочь.

– Люди не помогают гоблинам. – Мальчик поднял с земли кусок разбитого асфальта и швырнул ей в голову.

Тамора пригнулась. Камень отскочил от её шлема, и спортсменка мысленно поблагодарила отца: он работал медбратом в приёмном отделении больницы и постоянно докучал сыну и дочери требованиями пристегнуть ремень безопасности, надеть шлем и прочее.

– Гоблины? Как в волшебных сказках про всяких фей и гремлинов?

Мальчик неприятно засмеялся и схватил другой камень.

– Глупый человек! Феи не гремят!

– И шлем тоже хочу, – заявила девочка-гоблин. – Хороший доспех.

Невдалеке залаяла собака, и оба гоблина оживились. Голубая девочка улыбнулась и потёрла ушибленный локоть.

– Хавчик!

Зелёный мальчик застонал:

– В последний раз собака думала, мы хавчик.

Из носа у девочки потекла струйка чернильно-синей крови – видимо, при прыжке она сильно ударилась об асфальт, – но её это ничуть не смущало.

– Новый мир! Новая кормёжка!

– И новая опасность!

– Лучше, чем драться с людьми. – Голубая девочка выхватила из рюкзака ржавый металлический ломик и, размахивая им, как мечом, проворно отступила на газон позади парковки. Её спутник последовал за ней.

У Таморы болели после тренировки ноги, разбитая губа пульсировала. Она не сразу сообразила, что имеют в виду гоблины, но, когда наконец поняла это, то позабыла о боли.

– Подождите! Вы же не собираетесь съесть чьего-то питомца!

Она выехала с парковки и помчалась за гоблинами. Они улепётывали по Сосновой улице по направлению к жилому кварталу, скача через дворы, продираясь через кусты и топча газоны. По тротуару Таморе нетрудно было догонять их, но она не могла катиться по траве. Приходилось ехать рядом с ними и искать возможность отрезать злоумышленникам дорогу.

Гоблины пересекли ещё одну улицу, где чуть не попали под красный пикап, который, громко гудя, успел затормозить. Мальчик завизжал и припустил ещё быстрее. Девочка хряснула по капоту пикапа железным ломом и ринулась догонять его. Водитель начал выходить из машины, но проказников уже след простыл.

Тамора проехала мимо, не обращая внимания на гневный крик мужчины. Она свернула в переулок и выкатилась на другую улицу. Гоблинов она потеряла из виду, но слышала собачий лай и знала, куда они направляются. Тамора прибавила ходу.

Ещё через квартал она заметила гоблинов около голубого одноэтажного дома на углу с огороженным забором задним двором. Пара биглей скребли лапами забор с той стороны и заливались истерическим лаем.

Мальчик начал перелезать через забор, а девочка остановилась на тротуаре и приготовила ломик.

Ой, не стоило тебе сходить с травы, маленькая хулиганка. Она, вероятно, ожидала, что Тамора замедлит ход, но Ящер согнула ноги в коленях, чтобы уменьшить сопротивление воздуха, и развила ещё большую скорость. Когда голубая девочка начала замахиваться, Тамора уже была рядом и плечом и бедром врезалась в противницу. Та описала в воздухе дугу и повалилась спиной на траву. Металлический ломик с громким звоном упал на дорогу.

Тамора расставила руки, сохраняя равновесие и замедляясь, затем провернулась вокруг своей оси. Один гоблин готов. Другой уже почти перелез через забор. Сидя наверху, он потянулся к собакам, но с криком отдёрнул руку: бигли цапнули его за пальцы.

– Эй! – Тамора помчалась к нему, наращивая скорость, и прыгнула с тротуара на траву. Как только ролики коснулись земли, она начала падать. Всю инерцию Тамора вложила в ещё один отчаянный, дикий прыжок, направляя голову и плечо в таз гоблину.

Тот завизжал, и оба упали на траву. Тамора приземлилась на спину, на рюкзак со снаряжением, что обещало оставить вдоль позвоночника замысловатый рисунок из синяков. Она ухватилась за забор и поднялась.

Гоблины отступали.

– Ладно, ты победила, – сказала девочка. – Можешь съесть собак сама.

– Говорил тебе, – пробормотал мальчик. – Люди гнусные. И собаки тоже. И противные насекомые. Все они гнусные.

Они повернулись и побежали к лесу позади Школьной улицы. Там Тамора не смогла бы пройти на своих коньках и трёх шагов.

– Вот что бывает с теми, кто связывается с игроком в роллер-дерби! – крикнула она вслед гоблинам. – Особенно из команды «Медоеды»!

Она проводила противников взглядом, пока они не скрылись между деревьями. Морщась, Тамора поправила рюкзак и развернула плечи. Убедившись, что гоблины не вернутся, она направилась домой.

Сначала пропали Андре и другие дети, затем в городе появились гоблины. Что вообще происходит?

## Глава 2. Пропавшие друзья


По дороге домой Тамора постоянно оглядывалась через плечо. Когда она добралась до своего крыльца, всё тело болело, как один огромный пульсирующий синяк.

Тамора села на бетонных ступенях и сняла ролики. Во дворе что-то шевельнулось, и она вздрогнула, но это оказалась всего лишь белка. Девочка осмотрела тени, потом оглядела улицу в обе стороны и только потом вошла в носках в дом.

Судя по запаху, отец снова готовил яичницу-болтунью с острой пекинской капустой. Он работал в ночные смены, а потому ужин для Таморы и её старшего брата Мака был для отца завтраком. Он называл эту трапезу «ужтрак», что всегда смешило Мака.

– Это ты, Тамора? – донёсся из кухни голос отца.

– Нет. Это гоблин. Я пришёл, чтобы съесть ваших питомцев.

– А можешь начать с голубя, которого моя дочь держит у себя в комнате?

– Папа!

– Ну, если голубь тебе не по вкусу, то яичница будет готова через несколько минут.

Тамора вошла в гостиную, где Мак разложил на ковре минные поля из «Лего». Девочка на цыпочках подобралась к дивану и села рядом посмотреть, чем занят брат. Он выложил на зелёной платформе мечи и копья, и получилось нечто вроде плантации пластикового оружия. Большая, ещё не доделанная жёлтая женщина ступала с синей платформы на лезвия клинков. Разбросанные под её ногами красные кирпичики напоминали капли крови.

– Что ты строишь?

Мак, конечно, не ответил и даже головы не поднял, но через несколько секунд указал на телевизор, где показывали диснеевскую «Русалочку».

В то время как большинство четырнадцатилетних мальчиков увлечены спортом и девочками, Мак был одержим волшебными сказками и мифологией. Он часто рисовал или собирал из конструктора персонажей особенно полюбившихся ему историй. На прошлой неделе он только и болтал о сказке Ханса Кристиана Андерсена «Русалочка», о том, как главная героиня была обречена испытывать кинжальную боль при каждом шаге по земле.

Размышляя над следующим своим действием, Мак рассеянно жевал кончик пластикового копья. Овчарка Аппа свернулась рядом с ним и напоминала огромный лохматый чёрно-белый мешок. Собака была совершенно глуха и не заметила прихода Таморы.

Так же как и всех семейных питомцев, Аппу спасли от гибели. Никто не хотел брать из общества защиты животных глухую собаку со спутанной шерстью. Никто, кроме Таморы, которая выбрала косматое существо и отказывалась двигаться с места, пока отец не подпишет бумаги.

Невдалеке в глубоком кресле растянулся рыжий кот, который вдруг начал так сильно чихать, что упал на пол. Встав, он вытер с носа сопли и как ни в чём не бывало подошёл к дивану.

Тамора нашла длинношёрстного гималайского кота на улице год назад и назвала Сморчком из-за сморщенной мордочки. У него были проплешины по всему телу и постоянный насморк, и отец описывал это жалкое существо как «именно такое животное, каких приносит домой Тамора».

Сморчок забрался на колени к Таморе и заурчал в предвкушении ласки. Она почесала питомца за ушами. Очень скоро кот высунул розовый кончик языка и начал пускать слюну.

– Мак, в сказках, которые ты читаешь, гоблины когда-нибудь воруют людей? Или даже… – Тамора сглотнула, – едят их?

Брат прикрепил к своей русалке кирпичики, похожие на морские водоросли, потом потянулся за айпадом. Постучал пальцами по экрану, и механический голос с британским акцентом произнёс:

– Существует фильм 1986 года под названием «Лабиринт». Король гоблинов Джарет крадёт у девушки по имени Сара младенца. Морис Сендак написал и проиллюстрировал детскую книжку «Где-то там снаружи». Гоблины украли маленькую сестру Иды и оставили вместо неё подкидыша, ребёнка, сделанного изо льда. Сюжет был частично основан на обстоятельствах похищения Чарльза Линдберга 1 марта 1932 года[1] и стал одной из историй, вдохновившей создателей на съёмки картины «Лабиринт».

Мак редко говорил вслух, ему было легче писать или печатать. Он никогда не объяснял, почему выбрал британский акцент для приложения, преобразующего текст в речь, но пользовался им, сколько Тамора себя помнила. Программа разделяла экран на две части. Мак мог напечатать свои слова или кликнуть на распространённые фразы на одной стороне, а другая показывала его сообщение большими буквами, чтобы собеседник мог его прочитать.

– Есть много историй, в которых гоблины и феи похищают детей и оставляют на их месте подменышей, – продолжал печатать он, раскачиваясь. – Люди используют их, чтобы объяснить поведение детей, которые с рождения отличаются от других.

– А гоблины и феи забирают только младенцев?

– Шотландская баллада «Тэмлейн» – одно из самых известных произведений о похищении взрослого феями. Ей больше четырёхсот лет, и…

– А как насчёт других детей? – перебила его Тамора.

На этот раз Мак колебался дольше. Обычно Тамора терпеливо ждала, пока брат сформулирует свои мысли, но сегодня едва сдерживалась, чтобы не гаркнуть на него. Она знала, что, если подгонять Мака, он только расстроится, а потому стиснула зубы и продолжила гладить Сморчка, хотя у неё на коленях уже расплылось мокрое пятно от его слюны.

– Ты спрашиваешь из-за Андре? – наконец задал вопрос Мак.

– Не знаю. Может быть.

Не бывает ведь таких совпадений, правда? Сначала исчезли три человека, потом появились два гоблина, которые воруют всякие вещи и жалуются, что люди гнусные существа.

Только вот гоблины сбежали от неё, двенадцатилетней девочки. Как же они могли одолеть Андре, не говоря уже о двух других пропавших детях? Кевин Лорд на два года старше Таморы и играет в футбол. Он бы растерзал гоблинов, как Аппа подушку.

Мак продолжал строить фигуру, но Тамора знала, что он слушает её. Большинству людей другие занятия мешают сосредоточиться на словах собеседника, но Мак умел слышать всё, даже если не мог осмыслить сказанное. Это такая же разница, как съесть ужин по кусочкам и запихать в рот сразу всю пищу.

В следующем месяце Мак должен пойти в девятый класс. Для своего возраста он был очень крупным мальчиком, с чёрными волосами и несколькими юношескими прыщами на носу и на лбу. Обычно он носил брюки цвета хаки и очень тесные футболки с воротниками, с которых были срезаны пуговицы, чтобы он их не жевал.

– Как ты думаешь, что случилось с Андре и остальными? – спросила Тамора.

Мак не ответил – либо не имел представления, либо эта тема его слишком расстраивала. Скорее всего, и то и другое.

– Ты не сказал мне, могут ли гоблины есть людей.

– Бывают разные сюжеты, но обычно нет.

Нужно как-то донести эту мысль до гоблинов, которых Тамора встретила сегодня вечером.

– Ужтрак готов! – крикнул из кухни отец, и Мак вознаградил его хихиканьем.

Тамора сняла Сморчка с колен и поморщилась, увидев на брюках мокрое пятно. Мак продолжал своё занятие. Он присоединится к сестре и отцу, как только посчитает возможным остановиться.

Семья обычно ела за столом с каменной столешницей посередине кухни. Как только Тамора уселась, отец нахмурился и спросил:

– Что у тебя с губой?

– Ушиблась на тренировке.

– Давай приложим лёд.

Тамора покачала головой.

– Если бы я знал, то сделал бы что-нибудь менее острое.

– Не волнуйся.

Отец родился в Южной Корее, его усыновили американцы и вырастили в штате Теннесси, так что по-английски он говорил идеально, за исключением лёгкой протяжности выговора. Только в колледже он начал самостоятельно изучать корейский язык и культуру родной страны. Он представлялся американским именем Скотт, но детям они с мамой дали корейские вторые имена[2]: Таморе – Суджин, её брату – Хёнджин.

Насчёт остроты пекинской капусты папа оказался прав. Хотя яйца её немного смягчили, Тамора пыталась не касаться еды нижней губой, однако рану почти сразу начало немилосердно жечь. Девочка отхлебнула молока и стала сосать нижнюю губу, чтобы молоко потушило пожар.

Мак появился в дверях и насторожённо втянул носом воздух.

– Не беспокойся, – сказал отец. – Ни лука, ни перца, ни мяса, и яйца для тебя я пожарил отдельно.

Мак был самым привередливым в еде человеком в жизни Таморы. Он не выносил, когда продукты смешивают или когда они касаются друг друга, и ему легче было умереть с голоду, чем прикоснуться к некоторой пище. Он сел рядом с Таморой, ссутулился над своей тарелкой и стал есть.

Тамора отложила вилку и самым обыденным тоном поинтересовалась:

– Папа, в последнее время никто не обращался в больницу после встречи с… монстрами?

– Ничего необычного не было. В прошлом месяце одна дама бормотала, будто видела в туалете гремлинов. Её поместили на семьдесят два часа в психиатрическое отделение, чтобы назначить правильное лечение. А почему ты спрашиваешь?

– Просто так, – быстро ответила Тамора. Она не собиралась рисковать, чтобы её тоже госпитализировали или накачали лекарствами. За отцовскими очками в квадратной чёрной оправе она видела беспокойство. С тех пор как пропал Андре, отец относился к ней как к хрупкой фарфоровой чашке. – Ты вроде бы говорил, что однажды у тебя была пациентка, которая пила серебро?

– Да, коллоидное серебро. Она думала, это спасёт её от рака. А у неё только кожа стала странного серо-голубого цвета.

– А других последствий не было? – спросила Тамора. – Например, не испортились ли у неё зубы или не изменился ли цвет крови?

– Нет, ничего такого. Она выглядела как андроид, а в остальном была совершенно здорова. – Отец потёр клочок волос под нижней губой. Таморе казалось, что этот «островок», как называл его папа, похож на короткую жирную чёрную гусеницу, которая едет на его подбородке, как на попутке. – С чего ты вдруг заинтересовалась больничной жизнью?

– Просто увидела кое-что в Интернете, – соврала Тамора. – Сумасшедшие случаи из жизни приёмного отделения.

Может, и было другое объяснение появлению так называемых гоблинов, но в глубине души девочка не верила в это. Их зубы, синяя кровь… Тамора нутром чувствовала, что они были настоящими, так же как была убеждена в существовании связи между ними и исчезновением Андре. Что бы ни случилось, Тамора намеревалась отыскать друга.

***

Спальня Таморы была в дальнем углу первого этажа, а потому там всегда было очень холодно зимой и очень жарко летом. Пахло птичьим кормом и перьями. Когда девочка вошла в комнату и включила свет, голубь Вудсток заворковал в своей клетке. Тамора нашла птицу во время поездки с классом в Историческую библиотеку Мичигана. У него было сломано крыло, и бедняга, жалобно крича, прятался за мусорным контейнером. Тамора выманила его, отдав половину своего сухого пайка.

Учительница отказывалась пускать девочку с больной птицей в автобус, Тамора же отказывалась оставлять голубя на верную гибель. В конце концов пришлось отцу ехать к библиотеке на машине, чтобы забрать их. Тамору наказали – она должна была оставаться в школе после уроков, – зато жизнь Вудстока была спасена.

Ветеринар сказал, что летать он больше не будет, но голубь, казалось, был счастлив в комнате Таморы, где бесконечные запасы еды и воды каждый день волшебным образом пополнялись. Особенно ему нравился сушёный горох.

Девочка приоткрыла окно, чтобы немного проветрить комнату, потом села за маленький стол под кроватью, расположенной вторым ярусом, и достала телефон. Она долго колебалась, не решаясь прикоснуться пальцами к экрану, и наконец открыла сообщения, которые Андре прислал ей в тот вечер, когда исчез.

Андре: «Я вот думаю, как отметить начало седьмого класса. Может, запустим сотню золотых рыбок в фонтан накануне первого учебного дня?»

Андре: «Не могу выбрать между рыбками и освобождением сверчков из вентиляции».

Андре: «Слушай, когда придёшь, напомни мне показать классное расширение для „Войн драконов IV“. Там есть шесть новых потрясных заклинаний и суперский саундтрек. Никак не могу выбросить его из головы».

Андре: «Увидимся завтра после твоей тренировки!»

На следующее утро отец рассказал Таморе об исчезновении её друга. Поначалу она не поверила, думая, что это очередной дурацкий розыгрыш Андре. Только когда отец включил новости и на экране показались школьные фотографии Андре, Кевина и Элизабет с подписью «Пропали без вести» большими жирными красными буквами, девочка осознала, что это правда. Увидев, как полицейские собаки обыскивают двор вокруг дома Андре, Тамора выключила телевизор.

Они подружились во втором классе, в том числе благодаря его чувству юмора. Это случилось сразу после того, как ушла мама. Отец с двумя детьми тогда только что переехал в Большеречье из другого города.

В первый школьный день Тамора оказалась в столовой с контейнером, полным приготовленной отцом кимчи, тогда как все остальные ученики уплетали сэндвичи, печенье и чипсы. Её обед из квашеной капусты, редиса и лука вонял за версту.

– Что это такое? – Бледный мальчик с пятном виноградного джема на футболке плюхнулся на стул напротив новенькой. – Похоже на тухлые водоросли.

У Таморы вспыхнули щёки. Она не удостоила наглеца вниманием и вонзила пластиковую вилку в овощи.

К ним подошли ещё несколько учеников. Темнокожий парнишка с круглым лицом и щербатой улыбкой наклонился поближе.

# Примечания

1

Одно из знаменитых преступлений XX века, произошедшее в американском штате Нью-Джерси.

2

В западных странах есть традиция давать детям так называемое среднее имя (иногда не одно), которое используется в документах и в официальных случаях. Так, полное имя королевы Елизаветы II – Елизавета Александра Мария.