Кладоискатели
Серия «Александрина»
Виктор Битеряков

Виктор Битеряков Дизайнер обложки

Благодарности:

Елена Попович

© Виктор Битеряков, 2022

© Виктор Битеряков, дизайн обложки, 2022

ISBN 978-5-0055-7655-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

1

За окном было мрачно. Панельный дом напротив нагонял серо-зеленое уныние. Все горожане привыкли к такой действительности, не обращая на неё внимания.

Он смотрел в окно и видел совсем другое.

Брызги солнечных лучей, пушистые сосны, покрытый росой мягкий мох. Лесная тропинка. И такой прохладный воздух. Скорей бы на природу, на раскопки, всей компанией! Туда, где они еще никогда не бывали.

Новая-старая компания… И хорошо, что они снова вместе.

Сам он бывалый старатель-копатель, специалист по электронике. Женька, его друг, жуткий проныра. Где и как достает он информацию, лучше не знать. Но без него пришлось бы копать пальцем в небо. Ну а Сонька, в отряде, не гласный талисман удачи. В начале у него были подозрения, а потом уже статистика подтвердила, когда Сонька в отряде им везет больше. А значит, их ждет находка, может быть целый клад. И лучше об этом не думать, чтобы не сглазить.

Только ему нужно подготовить еще одного «участника». Главного. Сейчас он лежал на монтажном столе в полуразобранном виде.

Металлоискатель был вершиной инженерной мысли, произведением искусства. Если его настроить, как скрипку. А это целая проблема…

Сергей отложил в сторону паяльник. Подумал. Завинтил крышку дискриминатора, над которым колдовал, а точнее сказать, мучился. Он перепробовал уже все настройки и не один раз. Что же можно сделать ещё?

Наверно нужно взять паузу и прислушаться к своим ощущениям.

Ладненько… Он включил аппарат, пускай металлоискатель пока прогревается. Оставалось ждать.

Он потянулся к пачке сигарет Rothmans. Дымок сигареты смешался с устоявшимся запахом канифоли. Канифоль в какой-то мере была старой традицией, работал он с кислотой.

Знакомые спецы по каротажу сразу сказали ему, не заниматься фигнёй, не изобретать велосипед. Металлоискатель улучшить всё равно не выйдет. Но это было его увлечение, не только для ума, а скорее для души. Хотя, больше для души, кто понимает… Прогнав прочь лишние мысли, он пытался понять, каким образом искажается электромагнитное поле в зависимости от различных свойств предметов взаимодействия. Для него в этом было что-то колдовское и по-детски увлекательное.

И вдруг, прибор заорал. Внезапно и громко.

Чёрт! Напугал! Надо бы сделать потише. Сергей вскочил, нагнулся, чтобы аккуратно немножко убавить чувствительность.

Его не устраивала эта неустойчивость. Неженка какая… Ладно, пускай лежит и не надо к нему прикасаться, лучше даже не ходить вокруг него.

Раздался звонок в дверь. Что за… Сигарета упала на ковёр. Поднял её. Пошёл открывать.

Глазок был только в общем коридоре, вмонтированный в крепкую стальную дверь, соседи постарались. Обычная железка. Чтобы её открыть нужно было повозиться меньше минуты. А ещё оттуда было видно, что он в этот глазок уставился.

Он осмотрел пустой коридор напротив. Никого. Или прячутся. Стены, на полу грязного цвета плитка. Пусто.

– Блэк, успокойся наконец! Кто-то хулиганит.

Злобный пудель, чёрного цвета, прямо затряс головой от возмущения, продолжая скалиться.

Вдруг раздался грохот и в глазке появилась чья-то рожа. Пудель снова зашелся от лая.

Сергей усмехнулся. Вот шутники… Свои! Тихо Блэк!

Морщась от дыма, прикрыв глаз, распахнул дверь. В коридоре Женька и Сонька, увидев которую Black сразу перестал лаять.

– Можно? – зачем-то всегда спрашивал Женька.

– Можно, можно, если осторожно. Проходите.

– Опять накурено, – недовольно заявила Сонька. И сразу полезла распоряжаться, – открыла окно нараспашку.

– Э-э, ну, – начал протестовать Сергей, – у меня прибор… Я вообще, заболеть могу!

– Кури больше, тогда точно заболеешь!

– Того… У меня же прибор прогревается!

Металлоискатель вдруг заорал и сразу стал захлебываться, кудахтать и подвывать. До всех сразу доперло и окно враз было закрыто. Металлоискатель был главной персоной, без него бесполезно «идти на дело». Чтобы успокоиться, Серёга опять схватился за пачку сигарет. Но при Соньке не решился. Махнул рукой, включил чайник, который был у него прямо в комнате. Крепкий чай был сейчас в самый раз.

Когда Сонька появлялась он каждый раз впадал в управляемый штопор. Но, не признавался ни в чём, не себе, никому, соблюдая видимое спокойствие. Ничего не происходит… Ничего. А Сонька, она просто даже… Свой человек в компании. И не человек, совсем… Крутая девчонка-гимнастка, мастер! Ну и ладно… Окно закрыто, аппарат на прогревке, чай готов.

А Сонька залезла на диван, нагнулась, сложилась вперёд, прижимая корпус к прямым ногам. Вовсе нереально, он бы сломался враз. Потом, чтобы Женьке, который ерзал на краю, хватило места, подвинулась. Перетекла в какую-то немыслимую фигуру, свернувшись колечком. В общем, так постоянно… Невозможно!

Женька устроился перед компьютером, схватился за мышь, заявил сразу, -Подождите, сейчас я вам такое покажу!

– Сергей опять обеспокоился, – только никуда не влезай, ты мне всё испортишь!

– Никуда я тебе не испорчу…

Сонька как-то расплелась из своего узла в нормальную человеческую форму. Подошла к нему пить чай. Он почувствовал её близость. Как же это тяжело. С ней всегда было неловко. Она примостилась скраешку, занимая совсем крошечная место, колени сразу подтянула к голове. Но не может без этого! Хлебнула его чая и глаза у неё распахнулись дикие-дикие.

– Ты с ума сошёл!

– Что, горячо?

– Нет конечно! Крепкий… Дай мне просто воды обычной.

Отпила глоток и сразу успокоилась.

– Серёга…

– Ну?

– Спасибо за подарки. Мои комбинезон и купальник самые лучшие! Лучше всех! Здоровские! Теперь я самая крутая.

– Ну и хорошо, – промямлил Сергей, стараясь предать голосу безразличие.

– Правда они дешёвые? Да?

– Правда, правда. Самые дешёвые, ничего дорогого. Я же уже говорил!

– Ну просто не верится, такая красота…

Сонька улыбалась ему. А у него не было сил смотреть на неё. Оставалось смотреть только в глаза, но это было еще труднее.

– Конечно, он лукавил безбожно. Установка, на которой он делал для неё стразы обошлась ему в совершенно ненормальную сумму. Наверное, что-то вернётся. Но это неважно! Главное, он сделал что-то для неё. Хотя и не видел ни одного её выступления. И даже не собирался смотреть. Хорошо, что все получилось. Стразы простые, даже не хрусталь, а сверкают посильнее, чем фианиты. Вообще, ему хотелось еще что-то для неё сделать. И теперь он работал над тем, чтобы получить глубокий фиолетовый оттенок. Её цвет.

Соня отхлебнула ещё глоточек, пошла на диван. Надо делом заниматься. У неё четыре соревновательных дня на носу. Надо в зале торчать, а не здесь околачиваться. Ну не зря, конечно, Серёга действительно потрясающие украшения подарил. Просто удивительно. Соревновательные комбинезоны, купальники, – самое ценное для неё, по заказу пошитые, теперь засверкают такими украшениями, что ни у кого нет. Здорово! Все эти радужные тряпочки, «бензиновая аврора», всё это уже не то. А когда-то мечтала. Swarovski и Асфур, они теперь отдыхают. Сергей сделал такие стразы, треугольными чешуйками, просто сумасшедшие! А потом ещё сделал, таких, каких ни у кого нет, крестиками. В начале было непонятно, потом увидела, что такая красота и даже не поверила, просто чума!

– Ну можно я покурю! – Серега не мог без своих сигарет.

– Да фиг с тобой! На здоровье…

Серёга встал у окна. Правда потоком воздуха всё равно сигаретный дым занесло в комнату. Да и чёрт с ним! И вообще-то ей даже нравилось. Эти запахи крепкого чая, канифоли, сигарет, паленой изоляции… В этом было что- то такое, прикольное.

Сонька уже привыкла к постоянной работе над собой, каждый день, год за годом. И не просто верила в себя, что она самая лучшая, а так оно и было! Просто пока не везло в спорте. Отец военный, мать… Из-за этих метаний по гарнизонам, она самая перспективная, потеряла уже двух ведущих тренеров. И шансы… Из-за этого не клеится, то одно, то другое. Данные у неё были: работоспособность, дисциплина, целеустремленность… Но железный распорядок, где он? Должно быть все окончательно определено, и она конечно достойна самого лучшего тренера. Так многие думают девочки и родители, конечно. Но она действительно достойна. Только почему судьба такая каверзная, то в одну сторону, то в другую! Она привыкла всегда работать и всегда идти вперёд. Ну и что толку…

– А вот, друзья, посмотрите, что у меня. -Женька торжествующе улыбался, показывая рукой на экран.

– Красотища какая, – взглянула на экран Соня, – только ничего не понятно.

– Чего непонятного, где звёздочки, там можно хорошенько «копануть».

– А где галочки?

Галочек, кстати, гораздо больше.

– Там уже копали, скорее всего уже перекопано, – пояснял Женька. – А где треугольнички, там постройки, тоже ничего не получится.

– Какое-то поселение, постоялый двор, трактир, базар…

– Можешь даже не читать, там всё перекопано. Даже обозначить было лениво. – Таможня, почтовая станция, мельница…

– Деревня прямо в поле стоит, – заметила Сонька!

– Это просто другой слой, сейчас тут поля, а когда-то давно была деревня.

– Но почему просто не копать, где чисто, – спросила Соня.

– Потому что нерентабельно, вот и всё, – пробормотал Сергей. Но в принципе информации полно, описаний, карт разных. При желании и умении можно довольно неплохо сориентироваться. Можно посмотреть.

– Прямо сейчас?

– Да хоть сейчас.

– Да подождите вы, – возмутился оскорбленный Женька. Он такое принёс. А его тут словно в грош не ставят. Не выдержал, махнул рукой, и начал колоться.

– Да на меня целая куча шпионов работала. А вы…

– Прямо-таки шпионов, – покосилась на него Сонька.

– Ну скажем, – темнил Женька, – купил я кое-какую информацию.

– Нашлись такие люди, кто продаёт своих, – тихо сказал Сергей. – Где ты их нашёл то?

– Ой! Ой! Через других людей, – оправдывался Женька … – Неважно где! Думаете всё так просто? Пришлось всё проверять, перепроверять, анализировать! Там дезинформации больше половины. А вот слой, смотрите! Из интернета в основном вся инфа. Простой треп, открытый, закрытый, общение между копателями в общем. А ещё мне один парнишка натянул все карты на GPS. Трехвёрстку, генштаб, всё что не совпадает, по местам нас интересующим конечно. Работа была проведена большая, грандиозная!

– А ты-то сам, что сделал, – спросила Соня.

– Вот, вы видите результаты, – сухо обиженно подвел итог Женька. – Всё организовать, это самое сложное. А в одиночку ты можешь найти хорошие места только случайно.

– Мне нравится вот это место, – тыкнула пальцем в монитор Сонька.

– Что там?

– Посмотрим… Пусто! Лес, речка, овраги…

– А промазала, Сонечка, – съязвил Женька!

– Так, а если посмотреть на других слоях … – Засунув сигарету обратно в пачку, Сергей начал щелкать мышкой. – Ничего… Какое-то поселение, пара домов.

– А тут какой-то знак вопроса. Почему?

Женька полез выяснять, что означает этот вопросительный знак.

– Так… Слушайте… А тут скорее всего было капище. Так по крайней мере написано. Сонечка, тебе везёт! Сразу нашла какое-то место интересное. Правда работать там будет трудно, может и вовсе невозможно, лес с оврагами… Посмотрите, как интересно! Река за это время сильно поменяла свое русло. Даже не знаю, добираться сложно. Приедем туда и будем копаться где-нибудь совершенно в стороне от места.

– А ты обратись к своему дружку картографу, – посоветовал Сергей.

– Придётся, – отозвался Женька. – Только с «дружками» порой бывают проблемы. Всё за деньги сейчас! Так-то господа.

В этот момент загудел металлоискатель. Похоже, что он был чем-то очень недоволен.

– Тихо, – вдруг изменился в лице Сергей. – О, работает! Сидите, где есть, не двигайтесь, не шевелитесь даже, – командовал он смешным театральным шепотом. Он прислушивался, чего-то там шаманил, делал какие-то манипуляции.

– Ничего не понимаю!

Он потянулся за сигаретами, полез курить в окно.

– Перевел бы всё на монитор. – Женька поднял палец. – Что ты всё возишься со звуком? На экране должно быть всё видно.

– Что ты понимаешь, – отмахнулся сигаретой Сергей. – Думаешь будет понятнее? Ничего подобного! Звук, это такое… Тебе не понять! Просто сейчас всё включилось! Работает, а я ничего не слышу… Звук словно застыл один и тот же. Вот… Беда.

Он затянулся и снова уставился в окно. Там у соседнего дома какой уже месяц стоял брошенные грузовик. Пожалуй, что уже год.

– А что надо слышать, – дошел до него вопрос Сони.

Он оторвался от своих раздумий. – Просто услышать, как меняется звук.

– Так он меняется, – убежденно заявила Соня! – Менялся точно.

– Да?

– Да. Точно – точно!

– Сергея ткнул сигаретой себе в нос. Поморщился, вылез из форточки.

– Так давай попробуем! Скажешь, когда звук будет меняться.

Он еще не успел подойти к включенному прибору и поменять настройки как услышал Соньку. -Так он сейчас меняется. Прямо сейчас!

– Да ладно, – он усмехнулся. – Я ничего не слышу.

– А я слышу!

– Хорошо. Тогда давай проверим. – Я сейчас буду менять положение руки, а ты говори, если что изменится. Только не подглядывать!

– Да, хорошо!

Она отвернулась и даже закрыла глаза руками.

– Сейчас… Да! Нет. Ничего… Да! Опять!

Он-то менял настройки, то специально ничего не трогал. А она точно угадывала, что происходит.

– Подожди, – наконец не выдержал он. -Но как это возможно?

Сергей был в совершенном восторге. – Ты как будто видишь меня через этот звук, что я делаю. Это, что фокус такой? Ты действительно слышишь?

– Конечно, я же отвернулась! А что, у меня получилось?

– Ещё как!

Она недоверчиво улыбалась и добавила. – Он у тебя рычит, совсем как кот. Иногда довольно, иногда ему что-то не нравится, злиться, просит что-то. Потом опять становится довольный.

– Ты слышишь повторение? – Сергей стоял удивленный с открытым ртом. Повторение сигнала?

– Да.

– Так запиши, пока всё работает, раззява, – подсказал Женька, который сориентировался быстрее всех. – Давай, давай!

Сергей закрыл рот, – точно! Давай запишем.

– Вот, всё в цифрах. Надеюсь, всё точно и у нас получится. Где я ещё такой детектор найду! Как Сонька… Можно сказать предварительное тестирование пройдено. Но нужно работать и ещё, и ещё.

– Хорошо, – согласилась Сонька.

– Ты просто супер! Понимаешь, это потрясающе! Как же с тобой всё просто! Сам бы, никогда в жизни…

Она рассмеялась. И подумала, такой бы фурор на соревнованиях. Но даже если у неё было бы первое место, не то, – думала Соня. Такой восторг у него!

– Вот бы я так умел! Научишь, – восторгался Сергей.

– Да легко, смеялась она.

– Правда?

– Да. – Я тебе даже могу станцевать мелодию, которую поёт наш металлоискатель. Правда! У него есть голос. Мы уже познакомились, и я его запомнила. И он на меня тоже реагирует. А ты, если хочешь научиться, бросай курить.

– Всё, – улыбнулся Сергей, – так просто?

– Даже очень просто, – парировала Сонька. – Всего – то темпоральная перцепция. А вообще любые изменения среды оказывают влияние и изменяют состояние психики. То, что ты чувствуешь можно по-разному интерпретировать.

Все удивленно посмотрели на неё.

В комнате стояла тишина, где-то полминуты. Сергей почему-то не стал курить. И повернулся готовить свой чай.

– Не очень крепкий, – заметила Сонька.

– Не очень крепкий, – повторил Сергей.

Друзья ушли.

Несколько дней Сергей настраивал металлоискатель словно драгоценную скрипку. А потом сидел на диване, думал. Блэк тоже валялся здесь же. Явно довольный, когда его гладят. Может поскуливать, тявкнуть, а больше ничего не слышно. Может быть, он его тоже не слышит?

Соня теперь часто не выходила у него из головы. Он всегда считал, что это подружка Женьки и его она совершенно не касается. Конечно, она интересная девчонка, необычная. И мысли её всегда забиты всякими пуговицами, лентами и прочими безделушками. Думал раньше, она простая глупая, как все. Но она определённо умная. Девчонка – кошка. Да. Ничего ему не показалось, – умная. Так она и есть женщина кошка.

2

Серёга всё-таки включил телевизор, когда показывали соревнования по гимнастике. Другие выступления он не смотрел. Но когда объявили её, он оторвался от работы и уставился в телевизор.

– Да, самая лучшая, что тут сказать, – произнес он вслух. Хотя кроме него в комнате никого больше не было. Он увидел, как сверкают стразы, над которыми он мучился, стараясь чтобы получилось как можно лучше. Для неё старался. А теперь, когда увидел её глаза… Сияющие! И ему самому вдруг стало необъяснимо здорово. Так хорошо!

Он взял сигаретную пачку, подошёл к окну покурить. И вдруг смял её и выбросил почему-то с улыбкой. Он был сейчас счастлив и так без всяких сигарет. А когда с ним такое было последний раз? Вообще-то даже никогда…

Пролетели дни, неделя.

Понемногу стали готовиться, собираясь к своему походу.

Раз пришел Женька. Пришёл один, Соньки ним не было. Сидел, говорил разное, пока Сергей готовил чай. Похвастался, что ходил играть в гольф.

– Ну и как оно? – спросил Сергей.

Женька вдруг повернулся и глянул на него ничего не понимающе. – Что как?

– Ну игра в гольф. И всё такое…

– А, вот ты о чём. Да ерунда полная. В смысле, играю я неважно. Никак.

– Можно догадаться, бросил Сергей незлобно.

– Да нет! Думаешь, я туда для этого ходил? Нет конечно. Для знакомств очень нам нужных.

– Нам?

– Ну, нам, мне, какая разница!

– А Сонька…

Женька не понял его вопрос, но ответил. – Сонька, дура, не пошла играть. Понимаешь! Мне от неё никакой поддержки нет! И вообще, никакого толка.

– В каком смысле, – удивился Сергей?

– Могла бы и помочь. Дело-то выгодное, нужное, право…

Он возмущенно взмахнул рукой.

Сергей пожал плечами, её дело. – Может она занята.

Женька скривился, – дура! Неприступная крепость. Вот кто она! Я даже начинаю сомневаться в её ориентации.

Сергей был несколько огорошен, но ничего высказывать эту тему не стал. Он просто вытурил Женьку побыстренькому, сославшись на занятость. Чтобы тот изливал желчь где-нибудь в другом месте.

Сонька тянулась в гимнастическом зале, думая о своём.

Парни, всё-таки такие они… Умные, конечно, а в то же время глупые дурачки! Очень умные и такие же глупые. Смешные, они не понимают, что их видно насквозь. Вот Женька, строит свои планы, просто очевидно. А Серёга всё равно купился. Не понимает, что Женька им крутит. Всё потому, что он хоть и умный, но совсем бесхитростный. Женька не такой. Всё время что-то мутит, обещает, то одно, то другое. В последнее время слишком много этих обещаний. И он их раздает направо и налево. Всегда вокруг него крутятся всякие полезные люди. Это сейчас. Раньше он таким не был, – нормальный, смешной и веселый.

Сергея она видела, но познакомилась недавно, а Женьку знала уже давно. Хорошо с ним было, весело. Что с ним случилось? Впрочем, какая разница. Надоел он. Надоела вся эта его болтовня и всякие ненужные обещания. Ничего он не собирается делать, из того, что обещал. Это она точно знала. Ничего.

А Сергей ей нравился всё больше. Но не из-за того, что он очень много для неё сделал. Хороший он и действительно умный. Только жить ему недолго. Если не отвадится от табака сейчас.

Сонька давно уже тренировалась. И не делала никакого перерыва. Накатила усталость.

Она чувствовала раздражение из-за ссоры с Женькой, который обиделся из-за своего гольфа. Ну не пошла она с ним! Ну и что такого…

Вообще-то, ни злобы или обиды у неё никогда в жизни не было. Правда, негатив уходил в движение. Таков спорт. И личные отношения с кем – либо всегда мало волновали её. А сейчас чего-то распсиховалась. Наверное, всё же это обычная спортивная усталость.

Конечно, она не обращает внимания, что Женька крутится передней со своей игрой в большую любовь. У него без шансов. Ничего он не дождётся. Еще и потому, что сейчас он совсем уже другой Женька.

И тренерам она давно не нужна, надо всё-таки признать. А скоро никому вообще нужна не будет. Вон, недавно, Серёгина мать посмотрела на неё с таким презрением… Словно она уличная девка. А ей, всегда глубоко до этих взглядов… Ещё чего, ждать каких-то подарков от жизни! Ха!

3

Наконец дождались, наступил долгожданный праздник. Подоспел «день икс».

Сколько они готовились, сколько собирались. И вот пришло время отправляться в далекий путь. Их, без сомнения, ждут удивительные приключения. Сонька смеялась и улыбалась. Она не могла узнать своих друзей, их словно подменили.

Вся обыденность исчезла без следа. Радостные, ненормальные, словно с цепи сорвались. Что-то такое произошло и стало весело и счастливо, просто удивительно.

Друзья бегали, взад-вперед, таскали снарягу к лифту, а потом к машине.

А на улице твориться что-то ужасное. Небо было сумрачное темное и дождливое. Тучи нависли тяжелые, будто конец света наступает. Но разве остановишь таких ребят, если собрались на подвиги.

Вот и последняя ходка за багажом. Наверняка, лишними коробками с консервами и другой провизией. Но на этом всё и они радостно вываливают во тьму.

Рюкзаки закинули в багажник, как будто в пещеру какую-то. Многовато барахла. Но и машина не маленькая.

Женька в непромокаемой куртке захлопнул багажник и торопливо полез в кабину.

Здоровенный черный Suburban во мгле казался ещё больше. Внутри широко просторно, а главное, тепло и сухо. Такая у Женьки любовь ко всему большому и к большим автомобилям. Наверное, ему кажется, что сам он тоже становится внушительней и больше в глазах людей.

И вспомнилось…

Как-то раз они застряли прямиком посреди обычного ровного поля. На «Юконе», которым Женька всю дорогу восторгался.

Он прямо раздувался от гордости. Делал им замечания, чтобы ненароком не повредили кожаную обивку.

Правда сказать, у этой распрекрасной машины была уже сильно убитая подвеска. Так, что восторги Женькины были несколько сомнительны, особенно на поворотах, когда машина качалась, как карета.

Так вот, застряли. И Женька глупо, как полный чайник, не успокоился, пока не зарылся в грязь по самое брюхо.

Дальше сидели куковали. Выслушивали Женькин монолог, как и почему такое случилось.

Потом пошли за подмогой.

Приехал ЗИЛ «сто пятьдесят седьмой». И тоже увяз!

Водитель «Захарыча» чертыхаясь вылез, сетуя на своё невезение.

А Женька потащился в деревню за трактором.

Сергей пожалел тогда расстроенного дядьку. Он и его друган – Ванька стали вытягивать «Захарыча» из грязи. Попробовали и получилось, почти что. До приезда помощи они успели поднять передок.

Как?

Да, сходили в лес, принесли оттуда длинных стволов. Сделали блоки, такую конструкцию для подъёма тяжестей.

Водитель сначала не верил. А потом увидел, что кабина поднимается, впрягся помогать тоже. И кабину они подняли! Но к тому моменту приехал трактор. И смысл возиться самим пропал. А то бы выдернули грузовик непременно!

Женька как приехал на тракторе, по-быстрому расплатился. Тут же загнал всех в машину и уехал побыстрее, больше ничем не интересуясь. От этого у Соньки остался какой-то осадок. Изменился Женька.

Зато теперь она с Серёгой решила подружиться по-настоящему. Она оценила мужской поступок двух друзей. Пару лет прошло. И еще несколько совместных экспедиций. И теперь они снова едут вперед за приключениями.

А Suburban был ещё по более того «Юкона».

Сидели они рядком, словно в грузовике. Сергей со смехом сразу заявил, что за бензин платить он не собирается. Потому, что Suburban этот жрал столько, что сказать даже совершенно неприлично. Нет, действительно именно так!

– Вот если мы застрянем на этом монстре, – добавил он, – тогда точно будет смех!

– Типун тебе на язык, – отозвался Женька…

Двигатель довольно гудел. Машина неслась вперёд километр за километром.

Что там снаружи вокруг, ничего не разглядеть. Даже, день сейчас или сумерки не поймёшь.

Бесконечный дождь бросает на лобовое стекло отдельные капли, а иногда целые потоки воды. Что поделаешь, непогода. Вот если по приезду такое будет на месте…

Нет, никто назад поворачивать не будет. Они не будут ныть и стонать. Железные люди, путешественники, плюс мотивация!

Здесь в кабине совсем неплохо. Звучит радио, греет печка, ребята строят планы. Сонька сидит между ними посередине, уставившись вперёд на дорогу. Только сидеть, как человек она ни в какую не может, вот только, как птичка, или кошка. Даже может быть, как ящерица. Всё давно уже привыкли и не обращают на неё никакого внимания.

Остановились у придорожного кафе. Перекусили. Цены здесь такие же как в Москве. Хотя уехали уже далеко – далеко. А ехать осталось еще столько же, даже дальше. А дождь всё лил, лил наводя дремоту. Сонька давно уже зевала. Наконец не выдержала, полезла назад тянуться и спать. Спать получилось совсем немного, как ей показалось. Внезапно она была разбужена шумом и холодным ветром, рвавшимся в кабину. Услышала недовольный Женькин крик.

– Ну почему именно сейчас случилась такая хрень! Ни черта не вижу!

Женька опять чертыхнулся.

– Ни черта не видно, – повторил Сергей.

– Надо остановиться протереть стекло, мы еле плетемся.

– А смысл? Я чувствую заколебёмся так останавливаться, – стонал Женька.

– А что делать?

– Что у вас творится? – спросила Сонька.

– Дворники полетели!

– Как теперь доедем, не понимаю!

Женька остановил машину, бросился протирать стекло.

Дождь, кажется, не собирался останавливаться.

Протерев стекло, снова поехали, но куда там! Опять ничего не видно!

– Где у тебя швабра, спросил Сергей?

– Там… Зачем?

– Полезу протирать.

– Как, на ходу?

– Ну, а как ещё!

– Ну давай, попробуй, засомневался Женька…

Сергей в штормовке, по пояс вылез из окна со шваброй в руках. И теперь работал вместо дворников.

– Ну как?

– Как бы ничего… Видно даже, пока ты там натираешь.

– Ну так прибавь газу!

– Стрёмно вообще-то…

– Давай! Рули!

– Рулю!

Машина весело летела вперёд, настроение поднялось. Ближайший город совсем не далеко, а там и помощь.

– Прибавим…

Женька еще увеличил ход.

– Поосторожней, – заволновалась Сонька.

– Не беспокойся, всё в порядке. Если что наш герой влезет обратно. Пойми, чем быстрее домчимся до города, тем быстрее устраним неисправность.

– Домчимся, – передразнила его Сонька. – Смотри вперёд, не отвлекайся.

– Слушаюсь, – отозвался Женька.

Гаишников они прошляпили.

Увидели дорожную полицию только тогда, когда те махали жезлом требуя остановиться.

– Ну надо же не повезло! Нарвались, – бросил Женька, сбрасывая скорость и прижимаясь к обочине.

Женька вылез и пошел к «дэпээсникам».

– У нас дворники сломались.

Женька протянул документы.

– Понятно, полицейский заглянул внутрь машины, оглядел всех.

– Куда направляемся?

– В ближайшую автомастерскую, – доверительно сообщил Женька, – хотелось бы…

– Так! У вас пассажир вне салона, на улице, не пристёгнут… Нарушаем! Угроза жизни гражданину…

– Товарищ командир, – заволновался Женька, – товарищ нам вместо дворников стекло лобовое протирает. Я же ничего не вижу… Отпустите нас, товарищ командир, до мастерской… Там нам помогут.

Гаишник подумал недолго.

– Так, водитель, можете ехать. Только не превышайте скорость.

Он козырнул и отошел в сторону.

– И это всё? – удивился Женька.

Он быстрее поспешил убраться от поста.

– Денежки остались при нас, почему-то… Ничего с нас не взяли! А ты, дворник, лезть в окно! Я ничего не вижу. Нет, думал, так просто не отпустят!

В автомастерской специалисты достали плату, хотели прозванивать.

Но Серёга посмотрел и сразу ткнул пальцем, – вот тут она сгорела.

Действительно, видно место, где накрылось устройство. Разобравшись с этой проблемой, они снова поехали дальше.

4

Дворники снова работали. А Женька всё продолжал подкалывать Серёгу, как тот ловко заменял дворники. А, что платить не пришлось ментам, он мог говорить вечно.

Дождя больше не было, хотя мелкая морось продолжалось. Пасмурный день подошел к концу, начинало темнеть по-настоящему. Дорога тоже ничего, поэтому останавливаться они не собирались. Ехали дальше. Женька даже разгонялся, порой, и турбинка неприятно посвистывала на прямых участках. Сонька как-то не очень комфортно себя чувствовала. На такой скорости у неё возникло чувство тревоги и неуверенности. Женька был далеко не гонщик. Да и вообще, он не лучший водитель, по правде.

И в какой-то момент нормальная езда закончилась.

Дорога испортилась, пришлось снижать скорость.

Женька постоянно ругался. Тут и там, в самых неожиданных местах встречались выбоины и целый ямы. К тому же снова пошёл дождик. Что ж, зато нехорошее настроение ушло как небывало.

Ехали не спеша, аккуратно и внимательно, временами сменяя друг друга. Один отдыхал, двое бодрствовали, очень удобно.

Прошла ночь.

Проснувшись, Сонька увидела, что уже светло. Утро выдалось хмурое, туманное.

Сделали короткую остановку. Вылезли из машины. Кругом тихо и безлюдно.

– Где мы сейчас, – спросила Соня.

Сергей неопределенно пожал плечами.

Из-за пелены тумана проглядывал темнеющий лес, растущий на холмах. Высокая пожухлая трава была мокрой. Не разгуляешься особенно, уныло совсем.

– Так где мы? Что это за место, – стала трясти Сонька Женьку.

– Не знаю. У меня GPS не принимает, – ответил тот. – Даже не могу сказать.

– Как это? – Сонька зябко поежилась.

– Мне не нравится всё это. – Женька сделал страшные глаза. – Мерзкое место. Надо бы нам быстрей выбираться отсюда…

– Почему, – оглядываясь по сторонам пискнула Соня, потихоньку отступая к машине.

Женька вдруг расхохотался. – Купилась! Купилась. Что там полагается за испуг?

– Дурак ты! Совсем я не испугалась.

– Поехали, ладно, – скомандовал Сергей.

– Машина твоя что-то начинает разваливаться по частям, – недовольно проворчала Сонька.

Как бы там ни было, но GPS действительно не работал. Оставалось читать знаки с названиями населенных пунктов которых было не так-то много.

Следующее утро было совершенно похоже на предыдущее. Так же, как и окружающая местность.

Сделали короткую остановку. Пейзаж был тоже похож на вчерашний. Казалось, никуда они не продвинулись за предыдущий день. Но это было не так. Место раскопок куда они направлялись было совсем близко. Правда если ехать по прямой и хорошей дороге.

И снова в путь.

Вскоре пришлось сворачивать с трассы. И дорога, по которой они ехали теперь была совсем убитая. Хорошо, что местами еще оставалось асфальтовое покрытие.

– Зачем только мы свернули сюда, – сетовал Женька. – Впереди по трассе был ещё один поворот, куда ближе к месту чем этот. Там надо было сворачивать.

– Нет, – возразил Сергей. – Там не дорога, а заболоченная, заросшая кустами просека. Там если только на гусеницах проползешь.

– Ну ладно! Только так мы будем бесконечно добираться, никогда не доедем…

Нудная езда продолжалась. К тому же снова стал накрапывать дождь. GPS всё так же не работал.

Сергей повернулся желая что-то сказать. И тут внезапно музыка из приемника оборвалась.

– Ну вот, что за дела!

Радио трещало и гудело.

Его приглушили, а затем совсем выключили.

– Как это понимать, – обратился Женька к Сергею. Тот посмотрел в сторону. – Да никак… Я тут бывал раньше, тоже ничего не работало. Место такое.

– Может быть это аномалия?

– Может быть…

– Так, ну и шо дальше?

– А не шо.

Потыркали настройку, ничего не изменилось.

– Будем ехать в тишине…

Иногда включали радио для проверки. Из приемника слышались какие-то посторонние звуки. Он затихал, потом вновь оживал. Один раз послышался жутковатый вой. Такой мерзкий. Радио выключили, но казалось вой продолжается. После этого Сонька сразу затыкала уши, когда кто-нибудь пробовал проверить звук. Так и ехали в тишине.

И неожиданно заглох мотор.

Они съехали на обочину и остановились.

– Ты какого года и машину купил, – пытался шутить Серёга. Женька Мрачно хлопнул дверью, пошёл что-то там смотреть.

Что он вообще мог увидеть? Понимал бы хоть капельку в технике.

– Так, GPS не работает.

– И вообще ничего не работает. Попробую телефон, который раз…

– У меня тоже ничего не работает!

Серёга и Сонька вылезли из машины.

– Слышишь какая тишина вокруг?

Сонька покрутила головой не отвечая.

На предложение перекусить отнекивалась, что мол аппетита совсем нет.

Покопавшись в распечатках, Серёга изрек, – все в порядке друзья, мы в аномальной зоне…

Женька вместе с ним тоже склонился над картами.

– Ну и где? В какой ещё зоне? Приглядись внимательно, что ты там показываешь находиться в стороне.

– Нет, смотри, – Сергей покопался, достал ещё карту масштаба поменьше, смотри!

– Ну и что, – Женька скептически поджал губы, – эти якобы зоны в стороне.

– Да, но построй их в линию и посмотри, что получится! Мы как раз там, где должна быть аномальная зона, теоретически.

– Кому она должна, твоя зона? Нет никаких аномальных зон вообще.

Вдруг сам по себе завёлся мотор.

– Что за хрень?

Ребята уставились друг на друга.

– Едем, – коротко бросил Сергей. Все задвигались.

Женька торопливо запрыгнул в кабину.

И вроде ничего, поехали дальше.

– У меня один раз педаль газа оторвалась, – объявил Женька нервно похохатывая. – Представь, прямо на Лубянке. Пришлось через все ряды перестраиваться пока совсем не остановился. Такой нахальный манёвр! Кстати, тоже на «американце» всё это случилось.

Сергей мрачно буркнул в ответ, – из этого стоит заключить, что аномальных зон и объектов не существует. И ещё, несмотря ни на что, ты предпочитаешь «американцев».

– Просто, в «американцев» влезают три задницы, где у японцев, две никак не влезут. Все заржали.

– Помнится еще один случай. Такое может случиться только с американскими тачками.

– А, ну конечно! Когда мы потеряли Блэка вместе с Сонькой! Я совершенно точно мог бы сказать, что Сонька с Блэком забрались в машину! Забрались и двери захлопнули. И сидят где-то там ряду на втором, на третьем.

– Да, просто привет, мы сами сели, а их выходит бросили и уехали. И только через полсотни километров, когда свернули с дороги, уже в лесу обнаружили, что в машине их нет!

– Да! Сонька и моя собака на рынке остались! Вот смех. А в машине только мы вдвоём едем. Рассказать кому! Такое никак не придумаешь, истинная правда.

– Потому что я и Black для вас значит меньше, чем ваш бестолковый трёп, – обиженно прошипела Сонька.

– Да извини ты, понимаешь, машина правда.

– Что там в твоей машине позади совершенно не видно.

– Так что нас можно простить. Да. А я только потом понял, чего это там долгое молчание такое… Думал вы спите там. А потом, когда дошло! Такой разворот… И погнали назад на полных парах. А вы там идёте по обочине, даже совесть проснулась. Такие грустные… Потерялись.

– На секунду, поди, совесть проснулась, – подумала Сонька. И то вряд ли. Показалось…

– Долго что-то мы добираемся. Единственный плюс, комфортно в машине, а так стоило бы махнуть самолетом и дальше на перекладных. Гораздо быстрее получилось бы. На своей машине всё же лучше!

– На оленях хорошо, на собаках лучше, – напевал Серёга. А ещё пешком…

5

Кажется, они приплыли. Где-то к обеду погода совсем испортилась. Дорога стала размытая, мокрая и скользкая. В общем-то, не дорога, а выровненный булыжник с щебенкой кое-где. Темно, будто уже вечер.

И в результате ещё заехали в тупик, где дорога вообще кончилась.

Рядом, судя по карте был объезд.

Этот объезд оказался просто кошмар, не езда, а сплошные мучения.

За рулем теперь постоянно находился Сергей.

А дальше всё, пришлось вылезать из уютной кабины.

В дождевиках чапать по грязи, мокрому кустарнику, доводящему до бешенства.

Искать эту проклятую объездную дорогу. Затем тащиться, всё больше на лебедке.

Раз спустившись по склону, чуть не ввались прямиком в бурную реку.

Думали, что это уже конец.

Нет, Suburban, это не та машина! Совсем не для таких дорог!

– Эх, сейчас бы Wrangler, хотя бы.

– А ещё лучше МТЛБ! Нет, всё-таки это перебор, «Вранглера» хватило бы сполна.

Хорошенько повозившись, удалось кое-как развернуться.

Еле – еле выбрались обратно наверх.

И чуть ли не случайно нашли ещё один отворот той же проклятой дороги. Поехали по нему. Не особенно надеясь, но потом стало понятно, что повезло. Выбрались на нужную им дорогу. Теперь осталось совсем ничего.

Мост!

Всё правильно, мост через реку. Смеркалось, а сейчас совсем потемнело.

Перед ними был мост, здоровенный в свете фар. Выглядит внушительно, но что-то не то, какой-то старый и заброшенный.

Мало ли что там, надо оглядеться.

Вылезли из машины, пошли смотреть.

Надо же, это не просто мост, а железнодорожный. Когда-то здесь была железка. Даже рельсы сохранились, а рядом узкая бетонка для машин. Но в таком состоянии! Крупная ржавая арматура, коряво изогнутая. Плиты кое-где висят.

– А в принципе вполне надежно, – задал полувопрос Женька.

– Никто из нашей компании ничего никогда не боится, а это просто ерунда.

Да, они такие! Вперед!

Взяли шмотки из машины и не сговариваясь пошли дальше пешком.

Когда шли, плиты под ногами играли, что было совсем не весело, Какая уж тут машина! Вниз посыпались куски бетона. Все с замиранием сердца прислушивались. Но всплеска не было, там внизу в темноте шумела река.

– Ну и куда бы мы поехали, – тихо под нос прошептал Женька? Не понимаю, что теперь дальше? GPS не работает по – прежнему.

– Вперёд, – махнул рукой Сергей.

– Одно и тоже в… Опять пойдём напрямки?

– Да.

За мостом никакой дороги не было и в помине. Когда-то давным-давно случилась осыпь, которая завалила и рельсы, и бетонку. А потом на этом месте густо разросся лес, который поглотил всё.

Но, во-первых, Сергей уже бывал в этих краях, а во-вторых, ориентироваться можно было по склонам. Куда идет склон, туда надо идти. Или нет…

– Совсем недалеко осталось, надо двигаться, – объявил Сергей. И так, как никто не возражал, потопали через лес.

– Ну и темень тут! Или у меня что-то с фонариком, – тряс его Женька.

– Скорее с глазами!

– Нет, действительно, вы разве не замечаете?

– Я могу достать ночник. А вы пойдете за мной.

– Темновато, но я всё вижу прекрасно, давайте я пойду в первой, – предложила Сонька.

Её пропустили вперед.

И действительно она как-то что-то видела в этом ненормальном мраке. И вскоре по наводке Сергея вывела отряд на тропу, идущую вдоль склона.

– Уже осталось совсем ничего.

Вскоре они пришли куда-то. Осмотрелись.

– Вроде как место!

– Ура!

6

Всё что осталось от деревни была только одна хижина, обветшалая и покосившаяся на бок, страшная на вид.

Ребята искали место, где ставить палатку, но любопытный Женька решил заглянуть внутрь этой хижины. С трудом открыли дверь, которая оказалось на удивление упрямой. Хотя и не закрытой. Внутри никакой мебели, пусто. Крепкий дощатый пол, бревенчатые стены, темно и тихо. С потолка местами свисали корни. Там наверху поди всё травой поросло. – Не рухнет? Непохоже. – Сергей посветил наверх фонариком. Балки и стропила тоже крепкие, не совсем прогнившие по крайней мере.

– Предлагаю прямо здесь кинуть спальники.

Все согласились, устали, бороться и напрягаться порядком надоело.

Устроились по-походному, скоро.

Серёга забрался в спальник и слушал всякую всячину, которую нёс Женька. Тот уже начал беспокоиться о брошенной где-то там за мостом в машине.

– Бывало, ты знаешь. Помнишь те гады разбили стёкла, сняли аккумулятор.

Сергей помнил, действительно был такой случай. Только непонятно почему воришки те оставили снятый аккумулятор у машины. Может быть, сил тащить не было? Может быть как предупреждение… Чтобы посторонние держались подальше от поселка. Кто знает…

Размышляя, лежа в темноте, Серёга уснул. Моментально провалился куда-то. И также, ничего не помня и не понимая пробудился.

Долго лежал, не мог понять, как он сюда попал и где он вообще. Женька и Сонька уже копались, разбирая вещи, готовили завтрак. Он всё ещё лежал, пытаясь что-то сообразить. Наконец к нему обратились, – готовь металлоискатель брат.

Он начал собираться, в принципе всё уже было готово. Но из головы не выходило чего-то важное, что он никак не мог вспомнить. Что-то такое…

Чтобы всё правильно сделать не нужны никакие слова. Множество слов, это игра, которая отвлекает от дела, уводит от него всё дальше и дальше. И чем к большему это относится, тем важнее это утверждение. Но парадокс в том, что ввиду отсутствия ума серьёзные проблемы требуют серьёзных размышлений. Тогда как очевидное где-то рядом. И есть ли вообще смысл объяснять истину…

Бред какой-то? Или…

Его отвлекли и он потерял нить, которая вот-вот могла бы вернуть его к пониманию. Чего-то важного…

– Мы уже готовы. Давай быстренько к столу, еда ждать не будет. И надо вываливать. А то, что с погодой никто не знает.

Действительно задерживаться не имело смысла. Молча позавтракали и на выход.

– Что-нибудь снилось сегодня?

– Мне приснилось, что я летала во сне, – ответила Сонька. – Летала во сне, надо же.

– А вот у меня украли все мое богатство, – буркнул Женька. – Какой-то черт с рогами!

– Правда? И что это было за богатство?

– Ну, там много всего. И книга такая ценная, в переплёте, с камнями. Важная книга.

Сергей вдруг похолодел. Ему вдруг послышалось, что было сказано, – Книга жизни. Нет, не может быть, что это связано с сегодняшним сном. Теперь он ощущал мурашки, бегущие по коже и ещё покалывание. И почему-то было страшно переспрашивать о том, что там кому снилось.

– Здесь с «жэ-пи-ес» творится какая-то фигня.

– И с компасом, судя по карте тоже что-то не так. Непонятно как придётся привязываться к местности.

– Какие будут предложения?

Они оба смотрели на Соньку. – Ну что, может быть, попробуешь сориентироваться?

Но она отказалась вести отряд первой. – Что-то мне не нравится здесь, – произнесла она. – Ничего мне тут не нравится!

– Женские капризы, – съехидничал Женька. – Ну хорошо, я поведу, что с вами делать.

– Не очень хорошая идея, – подумал Сергей. Без Соньки что-то делать было действительно сложно. У неё великолепная пространственная ориентация. Но если она не хочет…

– Давайте первым пойду я.

Возражений не было. Тогда взяв рюкзаки, они без всяких задержек вышли из хижины. Метров через триста, стали пробовать определиться. У них не было какого-либо согласия относительно направления. Начались обсуждения, которые Сергей поспешил сразу прервать. И они вместе уставились на Соньку.

Сонька на этот раз не стала отказываться. Она сразу пошла в другую сторону. Ребята переглянулись, но возражать не стали и молча двинули за ней.

Но, по идее, можно было совсем тупо считать овраги и хребты, думал Сергей. Если только они были бы ярко выражены. А здесь кругом попадались мелкие складки, овражки и рытвины. И всё это постоянно повторяется и закручивает куда не надо.

К тому же туманная мгла и постоянный дождь довершали безобразие.

Пришлось сразу бросить любые попытки понять куда Сонька их ведёт. Расслабиться и думать о своём, не давали скользкие камни, кусты, которые стегали по лицу. Тяжеловато идти без сомнения, но у них бывало и похуже. За час они не прошли и километра. И внезапно выбрались на самый верх высокого холма.

– Стойте!

Похоже это самое место куда они с такими трудами добирались.

Осмотрелись, привязались, сложили пирамидку.

Это был длинный пригорок, поросший лесом. Дальше надо было искать ниже по склону. Попробовали расходиться по спирали, чтобы исследовать местность поблизости.

Место раскопок, то куда они пришли, это не совсем определенное место. Напротив, неопределённая зона, где еще предстоит ого-го как повозиться, поискать. И может быть даже найти. Скорее всего какую-нибудь ерунду, не имеющую ни малейшей ценности.

Но для Сергея был важен азарт поиска. Что-то где-то спрятано и лежит совсем никем не виданное. И здесь судя по информации точно что-то должно быть. Народ уже находил, совсем недавно.

Поэтому надо шевелиться, работать на опережение, пока другие не набежали. Нет у них никакой возможности методично и целенаправленно прошерстить каждый сантиметр. Что может помочь? Только опыт поисковиков и конечно удача. Можно пройти мимо заветного клада совсем-совсем близко, или совершенно случайно зацепиться, натолкнуться на находку.

Какие настройки сработают, на черные или цветные металлы? А может быть металлоискатель не пригодится?

Через полчаса вроде нашли место предыдущих раскопок, про которое уже слышали из Женькиного доклада.

Да, точно это было то самое место. Где-то час они осматривались, пытались вникнуть, что тут могло быть. По фрагментам каменных блоков ничего понять не удалось. Может просто захоронение, а возможно остатки иных строений. И они могли располагаться на удалении друг от друга.

Женька сначала предлагал копаться прямо здесь. Но потом согласился осмотреть окрестности пока есть запал. Сразу же возник спор. Сергей предлагал искать здесь на этом холме, соблюдая высоту, на которой они сейчас находились. Женька был с ним совершенно согласен. А Сонька почему-то хотела пройтись по тропинке вниз. К ручью, который протекал на дне оврага. Она говорила, что там может быть дорога, по которой они шли сюда. Женька неожиданно грубо и резко отверг её предложение. Сергей услышав такое, даже замер от удивления. И вдруг словно очнулся. С облегчением подумал, что вот-вот чудь было сам не наговорил резкостей. И с чего? А было бы непоправимо глупо. Хотя Сонькины капризы почему-то начали бесить его довольно сильно. Надо следить за собой, подумал он и очень внимательно.

Вдвоём они пытались урезонить её.

– Какая дорога?

– Где ты видела здесь дорогу? Эту тропу протоптала предыдущая группа поисковиков, которая бегала за водой.

– Тропа уже зарастает, её нет! Внизу овраг и непроходимые заросли, опасные осыпи, ловушки для глупых туристов.

– И еще медведи, которые без всяких шуток их там поджидают. – Вот такие аргументы.

Несмотря на это уже через пять минут они шли вслед за Сонечкой вниз, стараясь ни о чём плохом не думать и ещё не поскользнуться.

– Реально здесь они набирали воду.

Внизу был ручей, вытоптанная площадка и огороженный камнями родник.

– Серьёзно так натоптано, широко.

– Посмотрите на камни.

Они несли следы обработки.

– Прикатились, наверное, оттуда сверху, – предположил Женька. – Ну, принесли их сюда, – поправился он, заметив их скептические взгляды.

– Да. Много камней. Для поселка…

– Ну и где? Нет здесь никакой дороги.

– Чуть выше.

Они вновь поднялись и повернувшись пошли вдоль склона. Похоже, что этот путь охватывал по периметру весь холм. Он зарос и местами был завален деревьями. Можно было предположить, что предыдущие поисковики здесь не ходили.

Сонька вдруг решила перебраться на другую сторону оврага. Можно, конечно, пролезть через заросли и завалы. Только зачем? Однако Сонька настаивала, пришлось продираться туда.

– Может там ничего нет, – выражал свое недовольство Женька.

– И что? Мы же путешественники!

– Искатели ценностей, – возражал он. – А не приключений!

Однако помучившись, они нашли подобную дорогу, на таком же самом уровне. И в результате долгой прогулки они в конце концов зашли в тупик.

Впереди и сбоку была скальная стена.

– Ну вот, идти дальше некуда.

– Это не дорога, а естественные складки местности, что и требовалось доказать. Зря потратили время.

Однако Сергей был в раздумьях.

– Здесь что-то не так, мы прошли осыпь, там что-то было.

– Что?

– Не знаю. Путь… Возможно в этом направлении.

– Почему?

Все стояли и молчали. Потом вернулись и полезли по осыпи наверх. Действительно дорога вдоль склона была. И конце концов вывела их на небольшую возвышенность.

Походив по этому холму, они решили для очистки совести прозвонить его, капнуть там сям.

Сонька, однако, порывалась вперёд куда-то.

– Мы уже очень далеко зашли и надо бы возвращаться.

Сергей хотел остановить её. – Понимаешь, мы далеко от места раскопок у лагеря…

– Ну еще чуть-чуть, – попросила Соня.

И они снова пошли за ней.

Ещё чуть-чуть… Самую малость… И они нашли!

7

Нашли! Остатки старой каменной кладки.

А ещё тут была скала, стена, выступающая из склона. Она была темная и замшелая, покрытая сетью трещин, которые подозрительно напоминали строительную кладку. Тут же возник спор о том, эта стена вообще искусственная рукотворная или естественная. А может быть, строители использовали складки и трещины в скале, придавая им форму кладки? Они нашли в стене камни явно вытесанные и аккуратно пригнанные. Наверное, принесённые откуда-то и зачем-то вставленные в скалу.

– Какой-то микст. Сооружения подобного рода, довольно часто встречаются, – заметил Женька, который был кладезь разной информации.

Копаясь в земле, неожиданно заметили, что наступает вечер. Время пролетело так стремительно, как всегда, во время поисков.

Сегодняшние труды не принесли никаких конкретных результатов. Правда отрыли целую траншею около стены в поисках спрятанного хода или чего-нибудь такого. Также ещё капнули в четырех местах, прошли всё металлоискателем. Тишина. Еще немного…

И вдруг! Находку они сделали, когда собирались уходить.

Женька углядел вросший в землю здоровенный камень, мимо которого гуляли целый день. Кусок породы или той самой скалы.

– Посмотрите, – воскликнул он, – ребро очень правильной формы. Нет, как-то сомнительно, а…

Тут все сразу подошли, окружили камень, стали разглядывать.

Тяжеленный, не сдвинуть.

Стали очищать его, откинули в сторону наваленные сверху булыжники. А дальше пришлось копать.

Это явно была колонна, или что-то ещё.

– Слушайте это же…

Было даже страшно произнести, чтобы не спугнуть удачу. Вдруг только показалось?

– Алтарный камень!

После Женькиного крика даже сердце сжалось от восторга.

– Да, это он! Круто.

Однако темнело и без всяких задержек надо торопиться быстро-быстро двигать в сторону лагеря. Иначе задержка в незнакомом месте может оказаться неприятной. Они не собирались так далеко отходить от первоначального места раскопок и не взяли с собой спальных принадлежностей. Погода сейчас стояла холодная и дождливая. Собирать дрова по склону и жечь всю ночь костер, занятие сейчас не самое лучшее. А в лагере их ждет еда, такой магнит, который притягивал голодных и уставших.

Дорога назад была не из самых легких. Темнота наступала им на пятки, приходилось торопиться, не обращая внимания на трудности.

В хижине, пока готовилась еда, попробовали сориентироваться по карте, найти то место, где они сегодня были.

– И почему мы вообще туда потащились?

– А потому, что я туда хотела с самого начала, – неопределенно отвечала Сонька.

– Но почему?

Сонька посмотрела на карту и провела пальцем направление.

– Вот, посмотрите дорога как будто заворачивает сюда.

– Дорога если и есть, то ведет совсем в другую сторону, – Не соглашался Женька. Он показал на населенные пункты.

– Я говорю про другое, – нахмурилась Сонька, – местность как бы поворачивает сюда.

– И что из того?

Сонька просто махнула рукой, не стала объяснять что-то для неё очевидное. А Сергей, приглядевшись внимательно наконец заметил скрытую логику её утверждения.

– Да, действительно сюда можно прийти только так. Хотя с виду похоже на аппендикс в которые вряд ли кто-то специально сунется. Сколько же народу таким образом проскакивало мимо этого местечка. Неспроста…

О сегодняшней находке, естественно, никто ничего не говорил.

После еды сразу забрались в свои холодные спальники, которые постепенно согревали тело. И это было замечательно.

Вдруг придется задержаться здесь долго?

И Сергей спросил Соньку, – легко ли ей удалось отпроситься у своих тренеров? – Зная, что она всегда была занята, его вопрос звучал не просто так.

– Нет конечно, – отозвалась она. – Меня, вообще, никто не отпускал, я убежала. А, потом разберёмся. Как я могла пропустить такую поездку!

Да, Сонька давно уже подсела на этот поисковый авантюризм. Только, в последнее время, возможность вырваться у неё становилась все меньше и меньше. Хотя, никакие зарубежные поездки, в которых она бывала, не смогли помешать «поискам сокровищ».

Больше они ни о чём не говорили. Дождь тихонько стучал по крыше, шум, который тихо и настойчиво усыплял.

На следующее утро первым делом Женька вознамерился вернуться к машине и посмотреть все ли там в порядке. Переживал.

К машине пошли, не расходясь далеко друг от друга. Несмотря на то, что в отряде была радиосвязь, не хотелось отходить куда-то и работать удалённо. Как сговорились, старались держаться таким стадом. Место здесь было странное. Тут было что-то не то… А может быть, действительно, здесь аномалия? Честно говоря, никто из них в это не верил. Никто из них, вообще, ни во что не верил.

Однако, сегодняшний сон вновь зацепил чувства Сергея своей нереальностью. И самое странное, это ощущение вызывало некий страх. Ему казалось, что проснувшийся в его теле вовсе не он, а кто-то другой.

Он даже содрогнулся вспоминая. Застыв неподвижно, боясь даже вздохнуть, он другой, пытался отчаянно уверить себя, что это он! Он настоящий! Это действительно он, пускай весь мир вокруг изменился!

Лучше принять такую правду, что мир изменился. А он всё еще прежний.

Вновь можно было дышать, сознание успокаивалась.

И появлялось любопытство, что же он такое слышал?

Там в глубине своего сна, он что-то слышал. А сейчас забыл и потерял то понимание. Без сомнения, очень важное, а сейчас пустота. Но ведь оно было! Словно сквозь глухую стену прошёл и нет возможности возвратиться назад, как не стучись

Он вновь и вновь попытался сосредоточиться, чтобы вспомнить.

И в какой-то момент он словно заснул наяву. И вспомнил.

Это был сон…

Неразборчивый, но уже понятный.

Воля, внимание и характер соединяются в человеке и его возможностях…

Что есть человек, его Я, его личность?

Менталитет, разум, чувства, его Душа, это только слова. Эти слова обозначают ниточки, которые связывают миры. Внутренний и внешний. Отклик и взаимодействие- суть этих понятий. А значит, все объяснения рассыпаются вне контекста, который образует кольцо. Нечто цельное: Сознание, Душа, фокус Жизни.

Чувства управляют вниманием, а внимание изменяет чувства. Чувства, те, что внутри памяти. Это и есть соотношение двух миров.

А воля, это уже другая ниточка для связи с телом, которое для чувств и памяти, как внешняя реальность. Тело, это доспех, оболочка.

Только боль и все что идет оттуда, реальность, на границе двух миров. Пока свежее восприятие тонет в пучинах памяти внутреннего мира.

И там, в темноте, шарит луч света внутреннего внимания. Иногда тьма так густа и непроницаема, что свет тот бессильно вязнет в тумане беспамятства.

Но, если что-нибудь стоящее найдено, начинается игра, которая называется- соотнести и сравнить.

Зачем? Это игра разума, который ищет всегда что-то новое. Он моделирует мир всегда и постоянно. В памяти он создает целую галерею виртуальных образов. Конкретных, фигурных и неопределенных не имеющих формы, для сопоставления с чувствами.

Таким образом, два мира танцуют, переплетаясь между собой.

Он снова был здесь.

Прошло всего лишь мгновенье.

Всё так же они шли к машине. Он был замыкающим. И пользуясь тем, что его никто не отвлекает, пытался понять, что удалось вспомнить. Пересказать на свой понятный язык.

Ничего необычного, просто подобие электронной цепи. Периферическая нервная система, сеть проводников по которым идёт сигнал. И центральная нервная система- ЦНС. В электронике- ЦАП- цифро-аналоговый преобразователь. А похоже?

Может быть и нет.

Так, где же возникает это загадочное и неведомое чувство реальности?

Понятно, что после ЦАП. Дальше преобразованный сигнал уходит, но не теряется, а образует память, записывается. Сигнал всё время преобразуется, фильтруется, дополняется, идет дальше. Где-то в цепи возникает возбуждение, где-то торможение.

Получается, что реальность и чувства имеют виртуальный характер. Так- как возникают после прохождения периферического сигнала через ЦНС. Но, внешний мир, воспринимаемый посредством ощущений и внутренний мир памяти- есть один и тот же общий мир!

Почему же тогда во сне у него было четкое понимание, что именно, два разных мира танцуют, переплетаясь между собой? Он твердо знал, что тогда понимал это, а сейчас уже совершенно не может. Вот такой сон.

Как же ему не нравится это место!

8

Сергей вздохнул и хмыкнул. Наверное, так эмоционально, что Сонька обернулась на него. Он улыбнулся, мол всё в порядке.

И выглянуло солнышко. С ума сойти! Столько было серых беспросветных дождей и сейчас даже кусочек голубого неба, словно бесконечная морская синь. А солнечный свет высветил столько оттенков, как будто всё вокруг яркий калейдоскоп.

Только настроение от этого не улучшилось, а напротив. К тревожному чувству добавился ещё противный гадостный оттенок.

Спустившись по насыпи, они вышли к мосту. Днём он выглядел совсем не устрашающе, обычный мост средних размеров.

А вот и машина. Стоит одинокая, на том же самом месте. Ничего с ней не случилось.

Здесь, может быть, никого не бывает месяц целый, а может быть и год.

Женька отворил дверь и забрался в кабину. Сергей почему-то тоже вслед за ним забрался и захлопнул дверь.

И сразу почувствовал, как тот хлопок дверью отгородил его от всего мира. От этой тревоги, что осталось снаружи.

Они сидели молча, не разговаривая друг с другом.

И в нарастающим напряжении прозвучал вопрос. Нет, предложение.

– Давай уедем отсюда! Прямо сейчас.

Кто это сказал, подумал Сергей, не он ли сам?

Он посмотрел на Женьку. У того на лице было написано всё, что чувствовал он сам.

А что? Да ладно!

Сергей, с удивлением понял, что Женька тоже был на грани. Он потянулся к зажиганию и пришлось остановить его, держа за руку.

Женька тяжело дышал, но вскоре успокоился, взял себя в руки.

Они опять сидели молча, как будто ничего не произошло.

Никаких слов сейчас не было.

Сонька осталась снаружи. Она смотрела куда-то в сторону. Лицо её было светлым, волосы золотистые от Солнца.

Не говоря ни слова, они забрали из кузова ещё кое-какие продукты. Закрыли машину и также молча двинулись обратно. Сонька шла снова первой.

Оставшийся световой день был коротким. Всё это время они копались на вместе около лагеря, а не там куда привела давеча Сонька. Довольно долго они копались вокруг каменной кладки. И нашли разное непонятное, то ли гвозди, то ли скобы.

Сергей с металлоискателем, в стороне, продолжал крестить место по квадратам. Здесь везде были помехи, либо повышенный фон. Сколько он не пробовал копать всё было безрезультатно. Можно было продолжать упорствовать, только настроение понемножечку падало. Ничего полезного найти больше не удавалось.

Можно было спокойно отправляться в хижину. Но для очистки совести еще пару раз копнули. Ничего. И по времени прошло совсем ничего, только вымотались словно торчали здесь уже целый месяц.

Этой ночью у него не было никаких снов.

Только ещё далеко засветло все резко проснулись, как будто от землетрясения.

Зажгли свет, осматривались, вслушиваясь в темноту. Но то, что было уже не повторилось. Тихо и спокойно вроде. Привиделось что ли?

Можно было попробовать уснуть, но не получалось.

Первым поднялся Сергей, вслед за ним Женька, а затем и Сонька. Не спеша позавтракали, собрались и пошли за час до рассвета туда на дальние места, которые позавчера нашла Сонька.

Дорогу подсвечивали фонарями и дошли без происшествий.

Женька вяло и уныло принялся копаться в яме. Вскоре на его сапогах образовались целые оковалки грязи.

Сергей безнадежно шарился по кустам со своим металлоискателем, который только странно попискивал. Всё это надоело, и он отставил аппарат в сторону. Но надо было что-то делать.

Полдня обследовали подножие стены.

Нашли несколько ржавых непонятных кусочков. Что это могло быть? Да, всё что угодно. Больше ничего интересного. Последнее настроение понемножку уходило.

И опять они находили какие-то кусочки, ничего интересного. Металлоискатель был бесполезен. И хотелось побыстрее убраться отсюда.

Здесь ничего нет, уверял он себя.

Только невдалеке врос в землю алтарный камень…

Нет, надо что-то делать. Надо хотя бы как-то оправдать присутствие. Копнуть что ли ещё пару раз для очистки совести.

Копнули. Принялись за работу.

И вот лопата звякнула о что-то твердое.

Под слоем грунта и камней была ровная плита.

Разом всё изменилось. Эмоции просто зашкаливали. Но несмотря на азарт старались работать аккуратнее.

Над плитой был какой-то слой, похожий на пепел серого цвета.

Постепенно они освобождали плиту от грунта.

Каменная плита оказалась здоровым каменным монолитом, два с половиной на четыре метра по своим габаритам.

Сначала они освободили каменное основание со всех сторон. А затем занялись серединой, где явно что-то было.

Хотели продолжать работу ночью.

Только фонари еле светились. Не сами фонари, а свет казался тусклым, неспособным справиться с непонятным густым мраком.

Именно это пугало настолько, что они, не показывая своего испуга решили уходить.

И сделали это быстренько, но с достоинством перед Сонькой. Которая единственная из всех не потеряла самообладания. Вроде бы ей действительно было всё безразлично и ничего не пугало.

Заснуть этой ночью толком никому не удалось. Опять же, кроме Соньки. И чуть только наступил рассвет, несмотря на утренний туман и мглу, снова пошли на место.

Ночью ребята строили предположение, что это могло бы быть. Но ни к чему не пришли.

Теперь, продолжая расчищать центральную часть плиты, они, глядя сверху, поняли, что это явно контуры какой-то фигуры. Судя по размерам, это была человеческая фигура.

Останки, если это останки, были уничтожены временем. А может быть огнем? Ни одной кости, ни целой, ни фрагмента. Только спрессованная масса, которая давно уже превратилась в полную труху.

Расчищая этот пепел, в районе груди фигуры нашли несколько комков, покрытых твердой коркой. Металлоискатель совсем не реагировал на эти предметы.

Постучав, они попробовали отбить кусочек, чтобы узнать, что же там внутри.

И…

Наконец-то есть! Да! Это была Находка.

Они даже не верили.

Настоящий металл. Металлические кольца! Целых три!

Металлоискатель видимо давал сбои, не срабатывал. Но это было совершенно неважно. Находка! Они ликовали, смеялись. А шампанское было в машине. Даже не верилось, такая удача. Металл, самый настоящий. Это были кольца, с камнями, очень странные формы.

9

(В Москву)

…Ты говоришь мне о любви,

А разговор напрасно начат.

Слова я слушаю твои,

Но ничего они не значат.

Может, ты на свете лучше всех,

Только это сразу не поймёшь.

Одна снежинка – ещё не снег, ещё не снег,

Одна дождинка – ещё не дождь…

Из приемника доносилось старая песня из прошлого века. Она странно звучала, как будто бы доносилась издалека. А может, она звучит внутри каждого.

Пока добирались в свою родную столицу, эйфория постепенно уходила. Уступая новому чувству- неопределённой тревожности.

Да, когда они нашли кольца была просто великая радость. Был азарт, было столько эмоций. И всё-таки была тревога.

Довольные до ушей они схватили свои находки, а дальше, ничего не обсуждая, позорно начали сворачиваться.

Решили быстренько съехать и не продолжать поиски. Такого еще не было.

Уходили, как убегали. Не признаваясь друг другу ни в чём, отвлекая себя от всяких мыслей. Бодренько разговаривали на разные ничего не значащие темы. Стараясь не смотреть друг другу в глаза.

Вот Соньке действительно было нужно возвращаться. Её ждал очень серьёзный разговор с руководством, может быть даже вылет из группы. Впрочем, она довольно спокойно расценивала это. Неизвестно, как Женька, но Сергей чувствовал себя последним дезертиром.

Три кольца которые они нашли теперь не давали покоя.

Сначала кольца находились в рюкзаке вместе с другим снаряжением. Затем Женька переложил их в бардачок, который стал тщательно закрывать. Но на этом не успокоился, да и все тоже. Кольца постоянно доставали под разными предлогами. Женька даже вознамерился одеть кольцо на палец, но вдруг, как-то слишком резко отказался от этого. Быстренько убрал находки подальше от глаз. И после долго молчал, не желая ни о чём говорить.

Прямо перед обратной дорогой Сергей ещё раз проверил свой металлоискатель. Тот теперь прекрасно работал. Определял любые железки: ключи, часы- всё что угодно.

Только на кольца не реагировал никак, не звонил и всё! Может быть, это какая-нибудь керамика или пластик? Проверил, попробовал, закоротил в цепь. Получилось. Значит металл? Аккуратно царапнул стеклом, черты на поверхности не оставалось. Подобрал с земли кварцит, которого везде полно. Царапнул им и тоже безрезультатно.

Что же… Это могло означать всё что угодно. Дома можно будет спокойно во всём разобраться.

Но пока спокойно не получалось.

Женька нервничал. На одной из стоянок достал кольца и долго смотрел на них. Прямо видно было, что нервничает.

Потом предложил разделить находку по-честному.

– Это как? – спросила Соня.

– Каждому, по одному кольцу, – глупо улыбнулся Женька, – как же ещё! Выбираем? – И тут же добавил, – мне нравится красное!

– А мне, тогда, фиолетовое, – назвала Сонька свой любимый цвет.

– Оно же синее?

– Нет, фиолетовое, – возразила она.

– Остаётся черное.

Но, брать черное кольцо Сергею не хотелось.

– Бери, бери, – подтолкнул его Женька. – И смотри, не потеряй, – добавил он как-то странно.

Посмотрим, посмотрим, подумал Сергей. Ладно, чего тревожиться, по крайней мере радиация, которую они замерили на месте раскопок была в норме…

Тихо и довольно под капотом рычал мотор. Мелькали деревья, дома, города и деревни. Они ехали домой. Только что-то изменилось. Может быть погода. Стало солнечно и больше света, тепла.

Сергей и ещё раз проверил металлоискатель. Какая-то ерунда… Всё работает, часы, все металлическое звенит и всё.

Но, эти кольца, может быть они из пластмассы? Или из стекла. Но, нет, металл!

Он внимательно рассматривал своё кольцо, поднеся ближе к глазам.

Прохладное довольно тяжёлое кольцо, поверхность с металлическим отливом. Загадка.

Сергей вспоминал, как Женька изрек, – мне нравится вон то с красным камнем. Мне Фиолетовый, протянула Сонька. Ему показалось, что их лица изменились.

– Ну что, разбираем? – толкнул его Женька.

– Ну да, – согласился Сергей. – Договорились, разбираем!

– А чего, три кольца, и нас трое. По чесноку. Моя прелесть, – Женька поднес колечко глазам, картинно рассматривая его.

– Может быть исчезнешь? – посмеивалась Сонька.

– Я властелин кольца! – повторил Женька и надел кольцо на палец.

Ничего не произошло, никуда он не исчез.

– И что дальше?

– Теперь я переделаю весь мир!

– Да кто ж тебе даст, – возразила Сергей.

– И спрашивать ни у кого не буду. Я великий Сарумян!

– Кто? Ты хоть фильм посмотрел?

– Ну давно… Неважно.

– Артефакт явно зачётный.

– Что будешь с ним делать? Любоваться?

Болтовня, болтовня! Но что дальше…

– Так что это вообще могло быть? На обычные кольца не слишком похожи.

– А мне вообще на два пальца сразу налезает, – смеялась Сонька.

– Может это такой кастет? Форма какая-то изогнутая. Неудобно для кольца.

– Кстати, с чего вы решили, что это кольца, они были где-то на груди.

– Там была рука, на груди.

– Там было нечто похожее на руку.

– Тогда что это? Кольчуга? Подвески?

– А где тогда все остальное?

– По идее, они могут соединяться вот так, вместе, как кольчуга. Действительно…

– Сколько их тогда должно быть?

– Очень много этих колец. Но если это ожерелье, тогда поменьше.

Пока ехали домой, всё строили разные теории.

Но, с того самого момента, как каждый стал владельцем своего кольца- всё изменилось. Каждый из них стал другим не прежним. И это было нечто новое еще не осознанное.

Да и сам мир вроде бы не тот.

Лес, освещенный мягким оранжевым цветом, выглядел совершенно умиротворяющим. Дневной свет, казалось, становился всё сильнее, он застилал глаза. Бесконечные дожди сменялись ясными днями.

Сколько же прошло времени? Вся жизнь.

Куда же он возвращается? Неужели он не помнит каким был раньше?

Может такое случилось от встречи с аномальной зоной? Её воздействием… Правда, однажды, он как-то отравился огурцами. Такая была история. И теперь всё окажется гораздо прозаичнее, чем он думает.

10

Москву он не узнал.

Они приехали в совершенно чужой город. Что здесь изменилось, трудно было сказать. Только на уровне чувств, он осознавал, что раньше было всё по-другому. Но, мозг противился, он говорил, это тот самый город. Ты бредишь дружок! Именно так он думал и изо всех сил старался не обращать внимание, перестать чувствовать.

Надо просто действовать так, как будто ничего не происходит, говорил он себе, открывая дверь квартиры. Ключ то, вот, тот самый! А вот квартира была не его…

Свернутое спиралью колечко. А камушек, с другой стороны, как будто кольцо перевернуто.

Что же это такое?

Сонька тянулась и поглядывала на находку. Та притягивала взгляд. Непонятная вещь. Что это, символ власти или звено цепи рабского ошейника? И почему у неё такие ассоциации?

Так как кольцо было великовато, Сонька привязала его на шнурок и повесила на шею, как обычное украшение. Может быть просто безделушка, ничего особенного. И чего Женька так из-за него схватился? Она более прохладно отнеслась к идее взять себе эти находки. А Сергей, судя по всему, вообще был против.

Если приглядываться, камень, который показался фиолетовым, был на самом деле двух цветов. Не играет, не переливается, ничего подобного. Только два цвета в одном. Прямо фокус какой-то.

Но, камень точно завораживает, если смотреть на него. Может быть действительно ценный?

На тренировке она напугала нескольких девчонок и ещё больше напугалась сама.

Долго занималась разминкой, тянулась. Опять разминалась, шаги, полупрыжки, темповые движения. А потом, в окончании, прыжок- полет с раскрытием на полной амплитуде…

Просто она его сделала так, как хотела. Не спеша легко, чтобы казалось с зависанием.

И получилось! Как во сне вдруг она взлетела…

А потом увидела вытаращенные глаза и открытые рты девчонок из второй группы.

Она сама обалдела и смутилась. Ушла из зала. Попросила тренера сделать небольшую паузу.

Хорошо хоть больше никто не видел. Но всё равно смутилась дико. Как будто случилось с ней что-то постыдное, провалиться просто на месте.

А когда убежала, скрывшись от лишних глаз, вдруг ощутила, как её затопил невыразимый восторг. Прямо счастье огромное – огромное.

И уже на улице она даже отошла в сторонку подальше от прохожих и заплакала. Невозможным оказалось выносить это счастье.

Потом она усомнилась.

Может быть, ничего не было. И прыжок ей показался и те девчонки, просто так пялились, наверное. Никаких чудес ведь не бывает! А пробовать вновь не хватало смелости почему-то, вдруг да не получится. Ну, а дальше всё шло, как обычно.

Зато этой ночью во сне она летала.

Сергей тоже думал об этих штуках, что нашли. И о том странном месте.

Нашел он там что или потерял?

Сергей по жизни был человеком научного склада. Однажды на копке пришлось стоять вместе, одним лагерем, с другими искателями- следопытами. «Черными» или «белыми», он не вникал, позиционируя себя археологом. Конечно всё же «белыми». Был у них там батюшка, очень к нему привязавшийся с расспросами. Потому, как Сергей человек новый… И слово за слово…

Узнав, что он неверующий, батюшка сказал. – Почему? Уверуй!

– Во что? – спросил Сергей. – В Бога, в истину, в Святой дух? У вас одно только убеждение есть – Таинство крещения. Но там же ничего нет, за этим таинством. Ничего не стоит. Иначе, верующие не грешили бы, больше не отворачивались бы от истины. Попробуй, разуверься сам! И увидишь, что ничего не изменится.

Батюшка только махнул на него рукой. -Поймешь когда- нибудь, да будет поздно.

Точно Сергей сказал, не то же самое. Только по-другому.

У Сергея промелькнула мысль, – кто знает, во ЧТО верит его собеседник, которого он совсем не знает. А хоть бы и знал! Может не во что «батюшка» не верит…

Увериться, разувериться, какая разница!

Обижаются, когда говоришь, что король голый.

Отвечают, – Фома ты неверующий!

А сами истину приватизировали!

Сами неверующие…

Но с какой стати вспомнился этот случай? Опять чего-то не сходилось.

Сергей сидел в полутемной квартире, в тишине, не включая музыку и телевизор. Дом потихоньку жил своей жизнью. Где-то по трубам текла вода, слышны были приглушенные шорохи, постукивание, другие разные звуки. Чужая посторонняя жизнь была вокруг него.

Он сидел в кресле, ощущая телом несильное потряхивание под землей. Под самим домом проходила ветка метро. Хрустальная люстра под потолком тихонько позванивала, когда внизу проходил состав.

Подвески на ней, как живые, всегда были в легком движении, хотя бы некоторые висюльки.

Почему же вновь непонятное чувство, от которого было как-то не по себе?

В лаборатории он провел анализ этой непонятной штуковины. И ничего не обычного. Простая сталь без каких-либо экзотических присадок. Камень, тоже, вполне обыкновенное вулканическое стекло.

Black, его старый пёс, тоже был как не свой.

И только две души во всём свете были теми же. Его друзьями и близкими. А остальные, все были как будто не знакомы.

Только Женька, с недавнего времени, стал раздражать. Непонятно, почему-то напрягал его.

11

Женька вдруг ощутил, что с некоторых пор только создает вид прежней жизни.

Он делал, а чувств не было. Или не те были эти чувства. Непонятно…

Женька не пошёл в клуб, хотя собирался пойти туда. Совсем не то настроение.

Остался дома. Солидная, мощная музыкальная установка заполнила звуком пространство комнаты.

Он слушал старый добрый джаз. Хорошо, тихо и проникновенно. Джаз всё время вызывал в нём чувство уверенности и достатка, хорошего доброго уюта и удовольствия.

Он плеснул себе в стакан Johnnie Walker. Интересно, этот гуляка на бутылке похож чем-то на него самого. Такой заяц – выбегаец. И куда он скачет этот гуляка Джонни? Ну точно, не по делам! По его физиономии видно, денег полно, всё в порядке, бежит развлекаться.

Всё-таки, почему он не взял себе все кольца? Что за вздор! Надо было все брать! А почему…

Теперь ещё не поздно, взять можно и сейчас. Сказать, что нашёл покупателя. Вот и ладно! И вообще, чтобы расхаживать, так как этот Джонни, нужно много, много, много денег. Даже еще больше.

Да, кстати, насчет денег!

Сейчас только дошло… Понял!

Деньги, это не главное в жизни. И много денег, тоже не главное!

Деньги, это просто мусор.

Чёртовы деньги ничего не решают без знакомств. Ничего не дают без связей. Не помогают без слуг.

Власть даст ему все связи, все возможности. И зависимых рабов, которые будут всё делать.

Ну конечно!

Сейчас самому приходиться заниматься такой ерундой. А время- оно золото. Гувернантки, уборщицы, это же ерунда! Мало. Они только порядок в доме поддерживают. А вот его дела… Если кому-то поручить занимался ими. Вот можно тогда развернуться!

Нужна целая сеть помощников.

Его рабы собирали бы информацию, развлекали, защищали его. Заботились о нем. Помогали составить планы и претворить их в жизнь, только для него. Писали бы музыку, картины, книги, а он только подписывался.

Он главный. Все идеи его.

Всё его.

Он не мог понять, заснул он или всё наяву?

Кто этот мальчик?

Почему он из золота? Или это краска золотая?

Непохоже…

Мальчик смотрел и глаза его, до глубины души, знакомы. Это сводило с ума, ведь он не понимал, чьи эти глаза.

И так же знаком, и не знаком, был его голос.

Голос…

– Мыши живут немного. Собаки, кошки, живут мало. Замечал? В этом мире, такое- просто расходный материал.

– Чей материал?

– Того, кто властвует. Владетель. Непонятно что ли? Конечно, люди живут немногим больше кошек. Но тоже совсем мало.

Перед ним сидел золотой мальчик. И всё-таки это был не сон. Или нет?

– Зачем ты мне это рассказываешь?

Мальчик снова обратился к нему, – вот пытаюсь тебе объяснить! Ты же верующий.

– А причём тут… Ну да, вот крестик.

Он нащупал цепочку, на которой весело кольцо с красным камнем. А крестик потерял куда-то.

– Потерял…

– Кого? Крестик или кого-то еще?

– Сейчас я тебе скажу. – Но не мог. Даже собственное имя вдруг пропало. Евгений может быть?

Золотой мальчик сидел и молча смотрел на него. Он ждал. Только ответить ему никак не получалось.

Женька – не помнящий, вспоминал.

Накануне сидел, слушал музыку, пил виски. Ощущал такой подъем силы. Неясные возможности исполнения своих желаний будоражили чувства.

Просто сидел наслаждаясь. Смотрел внутрь себя.

Потом я полез в холодильник. И чисто по привычке к порядку заметил что-то не то. Вместо формочек с кубиками льда для шампанского какое-то ведро.

А в этом ведре ледяные торосы, как в Антарктиде. И кристаллы разной формы. Красивые! Какой-то бред. Он даже обалдел.

И ещё, посередине, полная дикость, похоже, огромный бриллиант! Этот блеск! Разве можно спутать его ещё с чем-то. Так сверкать мог только настоящий бриллиант!

Его вдруг охватил гнев. Он схватил нож для колки льда. И зачем-то, упомянув что-то про проклятых демонов со всех сил ударил туда. В это наваждение. Звякнуло явно твердое.

Рука соскочила и он, проклиная всё на свете побежал в ванну. Порезался очень неприятно. Но могло быть хуже. После того, как обработал и перевязал рану, вернулся на кухню. Нашёл сломанный нож.

Посмотрел в открытый холодильник. Лёд начал благополучно таять. А бриллиант где?

И так и сяк смотрел на этот лёд, и не мог понять, дурной он что ли? Думал, думал. Точно дурной!

Мальчик из золота смотрел на него.

– Я и так всё знаю, можешь не рассказывать, – сказал вдруг мальчик.

Но не помнящий – Женька всё равно ввернул, – да верующий я, только в церковь не хожу.

– Вот мне какой экземпляр попался, – воскликнул мальчик! – Кто верит, кто не верит, а кто вовсе об этом не задумывается. Я просто тебя предупредить хочу, по-хорошему, нельзя делать чудеса! Не стоит.

– Почему? И кто ты вообще такой?

– Я душа того, что висит у тебя на груди вместо креста.

– Дух что ли бесплотный?

– Сам ты- дух бестолковый! Я- душа, дом. И теперь твой тоже. Поэтому с тобой я и разговариваю.

– Дома не разговаривают.

– Я мальчик.

– А почему…

– А чтобы тебя не пугать очень. Хватит, ладно. Перестань делать чудеса, говорю тебе!

– А то?

– А то, всё! Здесь нет никаких чудес, никто их не делает в этом мире. Понял? Если ты верующий, читал, наверное, писание.

– Но там сплошь и рядом чудеса.

– Только регламентированные, согласованные, понятно?

– Ничего подобного! Могу поспорить! Вот… Имеющий – чего – то – там, зернышко веры, может гору поднять и бросить в море…

– А почему же тогда никто не бросает? Нет истинно верующих?

– Мне кажется, это иносказательно всё.

– Золотой мальчик засмеялся, – ну значит, дорогой мой, ты вовсе не верующий! А если не иносказательно сказано. То, что нет истинно верующих? Конечно есть! Но ещё написаны также такие слова, – но да будет Воля Твоя. Понимаешь? Настоящие верующие не кидают горы в море! Потому, что нет на то воли Всевышнего…

А следующим днём всё виделось по-другому. Во-первых, к своим ночным видениям Женька относился спокойно. Потому, что порой такое снилось! И относиться серьёзно ко сну дурному просто нельзя, невозможно. Это ещё одна из его привычек. Ничего ни отвергать, ни скидывать со счетов. И в то же время, как бы не обращать внимание.

Соньку, кстати, эта черта окончательно изводила и некоторые поступки она ставила ему в упрек. Говорила, что он черствый, неживой человек. И вообще, имеющие хоть что-то в сердце так не поступают. Однако он продолжал гнуть свою линию. Что там не говори, деньги все через него приходили. Вот и всё! А с сердцем и душой у него всё в порядке. Если что-то случилось, то он первый заметил бы. Такие вещи понимать надо, а потом лезть учить старших.

Стоило бы поучиться у него. Ведь и он сам когда-то прошел эту школу. Служил в морфлоте и потом на сверхсрочную. Почти пять лет старшиной, вот это школа.

Отсюда привычка к порядку и распорядку. Он всегда был дисциплинированный и педантичный. Подводный флот! Сухопутным недорослям, привыкшим к свободе и разгильдяйству, всегда трудно.

Теперь на гражданке всё по-другому, а может и нет. Там он Служил. И здесь тоже служил, прислуживал, работал.

Чего только не перепробовал, когда нужны были деньги. И деньги, в конце концов, начали приходить. Всё больше и больше. Только их всегда мало. Ладно, надо жить дальше! Женька- он, вот кто. Он сжал челюсти, глядя в зеркало, да, это он. Что там по плану?

12

Золотой мальчик смотрел на себя со стороны.

Вот надо же, это дурацкое его отображение, двойник.

Он такой упрямый, просто упёртый. Женька он, вспомнил! Надо же…

Он- Великий Разум!

Великий Разум, который попал в нелепую и слабую оболочку из мяса и костей, под именем Женька.

Вот смех, его хозяин червь! Он, не имеющий собственного тела, всегда был вынужден подчиняться таким. И они все, практически сразу, подчинялись ему, становясь единым целым.

Только сейчас ему попался мозг военного. Не воина, а военнослужащего, который не признаёт логику причинно-следственных связей и зависимость от обстоятельств. Даже законов вселенной не признает! Служивый, он признаёт только устав. И сейчас у него свой собственный устав.

Но ничего, пройдет время, и Женька будет его собственностью с потрохами!

Только для этой никчемной хрупкой оболочки у него сейчас нет времени.

Женька, надо же! Он даже не видит, не признаёт своего отражения. Он и есть Золотой мальчик- Великий Разум.

Возможности этого разума находятся за пределами иллюзии формы золотого мальчика.

Этот землянин видит форму, но не понимает её сути. Он заключённый своих желаний.

А время бежало вперёд, безжалостно уходило.

Женька размышлял.

Золотой мальчик правильно сказал, что времени уже нет. Только он имел в виду совсем другое. Но что? Это почему-то ушло из понимания. Что же он имел в виду? Что он вообще хотел сказать?

Ладно, это всё-таки сон.

После этой поездки чувствовалось какое-то раздвоение личности. Но, везение где-то рядом и не стоило упускать момент. А теперешнее положение его совсем не устраивало.

Красный камень, когда он смотрел на него, вызывал в нём восторг и жажду деятельности. И одновременно с этим, раздражение и нетерпение, с которым было просто невозможно справиться. Что же это действительно за Находка? Ясно, что это не ерунда какая-то. Но анализ, который сделал для него Сергей, несколько разочаровал. Высокоуглеродистая железка, со вставленным гранатом. Конечно… Если это гранат, то он- «кап три». Нет, это не гранат. Что-то с этим миром не так. Почему бы и нет. Чудеса…

А вот то, что он теперь выкидывал кости, зная результат, отгадывал карты, предсказывал счет в спортивных состязаниях, это, что? Разве не чудо? Этот амулет сделал его экстрасенсом. Вот только, что делать, что делать? Обогащаться. И осталось сделать только первый шаг, когда вдруг возник совершенно дурацкий вопрос, что с ним делать, с богатством, в принципе?

Совершенно дурацкий вопрос. Только от этой мысли не избавиться. Она разбивала самое приятное, предвкушение. И требовался ответ. Вот, что напрягало.

У него будут слуги. Они нужны, хотя он сам привык всё делать, контролировать и очень критично относился к выполнению работы. Не так уж важны, эти слуги.

Любовь к путешествиям, поездкам. Но, разве интерес к новому не пропадает, через пару минут после того, как пейзаж становится привычным? Разве это не так? Можно бесконечно смотреть на некоторые вещи. Огонь или море, снова и снова.

Можно иметь всё своё. Будет свой самолёт, свои дома, всё это будет ждать своего хозяина.

И еще перестать иметь дела с людьми, когда что-то от них нужно. Общаться только ради развлекухи. Разве это не весело?

А вообще, власть, вот что ему нужно!

Только деньги, это ещё не власть. Сами по себе они ничего не дают. Власть возникает только тогда, когда ты прячешься за кем-то сильным, множеством сильных. Власть – признание того, что это сила подчинена тебе. Нет признания, силы? Тогда придётся всё доказывать, за всё бороться.

Деньги делают деньги, и власть, и много чего ещё. Что бы добиться чего-то нужно заниматься, работать, думать. Надо.

Думать и действовать ему нравилось, это занятие для него. Вот только спорить и доказывать не любил. Ну вот ты и попался. И что же ты теперь будешь делать? Пройти все ступени, одну за другой, поднимаясь на верх.

Собственный разум будто хотел сказать, – ты же всё знаешь!

Тогда есть ли какой-то выход из этого положения?

Красный камень, казалось, смотрел на него. Он требовал и подбадривал, говоря, – ты сможешь, иди к своей мечте. У тебя всё будет.

(Сонька)

О чём только думают мамы, когда отдают своих девочек в гимнастику!

Да! О чём только думала её мама? А вообще, что такого! Ну отдала и отдала. Кто-то сразу уйдет из младшей группы. Не пошло и не пошло. Кто-то задержится чуть дольше. Ничего страшного, не сразу спортсменки привязываются к залу и расстройство потом небольшое.

Вот те, кто останется в спорте, для тех всё гораздо серьезнее. Маленьким спортсменкам придется работать и работать.

Сонька отдыхала на диване, зарывшись в ткани – тряпки. Копаясь в своих коробочках, разглядывая украшения: ленточки, стеклышки- всё яркое блестящее. Думая о своем.

Ну какая сейчас индивидуальность? Нет её. Не нужна она, не подружкам спортсменкам, не тренеру. Методика подготовки, программа, всё время меняется, совершенствуется. Система отбора эволюционирует. Перспективная ты или не перспективная, решает тест. Проверяется психика, физиология, координация. Но не на глазок, как раньше. На каждой ступени свой отбор, где и возможность ошибки все меньше и меньше. Программа, и методика, вот что рулит. Строгая и точная, никакой отсебятины, как на производстве. А индивидуальность, личность? В самом конце, как оправа прекрасного ограненного бриллианта. Это только для ведущих тренеров и их подопечных. И то уже вряд ли.

Такие разговоры краем уха она слышала. Так, разговоры вокруг тренерской. Она тоже будет тренером. Или это ей уже не нужно? Неинтересно?

Время её в спорте, похоже, вышло. Всё, с ней больше никто не будет работать, а думать по-другому, просто глупые мечты.

Так же, как обещания, которыми её пичкал Женька. И которые она слушать не собирается.

То, что она лучшая гимнастка, ничего не меняет. Она действительно лучшая, и по всем звёздам, и так, реально может сделать всё что угодно. Только она взрослая девочка, понимает, гимнастика, как спорт кончилась!

Такая судьба. Не смогла она зацепиться за свою спортивную удачу.

А может быть дело не в ней самой? Да какая разница. Всё. Она старая!

Там впереди только тренерская, или какие-то другие проекты. Жизнь, толи кончилась, толи начинается?

Если у неё будет дочка, она ни за что не отдаст её в гимнастику или балет! Хотя, почему нет?

Она знает, кому и куда нужно привести свою девочку. И вообще, она всё – всё знает.

Правда всё опять изменится. Занятия станут ещё строже, а девчонки станут лучше, непременно.

Только труднее всё равно не станет. Всегда по максимуму. Начинающие, мелкие, смотрят на старших, копируют, учатся у них всему, даже без тренера. А если будут такие сильные девчонки, с которых можно брать пример, то всё будет хорошо.

Ага, размечталась…

Может быть у неё никогда не будет своего парня? Женька когда-то ей нравился даже… Сейчас нет. А Серёга, классный! Супер-классный. Но он не её парень… Просто друг. За него замуж она никогда не выйдет.

Иногда хочется отколоть что-то такое на тренировке- совсем сумасшедшее!

Только после того случая она так не делает. Это всё равно, что делать что-то неприличное. Зато сны её порой совершенно безумные. Как же она там танцует! Во снах она всё может.

Камушек, в этом удивительном колечке, горел синим и фиолетовым. Как красиво!

Этот её новый амулет позволял невероятно точно чувствовать свои движения.

Завораживающий цвет камня. Даже непонятно, снаружи, изнутри, но главное, каким-то образом два цвета сливались в один. Совершенно ясно, что этот волшебный амулет усиливает её способности, изменяет внимание, дает воздушную легкость.

А это…

Тело единственное, что есть в жизни.

Что такое душа если нет своего тела?

Что такое душа… и как её пощупать?

Ощущения живут в собственном теле.

Музыка ритма из электрических волн.

Совсем прекрасная или болезненная.

Бывает, так достает одно и то же, что хочется сдохнуть! Тупая усталость и боль изводят. Одно и то же, но…

Когда ты ничего не чувствуешь, душа тоже ничего не чувствует. Какое тут сознание? Сознание чего? Анестезии?

Потеря ощущений в этом теле, это единственная потеря в живом мире.

Не будет внешних чувств, нервов и внутри ничего не будет. Это страшно.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.