Анна Абаимова
Шаг до бездны

Глава 1.

В этот день ей особенно повезло – она хотела украсть мороженку и украла. После села на лавочку в парке, раскрыла упаковку и принялась есть…

Заканчивался август и вместе с ним короткий отпуск, который девушка провела в городе. Погода уже какой день подряд стояла безветренная и тёплая, хотя по-настоящему летняя жара уже давно минула. Выходить на работу совсем не хотелось: она представляла скептические выражения лиц своих коллег, которые непременно спросят, куда она съездила. Но она не ездила. И совсем ничего интересного с ней тоже не произошло – никаких приключений… Зато когда она оставалась слишком долго в одиночестве, например, как сейчас, ощущала какое-то лёгкое помешательство – и тотчас её тянуло взять что-нибудь чужое. В детстве родители водили её к психиатру, и тот разглядел в её поведении клептоманию. Но теперь она понимала – врач заблуждался и на самом деле она не больна, а просто хочет остроты ощущений.

– Привет, – сказал вдруг мужской голос совсем рядом.

Девушка вздрогнула и чуть не подавилась мороженкой. Голос был незнакомым, а волнение её после недавнего воровства ещё не улеглось. Она повернулась, чувствуя, что талое молоко перепачкало всю её помаду, но не в силах была его стереть.

Рядом на лавочку с ней сел красивый парень и теперь он засмеялся.

Она кивнула головой, стараясь делать вид, что ей всё равно, хотя сердце всё-таки стучало громче обычного.

– Я давно за тобой наблюдаю, – продолжал он.

И тотчас она подумала: «полицейский».

Мысли о том, что её могут поймать, прежде никогда не возникали. Да и в самом деле, кому это надо, ведь ничего серьёзного она никогда не брала – одни только пустяки: горсть конфет, яблоко или ещё что-нибудь, что помещается в кармане или сумочке. Во всех окрестных магазинах её знали и в основном не пускали, но даже если ловили на таком воровстве, полицию не вызывали никогда. Друзей и подруг у неё не было, потому что порой она не могла устоять от соблазна украсть что-нибудь и в гостях. Хотя сама никогда не задавала себе вопрос, почему это делает и почему для неё украденная безделица порой намного важнее дружбы.

– Как тебя зовут? – спросил в это время парень, который до сих пор сидел рядом.

Она не увидела ничего плохого в том, чтобы сказать своё имя.

– Ириша, – проговорила безразлично.

– Не Ирина, а именно Ириша?

– Да, мне так больше нравится.

– А я Стас, – ответил он, хотя она и не спросила.

Зато ей хотелось спросить другое – что ему надо, но она не умела быть настолько дерзкой в разговорах. Явно парень заговорил с ней неспроста – она чувствовала это, искоса наблюдая, как он ёрзает и озирается по сторонам. Судя по такому его поведению, вполне возможно он тоже был вором.

– Может прогуляемся? – спросил он.

– Зачем? – удивилась девушка, потому что вовсе он не производил впечатление влюблённого с первого взгляда.

– Ну, чего тут сидеть-то? Парк большой, здесь много красивых мест.

– Сейчас, мороженку съем.

– Или можем на скутере покататься. Хочешь?

Ириша окинула его оценивающим взглядом, но тотчас подумала – не маньяк. Так что в общем можно и покататься.

– В другой раз, – сказала она многозначительно, будто уже было решено, что повторная встреча всё же произойдёт.

– Хорошо, – оживился он и, немного помедлив, спросил. – украла мороженку?

– Ага, – девушка ничуть не смутилась, а даже лёгкая агрессия прозвучала в её голосе и она подумала: если он начнёт читать ей мораль и учить жизни, она тотчас пошлёт его подальше.

Но вместо этого он сказал совсем другое:

– У меня есть интересная идея, но я не могу её осуществить сам.

– Рассказывай, – предложила Ириша и встала.

На самом деле слушать интересную идею, как ей казалось, лучше всего именно прогуливаясь, а не сидя на одном месте.

Со стороны они выглядели потрясающей парой – эдакие Бони и Клайд, герои американской драмы, тоже молодые, красивые и не боящиеся ярких вспышек в глазах друг друга. Оба высокие, примерно одного роста, так что не надо было прилагать усилия, чтобы заглянуть в эти самые глаза…

– Я хочу совершить настоящее преступление, – сказал, наконец, решительно Стас.

– Хм, хочешь попасть в тюрьму?

– Зачем? Мы всё спланируем и никто нас не поймает. Ты когда-нибудь думала об этом?

– Нет.

– Обманываешь. Большинство преступников всегда начинают с малого.

– Правду говорю – нет. Никогда и ничего я не хотела украсть по-настоящему серьёзное.

– Зря.

– Мне это не нужно. У меня всё есть.

– Значит ты так просто развлекаешься?

– Скорее всего.

– Тебе хорошо, значит ты счастливая. У меня всё иначе.

Ириша посмотрела на своего собеседника и ей почему-то стало его ужасно жаль – даже почудилось, что он вот-вот заплачет.

– Эй, ты чего?

– Так, – он в самом деле всхлипнул.

– Ты бедствуешь? Я могу дать тебе немного денег, – предложила девушка и достала из кармана купюры.

– Спасибо. Но мне нечем будет возвращать, – возразил он.

– Можешь не возвращать. Я просто так их тебе отдаю.

– Не надо… Тебе ещё самой могут пригодиться.

Разумеется, они пригодились бы, ведь деньги никогда не бывают лишними, а девушка и вовсе не ожидала от себя такого порыва великодушия – тотчас опомнилась, спрятала деньги обратно в карман.

– Знаешь, меня в подростковом возрасте изнасиловал взрослый дядька, – признался Стас.

Ириша замерла, понимая теперь, откуда появилась в ней эта жалость к нему – видимо она чувствовала эту его трагедию своей женской интуицией и прямо-таки по-взрослому, по матерински стала сопереживать ему.

– Его посадили? – спросила, не зная, уместно ли развивать такую тему.

– Нет.

– Почему?

– Я никому об этом не рассказывал.

– Понятно.

И дальше они в самом деле пошли молча.

– Теперь я не могу найти себе место в жизни. Просто не могу. – возобновил он разговор, когда они прошли уже достаточно большое расстояние.

Ириша уже доела мороженку и выбросила обёртку. Теперь казалось – для серьёзных тем самое подходящее время.

– Совершать преступления – не выход, – заметила она.

– Ты ведь тоже не простая, в тебе тоже есть надлом, – перебил он.

– А-а, пустяки. Когда я ходила в детский сад, у меня однажды украли красивую новую куртку и мне не в чем было идти домой.

– Для ребёнка это серьёзная трагедия.

– Может быть.

– Наверняка ты очень громко ревела.

– О, ещё как! Сбежались все отовсюду, даже заведующая. Меня утешали, а воспитательница сказала, что таков мир и порой наступают моменты, когда приходится познавать его с такой плохой стороны.

– После этого ты начала воровать.

– Ну, возможно так и есть. Просто я никогда не проводила параллель.

– Ха! Всё закономерно. Никогда человек не делает что-нибудь просто так. И характер не появляется из неоткуда – ему надо сформироваться.

Девушка задумалась… Даже сейчас ей было страшно вспомнить тот далёкий день из детства и даже не то, что она лишилась красивой вещи так трогало её, а именно тот безудержный плач, от которого до сих пор щемило сердце.

– Надеюсь, ты не планируешь повторить опыт своего детства? – спросила она тотчас, искоса бросив взгляд на своего собеседника.

– Нет-нет, ни в коем случае. Вообще-то я уже и сам отец, только не получилось жить вместе. Я ведь вовсе не такой юный, как ты, просто молодо выгляжу.

Ириша усмехнулась: на самом деле разница между ними была может лет семь-восемь – не такая уж и заметная, хотя девушка почти сразу поняла, что они не ровесники.

– Рассказывай тогда, что ты задумал.

Однако он снова не решался поделиться своими преступными планами.

– Знаешь, мне кажется все жертвы преступлений тоже рано или поздно оказываются за чертой, – вместо этого сказал он.

– За какой чертой? – не поняла Ириша.

– Мы все другие, потому что выбрали не кого-то из всей этой толпы, а выбрали именно нас. Ты ведь тоже всё время думаешь, почему не с кем-то, а с тобой это произошло.

– Никогда не думаю. Давно забыла.

– Так не бывает. Несмотря на то, что время прошло и появилось много разных других событий, многое осталось в твоём подсознании… И в моём. Я вот тоже хочу украсть. И ещё – убить.

– Ой, слушай, да пошёл ты…

– Вот видишь, и ты меня не поняла. Мне казалось, мы договоримся.

– Тебе наверно лучше обратиться за консультацией к психологу.

– И тебе тоже.

– Стой, я не хотела тебя обидеть.

Однако Стас уже побежал по парку, рискуя налететь на любого безмятежно гуляющего.

– Надумаешь поговорить серьёзно, приходи сюда в пятницу, – крикнул он на бегу.

– Так ведь сегодня ещё субботу, – прокричала ему Ириша.

– Вот и будет время решиться на что угодно. Или не решиться.

Девушка задумчиво посмотрела ему вслед, предполагая, что скорее всего он чокнутый и вовсе не стоило поддерживать с ним разговор. Подумала ещё, что совсем не разглядела его лицо и навряд ли узнает, если встретит случайно в толпе. А уж тем более приходить в парк в следующую пятницу и вовсе не намеревалась – этот день у неё будет уже рабочим. В то же время этот короткий разговор затронул что-то в глубине её души и какое-то необъяснимое отчаяние захлестнуло так сильно, что она готова была расплакаться. Всеми силами сдерживала себя, понимая, как это будет нелепо, ведь причин для слёз не было никаких: в жизни всё у неё складывалось просто отлично, тем не менее…

Она села на лавочку и расплакалась.

Захотелось конфет – любых, целую горсть, и чтобы за них не надо было платить. Всегда она с какой-то дикой жадностью съедала украденное, разбрасывая всюду фантики и глотая сладости чуть ли ни целиком, будто никак не могла ими насытиться. Вытирала слёзы, размазывая их по щекам вместе с чёрными полосами туши. И почему-то вдруг в самом деле вернулась в тот далёкий день своего детства – слёзы всегда возвращали её туда, однако она не придавала этому никакого значения, а вот теперь поняла: те ощущения, ту боль невозможно было забыть. Ладно бы украли что-нибудь другое, менее нужное, например игрушку или носовой платок. И то для ребёнка это было бы потрясением. А тут – новую куртку из её личного шкафчика.

– Послушай, сколько тебе лет? – услышала она рядом и тотчас поняла, что Стас вернулся.

Обрадовалась даже, подняла голову.

– Двадцать один, – ответила тотчас.

– О, уже совершеннолетняя по всем меркам, – сказал он. – но детство кажется было совсем недавно.

– Зачем ты это делаешь?

– Что я делаю?

– Делаешь мне больно.

– А представляешь, как тебе будет больно, если тебя поймают.

– С горстью конфет?

– Ну и что? Если магазины начнут раздавать всем бесплатно конфеты горстями, что у них останется? Не воруй больше!

– Я не могу.

– Значит ты клептоманка.

– Не говори это слово.

– Не надо себя обманывать. Или не воруй больше.

– Так сразу не получится перестать, это привычка…

– Ужасная привычка. Лучше своровать один раз – и на всю жизнь.

Стас замер и на этот раз Ириша слушала его, затаив дыхание. Она понимала – он именно и выжидал такой момент, когда она готова будет слушать то, что он задумал сказать. И он начал рассказывать.

– Недавно я работал садовником у одной престарелой дамы. Точнее даже не престарелой, а очень старой. У неё огромный красивый дом, а родственников нет совсем никого.

– Ты предлагаешь её убить? – ужаснулась Ириша. – начитался Достоевского?

– Нет, мы не будем никого убивать, она сама скоро умрёт, болеет сильно. Просто можно поселиться у неё под каким-нибудь предлогом, и когда такое случиться, мы никому ничего не скажем, а похороним её потихоньку в саду возле дома. Она и сама этого хочет. Потом останемся жить в её доме.

– Ох ты и чокнутый… Дурацкий план, если честно.

– У неё много денег и драгоценностей, так что надолго хватит.

– Нет, я даже слушать не хочу никаких подробностей, ни то чтобы в этом участвовать.

– Подробностей никаких и не будет, я уже всё рассказал. Живёт она недалеко за городом, на моём скутере быстро домчимся.

– Никуда я не поеду.

– В общем, увидимся, как я и предложил – в пятницу, если надумаешь.

– Не надумаю, – бросила Ириша и теперь пошла от этого случайно встреченного человека сама.

Пошла даже очень быстро и не оглядываясь.

– Подумай, – прокричал он ей вслед. – у тебя никогда не будет другого шанса оказаться в такой роскоши и пожить в своё удовольствие.

Она ничего не ответила, потому что уже не слышала его слов и думала совсем о другом.

Глава 2.

Слова эти долетели до неё позднее – будто побывали где-то в глубине сознания и вернулись оттуда. Она уже спала и видела нелепый сон… Вот она стоит в магазине перед множеством конфет, наваленных горами в коробках, пытается сообразить, какие ещё не пробовала, а потом хватает горсть. И в этот самый момент неожиданно охранник хватает её за руку.

– Попалась, – говорит он и все оглядываются на них.

В этот момент хорошо было бы проснуться, но Ириша не проснулась, и сон продолжался, только теперь как будто он начинался заново и уже события происходили совсем в другом магазине.

– Попалась, – снова сказал ей охранник, но уже другой и его прикосновение стало сильнее.

– Попалась…

– Попалась…

– Попалась…

Заговорили все со всех сторон и куча охранников окружили её. Тогда только спящая открыла глаза, однако утро ещё не наступило.

Жила она с родителями и младшим братишкой, хотя на самом деле очень хотелось сбежать от своей семьи, почувствовать себя по-настоящему взрослой. Бежать было некуда, да и впрочем – не было повода, а если и хотелось сбежать, только от самой себя. Родители знали об её опасном пристрастии и потому всегда на кухонном столе ставили огромную вазу с дорогими и очень вкусными конфетами – видимо надеялись убедить дочь, что воровать их нет необходимости. Но она не обращала на такие конфеты никакого внимания и даже не ела их. А если и брала, только изредка по одной, когда на неё смотрели особенно пристально – и тогда она просто делала это из вежливости.

– Ты снова воровала? – спрашивала её прежде мама, вытряхивая фантики из её карманов.

Но это было давно, и теперь Ириша не приносила улики домой, разбрасывала их на улице.

– Зачем ты это делаешь? – спрашивали её часто, но тоже давно.

Она молчала, потому что не знала, что ответить.

Теперь вдруг именно в эту ночь, после знакомства со Стасом, поняла – это вовсе не был её протест: ни против мира, ни против своего места в нём. Просто она хотела понять, как это – быть преступником. И упрекнув недавно Стаса в том, что он начитался Достоевского, понимала, что начиталась как раз она, хотя может быть вовсе не эту книгу, а каких-то совсем других, и теперь пыталась понять, о чём думал тот вор, который позарился на детскую куртку, хотя никак ей этого не удавалось, потому что конфеты в магазинах не имели к той ситуации из прошлого никакого отношения. Наверняка их после её воровства никто не пересчитывал, не перевешивал, и уж тем более никто не плакал об украденном ночи напролёт.

А этот Стас… Он будто взял её за плечи и встряхнул. Будто дал опомниться и представить, какой неловкой будет ситуация, если её правда поймают. Тогда же ночью она решила, что больше никогда не будет воровать. Никогда, никогда. И ещё решила, что обязательно познакомится с той пожилой женщиной, про которую он рассказал – хотя бы из любопытства. Просто ведь интересно, как живут одинокие люди в старости.

Ириша решила, что для начала поедет туда со Стасом на его скутере, а потом наведается одна: расскажет одинокой женщине о его замыслах и вместе они найдут каких-нибудь её наследников, ведь несомненно у неё есть хотя бы даже малознакомые троюродные племянники, которым весьма приятно будет получить наследство от дальней родственницы. Вот только не могла девушка знать наверняка, насколько может быть опасным этот Стас, если она вот так разрушит его планы. Однако свой замысел сочла весьма благородным, так что отступать от него никак не хотела.

***

В последний день своего отпуска Ириша снова отправилась прогуляться…

Шла мимо тех же самых магазинов, где обычно воровала конфеты, и не заходила туда, не понимая впрочем, как так быстро она могла измениться. Может в самом деле теперь повзрослела, а прежде пыталась доказать самой себе, что она ничего не боится в этом большом и непростом мире и может даже делать всё, что захочет?

Думая так, она всё-таки толкнула одну дверь, однако тотчас вход ей преградил улыбающийся охранник. Она тоже улыбнулась и не стала настаивать на том, чтобы зайти. В конце концов ей даже нравилось ощущать себя законопослушной.

Когда у неё зазвонил телефон, от ярких лучей солнца она не разглядела, чьё имя высветилось на экране, а просто машинально ответила звонившему.

– Придёшь завтра? – раздался знакомый голос.

«С работы», – обрадовалась Ириша и кивнула перед тем как ответить.

– Приду.

– Слушай, у нас тут такое творится…

– Что?

– Представляешь, у начальника пропала папка с важными документами, искали целую неделю, а потом нашли у тебя в столе.

– Как? Я не брала.

– Понятно, что не брала, но кто-то подставил. Поди теперь доказывай. Все ведь знают, что ты конфеты в магазинах таскаешь.

– Кто знает? – Ириша растерялась, понимая, что спросить надо по-другому: откуда узнали и кто сказал. Однако уже не стала переспрашивать.

– Ещё в кассе большой суммы не досчитались…

– Неужели тоже на меня подумали?

– Ага… В общем, тебе лучше не приходить.

На этом разговор закончился.

Ириша ещё долго стояла неподвижно с телефоном в руке. Такой растерянности ей ещё не доводилось испытывать никогда прежде – она не знала, что делать, о чём думать и что будет дальше. Хотя подсознательно с детских лет боялась терять – знала, что это может быть непоправимо и представляла, как страшно остаться в этом мире без важного и необходимого: и пусть в детстве она лишилась всего лишь куртки, сейчас такой потерей могло стать что угодно. Предстояло сообщить о случившемся родителям, но она боялась – на эту работу её устроили именно они. Надеяться, что всё утрясётся, тоже казалось бесполезным – такая ситуация явно не могла пройти сама по себе, к тому же ей теперь даже и не хотелось возвращаться туда, где о ней подумали так скверно.

Пройдя несколько шагов, девушка остановилась и как будто новым взглядом посмотрела по сторонам. Жалеть себя не стала – этого она никогда не допускала. Зато вместе с огорчением уловила какое-то новое ощущение, и явно оно вовсе не было плохим: она почувствовала предвкушение новой жизни, которая несомненно таила в себе много всего увлекательного и хорошего. В конце концов, её молодость могла помочь ей открыть множество дверей. Родителям она решила пока ничего не говорить, а с завтрашнего дня, как обычно, утром выходить из дома – несомненно вскоре она найдёт другую работу, даже ещё лучше потерянной.

С этими радужными мыслями по привычке Ириша зашла в один из своих излюбленных магазинов, где частенько воровала конфеты. Решила не изменять своему решению и в самом деле теперь равнодушно прошла мимо полок, где лежали сладости, взяла сок и заняла очередь в кассу. Весьма довольная собой, отсчитала деньги без сдачи. Теперь ей казалось, она повзрослела совсем, а прежние поступки были нелепым ребячеством.

Вдруг какая-то женщина в очереди закричала:

– Кошелёк, у меня украли кошелёк!

Все вокруг тотчас всполошились, принялись озираться по сторонам. Однако впустую – карманникам никогда невозможно бывает заглянуть в глаза. Появился охранник и принялся рассматривать всех подряд. Взгляд его остановился на Ирише и он поманил её пальцем. Она отвернулась и не пошла. Тогда он подошёл сам.

– Можно заглянуть к вам в сумочку? – сказал настойчивым тоном.

– Нет, вы не имеете права, – отозвалась девушка.

– К сожалению, мне придётся настаивать, – заявил он. – или вызвать полицию.

Девушка раскраснелась и протянула сумку – десятки любопытных глаз уставились на неё.

– Вот он, мой кошелёк! – неожиданно закричала потерпевшая, совсем незаметно подошедшая к ним.

И в самом деле охранник тотчас прямо на глазах у Ириши достал из её сумочки эту чужую вещь.

– Но я не брала, – попятилась она.

– А кто брал? – чуть ни с кулаками накинулась на неё обокраденная.

Схватила свою потерю, раскрыла.

– Здесь уже нет ни рубля, – воскликнула тотчас и снова гневно уставилась на Иришу.

– Я правда не брала, – пробормотала девушка, отворачиваясь.

Слёзы навернулись у неё на глазах – оказаться в такой ситуации она никак не ожидала. Ладно бы правда была виновата, но вот так, впустую терпеть такой позор, было выше её сил. Однако плакали при людях, как она знала, только дети, и она держалась изо всех сил, чтобы не зареветь.

– Возвращай всё до копейки! – прокричала гневная тётка и стала наступать на девушку.

Охранник предусмотрительно отстранил её.

– Сейчас вызовем полицию, – сказал он.

У Ириши сжалось сердце. Надо было защищаться, но она не знала как. Хотела убежать, метнулась в сторону – охранник тотчас пресёк этот её порыв, схватив за руку.

– От себя не убежишь, – изрёк философски.

Она вся сжалась, боясь того, что могло происходить дальше. Неужели они правда отдадут её полицейским? Но ведь она не виновата, хотя никак не может доказать свою невиновность. С испугу, распечатала сок и принялась пить.

– Вот нахалка! Она ещё и не оплаченный товар ест. Прямо у нас на глазах, – воскликнула кассир.

Теперь Ириша в наглую повернулась к ней и демонстративно выпила весь сок залпом.

– А я ещё и яблоко съем! – закричала в отчаянии.

Схватила самый большой фрукт из ящика напротив и принялась торопливо кусать.

Полицейские приехали в скором времени… Ириша спокойно пошла с ними, почему-то уверенная, что её внимательно выслушают и непременно поймут. Искоса взглянула в лицо каждому из них, тотчас определив, что они её ровесники. Те старались выглядеть серьёзными, но девушка понимала – в таком возрасте это старание напрасное. Она засмеялась.

– Вы нигде на учёте не состоите? – спросил тотчас один из них.

– Нет, – весело отозвалась девушка.

– А почему смеётесь?

– Разве смеются только сумасшедшие?

Оба растерялись и не стали пока ни о чём её спрашивать. Зато она никак не могла успокоиться и продолжала посматривать на них с детским задором.

– Как мне доказать, что я не брала кошелёк? – осмелилась она спросить в конце концов.

– А вы правда не брали? – немного сомневаясь в её словах, но всё же внимательно переспросили они.

– Не брала.

– Орудует в этих магазинах один карманник. Много уже заявлений было, но поймать пока не можем. Посмотрим ваши отпечатки пальцев, если на кошельке их нет, значит вам правда его подкинули.

Услышав это, Ириша тотчас вздохнула облегчённо и успокоилась, стала из окон полицейской машины рассматривать мелькавшие улицы, по которым они ехали. Город понемногу настигала торопливая осень и всюду на деревьях уже изредка пробивалась желтизна – понемногу, отдельными ветками, как появляется седина. Девушка предчувствовала, что эта осень может круто изменить её жизнь, да и сама она тоже готова была стать другой – взрослой, забыть о разных своих ошибках юности и задумываться каждый раз, прежде чем сделать очередной шаг.

– На вас уже заявляли, – сказал ей строго сотрудник полиции, а после показал короткое видео из ближайшего магазина, где заснят был тот момент, когда она ворует конфеты.

Ириша опустила голову, понимая – в таком случае уже не отвертишься. Потом у неё взяли отпечатки пальцев и она почувствовала такую невыразимую тоску, будто и правда совершила ужаснейшее преступление.

– Это всего лишь конфеты, – сказала она задумчиво.

– Да, конфеты, – отозвался полицейский. – и на кошельке в самом деле совсем другие отпечатки.

– Значит я могу идти? – спросила Ириша, впрочем, совсем не веря, что её правда отпустят.

– Можете. Но запомните: от горсти конфет до бездны всего один шаг.

– До какой бездны?

Полицейский немного растерялся, не зная как пояснить свой афоризм, которым видимо очень гордился и явно который произносил уже не единственный раз.

– Многие начинают с пустяков, – добавил после нехотя. – а после совершают серьёзные преступления.

– Нет-нет, я больше не буду, – поспешила сказать девушка, будто напугавшись, что в участке передумают и не отпустят её.

Прозвучало это её обещание совсем по-детски и все заулыбались, впрочем, очень сдержанно, старательно пряча эти свои улыбки. Зато она улыбнулась широко и от всей души. И ещё радостней стало на душе, когда она вышла на улицу…

Вдохнула воздух и он показался каким-то особенным после душного помещения полицейского участка. В воздухе пахло увядающей зеленью, осенними цветами, которые уже понемногу начинали расцветать и ещё остатками утреннего тумана – никогда прежде Ириша не улавливала этих ароматов и с такой отчаянной жадностью не наслаждалась ими. Теперь посмотрела по сторонам, пытаясь сориентироваться, куда пойти.

Старалась разобраться в своих мыслях…

С одной стороны, ей здорово повезло, что полицейские вникли в случившееся и отпустили её, но с другой – почему вообще с ней произошла такая ситуация. Да и не одна. То, как её подставили на работе, тоже не выходило из головы. Причину произошедшего она никак не могла себе объяснить и эти её мысли настойчиво раз за разом возвращались во вчерашний день – а именно в тот самый момент, когда к ней подошёл этот странный парень, Стас.

Теперь девушка была всерьёз уверена – во всех недавних ситуациях виноват именно он: неудачники и зануды, как считала она, не только раздражают и портят нервы, но и могут создавать серьёзные проблемы. Поэтому она решила непременно с ним встретиться и высказать ему всё. А ещё всё-таки спасти ту старушку, на имущество которой он претендовал: именно спасти, потому что казалось ей – на самом деле он замышляет убийство.

Глава 3.

Заветная пятница наступила быстро.

Хотя теперь Ириша радовалась ей вовсе не потому, что после неё наступали желанные выходные. На пятницу назначена была необычная встреча и девушка ничуть не сомневалась – Стас непременно появится в парке в этот день… За неделю немного похолодало, настолько, что пришлось сменить безрукавное шёлковое платье на джинсы с трикотажной водолазкой. Ночами моросили дожди, а утром к мокрому после дождя асфальту прилипали жёлтые листья, которые пока падали изредка по одному.

Неделя прошла в безуспешных поисках новой работы, а деньги за это время закончились совсем, так что девушка то и дело косилась в сторону магазинов, старательно отгоняя от себя желание взяться за старое. Однако теперь она почувствовала, что хочет не только бесплатных сладостей. Как раз с новой своей зарплаты планировала она обновить свой гардероб, но теперь понимала – это не удастся. По несколько раз заходила в одни и те же магазины и примеряла вещи, которые хотела купить. В то же время прикидывала, нельзя ли их украсть… Однако фраза, сказанная полицейским, что до бездны может быть всего один шаг, не давала покоя и она старательно сдерживала все свои преступные порывы.

Стас появился внезапно во второй половине дня.

– Держи, угощайся, – протянул он ей горсть конфет.

– Украл что ли? – спросила Ириша и взяла несколько штук.

– Я такой мелочью никогда не стану пачкаться, – сказал он и тоже развернул фантик.

Девушка хотела рассказать ему всё, что стряслось с ней за это время, но почему-то слова застыли у неё где-то внутри и не хотели произноситься. Она смотрела на Стаса и молча ела конфету, чувствуя в то же время, что сердце стучит как-то по особенному. «Неужели это любовь?» – промелькнула мысль, но тотчас исчезла.

Влюблённость она испытывала прежде и знала, что это такое. Сейчас было всё иначе и, глядя на парня, она ощущала какую-то небывалую уверенность в себе и в том, что всё будет хорошо, главное – находиться рядом с ним. Всё остальное – не важно. А весь мир вокруг вовсе не такой уж враждебный и минувшие происшествия – просто нелепая цепочка случайностей, в которых, впрочем, она сама отчасти виновата.

Размышляя так, Ириша взяла с его раскрытой ладони ещё несколько конфет.

– Ну что – поедешь со мной? – предложил он, кивая головой куда-то в кусты.

– Там скутер? – предположила девушка.

– Ага.

– Поехали.

Она сказала так, совсем забыв, что раньше всегда пугалась, глядя с какой скоростью мчаться мотоциклисты. Боялась даже ехать в автобусе, если водитель разгонялся слишком быстро. Теперь страх прошёл и осталось отчаянное желание попробовать всё, или почти всё, что предложит он.

Пока они шли до кустов и после, когда одевали каждый свой шлем, девушка хотела сказать Стасу всё то, что планировала: о том, что он вмешался в её жизнь и перевернул ей, ещё о том, что он злодей и неудачник. Но почему-то она молчала. Может надеялась, что будет у них ещё время об этом поговорить. А может – полагала, он и так читает её мысли.

– На велосипеде в детстве каталась? – спросил Стас.

– Немного, – ответила Ириша.

– Здесь всё то же самое, только быстрее. Держи равновесие и держись за меня.

– Ладно.

– Не забоишься?

– Чего бояться-то.

– Главное не визжи. Не люблю трусих.

Но Ириша никогда не была трусихой, по крайней мере не считала себя такой, к тому же особенно теперь и рядом с ним… Он завёл мотор и они поехали. Сначала поехали, а потом помчались. А потом помчались с такой скоростью, что могли бы даже взлететь и в самом деле взлетали, подпрыгивая на разных кочках загородной просёлочной дороги. Те отчаянные секунды, когда скутер пролетал по воздуху, кружили голову настолько, что Ириша забывала саму себя. Она пыталась угадать, что чувствует в эти мгновенья Стас, но могла лишь ощущать его тело, к которому прижималась – мышцы его становились особенно напряжёнными и ни на миг не ослабевали.

Остановился он внезапно.

– Уже приехали? – спросила девушка, посматривая во все стороны.

На какое-то время она так прониклась скоростью, что вовсе забыла, куда они едут и теперь, увидев, что вокруг лес, решила – он привёз её погулять.

– Отложим пикник до лучших времён, – сказал серьёзно он.

– А нас ждут лучшие времена? – поинтересовалась она.

– Обязательно, – кивнул он. – смотри, какая красота.

Он сделал несколько шагов в сторону, взял её за руку и повёл через лес. Всего через несколько метров они остановились у края обрыва.

– Не боишься высоты? – спросил он.

– Смотря в каких случаях, – ответила девушка и попятилась.

Он засмеялся.

– Я давно заприметил это место. Утрами здесь стоит туман.

– Прямо внизу?

– Да, и если посмотреть туда, кажется вот-вот появится какое-нибудь чудище.

– Сейчас нет тумана. А если подходить близко, можно сорваться и упасть.

– Я не боюсь. Вся наша жизнь состоит из разных обрывов и падений.

– Ты отчаянный, – заметила девушка, мысленно соглашаясь с тем, что он сказал.

Потом они пошли обратно на дорогу… Желтых листьев в лесу было немного больше, чем в городе и ещё тут пахло грибами, а рябина, такая красная, раскидывала свои ветви так низко, что запросто можно было рвать ягоды.

– Поселимся тут, будем собирать грибы на суп, а из рябины делать настойку, – мечтательно сказал Стас.

– А мы поселимся тут? – переспросила Ириша.

– Разумеется, ты ведь пришла в пятницу, как мы договорились, значит принимаешь моё предложение.

Девушка хотела бы всё объяснить, как-нибудь отшутиться, например, сказать, что в пятницу все черти пятятся или ещё что-то в этом роде, но какое-то странное чувство охватило её. Оглянувшись, издали она посмотрела на это жуткое место с обрывом посреди леса. Подумала, что если не опасаться и не знать этот лес, запросто во время дождя или в ранние осенние сумерки можно сорваться и упасть… Стало жутко и она отвернулась. Как зачарованная посмотрела на Стаса и пошла за ним. Думала в то же время, что не случайно люди, у которых что-то стряслось в жизни, ввязываются впоследствии в ещё большие неприятности и даже попадают в разные секты. У неё вот случилось два потрясения одно за другим и она уже доверяет первому встреченному. Хотя нет, вовсе она ему не доверяет, а непременно выскажет всё как можно скорее – так надеялась девушка, хотя снова села вместе с ним на скутер.

Дальше дорога повернула уже в сторону посёлка и лес остался позади.

– Как называется это место? – прокричала Ириша своему спутнику в самое ухо, но тот не стал отвечать, может и не услышал, потому что они ещё не приехали и скутер мчался на большой скорости, оставляя за собой вздымающуюся полосами дорожную пыль.

***

Большинство домов, которые вскоре предстали перед ними, были в самом деле роскошными, хотя чередовались с домиками попроще, но тоже капитальными и в основном не старой постройки. Некоторые дома и вовсе походили на дворцы, так что хотелось любоваться ими с завистью и затаив дыхание. Ириша предполагала, что спутник её думает о том же, о чём и она, а именно – жаждет поселиться в одном из таких дворцов. Она даже не ожидала, что такое желание появится у неё самой – всё случилось как-то само собой: видимо не напрасно испокон веков весь мир твердит о соблазнах, которые сбивают с пути. Но если посмотреть с другой стороны, это и не соблазны вовсе, а просто комфортная жизнь, к которой не стремятся наверняка только лодыри да безумцы.

– Пошли, – скомандовал Стас и остановив свой транспорт, спрыгнул на землю. – в посёлке лучше не шуметь, здесь привыкли к тишине.

– Здорово, – откликнулась девушка, немало уставшая за минувшую неделю от городского шума – слишком долго она гуляла по городу, пытаясь отыскать для себя предназначение. Увы, не нашла.

– Старушку зовут Маргарита Петровна, – сообщил вполголоса парень.

– Ух ты, а ночами она случайно не летает на метле?

– Боишься, вернётся с того света?

– Нет, мы ведь не будем её убивать.

Стас промолчал. Он катил скутер по дороге и явно нервничал.

– Что ты скажешь ей? Для чего мы приехали?

– Я обещал ей присматривать за садом, так и скажу, что надо подстричь газон и прополоть цветник. Про тебя ещё не придумал.

– Неужели ты правда хочешь остаться на несколько дней?

– Разумеется. А тебе придётся сказать родителям, что внезапно уехала в командировку.

Ириша усмехнулась – на самом деле её работа не подразумевала дальних поездок и родители это знали, хотя её не очень контролировали и она соображала, чем бы таким безобидным объяснить своё отсутствие. Впрочем, это сейчас было вовсе не важно и она рассчитывала уговорить Стаса вернуться в город в тот же день.

***

Маргарита Петровна оказалась очень милой старушкой. На вид ей было лет восемьдесят, возможно – чуть меньше, держалась она бодро и усиленно молодилась.

– По ней совсем не похоже, что она скоро умрёт, – прошептала Ириша, когда они вместе со Стасом шли за ней по выложенной камнями дорожке.

Он испуганно шикнул и ущипнул девушку за плечо.

Дом был действительно такой, какой могло лишь нарисовать воображение в самых радужных мечтах: до самого балкона на втором этаже его обвивал цветущий синими и красными колокольчиками вьюнок.

– Это я посадил, – похвастал Стас.

– Молодец, красиво получилось, – подхватила старушка, потому что парень эти слова сказал очень громко, дальше она продолжала. – и розы цвели великолепно.

– Жаль, я не видел.

– Да, осенью уже другие краски. Зато полюбуешься своими георгинами и астрами.

– Уже цветут?

– Во всю.

И они все вместе по дорожке обошли дом.

Здесь аккуратно выложенные камни закончились и началась заросшая травой поляна: возможно за лето её несколько раз косили, но теперь трава снова выросла. Клумбы были раскопаны прямо посредине поляны, а между ними стояла лавочка, такая необычная, что на ней невольно останавливался взгляд: спинка была переплетена из тонких листов металла, так изящно обработанного, что издали можно было продумать – сделана она из соломы каким-то особенно умелым мастером. Два невысоких столба с такими же резными подвешенными на них фонарями стояли по обе стороны сада и можно было запросто представить, как красиво они освещают это место ночами…

Клумбы в самом деле полыхали буйством многообразных красок, на какие только способны были осенние цветы.

– Почему ты не предупредил, что приедешь? – спросила Маргарита Петровна, повернувшись и посмотрев пристально на Стаса.

Ириша тотчас заметила, как он смутился от такого её пристального взгляда.

– Я не знал наверняка, получится ли выбраться, – растерянно пролепетал он. – не хотелось обещать впустую.

– Работу нашёл в городе? – снова спросила она.

Обращал на себя внимание её высокомерный тон – таким обычно говорят люди, привыкшие командовать, а потому производила старушка впечатление бывшей начальницы, всю свою жизнь или возможно большую её часть занимавшей какую-то важную должность, причём явно было – никогда она не бедствовала и не нуждалась в деньгах.

– Нашёл, – соврал Стас.

В этот момент Ириша даже посочувствовала ему – понимала, как наверняка трудно приходилось работать у такой особы.

– Знала бы, что приедешь, напекла бы твоих любимых пирожков с зелёным луком, – сказала она.

– А лук ещё не пожелтел? – оживился Стас.

– Растёт.

– Так мы завтра пирожков настряпаем.

– Значит вы ко мне с ночёвкой? – уточнила она, искоса посмотрев на Иришу.

– Да, это моя подруга, – поторопился сообщить парень. – и она тоже может помогать по хозяйству.

Девушка вжала голову в плечи – себя домработницей она никогда не представляла.

Маргарита Петровна нарвала целую охапку разноцветных георгинов и тотчас повела приехавших в дом.

– Поставлю в свою любимую вазу на столе, – пояснила она. – по случаю гостей у меня в доме всегда праздник.

– Надо было лучше астры нарвать, – заметил Стас. – они в срезке стоят дольше.

– Ну, завянут, тогда нарвём другие, – пожала плечами старушка и распахнула дверь.

В просторном холле оказалось чисто, прибрано и свежо. Ириша, не скрывая свой взгляд, осматривалась: ведь её порекомендовали как помощницу по хозяйству, а значит следовало браться за дело.

– С домом я сама справляюсь, – сказала вдруг хозяйка, от которой не ускользнуло намерение гостьи.

Она самодовольно заулыбалась и девушка, взглянув на неё, улыбнулась в ответ.

– Чем же тогда мне вам помочь? – спросила она робко.

Та немного замялась, но всё же ответила.

– Ванну я хочу принять, – сказала смущённо. – поможешь, если не побрезгуешь. Одна я всегда только душем пользуюсь. А в ванне поскользнуться боюсь, да и сердечко может прихватить.

– Хорошо, я помогу, – отозвалась Ириша.

– Тогда располагайтесь, а я не буду терять время, – с воодушевлением проговорила старушка и направилась куда-то в глубь дома.

– Здесь есть отличное вино, – шёпотом сказал Стас, едва она исчезла из виду, и открыл дверцу шкафа, за которой оказался зеркальный бар.

– Ты прямо так запросто тут хозяйничаешь, – отозвалась Ириша.

Поведение парня её в самом деле смутило.

– Старушка гостеприимная, она мне всё разрешает, – улыбнулся тот и деловито принялся выкладывать на стол разные продукты из холодильника. – давай, осваивайся тоже, а я сейчас приду.

Он чмокнул девушку в щёку, щекотливо прикоснувшись к её лицу своей чёлкой… Она повернулась к нему, рассчитывая на более откровенную нежность, однако он отстранился. Она хотела бы спросить, что наверняка ей пора идти в ванную помогать Маргарите Петровне мыться, но потом решила не торопится: рассудила, что время ещё есть, пока та достанет из какого-нибудь шкафа припрятанное роскошное махровое полотенце и чистый халат, наберёт воду в ванну и разденется…

Стала рассматривать продукты на столе, соображая, что бы из этого приготовить. Вымыла помидоры и огурцы на салат, обнаружила охлаждённые куриные грудки и решила запечь их в духовке, предполагая, что наверняка такое меню одобрят все. Спохватилась, заметив, что сорванные цветы до сих пор лежат рядом с пустой вазой и тотчас поставила их в воду. Распахнула окно.

Поймала себя на мысли, что здесь ей очень нравится и даже в качестве помощницы она бы согласилась тут пожить – наверняка хозяйка не стала бы скупиться с оплатой, а деньги ей были нужны и оставаться слишком долго без работы совсем не хотелось. Задумала сразу же поговорить об этом, а пока решила, что следует понравиться Маргарите Петровне и потому надо постараться угождать ей во всём. Быстро включила духовку, посыпала мясо специями и положила запекать, потом сделала салат, стараясь нарезать овощи тонко и красиво. Ждала, что может быть хозяйка окликнет её из ванной, но та не звала. Стас тоже не возвращался…

Ириша немного посомневалась, стоит ли идти их искать, а потом всё же пошла.

Ей даже интересно стало осмотреть дом и почему-то вдруг захотелось это сделать одной – возможно старая страсть к воровству дала о себе знать, и не сознаваясь даже себе самой, девушка хотела что-нибудь украсть. В глаза бросались разные статуэтки и вазочки, однако больше ничего не попадалось на виду. Теперь Ирише вовсе не надо было никаких сладостей, какими она баловалась раньше. Ей хотелось денег и драгоценностей, а потому она вполне могла считать себя повзрослевшей женщиной.

Крадучись поднялась на второй этаж и заглянула в спальню.

Обнаружила на туалетном столике шкатулку и тотчас открыла её: там лежали разные бусы, и оглянувшись на дверь, девушка вытряхнула их все и принялась рассматривать. Прислушивалась в то же время к звукам, которые могли вдруг раздаться снаружи, но приближающихся шагов не слышала. Бусы оказались нелепыми, хоть и дорогими, однако такие не носили сейчас. Ириша примерила жемчуг, потом кораллы. Рассмотрела почерневший от времени серебряный браслет. Вздохнула и положила всё обратно в шкатулку. В конце концов пора было найти, где в этом доме находится ванная комната, и она отправилась на поиски, рассчитывая, что возможностей у неё ещё будет достаточно и она обязательно перед отъездом что-нибудь украдёт.

Услышала плеск воды внизу… Потом вода перестала литься и девушка решила, что Маргарита Петровна в этот момент как раз погружается в набранную до краёв ванну – значит она подоспеет как раз вовремя.

Толкнула дверь, подумав, что та очень предусмотрительно оставила её открытой. Вошла и обомлела…

Стас склонился над ванной, погрузив туда руки по самые локти.

– Что… Что ты делаешь? – шёпотом спросила Ириша, хотя догадка уже поразила её.

Парень повернулся к ней и гримаса, которая отразилась на его лице, могла испугать любого. Он смотрел на девушку будто не понимая, кто она и зачем вошла. Торопливо бежали секунды, но выражение его лица застыло маской и не менялось. И ещё – он молчал, хотя молчание это казалось особенно зловещим.

– Остановись… – теперь совсем громко сказала девушка.

Однако картинка, застывшая перед ней, по-прежнему не менялась. Ириша тоже застыла на месте, не решаясь уйти и в то же время боясь сделать шаг вперёд, знала – тогда догадка её подтвердится и назад пути уже не будет.

– Пожалуйста, увези меня обратно в город, – сказала вдруг она, стараясь вести себя так, будто не понимает, что происходит.

Сама не ожидала от себя, что может настолько прикидываться.

– Ты выбрала не очень подходящий момент для своей просьбы, – холодно ответил Стас и голос его она не узнала.

– Почему?

Возможно она рассчитывала, что он тоже станет говорить в тон с ней – подыграет. Но заблуждалась.

– Теперь мы сообщники, – сказал он. – и если уедем отсюда – только вместе.

– Мы так не договаривались.

– Разве? Ты ведь пришла в парк в пятницу, как я назначил – значит приняла моё предложение.

– Я хотела отговорить тебя. И просто – увидеться. Очень много всего произошло со мной за эту неделю.

– Дура.

– Сама знаю.

– Ничего ты не знаешь. Все вещи надо говорить и делать вовремя, а не тогда, когда они перестанут иметь какое-либо значение.

Девушка уже и сама понимала это.

Теперь она приблизилась к краю ванны, заметив, что на пол расплескалось много воды. Островки пены плавали на поверхности и приятно пахло лавандой. Явно старушка до сих пор любила чувствовать себя Клеопатрой. Ириша заглянула вглубь, сквозь пену, и увидела там её безжизненное лицо.

– Ловко ты, – невольно вырвалось у неё.

– С такими делами лучше не затягивать, – отозвался Стас.

Взгляд его теперь блуждал и по рукам пробежала дрожь…

На миг у Ириши мелькнула мысль, что он может убить её тоже, причём совершит такое убийство с не меньшим хладнокровием, как и предыдущее. Напугалась и решила соглашаться со всем, что он станет говорить и что от неё потребует – по крайней мере в первое время.

Выйдя из ванной комнаты, они услышали чужой голос – прямо в доме. Кто-то звал хозяйку по имени, причём настойчиво повторяя его снова и снова.

– Похоже, это с улицы, – сообразила Ириша. – я на кухне открыла окно.

– Будь тут, я подойду, соседи меня знают, – сказал Стас и проскользнул мимо неё.

Девушка почувствовала, как по коже пробегает холодок – её затрясло, сначала чуть-чуть, потом всё сильней и сильней. Она понимала – жизнь изменилась катастрофически и ничего уже нельзя исправить: Стас совершил чрезвычайно серьёзное преступление и она к этому причастна.

– Как там говорят?.. По пятницам пусть все черти пятятся, – услышала вдруг она его голос и поняла, что он снова идёт в ванную.

– Где это – там? – спросила у него небрежно.

Удивилась теперь, как он быстро успокоился после всего случившегося – теперь выглядел даже весёлым и беззаботным.

– Это пришли соседи – на запах. У тебя подгорела курица, – сказал он так буднично, будто они были мужем и женой, жили в этом доме и никакой Маргариты Петровны, лежащей в ванне с водой, не было вовсе.

– Ты выключил? – так же буднично спросила девушка.

– Ага. Пойдём есть… Заодно отпразднуем новоселье.

– А… Эта…

Она кивнула на ванную и он усмехнулся.

– Не думаешь же ты, что мы станем заниматься ею при свете дня? Наступит ночь и всё уладим.

Ириша вздохнула и последовала за ним на кухню… Увидела цветы, которые сама же поставила в вазу и уже открытую бутылку вина, которую не так давно достал из бара Стас. Замерла на месте.

– Подожди, я сейчас схожу кое-куда, – сказала вдруг.

– Что-то придумала? – догадался парень.

– Точно.

– Наверняка хочешь меня удивить. Ну, смотри, не перестарайся.

– Может это будет выглядеть слишком цинично, однако…

Девушка не договорила – метнулась к лестнице и бегом побежала на второй этаж.

В спальне Маргариты Петровны видела она огромный платяной шкаф и надеялась теперь отыскать там что-нибудь подходящее для себя. Старушка наверняка раньше была модницей, а теперь до сих пор хранила разные красивые наряды. Совсем не понимая, почему, но Ирише вдруг захотелось понравиться Стасу – чтобы непременно он увидел её совсем другой, потому что, как ей казалось, прежде он вовсе не смотрел на неё, как на женщину. Но уж если они собрались жить в этом доме вместе, следовало повлиять на ситуацию самой.

Распахнув дверцы шкафа, девушка ахнула… Здесь было множество ослепительных вечерних платьев, ещё – просто милых, наверняка очень дорогих, которые может надевала их владелица по разу, по два. Ириша приложила к себе несколько, не снимая с вешалок, и посмотрелась в зеркало. Выбрала одно и поняла, что не промахнулась. Платье оказалось ей точь-в-точь по фигуре и так изящно подчеркнуло формы, что она в один миг превратилась из обыденной горожанки в изящную леди с лёгким оттенком сексуальности. Платье было приятного нежно-голубого цвета из лёгкого шёлка с широким поясом, который завязывался в пышный бант.

Именно в таком виде девушка спустилась на кухню.

Удивилась, потому что Стас съел уже свою порцию курицы и отпил заметное количество вина из бутылки.

– Даже не дождался меня, – сказала она с упрёком, будто вовсе забыв о том, что совсем недавно совершил он.

– Ты отсутствовала слишком долго, – отозвался он, подразумевая видимо, что это хорошее оправдание, и тогда только посмотрел в её сторону.

– Тебе нравится? – Ириша повертелась и хотела забраться к нему на колени, но он отстранил её.

– Мне всё равно, – сказал отвернувшись, и тотчас откусил ещё курицу.

– Странно.

– Вовсе нет.

– Зря мы сюда приехали.

– Если бы ты не пришла, я бы не поехал один.

– Вот как?

Девушка теперь села напротив Стаса и попыталась заглянуть ему в глаза.

– Ты думаешь о том, что произошло? – спросила вкрадчиво.

– Вовсе нет. Зачем об этом думать. Сама же говоришь – оно произошло. Надо думать о том, что будет дальше. Точнее о том, что дальше – делать.

Ириша снова приблизилась к нему и провела рукой по его плечам.

– Ешь лучше курицу, – сказал строго он. – а то остынет.

– А я хочу съесть тебя, – призналась она.

– Я так и понял. Но, увы, не выйдет.

– Почему это?

– Я импотент.

– Ты… Ты это серьёзно?

– Разве такими вещами шутят?

– Ну, в наши времена шутят чем угодно. Даже жизнь не воспринимают всерьёз.

– Ты меня упрекаешь? – голос его зазвучал агрессивно.

Девушка напугалась.

– Вовсе нет, – поспешила сказать она, – разве я могу? Ведь я для тебя никто.

– Точно. И останешься никем.

– Жаль, – сказав так, она подумала, что на самом деле в этом платье и в такой ситуации выглядит совсем нелепо.

– Лавандовое, – задумчиво проговорил он.

– Что? – не поняла она.

– Цвет этот называют лавандовым.

– Правда? Я не знала.

– Не может быть. Все женщины разбираются в оттенках. А ты специально выбрала такой, чтобы ткнуть меня носом…

– Во что?

– В то, что я сделал… В это убийство. Хочешь, чтобы лаванда преследовала меня, как призрак.

– Глупости. Я сейчас сниму… Проклятое платье.

– Не смей. Мне становится плохо от вида голых женщин. И вообще пока одной хватит – той, что плавает в ванне.

– Ты ужасно изменился. Стас, тебе надо…

– Что мне надо? Секса? Может быть. Но я же уже сказал…

Теперь можно было подумать, что это говорит сумасшедший – она так и подумала, тотчас попятилась. Ещё хотелось есть и она бросила голодный взгляд на запечённую курицу. Этот взгляд он уловил.

– Садись уже и ешь, – прокричал так громко, что девушка вздрогнула.

Тотчас снова села напротив него. Взяла кусок мяса и принялась есть.

– Вот и хорошо, – сказал он. – вообще надо всегда делать только то, что я скажу.

Ириша молчала.

Она понимала, как страшно начала запутываться ситуация, однако не могла ничего поделать. И ещё становилось не по себе от осознания, что это и была та самая пятница, которую она с таким нетерпением ждала, а вдвойне не по себе, потому что ещё совсем недавно она готова была влюбиться в человека, который теперь вёл себя так ужасно. Однако пятница эта рано или поздно должна была каким-то образом закончиться.

***

Вечером он зашёл к ней в ту самую спальню, где она отыскала это платье цвета лаванды, а теперь смотрела там телевизор в одиночестве, думая при этом, что Маргарита Петровна им вовсе не помешала бы жить здесь в своё удовольствие.

– Пойдём, поможешь мне перетащить старушку, – сказал он. – один я не справлюсь.

Девушка растерялась от такой его просьбы, но отказываться не стала.

– Закопаем её в саду под яблоней, – продолжал парень. – она сама мне однажды сказала, что хочет быть похороненной именно там.

«Но при этом она не имела ввиду, что её надо убить», – подумала Ириша, но вслух сказал другое.

– Да, ты мне говорил об этом. Кстати, яблоками пахнет изумительно. Наверно они уже поспели.

– Кислятина.

– Тогда можно будет компот сварить или варенье.

– Ты чересчур увлеклась хозяйством. Расслабься. У нас теперь много денег и мы можем купить всё, что захотим.

Они остановились возле ванной комнаты и явно никто из них не решался войти туда первым.

– Может сначала найдём лопату и выкопаем яму? – предложила девушка.

– Я уже выкопал, – отозвался Стас.

– Быстро.

– Я же вроде как садовник.

Он усмехнулся – Ириша не смотрела на него в этот момент, но прямо почувствовала эту его усмешку.

– Представляешь, а если вот так на всю жизнь остаться садовником, – продолжал парень.

Девушка хотела сказать ему, что может в этом вовсе и нет ничего плохого, но опять промолчала…

Маргарита Петровна продолжала лежать в ванне с водой, хотя мыльная пена теперь вся исчезла, а запах лаванды улетучился.

– Возьми за плечи, а я потяну за ноги, – велел Стас, расстилая на полу какую-то старую клеёнку.

– Я сейчас упаду в обморок, – сказала Ириша, зажмурившись.

– Не валяй дурака. Неужели ты думала, что хорошая жизнь даётся так просто? Это тебе не фантики от конфет разбрасывать. Делай, что говорят.

Вместе они вытащили старушку из ванны и завернули в клеёнку. Потом парень волоком потащил её к двери.

– Тяжёлая, – пробормотал сердито, однако не попросил девушку ему помочь.

– Ты хочешь протащить её прямо через центральный вход? – удивилась она.

– Другой выход здесь только по лестнице со второго этажа, так что совсем не подойдёт.

– А если увидят?

– Проснись! На улице ночь, все уже давно спят.

– Правда что ли ночь?

Девушка метнулась к окну и увидела там звёздное небо. Потом заметила включенные фонари на столбах – в их свете цветущий сад выглядел особенно чарующим.

– Надо выключить фонари, – сказала она.

– Зачем? – возразил Стас. – так мы наоборот привлечём внимание. Всё темные дела надо делать при ярком свете, тогда никто ничего не заподозрит.

Ириша и сама знала это, однако всё равно было страшно, ведь одно дело – знать, и совсем другое – делать… В саду было как-то особенно тихо, даже тревожно становилось от этой тишины. Они вышли на улицу, с трепетом косясь на свою жертву, завёрнутую в клеёнку. Никто из этих двоих не решался теперь говорить, будто откуда-нибудь мог появиться неожиданный свидетель – увидеть всё и подслушать их разговор.

Стас предусмотрительно собрал упавшие с дерева яблоки и облетевшие листья в небольшую садовую тележку – теперь эта тележка стояла под деревом. Девушка догадалась – он планировал разбросать всё это сверху на свежую раскопанную землю. Она отошла в сторону, надеясь, что её помощь больше не потребуется. Очень хотелось уйти в дом, но она понимала – должна оставаться в курсе происходящего. Яма оказалась немного коротковата и парень с раздражением схватился снова за лопату. Движения его раз за разом становились всё резче.

– Не могу больше, – в конце концов сказал в полный голос он.

– Тс-с, – шикнула на него Ириша.

– Никто не услышит, – продолжал он так же дерзко. – здесь все рано ложатся спать, тишина убаюкивает.

– Но мне кажется – кто-то идёт.

– Собак здесь на ночь выпускают и кошки бегают.

– Нет, это прямо шаги.

Тогда вместе они прислушались, замерли, но ничего не услышали.

– Говорю же – показалось, – бросил Стас и потянул клеёнку за один край.

Второй край в этот момент откинулся в сторону и лицо Маргариты Петровны предстало перед звёздным небом.

– Что это вы тут делаете? – раздался вдруг незнакомый голос прямо тут же, под яблоней.

Злоумышленники вздрогнули и подумали, что перед этим не услышали даже, как стукнула открываемая кем-то калитка. Теперь они увидели незнакомца – тот смотрел на них растерянно и напугано, переводя взгляд с них на убитую.

– Это… Это моя соседка, – проговорил наконец он, показывая пальцем на безжизненное тело.

Ириша не слышала этих слов, она слышала только бешеный стук своего сердца – не ожидала, что разоблачение наступит так скоро. Стас посматривал на неё беспомощным взглядом, явно не зная, что делать. Но она тоже не знала, как выкручиваться из такой ситуации и потому не могла ему ничем помочь.

– Что с ней случилось? – продолжал сосед.

– Инсульт, – соврал парень и громко вздохнул.

– Ну вот, а мы сегодня договаривались собирать вместе яблоки.

– Да вы берите сколько вам надо, – оживилась Ириша, надеясь, что теперь всё обойдётся.

– Одному мне зачем. Дружили мы по-соседски, в гости к друг другу ходили, – отозвался незнакомец.

Молодёжь теперь рассмотрела его в свете фонарей – лет ему наверняка было столько же, сколько убитой хозяйке дома.

– Одни тоже живёте? – поинтересовался Стас.

А Ириша посмотрела на него в этот момент с тревогой.

– Нет, с сыном вместе, у него семья, – отозвался тот, и помолчав немного, добавил. – вы прямо тут её похоронить решили?

– Да, она так хотела, – ответил парень, явно стараясь, чтобы голос его звучал печально.

Однако девушка знала – это точно не печаль, это страх.... Впрочем его вполне можно было понять, ведь в дальнейшем от лишнего свидетеля ожидать можно было, что угодно. Теперь он наклонился и принялся собирать разбросанные в траве яблоки в большую корзину, которая висела у него на согнутой руке. В этот момент Стас задрожал – это было заметно так явно, что Ириша метнулась в его сторону, не понимая, что с ним. Но тотчас испугалась ещё больше, потому что взгляд его был страшен. Мгновенно он поднял лопату и железным ребром ударил старика по голове… Тотчас тот рухнул на землю.

– Ещё один готов, – пробормотал парень.

– Что ты творишь? – закричала на него девушка.

– Молчи. Если я не сделал бы этого, утром к нам явилась бы полиция.

– Кошмар! Мы никогда уже не выпутаемся из всего этого!

Стас видел, как её затрясло, но не поспешил успокаивать.

– Вернись в дом и выпей валерьянки, – сказал небрежно он.

Девушка и так уже направилась к дому, потому что не в силах была наблюдать за всем тем, что происходило у неё на глазах. Почему-то вспомнилось, как утром они шли по этой изыскано выложенной камнями дорожке за Маргаритой Петровной – тогда ещё ничто не предвещало беду, даже одну, а вторую-то уж тем более. Ириша упрекала себя снова и снова, что приехала сюда и особенно – что не попыталась отговорить Стаса от осуществления его затеи, пока не стало слишком поздно.

Постояв несколько минут на крыльце, девушка зашла в дом.

Сразу же бросила взгляд на дверь в ванную комнату – хотелось немедленно под душем смыть с себя все ужасные впечатления минувшего дня… Вода в ванне ещё оставалась набранной и девушка вытащила пробку, сильно сморщившись: перед глазами так и стояла картинка с безжизненным телом хозяйки дома, которое совсем недавно плавало тут.

Пока досадно медленно вытекала вода, Ириша стала перебирать разные флаконы, стоявшие на зеркальной полке. Нашла тот самый с ароматом лаванды, вылила его весь в раковину и сполоснула под краном. Потом поставила его на место, неловким движением руки в тот же момент столкнув другой – он со звоном полетел на пол и разбился. Девушка не поспешила собирать осколки – в конце концов никто бы её не упрекнул в небрежности. Однако вдруг уловила всё тот же самый лавандовый аромат. Неужели в разбившемся флаконе был тоже такой? Она наклонилась – запах в самом деле тянулся от пола.

Подумав, что теперь этот запах навсегда останется призраком этого дома, девушка поспешила вытереть пол. Но разлитыми оказались духи видимо слишком хорошего качества, потому что запах никак не хотел исчезать, а только усиливался. Представив, как разозлится Стас, едва войдёт в дом и почувствует этот навязчивый аромат, она испугалась всерьёз. Теперь он казался опаснейшим человеком, и она тотчас, бросив свою затею принять душ, побежала наверх. Днём она заметила, что спальня Маргариты Петровны закрывается изнутри, так что теперь оставалось только спрятаться там… Так она и сделала, рассудив, что никакая валерьянка не поможет, потому что после таких ужасных происшествий просто не получится заснуть – не только в эту ночь, но и в последующие тоже.

Глава 4.

Утром Ириша долго боялась выходить из спальни.

В то же время понимала – бесконечно прятаться не получится. Прислушивалась к шагам в коридоре, предполагая, что Стас может прийти за ней в любой момент. Однако во всём доме не раздавалось ни звука. Она даже подумала, что так долго спать просто не возможно, в то же время позавидовала парню, если ему в самом деле удалось заснуть… Солнце заглядывало через шторы и явно день обещался быть тёплым, так что влезать в свои джинсы девушка совсем не хотела. Снова заглянула в платяной шкаф. Выбрала на этот раз простенькое платьице в клеточку – скорее всего хозяйка дома когда-нибудь давным-давно ходила в нём до поселкового магазина, больше платье ни на что не годилось, похоже, что сшито оно было на заказ, но весьма неудачно. Надев его и посмотревшись в зеркало, Ириша понравилась сама себе, решила, что ходить в таком платье по дому и саду будет очень удобно. Потом всё-таки спустилась вниз.

Застала Стаса на кухне – он уже позавтракал и теперь мыл посуду…

Никаких следов двух вчерашних убийств, равно как и подгоревшей курицы, нигде не осталось. А вместо георгинов в вазе на столе теперь красовались разноцветные астры.

– Ну ты и вырядилась, – хихикнул Стас, окинув девушку с головы до ног.

– Мне так удобно, – ответила она.

– Я ничего, молчу, – отозвался он. – ты же знаешь, мне всё равно.

Девушка кивнула и села напротив.

Она хотела поговорить о случившемся и о его планах, но не знала, с чего начать. Удивлялась, что парень ведёт себя так бесстрастно и как будто даже не беспокоится о последствиях всего, что натворил.

– А вдруг… – начала она и он сразу насторожился.

– Что? – спросил, нахмурившись.

– Вдруг кто-нибудь придёт к ней, – пролепетала Ириша.

– Так и знал, что ты не успокоишься.

– Успокоиться? Да как можно после всего этого кошмара…

– В самом деле, лучше бы ты продолжала воровать конфеты, потому что серьёзные дела не для тебя.

– Я тоже уже так поняла.

– Теперь мы будем жить здесь, по крайней мере – пока, а дальше – как получится.

– Но я уже сейчас хочу отсюда уехать.

Стас усмехнулся и поставил перед ней тарелку с бутербродами.

– Ешь, а после погуляем по саду.

Она молча съела хлеб с вкуснейшим сыром и выпила чашку чая. Парень тем временем повернулся к ней спиной и смотрел в окно.

– Мне кажется, лучше нам не показываться никому на глаза, – сказала девушка.

– Почему же? Наоборот, – возразил он, повернувшись к ней лицом. – если мы притаимся, тогда возникнут подозрения. Но это платье, что на тебе, само навело меня на мысль…

Ириша слушала, затаив дыхание, не переспрашивала и не торопила его, потому что надеялась – у неё ещё будет время высказаться.

– Наденешь шляпку Маргариты Петровны, на плечи накинешь кружевной платок, ссутулишься и никто не поймёт, что это ты, а не она.

Девушка вспыхнула от такого его предложения.

– Знаешь, я бы на тебя накричала, но лучше не обострять ситуацию, – сказала она.

– В самом деле – лучше не обострять.

Он опять усмехнулся и протянул её вещи хозяйки дома.

– Сядешь на лавочку и будешь там сидеть целый день, – продолжил он делиться своим планом. – если кто-нибудь заговорит с тобой через забор, молчи. Отвечу я – скажу, что у тебя с утра кружилась голова и теперь ты плохо слышишь.

– Какая чушь.

– Знаешь ли, у пожилых людей постоянно появляются какие-нибудь болячки, часто они сами их придумывают, так что никто не удивится твоей внезапной глухоте.

– Ладно, если уж мы заодно, – нехотя сказала девушка. – у меня есть вариант получше.

– Давай, рассказывай.

– Я видела наверху инвалидную коляску, могу в ней сидеть на балконе в течение дня. А ты говори всем, что у твоей хозяйки случился инсульт.

– Ух ты, из тебя может получиться преступница даже изощрённей меня.

– Как-то не заметила я твою изощрённость. Утопить старушку в ванне, а потом шмякнуть соседа лопатой по голове – тут много ума не надо. Кстати, ты его тоже, ну…

– Ну да, закопал в братской могиле.

– Стас, ты чудовище и я очень пожалела, что встретила тебя.

– Что поделать, чудовищам тоже надо с кем-то дружить.

– Да, это был самый неудачный день в моей жизни…

Ириша встала из-за стола и хотела выйти из кухни, но парень догнал её, схватил за руку.

– Послушай, если ты будешь портить мне настроение, ты… Ты будешь третьей жертвой, – прокричал он ей прямо в лицо.

– Я уже поняла это, – равнодушно сказала девушка.

– Пойми ты, надо наслаждаться жизнью сейчас, не думая, откуда у нас всё это и что будет дальше. Просто наслаждаться. Я слишком долго об этом мечтал: жить в этом доме, гулять по саду, тратить деньги и ничего не делать.

– Всё это нельзя называть мечтой. Ты наверное не только импотент, но и в голове у тебя тоже нужные рычаги не поднимаются.

– Чего?

Девушка не стала повторять. Он размахнулся и залепил ей пощёчину.

– Я же попросил – не порть мне настроение.

Она кивнула, пугаясь ещё больше – слишком серьёзный оборот принимала вся эта ситуация.

– Хорошо, пусть будет по-твоему, – сказала тем не менее, стараясь выглядеть равнодушной.

Потом они отправились в сад.

Стас в самом деле так искусно скрыл листьями разрытую под яблоней землю, что никто не смог бы ничего заподозрить. Он усадил Иришу на лавочку, а сам стал взрыхлять землю на клумбах и поливать цветы… Спустя некоторое время девушка ощутила какое-то удивительное спокойствие, которого от себя никак не ожидала: в самом деле, ведь пока никто не знает об этих двух преступлениях, может нет повода для беспокойства? В любом случае, она никого не убивала, а убивал Стас, так что ему и придётся отвечать за всё, если настанет такой момент. Пока же она в самом деле любовалась им, представляя, какой бы красивой парой они были. Никак не верилось, что он правда импотент. Хотя ни один мужчина не стал бы себя выставлять таким впустую.

Ветер покачивал ветки и яблоки изредка падали. Девушка подняла одно, надкусила.

– Они сладкие, – удивлённо воскликнула на весь сад.

– Что ты делаешь? – шикнул на неё Стас.

– Попробуй.

– Немедленно замолчи и выброси яблоко. У старых людей обычно уже нет зубов.

Ириша не смогла сдержать смех.

– Расслабься, нас никто не слышит.

Она бросила яблоко и приблизилась к нему, скользнула рукой по брюкам, касаясь ширинки – почувствовала там волнующую пульсацию.

– Зачем ты обманул меня? – спросила игриво.

Он отстранился.

– Я просто с женщинами не могу сближаться, но с ним у меня всё в порядке, – сказал он, кивнув на вздувшуюся ширинку.

– Не поняла, как это. Ты что – гей?

– Нет.

– Но ты ведь занимался когда-нибудь сексом? С кем же?

– Хочешь откровение?

Ириша забоялась, что он скажет нечто такое, от чего ей станет противно на него смотреть, однако ошибалась и он прямо-таки до глубины души насмешил.

– Я снимал штаны перед одиноко гуляющими женщинами.

– Ох и кошмар! Видимо не случайно я тебя встретила в парке. Наверняка ты там и развлекался?

– Ага.

– Пойдём лучше в спальню, я научу тебя наслаждаться по-настоящему.

Парень посмотрел на свою собеседницу с недоверием, но всё же положил садовые инструменты и замер в растерянности.

– Давай подождём до вечера, – сказал в конце концов.

– Стесняешься что ли? А в парке ты тоже вечерами прятался?

Он не ответил на эту провокацию.

***

В обед они пожарили рыбу, которую нашли в холодильнике, и потушили рис с овощами.

– Слушай, оказывается у старушки было не так уж много денег, как мы рассчитывали. Я вскрыл сейф.

– Добывать деньги – это мужское занятие, – отозвалась девушка, не зная пока, как реагировать на это известие.

Ведь чем быстрее закончатся деньги, тем быстрее они уедут отсюда и она забудет навсегда эту страшную историю.

– Деньги нужны всем, – возразил он.

– Да, но я всегда только конфетами промышляла.

– Придётся что-нибудь придумывать.

– А что ты тут придумаешь, если их просто нет?

Стас промолчал и так же молча доел свой кусок рыбы.

– Ты не нашла в её спальне драгоценностей? – поинтересовался он спустя время.

– Никаких. Только нелепые старые бусы.

– Будем искать ещё.

– Может напрасно всё это? Может и не было у неё ничего такого ценного? Откуда у неё могли быть деньги?

Стас как будто что-то знал, но не хотел до поры раскрывать свою тайну.

***

А потом в посёлке появилась полиция.

Стас, увидев их издали, тотчас всполошился. Ириша тоже, чувствуя свою причастность к произошедшему, торопливо стала соображать, что делать.

– Хоть сто раз ты что-нибудь изобретай, всё равно ничего не пойдёт по плану, – подосадовал парень

– Как-нибудь выкрутимся, – сказала девушка, пытаясь успокоиться в первую очередь сама.

– Да не трусь ты, мы же не знаем наверняка, почему они здесь.

– И так понятно – два человека в посёлке пропали.

Парень вздохнул.

У девушки уже имелся опыт общения с представителями закона, и она прямо панически боялась встречи с ними. Стас явно с полицией ещё не сталкивался и потому храбрился… Но вот люди в форме подошли к их калитке.

– Не будем спешить им навстречу, пусть подождут, ведь мы их не ждали, – рассудил парень и девушка согласилась с ним.

Настороженно они стали наблюдать из окна, как те осматривают через забор весь сад.

– Трупы спрятаны надёжно – их не найдут.

Это сказал Стас. Ириша молчала, не в силах что-либо говорить: бросала беспорядочные взгляды то на полицейских, то на него. В конце концов пришедшие сами открыли калитку и вошли.

– Пора поздороваться, – скомандовал парень.

– Мне тоже? – засомневалась девушка.

– Разумеется.

– Ну уж их-то не проведёшь, они сразу поймут, что я не Маргарита Петровна.

Парень на минуту растерялся.

– Да, ты права, – сказал в итоге. – оставайся в доме.

– А как ты объяснишь отсутствие хозяйки?

– Скажу, поехала в город к врачу.

– Нормальный ответ, думаю их устроит.

– Ладно, я пошёл.

– Держись.

Теперь Ириша осталась возле окна одна.

Она боялась прикоснуться к шторе, чтобы та не заколыхалась, боялась, что полицейские заберут Стаса, а потом зайдут в дом, и вообще боялась каждой следующей минуты, потому что никак не могла предположить, что может произойти дальше. И главная мысль теперь владела ею – она думала, что теперь в её жизни появилась роковая черта, разделившая, как обычно говорят, всё происходившее на до и после. Ещё думала о том, что Стас оказался хоть и отчаянным, но весьма глупым человеком, потому что наломал кучу дров можно сказать просто впустую. Она бы так не сделала – ни за что.

Услышала через приоткрытую дверь, как он разговаривает с полицейскими…

Те интересовались вовсе не Маргаритой Петровной – ведь в самом деле одиноких людей некому искать. Они спрашивали про соседского старичка, который пришёл к ней так не вовремя за яблоками: всполошился его сын, который знал, куда тот отправился.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.