Владимир Шорохов
Гаюс

Серия «Аберрация»

1 книга «Лабиринт»

2 книга «Гаюс»

Другие книги автора

Создание искусственного интеллекта может стать последним технологическим достижением человечества, если мы не научимся контролировать риски.

Стивен Хокинг

1. Индра

– Ты чего такая спокойная? – хихикнув поинтересовался Влад и, взяв кусок пиццы, положил его на тарелку. – Держи!

– Спасибо, – поблагодарив юношу, девушка взяла кусочек с тарелки.

– Ты ведешь себя, как робот–сиделка, что находится у Марка дома. Его дед уже почти не встает, только и делает, что ворчит. А вот эта сиделка, ну я имею в виду робот, симпатичная дамочка, словно из мультика «Любимый во франксе», ну это как её…

– Зеро Ту, – подсказала Зоя и поставила перед Ириной большой стакан с колой.

– Спасибо.

– Вот ты видела, что она сказала?

– А что такого? – удивилась Ирина и пододвинула поближе к себе тарелку с пиццей.

– Ты ведь ее не любишь, знаю, что обожаешь с ананасом, а я тебе что дал?

– Колбаса…

– Вот именно колбасу, и ты еще говоришь спасибо, точно, как Майя, ну это робот–сиделка у Марка. Та вечно говорит: спасибо, благодарю, извините, виновата, простите, хорошо и еще кучу глупостей!

– Но она же робот, у нее такой интеллект, и она не должна спорить с больным, – заступилась за сиделку Зоя.

– А вы знаете, что я в прошлый раз сделал? – девочки отрицательно замотали головами.

– Показал ей голый зад!

– Фи… – возмутилась Зоя.

– Зачем? – поинтересовалась Ирина и отодвинула от себя тарелку с пиццей.

– Хотел проверить, что она мне скажет.

– И что? Поставила укол или отшлепала, а может натянула твои рваные трусы?

– Не рваные! Я не ношу трусов! Ладно, нечего уходить от темы. Ее стекляшки просканировали и сказали, что у меня прыщи, сухая кожа от переохлаждения и их надо два раза в день смазывать йодом, а лучше салициловой мазью. Вот, – и юноша достал из сумки розовую упаковку.

– Ты воспользовался ее советом?

– Майя же медицинский робот вот и…

– Да вы в своем уме! – возмутился Влад и спрятал упаковку мази. – Эта железяка даже не возмутилась, прямо, как ты! – и юноша, положив на тарелку кусок ананасовой пиццы, пододвинул ее к Ирине.

– Спасибо.

– Опять! Ты и правда ведешь себя, как Майя.

– Хочешь, чтобы смазала твои прыщики?

Зоя, услышав это от подруги, рассмеялась.

– Да нет, просто ты ведешь себя как–то странно, вот и говорю.

– Ирина знает, что ты козёл, поэтому не хочет тебя обидеть. Верно? – спросила Зоя у Ирины.

– Вот спасибо, от тебя такого не ожидал. Держи, это фанта, а не кола, ты ведь её любишь?

– Спасибо, – уже не первый раз поблагодарила юношу девушка.

* * *

Дом Ирины. Лаборатория.

Мужчина второй час, не вставая с кресла следил за монитором, на котором мелькали картинки широкого шоссе, уходившего в сторону небольшого городка Тосно, что под Санкт–Петербургом. Его воздушный дрон летел на автопилоте. Это была восьмая попытка проникнуть за кольцо и своими глазами увидеть, что происходит в городе, где проходил эксперимент «Идрис». Он уже видел поля Новолосина. В этот раз Кирилл направил дрона через массив Черная Грива, отсюда еще не пробовал проникнуть. Поля сменились пустошью, еще минут пять, и он достигнет цели.

– Чёрт! – выругался мужчина, когда изображение на экране зарябило, а после пропало. – Они его сожгли. Значит с воздуха всё закрыто, хорошо обложили, а если я в следующий раз подымусь выше? Нет, бесполезно, всё равно достанут! Да и что мне там смотреть? Мне нужно в город, но как?

Мужчина поднялся, расстроенно посмотрел на чёрный монитор, потянулся и, хрустнув суставами, пошёл на кухню, чтобы включить чайник.

– Да, милая, они уже приступили к пятой фазе, «Гаюс», – Кирилл подошёл к книжной полке, посмотрел на фотографию молодой женщины и, кивнув ей, пошёл дальше. – Они всё же решились, это очень плохо, возможно они уже…

Кирилл не закончил фразу, повернул голову и повторно посмотрел на портрет рыжеволосой женщины. Она была его женой. Он учился в МФТИ и только на курсах Andrew Ng где изучали алгоритмы нейросети на основе GPU, встретил невысокую девушку. В первый же день поругались: Анна доказывала, что на основе нейросети будет строится сознание искусственного интеллекта, а он пытался доказать, что машинный мозг должен идти по пути человеческого сознания, – от простого к сложному.

Если алгоритм решения задачи известен, сам процесс решения становится почти автоматическим, он под силу и вычислительной машине, и роботу – надо только выполнять действия, предусмотренные инструкцией–алгоритмом. Но это будет машина, а не сознание. И всё же Анна оказалась права, первые проблески машинного мышления были заложены в объединение сотни нейросетей в одну структуру. Да, это был не мозг человека, но машина могла рассуждать, писать стихи, творить и как ни странно мечтать.

– Ты как всегда права, но это не человек, и ты первая обратила внимание на искажение в поведении у Рипли, – так звали первую модель с искусственным интеллектом. Хотя до человеческого интеллекта ей было далеко и всё же она поставила в тупик учёных.

Через год экспериментов машину отключили, она впитала в себя не только лучшее от человека, но и всё то, что он хотел от неё скрыть: ложь, гнев, страх, жадность, безразличие, ненависть, стыд… Эмоций было так много, что пришлось создавать специальный алгоритм, что прописывался изначально в память цифрового интеллекта. Без первичного фильтра машина не могла работать. Тейла, пришедшая на смену Рипли, была нежной, если так можно было сказать. От этого она стала слишком скучной, пришлось подкорректировать алгоритм эмоций. Потом были Арина, Дэнна, Илзе, Лола, Тая, – всем давали женские имена. И только Эмбер справилась с этой задачей. Она могла разговаривать часами, не все темы ей были доступны, но машина вела себя, как человек: могла засмеяться, заплакать, обидеться и даже разозлиться. Она была более человечным чем сам человек, – вот тогда Анна испугалась и предупредила Кирилла о последствиях.

Его жена заболела. Это было неизбежно. К тридцати годам из–за экологии и в дань моде, многие люди так сильно меняли свои тела, что оставался живым только мозг, и он ещё назывался человеком. Но Ирина была категорически против изменения в своём теле. Под Новый Год её увезли в больницу, через месяц остановилось сердце, – насосы нагнетали голубую кровь. Болезнь «Глинда» проникла в нервные волокна, если рак можно отсрочить, то с этой заразой ещё не научились бороться. Анна долго умоляла судью дать ей право на эвтаназию, максимум полгода и её мозг даст сбой, а через год её тело превратится в «овощ». Тогда её отключат, но зачем ждать, когда исход был предрешён.

– Прости, я не смог тебя уберечь, – Кирилл вернулся к портрету. Несмотря на её вспыльчивый характер, он любил Анну и продолжал любить даже сейчас, когда остался один.

– Пап, ты дома? – донёсся голос девушки.

Ирина —приёмная дочь, своими так и не успели обзавестись. Сперва учёба, диссертация, работа, а после уже было поздно, сказалась экология, внутренние органы стали барахлить, а после… Кирилл отвернулся от портрета жены, встретил Ирину, подогрел ей ужин, а после, взяв зонтик, решил прогуляться.

– Пап, там ветер, лучше надень ветровку или дома посиди – увидев, как он стал одевать ботинки, сказала девушка.

– Часик или два, надо пройтись, а то солнце уже не видел…

– А его и нет, тучи. Тогда беги, я жду.

Мужчина по привычке поцеловал Ирину и она, закрыв за ним дверь, тут же направилась в его кабинет. Ещё месяц назад, занимаясь уборкой, она наткнулась на докторскую отца и научные публикации матери. В них говорилось о разработках жидкого кластерного чипа, что должен был заменить процессоры в новых компьютерах. Но девушку интересовало даже не это, а то что кластер мог работать, как человеческий мозг. Она пропускала много умных слов, что–то всё ещё было непонятным, но многое уже знала. Так же Ирина наткнулась на полку с папками, где хранились данные, связанные с робототехникой. Но это были не простые роботы, передвигающиеся по городу или та же сиделка Майя, что у Марка. Это были иные, похожие на человека, с мимикой, кожаными сенсорами и способные использовать пищу для энергии.

– Неужели это возможно? – хотела бы спросить отца, но он постоянно уходил от этой темы. – А почему? – произнесла и достала с полки новую папку.

Так Ирина могла просидеть не один час, иногда в тайне брала несколько папок и, спрятав у себя в комнате, ночью изучала их. Постепенно картина стала прорисовываться, – она уже знала о прототипах Камала PI_87; его сменил Кора ZR_06. Были другие, но на вид они мало чем отличались друг от друга, – вся тайна была в начинке.

– Арья, – тихо прошептала Ирина и перелестнула страницу.

– Ты готова? – донёсся громкий голос отца.

Девушка быстро захлопнула папку и прикрыла её пледом.

– Ты меня напугал.

Дверь в её комнату открылась, и отец удивлённо посмотрел на девушку.

– Почему не одета, мы уже опаздываем.

– А!… – Ирина вспомнила, что их с отцом пригласил дядя Илья, он раньше часто к ним приходил, но после того как умерла мама у них редко появлялись гости. – Извини, я быстро.

– Хорошо, жду в коридоре.

– А что за повод? – спросила девушка и прикрыла дверь.

– Вроде как женился или хочет женится, толком не понял, но хочет показать Идрис.

– Красивое имя, а ты её не видел?

– Нет, он же работает в институте, там, где…

– Работала мама?

– Да там, где работала мама, – печально ответил Кирилл и, сняв с вешалки плащ, стал его надевать.

И как бы они не спешили, всё же опоздали. Дядя Илья немного расстроился, но женщина, что была с ним и которой оказалась та самая Идрис, погладила его руку, и сразу на его лице засияла улыбка.

– Спасибо что пришли. Ирочка, неужели это ты? Такая большая, ты красавица, ты…

– Ладно хватит комплиментов, – перебил Кирилл и подал руку другу, которого уже как год не видел. – Добрый вечер, – в этот раз он обратился к загадочно улыбающейся женщине.

– Прошу познакомится, Идрис.

– Приятно, – коротко сказала Ирина и села в кресло, а отец только молча кивнул.

– А это мой друг Кирилл и его дочь Ирина.

– Вы не похожи, – брови женщины чуть приподнялись, она слегка улыбнулась. – Пока мы ехали Илья только про вас и рассказывал.

– Я приемная дочь, а он мой папа, – уточнила Ирина и, взяв стакан с соком, сделала глоток.

– Значит вы вместе работаете? – поинтересовался Кирилл и стал расправлять на коленах салфетку.

Разговор затянулся. Ирина с интересом слушала новости про институт. Узнала, что кластер всё же доработали. Он прошёл испытание и уже был запущен в производство. Узнала и о новых моделях биороботов, что в их телах так же, как и в человеческом, присутствуют нервы. Кирилл несколько раз подымал бокал за невесту, а та, немного краснея, улыбалась своему мужу.

– Я подышу свежим воздухом, вы не против если вас покину? – сказала Идрис и, достав из сумочки пачку сигарет, поднялась с кресла. – Составишь компанию? – обратилась она к Ирине.

– Я не курю, – тут же ответила девушка. Женщина в ответ только улыбнулась и, погладив дядю Илью по плечу, пошла в сторону балкона.

– И как тебе она? – как только Идрис скрылась, спросил он у Кирилла.

– Говоришь преподаёт?

– Студенты в восторге, можно сказать у неё аншлаг на лекциях.

– И как же тебя угораздило запудрить ей мозги?

– Значит хороша?

– Так неправильно говорить, – возмутилась Ирина, – вы словно оцениваете вещь. Фи… – и девушка скривила носик.

– Ты ничего не заметил в ней странного? – поинтересовался дядя Илья и посмотрел в сторону балкона.

– Нет, а что–то не так?

– Умна, верно?

– Тебе виднее, но говорить уж точно умеет, пару раз поставила меня в тупик и если бы не ты, то я бы сел в лужу.

– Хи… – хихикнула Ирина, взяв кружку, сделала глоток уже остывшего кофе.

– Ты чего? – увидев, как засияли глаза Ильи, поинтересовался Кирилл.

– Ты спец по машинным мозгам, ты лучший из лучших. Не понимаю, как ты мог бросить кафедру и лабораторию. Тебе давали всё, – деньги… ты мог бы…

– Хватит, это уже в прошлом, ты так и не сказал, что не так. Колись, думаю ты не просто так нас пригласил, может смог обойти подсознательную блокировку в кластерах или…

– Индра – модель GU_48…

– Что?! –воскликнула Ирина и вопросительно посмотрела на своего отца, ожидая, что он вот–вот рассмеётся.

– Сейчас она проходит обкатку. Студенты, а у них взгляд острый, ни разу не заподозрили, что общаются с биомашиной.

Кирилл молча налил себе бокал вина, сделал большой глоток и только когда поставил его на стол, сказал:

– Этого стоило ожидать.

Ирина много читала научных трудов, думала, что это только разработки, могла согласится, что уже есть прототипы, но чтобы в живую увидеть модель Индри GU_48 и даже не догадалась, что это биоробот.

– Она подзаряжается, как телефон? – стараясь не обидеть, спросила Ирина дядю Илью.

– Нет, её пищевой блок, то, что у нас называется желудком, расщепляет пищу и получает энергию, этого достаточно для функционирования тела. Всё, как у тебя.

– У меня? – удивилась девушка и тут же вспомнила слова Влада, который сравнил её поведение с роботом.

– Да, именно, как у тебя, – мужчина, увидев, что Индра возвращается, приложил палец к губам.

– Она не знает? – тихо спросил Кирилл.

– Нет, и не должна этого знать, иначе эксперимент провалится. Прошу, молчок, а мы с тобой ещё на эту тему поговорим, может быть завтра.

– Ладно, – ответил Кирилл и посмотрел на свою дочь. – С тобой всё хорошо?

Ирина чувствовала, как её сердце надрывно билось, как вспотели от волнения ладони. «Они шутят, она не может быть роботом, она человек, как я, – тут Ирина замолчала и опять в голове всплыли слова Влады: Ты ведёшь себя, как робот–сиделка, что у Марка дома. – Нет, я не робот, я человек, но она тогда кто? – Женщина села в кресло, дядя Илья налил бокал и протянул его Индре. – Папа всё знает, мама говорила, что я у них первая, что она имела в виду? Но я же не робот, я же человек!» – крикнула про себя Ирина и отвернулась, чтобы больше не рассматривать лицо Индры.

2. А они и правда далеко ушли

Дом Ирины.

Кирилл скрестил пальцы и на всякий случай мысленно сплюнул через левое плечо. Его воздушный дрон уже подлетал к зелёным полям, окружавшим город Тосно, но экран моргнул и связь прервалась.

– Опять? – тихо спросила Ирина, видя, как отец, опустив руки, тяжело вздохнул. – А что там?

– Город, – стараясь не выдать своего раздражения, ответил он ей.

– Нет, пап, зачем ты туда летаешь, можно ведь съездить, это не так далеко. Если хочешь, можно в субботу, как на это смотришь? Я с тобой.

– Не получится, Тосно закрыт для посещения, он стерилен.

– Это как так понимать, стерилен? Там больные или секретный институт, или…

– Вот уже второй год идет эксперимент Гаюс.

– А это что такое? – спросила я и взяла из рук отца несколько листов бумаги.

– Вот, видишь? – и он ткнул пальцем на таблицу с цифрами. Мы вымираем. Да–да, вымираем, как бы это не звучало абсурдным, но человечество медленно вымирает, и мы уже ничего с этим не можем поделать.

– Экология? – поинтересовалась девушка и, сев в глубокое кресло, поджала ноги.

– Это только часть проблемы. Всё началось пару веков назад, финансовая независимость дала толчок к распаду семьи. Зачем дети, когда есть деньги, нет потребности рожать и растить поколение, которое будет о тебе в старости беспокоится. Что может современный человек передать своим детям?

– Не знаю, – пожав плечами ответила Ирина.

– Им нечего передать, машина, которую купил старик и десять лет отработал на кредит, сгниёт через двадцать лет. Дом? Нет, у него есть срок службы, их сносят каждые пятьдесят лет, не только потому, что устарели, а чаще всего из–за перестройки города. Что ещё?

– Книги? – предположила девушка и стала дальше изучать таблицу.

– А кто их нынче читает?

– Я.

– Мир рушится и люди этого не замечают, но есть те, кто хочет спасти его, вот и проводят эксперимент Гаюс.

– Что это такое?

– Помнишь модель GU_48?

– Пап, ты это серьезно? Я думала вы так решили надо мной пошутить, дядя Илья ведь знает, что я увлекаюсь робототехникой, вот и…

– Это не шутка. Идрис – модель GU_48 она и правда уникальна. Тела давно научились воссоздавать, а вот это, – тут он дотронулся до своего лба, – только недавно.

– Мама ведь над этим работала?

– Верно, но мозг человека слишком сложен. Мы вроде его разобрали по винтикам, а вот обратно собрать не можем. Поэтому создали жидкий кластер – аналог природного. А дальше всё просто.

– ИИ?

– Верно, искусственный интеллект. Ладно, я пойду прогуляюсь, а то, что–то голова разболелась.

«Всё просто», – подумала Ирина и, пробежав взглядом по статье, уже знала, что на одну женщину приходится 1,1 ребенок, а в некоторых странах показатель упал до 0,7, и только благодаря инкубаторному выращиванию дети ещё появлялись на свет.

– Всё просто, – повторила девушка и дотронулась до своего лба.

Она углубилась в статью и даже не заметила, как пришла Дина – их домработница. Она вот уже как год убирает и готовит им еду.

– Доброе утро. Я начну с твоей комнаты, – сказала женщина и прикрыла дверь в кабинет.

– Ага, – задумчиво ответила Ирина и продолжила читать дальше.

В статье говорилось о проекте Гаюс, проверке адаптации человека и Эмбер, что являлось искусственным интеллектом последней разработки. Цифровой интеллект присутствовал везде: в телефоне, микроволновке, даже в лифте и дверном звонке. Но Эмбер по всем отчётам была идентична человеческому разуму. Она прошла все проверки и показатели человечности были настолько высокими, что её код, а также и сам кластер были засекречены.

– Если в Индре стоит Эмбер? Нет! Этого не может быть! – тут же возмутилась Ирина, она прекрасно помнила женщину в ресторане, как та шутила, улыбалась, подмигивала. – Она, как человек. Нет! – ещё раз сказала и, встав с кресла, пошла на кухню, чтобы заварить себе кофе. – Что за глупости! Как она может быть неживой. Она же…

В голове роились мысли, и, если бы это не сказал её отец, Ирина посчитала бы это шуткой. Но он, как и дядя Илья, занимался разработкой жидкого кластера, который и должен заменить мозг человека.

– А!!! – вскрикнула девочка и от боли в руке запрыгала на месте. – Оййй… – пропищала и тут же из её глаз потекли слёзы.

Наливая кипяток, она случайно облила ладонь и теперь та горела адским пламенем.

– Дина! Оййй… Больно…

Ирина включила холодную воду и подставила руку под струю. Она ещё раз позвала домработницу, но та не откликнулась. Девушка прислушалась. Пылесос, что ещё несколько минут назад гудел, перестал работать.

– Дина, ты где? Я обожгла руку. Что делать? Дина! – но ей никто не ответил. – Ты где?

Ещё минуту ладонь горела, а после боль улеглась, девушка сбегала в ванную, достала крем и, смазав им кожу, пошла на поиски домработницы. Их дом был не таким большим, чтобы потеряться, – два этажа, семь комнат, включая кабинет и гостиную. Поэтому Ирина поднялась по лестнице, заглянула в свою спальню, после в мамин кабинет .

– Дина, ты ушла?

И только открыв дверь, что вела в подсобку, где хранились старые вещи, увидела домработницу. Женщина стояла по стойке смирно, словно на карауле, её глаза были закрыты, а к браслету на руке тянулись провода.

– Ты это чего? Ау… – тихо произнесла Ирина и дотронулась до женщины.

Веки Дины задрожали, она открыла глаза, несколько раз моргнула и внимательно посмотрела на Ирину.

– У меня сегодня большой расход энергии, пришлось экстренно подключится. Но уже всё хорошо, я восстановилась, сейчас продолжу уборку.

– Э… – Ирина даже не знала, что и сказать.

– Ой, ваша рука, что с ней?

– Да так, обожгла. Я звала тебя, вот и пошла искать, а ты…

– Идём, на кухне есть аптечка, я там видела пантенол. Это кипятком?

– Ага… а ты про какое восстановление говорила?

– А ты разве не знала, тебе папа не говорил? – девочка отрицательно замотала головой. – Я модель Аквила KU_08 с функционалом домработницы и повара. Что сегодня будем готовить?

– Ты робот?! – Ирина остановилась и внимательно посмотрела в её совершенно человеческие глаза.

– Ну да, KU_08, – женщина открыла шкафчик и, достав коробку с лекарствами, быстро их просмотрела. – Пантенола нет, зато подойдет Эплан, давай руку. Наверно, удивлена? – спросила Дина и, выдавив из тюбика мазь, стала осторожно размазывать его по ладони.

– Ну да… – протянула девушка. – Ты серьёзно сказала, что ты модель?

– Да, – с лёгкостью в голосе ответила женщина. – Я думала ты в курсе, извини, что напугала, но сейчас со мной всё хорошо, уберу, а после мы приготовим оладьи на кефире, ты ведь их любишь?

– Ага, – Ирина как в том ресторане не могла поверить, что перед ней не живой человек, а биоробот модели Аквила KU_08, по крайне мере так ей сказала Дина. – А мне тоже надо подзаряжаться?

– Нет, тебе не надо, у тебя другой уровень зарядки. Завидую твоему телу,– его хватает надолго.

– Надолго?

– Ну да, биохимическое расщепление пищи, этому можно только позавидовать. Ну как твоя ладонь?

– Спасибо, почти не болит.

– Тогда я пойду закончу, после состряпаем оладушки. Договорились?

– Хорошо, – ответила я и внимательно посмотрела на руки женщины.

«Она, как человек, а может и есть, как человек, а может… – Ирина запуталась, понимала, что технологии по изменению человеческого тела ушли далеко. Если есть деньги, можно оставить в живых только мозг, а всё остальное перестроить. – Но зачем? А кто тогда я?» – и опять она вспомнила слова Влада, что сравнил её с роботом.

– Я человек! – уверенно произнесла и пошла одеваться, чтобы сходить в магазин и купить кефира. – Глупости всё это, глупости, – повторяла, пока одевалась и шла по улице.

– Ирина! – её окрикнул дядя Илья. – Папа дома?

– Нет, он ушёл гулять, расстроенный, что дрон сгорел.

– Я же ему говорил, через воздух не получится, это же не птица, а он…

– А что там?

– Ты про город Тосно? В магазин? – девушка кивнула.

– Папа говорил про эксперимент Гаюс, что это?

– Зря он это говорит, зря и тебе не советую об этом расспрашивать, правительство не любит раскрывать свои секреты, а эти и подавно.

– Можно спросить? – Ирина остановилась и посмотрела в глаза дяди Ильи. На вид он был похож на человека, хотя вот уже как с полчаса сомневалась, кто она сама такая.

– Да, но не проси поделиться секретом, не могу.

– Вы человек? – спросила девушка.

– Конечно же человек, ты все ещё думаешь про Идрис? Помнишь, что я просил?

– Помню, но откуда вы знаете, что человек? Вот модель KU_08 знает, что биоробот, а GU_48, считает, себя человеком и верит в это. Почему вы решили, что вы не модель?

– Потому, что я их сам разрабатываю и знаю…

– Знаете, что? А если это часть прописанного воспоминания, а если это не ваша память, а только…

– Ирин, не читай, не думай и советую не заходить в кабинет своего папы, это может быть опасно. Так можно дойти до решения, что ты и сама модель. Верно?

– Верно, – тихо ответила девушка. – Значит вы не уверены в том, кто вы?

– Да человек я, человек. Убегаю, но вечером зайду к твоему папе, скажи ему.

– Ладно.

– Был рад тебя повидать, до вечера.

– Пока, – ответила Ирина и посмотрела на проходящую мимо женщину с механической рукой.

* * *

За несколько лет до событий.

Цокая каблуками, женщина подошла к лифту, приложила пластиковую карточку пропуска, дверь бесшумно открылась. Она знала, что делала, на пять этажей ниже нулевого уровня располагалось хранилище. Нажала на кнопку, и кабинка заскользила вниз. В правом верхнем углу была еле заметная точка, стеклянный глаз следил за всеми перемещениями в институте корпорации «Consciousness of the future». Лифт остановился. Женщина вышла и направилась в сектор K36. Новый пропуск, сканирование сетчатки глаз, но это было ещё не всё, – пришлось сделать долгий выдох, чтобы спрятанные в стене приборы определили кому принадлежит тело. Наконец загорелась зелёная лампочка и на вид скромная дверь открылась.

«Стеллаж B14, третья полка, ячейка 26», – повторила она про себя и безошибочно достала металлический контейнер. Приложив всё тот же пропуск, щёлкнул замок.

– Вот вы где, – на её лице появилась улыбка.

Женщина не спеша достала первый кластерный куб, он был небольшого размера и тёмно–голубого цвета. Тонкие прожилки, что можно было различить невооруженным глазом, заиграли на свету.

– Кира, – прочитала женщина и отложила его в сторону. – Головин И. С., и ты здесь, о… – протянула она и вынула ещё один куб. – Архипов Д. Б., и что же вы делаете все в одном месте? – спросила сама себя и, открыв сумку, что принесла с собой, осторожно стала складывать кубы.

Минут через пять женщина покинула хранилище,– её никто не остановил. Она поднялась на третий этаж над нулевым уровнем, а оттуда спустившись пешком, прошла пункт охраны и опять никто не поинтересовался, что находится у неё в сумке.

– Всё получилось? – спросил рыжеволосую женщину уже немолодой мужчина.

– Да, вот, – и она положила сумку на стол. – Но там ещё много осталось, думаю они уже у цели.

– Не важно, мы всё решим, – мужчина открыл сумку и, выложив на стол все кластерные кубы, стал внимательно их рассматривать. – Замечательно. Спасибо.

– Я больше не нужна?

– Нет, ещё раз спасибо.

Женщина не стала больше задавать вопросов, она развернулась и вышла из кабинета. Мужчина какое–то время молча смотрел на кубы, а после взял тот, на котором была надпись Головин И. С.. Его взгляд внимательно просканировал все шесть поверхностей куба и не обнаружив повреждений, на его лице заиграла улыбка.

– Ну что же, Игорь Степанович, пора бы вам проснутся.

Мужчина вышел из кабинета и быстрым шагом направился в конец коридора. Вошёл в комнату без окон и, плотно закрыв за собой дверь, подошёл к столу, на котором лежало тело. Его пальцы застучали по клавиатуре, загорелся монитор, ещё минут десять он колдовал, а после, вскрыв защитную панель на груди лежащего тела, осторожно поместил в него куб.

– Ну вот и хорошо, теперь мы внесём воспоминания и активируем протокол «Лабиринт». Выход всегда есть, главное, что бы ты не заблудился.

Мужчина отошёл и, достав телефон, набрал номер.

– Детонаторы на месте?

«Да!»

– Хорошо. Он готов, можете забрать, только осторожно и, как я просил, посадите вечером в парке у дома, а я прослежу, чтобы он проснулся вовремя.

Палец нажал на кнопку «отключиться». Мужчина вернулся к экрану, на котором завершился тест кластерного куба. Все показатели горели зелёным цветом.

– А они и правда далеко ушли, – сказал мужчина и вышел из комнаты.

3. Мы набираем добровольцев

За несколько лет. Город людей.

Дональд обзвонился, но Олег и его придурок Стас так и не появились. А ему срочно нужны детали. Дыхательный клапан вот–вот выйдет из строя, а запасная батарея от жизнеобеспечения уже перестала работать, а это значит, что тело на издыхании. Ничего другого не оставалось, – пусть рискованно, но выйти на след–манекен одному. Дональд долго шлялся по улицам. Если простого человека он мог завалить, то с биомеханикой обстояло всё намного сложней. И всё же из десятка возможных претендентов он выделил одного, как считал, офисного планктона. С ними проще, если даже их мышцы стальные, то мозги мягкие, они не могли защищаться, готовы были откупиться лишь бы не повредить обшивку тела.

– Вот он, – прошептал Дональд и, словно на прогулке, последовал за высоким мужчиной в старомодном котелке. «Сперва вырублю, – тут он сжал кулак с кастетом, – удар по шее выведут нервные каналы рук, а с ногами я после разберусь. Затем у меня минута, пока не перезагрузится блок контроля, за это время надо открутить нагрудный щиток и отключить предохранитель, а затем…»

Он всё предусмотрел, и когда манекен вошёл в лифт, Дональд нанёс удар. Кабинка тронулась. Он сразу нажал кнопку экстренной остановки и, нагнувшись над получеловеком, приступил к работе. Пальцы орудовали быстро, механическая отвёртка уже вскрыла щиток и лифт тронулся.

– Какого чёрта! – ругаясь, он ещё раз нажал на кнопку «стоп», но кабинка не остановилась. – Проклятье!

Теперь он понял, что влип, похоже в здании был установлен «умный дом»: машинные мозги проанализировали кто вошёл, считал их чипы идентификации, один оказался не зарегистрированным в доме, а после остановки лифта решил взять всё под контроль.

– Проклятье!

Дональд спрятал инструмент, потряс за плечи манекен, но тот похоже капитально отрубился. В этот момент открылись дверки лифта.

– Ему похоже плохо, – сказал он, увидев невысокого мужчину.

– Вы арестованы!

– За что? Он упал, а я…

– Вы арестованы за покушение на жизнь, – ещё раз сказал мужчина и уже достал наручники.

– Да я же…

Мужчина не стал слушать оправдание. Он влетел в кабинку лифта и, как паук, набрасывающийся на жертву, обхватил его своими короткими ручонками. Дональд думал бежать, но щелчок на лодыжке отключил нервные сигналы на его ноге.

– За что?! – взревел он и стал падать на пол.

– Вы задержаны до выяснения обстоятельств. Патруль и реамобиль уже выехали. Советую вам не сопротивляться и признать вину по статье «посягательство на жизнь».

– Да я только, – но тут из его кармана выпал тот самый чёрный кастет, которым он припечатал манекена.

Уже через несколько минут его выволокли два полицейских робота. Одна нога не работала, поэтому Дональду приходилось прыгать на той, что ещё подчинялась ему. «Как же так?» – в панике причитал он, садясь в полицейскую машину.

– Вы в участок? – поинтересовался тот самый коротышка, что арестовал его, у полицейского.

– Так точно детектив.

«О, блин», – услышав это, простонал Дональд, если бы это был патрульный, он смог бы ещё отбрыкаться, а так его песенка спета.

– Я с вами, подбросите до Федюнинского, – сказал мужчина и, сев на заднее сиденье, достал своё удостоверение.

– K625 348, смена закончена отправляюсь домой, – громко произнёс коротышка и спрятал документ в карман.

– Подтверждаю конец смены, – донёсся из динамика мелодичный голос оператора.

Полицейский проверил зажимы на руках Дональда и, сев рядом, кивнул водителю, – машина тут же тронулась. Минут через пять они уже были на Широтной. Через пару поворотов Виктор выйдет и направится домой. Сегодня у него была встреча с информатором, – тот ничего не дал, но он всё же добился чего хотел, смог скрыто просканировать протоколы доступа и, обойдя их, скачать файлы обмена, которыми не хотел делиться информатор.

Между домами раздался взрыв и в их сторону полетели осколки.

– Меняем маршрут! – громко заявил робот–полицейский и, включив сирену, машина заехала на бордюр.

– Ничего себе! – прижавшись к стеклу, произнёс Дональд. – Это же… – он узнал дом, где располагалась мастерская Виктора, что скупал у него почти все украденные детали.

Пламя на мгновение осветило всю улицу, а после из здания повалил чёрный дым. Прохожие замерли, кто–то стал снимать на телефон, но многие от любопытства, словно рыба–кефаль, что плывёт на свет, стали подходить ближе к горящему зданию. Патрульная машина остановилась на противоположной стороне улицы. Виктора это не очень интересовало. Он следователь, поэтому покинув машину уже хотел пойти домой, но любопытство заставило его ещё на минутку задержаться.

Мимо прошла рыжеволосая женщина. Её лицо было строгим. Она с кем–то разговаривала по телефону и совершенно не обращала внимание на пожар и крики людей. Женщина остановилась, посмотрела в сторону полицейской машины, – там стала собираться толпа. На лице женщины промелькнула улыбка, она развернулась и стала быстро удаляться. Виктор лишь пожал плечами. Он знал, что уже летит пожарный дрон и меньше чем через минуту огонь будет потушен. Здесь не было ничего интересного, это не его работа, да и он уже доложил, что закончил смену, а значит имеет право не вмешиваться в процесс расследования. Мужчина развернулся и не спеша пошёл по дорожке, но стоило пройти с десяток метров, как за спиной раздался хлопок, а после его спину обожгло пламя.

Виктор помнил, как корчился от боли, как полз по серой траве, как к нему кто–то подошёл, а после он уже очнулся в больнице.

– Вам повезло, – заявил доктор, увидев, что мужчина пришёл в себя, – вы оказались за кругом поражения.

– Что со мной?

– Ну… – протянул доктор и, сложив руки на груди, добавил. – Есть порядочные повреждения:, спина обуглена, но мы её уже восстановили, надо менять волосяной покров на голове, но это мелочи с тем, что…

– Почему ещё не сделали операцию? – стараясь говорить спокойно, спросил Виктор.

– Ваша страховка это не позволяет, мы и так перерасходовали квоты, ну сами посудите, полспины зашьём, а половину оставим?

– Почему страховка не позволяет? Я же полицейский!

– Ничего не знаю, на момент взрыва, вы уже были не на работе, это подтвердили в вашем департаменте полиции. А значит страховка от увечий на работе на вас не распространяется, но мы можем вам дать частичный кредит и кое–что восстановить.

– Частичный? Почему неполный? – дышать было больно, он лежал на животе и не видел лица доктора.

– После взрыва ваш социальный статус упал, а соответственно и кредитоспособность тоже.

– Насколько он упал?

– 120, извините за такие новости, но это катастрофа.

– Да, – прошипел Виктор, понимая, что ему не поднять статус даже на двадцать пунктов.

– Ну что, вы согласны на частичный кредит? Если да, то мы сейчас всё оформим и приступим.

Виктор злился на себя, что активировал конец смены и что бы он сейчас не делал, доказывая, что был в патрульной машине, а значит на работе, – всё бесполезно. Он молча согласился, ему надо подняться с больничной койки, а когда вернётся на работу возьмёт дополнительное дело и перекроет кредит.

* * *

Институт.

Как только поступил сигнал о теракте, на место взрыва прибыла команда медиков. Многие тела были разорваны, – от них мало, что осталось, даже водитель робот–полицейский, сидевший на водительском месте, вышел из строя. Дональду повезло, – обшивка машины защитила его от полного уничтожения. Тело почти все выгорело, а мозг, спрятанный под титановой оболочкой, ещё подавал признаки жизни.

– Грузим его! – приказал медик и тут же искорёженное тело Дональда погрузили в реамобильную камеру.

– Его не спасти, – сказал медицинский робот.

– И не надо, приступаем к сканированию мозга, приготовится к записи.

От полученных повреждений память Дональда была неполной, но Элоре, что отвечала за формирование новой памяти, этого и не нужно было. Остатки тела Дональда доставили в институт. Их тут же погрузили в гель, чтобы мозг не погиб от болевого шока. Механические руки вскрыли обугленную черепную коробку, появилась серая плоть мозга. Через несколько минут уже были установлены датчики и процесс записи памяти начался.

Гаюс уже начала формировать первичные воспоминания. В её искусственном сознании хранились воспоминания нескольких десятков миллионов людей. Она разбивала их по полу, возрасту, месту проживания, религии, национальности. Затем по годам, увлечениям, болезням и профессиональным навыкам, которые уже были у пациента. Так постепенно, будто это огромный пазл, Гаюс прописала новую память. Теперь Дональд не родился в городе людей. Он не дрался на улицах и не воровал чужие тела, чтобы отремонтировать своё. У него была любимая мать, которая скончалась несколько лет назад и передала по наследству маленький магазин, располагавшийся на улице Рижская. Это был семейный бизнес, прабабка Степанида была эмигранткой с центральной Америки. Она много лет прожила в Мексике, где в штате Веракрус, выращивали кофе. Она была уже старой и, решив вернутся на родину, построила магазин, где вот уже второй век варили шоколад и продавали конфеты.

Дональду прописали новые воспоминания: в них он был одинок, молод и здоров. Осталось только доставить тело в магазин и активировать его.

* * *

Город людей.

Виктору провели не один десяток операций, во что это ему обошлось, он даже не хотел думать. Сумма колоссальная и если повезёт, то сможет лет за пять перекрыть долг перед больницей. Но, вернувшись в следственный комитет, он узнал, что его уволили за профнепригодность.

– Как?! – взревел мужчина. Он и раньше–то был не высокого роста, а после операции вообще стал похож на карлика.

– Вы как старший офицер должны были приказать доставить задержанного в участок, но вместо этого, вы доверили всю операцию механическим дронам. Задержанный погиб.

– Это не моя вина, откуда я мог знать, что будет второй взрыв? – возмутился Виктор. – Я отстранён?

– Нет, вы уволены без права на восстановление.

Что–то подобное он ожидал, для видимости повозмущался, даже пару раз пнул кресло, и только когда окончательно его отказали восстановить на работе, не сдержался и разбил графин.

– Проклятье! – выругался и вышел из кабинета. – Что уставилась?! – крикнул он блондинке, у которой от натурального тела, кроме груди, ничего не осталось.

– Мне жаль, – пропищала она.

– Ей видите ли жаль, а мне теперь что делать?!

Он знал только одно: надо срочно устроится на работу. Ведь в конце месяца надо гасить первый транш по кредиту, а у него на счете не густо. Он всю неделю только тем и занимался, что рассылал своё резюме, но кому нужен калека чуть выше стола, да еще с такой низкой социальной активностью. Предложения конечно же были, но то, что ему предлагали в качестве оклада, хватало только на покрытие кредита, а ему надо ещё платить за квартиру и чем–то питаться.

– Вы не против, если я присяду? – к столику подошёл молодой человек с подносом.

Виктор не ответил, только молча кивнул. Он уже успел заметить, что руки мужчины натуральные, так же как идеально выбритое лицо. «Неужели в наше время ещё встречаются натуралы без изменения?» – подумал и, разорвав пакет с сахаром, высыпал его в стакан с черной жидкостью, которую все называют – кофе.

– Спасибо, похоже день не задался?

– Похоже на то, – огрызнулся Виктор. «Если у него тело натуральное, значит из богатых, но что ему делать в этом дешёвом кафе?» – Что вам надо?

– Хочу предложить работу. Я знаю кто вы, знаю ваши финансовые затруднения и знаю, что вас несправедливо уволили. Но я пришел не это вам сказать, а то, что могу дать вам хорошее тело, не хуже, чем моё.

– Что ещё скажем, – с сарказмом в голосе спросил Виктор.

Он хорошо знал, что люди меняют свои тела, видел настолько идеальные, что словно скульптуры, но ему ни разу не довелось видеть живых тел.

– Отнеситесь к моему предложению серьёзно, я не намерен вводить вас в заблуждение. Ваше тело умирает и даже те операции, что вам сделали, дают отсрочку на десять, максимум пятнадцать лет. Я же вам предлагаю выход.

– С чего бы это? – он и сам понимал, что кредита не хватило бы на полное восстановление тела.

– Мы набираем добровольцев в экспериментальный проект. Пока не могу вам раскрыть всех деталей, если согласитесь, то поймёте почему. Но сейчас, – тут мужчина протянул небольшой планшет и Виктор увидел номер своего счёта, – мы погасили ваш кредит. Это сделано для того, что бы вы поверили в наши серьёзные намерения.

– Убивать, грабить, насиловать или взрывать? – пошутив, спросил мужчину Виктор.

– Ничего подобного, вы будете выполнять ту же работу, что и до этого, но в другом городе.

– Где?

– Тосно, – коротко сказал мужчина и, убрав планшет, взял стакан с чёрной жидкостью.

3. Мы набираем добровольцев

За несколько лет. Город людей.

Дональд обзвонился, но Олег и его придурок Стас так и не появились. А ему срочно нужны детали. Дыхательный клапан вот–вот выйдет из строя, а запасная батарея от жизнеобеспечения уже перестала работать, а это значит, что тело на издыхании. Ничего другого не оставалось, – пусть рискованно, но выйти на след–манекен одному. Дональд долго шлялся по улицам. Если простого человека он мог завалить, то с биомеханикой обстояло всё намного сложней. И всё же из десятка возможных претендентов он выделил одного, как считал, офисного планктона. С ними проще, если даже их мышцы стальные, то мозги мягкие, они не могли защищаться, готовы были откупиться лишь бы не повредить обшивку тела.

– Вот он, – прошептал Дональд и, словно на прогулке, последовал за высоким мужчиной в старомодном котелке. «Сперва вырублю, – тут он сжал кулак с кастетом, – удар по шее выведут нервные каналы рук, а с ногами я после разберусь. Затем у меня минута, пока не перезагрузится блок контроля, за это время надо открутить нагрудный щиток и отключить предохранитель, а затем…»

Он всё предусмотрел, и когда манекен вошёл в лифт, Дональд нанёс удар. Кабинка тронулась. Он сразу нажал кнопку экстренной остановки и, нагнувшись над получеловеком, приступил к работе. Пальцы орудовали быстро, механическая отвёртка уже вскрыла щиток и лифт тронулся.

– Какого чёрта! – ругаясь, он ещё раз нажал на кнопку «стоп», но кабинка не остановилась. – Проклятье!

Теперь он понял, что влип, похоже в здании был установлен «умный дом»: машинные мозги проанализировали кто вошёл, считал их чипы идентификации, один оказался не зарегистрированным в доме, а после остановки лифта решил взять всё под контроль.

– Проклятье!

Дональд спрятал инструмент, потряс за плечи манекен, но тот похоже капитально отрубился. В этот момент открылись дверки лифта.

– Ему похоже плохо, – сказал он, увидев невысокого мужчину.

– Вы арестованы!

– За что? Он упал, а я…

– Вы арестованы за покушение на жизнь, – ещё раз сказал мужчина и уже достал наручники.

– Да я же…

Мужчина не стал слушать оправдание. Он влетел в кабинку лифта и, как паук, набрасывающийся на жертву, обхватил его своими короткими ручонками. Дональд думал бежать, но щелчок на лодыжке отключил нервные сигналы на его ноге.

– За что?! – взревел он и стал падать на пол.

– Вы задержаны до выяснения обстоятельств. Патруль и реамобиль уже выехали. Советую вам не сопротивляться и признать вину по статье «посягательство на жизнь».

– Да я только, – но тут из его кармана выпал тот самый чёрный кастет, которым он припечатал манекена.

Уже через несколько минут его выволокли два полицейских робота. Одна нога не работала, поэтому Дональду приходилось прыгать на той, что ещё подчинялась ему. «Как же так?» – в панике причитал он, садясь в полицейскую машину.

– Вы в участок? – поинтересовался тот самый коротышка, что арестовал его, у полицейского.

– Так точно детектив.

«О, блин», – услышав это, простонал Дональд, если бы это был патрульный, он смог бы ещё отбрыкаться, а так его песенка спета.

– Я с вами, подбросите до Федюнинского, – сказал мужчина и, сев на заднее сиденье, достал своё удостоверение.

– K625 348, смена закончена отправляюсь домой, – громко произнёс коротышка и спрятал документ в карман.

– Подтверждаю конец смены, – донёсся из динамика мелодичный голос оператора.

Полицейский проверил зажимы на руках Дональда и, сев рядом, кивнул водителю, – машина тут же тронулась. Минут через пять они уже были на Широтной. Через пару поворотов Виктор выйдет и направится домой. Сегодня у него была встреча с информатором, – тот ничего не дал, но он всё же добился чего хотел, смог скрыто просканировать протоколы доступа и, обойдя их, скачать файлы обмена, которыми не хотел делиться информатор.

Между домами раздался взрыв и в их сторону полетели осколки.

– Меняем маршрут! – громко заявил робот–полицейский и, включив сирену, машина заехала на бордюр.

– Ничего себе! – прижавшись к стеклу, произнёс Дональд. – Это же… – он узнал дом, где располагалась мастерская Виктора, что скупал у него почти все украденные детали.

Пламя на мгновение осветило всю улицу, а после из здания повалил чёрный дым. Прохожие замерли, кто–то стал снимать на телефон, но многие от любопытства, словно рыба–кефаль, что плывёт на свет, стали подходить ближе к горящему зданию. Патрульная машина остановилась на противоположной стороне улицы. Виктора это не очень интересовало. Он следователь, поэтому покинув машину уже хотел пойти домой, но любопытство заставило его ещё на минутку задержаться.

Мимо прошла рыжеволосая женщина. Её лицо было строгим. Она с кем–то разговаривала по телефону и совершенно не обращала внимание на пожар и крики людей. Женщина остановилась, посмотрела в сторону полицейской машины, – там стала собираться толпа. На лице женщины промелькнула улыбка, она развернулась и стала быстро удаляться. Виктор лишь пожал плечами. Он знал, что уже летит пожарный дрон и меньше чем через минуту огонь будет потушен. Здесь не было ничего интересного, это не его работа, да и он уже доложил, что закончил смену, а значит имеет право не вмешиваться в процесс расследования. Мужчина развернулся и не спеша пошёл по дорожке, но стоило пройти с десяток метров, как за спиной раздался хлопок, а после его спину обожгло пламя.

Виктор помнил, как корчился от боли, как полз по серой траве, как к нему кто–то подошёл, а после он уже очнулся в больнице.

– Вам повезло, – заявил доктор, увидев, что мужчина пришёл в себя, – вы оказались за кругом поражения.

– Что со мной?

– Ну… – протянул доктор и, сложив руки на груди, добавил. – Есть порядочные повреждения:, спина обуглена, но мы её уже восстановили, надо менять волосяной покров на голове, но это мелочи с тем, что…

– Почему ещё не сделали операцию? – стараясь говорить спокойно, спросил Виктор.

– Ваша страховка это не позволяет, мы и так перерасходовали квоты, ну сами посудите, полспины зашьём, а половину оставим?

– Почему страховка не позволяет? Я же полицейский!

– Ничего не знаю, на момент взрыва, вы уже были не на работе, это подтвердили в вашем департаменте полиции. А значит страховка от увечий на работе на вас не распространяется, но мы можем вам дать частичный кредит и кое–что восстановить.

– Частичный? Почему неполный? – дышать было больно, он лежал на животе и не видел лица доктора.

– После взрыва ваш социальный статус упал, а соответственно и кредитоспособность тоже.

– Насколько он упал?

– 120, извините за такие новости, но это катастрофа.

– Да, – прошипел Виктор, понимая, что ему не поднять статус даже на двадцать пунктов.

– Ну что, вы согласны на частичный кредит? Если да, то мы сейчас всё оформим и приступим.

Виктор злился на себя, что активировал конец смены и что бы он сейчас не делал, доказывая, что был в патрульной машине, а значит на работе, – всё бесполезно. Он молча согласился, ему надо подняться с больничной койки, а когда вернётся на работу возьмёт дополнительное дело и перекроет кредит.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.