# Не восточная сказка. Своя среди чужих

Тася Герц

Несколько дней назад Тася получила роковое сообщение, после чего ее жизнь изменилась. Девушка выбрала побег не по своей воле и оказалась в другой стране, чтобы найти спасение. Не зная языка, людей и традиций, она ступила на чужую землю. Но рано или поздно ее тайна откроется. И враг найдет убежище.

Тасю прозвали чужестранкой, но приняли. Теперь она – своя среди чужих.

В попытке найти пристанище, девушка обретает друзей и дом.

То, что начертано судьбой, непременно сбудется, невзирая на расстояние.

## Глава 1

Печенье с предсказанием


> «Всем великим переменам

> предшествует хаос…»

> Дипак Чопра


Я подошла к краю обрыва, раскинула в стороны руки и, отдаваясь порыву ветра, словно птица, закрыла глаза.

Сквозь шум бьющихся о берег волн слышалось отдаленное тиканье напольных часов. Тех, что в корпусе из красного дерева с золотым маятником и боем. Я вдруг вспомнила такие… Они не намного выше меня, но выглядели довольно массивно. Отчетливо ощущался запах старого лакового покрытия и клея. Часы стояли у стены в большой комнате, где света почти не было. Лишь серебряные, лунные нити, проникающие сквозь окно, создавали эффект мерцания на металлических деталях. Мне казалось, что эти часы несут какой-то особый смысл… Было ли это реально?

В нос ударил запах мокрого песка и тины. Солнце медленно садилось за горизонт, окрасив небо в ярко-оранжевый цвет. Словно там, за линией горизонта, идет огненная битва. Следом за лучами уходил и день. День, который не принес ничего, кроме переживаний. Опустив взгляд вниз, смотрела на воду.

– Эй, девушка! Сейчас же отойдите от края! – послышался за спиной тяжелый мужской голос.

Я послушно отошла назад, еще пару минут постояла, а затем поспешила уйти.


Эми неспешно бродила по своему кабинету, измеряя комнату небольшими шагами. Подойдя к открытому окну, села на подоконник и закурила. Белый клуб дыма рассеялся, оставив неприятный, тяжелый табачный запах. Я пришла к ней, чтобы поговорить о важном решении, и в который раз просить о помощи. Хотя Эмили никогда не скрывала свою неприязнь к моему ухажеру, с которым я встречалась уже два года, она с терпением ждала. И на протяжении всего времени пыталась объяснить, что ничего хорошего из этих больных отношений не получится.

– Нужно уметь не только отдавать свою любовь, но и получать ее обратно, понимаешь? Отношения не могут строиться в одну сторону. Должен быть взаимообмен, – говоря это, Эми жестикулировала.

– Понимаю, – я опустила взгляд на свои руки.

– Видимо, плохо, раз на это ушло два года. И насколько серьезно твое решение сейчас? – поинтересовалась она с еле заметным британским акцентом. – Мне вообще стоит тебе помогать?

В висках неприятно пульсировало. А ведь она права. Предыдущие попытки уйти из отношений проваливались, и я возвращалась к нему обратно. Но в этот раз все будет иначе. Я в этом уверена. Теперь, да.

– Чем этот раз отличается от прошлых? Напомни, сколько раз ты с ним расставалась, а затем мирилась? И я же тебе говорила!

– Я знала, что ты так скажешь.

– Я твоя лучшая подруга, черт возьми! Почти сестра.

– На то и нужны подруги, чтобы помогать, ткнуть носом в проблему и лишний раз напоминать об ошибках, – жалобно заметила ей.

Эми выпустила изо рта клуб дыма и раздраженно цокнула языком.

– Уф! Я не знаю, зачем ты за него цепляешься, но у этого парня с головой не все в порядке. К тому же, он злоупотребляет крепкими напитками. Нужно было уйти еще три месяца назад, когда он тебя ударил.

– Но потом-то он извинился. И я за него не цепляюсь, просто…

– К черту все его извинения! Ударить женщину может только слабак! Жаль, что ты только сейчас это поняла. Ты же поняла? Или я опять зря стараюсь?

Эмили Захарченко улетела учиться в Лондон в восемнадцать лет. По вечерам работала в кафе официанткой. Рано утром бежала в колледж, который оплачивал её дядя, находящийся в России. О том, что племянница подрабатывает в кафе, он не знал. И Эмили старалась, чтобы до него эта новость никаким образом не долетела. Закончив учебу, сдав все экзамены, возвращаться в Россию она не спешила. Девушка устроилась в ресторан «The Riddle Of Sherlock», что находился в элитном районе Лондона. Это вам не забегаловка на окраине, куда заходят байкеры или рабочие, а самый настоящий ресторан в деловом центре.

Спустя год девушка встречает свою любовь. Не совсем любовь, но очень на то похоже. Мужчина одинок, красив и богат, но на десять лет старше самой Эмили. Эта разница в возрасте никак не мешала им вместе появляться в кругу его друзей. Эмили быстро привыкла к удивленным и завистливым взглядам женщин, когда те видели пару, держащуюся за руки. Им вслед шептали колкие слова, но за счет того, что он имел вес в обществе, эти языки быстро умолкали.

Спустя некоторое время она въехала в его большой лондонский дом. Одаривая её цветами и дорогими украшениями, мужчина долго не решался заговорить о свадьбе. Но свадьба все же состоялась. Из Эмили Захарченко девушка превращается в Эмили Стюарт. И через пару недель после свадьбы частный самолёт, в котором летели он и его компаньоны по бизнесу, исчезает над Атлантическим океаном. Его не нашли и вскоре сочли погибшим.

Начались тяжелые дни, когда Эми просто не выходила из дома и постоянно плакала. Иногда она ощущала его невидимое присутствие. Поутру, когда девушка просыпалась, в воздухе витал аромат его одеколона. Ей не хватало улыбки и взгляда любимого человека. Эми долго не могла смириться с утратой, до конца не веря в его гибель, и вскоре вернулась на родину. Дядя покупает для племянницы небольшой салон красоты в надежде, что девочка забудет прошлое и с головой уйдет в работу. Она так и сделала. Но Эми была уже не той, что раньше. Произошли большие перемены.

Здесь нужно заметить, что не все девушки берут себя в руки и начинают жить заново. Некоторые от жалости к себе пускаются во все тяжкие и, давайте говорить честно, опускаются до «ниже некуда», решив, что жизнь на этом этапе закончена. Ну, за новую жизнь!

– Сегодня дядя устраивает ужин для коллег по бизнесу. Мне бы очень хотелось, чтобы и ты пришла.

– Ты же знаешь, я всегда хотела побывать на любом мероприятии, устраиваемым твоей семьей, но у меня много дел, – я начала глупо оправдываться, хотя знала, что Эми мне не поверит.

– Я бы поверила, если бы не знала тебя так хорошо. Я уверена, что никаких дел у тебя нет, кроме как поедания шоколада за просмотром очередного слезливого фильма. Если хочешь, чтобы я тебе помогла, то ты поедешь со мной на ужин. Да, и по пути заглянем в твой шкаф. Интересно, что за тайны ты там хранишь, – улыбнулась подруга.

Через полчаса Эми была уже в моей однушке. Она широко распахнула дверцы шкафа и удивленно присвистнула. Отыскала платье глубокого синего цвета и разочарованно вздохнула. Когда в последний раз я куда-либо выходила в этом платье? А джинсовые брюки так и лежат не ношенные с момента покупки. Наверное, это тот самый момент, когда мне стало стыдно. Не за вещи, а за саму себя. И почему Эмили дружит со мной? Совершенно противоположные полюса. Подруга взяла в руку вязаную, растянутую временем кофту и покосилась в мою сторону.

Через минут пятнадцать на полу образовалась куча из старых вещей серых, коричневых и черных оттенков. На вешалке остались висеть: изящное синее платье-карандаш, которое я не решалась надеть из-за полноватых бедер, джинсовые брюки на пару размеров меньше, обожаемая, вязаная кофта и пара белых блузок. Все те темные цвета в бесформенных одеждах являлись для меня чем-то вроде прикрытия. В них я ощущала себя защищенной и неприметной, как в куполе. И сейчас этот купол дал трещину.

В любой удобной вещи, будь это бабушкин балахон или старые кроссовки, ощущаешь комфорт. А для того чтобы купить что-то новое, нужно сначала избавиться от старого. И это не то что бы трудно сделать – просто невыполнимо.

Эми принесла с кухни большой мусорный пакет и собрала туда вещи с пола. Комфорт, в котором я жила пару лет, оказался в мусорном контейнере. Ничего не решалось так легко, как уничтожение старых вещей. Я просто смотрела на все со стороны и мысленно прощалась с ними.


Войдя в кафе, я остановилась у большого зеркала и некоторое время наблюдала за гостями, отражающимися в нем. Мне почему-то казалось, что наблюдая за людьми, смотря на них в зеркало, никто и не заметит ни моего беспокойства, ни меня саму… Я – невидимка.

Сердце бешено колотилось в груди, отдаваясь пульсацией в висках. Чувствуя себя чужой, окинула взглядом себя. Красное платье по щиколотку сидело идеально на далеко неидеальной талии. За последние три месяца я набрала лишние килограммы, заедая стресс шоколадом. Считала себя не просто полноватой, а толстой. Мне не нравилась моя большая грудь и объемные бедра. Ненавидела свою любовь к сладкому и ничего поделать с этим не могла. Туфли на невысоком каблуке и аккуратно зачесанные волосы в хвост – что-то новое для меня. Стерев красную помаду с губ, задумалась о бегстве. Но разве я не мечтала хоть раз побывать на месте Эмили Захарченко? Еще как! Как же трудно притворяться кем-то, кем ты не являешься. «Перестань все усложнять, Тася. Просто иди!» – требовала я от себя.

И спустя час уже не стеснялась разговаривать с малознакомыми людьми. После очередного танца устало села за стол и закрыла глаза ладонями. А не сон ли это? Сейчас открою глаза, и всё вокруг растворится в воздухе белым дымком, оставив приятное послевкусие.

Зазвучала медленная музыка, отчего по спине пробежались мурашки, и голоса в зале стихли. Изредка были слышны хлопки, вылетавших пробок из бутылок и звук бьющейся посуды. Я с интересом наблюдала за гостями, размышляя над тем, что бы делала я, будь миллионершей. Быть может и хорошо, что я небогата. У миллионеров тоже найдутся свои проблемы и даже похуже, чем у тех, у кого денег меньше.

Позже я не могла оставить без внимания мужчину, который казался немного потерянным. Он осторожно пробрался мимо танцующих пар в центре зала и направился к столику, за которым сидела я. Присев на соседний стул по левую сторону от меня, снял пиджак и расстегнул две верхние пуговицы. «Красивое лицо», – заметила я и, смущаясь, отвернулась. Кристально белая и выглаженная рубашка говорила о порядке. Недешевые фирменные часы на запястье левой руки изредка поблескивали, а радужные «зайчики», отражающиеся от круглого стеклянного корпуса, играли на бокалах и белой скатерти. Я отчетливо ощутила терпкий аромат одеколона, исходивший от мужчины: немного цитруса, ванили и совсем чуть-чуть корицы. Определенно дорогой одеколон. Он взглядом прошелся по столу. Затем потянулся к стакану с водой, сделал два больших глотка и выдохнул.

– Тяжёлый день, – произнес он и робко улыбнулся.

Я улыбнулась ему в ответ. Словно зачарованной, мне хотелось узнать о нем больше. И пока думала, незнакомца увлекла молоденькая брюнеточка. А вскоре я поймала себя на мысли, что пристально наблюдаю за ними. Мне было неловко и в то же время наплевать, что вокруг много людей, и они могут заметить мой неприкрытый интерес к паре.

Его руки нежно поглаживали спину миниатюрной незнакомки. Они были слишком близко друг к другу. На фоне него она казалась хрупкой и невинной. Но я-то знаю, что такие девушки способны из зайки превратиться в тигрицу. Она прислонилась щекой к его широкой груди. В мужских теплых руках, укачивающих, словно в колыбели, незнакомка двигалась медленно под музыку.

В этот момент я представила себя на ее месте и ощутила, как щеки начинают гореть. Прикусив нижнюю губу, несколько раз моргнула и отвернулась. Встав из-за стола, случайно задела рукой белый пиджак, висевший на спинке стула. Пришлось присесть, чтобы поднять вещь с пола. Пока поднимала пиджак, вдыхала сладковатый аромат, исходящий от плотной ткани. Музыка стихла, и пары начали расходиться. Повесив пиджак обратно на спинку стула, сделала шаг в сторону, обернулась и замерла.

Передо мной возник седовласый мужичок. Одной рукой он опирался на трость с серебряной рукоятью, вторая рука находилась за спиной. Он смотрел с глубоким интересом, словно хотел что-то сказать или спросить. Затем с хрипотцой в голосе произнес свое имя и протянул руку. Иво Нойманн – так он представился. Я вежливо улыбнулась и в ответ протянула ему свою руку для приветствия. Затем появилась Эми.

– Я смотрю, вы уже познакомились?

Иностранный гость улыбнулся и произнес несколько слов на немецком языке. На лице Эмили появилась странная ухмылка.

– Иво хочет пригласить тебя на танец, – охотно сообщила Эми.

Смущение залило мои щеки румянцем. Я мысленно поругала ее за опрометчивость, так как давно не танцевала с мужчинами и опыта в танцах особо не имела, но просьбу не отвергла. И уже скоро танцевала с Иво Нойманном среди других пар в центре зала. Я хотела сквозь землю провалиться, заметив, как на нас смотрят. Кажется, что все вокруг знают, кто я такая и не понимают, почему нахожусь здесь. Но для меня мое нахождение на этом вечере тоже являлось непостижимой загадкой. А может, это и не мое вовсе?

После того как мы покинули ресторан, я не могла скрыть улыбку на своем лице от всего произошедшего сегодня.

– Не расскажешь, что означает твое глуповатое выражение лица? – поинтересовалась Эмили.

– Ну, я просто рада, что все же согласилась пойти с тобой, – честно ответила ей.

– У тебя выбора не было. Между прочим, этот Иво очень богат. И ты ему понравилась.

– Я ему в дочери гожусь.

– И что? Возраст же не имеет значения. Главное, что он богат.

– Для меня возраст важен, – замечаю ей и понимаю, что подруга все равно будет настаивать на своем. – Я не собираюсь прощаться со свободой, которую только что обрела.

– Относительно, – заметила Эмили, аккуратно вворачивая руль вправо.

– Но так и есть.

– До того момента, пока Алексей не постучит в твою дверь. А когда это случится, я боюсь, что ты его впустишь, и все начнется заново.

– Нет, не впущу! – возразила я. – Я не открою ему.

– И как долго ты будешь от него бегать? Тебе придется с ним встретиться и поставить точку в отношениях, а иначе это никогда не закончится.

– Я думала, что в этом не будет необходимости. Я просто ушла и все.

– Сама знаешь, что недосказанность порождает сомнения. Лучше, чтобы между вами не было неопределенностей. Точка – это значит конец, и никак больше.

Нужно было встретиться с Алексеем и спокойно поговорить, но я не была готова к этому. Он не станет слушать. Никогда не слушал.

Войдя в квартиру, закрыла входную дверь и поспешила избавиться от тесной обуви. Пройдя в спальню, не включая свет, сняла платье и распустила волосы. Всмотрелась в свое отражение в зеркале. Я любила смотреть на себя при свете луны. Бледная кожа так выглядела еще белее. Перед глазами промелькнул образ незнакомца. Голубые глаза и улыбка… Я представила, как танцую с ним. Он обнимает меня своими сильным руками, смотрит в мои глаза, а я сгораю от желания прикоснуться к его губам…

Но ничего из того, что я нафантазировала, не произошло бы сегодня. И не имеет значения, что имя незнакомца останется тайной, ведь я больше его не встречу.


Даниэль вернулся домой под утро. Сестра занималась на кухне приготовлением завтрака для племянников. Убедившись, что Элиза его не заметила, проскользнул в отцовский кабинет и закрыл дверь. Не включая свет, подошел к письменному столу. Снял белый пиджаки и бросил его на пол. Сел в кресло. Сжал кулаки, ощущая легкую ненависть. Открыл штоф, налил виски в низкий стакан и кинул туда же пару кубиков льда. Сегодня он был там, куда его не приглашали. Где был чужим. И все же пришел, рискуя быть униженным и выставленным за дверь.

– И где ты был? – дверь кабинета приоткрылась, и свет, идущий из коридора, осветил его лицо. Сестра заметила в руке брата стакан. – Ты снова пьешь?

– Я был там, где не должен был быть, – ровно ответил мужчина, а затем спокойно добавил: – И нет, я не пью, ты же знаешь.

– И все же предпочел быть там, нежели на ужине с отцом? Ты не должен забывать, что унаследуешь его компанию. Кто кроме тебя займется этим делом? – в голосе Элизы прозвучал недовольный упрек. Она подняла пиджак с пола и присела в кресло напротив. – Ты несерьезен, братишка. Любой бы на твоем месте цеплялся за каждую возможность, чтобы иметь то, что будешь иметь ты.

– Ты много беспокоишься об отце.

– Ровно столько, сколько и он о нас.

– У меня есть планы на будущее. И они точно не связаны с отцовским делом.

– Тебе нужно обстоятельно поговорить с ним, а не вести себя как подросток. Объяснись. Отец всю свою жизнь посвятил работе, чтобы ты ни в чем не нуждался. Имей хоть немного уважения к нему.

– Он знает мою позицию по этому поводу, но упорно не хочет признавать.

– Вы оба упрямы. В таком случае никакого взаимного согласия не будет. Неужели ты готов потерять место в компании из-за своей мечты стать музыкантом?

– Это моя мечта, Элиз. Пусть вы в нее и не верите.

– Тогда поговори с отцом. Убеди его принять твою сторону. И не дай разрушить ваши отношения. Потому как я уверена, что у тебя нет плана на случай, если отец вдруг решит перейти к воспитательному процессу. А ты знаешь, что это значит. Тебе придется принять свою судьбу и согласиться с отцом, братишка.

Элиза вышла из кабинета. Даниэль взял из ящика стола старую потертую книгу, которую ему в детстве читала бабушка – небольшой томик стихов. Оставаясь дома один, он ходил из комнаты в комнату, нашептывая полюбившиеся строки. Подчеркивал понравившиеся слова или же целый абзац. Сейчас он просто хотел поделиться с кем-то своими переживаниями. Облокотившись на спинку кресла, приложил книгу к груди. Посмотрел на стакан с нетронутым виски и тяжело вздохнул. Даниэль не был пьян уже долгое время. Стакан в его руке – вроде успокоительного процесса. Как для бывшего курильщика незажженная сигарета во рту. Остается привычка, с которой комфортно думать или же делать что-то.


Я проснулась от лая соседского пса. Умывшись и одевшись, поехала к Эми. Подруги еще не было на работе, поэтому решила подождать ее за завтраком, заняв столик у окошка. Сделав заказ, достала блокнот, пролистала до чистой страницы и на первой строке написала цифру один. А далее вписала то, чем хотела бы заняться в ближайшее время. Это первый маленький шаг к новой жизни. Первая ступень поменять и полюбить себя. Потому что то, кем я сейчас являлась – серое бесформенное пятно. Да, именно такой категоричной и суровой я стала к себе в последнее время. А что в этом такого? Если хочешь что-то изменить – начни с себя.


Мужчина не спеша вошел в кафе. Обменялся рукопожатием с барменом и что-то спросил у него, поддавшись вперед. Бармен покачал головой и занялся своим делом. Даниэль присел на стул и осмотрелся по сторонам. Заметив Тасю, прищурился. Кажется, он уже видел ее…

Именно так! Незнакомка, что была вчера на вечере у Захарченко. Он даже вспомнил, какое платье было на ней. Даниэль медленно направился к ее столику, но звонок его смартфона заставил остановиться на половине пути. Ответив на вызов, мужчина еще раз бросил взгляд на девушку и поспешно вышел из кафе.


– Эй! Ты где витаешь? – голос Эми вернул меня в реальность. Подруга положила передо мной снимки и улыбнулась. – Оцени. Тебе нравится? – радостно спросила Эмили, вставляя свой британский акцент в предложение.

– Что это? – спросила я, рассматривая снимки с изображением интерьера кафе.

– Мое новое кафе в азиатском стиле.

– Я думаю, это хорошая идея, но есть риск. Большинство потребителей все же предпочитают классику. В крайнем случае, восточную кухню, – заметила подруге.

– Я готова к трудностям. К тому же всегда можно поменять решение. А пока все будет именно в таком стиле. И это кафе будет моим уже сегодня. Скоро должен позвонить Геннадий…

После долгожданного звонка от Геннадия взгляд Эмили сильно изменился. Она лишь смогла разочарованно выдохнуть:

– Не может быть. Он это снова сделал.

– Кто? Что сделал?

Прибыв на место, где и располагалось это кафе, Эми уверенно открыла двери и вошла внутрь. Я следовала позади.

– Как это вы не можете его продать? – направилась она к полноватому мужичку ниже ее ростом.

– Появился другой покупатель, Эма Валерьевна, – виновато объяснялся тот. – И он предложил сумму вдвое больше вашей суммы. По-вашему, я должен был ему отказать?

– Да! – выпалила она, но тут же спокойно продолжила: – Послушайте, Геннадий, у нас с вами был уговор. Бумаги уже готовы. Осталось только подписи поставить. Вы обещали, что кафе будет моим.

– Я ничего никому не обещаю заранее. Если сможете предложить больше, чем предложил ваш оппонент, тогда кафе ваше. Это бизнес, Эма Валерьевна. Тут, кто больше предложит, тот и победитель.

– Тогда мне придется утроить сумму, и это кафе все равно будет моим, – Даниэль поправил воротник серого атласного пиджака и вышел из-за барной стойки.

На его лице красовалась довольная ухмылка, а в глазах сверкали опасные искорки. Этот мужчина и вправду знает себе цену. Горделивый и самоуверенный!

Эми смотрела на него, крестив руки на груди, и гордо подняв подбородок. Как же сильно она его ненавидела сейчас.

– Мои поздравления, – холодно сказала она, а потом добавила: – Не смог удержаться от возможности снова вставить мне палки в колеса? Зачем ты это делаешь?

– Всегда в цель! Не думал, что ты так легко сдашься. Твоя мечта ускользнет от тебя, если не постараешься. Не хочешь отстоять свое право владеть этим кафе?

– Я не хочу играть в твои игры. Ведь именно этим ты и занимаешься.

Она была безумно расстроена и хотела съездить чем-нибудь ему по его наглой физиономии, но, сжимая кулаки, выпрямила спину и направилась к выходу. А у дверей задержалась. Выдохнула, развернулась и спросила:

– Почему мы не можем быть друзьями, как раньше? Может, сядем за стол и поговорим об этом вместо того чтобы спорить?

– Я бы с радостью, он у меня много дел.

– Как всегда, – выдохнула девушка.

Даниэль не любил вспоминать о прошлом. Всякий раз при упоминании о разрушенных отношениях их семей он разворачивался и уходил. И вот сейчас, когда Эми снова завела свою шарманку о дружбе, он отвел взгляд в сторону и опустил голову.

– К чему эта война? Несправедливо обвинять меня в том, что сделал мой отец когда-то. Я всегда была на твоей стороне. Отстаивала твою позицию, даже после того как он выгнал тебя с фирмы. Тем самым я окончательно разрушила с ним отношения. Я не общаюсь с отцом уже долгое время, – Эми выдохнула, а после минуты молчания добавила, пройдясь взглядом по помещению: – Даже сейчас я нахожусь на твоей стороне. Хочешь это кафе? Забирай.

Я смотрела на мужчину и не верила глазам. Значит, вот он какой? Разочарование пришло быстро, как и понимание того, что первый взгляд бывает обманчив.

Эми подошла ко мне, взяла за руку, и мы вышли на улицу.

– Значит, вы раньше дружили? – спросила я, садясь в ее машину.

– Я до сих пор считаю его другом, Тась.

– Но он себя ведет не как друг.

– То, что ты видела, можно считать фальшью, – прямо выдала Эми. – Его манера общения и холодное поведение – притворство. Я знаю его с детства и считаю неправильным настраивать нас друг против друга. Из-за вражды старших не должны страдать дети. Жаль, что не все это понимают. Рано или поздно он сдастся. Устанет от бессмысленной войны…

– И ты позволяешь ему выигрывать?

– Я с ним не воюю. Он может сколько угодно наступать мне на пятки и прижимать к стенке, но я не стану вестись на это. Просто в нем говорит обида из-за прошлого, понимаешь?

– Похоже, это его сильно задело, раз он поступает подобным образом.

Эми остановила машину поблизости от дома, где живу я, и указала на стоящего у подъезда парня. От одного его вида меня затрясло. Нет, я не готова говорить с ним сейчас. Пугает то, что и он не готов к серьезному разговору. От мысли о встречи с ним меня буквально разрывало.

– Я уже две недели бегаю. Не хочу встречаться с ним сейчас.

– Хочешь, Олег с ним немного побеседует?

– Было бы хорошо, но это лишь разозлит его.

– Он когда-нибудь бывает трезвым? И ты еще удивлялась, почему я его терпеть не могу? Моя ненависть к этому типу появилась в первый же день, как только ты показала его фото. Мне надо было еще тогда послать Олега разобраться с ним. И сейчас я собираюсь сделать именно так, – Эмили взяла в руку телефон.

– Эми, подожди, – я остановила подругу, прекрасно зная, кто такой Олег.

– Тогда перебори свой страх и поговори с ним. Иначе я дам полную свободу действий Олегу. Уж он-то знает, как таких перевоспитывать.

– Таких уже не перевоспитаешь.

Следующим вечером я сидела в кафе за столиком напротив Алексея. Было сложно собраться с мыслями и поднять на мужчину глаза. Наличие посетителей не вселяло уверенности, а наоборот, стало еще напряженней. Я рассчитывала на то, что выбрав людное место, он хоть немного будет сдержан. Но если раньше это не останавливало, то почему сейчас должно было быть иначе? Только сейчас я отчетливо сознала, что действительно тратила время не на того человека.


Эми наблюдала за подругой со стороны, словно шпион, спрятавшись за папкой с меню. За барной стойкой восседал Олег на случай, если понадобится грубая мужская сила, и находился на низком старте.

Даниэль появился внезапно. Он сел напротив Эми, закрыв ей обзор. Теперь перед собой она видела лишь его лицо.

– Я занята и не готова сейчас к разговорам. У меня нет времени на споры с тобой, – сказала девушка, заглядывая за его плечо.

– Я не спорить пришел, а сделать предложение, – заявил он.

Она удивленно приподняла брови и взглянула на Даниэля.

– Не спеши. Подумай хорошо, прежде чем отказаться. И да, я не взял сегодня с собой палки, поэтому не переживай, твои колеса в безопасности.

– В чем подвох?

Она смотрела в его глаза и не могла понять, какого черта сейчас он так доволен. И почему не строит из себя гордого и самоуверенного засранца?

– Ни в чем, – он пожимает плечами.

– Ты сильно рискуешь, приходя в кафе моего дяди. Если он тебя увидит…

– Он сейчас в отъезде, – быстро ответил мужчина и откинулся на спинку диванчика.

– Пришел поговорить о кафе? – вдруг решила Эми.

– Думал над этим вчера. Я его пока не купил…

– Не купил?

– Но от права владеть им не отказываюсь.

– Ты пришел сюда поиздеваться надо мной? Это еще одна твоя игра?

– Я предлагаю совместное сотрудничество.

– Ты решил предложить мне партнерство?

– Ага.

– Мне кажется, ты забыл, что наши семьи враждуют. И на минуточку, ты меня ненавидишь.

– Кто тебе сказал?

– Ты. На протяжении многих лет.

– Я пришел сюда, чтобы поговорить, как ты и хотела. Мне плевать на отношения старших. Мне важно, что ты скажешь.

– Вот, гад! – прошипела Эмили, смотря поверх его левого плеча.

– В чем дело? – интересовался Даниэль.

– А то, что эта сволочь, решила ужраться. А если он напьется, то и слушать не станет. Руки распускать начнет… Да чего же она медлит?

– Я ничего не понял. Что происходит? – Даниэль осмотрелся.

Эми вкратце объяснила ситуацию. И в этот рассказ она вложила все самое важное.


Как же я была напугана. Холод пробирал все тело. Руки казались ледяными. Прежде я просто бежала от него, но сейчас побег не был лучшим вариантом. Нужно только преодолеть первый этап и начать говорить, потом будет легче.

Алексей сжимал кулаки и скрежетал зубами. Подозвав официанта, заказал бутылку красного крепленого вина и тарелку мясной нарезки.

Даниэль уверенным шагом пересек зал. Ни минуты не сомневаясь в правильности своих действий, встал за моей спиной и положил руки мне на плечи. От неожиданности я чуть вздрогнула и подняла на мужчину удивленные глаза. Хотела возразить, но…

– Привет. Ничего не говори, – улыбнулся он, присаживаясь рядом.

Взял мою руку в свою, слегка сжал пальцы и поцеловал меня в щеку.

Я растерянно смотрела на улыбающегося Даниэля и не понимала, что происходит.

– Кто это? – сквозь зубы процедил Алексей, обратившись ко мне.

– Жених, – ответил Даниэль, не дав сказать слово.

– Тебе давно морду не били, жених? Могу устроить, – озлобленно высказал Алексей, взявшись за вилку и, переведя взгляд на меня, спросил: – И давно ты с ним?

– Давно, – ответил Даниэль спокойным голосом, опережая меня с ответами. Нежно коснулся губами моей холодной ладони и улыбнулся. – Достаточно давно…

– Так, подожди! Что здесь происходит? – обратилась я к Даниэлю и поднялась из-за стола.

– Успокойся, дорогая, присядь на место. Ну же, Тася, – он потянул меня вниз. И когда я села, продолжил: – Понимаю, ты сейчас в шоке из-за моего появления. Ты же хотела сама с ним поговорить, а тут я пришел и все испортил. Но что делать, я переживал. К тому же твоя подруга сильно волнуется. Бывшие должны оставаться бывшими, правильно?

– Верно. Я бы сама справилась. Мне не нужна поддержка со стороны. Это мое дело, – указала на то, что ему не стоило вмешиваться.

Я встала и вежливо с улыбкой попросила Даниэля уйти. Тот послушно кивнул и, приобняв меня, поцеловал в румяную щеку, а затем отошел к барной стойке. Не очень далеко, чтобы видеть нас и в случае чего оказаться рядом быстрее Олега.

– Думаю, сейчас все стало проще, да?– заявила я Алексею, присаживаясь обратно за стол. – Я с тобой расстаюсь. Собственно, я уже это сделала две недели назад.

– Снова за свое! Мы это уже проходили, и ты возвращалась, – раздраженно напомнил он о прошлых уходах. – Не один раз. Ты постоянно это делала.

– Да, но сейчас все по-другому, – напомнила я о женихе, как если бы это было правдой, а затем мягко добавила: – И этого не изменить. Я уже решила и назад не вернусь. Тебе лучше принять все и забыть обо мне.

– Такое не забыть, – довольно выдохнул Алексей, облокотившись на спинку стула. – Не обещаю тебе спокойной жизни еще долгое время. Ты от меня так просто не отделаешься.

– А я другого ответа от тебя и не ожидала, хоть и надеялась на понимание. Просто смирись. Найди себе другую…

Алексей подозвал официанта и попросил принести еще бутылку вина, так как эта оказалась опустошена.

– Твой жених оплатит счет, – он кивнул в сторону Даниэля, который угрюмо наблюдал за нами. – Я тебя оставлю в покое и больше не трону… если выполнишь моё условие.

– Условие? Это же смешно! Я думала, мы спокойно поговорим и уладим проблему. Я просто хочу спокойной жизни, понимаешь? Чтобы ты не приходил к моему дому, не названивал и не угрожал, как это было раньше.

Сначала он молчал, а затем резко ударил по столу кулаком. Я вздрогнула. И люди за соседними столами обратили на нас свое внимание. Мне стало не по себе от того, что приходится притягивать внимание окружающих.

Где-то на заднем фоне напрягся Олег. Он встал со стула и поддался немного вперед.

– Думаю, достаточно поговорили, – заявил Даниэль, поставив перед Алексеем бутылку с вином и, подозвав менеджера, добавил: – Ему больше ничего не приносите. Если он попросит что-то еще, смело вызывайте охрану. А еще лучше, зовите сразу полицию.

И взяв меня за руку, поспешил к выходу.

Алексей крикнул нам в спину несколько прощальных угроз. На что в ресторане стало еще тише. Следом вышла и Эмили.

В душе присутствовало непонятное чувство, вызванное страхом и спокойствием одновременно. Это пугало. Хотелось смеяться и плакать. Нахлынула волна тревоги, и я сильно задрожала.

– Уже можно выдохнуть, – сказал Даниэль, выпуская мою холодную руку.

– Не могу. Я знаю, что он не отпустить эту ситуацию. Скорее всего, уже завтра он придет к моему дому. В прошлый раз он сломал скамейку у подъезда и разбил окно машины…

– Но это же не будет продолжаться вечно. Рано или поздно он отступит, зная, что у тебя есть… я, – заметил Даниэль. – Разве это не является веской причиной?

– Его предали. Он обижен и обозлен. Ты, как мужчина, думаю, должен это понимать, – сказала ему Эмили.

– Спорное замечание. Мы очень разные. Я себе такого поведения не могу позволить.

– Может, поэтому ты первый бросаешь девушек, а не они тебя? – заметила Эми.

Я посмотрела на Даниэля с упреком. Для меня вся эта ситуация казалась неправильной.

– То, что ты сделал, было глупо. Ты не позволил мне все решить самой. Кто просил тебя встревать?

– Это моя вина, – призналась Эми. – Случайно проговорилась. Я и не думала, что он вмешается. Да и что в этом плохого, Тась? Сама-то ты в любом случае ничего не смогла бы решить. Он же ненормальный!

Дальнейшую неделю Алексей приходил к моему дому чуть ли не три раза в день. Высиживал часами у дверей подъезда. Названивал и посылал сообщения с угрозами. В какой-то момент пришлось воспользоваться помощью полиции и вызывать Олега и Даниэля. Затем все вдруг стихло.


– Как ты относишься к Даниэлю? – поинтересовалась Эми.

– Мы дружим, – как-то нерешительно ответила я.

– Если ты так думаешь, то у тебя проблема. Полагаю, он воспринимает ваше общение не как дружбу. Вообще нет. Недавно он спрашивал меня о подарке для тебя. Интересовался, чем ты увлекаешься, куда лучше тебя пригласить, какое кино смотришь, и все в таком духе.

– Он мне нравится как друг. Разве я давала повод думать, что у нас может быть что-то кроме дружбы?

– Но он думает иначе. Что это за поцелуи в щеку и обнимашки при встрече? Между вами, несомненно, что-то есть.

– Ничего нет. Думаю, он слишком близко принял роль моего жениха тогда, – заметила я. – А как же ты? У вас это постоянно происходит.

– Это другое. Мы оба знаем, что нас связывает только дружба. А в твоем случае, так думаешь только ты. Тебе нужно с ним поговорить. Потому что роль твоего жениха слишком затянулась. Он воспринял все серьезно и это надо решать. Понимаешь?

Вечером я решила встретиться с Даниэлем в кафе, чтобы внести ясность в наши странные отношения. Сказать, что не испытываю к нему таких же чувств, какие испытывает он. Игра в жениха не может продолжаться дальше. Этого вообще не должно было случиться.

Я разглядывала людей, которые сидели за одним столом с Даниэлем. Гости говорили на ломанном английском и иногда делали разнообразные движения руками, показывая свое удивление, либо объясняли что-то. Даниэль улыбался и кивал головой, делая заметки в блокноте. Он был доволен и смеялся вместе с гостями над их непонятными шутками. Заметив меня, мужчина извинился перед ними и покинул столик.

– Нам нужно серьезно поговорить… о наших отношениях, – заговорила я, как только мужчина сел на диванчик напротив.

– Это не может подождать? У меня важные гости.

– Я и так откладывала этот разговор. Алексей уже давно не тревожит меня, и нет необходимости дальше притворяться моим женихом.

– Это будет трудновато сделать. Я имею в виду, что с моей стороны это не притворство. Я бы хотел дальнейших развитий. А ты разве не хочешь?

– Но у меня нет к тебе чувств. И, возможно, никогда не будет. Ты забыл, что просто играл роль моего жениха перед ним?

Его выражение лица слегка потупилось. Минуту он просто сидел и смотрел на меня, а затем начал говорить:

– Похоже, я действительно увлекся. Неправильно понял и…

– Ты только не обижайся, пожалуйста, – мягко просила я. – Но нам лучше остаться друзьями. Не нужно все усложнять, хорошо?

– Поговорим об этом позже, ладно? Мне нужно работать.

Даниэль вернулся к гостям. Только теперь его лицо было очень напряжено. Он не мог некоторое время сосредоточиться на тех, кто рядом с ним за одним столом, и я это видела.

Сделав глоток кофе, глубоко вздохнула. Напряжение в теле все не уходило. Желание быть понятой осталось без ответа. Кажется, он отрицал мои слова и тот факт, что мы не можем быть вместе. Он и вправду слишком увлекся.

Разломав печенье с предсказанием, что лежало на тарелочке, я прочитала послание, а затем возмутилась:

– Что за бред! Я не верю в судьбу.

Допив кофе, покинула заведение.

## Глава 2

Порт. Начало


Я получила странное сообщение от друга: «Будь в старом порту в 22:00. Д».

Когда он обозначает свое имя одной буквой, значит, происходит что-то, о чем никто кроме нас двоих знать не должен.

Дима – бывший журналист и очень разносторонний человек. Эта разносторонность зачастую плохо на него влияет. Он много путешествует не потому, что любит отдыхать – дело больше в хобби. Димка скупает старинные предметы со всего мира. В последнее время парень увлекся коллекционированием вещей разных времен: масляные портреты, глиняная посуда ручной работы, украшения каменного века, кинжалы, книги, ключи непонятной формы и любого размера, даже военное обмундирование, и многое другое. В небольшом загородном доме, доставшемся по наследству от деда, имелась тайная комната. Некий маленький музей, где и хранились все его приобретения. В общем, мне было не понять эту его страсть.

Я также знала, что Димка участвует в тайных торгах, на которые так просто не попадешь. Об этом знал и еще один человек, о котором он ничего не говорил. Димка лишь сказал, что у того на правом боку есть тату в виде черной кобры с тремя глазами и родом он не из нашей страны. И как бы я ни пыталась подловить Димку, он не кололся.

После прочтения этого сообщения в мою голову полезли нехорошие мысли. Порт не функционировал уже больше года. Я пыталась дозвониться до Димки, чтобы узнать причину, по которой мне нужно было туда приехать, но абонент все время был выключен. В любом другом случае я бы отключила телефон и никуда не ехала, но сердце чуяло нехорошее. Не смогла бы спокойно сидеть на месте, зная, что оставила друга без помощи. Не тогда, когда дело касалось Димки.


Водитель такси притормозил у огражденной зоны. И когда я вышла из автомобиля, тот сразу уехал.

Вокруг не было ни души – абсолютная тишина.

Набрав на телефоне номер друга, медленно ходила вдоль ограждения из металлической сетки и разглядывала территорию внизу за пределами этой ограды.

Небольшая часть территории порта освещалась лишь двумя прожекторами. Раньше здесь останавливались торговые корабли, но потом его закрыли. На большой асфальтированной площадке, оборудованной специально для выгрузки и хранения контейнеров, стояли три таких грузовых контейнера, а к причалу было пришвартовано небольшое судно.

Димка не отвечал на вызовы. На сердце было не очень спокойно, но уйти я все же не решалась. За полчаса хождения вдоль забора ничего не произошло. Зато нашла небольшой лаз, через который можно было попасть на территорию. Осмотревшись, осторожно влезла в проем и спустилась с холма вниз. Повеяло сыростью, подул прохладный ветерок, отчего я запахнула плотнее края кофты и шагнула вперед.

Странное чувство посетило меня и прошлось по спине холодком, словно за мной наблюдают. Остановилась и резко обернулась. Порт заброшен и насколько было известно, здесь нет ни охраны, ни камер, а иначе меня бы уже поймали и потребовали объяснений.

Вскоре послышались голоса и на судне показались люди. Пришлось быстро соображать, что делать. В итоге, спряталась за дальним контейнером. К этому контейнеру свет от прожекторов не доходил. Меня не было видно, и я могла наблюдать за тем, что происходило.

Два человека полностью одетые в темную одежду больше похожую на экипировку спецназовцев, но без знаков и надписей, подошли к первому контейнеру. Сняли замок. Тяжелая дверца со скрипом отворилась. Внутри железной коробки мерцал тусклый свет, освещая три больших деревянных ящика.

Я аккуратно пробралась поближе, дабы увидеть, что те будут делать дальше. Благо сырая земля и мягкая обувь позволяли передвигаться бесшумно.

Позднее появился мужчина, одетый в белый костюм. Он выделялся среди других не только одеждой, но и поведением. По нему сразу было видно, что только он здесь что-то решает. Более свободный и уверенный, нежели те, кто шел за ним. Двое мужчин, шествующих позади, улыбались и выглядели менее уверенно. И если «главный» молчал, то другие бурно обсуждали что-то, сопровождая свою речь жестикуляцией и смехом.

Мужчина в белом костюме аккуратно достал из одного ящика статуэтку, и те сразу замолчали. Он протянул ее одному человеку, тот повертел статуэтку в руках и передал второму. А затем она вернулась в руки к владельцу. После чего он с легкостью ударил фигурку об угол ящика. Осколки белого фарфора рассыпались со свойственным им звуком. Мужчина взял в руку маленький пакетик, что вылетел из статуэтки, осторожно отклеил края пакетика и высыпал на ладонь содержимое. Это оказались блестящие белые камешки размером с горошину. Взяв один такой камешек двумя пальцами, поднял руку вверх и направил «блестяшку» к свету. Мужчины внимательно наблюдали за тем, как камешек поблескивает и переливается. И пока эти двое смотрели на камешек, тот удовлетворенно ухмылялся.

Стало не по себе от мысли, что Димка снова ввязался в очень плохую историю и притянул в это меня. Я набрала его номер и, наконец, послышались гудки, а затем в динамике раздалось тяжелое мужское дыхание.

– Я здесь, Дим. Что происходит? Тут много людей, и все они что-то делают, – шептала в трубку дрожащим голосом. – Ты где вообще?

– Я тебе перезвоню, – послышалось в ответ.

А затем раздался грохот, чей-то недовольный возглас и быстрые шаги…

Вся эта ситуация походила на плохой фильм. Завязался долгий разговор между мужчиной в белом и другими, постепенно перерастающий в спор.

Всю эту дискуссию усмирило появление громилы. Мужчина вел парня, схватив того за ворот куртки, и заломив ему одну руку за спину, как будто он в чем-то провинился. Все внимание переключилось на них. Мужчина в белом уверенно расстегнул пиджак и потянулся к своему ремню, на котором был прикреплен кожаный футляр для клинкового оружия. Медленно вынул короткий меч, подошел к парню и о чем-то спросил. На что парень громко рассмеялся. Он смеялся не от сказанных им слов, а над самим мужчиной, что, конечно же, вызвало диссонанс.

Меня вдруг в дрожь бросило от того, что я узнала в этом парне Димку. И возмутил тот факт, что он не понимал серьезности происходящего. Смеяться над вооруженным человеком – опрометчивый и очень глупый поступок.

Мужчина в белом выпрямился, затем кивнул громиле. Тот одним движением стянул с него куртку. Лезвие меча тут же коснулось его груди. Теперь Димке точно не до смеха. Громила начал рыться в карманах его одежды. Телефон, пачка сигарет, спичечный коробок, мятые купюры и связка ключей – все лежало на земле. Но то, что искал громила, найдено не было. А он явно что-то искал.

– Как твое имя? – спросил незнакомец в белом с неярко выраженным южным акцентом. – Что ты искал на моем судне?

Парень молчал, уставившись в его темные глаза.

Внезапно послышался хлопок. Каждый из присутствующих стал осматриваться по сторонам. На территории появились подростки. Кто на скейте, а кто на роликах. Они кружили вокруг изумленных мужчин. Все это сопровождалось смехом и свистом молодых ребят, словно им было все равно, что творилось здесь сейчас.

В начавшейся суете Димке удается уйти. Он успевает поднять с земли ключи, телефон и спичечный коробок. Не оглядываясь, спешит к холму и прячется в тени за контейнером. Затем торопится набрать номер на своем телефоне.

Я, смотрящая за происходящим из темноты, плотнее прижалась к железной стенке контейнера. Была напугана так, что не сразу услышала звонок. В тот момент я уже послала все к чертям и решила покинуть порт, но переживание за безрассудного Димку все же перевесило. Нахожу его глазами, подбегаю к нему и умоляюще прошу скорее бежать с этого места.

– Беги, – хрипловато произносит Димка, отталкивая меня, и показывая на спичечный коробок, добавляет: – Возьми. Спрячь это и никому не отдавай. Ни-ко-му! Сохрани, слышишь? Это очень важно. Очень. Я только тебе могу доверять.

– Я не понимаю… Дим, что происходит? Что это?

– Нет времени, вали отсюда! – гаркнул он, требуя немедленного подчинения.

– Я не уйду без тебя…

– Уходи, если жизнь дорога! Я тебя прикрою. Не оборачивайся.

Зажав в руке коробочек, скрываюсь в темноте и бегу верх по холму к тому самому лазу. Важно было убежать как можно дальше от этого места. Выбегаю к дороге и бегу дальше. До города было довольно далеко, а машины в такое время особо не ездили. Но бешеный адреналин придал мне силы.

Уже скоро я поняла, что сделала нечто безрассудное, рискуя своей жизнью, не посоветовавшись с разумом. На самом деле, в тот момент я не обладала разумом. Меня переполнял страх и любопытство. Я напрочь забыла об осторожности. И могла за это поплатиться жизнью.


Совершенно вымотанная, добралась до дома. Заперев двери своей квартиры, осталась в темноте с мыслями о пережитом. В коробочке обнаружила лишь маленькую карту памяти. Некоторое время спустя, после просмотра записи, я осознала, что это не просто фильм на память, а доказательство вины человека. Того самого, что видела в порту.

Несколько минут сидела на полу без движения, тупо уставившись в окно. Сейчас я ощущала только сильную горечь от того, что испытала этой ночью. Что делать теперь? Какой план? Как это оказалось у Димы? И зачем вообще это нужно? Голова шла кругом от мыслей.

Долго думала и пришла к единственно возможному выводу. Дима попал в передрягу не по своей воле. Он знал, на что пошел, а иначе не стал бы красть эту информацию прямо у того человека из-под носа. Зачем ему так рисковать? Быть может, не Димке, а кому-то другому такое знание было необходимо, а он лишь выполнял поручение? А что если заказчик – тот самый друг с татуировкой черной кобры, о котором он не хотел говорить? И что тогда?


Почти не спала, поэтому началась сильная головная боль. Мысли о случившемся не давали покоя все утро. И я решительно настроилась рассказать все своему лучшему другу – Эмили. Но войдя в кафе, моя твердость и уверенность мигом улетучились.

Двое мужчин в черных костюмах, стоящие у барной стойки, угрюмо посмотрели в мою сторону. Я сначала не обратила внимания на это, но затем насторожилась. Впервые их вижу здесь. Сейчас любой незнакомый человек покажется мне подозрительным. Пока шла к лестнице, они внимательно наблюдали за мной.

Подойдя к кабинету, остановилась. За закрытой дверью были слышны мужские голоса. Голос Даниэля я узнала, а вот другие голоса казались чужими. Когда все стихло, двери открылись, и из кабинета вышел седовласый мужичок. Он приветственно кивнул. Я, соответственно, кивнула ему в ответ, а затем вошла в кабинет. Эмили внутри не оказалось.

В кабинете находился еще один гость. Заметив мужчину у окна, я ощутила легкую вибрацию под ногами, которую часто называла предчувствием опасности. И когда человек повернулся лицом ко мне, сердце на мгновенье перестало биться. Я была не в силах двинуться с места и что-либо сказать. Он улыбнулся. В этот момент мне показалось, что это была не улыбка, а оскал животного. Он здесь! В одной комнате со мной! Стены кабинета стали сужаться, воздух куда-то исчез, а ноги слегка подкосились. Даниэль представил меня своему гостю.

– Мне пора, Даниэль. Спасибо за приглашение, – произнес он медленно и так осторожно, будто проходил полосу препятствий.

Проходя мимо меня, мужчина задержался. Мое сердце, словно бомба, было готово в любой момент взорваться. Возникла мысль о бегстве, но я продолжала стоять.

Появление этого человека здесь вряд ли можно было назвать совпадением. А если он узнал, что я тоже была в порту и видела все, что там происходило? Город не такой большой и если постараться, то можно отыскать любого человека. Кто знает, что случилось с Димкой в эту роковую ночь. Остается только надеяться на то, что это всего лишь случайность, и он пришел не по мою душу.

Я мысленно вдохнула, затем выдохнула, делая усилие, чтобы смягчить возникшее напряжение. А когда мужчина покинул кабинет, поинтересовалась у Даниэля:

– Кто это был?

– Фарух Паллай.

– Не слышала о нем. Вы знакомы?

– Может, пересекались где-то. Говорит, что проездом здесь. Тоже занимается ресторанным бизнесом. Коллекционирует старинные вещи. Обещал подарить редкий коллекционный нож.

– И ты, конечно же, пригласил его в кабинет.

– Он предложил мне сотрудничество. Я ответил, что подумаю и позвал его завтра на ужин.

– Завтра?

– Ага. Надо внести кое-какие изменения в меню. У этого человека странные предпочтения в еде.

– И не только,– тихо добавила я и осеклась. – Наверное. Я так думаю.

И все же, кто он, если не считать того видео?

Снова набрала номер Димы и с волнением ждала ответа. Но абонент продолжал находиться в не зоны доступа. Я оставила его там, в порту, одного, и теперь мое сердце в полном ауте.

Медленно приблизилась к окну и посмотрела во двор. Фарух вышел из кафе, прошел к машине и остановился. За ним следовали те два амбала, что сидели у барной стойки. Затем он быстро обернулся и поднял глаза к окну. Тут я отчетливо поняла, как сильно боюсь. Боюсь представить, что произойдет, если мои догадки окажутся верными. Случайностей все же не бывает. Может, это хорошо продуманный план? Если так, то тогда мне нужно быть начеку. Есть вероятность, что в ближайшее время случится что-то очень плохое.

У Фаруха Паллай южно-азиатские корни. Этому указывали его смуглая кожа, темные волосы и глубокие карие, почти черные глаза, в которых я увидела лишь злобу. На левом запястье заметила браслет из маленьких, круглых бусинок, чередующихся с металлическими фигурками животных: буйвола, слона, тигра и змеи. Вряд ли это говорило о любви, скорее он себя ассоциировал с ними. Все сообщало о том, что с этим человеком лучше не шутить.

Когда Фарух сел в машину, я глубоко вздохнула. И это не был вздох облегчения.


Мое любопытство все же перевесило страх, и я пришла на ужин в кафе. Старалась держаться ближе к Даниэлю или Эми, но успокоиться не смогла. Фарух казался довольным тем, что ему достается так много внимания окружающих.

Все шло хорошо, пока среди гостей не появились двое неизвестных. Вряд ли их интересовало само мероприятие. Они были сосредоточены на том, что среди присутствующих в зале искали кого-то. Заметив Фаруха, гости уверенно направились к нему. Один из них протянул мужчине телефон, и тот несколько минут неотрывно смотрел на экран, а затем мельком взглянул в мою сторону.

Тут по моей спине пробежался холодок. Я спешно отвела взгляд и сделала вид, что разговариваю с Эми. Боже, как же меня трясло от мысли, что сейчас случится нечто непоправимое! В голове то и дело проносились мысли о том, что он все знает. И я часто твердила это про себя, доводя чуть ли не до потери сознания.

Хорошо, допустим, я пойду в полицию и покажу запись – и что тогда? Начнутся допросы и попытки выяснить, откуда у меня это интересное видео. И даже если какое-то расследование начнется, то оно затянется на долгое время. Подтянутся люди со стороны Фаруха, и я стану его мишенью. Потом окажется, что этого видео как доказательства мало или оно вообще сфабриковано. Найдутся сотни причин, чтобы снять с него подозрения и обвинить во всем кого-то другого, так как он из другой страны, и здешний закон ничего сделать не может. В итоге, Фарух на свободе, а я под прицелом. Потому что все видела. И стоит ли тогда вообще начинать все это?

Было ли так необходимо влезать на судно, чтобы украсть? Для чего? Что Димка мог иметь с этого? Явно что-то мог. Он слишком азартен. Беда в том, что я не знала, как поступить с записью. Что делать с этой информацией? Кому довериться?

Было ясно то, что Фарух уже знает правду, потому что увиденное в телефоне обратило его внимание именно на меня. А иначе стал бы он интересоваться мной?

Я решила покинуть кафе и уже почти вышла, но у дверей меня остановил громила. Он встал в проеме, загородив своим большим телом выход. Смотрел так, как смотрит дикий пес на воришку в заборе. Я вдруг представила, как он будет зубами рвать мое тело на куски. В памяти всплыли образы измученных людей и ужасающие кадры. Отчего потихоньку начала паниковать и осматриваться в поиске Эмили.

– Спешите? – раздался за спиной мужской голос.

Я на мгновенье замерла, затем медленно обернулась.

– Мне нужно ехать, – ответила я Фаруху, сжимая кулаки так, что ногти впились в ладони.

– Очень жаль. Я бы хотел пообщаться с вами побольше. Думаю, у нас есть много общего.

– Не сомневаюсь. Я бы с удовольствием осталась и пообщалась с вами, но меня ждет семья, – старалась быть спокойной и уверенной, и даже улыбалась через силу.

– Семья – самое ценное, что у нас есть. Не стану задерживать, – он кивнул на дверь, и пес отошел в сторону.

Оказавшись на улице, я выдохнула. Затем, не теряя времени, решительно направляюсь в порт, откуда еще недавно в страхе убегала. Как и тогда пролезла в лаз в заборе и, оказавшись на территории порта, спустилась с холма к причалу. Прожектора горели не так ярко, слабо освещая территорию. Контейнеров уже не было. Несмотря на неяркое освещение, все же смогла заметить на сером бетоне камешек, что искрился и поблескивал от света. Положив его на ладошку, рассмотрела внимательней. Надо же, какая красота! А после спрятала находку в карман. На траве были пятна чьей-то крови, и я молила лишь о том, чтобы эта кровь не принадлежала Диме. Осмотрелась, сделав один оборот вокруг себя, затем вновь набрала номер друга. Абонент недоступен.

– Где же ты? Что с тобой? – шептала в тишину.

Запахнув края кофты, вернулась к ограждению.

Оставшись дома наедине со своими мыслями, попыталась разобраться в случившемся. Если бы я знала точную инструкцию к этому видео… Но мне было велено сохранить запись и никому не отдавать. Тогда в чем смысл?

В дверь постучали. Я замерла на несколько минут, а затем медленно подошла к двери и прислушалась. Там тишина. Последовал еще стук. Я посмотрела в глазок. Никого. Сползла по стене вниз и присела, обхватив себя руками. Послышались тихие, но быстрые шаги, скрип подъездной двери… И снова наступила тишина. Если раньше такая тишина успокаивала, то сейчас она пугала.

Я даже рассказать об этом никому не могу. Потому что не знаю, что последует дальше.


Рано утром меня разбудило сообщение, высланное с неизвестного номера. В сообщение говорилось о том, что если я попробую сболтнуть лишнего, то окажусь на дне реки. Я вскочила с кровати и замерла на месте с телефоном в руке. Это мог быть только он! Мои подозрения оправдались. Фарух все знает. Мысленно перебрала все возможные варианты спасения. Стояла так минут пять, а затем еще какое-то время нервно бродила из комнаты в кухню и обратно.

Потом прислали видео, которое повергло меня в крайний ужас.

Кто-то с жутким скрипом открыл дверь контейнера и вошел внутрь. Там темно. Слышен лязг металла и чей-то мучительный стон…

И тут мне показали Диму. Он сидел на железном стуле. Руки его заведены за спину и связаны. Все тело в крови и порезах. Он что-то мычал – не разобрать. Опухшие глаза почти не открывались. В кадре появился человек, но лицо его оставалось за кадром. В правой руке мужчина держал револьвер. Он спросил Диму о последнем желании, после чего взял его лицо крупнее. Я задержала дыхание и услышала тихий, дрожащий и прерывистый голос друга, который напевал:

– И ждет тебя… дорога света. Душа заблудшая во тьме. И песнь твоя… еще не спета…

– Твой храм останется во мне, – закончила я, ощущая, как сердце сжимается, и слезы скатываются по щекам.

А затем послышался выстрел.

Прихожу в себя спустя время. Думать больше не было смысла. Были собраны только нужные вещи. Сняты со счетов все деньги. И никому ничего не сообщив, я направилась в аэропорт.


– Куда вы летите? – интересуется милая на вид старушка.

– Не знаю. Хотя не так важно. Главное, чтобы дальше отсюда, – я пожала плечами.

Я и правда не была уверена, куда хочу полететь.

В мыслях всплыло то предсказание, которое посчитала ерундой. Написанное сообщало мне о судьбоносной поездке и о том, что предстоит сложный выбор. Смешно, но я не верю в судьбу и предсказания. Можно ли назвать происходящее пророчеством?

Что такое судьба? Можно ли считать это обычным совпадением? Или же это Промысел Божий? Единственное, что я считала правильным и настоящим – аэропорт и желание скорее покинут это место.

Старушка говорила про какие-то сказочные места, не умолкая, перебирая все страны, в которых побывала сама. Даже если этим местом окажутся дикие джунгли, я буду рада. Возможно, в джунглях будет безопасней, чем здесь.

Спустя несколько минут читаю очередное сообщение. Враг уже знает, что я сейчас в аэропорту! Резко поднимаюсь на ноги и осматриваюсь. Беру багаж и спешу к кассе. На вопрос, куда именно мне надо, я вдруг задумалась.

– Девушка, вы задерживаете очередь, – послышалось за спиной.

– Так вы летите или нет? – задает вопрос кассир, уставившись на меня осуждающим взглядом.

– Дайте, пожалуйста, билет на самый ближайший рейс. Куда угодно, лишь бы прямо сейчас, – быстро проговорила я.

– Вы точно этого хотите?

Я кивнула. Получив долгожданный билет, поспешила на рейс, и всякий раз оборачивалась назад. Раз двадцать, наверное, повернулась, пока шла.

«Ты правильно сделала! Ты молодец!» – успокаивала себя, поднимаясь по трапу.

И лишь спустя несколько минут, когда самолет оказался в небе, спокойно вздохнула.

## Глава 3

Незнакомцы


Выйдя из самолета, я закрыла глаза и вдохнула теплый воздух, который встретил меня сладким индийским ароматом.

Я не сразу осознала, что нахожусь одна в чужой стране и не знаю ничего о ней. Собравшись с мыслями, поехала на поиски подходящего отеля или гостиницы. Нашла маленький отель с красивым видом на город и решила остановиться там.

Войдя в номер, первое что увидела – большой балкон. Всегда мечтала о панорамном окне с выходом на уютную малую террасу. На террасе удобно расположились мягкий шезлонг, низкий столик и цветы в глиняных горшочках.

В ванной комнате на туалетном столике я обнаружила три флакона с ароматными маслами: иланг-иланг, сандал и мандарин. Никогда не покупала ароматические масла. Будоражащий и в то же время расслабляющий аромат заполнил каждый сантиметр номера. Тем самым я позволила себе окунуться в спокойствие на целых полтора часа, забыв о времени и суете.

Позже привезли тележку с легким ужином. Я, облачившись в белоснежный халат, и обмотав волосы махровым полотенцем, вышла на балкон. Уже стемнело. Жара спала. Прежде я не думала о путешествиях или отдыхе на каком-либо курорте. Не из-за того что не было времени, а просто не хотелось. Считала все бессмысленной тратой денег, которых у меня было не так много. Незапланированный прилет в Индию с первой минуты изменил мое мнение. Но это лишь первый день.

Как много звезд на темном индийском небе! Смотреть на это небо хотелось вечность. Я закрыла глаза и глубоко вдохнула. Вот бы эта вечность никогда не кончалась!

– Не хочу терять ни минуты, – вдруг поняла я, ощущая легкую хмель, казалось бы, от обычного кофе с корицей.

Я купила разговорник, дабы начать понимать, о чем говорят местные жители. К счастью этот язык оказался весьма интересным и легким. Позже зашла в местный магазинчик, чтобы сменить свое платье на национальный наряд. Прогуливаясь по берегу моря, нашептывала слова на хинди, смакуя каждое слово. Ощутив ветер на своем лице, закрыла глаза. Он здесь совсем другой: теплый и немного пряный, с ноткой апельсина и острого перца.

Где-то за спиной прозвучало «дзинь-дзинь», и мимо пронесся велосипедист, напевая песню на своем языке. На нем была надета длинная, льняная рубаха и белые тканевые штаны, а на ногах кожаные сандалии. Я проводила взглядом незнакомца и продолжила исследовать ближайший район.

Вернувшись в отель, остаток времени провела в номере, лежа на удобном шезлонге. Смотрела в небо и, насколько это возможно, ни о чем не думала. Где-то звучала красивая музыка, заставляя сердце биться. Биться так, как раньше не билось.

Плевать, по какой причине я оказалась в этом месте, если сейчас счастлива. И не так важно, какую правду или ложь скрываю, если здесь это никому не интересно.

Я подошла к тумбе в коридоре и взяла в руку конверт, который был адресован другому человеку.

– Сара Нойманн… Я где-то уже слышала эту фамилию. Может, родственница того самого Иво Нойманна? Любопытно.

Решила лично вернуть конверт хозяйке. На ресепшене мне охотно сообщили, в каком номере проживает Сара Нойманн. Оказалось, что ее номер находится прямо над моим номером. И как кто-то их вообще мог перепутать?

Дверь открылась, и на пороге возникла светловолосая девушка с удивительно красивыми голубыми глазами и выразительным лицом. И в этих глазах отчетливо читалось раздражение.

– Простите за вторжение. Я нашла конверт на тумбе в своем номере. Видимо, персонал ошибся и…

– Невероятно! Это уже второй раз! Я решила, что его совсем потеряли, – Сара приняла конверт и спешно открыла его. – Gott sei Dank! (Слава Богу!) Вы меня спасли.

– Рада, что все обошлось, – ответила я и медленно направилась к лифту.

Вернувшись в номер, вышла на балкон и облокотилась на перила. Солнце палило, словно сумасшедшее, на небе ни намека на дождь. Я разглядывала дома и прохожих, как вдруг…

Незнакомец стоял, прислонившись спиной к стенке дома напротив. Одна рука спрятана в кармане джинсовых брюк, во второй руке он держал телефон. На нем надета белая майка, и я могла хорошо рассмотреть его широкие плечи и довольно мускулистые руки. Короткие темные волосы слегка растрепаны. Глаза спрятаны под солнцезащитными очками. Он говорил с кем-то по телефону, и тембр голоса казался невероятно притягательным. Я знала, что смотреть на кого-то так долго не очень прилично, но не могла отвести взгляд. Закончив разговор, мужчина опустил очки на кончик носа и поднял голову. До меня не сразу дошло, что его глаза направлены в мою сторону, а когда осознала это, то смутилась. Постояв так несколько минут, незнакомец ушел.

Мирно провести время в сказочной стране – план на ближайшие несколько недель. А потом я исчезну.

Но судьба, похоже, была против такой идеи. У нее на мой счет имелся свой план. Она решила начертить на моей ладони другие линии и повести неведомой тропой туда, куда сама того хотела. Кажется, здесь я бессильна что-либо поменять.


День прошел спокойно, а вот ночью меня обуревали тяжелые мысли. Я решила спуститься в сад, что находился на заднем дворе отеля. Парень на ресепшене проводил меня сонным взглядом до дверей, а затем продолжил свою работу. Войдя в сад, я осмотрелась. Здесь росли разного вида низкие деревья и кустарники. Пройдя дальше, наткнулась на разросшийся куст лаватеры, покрытый алыми бутонами. Я никогда еще не видела столько цветов в одном месте!

Где-то справа раздавались мелодичные звуки – кто-то играл на рояле. Я зашагала по направлению к музыке.

За черным лакированным инструментом сидел мужчина и ловко перебирал пальцами по клавишам. Закончив играть, он посмотрел в мою сторону.

– Простите, не хотела вас отвлекать, – извинилась я.

– Мой сад – моя жизнь, – выдохнул он, а затем добавил: – Древнее индийское изречение. Присоединяйтесь.

Я улыбнулась и подошла к музыкальному инструменту. Провела пальцами по крышке и даже нажала на пару клавиш.

– Не спится? – спросил он. Я кивнула. – Как вам Индия?

– Удивительное место. Сказочное. Я впервые здесь.

– Прилетели отдыхать или по работе?

– Отдыхать.

– Выпьете? – мужчина протянул бокал с шампанским, но я отказалась. – Играете или поете?

– Ни то, ни другое. Я не обладаю таким талантом, как вы.

– А каким талантом вы обладаете?

«Талантом попадать в неприятности» – подумала я.

– Что означает то, что вы сказали?

– К цветку, дереву и саду в целом нужно относиться с терпимостью. Чтобы что-то получилось, нужно терпение, время и старание. Это касается и жизни.

– Хорошие мысли, – улыбнулась я ему, а затем зашептала: – Значит, мне нужно терпение и время, чтобы понять, что делать дальше?

– Кто знает, может вы именно там, где должны быть.

Мое нахождение в саду было недолгим, и вскоре я вернулась в номер. Взяв в руки разговорник, продолжила познавать язык. Легла на кровать и стала наблюдать за тенями на потолке. Они причудливо двигались: туда-сюда, а иной раз просто дергались на одном месте. В комнате было тихо. И в этой тишине вдруг возникла мысль о том, что мне здесь начинается нравиться. Я могла бы остаться…


На следующий день ближе к обеду я встретилась с Сарой в холле отеля.

– Хочу поблагодарить тебя за конверт. Он был очень важен для меня, – заявила Сара, а затем предложила вместе погулять по городу. – Ты в город? Я могу составить тебе компанию, если ты не против.

Я действительно была не против такого знакомства. Обзавестись другом было бы кстати.

– Поверь, отсюда ты вернешься другой, – уверяла Сара.

– Верю, – согласилась я, хотя сама думала над тем, что вряд ли вернусь вообще. – Я не так представляла себе Индию. Многое не совпадает с реальностью.

– Не все способны увидеть красоту в этом месте. Для меня эта страна до сих пор остается загадкой. Хотя сама я чаще приезжаю в Бангалор, так как веду там бизнес.

– Перед отъездом мне довелось познакомиться с одним человеком. Его зовут Иво Нойманн…

– Да, скорее всего тебе посчастливилось познакомиться с моим отцом, – ответила Сара, а потом одарила меня одобрительной улыбкой. – Мир тесен, правда?

– Еще как, – выдохнула я.

После прогулки по знаменитым районам Дели Сара повела меня в кафе на пляже. Открытое помещение не имело окон и дверей – настоящее бунгало. Стены и мебель были сделаны из дерева и тростниковых веток, что, несомненно, сочеталось с окружающей природой. Потолок украшали тростниковые прутья и прозрачные, белые и розовые ткани. Не особо богато, но безумно красиво. Эмили бы понравилось, будь она здесь. Мы заняли столик у окна. Вскоре в кафе стало людно. Сара приятно удивилась, когда на пороге бунгало появились ее знакомые.

Я не внимала, о чем Сара беседовала со знакомыми, тем более что говорили они больше на немецком языке. Мое внимание переключилось на детей, играющих с мячом на песчаном берегу. Извинившись, встала из-за стола и медленно направилась к детям. Зная несколько фраз на хинди, легко нашла общий язык. Остальное время общалась с ними обычными жестами. Удивительно, но жестами общаться было намного легче. С улыбкой на лице я гоняла мяч по золотому песку, смеялась вместе с детьми, не обращая внимания на удивленные взгляды со стороны посетителей. Кто-то смотрел с осуждением, а кто-то улыбался. Позже, устав от игры, присела на песок и вытянула ноги к воде. Прохладные волны приятно ласкали ступни. Один из ребятишек принес мне небольшую ракушку в подарок. Я потеребила его растрепанные волосы на макушке и наградила улыбкой, приняв дар моря из рук мальчугана. Позже ко мне присоединилась и Сара.

– Красиво здесь, – выдохнула я, смотря на закат.

– Magisch! (Волшебно!) – добавила Сара, а затем сразу же продолжила: – В мой первый прилет сюда я была очарована здешними праздниками, яркими красками и танцами. До этого я такое только в фильмах видела. Казалось, что все придумано специально для съемок, а в жизни ничего этого нет. Но затем меня пригласили на фестиваль огней. Тогда-то я и поняла, что ничего реальней и быть не может. Это место запало мне в душу. До сих пор завораживает.

– Похоже, что и я попалась на всю эту красоту, – призналась я. – Начинаю влюбляться тихонько. Может, даже и останусь здесь подольше.

Спустя некоторое время в кафе появились мужчины в национальной индийской одежде. Тогда-то я и узнала, как называется их одежда. Широкие штаны – лунги, а длинная рубаха, обшитая золотыми нитками – курта. На ногах надеты легкие узорчатые сандалии. Один из них бил в бубен. Второй играл на флейте. Эти странные на вид инструменты издавали красивые звуки. Посетители потихоньку оживились. Кто-то встал и начал двигаться в танце, а кто-то, не вставая из-за стола, двигал плечами и хлопал в ладоши.

Каждый танец – это история. Каждое движение – часть этой истории. Танцор, словно рассказывал историю, двигаясь в танце. Движения тела и рук мужчины действительно завораживали. Я не могла отвести взгляд и поверить в то, что тело этого танцора, столь сильного и мужественного, может быть таким пластичным. Его лицо скрывала яркая краска. Тогда показалось, что он смотрел больше на меня, нежели на других в этом зале, будто обращался лично ко мне. Было забавно наблюдать за лицами посетителей. Когда артисты закончили свое представление, все вокруг зааплодировали. Ближе к вечеру мы вернулись в отель и разошлись по номерам, пожелав друг другу спокойной ночи.

Я положила на свою ладонь золотую фигурку в виде божества, купленный на местном базаре, а затем ногтем разделила фигурку пополам, открыла крышечку и посмотрела на то, что лежало внутри. Это был не простой кулон, а тайничок, предназначенный для карты памяти. Взяв в руку телефон, неуверенно набрала номер Эмили, но через пару секунд отменила вызов. Что я ей скажу? Какое оправдание найду своему поступку? Внезапно улетела, ничего не сказав, и за все это время ни одного сообщения, ни одного звонка! Нахожусь в незнакомой стране, не зная языка и традиций. Но я не могу так рисковать, не зная, насколько безопасен будет этот звонок. Что если он ждет именно этого?

Через несколько минут я уже стояла у дверей номера Сары, не решаясь постучать. Хотелось рассказать кому-то о внутренних терзаниях и переживаниях. Поделиться тайной. Прислонилась спиной к стене и глубоко вздохнула. Подняла лицо к потолку и закрыла глаза. Нет, пусть все остается как есть. Теперь тайна – мной темный попутчик. И с этими мыслями, вернулась в свой номер.


Утром я посетила местный кондитерский магазинчик, что находился на площади недалеко от отеля. Я видела, как делают джалеби в фильмах, но никогда не наблюдала за этим вживую. Была и фруктовая самоса, чем-то похожая на жареный пельмень. Кунжутное бурфи (помадка) из сухого молока. Расмалай (творожные шарики) под сливочным соусом. Ладду из нутовой муки с кокосом, орехами и кардамоном. Балушахи – десерт из йогурта с орехами. Здесь же можно было попробовать индийскую халву из манки. Такие сладости не приготовили бы в российской пекарне. Божественный аромат! Пропитавшись этим сладким ароматом, довольная с покупками вышла из магазинчика.

Казалось бы, ни один день здесь не проходит без танцев и музыки. Если вспомнить, как проводят праздники в России, то Индия – лучшее место. Когда мне еще посчастливится принять участие на празднике красок!

На площади стояли палатки, где продавали красящий порошок. Я купила порошок лилового цвета, немного зеленого и совсем чуть-чуть оранжевого. Спрятав пакетики в сумочку, решила, что наполню небольшую баночку и буду вспоминать о проведенных днях в Индии.

Сейчас здесь собралось много разноязычных туристов, которые смело подтанцовывали и фотографировали представление, устроенное местными жителями. Я с интересом разглядывала их улыбающиеся лица. Над головами то и дело появлялись красочные облачка, окрашивая людей разными цветами радуги. Завораживающее зрелище! Я бы тоже присоединилась к ним, но на мне новая одежда и чистые волосы, поэтому просто стояла в сторонке и наблюдала.

Он уверенно вышел из танцующей толпы и, словно в замедленной съемке, направился в мою сторону. Его белая рубашка была окрашена красками. Темные глаза блестели и гипнотически притягивали. На его лице не было ни тени сомнений в том, что он делает что-то неправильно. Мужчина остановился передо мной, протянул руку и коснулся моей правой щеки, а потом и левой. Я замерла на месте, раскрыв рот от удивления. А когда незнакомец исчез в толпе, с трудом пришла в себя. Мое лицо и чистая одежда были испачканы краской, которую трудно отстирать. Сердце бешено колотилось от возмущения. Мои ощущения, которые я испытывала сейчас, имели острый и сладкий вкусы одновременно. Покинув площадь, поспешила в отель. Скинула тунику и выругалась. Сейчас мне хотелось отыскать наглеца и наказать за содеянное. Но позже, успокоившись, улыбнулась. Все же, это было забавно.


В ресторане отеля на ужине я услышала беседу двух человек за соседним столом. Гости упомянули деревню, храм и священную статую, исполняющую желания и дарующую покой. Но лишь верующий мог получить желаемое. До деревни, где находился этот алтарь, добираться долго. Служащий отеля протянул мне листочек с номером телефона, по которому я могла заказать машину. Позвонила, но никто не ответил. Не ответили и через час. Я сильно расстроилась. Как мне добраться до деревни, не зная дороги и языка? Выяснив причину плохого настроения, Сара предложила свою помощь.

Поедая вкусняшки, я внимательно слушала, как Сара говорила о традициях Индии. В Индии много бедных и бездомных, поэтому работу трудно найти, если только ты не из богатой семьи. И если есть опыт в деловой сфере, возьмут не задумываясь. Имея на руках хорошие рекомендации с прежней работы – добро пожаловать!

Выйдя замуж за индуса, нужно быть готовой к тому, что все твое время пройдет дома. Ты целый день будешь заниматься бытовыми вопросами, так как все хозяйство ляжет на твои хрупкие плечи. Знать сотню традиционных блюд и уметь их готовить. А если каждый член семьи любит разную пищу, то суметь приготовить каждому индивидуально. Подносить блюдо с уважением, начиная со старших. Две хозяйки должны ужиться на одной кухне, и это не обсуждается. Носить сари в сорокоградусную жару. И никаких джинсовых брюк! Уметь петь и танцевать, как любая индийская женщина.

Тут Саре пришла удивительная мысль, которую нужно было воплотить незамедлительно. К тому же это было частью некого плана моей знакомой, чтобы вовлечь меня в традиции и культуру Индии.

Трехколесный экипаж, называемый рикшей, остановился у большого одноэтажного дома из белого кирпича. Сара уверенно отворила калитку и вошла во двор. Здесь всюду росли кусты с пышными розовыми бутонами. К дому вела дорожка из красного камня, и кое-где стояли скамейки. Я услышала звон колокольчиков. И чем ближе мы подходили к входу в дом, тем громче звуки становились. Войдя в открытые двери, я изумленно подняла брови.

В центре комнаты танцевала группа девочек разных возрастов. Самой младшей девочке на вид не меньше трех лет, и это не мешало ей двигаться наравне с теми, кто старше. У взрослых девушек на ногах были надеты браслеты с бубенцами, называемые «гунгру», либо «челангаи». Я смотрела на них с улыбкой и восхищением, так как всегда представляла себя на месте этих танцовщиц. Задавалась вопросом о том, смогу ли так же, как они? И почему я не родилась в этой стране?

К нам подошла женщина и сложила ладони перед собой так, словно в молитве. Сара шепнула ей что-то на ухо, и та заулыбалась. Затем я услышала родные русские слова. Хозяйка дома прекрасно говорила по-русски и это радовало. Женщина повела нас в сад и, присев на скамью, стала с интересом расспрашивать. Позже принесли чай. Изумительный аромат чая с корицей и имбирем витал в воздухе и не давал настроению упасть.

Амала позволила мне примерить ножные браслеты для танцев и показала несколько несложных движений. Я стояла в центре комнаты и старалась повторять за ней. Приятная дрожь лилась по телу с каждым ударом ног и взмахом рук под звуки флейты и бубна. Я ощущала себя самой счастливой в эти минуты.

Когда мы покидали школу танцев, Амала сообщила, что нам здесь всегда будут рады в любое время. Сара посмотрела на часы и с ужасом поняла, что не успевает приготовиться к важному вечернему мероприятию.


Ступив на порог небольшого торгового центра, мы разошлись в разные стороны. Меня увлек отдел с большим количеством красивого сари и украшений. Внимание привлекла прозрачная ткань красноватого оттенка с золотой вышивкой ручной работы в виде цветка лотоса. Ткань висела на вешалке таким образом, что позволяла полностью рассмотреть и золотой рисунок, и мелкие бусинки. Касаюсь ткани ладонью и ощущаю ее легкость и воздушность. Взгляд проникает сквозь ткань, и я замечаю человека. Незнакомец стоял напротив, смотрел на меня и медленно подходил, словно крался. Где-то в памяти всплыл образ того мужчины у отеля и на Фестивале красок. И тут я понимаю, что это и есть тот наглец. Уже не похоже на простую случайность. Словно все дороги, по которым я шла, соединялись с его тропой.

Нас разделяла лишь эта прозрачная ткань. Теперь, когда он так близко, ничто не мешало мне оценить его широкие плечи, сильные руки и довольно-таки спортивное и подтянутое телосложение. Его шею украшал кожаный шнур, на котором прикреплена ладанка. В таких ладанках-кулонах мужчины обычно хранили мантры. Я сделала шаг назад и поспешила найти Сару.

Сара решила надеть голубое сари, а для меня она выбрала розовое. Из украшений на нас были только тонкие браслеты на запястьях под цвет наряда. Сара, поправив на моем плече край тонкой ткани, улыбнулась. Я тут же вспомнила Эми, которая тоже покупала для меня наряды и поправляла какую-либо вещь. Но сейчас со мной рядом не Эми, а Сара, ставшая близкой подругой за короткое время. Скучаю ли я? Да, скучаю.


Я вышла из машины и осмотрелась. Во дворе всюду имелись зажженные лампы на подставках, освещающие вишневый сад. В глубине сада, среди кустов с желтыми цветами, красовалась беседка. Дорожка из серого камня вела к входу в ресторан.

Я старалась держаться рядом с Сарой. На пороге в дом край моего сари цепляется за что-то острое, не давая мне пройти дальше. Наклоняюсь, чтобы освободить ткань. На помощь тянется мужская рука, которая с легкостью отцепляет край ткани от гвоздика в дверном косяке. Поднимаю на спасителя взгляд и замираю. И вроде бы сказать что-то нужно, а слов просто нет. Поправив ткань на плече, кивнула ему и уверенно вошла в помещение.

Моя уверенность терялась каждый раз, когда я встречалась взглядом с незнакомцем. Даже держась от него на расстоянии, не могла быть спокойной. Да, он красив внешне, словно актер из индийского фильма. И он вполне мог быть им, что меня почему-то вгоняло в жуткое смущение и замешательство еще больше.

Устав от духоты и тесноты, выхожу из помещения во двор к беседке, что все еще находилось в тени. Здесь меня никто не увидит. Здесь я могу побыть наедине с собой и своими мыслями. Поднимаю лицо к темному звездному небу и закрываю глаза. Легкий ветерок слегка коснулся моего лица. Он принес с собой сладковатый аромат. Вдыхаю, пытаясь понять, чему принадлежит этот чудный запах. Да, это определенно бархатные персики! Нежные и такие ароматные…

– Чай, – внезапно прозвучало за спиной, и я повернулась.

Мужчина протянул мне чашку с горячим напитком.

Я смотрела на него с неким недоверием. Не может быть такого, чтобы мужчина, похожий на индийского принца, решил так просто угостить незнакомку чаем. Я тяжело и обреченно вздохнула. Он точно преследует меня. Повернувшись спиной к нему, продолжила наблюдение за небом.

Согласно планам я должна была держаться от него на расстоянии, но стараясь игнорировать, лишь сильнее подогревала интерес: как свой к нему, так и его к себе.

Незнакомец встал рядом, поставил чашку на толстую деревянную балюстраду и тоже поднял лицо к небу.

Спустя несколько минут начался теплый и приятный дождь. Он словно выжидал именно этого момента и обещал быть недолгим. Но позже послышались далекие раскаты грома, и в небе сверкнула молния.

Я спешно взяла чашку в руки, чтобы капли дождя не попали в чай. Внезапно зажглась гирлянда на крыше беседки, и тут я вдруг осознала, что смотрю на мужчину и не свожу с его лица взгляда. Потому как именно сейчас при легком свете маленьких лампочек, он выглядел совсем по-другому. Наверное, я просто сдалась его напору.

Дождь постукивал по крыше, а мне казалось, что он играл какую-то мелодию. Я поднесла чашку к носу и вдохнула аромат напитка.

– Персик, – догадливо шепчу я.

На что мужчина улыбнулся, словно понял. Затем подошел ближе и рукой указал в сторону сада. Я взглянула туда, куда он указывал, потом вновь перевела взгляд на него и тихо спросила, кивнув на чашку:

– Там персиковый сад?

Он стоял слишком близко. Этого хватило для того, чтобы смутиться и залиться румянцем. Поставив чашку обратно, я вышла под дождь и скрылась в ресторане.


## Глава 4


Узоры хной


Рано утром я и Сара решили посетить местный базар. Зашли к мастеру по росписи хной просто так, ради интереса, а получилось, что остались надолго. Рисунки хной на руке оказались очень сложными, но безумно красивыми. Шутки ради Сара попросила написать на ее ладони имя мужчины, с которым не встречалась, но хотела бы. Я задумалась. Первое имя, что пришло в мою голову – Кришна. Имя известного индийского божества. Я могла назвать любое другое имя, но назвала именно это, считая все не больше, чем забавной игрой.

Смыв хну, заметила, что цвет получился темно красный. Я прекрасно знала, что невесты наносят хну на церемонии «мехенди» за день перед самой свадьбой. И яркий цвет рисунка означал бы счастливый брак с тем, чье имя написано на руке. Но я не выхожу замуж. Каким-то странным образом я стала импульсивной.

Позже Сара повела меня в местную пиццерию. Принесли две небольшие пиццы, которые пахли просто изумительно. К пицце подали три вида соуса: карри, чатни и зеленый из чили и кинзы. Когда вторая пицца была съедена, и в чашках не осталось ни капли напитка, мы покинули кафе.

Пока Сара была на деловой встрече, я не находила себе места в своем номере. Кто он такой, чтобы появляться вот так на моем пути? Путаться в мыслях и заставлять смущаться, когда я этого не хочу! Почему он смотрит на меня своими темными глазами, будто я ему что-то должна? Угощает персиковым чаем в дождливый вечер… Он запал мне в душу, признаю, но это ничего не значит. Я вдруг вспомнила про персиковый сад и, оставив сообщение для Сары, решила найти это место.

До сада доехала на рикше. Вышла у больших, резных ворот, что на счастье оказались открытыми. Осмотрелась и вошла. Здесь, правда, сильно пахло персиками. Вокруг росло очень много деревьев, посаженых в ряд, и ни единой человеческой души, кроме меня. Я шла по тропе вглубь и остановилась у дерева. Потянулась вверх, чтобы сорвать уже созревший персик, а сорвав, коснулась носом бархатной кожицы и вдохнула аромат. Показалось, что время на мгновенье остановилось.

– Аp kaun han?(Кто вы?) – раздалось за спиной.

– Простите, я… excuse me… – решаю говорить со старичком по-английски.

– Турист?

– Можно и так сказать, – выдохнула я.

– Русский? Я мало говорить по-русски. Этот сад не для турист. Частная собственность, понимаешь? Владение Махеш Рао Сингх, – произносит слова он совершенно коряво и не так, но уверенно улыбается.

– Я не знала, простите. Сейчас уйду.

Старичок скрестил руки на груди. Я посмотрела на сорванный персик и не знала, как поступить дальше. В итоге, протянула плод старичку и развернулась, чтобы уйти. Но далеко отойти не успела. Он остановил меня и что-то сказал на своем языке. Этих слов я не разобрала. Перебирала в голове фразы на хинди, которые вычитала в разговорнике вчера, но так и не смога его впечатлить.

– Chalo, – произнес он и велел следовать за ним.

Было неуютно от того, что его внимательный взгляд постоянно за мной следил. Он шел следом, держась на расстоянии, тем самым, заставляя меня изредка оборачиваться.

Вскоре послышался всплеск воды, и я остановилась. Прислушавшись, осмотрелась. Мужчина кивком указал направление и вышел вперед. Он вывел меня к небольшому прудику, в котором росли розовые кувшинки. Рядом с прудом разгуливала пара белых павлинов. Я не могла отвести от птиц восхищенного взгляда. Они и вправду оказались очень красивыми, несмотря на белый цвет. Я стояла неподвижно, наблюдая за ними, и боялась спугнуть. Этот день удался.


– И кто же этот сказочный незнакомец, от которого ты бегала на прошлом мероприятии? – поинтересовалась Сара.

– Я не бегала.

– Так уж и не бегала? Ты обходила его стороной и краснела, стоило ему приблизиться. Я прекрасно заметила, как он посматривал в твою сторону. Вы знакомы?

Я пожала плечами, не зная, как донести до нее информацию.

– Признавайся, – требовала Сара.

– Я не знаю его имени.

– Значит, нужно узнать.

– Ну…

Сара с интересом ожидала, что я скажу дальше. И когда я рассказала, что было на площади, ее рука с бокалом невольно дрогнула. Присев на диван, та всмотрелась в мое лицо.

– Что это значит? Нет, не говори. Я знаю, что это означает. Но вот так просто? – удивилась она.

– Я везде сталкиваюсь с ним. Сначала у отеля. Затем на рынке и в ресторане…

– Ты что, боишься?

– Нет, но мне не по себе от такого. Он же не маньяк, верно? Или…

– Скажешь тоже! – Сара невольно улыбнулась и сделала глоток вина.

Затем вышла на балкон, облокотилась на перила и вдохнула теплый пряный воздух.

– Хочешь ты или нет, но ничто не делается без причины. Ты могла полететь в Италию, Китай или Париж, но прилетела сюда.

– Просто билет на самый ближайший рейс оказался в Индию, – заметила я.

– Намекаешь на случайность? – усмехнулась та. – Возможно, но я считаю, что в это вмешалась судьба. Ты просто не видишь тех знаков, на которые она указывает. Если судьба дает возможность быть счастливой, то почему бы не принять это, а? Иного шанса может больше и не быть. А шансы на деревьях не растут, – тихо говорила Сара.

– Похоже, ты в судьбу веришь, а вот я нет.

Стоит ли принимать от судьбы такие подарки? И как к этому отнестись?

– Почему ты думаешь, что это именно судьба? Все слишком красиво, чтобы быть правдой.

– Боишься довериться?

Я промолчала на этот вопрос, а Сара продолжила рассуждения:

– Покинув Индию, ты будешь жалеть о потраченном впустую времени. Оно пролетит незаметно, и ты не успеешь ничего сделать. Поэтому лови эти моменты и удерживай, пока есть возможность. Ты здесь, в самом красивом уголке мира. Возможно, нам и не стать частью Индии, но Индия уже стала частью нас. Ты сказала, что все слишком красиво? Но как по-другому?! Это Индия! Здесь всегда все красиво.

– Мне трудно поверить в вещи, которые многие называют судьбой. Если бы я верила в нее, то может быть…

– И с такими мыслями ты собралась посетить храм на святой земле? – перебила меня подруга.

Тут я опешила от замечания Сары.


Амала встретила меня у ворот школы с улыбкой. Несколько часов я изучала новые движения и узнала много нового о традициях. На обратном пути прогулялась по набережной и не заметила, как быстро пролетело время. Солнце спряталось за горизонтом и начало темнеть. Чтобы не попасть в какую-либо неприятность на незнакомых улицах, я поспешила вернуться в отель.

– Я получила хорошее предложение от компании Рао Сингха. Точнее, это предложение прозвучало от его младшего сына, что удивило всех присутствующих. Идеальное условие для развития моей компании на этих землях. Завтра утром Махеш Рао Сингх ждет нас на обед.

– Я не иду. Это твоя компания, и я там буду лишней. К тому же, в дом к такому человеку, как Махеш… Точно, нет.

– Ничего не поделать, подруга, мы живем в его отеле. А еще ты гуляла в его саду без разрешения.

– Что? – удивилась я.

– Я иду, и ты пойдешь. Не могу упустить шанс познакомиться с его старшим сыном и дочерью, – говорила Сара по дороге к шкафу.

Открыв его, та начала перебирать платья, но тяжело вздохнув, присела на край кровати и опустила руки.

– Нет ничего из того, что подходило бы для такого случая.

– У тебя полный шкаф этого «ничего», Сара. Мне бы твои проблемы. Вот, идеальное розовое платье. Или это сари… А твой делово костюм? – указываю на одежду.

– Все не то. Без тебя это будет не то, – злилась Сара. – Я обещаю, что мы пробудем там не очень долго. Не знаю, с кем я могла бы еще пойти. У меня здесь нет ни одного друга, с которым бы я куда-либо сходила. Думаю, у тебя тоже нет такого человека, кроме меня.

– А как же твой секретарь, что прилетел с тобой?

– Он только мой подчиненный. Я не могу взять его с собой. Сейчас мне нужна дружеская компания, а не деловая.

И после недолгих мучительных путешествий по уголкам шкафа наконец-то был сделан выбор в пользу темно-синего сари с серебряной вышивкой по краю. Плюс за это время Сара смогла уговорить меня пойти вместе с ней, уверяя, что это пойдет мне на пользу.

Машина подъехала к большому белому дому. Особняк, словно с картинки журнала, был окружен розовыми кустами и пышными деревьями. Имелась и каменная дорожка, ведущая до крыльца, и небольшая веранда. Дворик украшали цветочные клумбы и пара скамеек. Неподалеку разгуливала охрана с большой черной псиной. Да это дворец!

Двери особняка открылись, и на пороге появился высокий, плотного телосложения мужчина. Шею украшал длинный, шелковый шарф золотого цвета. На пальцах рук блестели перстни. Все как положено богатому, серьезному, индийскому бизнесмену. Он улыбнулся нам. Проводил в большую гостиную и предложил присесть на мягкий диван, на котором лежали пять маленьких подушек. Я осмотрелась, удивляясь каждому предмету в гостиной.

– Добро пожаловать в резиденцию Рао Сингх, – прозвучало чуть горделиво, даже с бахвальством.

Послышались звонкие женские голоса. В комнату вошла женщина, а за ней следом и молодая девушка. Я заметила, насколько они похожи внешне. Маниша, дочь Махеша Рао Сингха, задержала взгляд на мне и улыбнулась. Прислуга принесла бокалы и графин с охлажденным фруктовым вином. Я же попросила немного воды.

Вскоре стало неуютно от того, что сидишь на одном месте. Хотелось немного подвигаться, поэтому я встала и медленно зашагала по гостиной, словно по музею, рассматривая вазы и картины. Проходя мимо большого окна, заметила качели на заднем дворе, свисающие на толстых веревках с ветки дерева, и медленно раскачивающиеся от ветерка. Подумав, что нет ничего плохого, если немного побуду в саду, шагнула за порог.

Никогда не возникало такого желания покачаться на качелях как сейчас. Села и начала тихо раскачиваться. Туда-сюда. Забыв о времени. О Саре. Назад-вперед. Мне не обязательно сидеть с ними и слушать то, чего не понимаю. Какой смысл от моего молчания и глупой улыбки? В этом доме я ради Сары. В голове крутилась какая-то мелодия…

Мне казалось, что деревья здесь постоянно зеленые, как российские ели. Я закрыла глаза и запрокинула голову назад так, что кончики волос касались земли при раскачивании. Позже послышались шаги. Открыв глаза, я остановилась. Сначала решила, что мне померещилось, потому что совершенно не ожидала видеть его здесь. Медленно встала на ноги и посмотрела на мужчину, словно кролик на волка. Он приблизился и протянул руку к моим волосам, а я отпрянула назад. Он сделал шаг вперед. Потом еще шаг, пока я не оказалась в ловушке: спиной уперлась в каменное ограждение. Потом закрыла глаза и вжалась в стенку. Убрав травинку с моих волос, он улыбнулся.

– Вы меня преследуете? – еле слышно спросила я.

Мужчина продолжал ухмыляться.

– Кришна, позови гостью к столу, – послышался звонкий голос Салимы.

Он сделал шаг в сторону, пропуская меня вперед. Я прошла мимо него, еле сдерживая напряжение в теле. Кришна шел следом. Значит, он тоже гость в доме Махеша?

Но как оказалось позже, Кришна и есть младший сын, о котором не так много известно. Это меня удивило и разозлило, так как я понимала, что встречаться придется часто. Нужно узнать, что еще принадлежит этим людям. Хотя бы для того, чтобы постараться не посещать те места и больше не пересекаться с семьей Рао Сингх. Я посмотрела на свою ладонь, где ярко и четко написано имя. Как это случилось? Почему именно Кришна, а не какое-нибудь другое имя?

Сара не сразу поняла, что я знакома с Кришной. И если Кришна не скрывал своего интереса ко мне, то я старалась на него не смотреть. Вскоре Махеш с сыном уехали, оставив нас на попечение мамы и Ману.

Расправив плечи, я расслабилась. Начались женские посиделки на большой кухне. Салима учила нас готовить имбирное печенье и правильно заваривать чай с приправами. Казалось, что и ее напряжение куда-то улетучилось, как только мужчины вышли за порог. Веселый смех и звонкие голоса заполнили стены этого большого дома. Спустя несколько минут запахло ароматной выпечкой. В чашках дымился тот мятно-персиковый чай, что напомнил мне о саде. Сделав глоток, я закрыла глаза, ощущая на языке приятный бархатистый вкус.

– Волшебно! – выдохнула Сара.

Как и все остальное, что происходит здесь.

## Глава 5

Дорога в Прасат


Просыпаюсь с ощущением сильной тревоги. Сердце бешено колотится и немного знобит. Прижимаю кулак к груди и тяжело дышу. Сон, приснившийся мне, был кошмаром. Я вдела в нем мужчину в белом костюме и отчетливо слышала выстрел.

Придя в чувства, спускаюсь в холл, и снова звоню водителю, решив незамедлительно ехать в деревню. И вместе с Сарой отправляюсь в Прасат.

И пока мы ехали до места назначения по убитым песчаным дорогам, водитель рассказывал нам истории об этой деревне. Я вслушивалась в слова Сары, которая переводила все, что он говорил, так как я еще плохо знала их язык, но была на половине пути к успеху.

– Дальше не поеду, – вдруг заявил мужчина, остановив машину на развилке.

И остальной путь мы терпеливо шли пешком. На наше появление жители реагировали неоднозначно и подолгу задерживали удивленные взгляды. Я немного испугалась того, что они могли наброситься, украсть вещи или того хуже…

– Чего это они так смотрят? Словно мы с другой планеты.

– Наверное, они не привыкли видеть здесь чужестранок, – пояснила Сара.

Сколько бы мы ни пытались выяснить у жителей о храме, но так ничего и не узнали. Будто жители держали его местонахождение в тайне. Словно он, правда, творил чудеса. В какой-то момент мы решили найти его сами, но только сбились с пути и потеряли дорогу.

– И что же теперь делать? – расстроилась я.

– Не волнуйся. Кто-то все равно встретится нам на пути, и тогда мы попросим у них ночлег, – успокаивала меня Сара.

Я вдруг подумала, что находиться в одном доме с незнакомыми людьми, к тому же в таком месте, не очень-то и безопасно.

Вскоре нам на пути встретились две женщины, и Сара поспешила к ним в надежде, что те окажутся сговорчивее и не откажут в помощи. Женщины объяснили, что храм не принимает прихожан в такое позднее время. И лучше искать ночлег, а не дорогу к храму. Когда Сара попросила помощи с поиском комнатки для ночлега, женщины чуть замялись, переглянулись, но в результате приняли нашу просьбу.

Песок забивался в туфли, доставляя дискомфорт при ходьбе. К тому же от жары начало натирать пятки и пальцы. Изрядно устав, я не выдерживаю, снимаю свою обувь и продолжаю идти уже босиком. Женщине, что шла впереди меня, внезапно стало плохо. Та наклонилась влево, уронила корзину и опустилась на землю.

– Видимо, это из-за жары, – заметила Сара, доставая из сумки бутылку с водой.

Когда женщина пришла в себя, медленно встала и потянулась к ноше, я остановила ее, коснувшись руки.

– Я помогу.

Та смотрела на меня с легким изумлением. Понимая, что это выглядело странно в глазах Сары и женщин, я все же взяла на себя ее ношу. Мне действительно хотелось помочь. И от этой мысли на душе почему-то было радостно и легко. Любая помощь не была бы лишней, даже если тебя здесь считают чужой.

Я уверенно взяла в руки корзину с бельем и сразу осознала, что взгромоздить ношу себе на голову будет нелегко. Тогда мне казалось, что если индийские женщины способны носить на голове подобное, то и мне удастся. С трудом, но все же получилось. Вода сквозь дырочки капала на лицо и на одежду. Хотелось вытереться, но тяжелая корзина не позволяла освободить руки. Я понимала, что стоило мне убрать одну руку, я потеряю не только ношу, но равновесие.

Женщины привели нас к дому, что был больше остальных домов в округе. Я медленно опустила корзину и тут же ощутила сильный дискомфорт в пояснице. Нагнувшись, выпрямиться было уже больно. На пороге появилась хозяйка дома. Ее черные волосы были собраны в тугой пучок на затылке и украшены несколькими цветками. Кремового цвета сари с замысловатыми узорами прекрасно подчеркивало изящную фигуру. На запястьях поблескивали тонкие браслеты. Она задержала взгляд на наших лицах, а затем улыбчиво пригласила войти.

– Прошу, входите.

– Мы приехали в храм, – Сара начала говорить с ней на хинди.

– Вы припозднились. Входите же! – требовательно замахала рукой женщина.

Я перешагнула порог большого дома и оказалась в просторном помещении прямоугольной формы. Это была и гостиная и двор одновременно. Открытая крыша впускала свет максимально много. То есть ее можно было открыть, впустив воздух и солнце, а затем закрыть. Гостиная имела много дверей. Белые стены украшены кувшинами с цветами, картинами и полочками. Каменный пол накрыт узорчатым паласом. На скамейках лежали матрасы и маленькие подушечки. Лишь потом я увидела то, что меня сильно поразило и привлекло больше всего в этом доме. Большие напольные часы в деревянном корпусе с позолоченными детальками. Я не сводила с них свой взгляд и прислушивалась к тиканью. В точности как те, что видела когда-то. Надо же!

– Меня зовут Ила. Присаживайтесь. Я принесу чай и угощенья, – улыбнулась женщина, указала на скамейку и скрылась в одной из комнат.

– Похоже, нам придется остаться здесь на ночь, – заявила мне Сара.

– Не верится, что мы вообще сюда добрались. Ноги просто отваливаются.

– Естественно будут отваливаться! Ты же обувь на дороге оставила и босиком шла. Сумасшедшая!

– Этот дом совсем, как в фильмах, правда?

– Но мы не в кино. И неизвестно, чего ожидать.

– А вот и чай. Угощайтесь.

– Восхитительный запах, – Сара опустилась на мягкий матрас и вдохнула аромат горячего напитка.

Из самой дальней комнаты на инвалидной коляске выехал старичок. Мне показалось, что он был недоволен нашему присутствию. Взгляд его выражал равнодушие и опустошенность.

– Братец, вы?.. Простите.

Ила улыбнулась нам и неспешно подошла к нему. Накрыв его руку своей ладонью, что-то шепнула на ухо. Глаза старика заморгали, уголки рта заметно дрогнули, выражение лица внезапно смягчилось и, кажется, что морщинки на лбу разгладились.

Позже на пороге дома появился священник. Его даже уговаривать не пришлось. Он охотно согласился отвести меня в храм. Сара же решила остаться в доме.

Поднимаясь по ступеням, я ощущала, как мурашки бегут по спине. Смесь волнения, восторга и легкого испуга сжались в груди в комочек. Дрожь утихла лишь тогда, когда я подошла к алтарю и прислонилась к прохладному столбу. Это был самый долгий подъем.

Мой взгляд устремился вдаль. За храмом распростерлись каменные руины, и я отчетливо осознала: все, что я сейчас наблюдаю, это часть одного небольшого городка, что когда-то находился на этом участке земли. Теперь здесь лишь развалины.

Мужчина общался со мной больше жестами, чем словами. Я его понимала, хоть и не всегда получалось. Местные жители смотрели на меня с заинтересованностью. Дети улыбались и трогали мои руки, одежду и волосы. Видимо, чужестранцы здесь нечастое явление. Постепенно мое опасение ушло. Священник вернул меня в дом, и некоторое время провел с нами, общаясь с Илой и ее братом.

Солнце почти село за горизонт, окрасив небо в золотистый цвет.

– Останьтесь здесь на пару дней, – просила Ила, подходя к нам.

Ила, чье имя означало «земля», носила простой наряд, сильно отличающийся от городского стиля. И вела она себя довольно просто.