Наталья Швец
Черная дама Несвижа

© Швец Наталья, 2021

* * * 

Агафья, едва не рыдая от обиды, пулей выскочила из квартиры родительницы, и, не разбирая дороги, кинулась к себе домой. Благо, что идти до ее квартиры следовало минут пятнадцать и за это время можно было немного успокоиться. Однако, против ожидания, прогулка по свежему воздуху не помогла и все потому, что девушка продолжала мысленно вести оживленный разговор с любимой мамулей.

Никогда не думала, бормотала себе под нос, что наступит день, когда перестанем понимать друг друга и только в страшном сне могла себе представить, что причиной серьезной семейной размолвки станет известный в узких кругах, белоснежный кот Марсик.

А ведь ничего, казалось, не предвещало беды. Агафья после работы забежала к матери, испить чайку с вареньем. На самом же задача ставилась иная. Она хотела пристроить кота на время своего отъезда в Несвиж, потому-то и заглянула на огонек. Разговор шел довольно мирно до тех пор, пока не высказала свою просьбу.

Против ожидания мать никак не отреагировала, что показалось странным, и продолжала настойчиво угощать. А когда дочь повторила просьбу, резко вскочила, довольно демонстративно включила компьютер и принялась что-то активно выстукивать на клавиатуре. Пауза затянулась и Агафье пришлось несколько раз кашлянуть. После чего прозвучал неожиданный вопрос:

– Как ты не боишься пускать Лаймона в свою квартиру? Лично я от страха умираю, когда вижу твоего милого приятеля. Просто кровь в жилах стынет!

Следует отметить, что последние слова родительница произнесла совершенно спокойным голосом. Вывод напрашивался сам собой – ничего не боится, но очень хочет изобразить страх. В силу того, что артистка из матери всегда была не очень, сцены ужаса не получилось. О чем было тут же заявлено Агафьей. Однако матушка совсем не смутилась и продолжила:

– Самая жуткая картина, которую довелось увидеть в своей жизни, это когда Лаймон держал Марсика на руках. До сих пор сердце замирает, когда вспоминаю эту картину – оскалившийся вампир и кот с такой же гримасой на пушистой мордочке. Я просто физически ощущаю, как эти два мерзавца накидываются на меня и начинают высасывать кровь.

И матушка довольно картинно передернула плечами. После чего Агафья окончательно убедилась – ломает комедию. Все близкие прекрасно знают: за годы работы в школе у родительницы выработался сильный иммунитет к детским проделкам. А уж то, что вытворяют в двух измерениях эти сомнительные личности, ее и вовсе мало волнует. Не случайно же любит повторять, наблюдая за их выкрутасами: как бы дитя не тешилось, лишь бы не плакало! Но сейчас она явно забыла об любимой поговорке. И Агафья решила напомнить:

– Не ты ли прежде говорила: дети должны шалить. Если тихо себя ведут, значит, приболели!

Она очень старалась сдержаться и не опуститься до банального крика, хотя последнее плохо получалось. Голос постоянно срывался.

– Делаю уточнение, – многозначительно поправила мать, – сейчас речь идет о дурно воспитанном вампире и еще более дурно воспитанном коте.

От всего сказанного у Агафьи окончательно испортилось настроение:

– Скажи, пожалуйста, – строго спросила она, – как вампир, а тем более кот, могут на тебя напасть, если у тебя на шее висит оберег, изготовленный лучшими ведуньями Иного мира?

В ответ услышала спокойное:

– Как? Молча! Клац, и нет меня! Кстати, когда твой любимый кот последний раз оставался на моем попечении, мы, если помнишь, сильно повздорили. Второй разборки мои слабые нервы не выдержат…

На этом месте матушка лицемерно закатила глаза и для вящей убедительности побренчала браслетами, украшавшими ее все еще красивые руки. Агафье просто язык чесался сказать, что тогда Марсик впервые в жизни поступил правильно. Ведь любимая мамочка настолько увлеклась компьютерными играми, что просто забыла его покормить.

Бедному животному, который просто не знал, чем привлечь внимание, ничего не осталось, как перегрызть провода от интернета. Трудно описать, как бушевала мамашка, увидев, что натворил пушистый постоялец. А кто виноват? Но как об этом скажешь, когда родительница принялась перечислять все доставленные неприятности, обраставшие в ее устах все новыми и новыми ужасающими подробностями… К сожалению, в пылу она как-то забыла сообщить, что тогда хуже всего пришлось дочери. Ибо Агафье срочно прервала отдых в любимом Египте и, оседлав метлу, неслась домой…

В родительской квартире ее и верно ожидала интересная сцена. Рассерженная маман стояла у открытого окна и молча тыкала пальцем в сторону соседнего дома, на стене которого красовалось яркое граффити, изображавшее белого кота. Под ним виднелась надпись, написанная с орфографическими ошибками: «Нимедлино покарми катейку!». Стоит ли говорить, что весь перепачканный краской автор произведения стоял на крыше. Он любовался своим творением и сам себе аплодировал. Внизу, задрав головы, стояли соседи и дружно смеялись.

Агафья пришлось вступить в длительные переговоры с Лаймоном. Только было приятель согласился навести порядок, как мать обрела дар речи и поклялась рассказать Дракуле о безобразных проделках представителя его рода:

– Ух, как я порадуюсь, когда тебя отправят в Ледяные пещеры! – угрожающе промолвила она.

Богатое воображение тут же нарисовало ужасную картину – несчастный вампир, замурованный в глыбу льда… И Агафья кинулась уговаривать родительницу не делать этого. А пока прыгала вокруг родительницы, разозлившийся Лаймон подписал свое творение светящими красками, на сей раз грамотно: «Позор людям, которые морят животных голодом!». Сцену дополнял голодный Марсик, орущий на все голоса. Несчастная Агафья металась взад-вперед – от Лаймона к матери, потом гладила обиженного кота, и опять спешила на крышу к вампиру.

Хорошо еще, что мать, видимо, испугавшись общественного мнения, ибо соседи грозились написать заявление в милицию за жестокое обращение с животными, обещала подумать. Но выставила свое условие: в качестве компенсации за доставленное неудобство доставить из зазеркалья молодильное яблочко. На том и порешили…

Зная матушкин характер, Агафья некоторое время дрожала от мысли, что она все-таки выполнит свою угрозу, но ничего не случилось. Кстати, подобное вовсе не означало, что родительница признала свою вину. Скорее всего держала у себя в рукаве историю с граффити в качестве козырной карты которую обязательно использует, когда что-либо понадобится. Вот и сейчас, дабы не возиться с Марсиком, придумала оригинальный повод – клыки Лаймона, которых якобы боится. Да еще и несчастного кота за компанию приписала.

– Подумаешь, обойдусь! – пробурчала Агафья под нос, покидая квартиру родительницы. Говорить громче побаивалась. Неизвестно каким образом, но матери всегда удавалось слышать все, что касалось ее особы. Более того, с годами слух сильно обострился. Так что на всякий случай лучше было возмущаться мысленно. Опять же, вдруг когда-нибудь маман сменит гнев на милость, так что серьезно ругаться смысла не имелось.

Вместе с тем Агафья понимала – мать может упрямиться до бесконечности, а проблему следует решать немедленно. Конечно, Марсика можно на несколько дней пристроить в гостиницу для животных, которых в городе имеется предостаточно. Но она опасалась, причем, не столько за кота, сколько за владельцев «звериного» отеля. Неизвестно, что милый котик натворит, оставшись без хозяйского присмотра. В чем-то мать права – порой любимец, глядя на которого, все приходили в восторг, норовили погладить и прижать покрепче, вел себя просто отвратительно.

Хорошо, если его пребывание в приюте закончится сорванными шторами, а коли удумает сотворить, что посерьезнее? Богатая фантазия хозяйки тут же нарисовала картину – перегрызенные провода; последующее за этим замыкание во всем микрорайоне; злобно кричащие хозяева; приехавшая по вызову аварийная бригада электриков; огромный счет за нанесенный вред и Марсианин, невинный вид которого и скромно опущенная к плечу головенка, красноречиво свидетельствуют – я тут не причем!

– Нет, гостиница для животных явно не вариант, – горько вздохнула Агафья.

От беспомощности готова была, как в детстве, застучать ногами о землю и зарыдать в голос. Желая отвлечься, продолжила мысленный спор с матерью. Она даже не заметила, как заговорила в полный голос.

– Что ты знаешь о настоящем ужасе? – воскликнула в сердцах, остановившись посередине двора.

Прохожие сочувственно посматривали на девушку и переглядывались. В их глазах явственно читалось: бедняжка! Такая молодая и уже безумная! Агафье было наплевать на поставленный ими диагноз. Она торопилась высказаться.

– Самое жуткое, что может быть в жизни, так это рерайт городских новостей! Никогда не знаешь, когда и сколько их придется сделать – одну, две, пять или вообще ни одной! И это еще не все! Весь полученный спам переписать за сорок минут да так, чтобы он стал уникальным и индексировался в Яндексе. Опоздаешь на минуту – о премиальных лучше будет забыть…

Воспоминания о рерайте на некоторое время помогли позабыть о коте. Да и прогулка на свежем воздухе несколько охладила пыл. Но зато перед ней во всей своей красе предстала маман. На этот раз родительница была облачена в нарядное сари голубого цвета с золотой окантовкой. Позвякивая дорогими браслетами, родительница строго произнесла:

– Не нравится – не работай!

Произнеся эти слова, матушка взмахнула рукой и мгновенно растворилась, словно ее и не было.

Рот у Агафьи открылся сам собой. И это говорит человек, который сам ни дня не сидел дома? Даже в декретном отпуске по уходу за ребенком, то бишь за ней, находилась всего два месяца, а потом перепоручила воспитание бабушке Агафье Первой. Однако неожиданное ее появление помогло обрести способность трезво рассуждать. Кот отошел на задний план. А что если и впрямь уволиться и посвятить себя только охране Тайных врат? В принципе, прекрасно обошлась бы без работы в своем информационном агентстве. Пусть за должность Хранительницы особенно не платят, зато времени будет на порядок больше.

Что же до денег, так их прекрасно можно заработать гаданием или астрологией, имелось бы желание. Но она прекрасно знала – не сможет уже жить по другому и не потому, что стыдится прослыть бездельницей. Просто выглядеть в глазах окружающих обычной смертной, а самой владеть тайнами Сокровенного и вести вторую, неизвестную для всех жизнь, куда увлекательнее…

* * *

После короткого общения с матушкой на уличном переходе девушка окончательно пришла в себя и приказала себе немедленно забыть о своих проблемах. Тем паче, что в ближайшее время ей предстоит заняться спасением человечества. Итак, с котом все понятно. Его, что совершенно очевидно, впервые придется брать с собой в поездку. А вот как быть с вампиром? Ничего нового родительница не сообщила. Порой она и сама готова была пристукнуть приятеля чем-нибудь тяжелым по голове.

Лаймон жутко надоел своими выкрутасами, от которых порой уставала куда сильнее, чем от проделок Марсика. Граффити на фасаде смотрится куда безобиднее, чем его появление в ресторане, куда Агафья пришла на свидание со своим очередным поклонником.

Лаймон возник ниоткуда, чем сильно удивил не только молодого человека, но и ее саму. Уселся за стол, подозвал официанта, с наглым видом заказал себе самые дорогие блюда и бутылку коллекционного красного вина за тысячу евро. Подобное можно было бы пережить, если бы не дальнейшие действия. Отхлебнув из бокала глоток, Лаймон, омерзительно щелкая клыками, вдруг объявил, что является незаконно рожденным сыном, сидящей рядом с ним девушки. Бойфренд мгновенно впал в ступор и растерянно пролепетал:

– Это же сколько ей лет было, когда она тебя на свет произвела?

Недолго думая, вампир брякнул:

– Двенадцать!

– А сколько же тебе лет? – продолжил допрос немного осмелевший поклонник.

– В прошлую субботу разменял полтора века, – с гордостью объявил вампир.

Подобного издевательства Агафья выдержать не смогла, хотя изо всех сил старалась вести себя спокойно. Пока молодой человек пытался понять, что означают слова наглеца, она резко вскочила с места и двумя пальцами вцепилась вампиру в ухо. На беду, в этот момент, что обычно происходило в минуты сильного раздражения, ее ногти сами собой превратились в звериные когти, чем привели поклонника куда в больший ужас, чем клыки Лаймона. Он попросил официанта немедленно принести счет и навсегда исчез из ее жизни.

Агафья готова была убить мерзавца, который радостно посмеивался:

– Надо же, честным оказался! Знал, не стал бы устраивать такую проверочку!

Стоит ли говорить, что больше всех, узнав об этой истории, возмущалась матушка, без устали повторявшая:

– Негодяй!

Что, по крупному счету, соответствовало действительности.

Тут следует отметить такой важный факт: матушка была удивительным человеком. Официально особыми магическими талантами родительница не обладала. Однако Агафья прекрасно знала: при случае может без проблем попадать в зазеркалье, что простым людям не позволялось. Более того, ей разрешалось присутствовать на заседаниях Совет Посвященных и даже высказывать свои предложения.

Но, как ни странно, жизнь Иного мира, который посещала довольно неохотно и крайне редко, ее мало интересовала. Мать постоянно твердила: после этих визитов чувствует себя разбитой и удивляется правителю Тха, который всегда спокоен и выдержан. Неожиданно для себя, видимо, еще не отошла до конца от неприятного разговора, Агафья вдруг впервые призналась себе: порой и сама устает от общения «по ту сторону», особенно, когда приходится выступать в качестве третейского судьи во время ссор чеберейчика Аланчика и вампира Лаймона.

Недавно, когда они опять отчаянно ругались, толстенький Аланчик, подпрыгивал на месте и рассерженно клацал зубами, желая укусить оппонента. Его маленькие черненькие глазки и превратились в узкие щелочки и утонули в румяных щечках. В свою очередь вампир оскалил два верхних острых клычка, а густой рыжий волос, что, кстати, аномалия для представителей данного племени, стал дыбом. Узкое бледное личико при этом покрылась глубокими морщинами и стало похожим на героя из какого-нибудь американского фильма ужасов. Со стороны сцена смотрелась жутко. Поэтому она попросила:

– Всем немедленно убрать зубы и закрыть рты!

Как и следовало ожидать, ее слова остались гласом вопиющего в пустыне. Более того, вампир оскалился еще больше и принялся громко смеяться. В итоге, Агафья не выдержала и сама рассмеялась, а вот Аланчик окончательно обиделся и пообещал никогда с ними не разговаривать…

Надо сказать, до знакомства с вампиром не представляла, что среди этого унылого племени есть такие весельчаки. Приятель обожал анекдоты и постоянно их рассказывал. Порой удивлялась, когда понимала, сколько баек вмешается в его огненной головушке. Кроме того, он любил смотреть старые советские комедии, особенно, где режиссером выступает Леонид Гайдай. Все ее смертные подруги находились в полном восторге от общения с ним и тихонько спрашивали: «Где ты с таким прикольным парнем познакомилась? Почему ты его от нас так долго скрывала?»

Но стоит ему улыбнуться, отношение тут же резко менялось и они принимались испуганно просить: «Немедленно отправь его к стоматологу!» В ответ Лаймон специально поддергивал верхней губой, которая обнажала верхние острые резцы. Казалось – миг и они окажутся у горла собеседницы. Приятельницы вскрикивали и теряли к нему навсегда интерес.

Впрочем, из личного общения с этим племенем, Агафья давно уяснила – не такие уж они кровожадные. Первое и главное правило в общении с ними довольно простое: не бояться. Именно страх делает человека слабым и беспомощным. Следует рассчитывать только на саму себя. Ибо только глупец думает, что ожерелье из чеснока, святая вода, серебряные пули спасут от нападения вампиров. На самом деле, если темные силы поставили перед собой задачу погубить объект, только сила духа станет надежной защитой.

Агафья еще в детстве поняла: непохожесть вампиров поначалу пугает и, что, вполне естественно, отталкивает. Дело даже не в их патологической боязни яркого солнечного света, острых клыках и бледной коже. Причиной является закрытость и необщительность. Только очень узкий круг знает: вампиры умеют любить, страдать, радоваться.

Есть среди них уникальные особи, готовые в любой момент придти на помощь. Агафья очень гордится дружбой с этими мрачными героями, которые довольно часто приходили на помощь в трудные минуты. К слову, представители самой высшей касты вампиров, пройдя несколько этапов перерождений и, достигнув совершенства, предпочитают питаться не человеческой кровью, а его энергией.

Именно они способны лишить жизни смертного на счет «раз-два-три». Более того, ей самой в сложных ситуациях довольно часто приходилось использовать приемы, которым некогда тайно обучил граф Дракула. Одно скрыл от своей ученицы великий вампир – не посвятил, что следует сделать, если вдруг кому-то придет в голову идея вселится в ее собственное тело. Будем надеяться, обычно успокаивала себя Агафья, что Дракула не захочет завладеть моей сущностью, если случайно покажу свою слабость.

Порой она проводила параллель между зазеркальем и реальностью и приходила к выводу – к сожалению, подобное наблюдается в обоих измерениях. Никому и никогда нельзя показывать своих слабостей, кем бы не являлся твой противник. Не случайно Тха принял решение разделить два мира – реальный и магический. Останься они жить вместе, совершенно очевидно, что в один прекрасный момент просто уничтожили бы друг друга. А так мирно существуют и развиваются.

* * *

Агафья остановилась и несколько раз глубоко вздохнула. За всеми этими размышлениями она как-то забыла о правиле «Не буди лихо, пока оно тихо». Особенно, если начинаешь думать о Лаймоне. Зная, что приятель имеет способность мгновенно материализоваться, Агафья на всякий случай несколько раз сплюнула через плечо.

Надежда, конечно, слабая, но вдруг поможет. Встречаться с вампиром сегодня никак не хотелось. После разговора с матерью настроение сильно испортилось и желания тратить время на пустые пререкания не имелось. В ушах по-прежнему звучало категоричное: «Разбирайся со своим Марсиком сама!». По мнению Агафьи, подобное высказывание смело можно оценить как предательство. Ведь прежде мама, по крайней мере, так всегда казалось, любила котика и даже называла его совершенным красавцем!

– Ну просто сил нет, как это все надоело, – бормотала себе под нос Агафья, оказавшись в своей родной квартире, – спасай тут человечество, отдувайся за всех, а когда тебе помощь требуется, никто даже руку не протянет! Если мать родная отказывается, то что тогда говорить о людях в целом!

По счастью, Лаймон не возник. Зато появился другой непрошеный гость – фантом, ставший в последнее время ужасно самостоятельным и возникающий без какого-либо ее участия в самый неподходящий момент, чем порой жутко пугал случайных свидетелей. В результате, приходилось откровенно врать о приехавшей из деревни младшей двоюродной сестре.

Некоторые изумлялись столь потрясающему сходству, ахали и восклицали: породу видать сразу! Агафья поджимала губы и высоко вскидывала брови: причем здесь порода!? Мало ли какие чудеса генетика выдать может?! Сколько раз предупреждала двойника – не смей появляться без приказа!

Да где там! Разве ее кто слушает! Даже швабра, на которой летала безлунными ночами, и та постоянно проявляет самостоятельность. Сейчас она вдруг выскочила из своего угла и довольно бодренько принялась носиться по квартире. Хорошо, что ее хозяйка пребывала в одиночестве. Ибо если присутствие фантома еще как-то можно было объяснить, то ожившую швабру нормальному человеку представить сложно.

У обычных людей сей предмет используется для мытья полов в помещении. В доме Агафьи, от долгого общения с обитателями Иных миров, швабра внезапно ожила и научилась передвигаться самостоятельно. Более того, в самый неподходящий момент могла вздыхать или тихонько хихикать.

К счастью, говорить не научилась, иначе секреты Агафьи стали бы достоянием общественности. Когда у хозяйки случается лирическое настроение и она принимается рыдать от жалости к себе и обиды на окружающий мир, швабра всегда оказывается поблизости. Подбегает и начинает подпрыгивать на месте. Обычно это означает приглашение к полету над спящей Москвой. Естественно, подобное предложение всегда принимается с огромным удовольствием… Агафья, мгновенно забыв хандру, лихо седлает свою деревянную подружку и с громким гиканьем носится по ночному небу. Состояние от полета непередаваемое! Прохладный ветер приятно обдувает разгоряченное тело и уносит прочь дурное настроение…

Надо сказать, что за свою недолгую службу на должности Хранительницы Тайных врат у нее собрался целый арсенал различных летательных аппаратов. Естественно, первой в этом списке по объективным причинам значится швабра, сделанная собственноручно в школьные годы на уроке труда. Затем следует обычная метла, которую презентовала наставница, ведунья Злата.

Подарок был вручен в честь успешной сдачи курса на знание истории Иного мира. В тот момент, когда Злата дарила свой презент, Агафья не удержалась и захлопала от радости в ладоши…

Метла, сделанная из ореховых прутьев, а вместе с ней еще несколько предметов, оказались тем немногим, чем Агафья при желании могла воспользоваться в реальном измерении. Она безумно гордилась доверием, оказанным Тха. Не каждой Хранительнице, даже прошедшей все испытания, разрешалось брать с собой в мир людей магические предметы. Агафья в этом плане стала редким исключением.

Тха и Посвященные не сомневались – Кодекс Сокровенного нарушен не будет и она зазря подарками не воспользуются. Знала об этом и наставница Злата. Именно ей еще до рождения Агафьи правитель Тха поручил первой встретить новую Хранительницу. При этом он несколько раз повторил:

– Смотри, не пропусти девицу!

Опытная Злата немного надменно заявила:

– Мимо меня муха не пролетит, что уж говорить о маленьком человеческом детеныше!

– Как знать, как знать, – ухмыльнулся в седую бороду Тха, – если верить предсказанию, этот, как ты говоришь, детеныш, обладает силой, что никому из нас и не снилась.

Злата передернула плечами и пообещала: едва нарушительница переступит границу, тут же притащит ее за руку во дворец к правителю. Естественно, маленькая Агафья, которая случайно открыла Тайные врата, спрятанные в старом бабушкином зеркале, обо всех разговорах не ведала. Любопытная девочка довольно долго проникала в зазеркалье, спокойно разгуливала и даже умудрилась совершить несколько подвигов. Когда правитель Тха узнал об ее приключениях, то схватился за голову и закричал в сердцах:

– Грош и цена всей нашей системе защиты, коли ребенок смог ее обойти!

Потом немного успокоился и произнес задумчиво:

– Одно успокаивает – это необычный ребенок!

Члены Совета согласно закивали головами. В принципе, они никогда не спорили с Тха. К чему? Так всем будет спокойнее. Главное, что все дождались великой Хранительницы, и теперь можно спокойно вздохнуть и заняться своими делами.

С первой минуты общения с зазеркальем Агафья решительно и бесповоротно полюбила новый мир, где сказки, легенды и мифы стали реальностью, переплелись в одно целое и мирно сосуществовали друг с другом. Здесь можно было встретить сатира, мирно разгуливающего под руку с кикиморой; Лешего, весело отплясывающего на вечеринке у нимф; толстячка-чеберейчика, пришедшего в гости к дриаде. С цветка на цветок перелетали эльфы-писксики, а в высоких горах злобно ухали тролли…

Все племена, обитавшие в Ином мире, так сразу и не перечислишь. Агафье понадобилось несколько лет, дабы разобраться во всех этих тонкостях и с первого взгляда распознавать друзей и врагов. Это оказалось очень сложно, ведь в открытое противодействие, по крайней мере с ней, здесь никто не вступал. У всех на лицах были приветливые улыбки, а с губ лился мед. Каково же было разочарование, когда оказывалось, что тот, с кем мило общалась, собирается уничтожить тебя специально подготовленными по этому случаю заклинаниями. Никто из окружения, кроме, естественно, матери, даже не подозревал, какие трудности выпадают на ее долю.

В детстве друзья считали Агафью гордячкой, учителя сетовали на замкнутость. Родительница обычно пожимала плечами и посмеивалась – меньше болтаешь, дольше проживешь. Что же до самой Агафьи, то девочка в ответ на все замечания, обычно мило улыбалась и слегка приоткрывала рот. Подобное делало выражение ее лица ужасно глупым и у всех, особенно педагогов, мгновенно пропадало какое-либо желание учить жить правильно…

Самой собой она становилась лишь в Ином мире, жаль только, что время пребывания там мать строго ограничивала. Поначалу Агафья злилась, но с возрастом поняла – это делалось для ее же блага. Благодаря столь строгому контролю, научилась нормально существовать в обоих измерениях. Если честно, она так и не смогла до конца разобраться, где больше содержится этой самой реальности – в том мире, который скрывается за потускневшей поверхностью старого зеркала и где живут удивительные существа, или же здесь, где проходит ее обычная жизнь?

К тому же, в этих двух мирах имеется много общего. Как среди людей, так и среди народов зазеркалья, присутствовали особи, возжелавшие власти, могущества, богатства. Они, не задумываясь о последствиях, старались достичь желаемого любыми путями. Порой люди, вступая в союз со злыми силами, пытались проникнуть в Иной мир и завладеть тайнами Сокровенного.

Агафья прекрасно понимала – человек несовершенен и вместе с тем амбициозен. Он никогда не задумывается о последствиях, к которым могут привести необдуманные поступки. Ну, подумаешь, пустил в свое тело дракона и заключил с ним сделку?! Почему не рискнуть душой ради злата и серебра? Ведь на них можно купить все! Есть или нет душа, еще требуется доказать, а сокровища вот они! Нужно только протянуть руку… Молодая Хранительница надеялась, что представители рода человеческого когда-нибудь образумятся и прекратят экспериментировать со своей сущностью. Да только сей счастливый момент никак не наступал.

Глупцы, злилась девушка, есть вещи, которые не покупаются и не продаются. Но если поступки людей можно было хоть как-то понять, списав все на слабость разума, то поведение обитателей Иного мира вовсе не поддавалось никакому разумному объяснению.

Ведь они от рождения знали – нарушителей законов, установленных великим Тха, ожидает суровое наказание. И все равно грешили. Обычно после двух-трех показательных процессов в зазеркалье наступало затишье. Зато в мире людей ничего не менялось. Довольно часто Агафья задавалась вопросом – откуда среди смертных появилось столько экстрасенсов, медиумов и провидцев, если границы столь крепко закрыты? Обычно Тха смеялся, когда Агафья после просмотра различных шоу по ТВ принималась сетовать на отсутствие каких-либо талантов у этих, так называемых, «ясновидцев».

– Больше всего огорчает, – жаловалась она правителю, – что в этой армии так называемых кудесников нет того, с кем могла бы отправиться в ночной полет!

– Что поделать, – произнес Тха, – раз выбрала себе путь Хранительницы, не жалуйся!

– Я и не жалуюсь, – пробурчала в ответ.

А потом довольно резко добавила:

– В кои века поделилась переживаниями и вместо сочувствия в ответ получила полное отсутствие понимания!

Правитель мгновенно сделал вид, что его интересует бархатная обшивка кресла, в котором восседал после традиционной чашки вечернего чая, и принялся старательно очищать ее от несуществующей грязи. Агафья вздохнула и поняла – здесь сочувствия не дождется и в полном одиночестве отправилась в долгий ночной полет. Только это было способно ее успокоить.

* * *

Летать Агафья очень любила. Со временем у нее собралась целая коллекция различных летательных аппаратов. Практически сразу, вместе со шваброй и метлой, подаренной Златой, в арсенале появилась ступа с подогревом, которую в начале ее карьеры Хранительницы Тайных врат в благодарность за спасение внучки преподнес Леший. Правда она поначалу категорически отказалась принимать этот дар.

Лишь после долгих уговоров и вмешательства самого Тха, ведь предмет сей, даже по мерках обитателей Иного мира считался вещью довольно ценной, она согласилась принять презент. Высокая стоимость ступы объяснялась вовсе не тем, что была сделана из особо ценных пород дерева, хотя и это имело место быть.

Просто ступа требовала постоянной подпитки живой энергией, а желающих отдавать ее особо не наблюдалось. Для первой подзарядки Леший использовал свою, после чего недели две валялся без сил в избушке. Потом вызвалась помочь подруга Кикимора и маленькая Лешачка. Надо отметить, что у них процесс восстановления прошел довольно быстро. Однако до бесконечности подобное продолжаться не могло… Смотреть, как друзья мучаются, было выше сил. Требовалось искать какие-то новые варианты.

Кстати, по мнению Агафьи, именно необходимость постоянно проводить подобную процедуру и породила различные ужастики о том, как Бабки-Ежки едят случайных путников, появившихся на пороге их избушки. На самом деле лесные ведьмы просто забирали у путешественников энергию, столь необходимую для полетов.

Оставшись без питания, ступа довольно долго стояла без дела на лоджии ее московской квартиры. Неизвестно, сколько бы времени летательный агрегат пылился, пока Агафья случайно не обнаружила, что его можно заряжать обычным аккумулятором для автомобиля. Об этом открытии было тут же доложено великому Тха, который пришел в нескрываемый восторг от полученной информации. Однако едва предложила наладить поставку подобных зарядных устройств в Иной мир, воспротивился.

– Зачем тогда, – вопросил правитель, высоко подняв кустистые брови, – было принимать запрет на использование в Ином мире человеческих открытий? К примеру, мобильного телефона или телевизора?

– И, правда, зачем? – недоуменно повторила Агафья, но спорить не стала.

Появись в Ином мире с мобильником в руках, ее бы оттуда мгновенно изгнали, обвинив в лености и нежелании вступать в контакт при помощи телепатии. А предстань она среди смертных в плаще Хранительницы да еще и с волшебным жезлом в руках, сочли бы за сумасшедшую. Куда не кинь – всюду клин…

* * *

Ступа оказалась довольно удобным средством передвижения, особенно в холодную погоду. Благодаря установленному в днище подогреву, девушка не мерзла в полете, а метла или швабра в руках позволяли развить хорошую скорость. Теперь любые расстояния перестали быть проблемой. Она могла преодолевать их в считанные часы.

Впрочем, одна проблема все же осталась и заключалась она в хранении. Если старое зеркало, служившее вратами в Иной мир, в городской квартире порождало только восторг у всех, кто бывал в гостях, то исписанная рунами ступа вызывала откровенное недоумение…

По счастью, у Агафьи нашлась верная помощница – подруга Ольга Шпагина, имевшая врожденные способности к колдовству. На лбу подруги был начертан невидимый для простого глаза отличительный знак. С его помощью подобные Агафье могли находить среди людей своих союзников. Таких в мире смертных имелось немного и для нее стало огромной удачей встретить Ольгу, или, как ее ласково называла «Шпажку».

По всей видимости, в прошлом кто-то из колдунов Иного мира хорошо поразвлекался в мире людей с кем-то из ее прабабушек. Нельзя сказать, что приятельница владела мастерством в совершенстве, но с первого раза на твердую «тройку» самому Тха сдала экзамен…

К великому сожалению, Ольга не могла свободно переходить из одного измерения в другое и знала не все заговоры. Тем не менее, ей было открыто многое. А, самое главное, что более всего ценила Агафья, подруга всегда придерживалась Кодекса Сокровенного и свято соблюдала изложенные в нем правила, главным из которых было «Не навреди ближнему своей магией».

Именно подруга предложила Агафье использовать для хранения ступы сарайчик, установленный на ее приусадебном участке в деревне Ревякино. Кстати, отправляться в полет с огорода оказалось куда удобнее, чем с лоджии седьмого этажа современной многоэтажки. Хотя бы потому, что Ольгина деревянная избушка, на стене которой была прибита табличка «Памятник архитектуры XIX века, охраняется государством», позаимствованная с какого-то старинного особнячка, снесенного в центре Москвы, находилась на окраине деревни. Ее соседи, постоянно занятые хозяйством, не обращали внимания на то, что творится на соседнем участке, граничащим с лесом.

Естественно, ни один нормальный человек в современном мире никогда не поверит в существование летающей метлы, ступы, и уж тем паче экзотического ковра-самолета. Надо сказать, что даже Агафья долгое время считала последнее выдумкой, ибо сама никогда его не видела. Так было до тех пор, пока по приглашению джинна, с которым познакомилась во время отдыха в Крыму, не побывала в жарком Египте.

Именно там впервые опробовала летающий ковер. Надо сказать, полет настолько не понравился, что девушка дала себе слово никогда больше им не пользоваться. Вопреки ожиданиям, все получилось не так, как хотелось. Мало того, что пришлось неоднократно использовать этот вид транспорта, так еще и получила его в собственность.

* * *

Памятное событие произошло во время отдыха в Тунисе.

После осмотра развалин древнего Карфагена, которые на Агафью не произвели никакого впечатления, группу туристов, в числе которых находилась и она, в рамках программы поддержки малого предпринимательства завезли в небольшой магазинчик при местной ковровой фабрике. Встречающий на пороге доброжелательный менеджер в надежде, что кто-нибудь купит дорогой сувенир, принялся демонстрировать различные образцы продукции.

Надо признать – среди них имелись довольно неплохие экземпляры. На одном из них Агафья даже попозировала для фото на память – поваляться на белой мохнатой поверхности настоящего берберовского паласа оказалось огромным удовольствием. Правда, купить категорически отказалась. Сама мысль тащить тяжелую ношу показалась ей ужасной. Но, как говорится, не нами написано, не нам переписывать.

С хитрой улыбкой менеджер привел всех в небольшую комнату, где за древним деревянным станком сидела такая же древняя старуха в черном хиджабе. Бабуля с готовностью открывала всем желающим технику ручного ковроткачества. Со стороны процесс смотрелся очень просто – за один местный динар проводился мастер-класс по завязыванию ковровых узелков на готовой основе. Затем на память об уроке, на запястье одевалась цветная шерстяная нить.

Туристы с огромным удовольствием выстроились в длинную очередь и, выпучив глаза, с удивлением наблюдали за ловкими руками старушенции, которая на глазах создавала чудо. Увидев, как ловко мастерица справляется, гости восторженно цокали языками. Агафья не осталась в стороне от общего действа, приготовила динар и терпеливо ожидала своей очереди. Как ни странно, на тот момент больше всего ее волновало какого цвета нитка окажется на руке. Почему-то очень хотелось, чтобы желтая. Ведь этот цвет, как известно, дарит радость.

С готовностью подхватив предложенную монетку, бабулька вцепилась сухонькими ручонками за рукав ее широкой летней рубахи и что-то требовательно крикнула. Молодой переводчик вырос будто из-под земли, но вскоре выяснилось – пользы с него чуть. Старушенция быстро сыпала арабскими словами, перемешивая их берберским наречием, разбавляя фразами на каком-то неизвестном языке. Он растерянно хлопал глазами, не успевал переводить, но зато успевал расхваливать ковер, который притащил откуда-то из задних складов магазинчика. В том, что его не имелось на витринах предприятия, сомнений не имелось. Подобную красоту заметила бы сразу.

Поначалу Агафья упрямо твердила – ковер покупать не буду! Он мне не нужен! Но потом вспомнила правило – все должно иметь смысл. Следовательно, в этом странном разговоре он также должен иметься.

В конце концов, деньги за ковер просились небольшие – всего 50 американских долларов. Местная валюта в расчет не бралась. Она глубоко вздохнула, что делала всегда, когда требовалось сосредоточиться, и принялась рассматривать предложенный ей товар.

Более того, едва прикоснулась пальцами к поверхности, сразу поняла, предлагают купить нечто необычное. Было очевидно, что к его производству руку приложил удивительный мастер и это явно была не бабуля, и уж тем паче, не современные ковроделы. В маленьких цехах с допотопными станками или на крупных фабриках, где работа поставлена на поток, подобного чуда создать просто невозможно.

По голубому полю среди огромных цветов порхали дивные птицы с ярким оперением и причудливыми хвостами… Присмотревшись, Агафья не скрыла своего изумления: подобные особи водились лишь в Ином мире. Последнее красноречиво свидетельствовало – мастер там неоднократно бывал, а, может, и вовсе жил. Но не это больше всего поразило Хранительницу. Уникальность ковра заключалась в том, что он умел летать и продемонстрировал свои способности. Просто удивительно, что никто из группы не заметил, как ковер легко воспарил на полметра над полом и тут же опустился.

Несмотря на то, что о коврах-самолетах слышали многие, их мало кто видел в Ином мире. Из разговоров знала – на производство ковров-самолетов обычно уходит несколько лет. Во время процесса от мастера-мага требовалось запастись терпением и твердо соблюдать все правила, особенно, когда речь шла о чтении заклинаний. Их следовало произносить в определенное время суток и при определенной лунной фазе. Все это должны были высчитать астрологи.

Рисунок ковра-самолета обычно выбирался заранее с учетом характера будущего хозяина. Судя по всему – сей товар делался конкретно для нее. Красноречивым подтверждением тому служило ее имя, вытканное в уголке мелкой арабской вязью с русским переводом. Задумываться над тем, кто решил всучить за ее же деньги предназначенный ей высшими силами дар, не стала. Где-то на подсознании понимала – постарались друзья-джинны, которые во всем и всегда искали выгоду.

Для приличия поторговавшись немного и, сбавив цену до 40 долларов, Агафья полезла за деньгами. Бабка была счастлива и кинулась целовать руки, чем поставила в довольно глупое положение перед всеми остальными туристами.

– Дорогая ханум, – кричала бабка, – спасибо тебе, что облагодетельствовала старуху на старости лет и достойно оценила ее мастерство! Долгих лет тебе жизни!

А потом, стрельнув по сторонам маленькими острыми глазками, быстро прошептала на языке, который был в принят у обитателей Иного мира:

– Ты мне еще благодарна будешь, когда пойдешь свои подвиги совершать!

От изумления Агафья на миг лишилась дара речи, на джиннию и тем более красавицу пери, мастерица явно не тянула; а когда вновь обрела способность говорить, бабки рядом уже не было… Зато с глупой улыбкой возвышался переводчик, который не переставал кланяться и трещать на плохом русском. Как и было обещано, ковер упаковали и привезли прямо в аэропорт. На этом хорошее закончилось.

Свой паскудный характер ценный товар показал сразу. В самолете он умудрился вывалиться из багажного отделения и устроил гонки с лайнером, чем привел в изумление всех пассажиров, а командира экипажа едва не довел до психиатрической больницы. Увидев странного спутника, он начал возбужденно тыкать пальцем в окно самолета и кричать:

– Вот оно, НЛО!

Агафье пришлось сильно потрудиться, дабы все свидетели события решили, что самолет преследует глупая птица. Она до сих пор не может понять, как ей поверили. Ведь летели на высоте, куда ни одна пернатая не поднимется. Дальше-больше. Вскоре выяснилось, что ковер уверен в своем уме, о чем не уставал повторять своей молодой хозяйке.

– Следовательно, приказывать мне никто права не имеет, тем более, какая-то Хранительница, – высокомерно заявил шедевр ковроткачества.

Стоить ли говорить, как сильно рассердилась Агафья, Дошло до того, что она категорически отказалась пользоваться его услугами и постоянно с ним ругалась. Тем более, что новый экспонат коллекции летательных аппаратов поводов к скандалу находил предостаточно.

Обычно ковер настойчиво просил одеть хиджаб, утверждая, что женщине в ее возрасте неприлично летать по небу с непокрытой головой. Иногда требовал немедленно станцевать танец живота, ибо ему было скучно весь день ждать хозяйку с работы. Еще он хотел, чтобы немедленно вымыли с «ванишем», так как не хотел вонять котом Марсиком, что совсем не соответствовало действительности. Кот, при всех его отрицательных качествах, был жутким чистюлей. Кроме того, с той минуты, как ковер появился в квартире, он к нему не подходил и прятался за диван, едва услышав скрипучий голос.

Окончательно взбесившая Агафья выставила встречные условия его пребывания в квартире и общения как с ней самой, так и с ее друзьями. В результате, палас стал делать вид, что оглох. А с глухого какой спрос? Раз не слышит, значит, просьбу выполнить не может.

В какой-то миг, если бы не жалела сил, затраченных на доставку, у нее даже возникло желание отнести его на помойку. Пусть поваляется в мусорном контейнере или попадет в руки к дворникам-таджикам, которые не станут любоваться его красотой, а бросят где-нибудь на пол в подъезде. Уж там-то ему летать точно не придется – откуда эмигрантам знать нужный заговор?

Не известно, реализовала она свое желание или нет, если бы соседская кошечка, миленькая полосатенькая Шуша. Случайно выяснилось – шерстяная тряпка жутко ее боится и все потому, что кошка, как-то придя к своему приятелю Марсику, вдруг, забыв о приличиях, принялась точить о поверхность ковра свои острые коготки. Сделала это только единожды, чего, впрочем, оказалось достаточно, чтобы поставить эксклюзивный половик на место. Теперь он при виде пушистой гостьи, которая всегда была невозмутима и предельно вежлива, начинал судорожно дергаться и визжать.

Агафья несказанно обрадовалась открытию и теперь, едва ковер принимался кочевряжиться, делала вид, что отправляется за Шушей. Это срабатывало мгновенно и он тут же проявлял чудеса покорности.

Однако пользоваться его услугами Хранительница не особо любила и все потому, что никогда не знала, что сотворит в полете эта пакость – доставит благополучно в пункт назначения или сбросит на полпути. И вот теперь, судя по всему, именно на нем предстоит лететь в Белоруссию. А что прикажете делать? На метле, швабре и даже ступе сделать подобное не получится. Они рассчитаны на одно лицо.

Агафья прикусила губу. Скажи кому, на смех поднимут! Не может спасти мир лишь потому, что кота не с кем оставить! Все разъехались, разлетелись – оно и понятно, народу требуется отдохнуть. Даже соседка Таня, по совместительству мама Шуши, которая никогда не отказывалась брать Марсика на время ее отъездов, уехала в деревню, прихватив свою любимицу, которой, как она сказала, требовался свежий воздух.

Впрочем, из-за того, что Марсик во время пребывания в чужой квартире постоянно выбрасывал вещи из шкафа и, опять же, грыз провода, по возвращению выслушать жалобы на его поведение всегда неудобно. Есть еще Ольга, в любой момент готовая придти на помощь. Но она также отбыла за город, где занимается строительством и ей явно не до котов. Опять же, везти любимого питомца на съедение клещам не хотелось. Котейка ведет себя, мягко скажем, не всегда адекватно, а что с ним произойдет после укуса клеща? Страшно представить…

В запасе имелся еще фантом, но данная кандидатура была сразу отвергнута. Однажды имела неосторожность воспользоваться его услугами, правда, тогда не с кем было оставить маму Марсика – белоснежную Леську. И что же? Когда вернулась домой, в ужасе обнаружила голодную исхудавшую ангорочку и фантома, жадно пожиравшего сухой «Перфект». Это при том, что фантомы не едят совсем!..

Что делать? Как быть? Эти вопросы настойчиво бились в голове. Агафья вновь расстроенно вздохнула, вспомнив, как матушка надменно бросила: я за твоим гадским котом следить не желаю! У него нет совести! Спрашивается – а у кого она есть? Даже родная мать и та ее где-то потеряла.

* * *

Если говорить объективно, то в последнее матушка и верно стала сильно чудить. Взять хотя бы ее странное увлечение соцсетями, вышедшее за грани разумного. Она практически живет в них, что само по себе является странным. Сколько Агафья себя помнит, родительница категорически не принимала Иной мир, твердила, что следует жить в реальности, а сама с головой погрузилась в виртуальность.

Спрашивается, чем интернет отличается от зазеркалья? По крупному счету, ничем. Зарегистрировавшись в Вконтакте, ФБ и Инстраграмме под вымышленным ником, она умудрилась собрать внушительную группу подписчиков и зарабатывать на своих постах неплохие деньги. Потрясающе! На общение с родной дочерью времени не всегда находится, а вот на своих многочисленных подписчиков его оказалось предостаточно…

Иногда дискуссии затягиваются надолго и никто по ту сторону экрана даже не подозревает сколько лет на самом деле невидимой собеседнице. Все друзья, независимо от возраста, принимают ее за свою ровесницу. Она одинаково хорошо находит общий язык как с юным отроком, так и со зрелым старцем. Помимо всего, мамаша стала частым гостем в посольстве Индии, куда ее постоянно приглашают на различные приемы и мероприятия. Порой Агафья немного завидует. У матушки жизнь идет куда веселее и активнее, чем у нее. Впрочем, последнее легко объяснить – она же не стоит на границе двух миров, а всецело занимается собой.

Агафья как-то поинтересовалась – а если кто из твоих друзей захочет с тобой познакомиться в реальности? Что тогда делать будешь? Ведь они уверены – ты молода и прекрасна!

Мать спокойно пожала плечами: придумаю что-нибудь! В конце концов, на несколько часов сделать меня молодой в твоих силах! Ну нет, теперь фигушки, злорадно подумала обиженная Хранительница. После сегодняшнего разговора о преображении даже пусть не мечтает. На этом месте она вздохнула, ибо, по крупному счету, мать как всегда была права. Вреда от ее питомца, действительно, имелось предостаточно.

Непостижимым образом белоснежный котофей умудрялся наносить урон везде, где появлялся. В реальном с аппетитом жрал провода, а в Ином, пользуясь безнаказанностью и высокими родственными связями, которыми жутко кичился, не переставал хулиганить. Тяжелее всего приходится маленьким эльфам-пиксикам, которых он обожает ловить и отрывать крылья. Благо, что маленькие существа имеют способность восстанавливаться. Иначе трудно представить, что их ближайшие родственники, большие эльфы-альвы могут сделать с пушистым негодяйчиком, потеряв терпение от его проделок.

По хорошему счету, коту давно следовало запретить посещать зазеркалье, но сделать это оказалось невозможным. Ибо представители кошачьего племени по повелению Тха за неизвестно какие заслуги оказались в списке тех, кому позволялось находиться в двух измерениях. Трудно сказать сколько раз после знакомства с Марсиком правитель проклял тот день, когда решил издать подобный указ. Но не менять же документ из-за одного несознательного элемента! К тому же, сделать подобное – значит, расписаться в собственном бессилии! И перед кем? Перед одним несознательным котом!

Однако, когда шкодливого котейку застали на месте очередного преступления – он с удовольствием точил когти о спинку трона самого правителя – у членов Совета мгновенно возникло предложение пересмотреть некоторые пункты принятого прежде документа. Немного посовещавшись, Посвященные отправили гонца в дом Агафьи. Им, как обычно, выступил эльф-пиксик Жмух. Немного смущаясь, посланец начал свою заранее выученную речь, явно кем-то составленную:

– Ты прекрасно знаешь, как тебя, дорогая Хранительница, ценят и любят в нашем мире. Но поведение твоего спутника заставляет ожидать лучшего.

Бросив взгляд на спокойно умывающегося кота, она сразу поняла, переговоров не получится. Так оно и оказалось. О том, что по ту сторону зеркала все умеют разговаривать, Агафья знала. Но она никак не могла предположить, что Марсик заговорит в человеческом измерении. Выслушав тираду посланника, кот лениво зевнул во всю свою розовую пасть, грациозно выгнул спину и объявил:

– Дискриминации не потерплю!

Пока Хранительница размышляла, откуда ему известно это слово и почему вдруг решил его употребить, он поднял лапу с растопыренным острыми когтями, желая зацепить посланца, крича при этом, что оборвет наглецу уши и крылья. Потом выгнул спину и пригрозил написать заявление о жестоком обращении с животными в Конституционный суд Российской Федерации и в Европейский суд по правам человек.

А потом быстро, видимо, чтобы хозяйка не опомнилась и не приняла жестких мер, пообещал собрать журналистов центральных СМИ и устроить пресс-конференцию. Перед этим, мягко промурлыкал наглый котяра, в соцсетях самолично распространит пресс-релиз, где поведает кое-что о самих Посвященных и Жмухе в первую очередь. На последнем он делал особенный акцент. Гонец испуганно упорхнул.

Агафья долго не могла придти в себя от сцены, свидетельницей которой пришлось стать. Более того, она представления не имела, каким секретом владел пушистый шантажист. Но, судя по всему, это было нечто серьезное. Ибо через некоторое время, нарушив все мыслимые и немыслимые пункты Кодекса Сокровенного, в ее квартире на седьмом этаже высотки стали появляться обитатели Иного мира, которые шли на поклон к наглецу нескончаемым потоком.

В толпе она заметила знакомого тролля, старого друида и сатира. Гости судорожно глотали воздух и дрожали от страха. О чем они с ним шептались, так и осталось неведомо, но вопрос о запрете незаметно ушел с повестки. Марсик вновь как ни в чем не бывало продолжил посещать зазеркалье…

Правда, проказничать стал заметно меньше. Обычно ждал хозяйку, играя со своим хвостом, на зеленой лужайке напротив дворца. Едва данная история немного позабылась и все вокруг успокоились, как противное животное вновь напомнило о своем существовании. На этот раз пострадала сама Агафья. Дело в том, что практически сразу после рождения Марсика, его родительница Леся, отличающаяся покладистым и добрым нравом, вышла замуж за кошачьего короля Бергамота Пятнадцатого, предок которого служил правительнице грэльфов, королеве Нитании и ее супругу, славному Эджину. После коронации королева Алисия, так теперь величали любимицу, переехала на постоянное место жительства в Иной мир.

Марсик частенько навещал свою мамочку и, пользуясь высоким родством, стал наносить визиты остальным обитателям Иного мира. Выгнать его никто не смел – Алисию все очень уважали. В гостях он вальяжно разваливался на мягких подушках и принимался жаловаться на хозяйку. Сетовал, что его морят голодом, не гладят, не ласкают и, вообще, не обращают никакого внимания. Только таскают за уши и бьют тапкой. Именно поэтому, он, бедный и несчастный, вынужден питаться всем, чем придется, в том числе и мантией правителя Иного мира.

Агафья о подобных разговорах не подозревала и никак не могла понять, почему к ней вдруг резко изменилось отношение окружающих. Практически все при встрече стали смотреть на нее с явным осуждением, а вскоре вовсе перестали здороваться. Глаза раскрыла Леська, то бишь ее величество Алисия. Совершенно случайно пушистая королева подслушала речи наглого сыночка и ахнула. Столь откровенного вранья она никогда в жизни не слышала и применила к сыночку превентивные меры, проще говоря, хорошенько вздула и категорически запретила открывать рот, иначе прикажет отрезать язык. Пожалуй, впервые в жизни Марсик струхнул и поклялся никогда больше ничего плохого не говорить о своей хозяйке, которую, как он признался, крепко любит…

Вывод лежал на поверхности. Отправить его к родной мамочке на время поездки в Несвиж тоже не получится… Тащить на себе лишних пять килограмм веса также очень не хотелось, да и кто даст гарантии, что кот будет вести себя прилично в старинном замке. В том, что начнет точить когти об антикварную мебель князей Радзивиллов, сомнений не имелось. Не останется в восторге от этого визита и Черная дама Несвижа, в прошлом королева Барбара.

А собственно говоря, почему бы и нет? В конце концов, это ее идея сорвать Агафью с мягкого дивана и не дать возможности провести длинные выходные за городом. Она глубоко вздохнула, что ее неожиданно успокоило, и окончательно решила взять кота в путешествие. Теперь следовало по давно установленной традиции перед дорожкой принять горячую ванную и попытаться во всем, как прежде учила матушка, найти положительный момент.

По пути бросила взгляд на Марсика, который разбросав в стороны лапки, мирно дрых на диване. Глядя на его безмятежный вид, Агафья даже смирилась с перспективой спасать человечество в союзе с ним. По крайней мере, будет не скучно. Добираться до Несвижа будет на ковре-самолете. Там места побольше, чем в ступе, а вещей придется взять прилично. Есть, конечно, вероятность, что Марсик свалится в полете, да только вряд ли. Котейка, всегда знает, как следует себя вести в случае опасности, так что о нем не стоит беспокоиться.

Лучше подумать о себе, бедной, несчастной и всеми покинутой, грустно подумалось Агафье, когда открывала кран с горячей водой.

* * *

Перед тем, как приступить к приятной процедуре, Агафья на всякий случай прикрыла плотной темной тканью зеркало-врата. В последнее время стала подозревать, что за ней регулярно подсматривают. Кандидатов на столь подлое дело имелось два: чеберейчик Алан и вампир Лаймон. Вполне вероятно, грешили оба приятеля. Иначе, откуда одному ведомо об ее привычке добавлять в воду дорогие ароматические масла, а другой знает о страсти купаться в кипятке? Кстати, последний и вовсе на днях нагло поинтересовался – какая польза от столь горячительных процедур? Лично он нигде не читал об их омолаживающем эффекте… И довольно ехидно посмеялся.

В ответ Агафья выпустила когти и выразительно помахала ими у него перед глазами, а когда тот с визгом убежал, презрительно крикнула вслед: давно ли читать научился?! Можно, конечно, устроить допрос с пристрастием и выяснить, кто из друзей более страдает чрезмерным любопытством. Однако что-то подсказывало – правды не добьется. Самое лучшее на что можно рассчитывать, услышать какую-нибудь невероятную, на ходу придуманную историю. Проще на время закрывать портал, пусть и столь примитивным способом.

Налив побольше душистого масла в воду, Агафья устроилась поудобнее в ванной и принялась размышлять. Теперь мысли заняла королева Барбара, или как она себя сама называла, Баська. Именно эта особа попросила посетить замок Несвиж и помочь разобраться в ситуации, которая, по ее мнению, внушает опасение. Не взирая на солидную разницу в возрасте – Барбара жила более пяти веков назад – Агафья относилась к ней, как к младшей сестренке, считала несчастной девочкой и жертвой жутких обстоятельств.

Как госпожа Радзивилл выглядела при жизни, Хранительница не представляла. В реальном измерении черты лица королевы были сильно смазаны, что, в принципе, обычно для приведений. В различных художественных галереях экспонировалось много портретов ясновельможной пани, но только два создавались при жизни. Однако сказать, какой из них настоящий, пани не могла, каждый раз указывая на разные изображения. Больше всего это веселило Лаймона, который постоянно посмеивался над забывчивым призраком…

Еще имелась реконструкция, сделанная по методу ученого Михаила Герасимова, но и она не давала истинного представления. Ибо ни одно изображение не могло в полной мере передать обаяние, которым, даже будучи приведением, обладала Бася. Это чувствовалось в каждом жесте, повороте головы, нежном голосе. Не удивительно, что ее так любил при жизни последний из Ягеллонов, король Сигизмунд Август…

Агафья, медленно покрывая пеной тело, стала вспоминать все, что знала о своей удивительной подруге. Познакомились они достаточно давно, еще в ту пору, когда обучалась тонкостям мастерства Хранительницы. Первая встреча состоялась на весеннем балу у Дракулы, в миру Владу Цепешу, к слову, большому умнице, и очень несчастному существу. Хотя бы потому, что вампиром стал не по праву рождения, а в силу сложившейся ситуации…

Итак, кто не слышал о Барбаре Радзивилл? Трудно сказать, что более прославило этот род – несметные богатства или грустная история девушки, обитавшей в середине шестнадцатого века. Она была одной из тех особ, кого природа щедро одарила с рождения.

Дочь младшего сына основателя династии Николая Старого воеводы, опытного полководца Юрия I Радзивилла, которого называли Геркулесом Литовским за то, что одержал тридцать побед над врагом, и Барбары Колас, родилась в декабре 1522 года в Вильне. Наследство у Радзивиллов обычно передавалось по мужской линии, однако на семейном совете решили выделить новорожденной состояние, которое, как вскоре выяснилось, могло поспорить с наследством некоторых европейских королей – дворцы и замки в Несвиже, Вильне, Троках, Кракове, Слуцке, Варшаве…

Любящие родители дали своей принцессе блестящее образование. Девочка свободно говорила и писала на старо-белорусском и литовском, владела латынью, знала греческий и немецкий. Хорошие педагоги обучали ее рисованию, поэзии, игре на музыкальных инструментах, фехтованию, верховой езде. Она изучала математику, географию и теологию…

Словом, для своего времени Барбара была очень образованной женщиной и никогда не стеснялась демонстрировать свой интеллект. Ее знания вызывали неприличные толки – люди считали, что все это от лукавого. Многие стали обвинять красавицу в колдовстве и приписывать огромное количество любовников. Девушка безумно страдала от всех этих грязных наветов.

Необычайно обаятельная девушка, о чем в один голос писали известные сплетники, иностранные послы, была довольно высокого роста, имела идеальную фигуру, светло-карие, почти медового цвета глаза, совершенно здоровые, белоснежные зубы, холенные руки с чистыми ногтями… В отличии от других знатных особ тщательно следила за своей гигиеной, постоянно мылась, пользовалась косметикой и хорошо в ней разбиралась.

В пятнадцатилетнем возрасте ее выдали замуж за тракайского воеводу Станислава Гаштольда, последнего представителя одного из самых могущественных родов в Литве. К сожалению, брак оказался недолгим. В 1542 году воевода умер, и двадцатилетняя Барбара, которую на полном основании считали самой красивой женщиной Польши и Великого княжества Литовского, стала вдовой. После смерти супруга у нее совсем не осталось защитников. Так что сплетни, где постоянно упоминалось ее имя, росли, как грязный ком…

Когда и как состоялась первая встреча белокурой красавицы и пылкого принца, на тот момент женатого на Елизавете Австрийской из рода Габсбургов, история умалчивает. Доподлинно известно только одно – молодые люди полюбили друг друга и стали тайно встречаться каждую ночь. Благо, что ходить далеко не надо требовалось.

Дворец ее покойного супруга Гаштольда в Вильно находился рядом с дворцом-замком великого князя Литовского, наследника польской короны Сигизмунда Августа. Вполне понятно, что по всей Речи Посполитая вновь поползли слухи и в них панна Барбара представала в самом нелицеприятном образе. Хотя, что тут такого неприличного? Разве она первая, кто стала фавориткой высокопоставленной особы?

Но тут неожиданно умирает семнадцатилетняя жена ее возлюбленного. Естественно, сей факт не мог ни заинтересовать кузена Барбары Николая Черного, всегда мечтавшего выйти из-под власти польской короны и стать независимым королем Великого княжества Литовского. Вместе с родным братом Барбары, которого дабы не путать, величали Николаем Рыжим, родственник срочно прибывает в Вильно и требует от будущего короля жениться на Барбаре. В противном случае ему придется навсегда оставить красавицу в покое. Основным аргументом служил такой – честь сестры превыше всего! Когда Баська доходила до этого момента в своей биографии, она обычно горько вздыхала.

Дело в том, что мать наследника, Бона Сфорца открыто завидовала богатству Радзивиллов. В прямом смысле слова итальянка готова была костьми лечь, только не видеть Басю в роли своей невестки. Впрочем, Сигизмунд Август и без дорогой матушки прекрасно понимал, что этот брак укрепит позиции магнатов, не понравится Сейму и закроет для него возможность занять польский трон. Так что влюбленному королевичу ничего не оставалось, как пообещать больше не встречаться со своей возлюбленной.

Довольно быстро выяснилось: одно дело обещать, и совсем иное выполнить свое обещание. Влюбленные смогли находиться в разлуке лишь несколько часов. Когда Бася вспоминала об этом, на ее полупрозрачном лике появлялось некое подобие улыбки.

Невысокий, подвижный, щуплый Сигизмунд Август внешне сильно похожий на свою черноглазую мать-итальянку, готов был пойти на все ради встречи с любимой. Поэтому он не особо сопротивлялся, когда однажды ночью в опочивальне появились два брата Николая в рыцарских облачениях и сопровождении ксендза. После скромной брачной церемонии, влюбленные расстались на полгода, которые им показались вечностью. Тут следует отметить, что молодая жена, о чем она не уставала повторять, болтая часами с Агафьей, не особенно стремилась стать королевой.

К тому же, наследница знатного рода и без этого обладающая огромной властью, прекрасно понимала какую реакцию в обществе вызовет брак, не говоря уже о свекрови Боне Сфорце. Потому-то молодожены, пока было возможно, держали свое бракосочетание в тайне, глупо надеясь, что все как-нибудь уляжется само собой.

В 1548 году батюшка-король Сигизмунд Старый представился. Сынок стал королем, а его матушка Бона Сфорца кинулась искать невесту, способную укрепить престиж Речи Посполитая в Европе. Больше скрывать тайну не имелось смысла… Не трудно представить реакцию старой королевы на известие о тайной женитьбе сына. На стороне Боны Сфорцы выступили Сейм, сенаторы, духовенство и знатные шляхтичи, дружно потребовавшие от короля срочно развестись с женой-литвинкой. Все эти знатные господари принялись, будто соревнуясь друг с другом, выливать словесные помои на бедную Басю.

Но ослепленный любовью Сигизмунд ничего слушать не хотел. А когда Папа Римский, ясное дело не без помощи братьев Радзивилл, принесшим ему богатые дары, благословил этот брак, и вовсе махнул на свое окружение рукой. Его мечта исполнилась – теперь Барбара представлена двору как законная супруга и королева. Вскоре все стали замечать: общение с Барбарой явно пошло молодому и вздорному Ягеллону на пользу. Он на глазах становился мудрым правителем, которого вместо охоты и балов, стала волновать целостность своей державы.

А вот самой Барбаре жилось нелегко. Каждый день ей передавали все новые и новые сплетни, приносили жуткие карикатуры, подсовывали памфлеты, уже не говоря о пошлых песенках, которые под окнами дворца весело распевали уличные певцы и безродные мальчишки. Молодая королева старалась не обращать внимания. О том, что творится в ее душе, не ведал никто, даже любимый супруг…

* * *

Стоит ли удивляться, что довольно скоро молодая женщина, не выдержав нервного напряжения, занемогла. Естественно, Барбара делала все, чтобы никто, даже лекари, не догадывался о сразившем ее тяжелом недуге. Вместе с супругом присутствовала на приемах и, не взирая на головокружения, танцевала на балах. Приветливо встречала послов иностранных государств, вела оживленную переписку с правителями других стран и состояла в дружбе с их просвещенными женами…

Бледность лица скрывала под яркой косметикой. Частые обмороки списывала на туго затянутый корсет. Отсутствие аппетита – на желание похудеть. Однако обмануть опытных придворных было сложно. Все они понимали – королева тяжело больна. Вскоре она и вовсе не смогла больше подняться со своего ложа.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.