Андрей Истомин
Алчность

За прошедшие полгода Клинов уже втянулся в новый режим работы. Благо, по его же словам, большинство дел не были «загадкой века», а проистекали из зашоренности и узости мысли местных розыскных органов, привыкших работать по накатанной колее, что, естественно, рано или поздно, в одном из множества миров, колонизированных за последние сто лет, приводило к громким делам, раскрытие или нераскрытие которых могло потрясти устои планеты. Виктор Сергеевич как раз заканчивал очередное такое дело, когда пришёл срочный пакет из Министерства Межпланетных Связей. Несмотря на то, что перемещения людей и грузов между кабинами волновика были мгновенными и имели некое отношение к полям Миллера – всё равно вопрос передачи сообщений и информации таким путём был возможен только в виде физического объекта. Что и вызвало ренессанс различных «пакетов», «конвертов», кубов, видео – сообщений, «инфокристаллов» и прочего.

Вскрыв конверт, майор обнаружил краткое послание, которое при переводе с казённого на обычный гласило: «Сворачивайтесь максимально быстро и – назад». Вздохнув, майор потратил пару часов на инструктаж местных сотрудников, что делать дальше, пообещал, что на любые письма по этому делу обязательно ответит, собрал вещи и шагнул в кабину полевика, предварительно набрав адрес ММС.

Замминистра встретил его весьма встревоженно.

– Как хорошо, что Вы смогли быстро освободиться! Вы что-нибудь слышали про Землю-3?

– Кроме того, что это – третья копия нашей Земли, находящаяся примерно в одном с нами геологическом периоде, ничего. Ну и, конечно, то, что она закрыта для миграции и свободного посещения, – ответил майор, присаживаясь в кресло.

– Да-да, именно так. Она закрыта из-за того, что там обнаружены гуманоиды примерно на той же стадии развития, когда Землю начали осваивать люди. Если у нас было пять видов – кроманьонцы, неандертальцы, денисовцы и так далее, то там их аж семь. Для учёных это просто кладезь данных для изучения. Они смотрят на жизнь этих племён каменного века и, сопоставляя с находками археологов, делают выводы уже о нашей истории каменного века.

– Надеюсь, там не съели очередные аборигены очередного Кука нашей эры?

– Вы зря шутите! Там произошло убийство учёного. Убили его, явно, местные. Если не разобраться, в чём причина убийства, то под угрозой срыва вся программа изучения. Международные организации в панике. Разные страны экстренно рвутся начать там следствие. Нам с огромным трудом удалось добиться «права первой ночи». Если вы не сможете срочно установить причины убийства и дать рекомендации для предотвращения подобных инцидентов, то туда поедут китайцы с американцами! И, в дальнейшем, они смогут составить нам конкуренцию на межпланетной арене. Что Вам надо для выезда туда?

– Знание языка местных племён. Краткий отчёт, что там делали яйцеголовые. Специалист по рукопашному бою, желательно спецназовец, а не «стадионный специалист». Ну, и комплект для обмена – я должен за что-то покупать информацию. Желательно из разряда «практично», а не «стеклянные бусы для папуасов». Например, ножи.

– Но любая передача любых неадекватных уровню развития материалов племенам запрещена! И зачем Вам костолом ещё?

– Вы, наверное, не в курсе. Но, работая в МВД, я был вынужден каждые три года получать дополнительное образование по косвенным тематикам. Одно из них – палеопсихология. Дело в том, что наша психика сформировалась в каменном веке. И до сих пор внутри каждого из нас сидит дикарь. Зная это, иногда проще понять побудительные мотивы человека. Так вот, сила в том мире была крайне важна. Я, конечно, возьму какой-нибудь лучевой нейтрализатор. Но это будет для них колдовство. Будут бояться, а не уважать. Если же я или мой спутник победят в честной схватке, причём покажут, что, имея явное преимущество, не нанесли лишнего вреда, это вызовет уважение, и после этого я смогу допросить его совсем с других позиций. Ну, а ножи… Люди той эпохи предельно практичны. Да, красивости ценятся, но что-то полезное – куда больше.

– Хорошо, учитывая, что там уже есть смертельный случай, спецназовца найдём. Но ножи… сомневаюсь.

– Без сомнений. Не могу же я там всем бить морду для допроса. Я для них – чужак, ещё больший, чем убитый учёный. С какого перепугу им со мной разговаривать?

Земля-3 встретила майора и его напарника, молодого крепкого парня, инструктора по рукопашному бою, Никиту Мякина, тёплым летним утром. Просторные луга с редкими лесными опушками. База учёных располагалась в очень удобном, с их точки зрения, месте. Это было место слияния местной крупной реки Могучая с шириной русла в этих местах порядка пятидесяти метров и её более мелкого притока, за цвет воды названного Муть, шириной всего метров двадцать. Слияние происходило под почти прямым углом к правому берегу. Весной вся эта местность ненадолго заливалась водой, за исключением холмика на левом берегу, почти напротив места слияния, из-за чего тут никаких поселений не возникало. Это были охотничьи угодья. Самое же ценное было в том, что это была граница трёх разных по культурному укладу племён.

Одно – Люди Солнца, занимало угол ниже по течению от слияния рек, уже начало переход к оседлому сельскому хозяйству. Небольшое поселение чуть более ста человек. Дома – пусть и наполовину землянки, но полностью стационарные. Одомашненные два вида животных – местный аналог собаки и что-то типа мелкого оленя, используемого и на мясо, и как источник молока. А самое главное – примитивные посевы. Они ещё не пахали землю, но уже понимали, что собирать злаки проще, предварительно их посеяв. И таким путём они сеяли три вида злаков. Причём, один – как раз на заливных лугах.

Второе – Дети Истра (что вроде льва). Племя было чистыми охотниками и рыбаками, занимало острый клин между Мутью и Могучей, вверх по течению последней. Злаки и коренья у них в пищу шли только в крайнем случае. Причём, сами они их практически не собирали. Чаще выменивали у соседей. Численность их племени была чуть более двадцати человек. При этом они же были наиболее агрессивны по отношению к соседям и ревностно следили за соблюдением соседями границ, хотя сами регулярно грешили охотой на чужой стороне. И учёные, в первую очередь, подозревают, что именно это племя виновно в гибели их товарища. Тем более он был убит на их берегу Могучей.

Ну, и третье племя – Окналты (совершенно непереводимое на русский определение), раскинувшееся по левому, более высокому берегу, были скорее собирателями, хотя тоже охотились и рыбачили. Деятельность их была весьма сезонной. Поэтому, как и охотники, они жили в подобиях яранг или чумов из шкур и жердей и перекочёвывали с места на место в зависимости от сезона и того, что они сейчас добывают. Зимовали же они недалеко от базы учёных на берегу Могучей, поскольку зимой основным занятием являлась рыбалка.

После знакомства с учёными майор первым делом пошёл на место, где было обнаружено тело. Время смерти было установлено довольно точно. Правда, учитывая, что племена часов не знали, то, по местным понятиям, это произошло «после утренней росы». Причина смерти тоже понятна – удар палкой по голове. А вот следы на местности учёные осмотреть толком не догадались. Погибший оказался там, поскольку пошёл с утра проверить, что случилось с прибором, регистрирующим движение рыбы в реке. Он ночью перестал передавать данные. Сам прибор не нашли – по всей видимости колышек, к которому он был привязан, сбил представитель местной разновидности туров – следы одного из них прошли прямо по месту крепления колышка. Удивительные люди учёные! Поскольку за прибор надо отчитаться при списании, сделали подробные снимки места крепления его, а сфотографировать место гибели товарища не догадались.

Клинов осмотрел всё максимально тщательно. Но прошло уже три дня, и на этом месте прошло «стадо яйцеголовых». Но всё же кое-что майор обнаружил. В траве нашлась кремнёвая игла с крючком на конце. С помощью такой иглы местные шили шкуры. Ещё использовали костяные, но кремнёвые были более ценные. При этом рядом каменоломен не было – это был привозной товар.

Исследовав находку, майор не нашёл отпечатков. А портативный ДНК- анализатор показал «высокий уровень шума» и не выдал явных ДНК, принадлежащих ни людям, ни местным. Зафиксировав всё, майор обратился к своему спутнику:

– Никита, встань-ка сюда.

Парень встал на указанное место.

–Вот, смотри, судя по описанию положения тела и единственному фото места происшествия, он стоял тут. Удар нанёс человек, стоявший перед ним. Орудие – палка толщиной сантиметров пять в диаметре. Судя по следу, удар был слегка снизу. Погибший имел рост метр восемьдесят, что для местных много, но для охотников, например, не запредельно. Вот та веточка, торчащая из земли, место, где мы нашли иглу. А вторая – на берегу – колышек, к которому шёл погибший. Есть мысли?

– Ну, во-первых, – Никита слегка замялся, – убийца был явно ниже ростом. Палкой снизу бить неудобно.

– Хорошая мысль.

Никита осмелел.

– Во-вторых, погибший не дошёл ещё до места крепления прибора. Он туда шёл. Я сейчас как раз смотрю туда. А вот иголка… Думаю, кто-то был свидетелем. Она позади Вас метрах в десяти, наверное.

– Вот тут возможны варианты. Да, там мог быть кто-то третий. А мог убийца лежать в засаде и, увидев приближающуюся жертву, выйти навстречу. Или её могли уронить раньше или позже, и она тут совсем не причём. На ней нет читаемого ДНК. Она или давненько тут лежит, или ей давно не пользовались, и она выпала из кармана, или что там у местных, случайно.

– Ну что, пойдём к охотникам? – задал вопрос Никита. – Земля их и учёные на них же кивают.

– Не всегда самый подозрительный – самый виновный. Только не пойдём, а полетим. Для охотников прогулка в двадцать – двадцать пять километров за добычей – нормальное дело. Их стойбище сейчас в двух днях пути отсюда. А это, как-никак, почти пятьдесят километров. Так что лёгкий вертолёт нам в помощь. Кстати, именно это для меня – как раз признак их невиновности. Два дня пути слишком много для запланированной охоты.

– Охоты?

– Могу, конечно, ошибаться, но сомневаюсь, что у них убийство человека не из племени сильно отличается от убийства тура или оленя.

Вернувшись на базу, наши герои взяли четырёхместный вертолёт и направились в сторону стойбища, благо машина была сильно автоматизирована и при хорошей погоде летала без пилота. Человек мог вообще просто указать нужную ему точку.

Клинов решил лететь не напрямую, а довольно большим зигзагом – осмотреть владения Детей Истра, для ознакомления, так сказать. Не успели они закончить первый «зигзаг осмотра», как увидели группу охотников. Клинов посадил вертолёт на их пути и вместе с Мякиным вышел из кабины и стал ждать их приближения. Группа охотников состояла из одного, явно старшего и по возрасту, и по положению, шедшего впереди, за ним четверо относительно молодых парней от двенадцати до пятнадцати лет. Старшему же было от силы двадцать пять. Когда охотники приблизились, майор поднял руку и произнёс:

– Удачной охоты и твёрдой руки!

– Здоровья и тепла! – нестройно ответили охотники. Старший обратился к Виктору:

– Мы тебя не знаем. Кто ты? И что тебе надо на нашей земле?

– Я и мой товарищ охотимся на врагов нашего племени.

– Не слышал, что у вас есть такие охотники. Да и о врагах тоже.

–Пока всё было в порядке, меня не звали сюда. Теперь же, когда кто-то убил Солнцебородого, меня призвали сюда, и я найду и накажу убийцу.

– Три солнца сменилось с того утра. След старый – не найти тебе.

– У меня есть много других способов охоты. Для этого мне надо поговорить с каждым в округе и узнать, где он был три солнца назад по росе и сразу после росы.

– У меня нет времени. Мне надо найти хорошую добычу – в стойбище только вяленое мясо, а его надо на зиму оставить. Последние три солнца Тинс отвернулся от нас.

– Я по дороге видел стадо туров, – собеседник оживился, лицо его сразу вызвало интерес, – могу взять тебя, отвезти туда, а потом мы отвезём и тебя, и тура целиком, к стойбищу. Если ты, конечно, не боишься полететь со мной. – Клинов сознательно поддел охотника, зная, что трусость там – самый главный грех. Даже выше, чем покуситься на жизнь члена племени.

– Я ничего не боюсь! Но куда денутся мои ученики? И твои соплеменники никогда нам не помогают в охоте. Говорят, им нельзя.

– Мне можно многое в отличие от остальных. Ну, а твои ученики могут идти к стойбищу вместе с моим спутником. Тур тяжёлый, и нам придётся сделать всё вдвоём. Иначе вертолёт не поднимет. Или тебя устроит телёнок?

– Нет, телят рано бить. До стойбища напрямик больше дня пути.

– Я знаю, мы оставим тебя и тура в стойбище, а потом я постепенно перевезу всех. А когда вы закончите с туром, поговорим о моих делах. Я помогаю тебе в твоей охоте, вы помогаете в моей.

– Да, это будет честно.

Он повернулся к своим, сказал, чтобы шли с молодым пришельцем к стойбищу напрямую. Потом взял в руки два копья и, вдохнув поглубже, шагнул к вертолёту.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.