Сергей Скиба
Капсулёр

Глава 1

За спиной мелькают разноцветные вспышки, словно в городе великанов запускают салюты в честь большого праздника. Только вместо радости и умиления, переливающиеся огни вызывают опаску и желание оказаться подальше.

Клим изо всех ног бежит по чёрному прозрачному песку, через который просачивается тусклый свет замерших вдалеке искр. Последнее из трёх сердец стучит с рваными перебоями, отчего лёгкие горят пустотой, ноги едва слушаются, а оружие превратилось в громоздкую и тяжёлую обузу. Жаль нет времени его выбросить. Сквозь разорванный правый бок торчат обломки рёбер, смещая центр тяжести, и чтобы не сбиться с траектории требуется полная концентрация внимания. Отвлекаться некогда, даже на секунду.

А сил осталось так мало, что зрение уже отказывает, до предела сократив дистанцию обзора. Однако Клим ещё отлично различает, что его неумолимо нагоняют. Первой, уже совсем рядом, летит выпущенная кем-то стрела. За ней виднеются силуэты трёх преследователей. Они мчатся с такой скоростью, что просто не могут быть живыми.

«Псы» – понял пилот. – «С этими ещё можно хоть как-то потягаться. Они тупые. Слишком далеко ушли от владельца»

До спасительной скалы, изъеденной глубокими норами, словно кусок сыра дырами, осталось ещё приличное расстояние. Впрочем, основная масса тёмных ходов заканчивается тупиками, и не факт, что даже там удастся затеряться и спрятаться. Но не сдаваться же, в самом-то деле, подняв к верху лапки. Пусть эти уроды попотеют, догоняя настырного беглеца.

Сначала он хотел метнуть последнюю ловчую сеть в стрелу, но быстро понял, что это стало бы тактической ошибкой. Против пса сеть тоже сработает, а значит есть шанс уменьшить поголовье преследователей. Со стрелой же разберётся разбитое тело, и так уже дышащее на ладан.

Дождавшись момента, когда стрела уже почти вонзилась в спину, Клим не целясь, повинуясь лишь неясному шестому чувству выпустил ловчую сеть и вышел из тела. Настало секундное мгновение слепоты, всегда сопровождающее слёт «изнанки», и перед восприятием проявились системные окна управления капсулой.

Прозрачный чёрный песок превратился – в пустоту космоса, замершие искры – в далёкие звёзды, стрела – в самонаводящуюся ракету, ловчая сеть – в ворох противоракет с ЭМИ, три быстрых пса – в дроны-истребители, дырявая скала впереди – в сектор искажений, подсвеченный системой в жёлтый цвет статической опасности, а сброшенное тело – в ударный эсминец. Практически новый, недавно отстроенный на верфях Общего Агентства Пилотов. Его было чертовски жаль, но погибать вместе с раздолбанным кораблём было бы жаль вдвойне.

\\Внимание! Опасность! – вспыхнула сверху ярко красная надпись.

Сзади космос окрасился вспышкой взрыва. Ракета догнала очень вовремя оставленный эсминец.

Прикрываясь помехами, что создал взрыв. Клим на мгновение подал максимальную мощность на ускоритель капсулы и сразу же выпустил ложные цели. Сканер показал десяток сигнатур неотличимых от настоящей капсулы, и «подставные» разлетелись в разных направлениях. Пусть теперь дроны гадают где именно прячется пилот. Лишённые целевой наводки от управляющего корабля, дроны глупы, замедлятся просчитывая варианты, и станут лёгкой добычей.

Вернее, стали бы, если бы в капсуле было хоть какое-то вооружение. Но компактные комплексы, специально разработанные для капсул, слишком дороги для кошелька начинающего капсулёра. Клим расщедрился только на стандартный набор с маскировочным генератором и лёгким защитным полем, да на десяток дешёвых ложных целей и пару стационарных мин вдобавок.

Да и то, приятели советовали не устанавливать это уценённое барахло – вроде как бесполезные траты. Зачем накручивать в капсулах защиту, когда по ним давно уже никто не стреляет специально? После того, как большинство пилотов объединились под крылом Агентства, убивать их стало просто некому. Устаревшие сканернные системы обычных кораблей банально не могут засечь, а братья капсулёры не рвутся гробить друг друга понапрасну.

«Общее Агентство Пилотов» предоставляет право найма войск любому желающему, пилот отработав контракт легко сменит заказчика, и сегодняшние враги, завтра вполне могут оказаться друзьями. Капсулёры честно отрабатывают деньги, разрывая посудины противника в хлам, но всегда дают возможность отстыковаться от гибнущего судна и не преследуют капсулы.

По этому поводу не существует каких-нибудь официальных указов или запретов. Это вошло в привычку пилотов как нечто само собой разумеющееся – некий неписанный закон братства. Знак солидарности членов касты «бессмертных».

Не то, чтобы спасательные «яйца» вообще никогда не сбивали. Но считалось, что уничтожить капсулу пилота это как нагадить где вздумается. И если это ещё уместно где-нибудь посреди лесной чащи, в связи с полным отсутствием туалетов, то на площади города миллионника вызовет, как минимум, недоуменные взгляды прохожих, а то и по шее можно получить.

Раньше Клим вообще воспринимал все эти рейды, бои, конфликты и войны, как компьютерную онлайн игрушку. Снесли турели? Поставь новые. Разрушили нано-броню? Нарасти другую. Уничтожили корабль? Купи ещё один.

Смерть? О смерти Клим никогда не задумывался. По статистике капсулёры гибнут крайне редко, и почти всегда случайно. Из-за неполадок систем или шального попадания, в следствии высокой плотности огня в эпицентре боя. Не даром одно из многочисленных прозвищ пилотов, которыми их наградили обыватели звучит как – «бессмертные».

И сейчас Клим с недоверием и возмущением наблюдал, как дроны методично расстреливают ложные сигнатуры, потихоньку подбираясь к настоящей капсуле. Их спокойное стремление обязательно уничтожить пилота никак не укладывалось в голове.

«Какого хрена?»

Впрочем над этим можно будет подумать и потом. Если оно ещё наступит – это потом.

Ворох противоракет достиг ближайшего преследователя, сработал массовый подрыв ЭМИ-зарядов, один из дронов отключился, и беспорядочно закувыркавшись, медленно по-дрейфовал к сектору искажений.

«Один есть. Осталось двое. Два противника – две мины в запасе. Ещё повоюем»

К сожалению, просто установить мины где придётся – не вариант. Велика вероятность, что дроны их засекут и обойдут стороной, а то и уничтожат. Стационарные мины хороши в большом количестве, когда их целое заградительное поле. Тогда да, через него не прорваться. Зацепишь зону срабатывания, в мине активируется хлопкОвый ускоритель, она быстро приблизится и бахнет направленным взрывом. Причём, зацепишь одну – а включатся все ближайшие. Никаких щитов не хватит.

В открытом же пространстве, две мины – это ничто. Легко уклониться. Клим планировал скрыться в одном из тоннелей, что изрыли сектор искажений, и установить мины за собой в качестве заслона. Но до искажений ещё нужно добраться. Пилот пересчитал «подставных» – осталось всего четыре.

Недорогие ложные цели не имеют своих ускорителей и летят по инерции. Потому Клим отключил ускоритель капсулы – движение с нарастающей скоростью сразу бы его выдало. В общем, пришлось прикинутся «тучкой».

«Я тучка, тучка, тучка. Я вовсе не медведь. А как приятно тучке по небу лететь…»

\\Внимание! Корабль под прицелом! – вспыхнуло оранжевое предупреждение.

«Ой, Пятачок!»

Дроны расстреляли большинство «подставных» и очередь дошла до настоящей капсулы.

Резкое ускорение. Даже сквозь компенсаторы гравитации и защитный биогель, в котором «плавает» тело пилота, Клим почувствовал нарастающую тяжесть, молотом давящую на виски. Но мощности всё-равно не сбросил. Даже ещё добавил немного. Ровно до того момента, как сознание стало расплываться от навалившихся перегрузок.

\\Внимание! Недостаток мощности главного конденсатора.

\\Внимание! Кинетический щит аварийно отключен.

Быстрое ускорение не помогло уклониться от залпа дронов. Основную массу попаданий щит выдержал, но не всё. По броне пробарабанило несколько ударов.

\\Повреждение корпуса.

\\Внимание! Утечка биогеля.

\\Внимание! Повреждение регенеративного патрона.

\\Опасность! Плотность биогеля девяносто семь процентов от нормы. – это уже кроваво красным цветом.

«Твою мать!»

Клим заложил крутой вираж, начав двигаться по спирали. Пусть теперь попробуют попасть, тупые железки. До бескрайней «жёлтой стены» осталось совсем немного.

Сектор искажений.

Изрытое кривыми разломами поле, закрывшее почти весь обзор – громадное, в несколько Солнечных систем, пространство перекрученное флуктуациями, непонятными даже для большинства учёных.

– – Отклонения континуума, вызванные тепловым движением частиц и\или квантомеханическими эффектами, – любезно подсказала нейросеть.

Клим отмахнулся от сообщения и лихорадочно начал искать подходящий безопасный проход. Разнообразных тоннелей и «ущелий» в искажённом космосе хватало, но почти все: или быстро заканчивались тупиком, или слишком узки для капсулы, или…

«Пожалуй этот!»

Собственно, особого выбора то и нет. У Клима всего несколько мгновений пока дроны приблизятся на расстояние выстрела. Были бы они сейчас в открытом космосе и чёрта с два, преследователи смогли бы долго тягаться с ускорителем капсулы. У дронов довольно короткая зона действия. Но в том то и дело, что у Клима свобода манёвра отсутствует напрочь. Ещё в самом начале бегства нужно было или выходить из боя в сторону основных сил противника, а там нагло расстреливали все капсулы подряд, или прятаться в стене искажённого поля, полусферой накрывающего место схватки.

Клим выбрал второе, тут была хоть какая-то надежда на спасение. Сквозь плотный строй чужих крейсеров, он бы точно не проскользнул незамеченным. А эти ублюдки свободно убивали капсулёров!

Тоннель плавно сузился, сократив и без того минимальную возможность уклонится от следующего залпа. Нужно торопиться, чтобы дроны не застали его в этом беспомощном стоянии. Гладкие жёлтые стенки, окружившие капсулу, на самом деле не видимы для человеческого глаза – это бортовой искин любезно подкрашивает их с помощью графики дополненной реальности. Чтобы пилот мог хоть как-то ориентироваться. Узкий проход начал плавно выгибаться, всё чаще попадались резкие повороты. Сигнатуры преследователей пропали с радарной сетки. Вроде оторвался.

По скоростному пилотированию в сложных условиях у Клима твёрдое «отлично». Однако, он не расслаблялся ни на секунду. Преследователи потерялись в переплетениях тоннеля, но вряд ли отказались от погони. На одном из сложных виражей Клим «выбросил» первую мину. Та подождала пока хозяин покинет зону срабатывания и встала на боевой взвод, запустив слабый генератор маскировочного поля.

Искин отметил точку сброса, чтобы разминировать опасную штуку, если пилот надумает выбраться обратно.

«Когда» – поправил себя Клим. – «Не если, а когда надумает выбраться»

Ему, как и любому молодому человеку, не хотелось даже думать о возможной гибели. Он всегда был уверен, что несчастные случаи бывают только с другими людьми.

Излом тоннеля постоянно усложнялся. Наконец капсулёру стало настолько сложно не вляпаться в стенку, что он и помыслить не мог выставить вторую мину. Всё внимание поглотил пилотаж. Однако, скорости Клим так и не сбросил.

Вереницы поворотов мелькали перед восприятием, словно картинки калейдоскопа. Будь он сейчас в обычном ложементе и лоб бы покрылся испариной, застилающей глаза, а руки начали подрагивать и скользить по рукояткам.

Но капсула выгодно отличается от пилотского кресла. Центральная нервная система организма напрямую связана с управлением корабля – кабелями нейрошин. Тело пилота во многих местах проткнуто шунтами, передающими импульсы на уровне рефлексов. Ни один искин не способен сравниться с человеческой реакцией в скорости выбора наилучшего решения.

Пока «умные» мозги, на электронных чипах, кипят, по очереди перебирая тысячи возможных вариантов, «глупый» человек уже всё решил подсознательно и действует. Конечно же, нужно обладать определёнными навыками и талантом, которые есть далеко не у каждого, а потому опытные капсулёры всегда в цене.

Иногда обмен информационными пакетами настолько интенсивен, что в местах крепления шунтов к телу появляются кровоподтёки, с которыми даже биогель не справляется. Медики попытались решить эту проблему, но так и не разобравшись в её природе – махнули рукой. Причин для переживаний нет – синие пятна проходят сами собой в течении нескольких дней после выхода из капсулы.

Это вызвало единственное неудобство – некоторые злопыхатели стали называть капсулёров – «синяками». Не в лицо, конечно, а за глаза. В лицо страшно – можно запросто по нему получить.

«Пофиг» – подумал Клим, представив во что сейчас превращается его спина в области позвоночника, где находятся главные шунты. – «Пройдёт»

«Кстати, не пора бы притормозить, выставить последнюю мину и затаиться неподалёку? Вряд ли дроны пройдут так глубоко в искажения. Может они даже забросили преследование и возвращаются к хозяину»

Клим плавно снизил скорость, подыскивая наилучшее место для установки мины, но тоннель вдруг выпрямился, и капсула вынырнула в свободный от искажений космос. Впереди открылось огромное поле, края которого терялись за границей видимости маломощного сканера, встроенного в утлую скорлупку.

Пришлось активировать мину чуть ниже выхода, но это стало почти идеальным местом, так как её нельзя заметить из-за узости тоннеля. Клим врубил ускоритель на полную и поспешил прочь от «жёлтой стены», желая оставить между собой и преследователями как можно большее расстояние.

Через пару минут, когда капсула отошла довольно далеко, оставленная мина вспыхнула взрывом. Очередной дрон попал в подготовленную ловушку.

«Настырные сволочи»

Это может означать только одно – корабль-хозяин подошёл вплотную к сектору искажений с той стороны, и дроны получили возможность двигаться дальше не теряя связи.

«Что же они так упёрлись, преследуя и убивая каждого пилота?» – ответить себе Клим не успел.

Жёлтая стена, вокруг эпицентра взрыва мины, пошла рябью, сдвинулась, и закупорила проход.

«Ёлки-палки!»

Это была одновременно и плохая и хорошая новость. Хорошая – потому, что теперь преследователям не добраться до Клима. Плохая – потому, что теперь и ему самому не выйти.

Впрочем, сканер ещё не полностью исследовал прилегающее пространство и оставалась надежда, что стена искажений не сплошная, что скоро она просто закончится или в ней есть просветы. По мере движения эта надежда таяла. Жёлтая преграда полого изгибалась, постепенно показывая, что Клим возможно находится в закрытом эллипсе. Эллипс был настолько огромен, что в центре даже горела звезда – жёлтый карлик. По спектру схожий с земным Солнцем.

\\Опасность! Плотность биогеля девяносто шесть процентов от нормы.

Потеря всего одного процента за такое время означает, что утечки нет. Гель тратится на поддержание жизни пилота. Но поскольку регенеративный патрон разрушен, гель будет убывать и дальше.

«Чудно! Застрять посреди искажений и сдохнуть от недостатка геля. Просто идеально, сука»

\\Внимание! Обнаружена сигнатура. Объект: корабль. Класс: предположительно КАР. Описание: отсутствует.

«Ваще зашибись» – окончательно расстроился парень.

Надо же, угодить из огня да в полымя. «КАР» – это класс кораблей способных таскать в себе суда поменьше. До десятка так называемых дрон-кораблей. Впрочем, количество зависит от пропускной способности информационного канала и прокачанности баз капсулёра КАРа. Каждый КАР – небольшая флотилия сам по себе. Неудивительно, что его поставили на охрану по эту сторону искажений. Каждый входящий в него дрон-корабль, конечно, не сравнится с настоящим пилотом, но капсуле Клима хватит и этих. Даже одного.

«А может не заметит? До сих пор же не заметил»

И это странно. Стоящий на вахте капсулёр должен был врубить сканеры на полную мощность, чтобы не упустить разбегающихся врагов, решивших рискнуть и просочится сквозь «жёлтую стену».

Клим дополнительно перевёл энергию конденсатора на маскировку и осторожно двинулся вдоль кромки искажений. КАР не подавал признаков жизни.

«Устаревшая модель что ли?»

В намерении потихоньку прокрасться мимо, очень скоро обнаружился серьёзный изъян – в какой-то момент предстояло пройти от КАРа на расстоянии, где даже слабый капсульный сканер считывал полную сигнатуру. Там Клима точно засекут, если в этом «гробу на колёсах», что так напоминает КАР, совсем уж не рухлядь на месте оборудования.

До точки уверенного приёма осталось совсем чуть-чуть. Клим обесточил ускоритель, чтобы создавать как можно меньше возмущений. Капсула вышла на прямую видимость.

\\Сигнатура обновлена: Объект: корабль. Класс: КАР. Описание: семьдесят процентов совпадений с судами Федерации Лирт. Состояние: Отключение системы управления. Активирован аварийный маяк.

Не шибко много данных обновилось и дело не только в слабом сканере капсулы – навыки работы со сканирующей аппаратурой у Клима тоже всего-то первого ранга. Как-то ранее не было особой нужды досконально распознавать неприятеля. Эту задачу выполняли другие капсулёры, входящие в эскадру рейда, и «раздавали» сведения новичкам. А когда Клим предпринимал одиночные операции, то угадывал от кого нужно срочно сматываться и по минимуму информации.

Вообще-то, аварийный маяк может быть запущен и специально, чтобы подманить возможного неприятеля. Затея, конечно, глупая – рассчитанная на недалёких идиотов, но мало ли? А может один из кораблей противника получил критические повреждения, вышел из боя и теперь ждёт подмоги? Это уже более логичный вариант, и, кстати, просто отличный.

«Почти царский подарок» – Клим мысленно потёр ладони. – «Стоит воспользоваться, так как терять всё-равно нечего»

Он снова добавил мощность в ускоритель и рванул к «раненному» КАРу. Нужно быстро состыковаться и попробовать перехватить управление, пока не подоспела подмога. В худшем случае – захватить один из кораблей-дронов.

И лишь секунд через десять до него вдруг дошло: «Федерация Лирт!». А ведь последнего лиртонца транклюкировали лет пятьдесят назад. Их федерация особо специализировалась на написании компьютерного кода и достигла таких высот, что шестьдесят процентов программного обеспечения Содружества было помечено надписью: «создано в Лирте». Это был своего рода знак качества.

Но постепенно лиртонцы обнаглели и даже умудрились встроить в главную финансовую систему банков «червя», который потихоньку «доил» капиталы граждан. Афера раскрылась, граждане возмутились, особенно те у кого счета красовались большим количеством нулей, и устроили всемирный скандал. Лиртонцы попытались замять дело: пообещали вернуть награбленное, но лавину уже было не остановить. От обиды многие богатеи проплатили заказы Агентству на уничтожение кораблей федерации, политики некоторых государств, вообще объявили войну, и федерацию начали, что называется, щимить где только можно. Впрочем, и где нельзя тоже.

За три года кровопролитной войны, некогда могучее государство было стёрто с политической карты. Несколько разрозненных мелких кланов и объединений полудиких лиртонцев, что ещё остались в Содружестве, даже теоретически не способны построить КАР. Выходит он висит тут уже лет пятьдесят, ещё с той войны.

И это означает следующее: не только спасение, но ещё и отличный трофей.

Только одно омрачало радость Клима. По мере приближения к аварийному кораблю, сканер продолжал строить на карте постепенно смыкающуюся «жёлтую стену». Пилот таки угодил в замкнутую сферу искажений, напоминающую «яйцо». Впрочем, если тут висит целый КАР, то выход обязательно должен быть. Как-то же эта громадина сюда попала. Вариант, что выход закупорило, как тот, через который он сам сюда проник Клим решил не рассматривать, чтобы не портить себе настроение.

Бортовые огни КАРа ярко пульсируют красным, вооружение закрыто портами, а приёмные шлюзы гостеприимно распахнуты. Все кроме одного. В веренице слотов для стыковки мелких судов, наподобие шаттлов и капсул, одна створка закупорена. Это ровным счётом ничего не значит. Возможно слот повреждён или в нём спасательный бот, но Клим уже решил пристыковаться рядом, чтобы наверняка убедиться в отсутствии опасности.

Сам корабль не очень походит на стандартный современный КАР. Слишком большое выпуклое «брюхо», слабые сопла ускорителей. Но кто его знает как лиртонцы строили пятьдесят лет назад. Может так было модно?

Капсула плавно погасила скорость и чётко скользнула в промаркированную зону швартовки. Щёлкнули захваты, подхватили яйцеобразный кораблик и зафиксировали в правильном положении.

\\Стыковка завершена.

\\Установлена связь с бортовыми системами.

\\В корабле обнаружены внутренние помещения для команды.

«Так вот почему такие странные обводы. Древняя лоханка под команду.» – понял Клим. – «Ну лучше, чем ничего. Жаль тут не отремонтировать капсулу автоматически, придётся выходить»

\\Внимание! Система регенерации повреждена. Стандартная процедура выхода невозможна.

«Аварийный выход» – скомандовал Клим, с жалостью припоминая сколько стоит полтора куба биогеля, а именно столько нужно для нормальной работы.

На учениях он уже пару раз проходил аварийную процедуру выхода, но в Академии Пилотов Агентства рядом всегда дежурили медики, готовые прийти на выручку. Теперь же придётся прочувствовать все «прелести» в одиночку.

Нейрошунты слаженно отстыковались и Клим осознал себя погруженным в клейкую густую массу. Накатило чувство беззащитности, он словно бы оказался голым посреди арктической пустыни. Что-то похожее он испытывал каждый раз, когда капсула покидала главный слот управления одного из кораблей. Только что ты был бронированным гигантом, способным сокрушать планеты, и вдруг стал крохотной мошкой, которая только и может, что жужжать у уха. При выходе из капсулы ощущения гаже в несколько раз.

Лобовая пластина брони открылась разделившись на две створки и зелёная масса биогеля выплеснулась. Пилот вылетел вместе с ней и проехался по скользкому полу. Дрожащими руками кое-как поднял себя на четвереньки и его несколько раз стошнило. Организм выбрасывал инородную жидкость.

Первым делом Клим вытер лицо от липкой гадости и огляделся. Перед глазами пляшут красные сполохи, на уши давит неприятная пульсация. Но он уже оклемался достаточно, чтобы трезво оценить обстановку.

Десяток приёмных слотов отделены друг от друга только короткими перегородками и выходят в общую шлюзовую камеру. Нужно поскорее определить, почему один из приёмников закрыт. Клим поднялся, прикоснулся к нужному месту во внутренней стенке капсулы – открылся кофр с НЗ. Схватив станер пилот заглянул в соседний отсек. В нём никого не оказалось, только такая же капсула стоит распахнув передние створки. Кто-то уже пристыковывался тут «по аварии».

Судя по засохшим разводам биогеля на полу, было это, как минимум, несколько часов назад. Это немного успокоило пилота и он вернулся к своей капсуле. Кто бы ни был предыдущим гостем КАРа, он или не справился с ситуацией или…

Клим ещё раз заглянул за перегородку. Так и есть – миеловая подсветка на ободе чужой капсулы потухла, а она способна светить без подзарядки несколько лет. Значит гость давно покинул корабль.

Окончательно расслабившись, Клим вынул из кофра с НЗ трубку портативного вибродуша и основательно почистился. Затем вдохнул из мед-ингалятора раствор удаляющий из лёгких остатки биогеля и натянул комбинезон из тонкой ткани. Оказавшись на теле хозяина комбинезон подогнал размер и вырастил на подошве обуви плотные подушечки, чтобы ногам было удобнее.

Органы чувств окончательно пришли в норму. Сполохи оказались красной аварийной подсветкой плавно меняющей яркость. А пульсация в ушах – противной сиреной тревоги – три коротких, три длинных, три коротких. Стандартная совокупность сигналов бедствия, разработанная ещё чёрт знает когда.

Повесив на пояс станер, пилот почувствовал себя почти в норме. И снова заглянул в отсек предыдущего гостя. Нужно осмотреть всё как следует.

Так-с. Капсула без видимых повреждений, впрочем, в некоторых капсулах наноброня способна самовосстанавливаться и они могли запросто «зарасти», пока пилот добирался до КАРа.

Клим внимательно исследовал внутреннюю гондолу в которой находилось тело капсулёра и нашёл три небольших отверстия в задней стенке. Похоже, предыдущему гостю основательно «поджарили задницу» и несколько осколков проникло сквозь слои защиты, ранив или убив пилота.

Судя по тому, что тела нет – пилоту либо кто-то оказал помощь, либо он выбрался сам. Биогель восстанавливает даже серьёзные ранения и пилот мог прибыть к кораблю уже здоровым.

«Чего же он тогда вышел «по аварии»? – задумался Клим. – «Тоже повреждение системы регенерации, как у меня?»

Взгляд его упал на пятна размазанные по полу. Клим потёр по одному из них подошвой, но пятно прочно въелось в покрытие. Что-то не похоже на остатки биогеля. Тот высыхает в серую пыль и легко стирается. Чуть поодаль, пятна сливаются в длинный след, словно кто-то полз, оставляя за собой извилистую полосу. Она потянулась дальше скрываясь за изгибом переборки.

«Да это же засохшая кровь»

Предыдущий гость был серьёзно ранен, так, что даже не мог встать на ноги. Биогель почему-то не справился с повреждениями и пилоту пришлось ползти. И полз он, надо думать, в медотсек. Куда же ещё?

«Отлично. Не придётся долго искать» – решил Клим.

Он уже чувствовал подступающую к горлу тошноту – явный симптом аварийного выхода из капсулы. Частицы биогеля, оставшиеся в организме, начинают потихоньку разлагаться и вызывают отравление.

Клим заспешил по оставленному предшественником следу и скоро упёрся в настежь открытую створку шлюзовой камеры. Вопиющее нарушение техники безопасности. Все створки должны быть наглухо задраены, тем более во время тревоги.

На терминале управления, рядом со створкой, мигает зелёный восклицательный знак обведённый кружочком.

\\Открыт первичный доступ.

Клим неоднократно видел такие, когда покупал очередной корабль, только сошедший со стапелей Агентства. Бортовой искин запускается первый раз. Системы безопасности отключены. И новый владелец спокойно проходит процедуру идентификации, чтобы вступить в законные права. Позже он может добавить совладельцев или арендаторов, пассажиров или членов команды, но полный доступ к системам всегда будет принадлежать лишь ему.

Зелёный восклицательный знак на терминале означает – открытые «рут-права» на судно. Вторично этот режим активируется только если владелец надумал продать корабль кому-нибудь ещё.

«Тут проходила сделка по продаже КАРа? Но почему-то сорвалась на самом интересном месте?»

Когда активен первичный доступ все перегородки открываются, со всех систем снимается блокировка, чтобы желающий приобрести корабль смог оценить его состояние. Ведь в обычном режиме любые тестовые программы будут выдавать то, что запрограммировано ранее.

Ушлые деляги иногда подобным образом «впаривают» новичкам рухлядь. Хитро программируют бортовой искин и тот показывает, что судно в отличном состоянии. Клиент платит деньги и оказывается с «разбитым корытом» на руках. Честный продавец всегда открывает перед клиентом «рут-права».

Клим провёл рукой по плоскому монитору терминала. Появился список доступных операций. Открыто всё! Можно прямо отсюда управлять кораблём. Клим поспешил отключить раздражающую сирену и красное освещение. В коридорах установилась тишина, а пространство залил приятный для глаз мягкий свет.

– Слава яйцам.

Заодно он глянул кратчайший путь к медотсеку и поспешил туда, желудок уже начинал щериться позывами к рвоте.

Несколько узких коридоров, пара поворотов, следующая створка выкрашена белым, она тоже открыта. Клим не ошибся. Бурый след тянется именно в медотсек. Бедолага пилот, наверное потерял пару литров крови пока дополз до спасительной медкапсулы.

А вот, кстати, и он сам. Высохшее тело нелепо раскорячилось, зависнув между полом и белым ложем. В почти стерильных условиях корабля, ткани не разлагаются, а просто усыхают – труп сейчас напоминает голую мумию. Из поясницы торчит обломок нейрошунта.

«Так вот почему биогель не справился»

Он способен удалять из организма инородные тела, но нейрокабель состоит из специальных материалов и воспринимается как один из органов. Пока пилот был в капсуле, биогель поддерживал рану в надлежащем состоянии. Но стоило тому выйти, как сразу же открылось кровотечение.

Стойка медкапсулы обильно измазана бурыми пятнами. Пилот мужественно дополз к пункту назначения, но не смог забраться на медицинское ложе и умер рядом с ним. В шаге от спасения.

«Бедняга» – Клим по достоинству оценил упорство коллеги. Не каждый смог бы преодолеть такой путь с отказавшими ногами и истекая кровью.

А ведь на стенке под терминалом шлюза тоже были бурые кровавые разводы, словно кто-то пытался вскарабкаться по отвесному препятствию и потратил на это уйму сил и времени.

«Ах ты ёлки!» – осенило Клима.

Элементы головоломки окончательно сложились. Все терминалы, во множестве расположенные в разных частях корабля, находятся на высоте груди взрослого человека. Раненый пилот, приползший к выходу, просто не мог дотянуться до управления. Ему стоило неимоверных усилий – вскарабкаться по стене и открыть шлюзовую камеру. Поняв, что второй такой экзекуции не выдержит, владелец активировал «Открытый первичный доступ», чтобы не возится с остальными дверями и системами защиты. Ведь в таком корабле небось ещё и проверочные посты с турелями имеются.

«Да он гений»

Сам бы Клим ни за что не догадался использовать такой, вроде бы, очевидный способ быстро убрать с пути все препятствия. Жаль, что умнику не удалось выжить. С другой стороны, тогда бы Клим скоро болтался в вакууме куском замёрзшего мяса. Чья-то гибель подарила ему спасение.

«Что же, такова жизнь»

Клим улёгся в белоснежное ложе медкаспулы, вежливо обойдя труп на полу, чтобы не потревожить. Нужно будет похоронить его с причитающимися почестями. Поза ясно говорит, что этот парень боролся до последнего. Не скрючился где-то посреди дороги в позу зародыша, рыдая и жалея себя, а терпел боль и упрямо полз. Даже почти забрался в медкапсулу. Настоящий мужик.

Ну, а то, что он один из лиртонцев, которые подло облапошили кучу народу, так это вполне в духе нравов современного Содружества. В нём есть только один закон – сила. А доводы в большинстве переговоров заканчиваются где-то на раструбах стволов боевых турелей.

Глава 2

– Запустить диагностику, – медкапсула послушно активировалась на незнакомый голос. Это ещё раз подтвердило, что «рут-права» и в самом деле открыты.

Загудели встроенные сканеры. Установилась прямая связь с нейросетью пациента.

\\Беглая диагностика проведена.

\\Обнаружено: острое отравление продуктами распада плесени ри-тай.

Именно эта зелёная пакость – основа биогеля.

\\Состояние: средняя степень тяжести.

\\Рекомендации: введение сорбентов и постельный режим в течении трёх дней. При невозможности: инвазивная очистка. Внимание! Есть побочные эффекты.

Валяться целых три дня некогда. Вдруг преследователи тоже пробьются сквозь искажения.

– Начать очистку, – колпак медкапсулы медленно закрылся и на Клима навалилась приятная дрёма.

Когда он очнулся таймер показал, что прошло полтора часа, хотя по ощущениям всего секунда.

\\Очистка завершена.

\\Состояние: удовлетворительное.

\\Рекомендации: сканирование для составления полной М-карты.

\\Начать?

– Нет, – в другой раз, сейчас есть дела поважнее.

Неприятно ныла голова, а по телу разлилась лёгкая слабость – последствия скоростного лечения.

«Могло быть и хуже» – пожал плечами парень выбираясь из медкапсулы.

Он подошёл к терминалу медицинского отсека и вывел план корабля. Пришлось елозить по экрану пальцами. Терминал не реагировал на запросы нейросети. Во время открытого первичного доступа это запрещалось системой, во избежание удалённого взлома.

Чтобы стать полноправным владельцем КАРа нужно пройти идентификацию на мостике. Искомый быстро обнаружился на плане и Клим потопал туда. Вообще-то он давно отвык от всех этих коридоров, переходов и отсеков.

В кораблях управляемых капсулёрами нет свободного внутреннего пространства. Всё занято оборудованием, вооружением и надёжно запаковано в толстый слой наноброни, в самом защищённом месте которого располагается капсула пилота. Сугубые: функциональность, эргономичность и минимизация, подчинённые одной единственной цели – боевая эффективность. Отчасти поэтому суда капсулёров наголову превосходят корабли с командой.

Есть старый бородатый анекдот: Пришли красные и выгнали белых из леса. Затем пришли белые и выгнали красных. Красные собрались и снова выгнали белых. Потом пришёл лесник и выгнал всех: и белых, и красных, и, ничего не понимающих, зелёных. Так это про капсулёра. Где бы не появлялись боевые единицы ОАП, чаша весов быстро склоняется в их сторону.

Общее Агентство Пилотов прочно заняло позицию над бесконечными политическими сторонами Содружества, воюя исключительно за тех, кто способен хорошо заплатить. И плюёт на разные патриотичные призывы различных государств – поддержать правых или оказать помощь слабым. Свободные пилоты не служат никому, но работают на всех.

Это непривычно для коренного землянина, но Клим быстро свыкся с существующим положением вещей. В конце концов, в чужой монастырь со своим уставом не лезут.

Наконец подсказки нейросети привели его на мостик. В довольно скромное помещение всего с тремя креслами. Хотя обычно корабли такого класса комплектуются большим количеством экипажа.

На капитанском терминале, справа от ложемента пилота, оборудованном ещё и старыми рукоятками управления помимо нейросетевого порта, горит всё тот же зелёный восклицательный знак. Клим положил на него ладонь.

\\Пройти процедуру идентификации?

– Да, – кожу слегка защипало. Это сканер капитанского терминала взял образец ДНК.

\\Идентификация завершена. Статус идентификанта?

– Единоличный владелец, – отозвался парень, мимо воли сделав ударение на первом слове.

\\Должность?

– Капитан, – приятно снова обзавестись собственным кораблём, взамен уничтоженного эсминца, который, какая жалось, даже не был застрахован.

Клим ответил ещё на дюжину нудных вопросов, уселся в капитанское кресло и вывел на экран общую информацию.

\\Объект: Лиртонская передвижная верфь «Жук»

\\Специализация: Производство малых и средних кораблей.

Вот и ещё одна причина почему обводы судна показались такими странными, а на мостике всего три кресла – это не боевой корабль, а передвижная верфь. Непонятно только, куда подевались остальные члены экипажа. В команде должно состоять под сотню инженеров и техников.

Клим глянул список чертежей в базе и присвистнул.

– Ого-го.

Почти все типы оборудования военного образца, даже капсульные есть. Значит верфь принадлежала непосредственно федерации, а не частным лицам. Чертежи, конечно, старые – пятидесятилетней давности, но на тот момент это были самые передовые технологии Лирта. Не могли же лиртонцы прекрасно «шарить» в программном коде, но «клепать» отстойные корабли. В конце концов, Лирт «всем миром» побеждали аж целых три года.

К сожалению, оценить качество представленной продукции Клим не в состоянии. Он ведь не техник, а пилот. Общие же характеристики, которые легко расшифровывались его минимальной технологической базой знаний, вполне соответствовали среднему показателю по Содружеству.

Впрочем, Клим был несказанно рад и этому. Завладеть таким призом, просто громадное достижение для выходца из дикого мира, которым считается Земля. Можно смело продать «Жука» Агентству и обеспечить себя до конца дней. Будет у него не только новый эсминец, а даже целый линейный крейсер, а то и дредноут.

– Два! – растянул улыбку Клим.

Бортовой искин, наконец, окончательно загрузился и разрешил доступ ко всем системам судна по нейросети. Климу сразу же захотелось заглянуть в святая святых любой верфи – в отсек проектировки. Он не спеша побрёл туда, по дороге активируя необходимые протоколы и раздавая приказы: Поднять температуру в жилых отсеках, а то что-то прохладновато. Запустить корабельную кухню, а то уже урчит желудок. Включить дроидов уборщиков и ремонтников, мало ли чего тут поломалось за пятьдесят лет простоя.

На пороге отсека проектировки парень нерешительно замер, рефлекторно потянувшись к станеру на поясе – два десятка тел замерли в разных частях помещения. Кто склонился над терминалом, кто растянулся посреди прохода, кто скрючился в кресле. На многих комбинезонах виднеются рваные дыры, всё заляпано бурыми, давно засохшими пятнами. Некоторые панели разбиты, а терминалы повреждены. Даже обзорное окно из матстекла, которое выходит на громадный сборочный ангар, и то треснуло.

У входа, прямо на полу, валяется причина всех этих бедствий – штурмовая винтовка. Кто-то неизвестный хладнокровно расстрелял кучу народа и бросил оружие с опустевшим магазином. Впрочем, отчего же «неизвестный»? Очень даже известный – тот самый мужик, труп которого скрючился в медотсеке. Больше некому. Он оказался не только упорным борцом, но ещё и жестоким убийцей.

Видимо, убедившись, что Федерация Лирт на пороге краха, он не растерялся и решил прибрать к рукам казённое имущество. А чтобы не делиться – устроил бойню. Это тоже вполне сочетается с порядками, царящими в Содружестве.

Хочешь что-то взять? – Возьми, если сможешь. И не важно кто стоит за трофеем – громадная корпорация, чей флот превосходит боевой мощью союз нескольких сверхдержав или крохотная империя, зона влияния которой ограничена одним континентом на забытой планете. Хилые одиночки тут не выживают и никто не будет плакать из-за нерадивого союзника. Хотя, если поймают на горячем – голову оторвут – союзник всё-таки. В Содружестве нужно либо быть волком, либо присоединится к отаре, если ты овца. А любой пилот по натуре волк, хотя большинство и сбилось в стаю под грозной аббревиатурой ОАП.

Поэтому куча трупов особого впечатления на Клима не произвела. Зато заинтересовал шкаф вмонтированный в боковую стену. На нём красовался замысловатый значок в виде перечёркнутой буквы «Х» и две считывающих панели, они располагались по разным сторонам шкафа, чтобы открыть его могли только двое, одновременно пройдя идентификацию. Такие меры безопасности наводят на мысль, что в шкафу хранится что-то ценное.

Доступ единоличного владельца позволил Климу открыть створки шкафа просто прикоснувшись к одной единственной панели. В нём оказалось всего три полки. Верхняя пуста, на средней небольшая плоская коробочка, размером с кредитку, а нижняя просто забита такими же коробочками. И на каждой красивым стилизованным шрифтом выведено: ПЛЕКС.

Подрагивающей рукой Клим взял один из контейнеров и перевернув, глянул на шкалу с обратной стороны.

Наполнение: ноль процентов.

Клим взял следующий коробочек: ноль процентов. Ноль, ноль, ноль. Все контейнеры на нижней полке оказались пусты. Он схватил единственный плекс, что лежал на средней. Наполнение: пять процентов. Не пустой, но уже изрядно пользованный.

По логике вещей на самом верху когда-то лежали полные, но теперь там ничего нет. Мда… Поиздержалась Федерация Лирт за три года войны на выживание. Скорее всего верфь потому и спрятали в искажениях, что запасы плекса почти кончились. А Клим-то уже было представил небольшую империю имени себя любимого, где он царь и бог.

Обломчикус, господин Клим. Пять процентов плекса это ваш потолок. Впрочем, с ними тоже можно распечатать корабль, может даже хватит на линейный крейсер, если не сильно шиковать и ограничится установкой дешёвых модулей.

– А счастье было так возможно, – разочарованно протянул пилот, приложил плекс к груди и комбинезон тот-час отрастил в нужном месте кармашек, скрыв дорогую находку. – И так возможно, и вот так.

На пороге отсека уже замер дроид-убощик. Он воспринимает трупы как живых членов экипажа и не спешит приступать к обязанностям в комнате полной людей. Что же тут не прибрался бывший хозяин? Наворотил дел, а убрать забыл. Не было времени? Клим отдал уборщику указание по нейросети утилизировать тела и побрёл в столовую, желудок уже нагло скрёб когтями по рёбрам.

Разместившись за столиком офицерской столовой и медленно пережевывая пищу, Клим задумчиво выложил перед собой плекс.

– – Поле-лучевая енерго-комплекстная субстанция, – вывела было нейросеть окно подсказки над контейнером, но Клим раздражённо закрыл его.

В бытность свою кадетом Академии, он с искренним упрямством попытался разобраться, что же на самом деле представляет из себя плекс. Поле? Лучи? Волны? Материю? Или всё это разом? Даже расщедрился на вторые базы по физике. Но не понял ровным счётом ничего, лишь общие идеи, доступные обывателю и так, бесплатно: плекс – жутко дорогая «хрень» из которой производят всё, что угодно. Имея нужные чертежи, само собой.

Можно годами рыскать по вселенной перерабатывая горы астероидной породы, выделяя руды с подходящими свойствами для создания сложных устройств. А можно вставить в приёмник синтезатора вот такую маленькую коробочку и запросто распечатать оборудование любой конфигурации.

Плекс не имеет массы и чёткого объёма, зато у него есть непонятное «наполнение» и очевидная цена, колеблющаяся в районе миллиарда кредитов. В конечном итоге при использовании плекса производство кораблей удешевляется, ведь не нужно тратить время на добычу и переработку. Это превратило плекс в своего рода «золото», дополнительную валюту, которая стала довольно популярной в Содружестве. А заводы по уплотнению материи в плексы быстро стали самыми охраняемыми объектами корпораций и государств. И ежедневно требовали огромного количества руды для своей работы.

В общем, Клим в одночасье разбогател приблизительно на пятьдесят миллионов. Целое состояние для какого-нибудь забитого чиновника, но не такие уж большие деньги для человека из касты бессмертных.

Самый дешёвый линейный крейсер, чистый – без сопутствующего оборудования и вооружения, стоит около тридцати миллионов. И ведь крейсера чуть ли не расходный материал во время больших столкновений. Некоторые успешные капсулёры меняют их, словно перчатки, по два раза в неделю.

А Клим уже не представлял себя вне ОАП. Его манили просторы космоса, власть и сила, что дают мощные корабли. Хотелось свершений и подвигов. Эпичных битв.

Осесть на дикой планете, построить дворец и завести гарем? Нет-нет. Лучше уж носится между системами на дешёвом почтовом корвете, в окружении холодного света звёзд, и жить вечно.

Погружённое в биогель тело не только восстанавливается, но и медленно регенерирует. За год безвылазного сидения в плесени ри-тай можно помолодеть месяца на два. Не очень эффективный показатель, но для капсулёров, большую часть жизни проводящих в капсулах – это стало ещё одной причиной называться бессмертными. Они практически не старели.

Воспоминание о пустых контейнерах плекса расстроило пилота.

– Ладно, – жёстко взмахнул он рукой. – Чего ты разнылся? Сутки назад всё твоё имущество составлял не застрахованный эсминец за три ляма. А теперь тебе мало пятьдесят?

После этой тирады смурное настроение немного посветлело и он вспомнил, что ещё не изучил бортовой журнал. Стоит выяснить каким именно способом «Жук» попал в закрытую искажениями зону. Благо это уже можно сделать по сети, а не топать в рубку снова.

Оказалось, что ларчик открывается просто: В определённом месте искажений, стенка совсем тонкая и достаточно пары взрывов чтобы её ненадолго раздвинуть. Правда разлом появляется небольшой и снова зарастает в течении получаса. Сам «Жук» в него не влезет. Для вывода верфи понадобится слаженный залп пятёрки крейсеров или мощная бомба, собственно, так его сюда и запрятали – с помощью залпа эскорта. Эскорт полетел воевать дальше, а «Жук» остался.

– Блин! – вздохнул пилот.

С идеей быстро и дорого продать технологии «Жука» Агентству, придётся повременить. Ведь если он просто укажет координаты верфи, то цену придётся снизить, да ещё и облапошить могут. Маловероятный сценарий, конечно, ОАП предпочитает не обманывать своих пилотов, но в стаю всегда может затесаться одинокий волк. Услыхав о сделке кто-нибудь захочет устроить каверзу и перехватить заманчивый приз. Так что рисковать не стоит.

Да и гнать такую громадину в одиночку, без солидного конвоя, да ещё и используя нейросетевое управление – это всё-равно, что попросту подарить пиратам.

Остаётся только распечатать себе кораблик поскромнее, собрать команду надёжных парней.

«С которыми, опять же, придётся делиться» – кисло подумал Клим.

Нет уж, пусть эта чёртова верфь остаётся пока там, где стоит. Даже простая возможность построить себе новый корабль без накрутки посредников уже ценность. В будущем «Жук» пригодиться самому. Не вечно же Клим будет в задних рядах.

Значит нужен корабль – на котором можно качественно, а главное быстро подняться. Мысли о крейсере Клим отмёл сразу.

Во-первых: необходимый навык пилотирования «залит» всего на двадцать процентов, а это одно из главных требований. Управление судами через капсулу не такой уж простой процесс и требует долгого обучения.

Даже землянин, долго водивший легковой автомобиль, пересев за баранку большого тягача, вряд ли доедет до пункта назначения. Мало того, что тягач в разы массивнее, в нём коробка передач на шестнадцать положений – попробуй разберись. А ведь космический корабль далеко не тягач. Даже разница между фрегатом и корветом, как между велосипедом и гоночным болидом.

Для обучения используются базы знаний, предварительно загруженные в нейросеть. Их информация постепенно переносится в мозг, образуя новые синапсы. В фоновом режиме, без вспомогательных методов, эта довольно медленная процедура. Сравнительно медленная, конечно, если учить самому, используя учебники и тетрадки, то вообще сто лет понадобится.

Во-вторых: распечатать полностью укомплектованный крейсер имея всего пять процентов плекса попросту невозможно. В лучшем случае выйдет полупустая болванка, на которой только вейсов гонять.

Остаются: старые добрые эсминцы, навыки на которые по большей части изучены. Нужно лишь выбрать что-то достаточно многофункциональное, чтобы подрабатывать понемногу, но везде.

Клим углубился в список имеющихся чертежей и скоро голова пошла кругом. Не то, чтобы выбор был через-чур велик. Просто обычно пилоты подбирают корабль под конкретную задачу. В идеале: под каждый отдельный рейд. Существует масса специализаций и направлений, всё сложно и запутанно. Судно отвечающее сразу многим требованиям – по факту будет бесполезно везде. Следует определиться с зоной использования.

О добыче руды Клим даже не подумал – не его это дело неделями долбить астероиды. Перевозка грузов – надоела ещё в первые пару лет, когда он гонял почтовый корвет, чтобы заработать на нормальный корабль. Война фракций – найм в состав временной эскадры, для ведения боевых действий за вознаграждение. Именно благодаря последнему, он сейчас и сидит в «Жуке», пару раз чуть не сдохнув по дороге.

Уже пятая по счёту «лёгкая прогулка» с отшибанием голов отсталым корпам обернулась западнёй с превосходящими силами противника и массовым убийством капсулёров.

– Кстати, да!

Зачем враги всё-таки так настырно долбили все капсулы подряд? Ну не ради развлечения – это точно. Какие-то отморозки, ненавидящие всех капсулёров без исключения? Да ну – бред. Разве что они искали кого-то конкретного, ради кого, собственно, и затеяли всю игру?

– А вот это мысль! – Климу сразу же вспомнился молодой князь Всеволод с которым он познакомился перед последней битвой.

* * *

Поскольку агенты ОАП давно рыщут по вселенной в поисках подходящих кандидатов, то неудивительно, что их мелкое представительство появилось и на Земле. Это не афишируется, чтобы избежать паники или культурного и технологического шока. Да Агентству и не интересна отсталая планета в целом, они ищут отдельных индивидов с нужным коэффициентом интеллекта и зачатками ПСИ-способностей. Таких мало, но лишь они и годятся в капсулёры.

Одиночки в Содружестве не выживают, и это заставляет разумных объединяться в различные кланы, общины, корпорации, империи, царства и прочее, прочее, прочее. Ограничивается весь этот «цветник» только воображением существ, напридумывавших уйму форм правлений, взаимодействий и разделений по каким-нибудь, зачастую идиотским, признакам.

В Содружестве множество выходцев с планеты Земля. Некоторые сотрудничают между собой, создавая свои собственные объединения. Одним из них стал клан «Славяне», с базой на планете «Слава». Кто в него входит не трудно догадаться из названия.

Содружество проверяло этих парней на крепость неоднократно, как и любое другое новое сообщество, которые «рождаются» и «умирают» в нём ежеминутно. С кем сокланам только не пришлось повоевать. Все более крупные соседи, всегда хотят подмять новичков. Однако «Славяне» ни под кого «ложиться» не пожелали и рьяно отстаивали независимость. Несколько раз клан был серьёзно бит, но как водится – не сдавался, каждый раз возрождаясь из пепла, словно мифическая птица Феникс.

Климу приходило приглашение вступит в его ряды, но он скептически отнёсся к союзу, в котором власть передаётся по наследству. Все эти короли, графы и прочие дворяне вызывали недоумение. То-ли дело пилотский рейтинг, практиковавшийся в ОАП, и меняющийся в зависимости от успехов пилота.

Что-то в этом духе он и ляпнул при князе на приёме устроенном в честь будущей маленькой войнушки. Устраиваются такие приёмы редко, а Клим вообще старался не посещать подобные мероприятия, но иногда нужно выбираться из капсулы, чтобы не поехала крыша.

Вот и выбрался на свою голову. Как обычно – сразу ляпнул, а потом уже подумал и пожалел:

«Это же работодатель, твою мать! Сейчас обидится и не подтвердит контракт из-за глупых политических разногласий»

Но Всеволод, от колючего взгляда которого хотелось встать «смирно», вопреки ожиданиям, повёл себя совершенно иначе. Не устроил визгливый скандал, а вполне спокойно заметил:

– Кровь не водица. Вряд ли достойный, храбрый и честный человек воспитает своего сына подонком. Как и маловероятно, что тупое, ограниченное быдло родит интеллектуала. Исключения, конечно, случаются, но в нашем клане, – он сказал не «в моём», хотя был тут вроде короля со всеми вытекающими, а именно в «нашем». Парень не выпендривался, показывая превосходство, а отстаивал точку зрения. Это понравилось Климу. – В нашем клане каждый имеет шанс занять подобающее место. Нерадивый будет разжалован, умелый заслужит положение и передаст его потомкам. Вечных парий, как и вечных неприкасаемых, нет.

– И что же? – скептически отозвался Клим и кивнул в сторону первого советника, кажется графа, а то и герцога, с важным видом бороздящего праздничный зал. Пузатый зазнайка вызывал желание дать в морду. Он уже «достал» большую часть приглашённых пилотов скользкими намёками насколько он крут и велик. А так же завуалированным предложением пообщаться после приёма тат-а-тет. – Даже если очень большая шишка оступится, его сделают лакеем?

– Даже меня выпрут из кресла, если я начну тупить, – запросто улыбнулся князь. – А на счёт дяди Казимира ты зря. Он очень умный политик, хоть и производит не очень хорошее впечатление по началу.

Так первый советник ему дядя, значит точно герцог. Впрочем, Клим не очень разбирался во всей этой трахомудии с титулами, а потому плюнул. Его заинтересовало другое, князь сказал: «Кресло». Не трон, не престол – кресло. Молодой правитель относится к своему положению, как к ответственной должности, а не святому праву полученному от рождения.

«Интересный парень. Ещё и капсулёр. Отучился в Академии Пилотов ОАП как и я» – подумал Клим, но обещать куда-либо вступать не спешил. – «Может позже задумаюсь»

Он только собрал свой первый эсминец и быть пешкой в игре больших дядек не желал.

А на следующий день произошло то, что произошло. Простая операция по отгону мелкой шушеры от скопления астероидов, чтобы «Славяне» могли безопасно разрабатывать руду не подвергаясь нападкам охотников, внезапно вылилась в ловушку. Мелкая шушера оказалась организованной армадой капсулёров, которые вряд ли бы собрались для защиты беспонтовго рудника на отшибе. Кто-то нанял их именно для разгрома «Славян».

Нет, не «Славян». Армия клана была представлена всего десятком кораблей, одним из которых, кстати, управлял князь Всеволод. В первые же минуты боя, больше всего досталось именно его крейсеру, слаженный залп почти распылил его, но Всеволод умудрился уйти на капсуле и затеряться среди уцелевших. Противник зажал у искажений остальных наёмников ОАП, а потом начал расстреливать все капсулы подряд. Сто процентов выискивая именно князя.

Даже ясно кто заказчик – дядюшка Казимир. Только ему выгодна смерть Всеволода, поскольку первый советник теперь ещё и следующий претендент на престол.

«Вот сволочь»

Тут Клим припомнил его попытки по тихому переговорить с членами наёмной эскадры. На следующий день пятеро «переговоривших» не явились на сборы у орбиты Славы. Вряд ли их подло убили, скорее всего пилоты всё-таки приняли участие в рейде, но на стороне противника. Это разрешается если контракт ещё не подтверждён, а подтверждали его уже на самих сборах. И на этом непонятном моменте заблаговременно настоял именно Казимир.

«Действительно умный политик» – запоздало согласился с князем Клим. – «Вернее хитрый»

Чтобы подтвердить эту теорию достаточно заявится в филиал Агентства и запросить списки найма. Одного из возможных перебежчиков Клим отлично знает – это Мерин, вместе учились в академии. Сволочной и подленький. А вот имечко себе подобрал вызывающее. Предъявить ему нечего, Мерин действовал в рамках регламента, он не обязан разглашать условия своего нового контракта, но учитывая обстоятельства, а именно – опасность для жизни коллег, мог бы и намекнуть, тем более однокашнику.

Лицо ему бить глупо, а вот кораблик «разобрать», захватить капсулу и пообщаться по душам – это можно. Это правилами не запрещено, если знать нужные места, свободные от надзора и запретов. Клим знал.

* * *

Вселенная бесконечна. Галактики огромны. Звёзды бесчисленны.

В космосе зародилось немало форм разумной жизни. И какое-то её количество предпочитает держаться вместе. Не только ради общения, а и потому, что богатства и знания легче отнять у соседей, чем создавать самим. По крайней мере, Содружество производит именно такое впечатление, на первый взгляд. Кстати, Клим очень удивился в своё время, но большинство входящих в Содружество разумных – гуманоиды.

Но есть и «другие». Не просто непохожие на людей, а полностью чуждые. С ними нельзя заключить мир или союз, нельзя принять общие законы, нельзя договориться. Не всегда удаётся даже установить контакт. Как нельзя уговорить снежную лавину немножечко обождать пока ты уберёшься с её пути. «Они» или не понимают, или не хотят понять, или «им» просто всё-равно. Да и без толку уговаривать гусениц не жрать твой любимый куст смородины – проще взять банку диклофоса и отравить сволочей.

«Они» бывают разными: СуперИскин созданный древними, который вдруг осознал себя личностью и внезапно решил стать императором всея вселенной. Раса ПСИ-одарённых червей, воспринимающая человечество как опасный вирус. Рой инсектоидов умеющих только воевать и пожирать планеты.

И ведут «они» себя по разному: Кто-то строит неприступные вереницы крепостей, захватывая целые рукава галактик. Кто-то перемещается на корабле-матке, устраивая «судные дни» в самых неожиданных местах. Кто-то подстерегает и выхватывает из варпа одиноких путников, действуя малыми эскадрами.

Всех «Их» объединяет одно – неугомонное желание уничтожать других. Бездумно, яростно, без объяснений. Таким присвоили общее название – УРТ. Условно Разумные Твари. Впрочем, недавно, с лёгкой руки землян, к «ним» приклеилось ещё одно прозвище – НПС (НеПиСи. Персонаж управляемый не игроком). За схожесть поведения с компьютерными персонажами игр – те тоже отрабатывают узкую роль, не особенно озабочиваясь логичностью.

Помимо того, что УРТы опасны и необоснованно враждебны, от них есть и некая польза:

Во-первых: засранцы заставляют людей держаться вместе и организовывать альянсы, чтобы не стать лёгкой добычей армад того же СуперИскина. И это хорошо, иначе Содружество уже давно сожрало бы само себя в бесчисленных вонах за влияние.

Во-вторых: «они» бесконечная кладезь ценных трофеев: Новые технологии, полезные артефакты, ценные ресурсы. Например инсекты вырабатывают газ, который учёные так и не научились производить, зато быстро поняли как его выгодно использовать.

Ежедневно, в разных частях Содружества формируются большие флоты и отправляются в рейды на территорию какого-нибудь УРТ. Чтобы отогнать особо наседающих уродов или просто подзаработать.

Сотни начинающих пилотов идут следом, отдельно от рейда, и после боя подбирают «объедки», а «взрослые» смотрят на это дело сквозь пальцы – они тоже когда-то были молодыми и бедными.

* * *

Мерин неоднократно хвастался где собирает остатки лута после больших побоищ, то, что не приглянулось основным участникам битвы. Его можно там запросто подловить. Места опасные и никто не заметит пропажи одного из новичков.

Осталось лишь подобрать достаточно быстрый корабль и правильно скомпоновать оборудование, в которое обязательно должны входить варп-глушитель и стазис-сеть. Первый не даст противнику улизнуть в варп, второй затормозит маневровые двигатели. Правда такое оборудование жрёт уйму энергии, и на пушки почти не останется. Чем же тогда «разбирать» неприятеля? Хорошо бы взять напарника с хорошим вооружением.

С другой стороны, если подобраться достаточно близко и атаковать неожиданно, хватит и корабля со средним вооружением. Особенно если он буден превосходить фрегат Мерина по всем остальным статьям.

Взгляд Клима упал на многорежимный эсминец «Зуум» – то, что нужно. Корабль способен сменять несколько режимов, увеличивая скорость, дальнобойность или защиту, в зависимости от текущих нужд. Это сказывается на общей мощности, но учитывая, что стоит он почти тридцать миллионов – все модули такого качества, что корабль даст фору иному крейсеру. Заодно останется достаточно плекса на распечатку нужного оборудования.

* * *

Современные кристаллические решётки наноброни и энергетические щиты выдерживают титанические нагрузки, чтобы их разрушить нужны соответствующие наступательные средства. Теоретически можно спроектировать судно с сотней слотов для оружия, но «жрать» оно будет столько, что никакой конденсатор не потянет. Ставить же маломощное вооружение – не вариант. Понадобится несколько часов, чтобы просадить вражеские щиты. Предпочтение обычно отдаётся нескольким сверхмощным турелям, что сольют врага за несколько залпов. Иначе нападать просто нет смысла.

Лишь громадные линкоры и необъятные дредноуты могут похвастаться десятками слотов для установки оружия. У эсминца цифра скромнее, а ведь нужно ещё и дополнительное оборудование впихнуть.

Поскольку не существует какого-то одного «правильного» набора модулей – пилоты проводят бесчисленные часы компонуя оборудование. Это часть работы капсулёра.

* * *

Клим, как и всегда, очень тщательно отнёсся к поставленной задаче. Эсминец должен не только захватить и «разобрать» лоханку Мерена – это всего лишь разовая акция. Но ещё и пригодиться впоследствии как основной корабль.

Почти сутки парень подбирал варианты, разрабатывал схемы и лишь сто раз всё взвесив и перепроверив отправился в отсек проектировки.

Схемы загружены, контейнер плекса занял место в приёмнике, приказы отданы. За чуть треснувшим обзорным матстеклом, выходящим в сборочный зал, загорелись первые вспышки. Манипуляторы верфи сдвинулись с мест, материализуя остов будущего корабля.

«Зуум» чем-то похож на другую линейку многорежимных эсминцев – «Фаравекс», корпорации Арк. Клим изучал их ещё в академии – старые, но ещё далеко не устаревшие модели. Те же: мощный «торс», выпуклая «голова», оружейные порты по периметру «лица». Похоже, лиртонцы, не мудрствуя, просто передрали чужой проект. Но надо признать, получилось у них великолепно. Ребята отобрали самые лучшие технологические решения, скомпоновав их в «почти идеал».

«Ну жди Мерин. Не дай боже, тебе оказаться там где я думаю живым и здоровым, да ещё и с целёхоньким кораблём» – всё же Клим отдавал себе отчёт, что может ошибаться и все его подозрения блажь.

Глава 3

Вернувшись в медицинский отсек Клим осторожно уложил усохшее тело в медкапсулу и отдал распоряжение на посмертное сканирование. Уже через пять минут на нейросеть пришёл отчёт:

– – Смерть наступила в следствии критической потери крови. Рана вызвана инородным предметом застрявшим между грудным и поясничным отделом позвоночника.

– – Организм отравлен продуктами разложения плесени ри-тай.

– – Обнаружено недавнее, частично излеченное, повреждение головного мозга. Задета зона установки нейросети. Разрушен узел связи.

Вот и ещё одна разгадка непонятного поведения, которую Клим списывал, на неполадки или программное ограничение – мужик не стал открывать шлюзовую перегородку дистанционно, как обычно и делается, так как его нейросеть была повреждена и потеряла связь. Колония нанороботов, входящая в комплект сети, чинит подобное в течении нескольких часов. Но у мужика их не было. Он умирал.

– Силён, бродяга.

Отравленный, истекающий кровью, с пробитой башкой, без ног и без связи – его будто постигла кармическая месть, за убитых соплеменников. И всё же он умудрился добраться до медицинского отсека. Правда ему это так и не помогло – помер. Карма, она такая карма.

Усопший хоть и был ещё тем упырком, положив десятки «своих», но определённую долю уважения всё же вызывал. Клим решил не отказываться от первоначального намерения, а всё-таки похоронить капсулёра как подобает, и вызвал ремонтного дроида.

Медкапсула запаковала труп в прочный белый саван, Клим погрузил его на платформу дроида и последовал за ремонтником в шлюзовой отсек. Там саван перекочевал в повреждённую капсулу, а дроид захлопнул и заварил аварийные створки лобовой брони.

Негромкий шлепок и капсула с лиртонцем отправилась в последний полёт – к звезде сияющей в окружении флуктуационных искажений. Путь не близкий, возможно, пройдёт не одна сотня лет пока округлая скорлупка достигнет короны жёлтого карлика, где и сгорит.

Клим переключил ближайший терминал на наружный обзор и несколько минут молча наблюдал как блестящая искра исчезает во тьме.

– А вот я собираюсь жить вечно, приятель, – чуть улыбнулся Клим. – Пока получается.

* * *

Понадобилась неделя чтобы распечатать «Зуум». Всё-таки верфь маломощная, это не те громадины, что использует ОАП.

Дополнительно Клим расщедрился на улучшенную капсулу, решив больше не рассчитывать на привычную снисходительность братьев капсулёров. Даже оборудовал её лёгкой гибридной турелью, способной сбивать ракеты.

На все задумки плекса не хватило. Кое-что пришлось оставить до лучших времён. Впрочем, получившийся комплект оборудования наголову превосходил всё, что имелось в распоряжении Клима раньше. Жаль нельзя установить все модули одновременно – в «Зууме» не так много средних и малых слотов. Перед каждой операцией нужно будет менять набор на оптимальный, а в открытом космосе этого не сделать. Варп-глушитель и стазис-сеть, необходимые для ловли Мерина, отправились в трюм эсминца, дожидаться своего часа.

За время пока «Жук» распечатывал эсминец, Клим облазил верфь снизу доверху. Самое интересное, естественно, обнаружилось в капитанской каюте, вернее целой шестикомнатной квартире. Первым попался на глаза браслет с набором утилит взлома, с гордой надписью: «Создано в Лирте». Банковскую систему таким, конечно, не взломаешь, а вот электронный дверной замок получится. Что-то вроде универсальной отмычки. Всё-таки лиртонцы умели писать код, даже сейчас их программное обеспечение пользуется небольшим спросом.

Браслет легко защёлкнулся на запястье и сменил окрас под цвет кожи нового хозяина, став почти незаметным.

Ещё нашлись неплохой набор кристаллов с базами и бронированный костюм штурмовика, в комплекте которого отсутствовала винтовка.

На последний Клим глянул с лёгкой ухмылкой, припомнив забавную неприятность, случившуюся с ним когда-то. В бытность свою кадетом, он считал, что сможет всё. Рулить кораблями, создавать технологии, строить суда, бить лица плохим парням.

Но обыденная действительность быстро расставила всё по местам. Нельзя быть докой во всём. Это доказал ему один из сосунков, только начавший проходить обучение в пехотной школе, первокурсник.

Они встретились в одном из баров, на Альфа-шесть сектора Крест. На станции где ОАП сосредоточил учреждения по обучению персонала.

Небольшое недоразумение, Клим уже не помнил из-за чего оно случилось. Слово за слово. Оскорбление на оскорбление. И вот парни уже выставили кулаки. Пехотинец замахнулся первым. Клим заметил замах, классифицировал угрозу, просчитал траекторию, и сделал то, что сделал бы на его месте любой умелый пилот – защитился. Нет, не увернулся, не выставил блок, а рефлекторно «напряг» зону мозга отвечающую за распределение мощности щитов.

К чести кадета Пилотской Академии, нужно признать, что когда его голова «бздынькнула» о плиту пола, капсулёр ни на миг не утратил концентрации, продолжая настырно наращивать защиту – когда пилоту плохо, вернее особенно в тот момент когда ему плохо – щиты должны быть включены на максимум. Это непреложный закон боя.

Мешком валяясь на полу и осознав как лоханулся, Клим начал посмеиваться, чем вызвал немалое удивление оппонента. К счастью пинать лежачего тот не стал, и позже они даже познакомились, ну и как водится после некоторых драк, подружились.

Чирик оказался неплохим парнем и даже затащил Клима в тренировочный зал, где наглядно продемонстрировал чему обучают будущих штурмовиков. Именно тогда Клим окончательно осознал, что каждый должен заниматься своим делом. Пилоты – уничтожать корабли противника, а пехотинцы – подавлять живую силу. Универсалов не существует.

Тот же многорежимный «Зуум» может перестроиться в снайпера или увеличить скорость и маневренность, раздвинув рамки ускорителей. Но даже в этих режимах он не сравнится с заточенным под чистую скорость фрегатом или бить дальше специализированного торпедника.

Климу понравился костюм, но наряжаться в него он и не подумал – достаточно станера на поясе. И даже им лучше не пользоваться, а сосредоточится на том, что действительно умеешь лучше всего.

* * *

Приготовления закончены, модули установлены, запасное оборудование загружено в трюм. Плекс показывает ноль процентов наполнения. Теоретические пятьдесят миллионов кредитов потрачены.

Клим не жалел. Всё что нужно у него есть – новый корабль и великий космос вокруг. Он заранее перегнал верфь поближе к звезде, чтобы её излучение прикрывало «Жука», и активировал генераторы маскировочного поля. Даже если кто-нибудь умудрится случайно попасть в зону закрытую искажениями – верфь ему найти будет трудно.

* * *

Последние Прыжковые Врата остались позади и «Зуум» вынырнул в секторе Крест. Рядом с Вратами величественно зависла станция Альфа-шесть. Альма-матер почти всех пилотов с Земли. ОАП старается кучковать своих работников по национальным и расовым признакам, чтобы избегать лишней напряжённости. Часто конфликты разгораются даже на пустом месте, чего уж говорить, если у одного из одногруппников будут рога вместо волос.

Клим запросил разрешение на швартовку и позволил автопилоту сделать остальное. Через восемь минут «Зуум» замер в доке, а капсула выскользнула из слоёв наноброни и улеглась в специальное ложе. Насосы медленно откачали биогель, автоматика регенератора «промыла» и «высушила» тело пилота от остатков плесени ри-тай, и лишь после этого отключились нейрошунты.

Клим высунулся из капсулы и первым делом перед глазами замелькала реклама. Десятки однотипных сообщений: купи, возьми, воспользуйся. Клим активировал протокол антиспама в нейросети, натянул комбинезон, проверил станер.

В это время капсула, лишённая биогеля, сложилась в транспортировочное положение, и стала почти вчетверо меньше. Теперь, при нужде, её можно будет погрузить даже в такси.

Стоянка для членов ОАП бесплатна. Клим зарегистрировался у терминала и вышел из дока. Несколько тихих коридоров, скромный лифт. Он быстро поднял пилота на средние уровни станции и гостеприимно распахнул створки.

Громадный зал-распределитель наполнен суетой. Ездят кары и грузовые дроиды, ходят люди. В уши вонзился разноголосый шум толпы. Особенно режут слух радостные крики двух, разряженных непонятно во что типов, изображение которых проецируется на десятиметровую стену зала.

Жаль рекламу на биг-бордах нельзя так же запросто отсечь, как сетевую почту:

–Ты только окончил Академию? У тебя нет опыта, средние показатели интеллекта и не прокачаны навыки? Тебя не берут в рейды на УРТов, потому, что ты ни черта не умеешь!? Твой выбор – линейный крейсер «Перфо».

– Чем же так крут этот выродок ада?

– Громадный буфер щита! Твоего щита так дохрена, что он восстанавливается сам по себе, без накачки конденсатора!

– Грёбанный «Перфо» захватывает цели просто на неприличном расстоянии, а стреляет ещё дальше!

– Может наносить все типы урона и имеет не хилые бонусы на лазерное оборудование!

– Мощный искин заточен для работы со средствами радиоэлектронной борьбы и поможет управлять десяткой дронов, даже если твой уровень ПСИ-одарённости близок к нулю, при этом дроны будут воевать умнее стада санарских атакаторов!

– Тебе просто ничего не придётся делать! Эта смертоносная тварь прицелится и «разберёт» врага раньше, чем ты сам его заметишь! Что!? Кто здесь? Ой… ты уже сдох. И потом «Перфо» затянет все трофеи в свой необъятный трюм, не оставив прилипалам-стервятникам даже распоследней сгоревшей микросхемы!

– Нетребователен к качу! Всего год в медкапсуле под разгоном и на этой толстенной плите наноброни уже можно будет летать не чувствуя себя ущербом!

– Чуть не забыл. Ещё одно невероятное предложение! Пусть наша корпорация разорится, но мы устроим конкурентам подлянку!

– Что!? Неужели ещё что-то!?

– ДА! Препараты разгона, годовая аренда медкапсулы и необходимые базы знаний – ВХОДЯТ В ЦЕНУ КРЕЙСЕРА! СПЕШИТЕ! Данная акция активна ограниченное время.

– Ты ещё сомневаешься!? Просто попробуй «Перфо» в деле и забудь всё остальное! Этот ублюдок пугает даже нас самих!

Корпорация: «Верфи Немезиды» – Только самое губительное из убойного!

Клим помотал головой, он уже немного отвык от навязчивых рекламных слоганов. Совершенно бесполезных, если у тебя нет богатого папы или солидного банковского счёта. Начинающему пилоту-одиночке цены «Немезиды» не потянуть.

Вот князь Всеволод, наверное не гонял почтовый корвет после Академии, а сразу отправился в свой клан, где его уже ждал навороченный корабль, забитый современным оборудованием. Сказалась разница происхождения.

В содружестве вообще очень разветвлённая система каст, дистанция между которыми просто поражает.

Полуголые, вечно голодные обитатели нижних уровней станции, у которых вместо нейросети зашит простецкий чип – мечтают оказаться на месте обычного квалифицированного работника. Те хоть знают, что будут есть на ужин, имеют собственный жилой контейнер и медицинскую страховку.

Работяги же воспринимают как небожителей – специалистов, руководителей младшего звена и свободных наёмников. Ведь у тех есть комфортабельные многокомнатные квартиры, быстрые кары и отпуск, который можно провести где-нибудь на пляжах Ностонского рая.

А клерки и наёмники, в свою очередь, боготворят чиновников повыше, корпоративных воротил и агентов ОАП. С их домами на поверхности планет, возможностью дышать чистым воздухом, личными внутрисистемными челноками и роскошью жилищ.

И так всё выше и выше.

Здесь можно встретить худого, одетого в рваньё деда, который и не подозревает, что за стальными стенами его мира висит густой мрак космического вакуума, а считать умеет только до двадцати. А можно молодого парня, упакованного в модерновые гаджеты с ног до головы, в мозгу которого зашиты десятки баз знаний по архитектуре чипов и взлому систем. Последний способен запросто, одной лишь «силой мысли», то есть активировав по нейросети несколько эксплоитов – взломать управляющего искина станции и принудительно провентилировать нижние уровни, фактически уничтожив мир первого.

Однако, не многие из последних даже подозревают о существовании первых. И ни те, ни другие, ни даже пятые с шестыми – не в состоянии и за всю жизнь заработать столько, сколько начинающий капсулёр загребёт за один единственный удачный рейд.

И с технологиями такой же разрыв. В одном и том же магазине можно приобрести навигационный искин, размером с булавочную головку, а можно двухкилограммовый домашний комп, умеющий лишь распознавать хозяина и открывать перед ним двери.

Такова правда жизни.

Да и на Земле, собственно, тоже самое: разваливающаяся хибарка со старой женщиной, которая смотрит телевизор с выпуклым экраном кинескопа только по вечерам, чтобы сэкономить электроэнергию – находится за сотню метров от трёхэтажного строения, ощетинившегося тарелками спутниковых антенн и галогенками разноцветных прожекторов. Пузатый хозяин большого дома, раз в неделю приезжает на крутом внедорожнике с навигационной системой. И привозит толпу друзей чтобы пожарить шашлык и выпить дорогого коньяка.

Так есть и, скорее всего, будет всегда.

Банковский счёт, которому позавидовал бы иной управленец, позволял Климу спокойно нанять такси, но он воспользовался «тоннелем», аналогом земного метро. Чтобы немного свыкнуться с толчеёй и гамом, царящими на станции, и почувствовать себя среднестатистическим человеком, а не стальным гигантом, бороздящим космос. Заодно прикинуть как побыстрее разыскать Мерина.

Тут существовало несколько способов, но самый дешёвый и незаметный – просмотреть списки найма.

Начинающих пилотов редко вербуют через объявления. По большей части, те оставляют их чтобы «засветиться» на «родной» станции. Случается, что более удачливые приятели находят «золотую жилу», для «разработки» которой срочно требуется небольшая команда, но никто из опытных пилотов не желает заниматься такой мелочью, а брать непроверенного человека со стороны чревато. И тогда найти себе подходящих партнёров можно просто глянув списки и отыскав старых друзей.

Оказавшись в своей конуре, которые ОАП оставляет за выпускниками Академии в продолжении пятнадцатилетнего срока. (Кстати, все эти пятнадцать лет, входят в срок контракта по оплате за обучение – Климу предстояло отдавать тридцать процентов своей прибыли Агентству. Грабительские выплаты, но без финансовой поддержки ОАП он так и остался бы на Земле, вкалывая простым инженером на заводе)

Клим скачал реестр обновлений, прошерстил поиском и сразу же воскликнул:

– Да!

Больше всего он опасался, что Мерин куда-нибудь запропастится и его придётся ждать в Альфе-шесть Креста целую вечность. Но тот обнаружился почти в самом верху списка. Клим запросил более подробную информацию:

\\пилот: Мерин

\\рейтинг: новичок

\\корабль: фрегат «Рилер»

\\статус: свободен для найма

– Сукааа, – поморщился Клим.

Раньше Мерин летал на «Грелке», совсем слабом и медленном фрегате, единственное достоинство которого – просторное «пузо» для сбора трофеев. Теперь же пересел на «Рилер». Тоже одна из дешёвых моделей – собирается за три минуты из говна и палок, но удивительно кусача при этом. «Рилер» так просто не захватишь. Уничтожить можно только если его пилот ввяжется в бой, а вот если надумает удрать, то стазис-сеть замедлит его недостаточно, придётся долго возиться и в дело может вступить какой-нибудь третий фактор. Не хотелось бы потерять единственный шанс застать Мерина врасплох. Ведь если сумеет вырваться, то второй раз уже не попадётся так легко.

«Ну и ладно»

В конце концов, месть – это блюдо которое едят холодным. Хватит и того, что Клим подтвердил свою догадку – приобретение нового корабля доказывает, что Мерин таки «погрел руки» на операции у Славы. А сделать это он мог, только если участвовал со стороны победивших. Само собой, изменение контракта на более выгодный, совсем не повод для мести. Но если ты и так уже имеешь зуб на гада, то почему бы и не наказать?

А «зуб» появился давно:

В одном из последних учебных рейдов, Мерин остался на «стрёме», чтобы предупредить остальных, в случае появления «гостей». Работёнка вроде бы не пыльная. Но когда охотники появились, сторож прикинул свои шансы уцелеть, если подаст сигнал тревоги и предпочёл удрать по тихому, бросив товарищей.

Неожиданно нагрянувшее к противнику подкрепление стоило многим курсантам кораблей и штрафных баллов по тактике. Сам Клим еле унёс ноги на почти разваленном судне. И с тех пор искал возможность «по тихому» расквитаться, так как правила Академии не усматривали в поведении Мерина нарушений. Пилот предпочёл сохранить корабль и баллы – вполне логично в тех обстоятельствах. Академии плевать, что по земным меркам он поступил подло. Причём расквитаться хотел не один Клим.

Можно пустить слушок, немного подождать, и к «воздаянию» присоединится ещё кто-нибудь из участников той заварухи. Толпой «разобрать» «Рилер» будет проще. Но тут есть пара минусов: Мерин может услыхать про намечающиеся неприятности и затаиться. Да и решать дела такого плана принято единолично. Если, конечно, ты хочешь прослыть матёрым космическим волком, а не псиной, способной нападать только в составе стаи таких же трусливых шавок.

Нужно или действовать в одиночку, подождав более удачного момента, или подобрать одного-двух напарников при личной встрече. Причём таких, чтобы не трепались ни до, ни после операции.

Клим ещё раз изучил список найма и не обнаружил ни одного знакомого имени. Всё-таки Содружество слишком огромно, а выходцев с Земли в нём не так уж много. Да и не все они спешат оставлять следы в сети.

Однако, прежде чем отказываться от первоначального плана, стоило проверить и другие варианты поиска напарника.

* * *

Бар «Земля» отличается от вереницы таких же заведений разве что длинным списком напитков на основе этилового спирта, да реалистичными видами земных ландшафтов в панорамных мониторах. Ну и ещё наличием живого бармена.

Большинству коренных обитателей Содружества такой анахронизм не по нутру. Общаться с другим человеком чтобы заказать «горячительного», а тот ещё и подсказывать с выбором будет? Да вы издеваетесь! Кому это нужно!?

«Не земляне» почти не посещали его ещё и потому, что для большинства содружественных печёнок пятьдесят грамм водки – смертельная доза. Есть и пить в заведениях узкой расово-национальной специализации следует лишь после тестирования всех предложений меню специальным пробником. На входе даже соответствующее предупреждение светится.

Клим уселся за любимый угловой столик слева от входа. Так он мог разглядеть любого посетителя. Посреди бара медленно вращалась проекция глобуса, как-раз повернувшаяся к пилоту Евразией.

Подошёл бармен. Широкоплечий громила, с едва наметившимся пивным брюшком. Приветственно кивнул:

– Привет Клим, давно не появлялся, как успехи?

– Не жалуюсь, – усмехнулся парень. – Кто-нибудь из моих был недавно?

Бармен – бывший боец штурмового батальона, открывший после увольнения свой маленький бизнес. Он собрал большую картотеку, записывая данные каждого посетителя в нейросеть. Поэтому отлично «помнил» всех своих клиентов, знал кто с кем дружит и частенько передавал весточки и «приветы».

– Сожалею, но из твоего выпуска последним кутил Саша-Бляха, – разочаровал бармен. – Почти год назад.

– Жаль, – пожал плечами Клим.

«И тут облом»

Он заказал салат, рюмку коньяка и уставился в обзорный экран рядом. Тот расцвел объёмной картинкой. Какую запросто можно наблюдать из окна любой кухни какого-нибудь провинциального городка Земли. Узкий дворик, окружённый девятиэтажками. Детская площадка, лавочка с бабулями, да прогуливающиеся мамаши с колясками.

Бармен, видимо, глянул личное дело земляка и запустил подходящий ролик.

Клим вполне мог позволить себе наведаться в родной мир и в живую. Тихо приземлить капсулу где-нибудь на отшибе, пройтись по городу в котором родился. Некоторые пилоты так и поступали, не зря же земной интернет пестрит сообщениями о замеченных НЛО. Но родных у него не осталось, а ностальгию можно потешить и в баре.

Пилот продолжил трапезу, краем глаза отмечая всё новых посетителей. Незнакомый молодняк в форме кадетов Академии всё пребывал. За центральным столиком собралось уже человек тридцать. Ребята что-то буйно праздновали.

«Ого» – отметил Клим. – «А земляне-то начинают иметь успех у рекрутёров Агентства»

В какой-то момент в бар зашёл очередной парень и его движения показались пилоту смутно знакомыми. Он впервые видел это лицо и фигуру, но никак не мог отделаться от стойкого чувства дежавю.

«Сменил внешность?»

Мстить наёмникам не принято, ответственность за их действия во время исполнения контракта всецело возлагается на нанимателей. Но это правило часто нарушается – всегда найдётся тот, кто винит именно исполнителя.

Клим подумал, что он как-раз такой, раз взъелся на Мерина из-за происшествия у Славы. Впрочем, тут немного другой случай – просто «Слава» стала последней каплей, переполнившей чашу терпения.

Предвосхищая такой поворот, ОАП предоставляет своим пилотам возможность сменить имя, внешность и регистрационный номер, чтобы избежать преследования не теряя накопленного рейтинга.

Недорогое клеточное перепрофилирование меняет облик до неузнаваемости всего за сутки. Однако, скрыть привычные жесты, гордую осанку и величественный взгляд, человека привыкшего… Нет, не командовать – повелевать, так вернее. Этого оно спрятать не может.

Клим словно бы снова оказался в праздничном зале, запросто беседуя с клановым лидером «Славян». От посетителя, скромно присевшего за дальний столик, так и веяло дворянским происхождением.

Пилот, конечно же, мог и ошибаться, а потому не спешил садится рядом и завязывать разговор. Терпеливо дождался когда посетитель переговорит с каким-то знакомым, окончит есть и направится к выходу, а лишь затем двинулся ему наперерез, и «случайно» задел плечом.

– Прошу прощения, – развёл руками Клим. – Моя вина. Задумался, как последний первогодка.

– Ничего страшного, – отозвался парень. – Бывает.

Он ни жестом, ни взглядом не показал, что они знакомы. Лицо осталось совершенно невозмутимым.

И даже когда Клим, громким шёпотом произнёс повернувшемуся было к выходу парню:

– Обалдеть. Одни князья кругом.

Тот не сбился с шага и не вздрогнул. Только едва заметно напряг мышцы спины и быстрее чем следовало скрылся в проходе. Это могло не означать ровным счётом ничего. Но Клим всё же вернулся за свой столик, терпеливо прождал тридцать минут. А когда выходил из бара очень внимательно оглядел окружающую обстановку, но так ничего и не заметил.

«Видать, действительно ошибся» – что не удивительно, после всех переживаний и раздумий.

В каждом четвёртом прохожем Климу мерещился Мерин. Клеточное перепрофилирование доступно не только пилотам, а мода одна на всех, так что многие жители станции похожи друг на друга, словно браться. Иногда так и хотелось ухватить очередного «Мерина» за грудки и стукнуть лбом в переносицу. Сказывались последствия лёгкого опьянения.

Клим «подозвал» по сети такси и отправился в гостиницу для пилотов ОАП.

* * *

Спать ещё не хотелось и он вспомнил о браслете-отмычке. На «Жуке» просто негде было проверять эту штуку. Браслет быстро нашёл управляющего искина, дверной замок номера и выдал на нейросеть хозяина:

\\Обнаружен искин «Домовой»

\\Обнаружен стандартный запор «Шток». Прошивка безопасности устарела. Обновить?

– Капец, – усмехнулся парень.

Пятидесятилетней давности гаджет, можно сказать старинный раритет – желает обновить прошивку в замке, которому от силы года четыре. Такое только в Содружестве можно узреть.

– Обновляй.

Секундная задержка и информационное окно дверного запора заиграло новыми пунктами:

\\ Удалённое управление.

\\ Сообщения о попытках взлома.

\\ Внимание! Устройство не поддерживает тройное шифрование.

И ещё куча разной чепухи, из которой можно заключить, что запор у Клима – полный отстой.

«Новый что ли купить? А, с другой стороны, воровать в номере, кроме парадного мундира, который я одевал всего два раза, всё-равно нечего. И этот сойдёт» – решил пилот.

Как и большинство капсулёров, всё нужное он всегда носил с собой или хранил в кофре капсулы. Если ты, по каким-то причинам, не можешь взять собственность с собой в космос, значит она тебе не нужна.

Играясь с настройками браслета, Клим и сам не заметил как задремал.

Разбудила его неожиданная вибрация на запястье.

\\Внимание! Несанкционированное проникновение!

Даже обновлённая прошивка не справилась со взломом, но, по крайней мере, честно предупредила хозяина. Раньше простецкий замок и не пискнул бы, «молча» пропустив грабителей.

Ещё окончательно не проснувшись, Клим тихо наклонился над лежащим на полу комбинезоном и снял с пояса станер. Спрятал его под подушкой так, чтобы ствол был направлен на дверной проём комнаты, и притворился спящим.

Сквозь прищуренные веки видно как единственный посетитель совершенно бесшумно прошёл в спальню. Не предупреди Клима браслет, он бы и ухом не повёл, продолжая спокойно посапывать, так тихо двигался «гость».

«Профессиональный диверсант что ли?» – Клим напрягся, приготовился выстрелить, но незнакомец, внезапно что-то почувствовав, остановился у стены и, секунду подумав, присел в кресло, закинув ногу на ногу. Ещё и руки положил на подлокотники, будто демонстрируя мирные намерения.

– Ты удивительно беспечен для человека, который так легко засёк моё появление в номере, – голос чужой, но проскакивают знакомые интонации. – Я думал ты вскочишь и начнёшь метаться.

– Не дождёшься, – усмехнулся Клим, приподнял подушку свободной рукой и кивнул на станер, нацеленный на визитёра. – И на счёт беспечности ты тоже ошибся.

– Я рад, что ты не такой легкомысленный, как кажешься.

– А уж я-то как рад, – улыбнулся Клим.

Ни на миг не отвлекаясь от «гостя», он переполз повыше на подушку и положил станер поверх одеяла. Мало кто пользуется подобной постельной принадлежностью, «умная» кровать чутко регулирует температуру комфортную для хозяина, но Клим никак не мог отвыкнуть – без одеяла чувствовал себя неуютно и не мог заснуть.

– Чем обязан? – Клим направил станер в грудь собеседника.

– Мне показалось это ТЫ хочешь пообщаться, – пожал тот плечами.

В комнате включилось освещение, отреагировав на приказ хозяина. Расплывчатая, в полутьме, фигура гостя превратилась в того самого парня, которого Клим повстречал в баре.

– А… Это ты, а я уж подумал грабители.

– В гостинице ОАП? Полагаю, настолько безрассудных грабителей отстреляли уже через неделю после открытия, – взмахнул рукой гость. На мгновение Климу показалось, что на его среднем пальце мелькнул зелёный перстень, но присмотревшись он понял, что ошибся. – Сразу перейду к делу, чтобы не тратить время. Денег у меня нет, так что ты зря старался.

– Если бы мне хотелось денег, то я бы так глупо не «спалился» в баре, а тебя бы уже паковали в мешок. Хотя, скорее всего, в несколько маленьких мешочков. Любимый дядюшка назначил небось отличную награду?

– Ты не далёк от истины.

– Значит я всё-таки не ошибся, – кивнул Клим. – Тогда непонятно с какого перепуга ты сюда заявился? Я бы на твоём месте или порешал всё прямо в баре, или уже был очень далеко.

– В баре слишком людно, а у тебя могли быть сообщники. Изначально я склонялся к бегству, но потом меня одолело любопытство. Если уж человек, однажды видевший меня на приёме, умудрился легко опознать при первой же встрече, то чего же тогда ожидать от «охранки» дяди? Как?

– Хочу тебя расстроить, ты не капли не изменился, князь.

Всеволод перевёл взгляд на ростовой монитор встроенный в стену спальни, тот сразу же переключился в режим зеркало. Это дало повод думать, что гость контролирует искин номера.

«Ай-яй, как нехорошо» – подумал Клим. – «И перехватывать с помощью браслета уже поздно, заметит. Значит от князя можно ожидать и других пакостей»

Впрочем, считать, будто гость, в его положении, явился в чужое жилище без туза в рукаве, было бы совсем глупо.

Князь, тем временем, придирчиво себя рассмотрел. Клеточное перепрофилирование изменяет только мягкие ткани, но постарался хирург на славу. Ещё молодой, но уже опытный и жилистый космоволк из зеркала, совсем не походил на того щуплого юного правителя, каким Всеволод был на приёме.

– Не понимаю.

– Жесты, походка, умение себя держать, – подсказал Клим.

– Этикет и правила поведения вдалбливали в меня с детства, это да, но этого мало, я ведь старался слиться с толпой, а этому меня тоже учили.

– Взгляд. Ты так смотришь, что хочется вытянуться в струнку. У нас наставник по тактике так смотрел.

– Ясно, – Всеволод оценивающе глянул на Клима, и тому таки захотелось встать по стойке «смирно». – И что же мы теперь будем делать? Как я уже говорил: денег у меня нет.

– Что-то слабо верится.

– Дядя постарался, – Всеволод развёл руками. – А многие преданные люди оказались на поверку не такими преданными, как я полагал. Сейчас я пуст, только счёт в ОАП остался. До него «охранка» не добралась.

– Но когда ты вернёшься к власти, ты же отблагодаришь людей, которые тебе помогли в трудную минуту?

– Естественно, но тогда возникает вопрос: что мешает этим людям получить награду прямо сейчас, без необходимости ввязываться в опасные предприятия? Казимир хорошо заплатит, не сомневайся.

– Только два слова, – усмехнулся Клим. – «Мудрый» и «политик». Расположенные рядом они отбивают всякое желание сотрудничать. Как бы в оплату не вошла магнитная мина, прилепленная к борту.

– Тут я тебя понимаю, – закивал князь. – И ведь я ничего подозрительного в поведении дяди не замечал до самого конца.

Всеволод досадливо стукнул кулаком в раскрытую ладонь.

– Ладно, поздняк жалеть, – «успокоил» гостя Клим. – Нужно поправлять.

Он небрежно откинул одеяло вместе со станером, встал, и спокойно принялся натягивать комбинезон. Всё-равно поведение князя ясно показывало, что станер его не пугает. Что в рукаве у него даже не «туз», а джокер. Непонятно где Всеволод прячет оружие, но оно у него имеется. Причём такое, что мало не покажется.

Глядя на телодвижения Клима, князь позволил себе слегка удивлённый тон:

– Ты полагаешь, мы уже договорились?

– Нет конечно, – не переставая одеваться отозвался Клим. – Ещё остался вопрос о размере твоей благодарности. И прекращай эти свои: «полагаешь», «легкомысленный», «беспечный». Простые пилоты так не выражаются. Говори прямо: «идиот».

– Я знаю десятки пилотов, которые выражаются именно так, – возразил Всеволод.

– И все небось графы и бароны? – хохотнул Клим.

Глава 4

Длинный тренировочный зал. Десятки рингов, огороженные невысокой эластичной лентой. Сотни парней спортивного телосложения дружно «роняют» друг друга на маты, не особо стесняясь в средствах. В ход идут подлые подножки, хитрые толчки и даже удары по яй… интимным местам. На войне хороши любые средства.

Впрочем, рукопашный бой изучается пехотой как дополнительная дисциплина, на экзаменах его не сдают.

Боец, вступивший с противником в бой на кулаках, должен до этого профукать штурмовую винтовку, гранаты, станер и вибронож. А таких отсеивают ещё на первом курсе – растяпы в штурмовиках не нужны. Да и последние два предмета необходимы лишь для того, чтобы побыстрее добраться до винтовки, которую ты уже умудрился каким-то образом потерять, а растяпы… Впрочем, это уже было.

Масштабное мордобитие в зале не учит солдат сражаться в строю. Оно воспитывает стойкость, координацию, умение терпеть боль и быстро приходить в себя после оплеух. И вот это для пехоты очень важно, да и не только для неё.

– И всё же я не совсем понимаю зачем мы здесь, – в который уже раз повторил Всеволод. Вернее, теперь уже Веня-Веник. Двойные имена стали недавно входить в моду, опять.

Когда Клим узнал, что князь сменил псевдоним с Всеволода на Святозар, то долго ржал, а потом заметил:

– Ты бы ещё в качестве девиза наляпал на груди: Я не из клана «Славяне».

– Так звали моего… – тут князь осёкся. – Ладно, оставим, ты прав, я сглупил.

– Ты идиот.

– ЧТО!? – Веня вскочил с кресла и сжал кулаки. На среднем пальце мелькнула зелёная полоска кольца.

– Никаких: «Ладно, оставим, ты прав, я сглупил», – безапелляционно заявил Клим, продолжая спокойно сидеть и раздумывать, что второй раз показаться ему не могло. Видимо, перстень или что-там на пальце у Веника, можно рассмотреть не всегда, но он точно есть. – «Я идиот», вот что нужно сказать. Повтори.

– Ладно. Я идиот, – послушно протянул князь. В его исполнении это прозвучало с гордостью, даже величием, словно признание неких заслуг.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.