Валерий Прудиус
Облученный

Сон

или

странное видение

…Он идет рядом с родителями по улицам его родного города, в котором он родился и вырос. Родители беззаботно беседуют, шутят, смеются. В ясном небе светит солнце, поют птицы, на дорогах шумят машины, мимо проходят люди. Ничего не предвещает беды. Но почему на сердце так непокойно? Что его тревожит? Что не так, где притаилась беда?

И вдруг все остановилось. Воцарилась жуткая тишина, словно кто-то нажал на паузу. Сотни людей, молча, не шевелясь, стоят и смотрят только на него.

– Что случилась? – прошептал он, оглядываясь вокруг себя. – Люди что с вами? – но ему никто не отвечает.

Вокруг все загремело, задрожало, и раздался взрыв. Огромный гриб из дыма и пыли вырос на горизонте. «Атомная Электростанция!» – пронеслось у него в голове. «Она снова взорвалась!» Все вокруг дрожало, словно во время землетрясения. Но никто не убегал, спасаясь бегством. Ни у кого не было паники. Все просто стояли и смотрели на него.

А гриб все рос, закрывая собой голубизну неба. Цвет его изменился с темно-серого на ядовито-фиолетовый.

Он, затаив дыхание, с ужасом следил за происходящим.

Затмив собой все небо, фиолетовая дымка медленно спускалась на землю. Она обволакивала молча стоящих людей, и они бесследно исчезали, растворяясь в ней. Никто не кричал, не пытался убежать. Все просто стояли и смотрели на него. Словно, это он был виновником взрыва и мог им чем-то помочь. Ему стал жутко. Хотелось бежать, но страх сковал его, и он молча стоял и смотрел, как люди бесследно исчезают.

Обернувшись на своих родителей, он увидел, что их тоже окутало дымкой, и они медленно растворялись.

– Нет! Нет! – закричал он. – Мама, папа! Нет! – слезы катились из глаз. Протянув руки, попытался схватить их. Но было поздно, они тоже бесследно исчезли.

Странный туман поглотил всех, оставив только его. – Что ты такое? – прошептал дрожащим голосом, оставшийся один на один со страшным туманом мальчик. – Куда все пропали? – пытался понять он. – Ты убил их?

В ту же секунду дымка снова поменяла цвет. Теперь она стала черной, как смола.

И вдруг сильный ветер ударил ему в лицо. Черная пелена тумана закружилась вихрем, подхватывая его и унося вверх. От неожиданности у него перехватило дыхание. Но , не успев опомниться, он почувствовал, как черная масса вихря ударила ему в грудь, проникая под кожу и расползаясь по всему телу. Холод и жар одновременно обжигали и замораживали его изнутри. Было настолько больно, что он даже не мог кричать. Сердце колотилось со страшной силой. Все также резко закончилось, как и началось. Он камнем упал на землю и с трудом открыл глаза…

Перед глазами все плыло, голова кружилась. – Где я? – прошептал он слабым голосом.

– Доктор, он, кажется, очнулся, – звонкий женский голос прозвучал, словно гром среди ясного неба, вызывая у него головную боль.

– Тише, милочка, не кричите так. Приятный мужской баритон отдернул девушку. – У этого несчастного сильное сотрясение, и ваш громкий голос вызывает у него сильные головные боли. Смотрите как он мучается. Доктор подошел к койке, на которой лежал бородатый мужчина с немытыми волосами. Его сильно избили, и по опухшему лицу было трудно определить его возраст.

– У него нет даже медицинской страховки, – произнесла медсестра немного тише, в ее голосе чувствовались обиженные нотки , – мы вообще не должны были его принимать. И после него, мы должны будем не стирать, а сжечь постельное белье…

– Ах, милочка, перед медициной все равны, – немного с укором прозвучал тот же мужской голос. У бедолаги сломана рука и, как я уже говорил, сильная травма головы. – Ну что же голубчик, – обратился он к пострадавшему, – как вас зовут? При вас не было никаких документов.

– Меня… – избитый бродяга, нахмурив брови, пытался вспомнить свое имя. – Я, я не помню, – медленно произнес он, его слабый голос дрожал. – Доктор, я не помню, как меня зовут! И как я сюда попал! – в его голосе появились панические нотки. Он попытался встать, но слабость во всем теле давала о себе знать, и он бы упал на пол, если бы доктор с медсестрой вовремя не подхватили его. Здоровой рукой пациент схватил доктора за белоснежный халат – Доктор, что со мной произошло?

– Не волнуйтесь вы так, – доктор сел на край койки, взяв дрожащую руку пациента в свои большие, теплые руки. – На вас напали и сильно избили. У вас небольшое сотрясение мозга, это вызвало кратковременную потерю памяти. Мы сделали вам рентген, у вас сломана рука, – он замолчал, о чем-то задумавшись, по лицу промелькнула тень тревоги. – Скажите, – он внимательно посмотрел на пациента: – Когда в восемьдесят шестом взорвался атомный реактор, вы проживали на Украине?

Все молчали. Доктор с медсестрой внимательно смотрели на избитого мужчину. Повисла пауза.

– А какая разница, где я находился в восемьдесят шестом? – удивился пациент. – Меня же не за это избили? – ответил он вопросом на вопрос. – И с чего вы взяли, что я с Украины?

– У вас слышится акцент. Доктор медленно прошёлся по палате, задумчиво поглаживая бороду. Затем повернулся к лежащему на койке. – Вы у нас останетесь на ночь для наблюдения. Если вам не станет хуже, утром вас выпишут. Дольше держать вас в больнице мы не имеем права. Простите, таковы уж правила, – он улыбнулся. – Рука срастется, а память к вам вернется, – и подбадривающе похлопал пациента по здоровому плечу. Доктор снова замолчал, о чем-то размышляя. – Вот, – он достал из нагрудного кармана белоснежного халата свою визитку и протянул ее избитому мужчине:

«Др. проф. Нестеров В. В. Nr. тел. ……» стояло на ней. – Если вы почувствуйте у себя какой-то недуг, по любому поводу, в любое время дня и ночи вы можете мне позвонить. Он попрощался и покинул палату вместе с медсестрой.

– Профессор Нестеров! – в коридоре медсестра обратилась к рядом идущему доктору: – Зачем вы дали ЕМУ свою карточку? – девушка поставила ударение на слово „ему. “

Профессор молчал, погруженный в свои мысли. Затем задумчиво произнес: – За двадцать лет моей практики я первый раз вижу пациента, у которого рентгеновский снимок не черно- белый, как у всех, а бело -черный. Он извлек из папки снимки пациента. На белом фоне, словно на листе бумаги, были изображены кости. Но только не белого цвета, как обычно, а черного. Словно негатив фото.

– И что это значит? – с тревогой спросила медсестра.

– Я где-то читал…, – произнес профессор медленно, – давно, в одном научном журнале, – массируя кончиками пальцев свои виски, он напряженно пытался вспомнить статью. – Теорию одного доктора наук, – продолжал он. – Мне нужно найти этот журнал! – И, забыв про медсестру, он зашел в свой кабинет, закрыв дверь перед ее носом.

2

Выйдя из больницы, он почувствол сильный голод, ведь больничной едой особо не насытишься, и он направился в дом для бездомных, размышляя о случившемся с ним накануне.

То, что его избили, и он потерял память, его совсем не беспокоило. Он и раньше жил безымянным отшельником, без имени, фамилии и места прописки. Со временем имя тебе больше не нужно. Тебя не зовут, к тебе не обращаются, ты больше не человек, а уличный бродяга!

Дом для бездомных – это, конечно, не пятизвездочная гостиница. Здесь можно помыться и, если повезет, получить койку на ночлег.

Так называемая столовая представляла собой большую комнату с длинными скамейками вдоль старых шатких столов. Здесь было много бездомных и малоимущих. Все, ели молча. Лишь изредка слышалась приглушенная речь и тихое постукивание ложкой по железной миске.

Съев все до последней крошки и нисколько не наевшись, он направился к выходу. Добавку здесь никому не давали. Одна миска супа, и одна миска каши, кусок хлеба и одна кружка чуть сладкой окрашенной воды. Одна порция на одного человека. Но это лучше, чем пустой желудок холодным вечером на улице.

Странно, раньше ему этого хватило бы на целый день. Почесав голову, бродяга опешил, застыв в дверях. На пальцах остался клок его волос. В панике, сломя голову, он помчался в туалет посмотреть на себя в зеркало. На бледном лице странные красные пятна. На руках тоже. Подняв вверх одежду, оголяя худое тело, бездомный взволнованно осмотрел себя. Те же пятна, все тело болит и чешется.

Открыв кран холодной воды, бродяга подставил голову под струю. «Что со мной? Аллергия? Отравление? Или болезнь какая?» И тут его осенило! Визитка доктора из больницы! Точно! Я могу звонить ему в любое время! Он мне сам так сказал, – размышлял вслух стоявший перед зеркалом бомж.

Мобильного у него не было, и денег на телефон-автомат на улице тоже нет. Поэтому пешком, с мокрой головой, он побежал в больницу, что находилась на окраине города.

Но доктора в больнице не было, он был сегодня выходной. Расстроившись, бродяга привычно расположился в сквере рядом с больницей. – Доктор будет завтра, – повторил он услышанное в регистратуре. – Подождем!

3

Темнело. В тихом небольшом сквере было безлюдно, лишь изредка слышались всплески обветшалого фонтана. Спать под открытым небом было для него привычным делом.

Но спать было невозможно. Все тело болело и чесалось, а мысли путались в голове. Снова вспомнился тот вечер и пьяные подростки…

Не удивительно , что его избили! Никто не любит грязных, бездомных бродяг. А он и есть бродяга, бомж, побирушник! Без дома, без семьи, без друзей! И кто любит таких побирающихся на людных улицах или спящих на скамейках в тихих парках, распивающих алкоголь средь бела дня, распространяя вокруг себя ужасный „аромат “ немытых тел, пропитанных дешевым алкоголем и табаком.

Так произошло и с ним. Группа пьяных подростков, ненавидящих бомжей, напала на него на улице и стала избивать. Прохожие проходили мимо, делая вид, что не замечают происходящего.

Несчастный бродяга защищался изо всех сил, закрываясь слабыми руками от града жестоких ударов. Собрав последние силы, он вырвался, оттолкнув в сторону одного из обидчиков, и бросился бежать. Но был сбит с ног сильным ударом в затылок и, упав на землю, потерял сознание…

То, что его избили, это было неважно, это мелочи. Его больше волновало то, что ему приснилось в больнице! Это был сон или странное видение? Непонятно. Эти мысли не давали ему покоя. Но он точно знал, что с ним происходит явно что-то неладное. Какие-то странные пятна на коже, которые болят и чешутся. Выпадение волос!

– Надо попытаться расслабится и уснуть, – пробормотал бездомный, накидывая капюшон на голову и устраиваясь по-удобней на жесткой скамейке. «Утром придет доктор, он разберется, что со мной происходит! Он меня вылечит!» – подбадривал он себя.

Но как тут уснуть, когда все болит и зудит? Почесав густую бороду, которой он очень гордился, он хотел было закрыть глаза, как вдруг вскочил как ошпаренный. На руке остался клок волос его густой бороды. В свете фонаря волосы казались еще чернее.

– Нет, нет, только не она! – простонал прокаженный, рассматривая в руке прядь своей бороды, похожую на грязную мочалку.

Еще раз осторожно проведя рукой по заросшему лицу, бродяга пришел еще в больший ужас. Волосы не выпадали, они сходили слоями! – Что происходит? – прошептал он, снова садясь на скамейку.

И вдруг резкая, режущая боль в боку согнула его пополам. Взвыв от боли и держась руками за больное место, он осторожно поднялся на ноги. «Вспоминаем школьную программу! Что это может быть?» Тяжело дыша, в панике, размышлял бездомный. Это не аппендицит, он с другой стороны,» – мысли бешено сменяли друг друга. «Почки, печень, селезенка?»

– Ааа! – закричал он, изменившимся от боли хриплым голосом, тяжело сквозь стиснутые зубы вдыхая холодный воздух.

Вокруг уже совсем стемнело.

– В больницу! Скорее в больницу! – шептал он, – больно, очень больно. На лбу у него выступили капли пота.

Хоть больница и была рядом, она казалась теперь очень далеко. Каждый шаг давался ему с большим трудом. Внутри него что-то отмирало. Не умирало, а именно отмирало! Медленно и мучительно.

– Я не хочу умирать! – рычал прокаженный бродяга, понимая, что умирает. Но животный инстинкт самосохранения лихорадочно искал выход. И нашел его!

Путь из сквера до больницы пролегал через парковку машин. Медленно, словно по минному полю, стонущий при каждом шаге, бродяга шел вперед к своей цели.

– Что с вами? – донесся словно издалека чей-то голос. Не сразу сообразив, что обращаются к нему, несчастный продолжал идти вперед, ничего не видя и не слыша вокруг. Он превратился в сплошной комок боли. Тело больше не чесалось, оно горело огнем. Красные пятна на коже стали уродливыми прыщами. Внутренние боли с каждым шагом становились все сильней.

Его кто-то взял за плечо.

– Вам помочь? – приятный женский голос прозвучал громче.

Медленно обернувшись, он увидел перед собой девушку с собранными в хвост волосами, короткой куртке и темных брюках. Она испуганно вскрикнула, увидев обезображенное, как у прокажённого, лицо.

Перед ней стоял монстр из фильма ужасов. Хоть он и был в капюшоне, его лицо хорошо было видно в свете фонаря. Все его лицо было в нарывах, густая борода выглядела, словно спина лишайной собаки. Только на месте лишая у него были кровоточащие раны. Но самым страшным были бешеные, обезумевшие от боли, красные глаза, с полопавшимися капиллярами.

Дальше все было словно во сне. Не понимая, что с ним происходит, он перестал владеть собственным телом. Животный инстинкт самосохранения полностью овладел им. Наблюдая за всем словно со стороны, он стал зрителем без возможности вмешаться в происходящее, где-то внутри, на подсознательном уровне, понимая, что так надо, чтобы выжить!

Схватив девушку за горло, повалил ее на землю. Стал душить до тех пор, пока она не обмякла и не перестала сопротивляться. Задрав короткую куртку и кофту наверх, длинными грязными ногтями, словно тупым ножом, проткнул тонкую нежную кожу.

Как раненное животное в огромном поле находит лечебную траву, так и он, того не понимая, вырывал из несчастной органы и не жуя, целиком, глотал их.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.