# «Пьяные» и другие новогодние рассказы

Дарья Дивеева

Три новогодних рассказа, основанные на реальных событиях.

Новый год – это особое время в нашей жизни. Для медиков оно еще и особенно тяжелое. В первых двух рассказах описывается жизнь и работа врачей во время праздничной суеты. В третьем – встреча Нового года двумя веселыми старушками.

Трогательные правдивые истории с юмором и щепоткой волшебства.

## Сюрприз в бутылке

– Что это, Арина Игоревна? – хмыкнул молодой врач, Василий Васильевич, выхватывая из рук коллеги бутылку, врученную ей пять минут назад пациентом. – Вы все-таки решили уйти в запой в новогоднюю ночь? Потерпели бы денек.

Было ожидаемо, что Василич пройдется по подарку. Тупые бестактные шутки – его профиль – выдали, видимо, вместе с сертификатом хирурга пять лет назад. Арина поменялась с ним дежурствами, забрав себе 30 декабря и 1 января, чтобы освободить 31-е и встретить Новый год с семьей.

Два дежурства по цене одного. На месте Василича она была бы счастлива, что разменяла эти дни. Наверняка ему тоже не хотелось проводить в больнице второй Новый год подряд. Но она знала, что он не откажет ей, ведь она была на десять лет старше, с тремя детьми, ради которых и пошла на такой неравнозначный обмен.

Точнее, она решилась ради младшего сына. Ему тяжело давалась адаптация к школе, он не успевал за одноклассниками в учебе и часто дрался с другими детьми. Школьный психолог вызвала к себе родителей и мягко отметила, что мальчику не хватает родительского внимания. Она настаивала, что поведение исправится само, если дома будет создана подходящая атмосфера.

Этот разговор состоялся за две недели до начала зимних каникул. В традиционном письме Деду Морозу ее сын попросил у зимнего волшебника, чтобы «мама встречала Новый год дома». Арина проревела в туалете почти час, сжимая листочек с корявой надписью, где половина букв была написана будто бы в зеркальном отражении.

Она решила, что устроит детям праздник, чего бы ей это ни стоило. Двое суток работы за одну очень важную ночь дома. «В которую я даже толком не посплю», – неизбежно возникала в ее голове мысль, которую она гнала от себя, как крамольную.

Сейчас она смотрела на молодого, неженатого и бездетного коллегу и мысленно укоряла его за насмешку.

– Это Михалыч подарил. Я ему швы снимала, – объяснила Арина.

Михалыча знала вся больница. Крепкий организм мужчины с тридцатилетним стажем алкоголика начал давать сбой два года назад. За это время он побывал во всех отделениях больницы, кроме гинекологии и патологической анатомии. Несмотря на нелицеприятный анамнез, он всегда был вежлив и даже кроток, стойко переносил все процедуры и неизменно благодарил врачей бутылкой чего-нибудь крепленого. Часто початой – он проверял, не паленая ли.

– Акцизной марки нет, – повертел Василич в руках бутылку из темного стекла с выцветшей этикеткой. – Самогон, что ли? Я бы поостерегся такое пить.

– Я и не пью, обычно протираю поверхности.

– Только не говорите этого Михалычу, – хохотнул появившийся на пороге ординаторской Антон Аркадьевич, заведующий отделением, – расстроится бедняга.

Женщина тепло улыбнулась начальнику. Их связывали не только годы совместной службы на благо здравоохранения, но и сходство характеров. Оба трудоголики, увлеченные профессией, они буквально жили в больнице. Без единого вопроса прикрывали друг друга и поддерживали в трудную минуту. Вот только шеф в последнее время стал сдавать – возраст.

– И почему мне все время несут алкоголь? Не духи, как Маше, или хотя бы конфеты. Дети бы съели…

– Потому что ты выглядишь, как человек, которому срочно надо накатить, а не подушиться, – шеф похлопал коллегу по плечу. – Машенька – молоденькая феечка, которая еще не понимает, куда попала. Конечно, ей и духи, и цветы. Чтобы задобрить и скрасить, так сказать. А нам, старым волкам, только алкоголь.

– Ничего я не старая! – возмутилась Арина. – Мне еще сорока нет.

– Зато есть муж, трое детей и работа с ненормальным графиком и загрузкой. А это никого не молодит.

Доктор с тоской посмотрела на свое отражение в хромированном боку электрочайника. И, хотя он сильно искажал черты лица, черные круги вокруг глаз были явственно различимы.

– Ладно, пойду домой. Спасибо, что отпустили пораньше, Антон Аркадьевич. Всех с наступающим.

Она убрала бутылку в сумку и ушла.

***

В кои-то веки погода стояла по-настоящему зимняя, словно вот-вот из-за угла вырулит Дед Мороз на тройке коней. Но Арину это не радовало. Снегом замело все дороги, а городские службы не спешили выводить технику на уборку. В декабрьские сумерки, да еще и в метель с гололедом, ехать по такой «зимней сказке» на старенькой «девятке» было очень страшно. Женщина кралась со скоростью не больше сорока километров в час.

На подъезде к дому Арина немного расслабилась, включила поворотник, и вдруг прямо перед ней на дорогу выскочил пешеход. Женщина ударила по тормозам и крутанула руль вправо, целясь в отбойник. Машину занесло и боком потащило по гололеду. Арина вдавила клаксон обеими руками и зажмурила глаза. Через секунду почувствовала удар, и ее бросило на ремни безопасности.

Пешеход убежал. Автомобиль ударился в фонарный столб. Арина вышла оценить повреждения. Благодаря маленькой скорости машина пострадала несильно: разбилась фара и помялось крыло. Нервы врача пострадали намного сильнее.

***

Мужа и детей дома не было. Арина сперва удивилась тому, что ее никто не встречает, а потом вспомнила, что муж обещал сводить детей на каток.

– Хоть бы кот вышел, – проворчала она раздеваясь.

Но Жорик проигнорировал призыв хозяйки.

Арину ждал вагон дел: приготовить еду, накрыть на стол, прибраться перед гостями, а то уже ноги прилипали к немытым больше недели полам. Себя в порядок привести, в конце концов.

Тишина дома окутала ее одеялом и пригласила пойти полежать немного, пока тихо и никто не мешает. Пережитый стресс отступал, и Арина уже почти дошла до дивана, как раздался телефонный звонок от мужа. Женщина схватила трубку, привыкшая к тому, что супруг предпочитает писать, а не звонить. Значит, что-то случилось.

Предчувствие ее не обмануло.

– Дорогая, ты только не волнуйся. Макс, кажется, сломал руку.

– Боже мой! Сильно?

– Даже не знаю, как тебе ответить. Рука распухла и болит. Мы уже на пути в больницу, все дети со мной. Постарайся отдохнуть, пока нас нет.

Она услышала, как хнычет, пытаясь сдержать слезы, ее младший сын. И сердце защемило от тревоги за него. «Постарайся отдохнуть, конечно», – Арина нервно хихикнула.

– Я сейчас приеду. Встретимся в клинике.

Она быстро отключилась, чтобы не слышать протестующие аргументы мужа.

В коридоре женщина накинула шубу, открыла дверь и выскочила из квартиры, не заметив, как зацепилась за ручку отворотом рукава. Она услышала треск рвущихся ниток. Оторвавшийся рукав дохлой зверушкой повис на ручке входной двери.

Это стало последней каплей.

Арина села на пол и затряслась в беззвучных рыданиях. Слезы градинами катились по щекам на ворот шубы, праздничную кофту и джинсы, а женщина даже не пыталась их вытереть.

Рядом зашуршал пакет – это черный кот Жорик решил проверить, не принесли ли ему что-нибудь вкусненькое. До слез хозяйки бесчувственной скотине, как обычно, не было дела. Из опрокинутого пакета выпала подарочная бутылка от Михалыча, звякнула о пол, напугав животину, и покатилась в сторону Арины.

– Ну, если это не знак свыше, тогда что? – всхлипнув, пробормотала женщина и взяла в руки бутылку. – Может, хоть действительно усну.

Она взялась за верхнюю часть горлышка и с усилием провернула крышку. Под сильными пальцами хирурга сургуч хрустнул и осыпался, пробка поддалась на удивление легко, буквально выстрелила из бутылки. Но из горлышка полилось вовсе не шампанское.

Бутылка зашипела, заклокотала и выплюнула струю густого сиреневого дыма, который быстро распространился по коридору и сложился в плотное облако. Запахло корицей.

«Меня хотели отравить! – пронеслось в голове у Арины, пока она, схватив шарф, заматывала им рот и нос. – Родственники какого-нибудь безнадежно больного пациента подсунули Михалычу бутылку с ядом!»

То, что сам Михалыч был способен на такое, она допустить не могла.

Женщина подскочила на ноги, толкнула дверь и собралась выскочить на лестничную клетку, как вдруг кто-то за ее спиной сказал:

– Ас-саляму алейкум, персик.

Арина обернулась и аж икнула от неожиданности. В квартире в клубах дыма стоял человек восточной наружности с кожей абсолютно синего цвета. Что еще можно было ожидать в подарок от Михалыча? Только его коллегу по синему цеху. Незнакомец соединил руки и почтительно поклонился.

– Я Гасан Абдурахман Фариз ибн Али. Джинн. Я исполню три твоих желания.

«Ну все, я окончательно ку-ку», – подумала Арина и заржала. Мужчина, кажется, смутился. Он осмотрел свое туловище и поправил густой искрящийся туман, который заменял ему ноги.